Куда ведёт свет

—Лисичка, ну хоть ты им скажи! Не смотри так! Почему вы все молчите? Друзья замерли вокруг подобно неподвижным статуям. В чëрных прорезях маски горел холодный, пугающий блеск. —Что случилось? Эта девушка нам не враг! Она — друг, наверное..., —неуверенно и тихо добавила девочка. Девушка в маске лисы проскользнула за спину кицунэ, поворачивая голову вбок, словно учуяв какую-то опасность. И вот из-под маски донеслось предостерегающее, тихое рычание. Медведь и волк, как по команде, резко поворачивают головы, также глядя в ту сторону, куда взглядом чёрных прорезей маски указывала лисица. —Что там? —Цуна нахмурилась, вглядываясь в лесную чащу, однако ничего не увидела. Может, стоит снять её? Но едва пальчики касаются гладкой поверхности, как лиса коротко кивает волку, приказывая тому двигаться в сторону предположительной опасности. Тот молча улавливает приказ и отправляется к кустам, несколькими мгновениями позже исчезая. Минуты напряжённой тишины прерываются рокотом дрожащей земли. Несколько скал, кружась, вырываются из-под ног, окружая Цуну. Лиса отпрыгивает назад, уворачиваясь от атаки. Меж тем несколько крепких лиан охватывают запястья девушки. Медведь хотел было броситься на помощь лисице, но земля под его ногами словно бы перестала быть опорой, поглощая лодыжки гиганта, а через мгновение земля твердеет, обращаясь камнем, что тисками сжал конечности, не позволяя и двинуться с места. Ковёр земли вновь искажается, поднимается, словно бы принимает форму человека. От неотёсанной глыбы с каждой секундой откалываются камни и пыль. Ещё секунда, и изящная женская фигурка на мгновение замирает в каком-то метре от лисы и маленькой кицунэ. Вот каменные пластины трескаются и осыпаются пылью, открывая миру бледное лицо и ярко-оливиновый глаз. Тёмно-каштановые волосы рассыпаются по плечам, на коих с каждой секундой нарастала каменная кладка, принимая форму крепких наплечников, чем-то напоминающих солдатские доспехи. —Я не хочу сражаться с вами. Давайте просто поговорим! —поднимая руки, показывая, что в действительности не собирается биться, начинает повелительница земли. —Я верю, что мы способны найти общий язык! Однако молчаливая ярость в янтарной радужке, полуприкрытой тенью от маски, говорит об обратном. —Я , как и вы, не хочу вредить Цуне, так давайте... Но договориться не выйдет. Сенсорика вовремя предупреждает об опасности, тихо подкрадывающейся со спины. Волк кидается вперёд, но стебли связывают зверочеловека, жёстко прижимая к земле. —Повторяю, я не хочу сражаться. Ответа девушка явно не дождётся. Что же, это весьма печально. —Я пыталась дог..., —боль, пронзающая спину, прерывает начатую фразу. Марья оказывается сбита с ног и валится на траву. Но это не мешает ей быстро прийти в себя и перевернуться, пытаясь понять, что же сумело обойти сенсорику и напасть на неё со спины. Тёмный силуэт падает на землю, приземляясь на одно колено. Огромные крылья, подобно плащу, скрывают лицо напавшего, но друиде и не нужно видеть его, чтобы понять, кто пред хранительницей ключа. Чёртов человек-ворон медленно поднялся, вновь глядя мраком глазниц на Марью. Но как такое возможно? На нём нет ни единой царапины. Но ведь деревья должны были полностью уничтожить его? Повелительница земли явственно слышала хруст! Как этот ворон выпутался, излечил все свои раны? Мгновения размышления и удивления лишили девушку контроля над ситуацией на поле. Медведь, лисица и волк мгновенно вырвались из оков, собираясь наброситься на напавшую на них друиду. Волк и Медведь атаковали первыми, напролом кидаясь вперёд. Марья едва успевает уклониться — как раз в тот момент, когда лезвия когтей вонзаются в землю в том самом месте, где секунду назад была голова девушки. Друида перекатывается на бок, быстро подскакивает, совместно с этим нанося крепкий удар в лоб волку. «Броня защитит меня! — пролетает в голове девушки за секунду до сокрушительной встречи кулака медведя и каменной пластины, образовавшейся на лице, но мгновенно покрывающейся трещинами.» Марье с трудом удаётся удержаться на ногах, отъезжая в сторону, оставив после себя борозду в земле. Приложенной силы в этом ударе вполне хватает, чтобы вызвать громкий и болезненный звон в ушах, лишающий и шанса нормально сориентироваться. Меж тем ворон уже попытался напасть сверху, но тут земля уносит девушку в сторону, заставляя человека-птицу врезаться в камень, оставшийся на том месте, где она стояла. Марья сжимает виски, тогда звон сходит на нет. Друида вовремя поднимает голову, чтобы увидеть несущегося на неё врага. В следующую секунду деревья вырываются из земли, искривляются, сгибаются, создавая нечто наподобие клетки, и накрывают ворона. Волк, медведь и лисица времени не теряли, окружив девушку. Взмах руки, до которой едва ли не достали клыки волка, тут же сбитого в сторону камнем. Лисица бросается вперёд, но за мгновение меняет направление, сворачивая в сторону. Обманка! Отсутствие бокового зрения играет не на руку Марье. Первый удар огромного кулака медведя сносит девушку назад, едва ли не ломая рёбра, однако же во второй раз кулаки врезаются в землю, друида же ускользает чуть назад, однако длинные, острые когти лисицы вонзаются в спину, вернее в каменный корсет, однако же девушка, видимо, поняв, что эту броню не пробить и нужно найти хоть какое-то слабое место, дёргает руку вверх. Когти, каким-то чудом высекая искры из камня, соскальзывают выше и находят такое слабое место. Единственным недостатком каменного экзоскелета были щели на местах суставов или определённых мест, важных для подвижности тела. Тонкие коготки легко проникают в небольшое открытое пространство в защите девушки, вонзаясь в тёплую плоть. В ту же секунду происходит изменение брони. Каменные пластины перемещаются и схлопываются, закрывая щель. Друида же поворачивается для того, чтобы нанести удар по кисти противницы, обламывая когти. Из-под маски лесной хитрицы доносится болезненный вой. Лиса отпрыгивает назад, сжимая раненую руку. Медведь, что на некоторое время исчез с глаз повелительницы земли, вновь попытался напасть. Но вовсе не один. Ворон, видимо, освобождённый этим громилой, спикировал вниз, собираясь нанести удар сверху. Земля ловко уводит друиду в сторону, в который раз спасая свою хозяйку. Несколько огромных скал вырываются вверх, осыпаясь тысячей осколков, летящих на врагов. Однако широкая спина медведя легко принимает эти каменные "ножечки", не принимая особого урона. Вывод : нужны осколки побольше. Друида вновь поднимает руку, но сильный удар ворона приходится в кисть. Раздаётся хруст, а следом болезненный восклик. Повелительница растений заставляет землю унести её как можно дальше от врагов. Марья останавливается у границы поля, совсем рядом с деревьями, метрах в десяти от врагов. Зелёный вихрь из света охватывает руку девушки, залечивая сломанную кость. Несколько секунд, и хранительница ключа вновь готова к бою. Взгляд быстро пробегается по полю, оценивая ситуацию. Цуна всё ещё стоит на месте, окружённая движущимися скалами. До неё не доберутся, да и она не помешает. Нужно как-то забрать девочку. Что же касается её "друзей"... *** —Вы не должны сражаться, вам не нужно, пожалуйста, хватит! —тихо бормочет девочка. Но бой идёт дальше. Земля скрывает под собой друиду, позволяя в кратчайшее время вновь оказаться ближе к носителям масок. Огроменный каменный кулак, имитируя руку девушки, наносит удар, метя в медведя. Рука почти попадает в цель, ломая лишь лапу гиганта. Ворон, взмывший вверх, пытается накинутся на цель, но опять каменная рука королевы растений защищает свою создательницу, успевая перехватить крылатого человека за его же крылья. Новый хруст, и вот носитель маски ворона, не в состоянии сохранять равновесие, кувыркаясь в воздухе, летит вниз. Волк срывается с места, но не в сторону Марьи. За два прыжка он оказывается на месте предполагаемого падения "птицы". И в третьем прыжке успевает перехватить ворона, после чего небрежно роняет его на землю около дерева. Тело раненого не двигается, словно бы он потерял сознание, или... Взгляд девочки переключается на хранительницу ключа земли, управляющую гигантской рукой, наносящей тяжёлые, но медлительные удары. Именно этой неповоротливостью и попыталась воспользоваться Лиса. Легко уворачиваясь от долгих атак, она скользила по земле, всё ближе подбираясь к зеленоглазой волшебнице. Но разве друида не показала, что нападать на неё бесполезно? Несколько каменных фигур вырвались из-под земли, представая вокруг девушки. Эти големы были похожи на деревянных человечков для рисования, разве что в разы больше и с длинными, обращёнными в острые пики шипами вместо рук. Удар одного из них пришёлся в плечо лисы, из-за чего та болезненно взвыла. Ещё двое по мановению руки Марьи безмолвно кинулись на медведя. Нужно это как-то остановить, но как? В ужасе Цуна наблюдала за битвой, не в силах даже пошевелиться. Но вот её коленки подгибаются, и девочка валится на землю. Ладонями она хватается за голову, прижимает маску плотнее к лицу, словно в надежде, что сейчас всё это хаотичное видение исчезнет. —Хватит-хватит-хватит, —едва шевеля губами, бормочет она. И вот красные полосы на маске охватывает полупрозрачная дымка. Эта же дымка медленно "стекает" по плечам и волосам девочки, достигая земли. Марье остаётся лишь управлять големами-марионетками, не подпуская к себе людей в масках, хотя они в состоянии работать и сами, так что, быть может, стоит поговорить с девочкой-лисой. Друида оборачивается и тут же удивлённо замирает. Наверное, это всего лишь кажется... Однако нет, ощущения не противоречат, а даже подтверждают то, что предстаёт перед единственным глазом девушки. Воздух по всей поляне рябит полупрозрачными полосами, словно явился некто с огромной силой, что давит на саму реальность, заставляя её трепетать и прогибаться под мощью этого мага. Сенсорика сбивается от энергии духов, заполнившей всё пространство вокруг подобно воде. —Что это..., —но даже договорить Марья не успевает. Земля задрожала, а в следующий миг из неё начали вырываться огромные и крепкие деревья. Боковым зрением повелительница растений замечает, как отпрыгивают в сторону носители масок, явно не желая, чтобы деревья их задели. А мгновением позже уже самой повелительнице земли приходится уворачиваться от такого же дерева, разорвавшего землю у неё под ногами. За пару секунд Марья успевает перенестись ближе к малышке Цуне. Жест рукой, и каменные глыбы останавливаются, позволяя девушке подобраться вплотную к кицунэ. Марья быстро поднимает девочку на ноги. —Ты в порядке? Но ответом служит испуг в блестящих глазах, видных в прорезях. Тихое рычание доносится откуда-то из-за спины, и именно из-за него коленки Цуны опять дрожат, роняя девочку обратно на траву. Повелительница земли оборачивается и видит причину этого страха. Лиса и Волк медленно брели на них, выступая из-за деревьев. Однако они уже не были похожи на самих себя. Рты масок были приоткрыты, однако даже так не было и шанса разглядеть, что находится под непроглядным мраком. Их одежда порвалась, и теперь стала видна длинная шерсть, возможно, являющаяся ни чем иным, как мехом, однако же... —Бежим! —тихо шепнула на ухо девочке друида, подхватывая ту за шкирку. Цуна не сопротивляется: не может из-за страха. Друида в который раз несётся по лесу, спасая как девочку-лису, так и себя. Впрочем, Марья бы легко сумела обезвредить каждого из "друзей " в масках, однако же она банально не может этого сделать на глазах у Цуны. К тому же, пусть договориться сейчас не вышло, но, быть может, ещё есть хоть какой-то шанс? Но где же конец этого леса? Как выбираться? Впервые сенсорика не помогает, лишь сбивая с дороги, словно бы рисуя совершенно иной лес в голове, совершенно не совпадающий с тем, что видят глаза. Громкое рычание медведя заставляет тело покрываться мурашками. И в следующий миг новый звук: жутковатое тявканье лисы, напоминающее человеческий голос. Мрак, накрывающий лес с каждой секундой, совмещаясь со звуками, издаваемыми носителями масок, вызывал чувство неутолимого страха, пробивающегося в тело вместе с холодным воздухом. Нужно бежать и найти выход! —Т-там! —голосок Цуны привлекает внимание повелительницы земли. Тогда Марья поднимает голову, пытаясь понять, на что именно указывает девочка. И тогда единственный глаз замечает нечто белое, мелькающее меж движущихся деревьев. «Движущихся? —проскакивает в голове девушки удивлённый возглас. —Нет-нет, просто показалось.» Но что именно хочет показать девочка? Чуть прищурившись, друида изменяет направление, двигаясь в сторону "белого нечто". С каждой секундой силуэт странного предмета становился всё яснее и вот, спустя каких-то пять секунд, стало ясно, что это высокая, металлическая дверь, стоящая посреди леса в совершенном одиночестве. —Что это такое? Громкий щелчок зубов и испуганный возглас Цуны заставляют Марью ускориться. Оттолкнув руками железную дверь, надеясь успеть захлопнуть её за спиной, друида делает шаг, но тут происходит нечто странное... *** На мгновение девушку охватывает мрак, впрочем, не только её. Тени полностью поглощают всё вокруг, будто бы Марья потеряла сознание. Но вот тьма отступает, возвращая друиде зрение. Пару секунд она не понимает, где находится и что происходит. Но вот взор выхватывает из окружения несколько пузырьков воздуха. Тут же девушка зажимает рот рукой. Неужели вокруг вода? Нет, это странная, зеленоватая и лишь отчасти прозрачная жидкость просто идеальной для тела температуры. Лишь так можно объяснить то, что Марья её не чувствует. Сквозь туманную пелену жидкости хранительница ключа замечает нечто напоминающее размытый человеческий силуэт. Цуна? Нет, этот некто больше похож на взрослого человека, чем на маленькую девочку-лису. Марья делает шаг вперёд, благо, твёрдая поверхность под ногами всё это время прекрасно ощущалась. Однако даже так этот шаг стал последним. Девушка запинается обо что-то и валится на холодную каменную кладку. Повелительница земли открывает глаз, и первое, что она видит — копна рыжих волос. Цуна сидела рядом, уперев руки в камень и тяжело дыша. —Что это было? —Марья встаёт на ноги и подходит к малышке. —Как ты? Лишь прислушавшись, Марье удаётся разобрать слова девочки. —Почему? Почему они так поступают? Нет, Цуна не боится, это больше похоже на удивление или же ошеломление. Девушка перевела дух. С девочкой всё в порядке, а значит, ничего плохого не произошло. Только удостоверившись, что Цуна не получила никаких ранений, хранительница ключа решила оглядеться. Место, в котором они находились, напоминало не что иное как... Заброшенную лабораторию? Очень мрачное, заполненное тенями и паутиной помещение. Шкафы с книгами у потрескавшихся стен. Разобрать, что написано на корешках книг, не представлялось возможным, так как они стёрлись от времени. Широкий деревянный стол для письма, на коем пылились стопки бумаг, книг и одна одинокая ваза с неизвестным девушке ярко-жёлтым цветком. Он был словно сдвоенный, верхушка была украшена прекрасным бутоном, напоминающим пасть льва, в то время как ниже, склоняясь под собственным весом, завивались лепестки иного цветка, образующие нечто наподобие прекрасного платья. Он был подобен прекрасной лилии. Взгляд изобретательницы скользнул чуть дальше, упираясь в покрытое пылью зеркало. Но отражение в нём слегка рознилось с реальностью. На засохшем, некогда зелёном стебле, усеянном множеством едва заметных, на первый взгляд, шипов, располагался большой засушенный алый цветок. Его лепестки когда-то блестели, словно покрытые лаком, сейчас же они лишь хранили в себе полузабытый цвет, нежно обрамляя зелёную сердцевину, вокруг которой хранились маленькие чёрные точки-семена. Марья хмурится и проводит рукой по поверхности зеркала, стирая слой пыли. Только теперь цветок в отражении принимает ту же форму, что и в реальности. Теперь взгляд девушки переключается на книги, чьи названия даже вблизи не разобрать. Друида поднимает пыльную книгу со стола, открывает на первой попавшейся странице и ровным счётом ничего не понимает. Очертания букв слишком размыты, словно чернилами нарисовали на воде и этот рисунок в любую секунду обратится в ничто. Некоторые строчки вообще слились в единую, сплошную линию. —Дом... Марья останавливается. Голос Цуны, раздавшийся за спиной, привлекает внимание учёной, сбивая её с толку. —Что ты сказала? —осторожно спросила Марья. Но девочка-лиса не ответила. Она поднялась на ноги, бросилась к одной стене, потом к другой. И только теперь повелительница растений поняла, что в этой комнате нет и намёка на дверь. —Она здесь... Наверное... Маленькая кицунэ опустилась на колени пред большим ковром. —Наверное? — скептически повторила слова девочки друида. Цуна смутилась: —Ну, то есть, я надеюсь, что он здесь, как в сказках или... Девочка замолчала и подхватила краешек ковра, пытаясь тянуть на себя. Однако не смогла его даже сдвинуть с места. Лисичка повернулась к друиде. —Пожалуйста, помоги, —попросила она. Марья кивнула, наклонилась и так же как и Цуна ухватилась за край ковра. Вместе они оттянули его в сторону, поднимая облако серой пыли. Вот взорам девушек прямо в полу открылась большая деревянная дверца. —Сюда! —Как в сказках, говоришь? —хмыкнула Марья, прежде чем последовать за девочкой вниз. Впрочем, Цуна говорила что-то про дом, быть может, она просто помнит, как здесь всё устроено? Проход, открывшийся перед девушками, представлял собой небольшой земляной тоннель, ведущий куда-то вниз. —Что это за место? Очередная попытка использовать сенсорику провалилась, а потому Марья решила просто спросить. Но в ответ она не услышала ничего. Девочка просто продолжала идти вперёд, словно и вовсе не слыша спутницу. *** Долгий путь под холодной землёй всё не заканчивался. Насколько же он длинный? Ответить Марья затруднялась. Пусть "духовный сенсор " настойчиво говорил, что осталось всего несколько метров, учитывая его поведение в предыдущие несколько часов, девушка не спешила ему доверять. —Цуна, куда ты меня ведёшь? Девочка неуверенно пожала плечами в ответ. —Я знаю... Наверное, знаю, куда надо идти. На мгновение Марья остановилась, услышав эти слова. «Выходит, она не знает, куда идти. И что же будет дальше...,— пронеслось в голове повелительницы растений.» И её волнения не были безосновательны. В последний раз, когда она была в лаборатории, её лишили глаза и едва ли не лишили жизни. Неужто теперь ждать подобной встречи и здесь? Ну уж нет, Марье хватило и одного раза. И всё же в этот раз друиде стоило довериться своей сенсорике. В какой-то момент впереди блеснул небольшой огонёк, а через несколько шагов он вырос, принимая облик, напоминающий дверь. Цуна прибавила шаг, что пришлось сделать и Марье, дабы не отставать от маленькой кицунэ. *** Девочка остановилась всего лишь в каком-то шаге от проёма, за которым прекрасно виднелась... поляна? Лес чуть в отдалении? Синее небо? Марья прекратила движение рядом с лисичкой. В голове изобретательницы просто не укладывалась картина всей ситуации. Они же всё время спускались, так каким образом оказались на поверхности? Хотя на удивление сил уже просто не осталось. Последние сутки были чересчур насыщенными, вобрав из тела друиды все эмоции. Удивляться некогда, да и незачем. Потом подумает о том, как всё это устроено и что к чему. Сейчас, возможно, лучшее, что они могут сделать — аккуратно двигаться вперёд. —Идём, —тихо бросила девочка. Однако когда та едва ли не бегом кинулась вперёд, волшебница остановила Цуну. —Хорошо, но я первая. Нужно быть осторожными, а то мало ли... Малышка кивнула в ответ, пропуская старшую вперёд. Друида аккуратно ступила в заросли высокой зелёной травы. Всё вокруг были тихим и спокойным, словно бы никогда и не было мрачного леса, людей в масках, да и вообще ничего сверхъестественного не происходило. Да, природа всегда берёт своё, постепенно залечивал раны, поглощая зеленью заброшенные дома, выращивая новые деревья. Но даже так всегда остаются следы прошлой жизни. Здесь же не было ни единого следа. Поле и лес в их первозданном виде. —Идём, —обратилась девушка к Цуне. Та кивнула и тихонько перешагнула через проём. —Ты знаешь это место? — спросила друида. Девочка огляделась и кивнула. —Это наш лес, —тихо проговорила она. —Ваш? В ответ Цуна кивнула, после чего резко обернулась. Рыжие ушки дёрнулись, словно бы кицунэ уловила какой-то новый звук. —Там! Марья мгновенно обернулась туда, куда указывала девочка. Там, в отдалении, среди деревьев стояла высокая девушка. Её лица разглядеть было невозможно из-за того, что она стояла слишком далеко. Однако же отчётливо виднелись её прямые чёрные волосы. Острые ушки, такие же, как у маленькой Цуны. Бирюзовое кимоно охватывало тонкую фигуру, переходя в тёмно-бордовые шаровары. Девушка неспешно двигалась меж деревьев, словно бы танцуя завораживающий плавностью странный танец; её длинные рыжие хвосты двигались в такт движениям девушки, мешая уследить за хозяйкой, сбивая взор. Она плавно водила в воздухе своим зонтиком, вырисовывая какие-то иероглифы, а может, играя с бело-зелёными огоньками-светлячками. —Сестрица! Забыв об осторожности, Цуна бросилась в сторону старшей кицунэ. Марья же, тихо ругнувшись, кинулась следом. Да, пожалуй, появление старшей кицунэ было на руку друиде, ведь именно за ней она сюда и пришла. Но это не отменяет того, что нужно быть осторожнее. Меж тем догнать старшую девушку-лису оказалось значительно сложнее. Когда Цуне и Марье осталось пробежать всего пять метров, фигуру старшей кицунэ охватило зелёное пламя. Одна вспышка, а следом вторая, но уже дальше. Кицунэ на мгновение исчезла с места и явилась уже значительно дальше. Казалось, Цуну это вовсе не смутило, она продолжила бежать, желая достичь сестры. Сила девушки-лисы для Марьи оставалась тайной. Никогда до этого девушке не удавалось напрямую изучить способности кицунэ, ведь в этом лесу она была лишь пару раз, а хозяйка этой территории Сказочного Мира никогда не жаловала гостей. Сколько продлились эти догонялки, сказать сложно, однако в какой-то момент дыхание девочки окончательно сбивается и она валится на коленки, прямо на белый песок. Марья же останавливается рядом, вновь всматриваясь вдаль, в силуэт девушки-лисицы, кружащейся всё в том же танце, после же её взгляд переключается на окружение. Как оказалось, старшая кицунэ привела их на край неглубокой ложбины, усыпанной песком и окружённой деревьями. —Где мы теперь? —сочтя, что девочке про этот лес известно куда больше, чем самой друиде, интересуется Марья, опускаясь на корточки и помогая малышке подняться. Цуна оглядывается и кивает. —Д-да, это песчаный овраг, мы с сестрицей здесь часто играли. Девочка вновь наклоняется и собирает ладошкой горсть мягкого песка, поднимает голову и застывает на месте. Зелёный огонь охватил воздух за одним из ближайших деревьев, быстро вырисовывая высокий женский облик. А секундой позже за деревом появляется кицунэ. Девушка стояла на месте подобно недвижимой статуе. Но вот эта "статуя" делает шаг, заставляя невольно вздрогнуть и Марью, и Цуну. Старшая леди-лиса опускается на одно колено, поднимает руку, едва ли не касаясь волос девочки. Однако она резко отдёргивает руку, её ушки дёргаются в сторону нового звука, разнёсшегося над лесом. Она поднимает голову и вдыхает холодный воздух, медленно наполняющийся беловатой дымкой тумана, пришедшего из ниоткуда, но явно не собирающегося уходить. С каждой секундой становится всё мрачнее, словно некто специально нагоняет тучи. Кицунэ бросает короткий взгляд на девочку. Взмах хвостом, и лисица полностью исчезла из виду, сливаясь с туманом. —Не уходи..., —одними губами пробормотала Цуна. Минута тишины, и вот шум, который до этого смогла уловить лишь кицунэ, достигает ушей и малышки, и друиды. Это голоса людей, смешивающиеся в единый, нестройный хор. Но откуда они здесь? Внезапно всё вокруг озаряется рыжим светом. И в ставшим оранжевым тумане вырисовывается силуэт кицунэ, скользящей вперёд. Свет стихает на мгновение, и вот новая вспышка. В тумане видно, как девушка-лиса выгибается, словно получив удар в спину, после чего падает на землю. Сдавленный крик разносится по туману и смолкает. Силуэт девушки не движется. Цуна вновь едва ли не срывается с места, однако металлическая рука сжимает её воротник, не давая ей убежать. Марья успела перехватить девочку крайне вовремя, ведь в тумане начали вырисовываться новые силуэты, медленно идущие по направлению к ним. Вот один человек остановился, словно бы проверяя пульс у лежащей на земле кицунэ. После чего поднялся и крикнул нечто неразборчивое второму человеку. Тот кивнул. Некоторое время они просто стояли, о чём-то переговариваясь. Но вот один оборачивается, всматриваюсь в сторону друиды и девочки. Свет рыжего огня охватывает его руки, а в следующий миг срывается с пальцев. Первая огненная сфера пролетает мимо. И вот подбежали ещё несколько магов огня. В золотистом свете огня, разгоняющем туман, стала прекрасно видна серебристая броня солдат и знак страны огня на их груди. Но откуда здесь взялись бойцы Огненной страны? Что они здесь делают? Маги подняли руки, создавая совместную сферу огня, что в следующий миг слетела с их пальцев. Зелёные стебли вспороли землю, создавая зелёную стену, что должна защитить от этой атаки. Пламя разбивается о зелень, разлетаясь золотыми искрами. —Держись за мной, —хмуро приказала Цуне повелительница земли, выступая вперёд. Однако говорить этого было не обязательно. Холодный ужас застыл в широко раскрытых глазах девочки, что были видны даже под маской. Её тоненькие руки дрожали, и коленки предательски подгибались. Неужели эти солдаты её так напугали? Новая вспышка огня и давление на растительную стену, что должна выдержать это пламя. Но Марья допускает ошибку. Острый язык огня каким-то чудом проскальзывает в небольшое отверстие в живой стене. Марья болезненно шипит, когда ядовитое золото жара падает на живую руку, охватывая кисть. Друида издаёт тихое и болезненное шипение, отпрыгивая назад. Теперь же, после потери контроля над растениями, пламя начинает жадно поглощать стебли, уничтожая единственную преграду, которая отделяла девушек от воинов огня. Надо уходить! И уходить как можно скорее! Друида прикрывает глаз, пытаясь использовать сенсорику. И вновь картинка вырисовывается совершенно иная. Что же происходит? У неё никогда в жизни ещё не было подобных сбоев! И тут взгляд девушки останавливается на собственном запястье, покрытом тёмным следом от огня. Боли не было вообще. Тонкие пальцы касаются кисти и освещаются туманным светом. Пальцы словно бы проходят сквозь тонкую плёнку, охватывающую руку. —Не понимаю... Марья оглядывается, взглядом изучая окружение. Магическая сенсорика чётко указывает на отсутствие одного из ближайших к друиде магов, неужели... Повелительница растений аккуратно касается коры, и вновь пальцы проходят сквозь. Иллюзия? Всё вокруг сплошная иллюзия? Меж тем девочка вновь оседает на землю, сжимая виски. —Цуна, соберись! Нам нужно уходить! Но девочка словно бы не слышала, всё глубже погружаясь в свой страх. Холодный мрак накрыл холодное солнце серым одеялом туч. Тени вынырнули из-за деревьев, укрывая собой землю. Стена из лиан взрывается рыжим пламенем. Цуна издаёт испуганный писк и пытается пятиться как можно дальше от месте взрыва. Как можно дальше от солдат, что медленно, пугающе идут к своим жертвам. Девочка сжимается в комочек, жмурится, пытаясь отогнать весь мрак из мыслей, однако не выходит. Во мраке за веками воображение рисует глаза. Множество глаз, что смотрят на девочку, Смотрят так, словно она не более, чем добыча. Марья резко отдёргивает руку, когда кора дерева начинает преображаться. Она трескается, вырисовывает неясную форму, и... внезапно открывается глаз. Самый настоящий, живой глаз, с большой радужкой и суженным до точки зрачком. И вот, уже выше, с треском раскрываются ещё несколько глаз. Ствол преображается, по нему рассекаются пульсирующие полосы, напоминающие вены. Тени хлынули из леса, уже полностью заполняя пространство оврага вокруг, лишь множество не моргающих глаз с алыми зрачками и белыми точками блеска в глазах окружали хранительницу браслета и маленькую лису. Тонкие ветки деревьев преобразились, словно становясь длинными, тонкими пальцами, всё тянущимися к посетителям. Солдаты исчезли, остался лишь настойчивый запах гари. —Цуна! —земля подхватывает Марью, перенося её к девочке. Девушка падает на колени, прикрывает собой лисичку. Несколько небольших деревьев вырвались из земли, скрывая их от мира. Мелкая дрожь била девочку, с губ слетали тихие, неразличимые слова. Надо её успокоить, может, тогда всё придет в норму. Ведь до этого каждый раз, когда девочка была напугана, всё вокруг менялось, становясь словно мрачнее. Быть может, это всего лишь совпадение, а может, Цуна здесь и вовсе не при чём? Нет, теперь пазл складывается. Учитывая, что вокруг всё заполнено иллюзиями и вспоминая, как старшая кицунэ когда-то водила весь состав патруля за нос, окуная всех четверых в сон или же иллюзию, было бы не удивительно, если бы и младшая кицунэ управляла этой же стихией. Единственное, что несколько напрягает — уровень её силы. Если всё вокруг является сплошным, не контролируемым хозяйкой миражом, то девочка должна обладать просто ужасающей силой. Она аккуратно приобнимает девочку. —Цуна, открой глаза, всё в порядке. —Нет! Не правда! —всхлипывает лисичка, сжимая голову руками, сильнее жмурясь. —Послушай, всё вокруг не более, чем простая игра воображения, это не по-настоящму! Но малышка просто не слышит, всё больше погружаясь в свой страх. —Цуна, ты же сама всё понимаешь, эти иллюзии способны подчиняться тебе. И вновь девочка не обращает внимания на слова. —Открой глаза! Окрик действует, и малышка наконец открывает глаза, однако от этого становится лишь хуже. Она видит мрак, видит деревья, создавшие небольшой купол вокруг них. Цуна падает, пытается отползти назад, но упирается спиной в новую деревянную преграду. Её дыхание сбивается. Ужас уже полностью проникает в неё. —Цуна, всё в порядке! —вновь кричит Марья, желая достичь разума малышки, но то никак не действует. «Как же её успокоить? Простыми словами здесь не обойтись, но...» И тут в голову приходит ответ. Новый слой деревьев вырывается из земли, вторым слоем покрывая купол изнутри. Постепенно воздух наполняется смолистым, сладковато-древесным ароматом, постепенно заполняющим лёгкие. Меж тем Марья аккуратно двинулась вперёд, она чувствует, как необъяснимая сила заполняет её, подсказывая, что нужно сделать и говорить. Тёплая рука коснулась маленького запястья, а после скользнула за спину. —Всё в порядке, ты под защитой. Нас больше никто не тронет, мы ведь вместе. Друида обнимает Цуну, тихо шепчет слова. И лишь тогда дрожь со временем покидает её тело. Слёзы, текущие по глазам, высыхают. Наконец, приходит успокоение и усталость. Лишь когда Марья чувствует, что сердце малышки успокоилось, а дыхание выровнялось, она позволяет стволам деревьев плавно раскрыться и уйти в землю. С уходом паники исчезает и мрак леса, уступая место тонким лучам света. Деревья избавляются от своих глаз. Запах гари сменился на прохладный, свежий, дождливый аромат леса. И лишь туман остался на месте, стелясь по земле. Совершенный покой... —Как ты? —чуть отстраняясь, спрашивает у девочки повелительница земли. Та тихо кивает, давая понять, что уже успокоилась. Девочка проводит ладошкой по щекам, вытирая следы от слёз. Но вот Цуна поднимается и протягивает руку, как бы прося взять её. —Идём? Друида мягко улыбается и принимает этот жест, только сейчас замечая, что от ожога, захватившего её кисть, теперь не было и следа. Лес затих, полностью изгнав из себя все звуки. Друида и кицунэ медленно брели по этой опустошённой территории. Девочка, словно бы вымотанная постоянным страхом, молча брела вперёд, опустив голову. Марья же шла следом, раздумывая над последними событиями. Но вот девочка останавливается, всматриваясь куда-то вперёд, после же поднимает руку и указывает куда-то пальцем. Изобретательница тоже поднимает голову и тогда её глазу предстаёт новая дверь, одиноко стоящая средь арки из деревьев. — Это не опасно? Но Цуна лишь неуверенно пожимает плечами. —Что ж, тогда идём вместе... *** Дверь, стоило им войти, захлопнулась, будто намеренно. Но та уже не волновала привыкшую к подобным трюкам друиду. Вместе с маленькой кицунэ она с недоумением смотрела перед собой, силясь найти происходящему логическое объяснение. То, что предстало перед Марьей и Цуной, больше напоминало сон. Бескрайний простор кристально чистой водной глади, из которой то тут, то там выходили пучки тёмно-зелёной травы. Если наклонить голову под нужным углом, можно заметить тёмно-зелёное дно, состоящее из той самой травы. Создавалось впечатление, будто бесконечную равнину затопило и теперь вся она превратилась в широкое, хотя и мелкое, озеро. —Давай я возьму тебя... —Нет, не надо! —запротестовала кицунэ, не дав волшебнице подхватить себя на руки. —Я... и сама могу... ходить, —несколько сконфуженно пробормотала она. «Что ж, ничего не поделаешь. Надеюсь, она не заболеет, —подумала Марья, садясь на корточки и прощупывая воду.» Та оказалась тёплой и весьма лёгкой: рука с лёгкостью проходилась из стороны в сторону, не встречая столь же сильного сопротивления жидкости, что было обычно. Искусница чуть крепче сжала руку девочки, и та, мгновенно всё поняв, кивнула и сделала шаг вперёд с единственного островка суши. Вместе с ней зашагала и друида. Ноги сразу же промокли, и обувь стала тяжёлой. Земля, что удивительно, оказалась довольно твёрдой, словно и не было поверх неё никакой воды. Сделав всего четыре шага, лисичка остановилась и высвободила руку из ладони Искусницы. Не обращая внимания на вопросительный взгляд, Цуна стала быстро расшнуровывать свою обувь. Вскоре маленькие ножки — на удивление чистые, учитывая, что новая знакомая друиды живёт в лесу — по очереди спустились в воду, вызвав всплеск. Спорить о вреде таких прогулок для ещё не окрепшего детского организма Искусница не стала. В крайнем случае она всегда может использовать магию исцеления. А тёплый травяной чай довершит профилактику, сводя на нет воздействие сырости. Но прежде нужно оказаться в хотя бы относительной безопасности. Девочка молча зашагала дальше, и Марья, быстро нагнав лисичку, присоединилась к ней. Тем не менее, повелительница земли старалась идти чуть впереди, чтобы быть готовой защитить Цуну в случае нападения. Конечно же, девушка также не хотела почувствовать себя ведомой за ребёнком, рассуждая, что ответственность в данной ситуации целиком и полностью на ней самой. Сейчас она не может позволить себе такую роскошь, как следовать за кем-то. С тихим, едва слышимым вздохом шатенка подумала о том, как же просто ей жилось каких-то два-три месяца назад. Условия в подвале были не в пример хуже, нежели в лаборатории в Штомграде. Но и в Мышкине она чувствовала себя расслабленно в компании подруги и "мини-патруля". Хотя обеспечивалось её спокойствие прежде всего незаинтересованностью девочек в "странноватой исследовательнице", сутками не выходящей из занятого ею подвала. Меньше всего друиде нравилось беседовать с собой из прошлого: зная свою проницательность в детстве, она всегда боялась, что её копия о чём-нибудь догадается и тут же сообщит об этом старшим (прежде всего Варваре). К счастью, этого так и не случилось. Изводило исследовательницу и чувство вины за собственноручно испорченную жизнь юной друиды. За кем ей действительно нравилось наблюдать, так это маленькая Варя. Подруга, похоже, за годы совсем не поменялась — только стала жёстче, собраннее и... хладнокровнее... в вопросах лишения жизни. Но в сущности Ветрова осталась собой. Когда ей страшно, она злится, когда неловко — проявляет показное высокомерие, когда обидно — хладнокровна. Вспомнив перепалки, устраиваемые волшебницами каждое утро, друида не смогла подавить сдавленный смешок. —Что такое? —как можно серьёзнее спросила Цуна. —А, нет, ничего, —отмахнулась девушка, —просто вспомнилось кое-что. —А что вспомнилось? —не сдавалась кицунэ. —Одна весёлая знакомая, —ответила Марья, не став уходить от разговора. —Я бы вас познакомила, да только... ну, ты и сама понимаешь, что это сейчас невозможно. —Что за знакомая? Расскажешь? А то нам ещё всё-равно идти долго, а так хотя бы веселее. Кицунэ излучала интерес, коему даже маска не могла воспрепятствовать. Это изрядно позабавило шатенку. Но в одном она была права — путь предстоял действительно долгий. Самое неприятное заключалось в том, что друида не имела понятия, куда ведёт девочку. Травяной океан был будто бы бесконечным, и друида, как ни всматривалась за горизонт, видела лишь чёрную гладь. —Ну, почему бы и нет, —согласилась она. —Что ты хочешь узнать? Девочка, как показалось Марье, была этим вопросом несколько смущена. Мысленно друида хлопнула себя по лбу, как это часто бывало и прежде. Это же надо ей было додуматься задать подобный вопрос ребёнку. —Её звали Алёна..., —совершенно внезапно для себя произнесла она. Наверное, ей стоило бы назвать другое имя. Но Марья хотела рассказать девочке нечто увлекательное, и ей сразу вспоминалось лицо бывшей подруги. Той, кем она была пятнадцать лет назад. —Ну? —привлекла внимание девочка, нетерпеливо ожидая продолжения. —Гм, да. Она была ходячей неприятностью, как говорится. Если мы с подругами попадали в неприятности, то практически всегда из-за неё. Задумавшись, девушка вновь ощутила наплыв ностальгии. Следом подоспело и сожаление о потерянных днях. —Почему же вы тогда с ней дружили, раз она такая плохая? —поинтересовалась маленькая кицунэ. —На самом деле, она была очень доброй и я бы даже сказала, наивной, простой. Это подкупало и заставляло доверять. К тому же, неприятности — не значит беды. Порой они были очень даже весёлыми. —Да? И какие например? —Хм, даже не знаю, что..., —Искусница по привычке пригладила волосы назад, а затем легонько постучала по голове указательным пальцем. —А, вот, к примеру, однажды мы с другими моими подругами гуляли по парку. Тогда была зима и близился Новый год — так называется один из праздников в тех местах. Мы обменивались новогодними пожеланиями, рассказывали друг другу о подарках, которые желаем приобрести на праздник. Как вдруг, словно снег на голову, появляется Алёна, которую мы уже давно ждали, и огорошивает нас новостью: мы примем участие в новогоднем выступлении. Она, как потом выяснилось, думала, будто мы можем наколдовать декорации, красочные взрывы и прочее. Только вот мы были тогда совсем маленькими и ничего подобного не умели. А самое главное, что узнали о планах подруги мы перед самым нашим выходом на сцену. А у нас из декораций только костюмы да смешные носы, —на этом моменте друида позволила себе усмехнуться, и девочка последовала за ней. —Ну? Ну? И чем всё закончилось? —с неподдельным интересом вопросила Цуна. —Пришлось выкручиваться, —ответила повелительница земли. —Я заказала... кхм... нет, достала из сумки один вроде бы безобидный, но в неумелых руках опасный предмет. Цветик-Семицветик называют. Если вкратце, исполняет практически любые желания. Да только своевольный он уж больно. Там поймёт неверно, там исполнит неправильно, а там и вовсе не исполнит. В общем, испортил он нам тогда весь праздник. Но как же мы смеялись потом... Подробности про интернет, на который когда-то всегда полагалась Искусница, девушка решила опустить, чтобы не вдаваться в лишние объяснения. Кицунэ, похоже, история впечатлила, и девочка с искромётностью описываемой повелительницы огня принялась засыпать друиду вопросами. На них волшебница по возможности отвечала, стараясь, однако, не выдать текущего положения дел. Грузить ребёнка своими проблемами Марье совершенно не хотелось. Но, как показало время, та оказалась крайне смышлёной, а интуиция у лисицы была отменная. —Ты, наверно, по ней очень скучаешь, да? —осторожно, хотя и неумело, спросила Цуна. —Да, пожалуй, что так. —А что с ней стало? Она... ушла? Не понять намёка было довольно трудно. Очевидно, кицунэ подумала, что Рыжова мертва. И повелительница земли, конечно, могла бы переубедить её, но делать этого не считала нужным. В конце концов, совсем скоро их пути разойдутся, и Марья надеялась, что разойдутся на доброй ноте. —Верно..., —со вздохом озвучила свою ложь Искусница. —Понятно... —А почему ты вдруг спросила? —ради интереса поинтересовалась девушка. —Нуу, ты всё время говорила про свою Алёну как про то, что было раньше. А сейчас уже нет... —Ясно. На этом разговор на какое-то время прервался. Друида не знала, о чём ещё стоило бы рассказать новой знакомой, да и стоило ли. Та, к счастью, новыми вопросами Искусницу засыпать не спешила, о чём-то задумавшись. Между тем прошло уже около получаса, а пейзаж, если его можно было так назвать, оставался неизменным: бесконечный горизонт чёрной из-за ночи воды и сверкающая лунным светом дорожка, по которой и двигалась Марья. На душе стало неуютно, стоило девушке закончить рассказ. Она вновь начала вспоминать былое время, светлое и беззаботное. Раньше у неё всегда был план, составленный не ей, а значит, лишённый, как казалось волшебнице, изъянов. Жизнь была одним сплошным сериалом, а Марья в нём — неблагодарной актрисой, так и норовящей втихаря переписать сценарий. А теперь она добровольно передала свою роль маленькой девочке, что однажды повторит её путь. —Извини, —проговорила вдруг Кицунэ, и Марья перевела взгляд на неё, —ты, наверно, расстроилась, когда мне всё это рассказала. —Нет, что ты, —отрицала Искусница, —я в порядке. Просто задумалась. Девочка, похоже, на слова друиды не повелась, но и спорить не стала, как это делают дети её возраста. Она вдруг остановилась, издав последний всплеск, рябь от которого разошлась на несколько метров, чтобы тут же затихнуть. —Я так устала ходить, —пожаловалась лиса, —давай отдохнём? —Иди сюда, я возьму тебя на руки, —спохватившись, предложила Марья, но Цуна отступила на пару шагов, выставив вперёд руки. —Нет, не надо! Ты ведь тоже устала! Давай просто посидим немножко, —сказав это, маленькая хранительница леса уже собралась сесть прямо в воду, но Марья быстро сориентировалась и вовремя успела создать под ней пенёк. —Ну не в воду же! —нахмурилась Искусница. —Эх, ладно, —смягчилась она, —но только не долго. Друида подняла руки к звёздному небу, и из-под воды вытянулись тонкие деревья, искривляясь и переплетаясь стволами в четырёх метрах над водой, образуя раму. Затем из веток образовались лианы, которые Марья мигом закрепила на просторном сиденье из других ветвей. Таким образом, у неё получилась подвесная лавочка. —Ого! —восхитилась увиденным Цуна. —Это просто неописуемо! Друида жестом пригласила девочку сесть рядом, и они вместе устроились на качелях, свесив ноги прямо над водой. —Как же тут всё-таки красиво, —произнесла кицунэ, смотря на усыпанное триллионами звёзд ночное небо, в центре которого красовалась бледная луна. —Да, красиво, —согласилась Искусница. —Если бы только здесь был выход..., —она обернулась в ту сторону, откуда пришла, закономерно не находя там островка суши. —Мы его найдём, я уверена. —Конечно. Повелительница земли оглянулась: куда ни посмотри, повсюду встретишь звёздное полотно. Вправо, влево, вверх, вниз — звёзды, подобно неисчислимому множеству глаз, смотрели на неё из тьмы неба и зеркальной поверхности воды. —Вот бы и мои друзья вернулись, —печально пробормотала девочка. —А то грустно без них... —Ты же видела, что они такое. —Они не такие! Это точно какая-то ошибка! —возразила Цуна. —Хорошо. Если ты так считаешь... Тишина. Абсолютная тишина, если не брать во внимание звук дыхания. От этой тишины друиде становилось неуютно, однако кицунэ, похоже, неудобств не испытывала, откинув голову на спинку импровизированной скамейки. Хотя понять наверняка это можно было только сняв с неё маску, чего волшебница делать не планировала. Но любопытство всё же взяло верх. —Цуна, —обратилась друида к лисе, и та вопросительно промычала. —Скажи, почему ты постоянно носишь эту маску? Ты никогда её не снимаешь или только передо мной? Та с минуту молчала, вероятно, думая, что бы ответить. —Это от сестры, —лаконично ответила жительница леса. —Вот так... Говорить что-то ещё повелительница земли посчитала лишним. У девочки, как уже успела понять исследовательница, серьёзная психологическая травма. А копаться в голове, вопреки уверениям Ветровой в обратном, Марья не умела. Одно было ясно: юная кицунэ обладает колоссальными способностями, связанными с иллюзиями. Оно и не удивительно, учитывая, кто она такая. Вот только силы свои девочка явно не контролирует по понятным причинам. Но ведь для использования магии, как всегда считала друида, был необходим чистый разум. Без должного уровня концентрации внимания подчинить своей воле хотя бы песчинку было бы невозможно. «Если только... но где именно? Маска?» Ещё одним вариантом мог послужить волшебный предмет, который бы и давал силы. Маска на роль такового подходила, на первый взгляд, просто идеально Однако и в этом случае применять столь мощные иллюзии проблематично. Оставался последний и самый неприятный как для девочки, так и для Марьи вариант. Маска могла быть одержима каким-то духом — довольно могущественным, судя по тому, как ловко он обманывал разум. И дух этот, похоже, сильно не возлюбил вторженку и потому стремится уничтожить её. Проверить же свою правоту Мария сможет позже. Сейчас следует сосредоточиться на нахождении выхода из этого места. Искусница практически уверена в том, что вокруг неё другой мир — пустоватый, самоповторяющийся, но материальный. На это указывала уже сама возможность дотронуться до воды. Кицунэ из воспоминаний друиды также могла погружать окружающих в сон, направляя их мысли в нужное ей русло. Но заснуть и попасть в один и тот же сон вместе с Цуной они не могли. Значит, что-то (или кто-то) намеренно закинуло их в карманное измерение, откуда должен быть и выход. Пока Искусница размышляла, маленькая кицунэ со скучающим видом мотала ножками, посматривая на отражающееся в воде звёздное небо сквозь прорези белой лисьей маски. Вдруг она перевела взгляд куда-то вдаль, будто что-то заметив. Марья поначалу не придала этому особого значения, решив, что девочка просто залюбовалась пейзажем. Волшебнице же было не до красоты небосвода. Из тяжёлых мыслей её вывел всплеск воды и последующие за ним цепочкой остальные. —Цуна, ты куда! Лисичка быстрым шагом пошлёпала прочь, будто заворожённая. Друида последовала за ней. Вот уж чего ей не хотелось, так это потерять кицунэ. —Цуна! Постой! —крикнула девушка, приближаясь к той. —Я кое-что увидела, —повернувшись, объяснила лиса. —Пойдём посмотрим! —и унеслась в известном одной лишь ей направлении. Друида, однако же, заметно успокоилась. Как-никак, девочка здесь имеет особое влияние, и если она говорит, что что-то видит, значит выход уже близко. Марья побежала следом, попутно отмечая, что замёрзла, хотя вода относительно тёплая, а ветра вовсе нет. В конце-концов девочка остановилась и стала увлечённо рассматривать воду под ногами. Мария поначалу не поняла, что могло привлечь внимание Цуны. Но, присмотревшись, она на мгновение раскрыла рот от удивления — или же от вовлечённости. Прямо под ногами девушка увидела воистину странную картину: на мнимом дне океана стоял самый обыкновенный домик, из окон которого лился красноватый свет. Стиль постройки напоминал японский, что не удивительно: кицунэ — изначально японская культура. На ум сразу приходила извечная тень её бывшей подруги. Однако Сора, как бы долго ни пребывала в Сказочном мире, оставалась жителем обычного мира. Цуна же всю жизнь провела в Сказочном лесу под присмотром прошлой кицунэ. Появляется вопрос: как же людская культура угодила в это измерение? —Ты тоже это видишь? —поинтересовалась девочка. —Да, —подтвердила Марья, —я вижу дом на дне. Думаешь, это выход? —Не знаю, —созналась Цуна. —Давай проверим. Волшебница попыталась протянуть руку к домику, однако ладонь была остановлена толщей земли. —Мираж, —заключила Искусница. —Мираж? —Иллюзия, имею в виду. —Ааа... ну как-то же туда можно пройти? —неуверенно произнесла кицунэ. Повелительница земли вздохнула, прикидывая, что можно сделать. На ум ничего дельного не приходило, и это расстраивало. Лишь только минуту назад она расслабилась, надеясь найти выход из этого мира, как её надежды были беспощадно разбиты. —Я думаю, это просто картинка. Иллюзия, —разочарованно произнесла друида. —Пойдём дальше. Мне кажется, мы на верном пути. Друида уже сделала шаг по направлению лунной дорожки, как её окликнула Цуна: —Подожди! Там кто-то есть. И действительно, присмотревшись, шатенка смогла увидеть, как тоненькая сёдзи медленно поднялась. Затем из-за неё показалась рыжая морда лисы. Вскоре показалась её обладательница, а следом за ней из жилища вышли и остальные хищники. Друида напряглась, не зная, что ожидать от тех, с кем ещё недавно дралась. Существа в масках животных все как один уставились на гостей. Тут вперёд остальных вышла Лиса и протянула вверх свою обтянутую меховой перчаткой руку, словно приглашая спуститься. И Цуна, к удивлению Марьи, не раздумывая ответила на этот жест, протянув свою руку в ответ. Однако её ладошка лишь вызвала в воде рябь. —Цуна, это может быть опасно..., —попыталась предостеречь девочку Искусница. И в ту же секунду рыжая хищница подпрыгнула, отрываясь от иллюзорного дна и оказываясь у границы, отделяющей воду от воздуха. Тонкие пальцы схватили руку кицунэ и потянули под воду. —Цуна! —повелительница земли ухватилась за ускользающую ногу девочки, стремясь удержать, однако твёрдая земля под ногами внезапно исчезла, и девушка была утянута в водное зазеркалье вслед за лисичкой. Новое дно стремительно приближалось, и уже спустя пару секунд Марья смогла встать на ровную дощатую поверхность татами. Остальные звери угрожающе зашагали в её сторону. Друида приготовилась к бою, однако Цуна вытянула руки в разные стороны, одновременно заслоняя Марью от существ и останавливая саму Искусницу от поспешных действий. —Не надо! —выкрикнула она. —Мы можем поговорить! Шатенка возражать не стала, подмечая, как отступили и хищники. —Слушайте! —снова крикнула девочка, которая, видимо, думала, что слушать её будут тем внимательнее, чем громче она доносит свою мысль. —Вы больше не должны на неё нападать! Звери послушали жительницу леса и действительно остановились. Доверять им Искусница не спешила, однако дала кицунэ шанс договориться. —Слышите!? А если вы не послушаете, значит, мы с вами не друзья! —едва не сорвавшись на плач прокричала девочка. «Насколько же давно они живут вместе..., —подумала Искусница, с трепетом смотря на развернувшуюся картину.» —Цуна, дорогая, прости нас, —к огромному удивлению Марьи ласково протянула лиса, —мы только хотели защитить тебя и лес. —Ага..., —проревел медведь. —Правду сестрица говорит, —прорычал волк. Ворон остался молчаливым, согласно кивнув на слова остальных. «Неужели они умеют говорить!» Удивлению девушки не было предела. Существа, коих она считала немыми и, вероятнее всего, неразумными, прямо сейчас доказывали обратное. —Вы разговариваете, —напрямую обратилась к ним друида, всё ещё не до конца поверившая в услышанное чувствуя подвох. —Ну конечно, —нежным голоском пропела лисица, —мы всегда это умели. Просто мы открываемся далеко не каждому. —Лисичка, —счастливо сказала Цуна, бросаясь в объятия старой знакомой, —я так рада, что вы вернулись! Я так испугалась, когда вы..., —не выдержав, Цуна всё же сорвалась на плач, высвобождая накопившиеся эмоции. —Вы так больше... никогда... не делайте. Хорошо? —Конечно, Цуна, —сладко прошептала лиса, —больше мы не посмеем пугать тебя. Обещаю. —Если кто и напугает, так я ему хребет переломлю, —пробасил медведь. —Глаза выцарапаю, —рявкнул волк. —Ну нет! —нахмурилась Цуна. —Никому не надо вредить! Сейчас. А теперь поможете нам выйти отсюда? —с надеждой посмотрела она в прорези маски лисы. —Пойдём, —произнесла плутовка и, взяв кицунэ за ручку, повела за собой. —Марья, пойдём! —крикнула друиде девочка. —А... да. Не став более ждать, повелительница земли пошла следом, всё ещё пребывая в напряжении. Её не покидало ощущение, будто она попала в ловушку. Однако следовать за зверьми — единственный способ выбраться. Девушка ступила на татами последней, осторожно проходя в приоткрытую дверь. Каково же было её удивление, когда за дверью она увидела не тесное помещение меленького домика, а обширный каменный зал, в центре которого горел огонь в каком-то горшке. Обернувшись, друида не увидела прохода, будто и не было здесь ничего, кроме стены. Недоброе предчувствие становилось всё сильнее. Внешне же как Цуна, так и её странные знакомые, выглядели безобидными, хотя совсем недавно последние пытались убить её. Это заставило Искусницу всерьёз задуматься о наступающей паранойе. Впрочем, та не раз спасала ей жизнь. *** Поднимавшаяся по каменным ступеням друида никак не могла отделаться от чувства, что за ней следят. Однако ни магическое восприятие, ни оглядывания по сторонам не компрометировали перед ней слежку. Возможно, Марьей овладело то чувство, когда после долгих часов погони кошка ни с того ни с сего отпускает свою добычу. В данном случае девушка была на месте крысы, затравленно озирающейся по сторонам, гадая, не играется ли с ней хищник. Может ли быть, что он нападёт на неё в любую секунду, а дружелюбие окажется жестокой игрой? Сказывался и недостаток сна — хотя ему волшебница отводила последнее место среди своих проблем. Шла друида медленно — то ли сказывалась усталость, то ли что-то тянуло её обратно. Цуна выглядела счастливой, встретившись с так называемыми "друзьями", а потому Марье не оставалось ничего, кроме как покинуть лес. Она успокаивала себя тем, что девочка в коей-то мере может контролировать этих существ, раз те послушали её столь безропотно. Ещё пара шагов, и друида окажется на поверхности, за пределами храма Кицунэ, куда её завела ночная дорога. Теперь девушке оставалось только выйти из леса, чтобы направиться уже в Огненное королевство. И ей бы следовало поторопиться, ведь она и так уже потеряла предостаточно времени, но ноги будто в болоте увязли. Небо всё ещё было тёмно-синим, свидетельствуя о раннем времени суток — может, четыре часа утра. Лес мрачных деревьев, покрытый густым туманом, также накладывал свой отпечаток. Марья остановилась и прикрыла глаз. Вокруг распространилась незримая волна энергетического восприятия. Она шла в правильном направлении: покинув лес, шатенка должна будет выйти к Великой реке, за которой располагаются границы страны Огня. О предстоящей встрече с повелительницей огня друида предпочитала не думать, но мысли периодически всё же возвращали её к рыжеволосой колдунье. И Марье бы не помешало подумать, что она будет делать, если Алёна вернётся на путь завоевания Сказочного мира (а в том, что она поступит именно так, сомнений не было). Но сделает Искусница это позже, когда окажется в относительной безопасности наедине со своими мыслями. Когда Марья сделала очередной шаг, уши внезапно пронзил резкий, грохочущий звук, будто позади неё обрушился замок, заставляя инстинктивно закрыть их руками. Искусница обернулась, силясь найти источник звука, однако за спиной был всё тот же обросший мхом и зеленью вход в храм. Повелительница земли стала напряжённо осматриваться вокруг, одновременно используя магическое восприятие. Спустя полминуты разглядывания она уловила гул шагов неподалёку, в нескольких метрах под землёй. Шаги были частые и быстрые, словно к ней бежало сразу несколько человек. «Это они, —поняла Искусница и, быстро оценив ситуацию, приготовилась к возможной схватке.» Ждать пришлось не долго, уже через десяток секунд шаги стали слышны даже без напряжения слуха. Рыжая макушка кицунэ показалась из входа, а следом за ней и существа в масках. —Марья! Не уходи! —Что случилось? —выкрикнула Марья в ответ, настороженно поглядывая на "зверей". Девочка, казалось, мгновенно уловила настрой Искусницы и тут же примирительно замахала руками. Хотя лицо её всё так же скрывала маска, друида с лёгкостью могла заметить промелькнувшие во взгляде Цуны нотки веселья. —Ты их не бойся, —сказала она, подбежав к исследовательнице. —Они не причинят вреда. —Мы ещё раз извиняемся за свою враждебность, —мелодично проговорила лиса. —Что-то случилось? —обратилась друида к девочке. —Пожалуйста, возьми меня с собой! Просьба немало удивила Искусницу. Раньше бы друида определённо раскрыла рот в изумлении, но сейчас сил у неё не оставалось даже на то, чтобы хоть каким-то образом отреагировать. «Почему мне так "везёт" встречать потерявшихся детей? —промелькнуло в голове у Марьи.» Ей совершенно не хотелось брать девочку с собой, поскольку это бы означало вновь взять за кого-то ответственность на себя. Вновь ей пришлось бы защищать кого-то кроме себя. А в конце, возможно, вновь потерпеть неудачу. Заметив, как с каждой секундой мрачнеет лицо повелительницы земли, Цуна затараторила: —Нет, я совсем не помешаю и не буду заставлять тебя никуда идти. И помощи мне вовсе не надо! Просто можно мне пойти с тобой? Может, я по пути и сестру встречу. Я полезная! Может, и только начинаю, но у меня есть магия света! Я же кицунэ! Доводы эти девушку убедить были не в силах, хотя и значительно поколебали чашу весов. Марья же будто оказалась в трансе, зависнув и глупо смотря сквозь собеседницу. Разум никак не мог родить ни одной подходящей мысли. Искусница почувствовала, как начинает закипать. Она тяжело вздохнула, как делала это каждый раз, когда попадала в тупиковую ситуацию. Что она скажет этому ребёнку? Попытается воззвать к здравому рассудку логичными доводами? Судя по пылающей на её лице решимости, на успех можно даже не рассчитывать. —Пожалуйста..., —предприняла последнюю попытку "нападения" маленькая лиса, жалобно уставившись на девушку, изображая на лице всю надежду, что только могла себе представить. —Мне больше не на кого там положиться. Ребята не могут покидать пределы леса... Рука шатенки сама собой переместилась к лицу, начав массировать область на границе носа и лба. С одной стороны, та и правда могла бы пригодиться: исходя из уже увиденного, способности кицунэ к магии света находятся за гранью понимания изобретательницы. Марья всё ещё опасалась прямоходящих хищников, напоминающих злых духов, намерения которых относительно Цуны оставались загадкой. Сама перспектива для маленькой девочки продолжать жить в лесу, вдали от цивилизации казалась чем-то ненормальным. С другой стороны, она решительно не хотела снова брать на себя ответственность за кого-то помимо себя. Несмотря на способности юной кицунэ, друида сомневалась, что те понадобятся ей при встрече с Алёной. Скорее, Цуна может превратиться в обузу. А перспектива отправиться на поиски старшей кицунэ (а Марья даже не сомневалась, что девочка однажды обратится к ней с этой просьбой) заставляла впадать в настоящую панику. Взвесив все за и против, шатенка всё же собралась выдать аргументированный отказ, впрочем, совершенно не надеясь на успех. Но тут её внимание привлекла последняя фраза кицунэ. —Подожди, ты сказала, что они, —друида указала на собравшихся за спиной девочки зверей, —не могут покидать лес. Ты знаешь, что им мешает? —Нет, —покачала головой Цуна. —Но они так сказали, —в поисках объяснений она посмотрела на лису. —Это правда, —сказала рыжая, —мы — хранители этого леса и не можем покинуть его. —Ты только не задерживайся там, —произнёс волк. —Внешний мир этот... рррххх. —Опасное место, —продолжил за него басом медведь. —Может быть, останешься дома? —ласково проговорила лиса. —Ну я же вам говорила! Нет, я должна идти теперь туда и искать сестру! Я уже столько времени прождала, а всё зря. Она вновь повернулась к Марье, но на сей раз друида не нашлась, что возразить. Чаша весов опять сместилась. «Чувствую, я об этом скоро пожалею.» —Хорошо..., —вслух произнесла Искусница. —Но тогда ты должна мне кое-что пообещать. —Что такое? —Выводя тебя из леса, я беру на себя ответственность. —Но я же..., —хотела уже перебить друиду Цуна, но та вытянула руку, жестом останавливая её. —Послушай меня, Цуна. Хоть ты и говоришь, что самостоятельна, но внешнего мира ты ещё не видела. Ты должна будешь беспрекословно меня слушать. Договорились? —Ладно... —Тогда пойдём. Нам нужно попасть в страну Огня до темноты. И ещё кое-что... —Да? —Скажи, Цуна, ты... всегда носишь эту маску? —поинтересовалась друида. —Ааа... ну... я редко её снимаю..., —неловко пробормотала кицунэ. —Она осталась от сестры... Это, вроде, очень важный артефакт кицунэ. И очень древний..., —прошептала она, словно боялась, что кто-то посторонний может услышать. —Вот оно что. Тогда, быть может, тебе стоит оставить её здесь? —предложила Искусница. —И прежде, чем ты меня перебьёшь, скажу: твоя сестра не просто так оставила маску тебе, а тебя саму — в лесу. Артефакт кицунэ не должен попасть не в те руки. Кроме того, маска может привлечь к нам нежелательное внимание. Поэтому прошу, оставь её здесь. Полагаю, тебе есть, кому доверить её сохранность. Некоторое время поколебавшись, Цуна не стала возражать. Она повернулась к своей любимице и, медленно стянув с лица маску, протянула её рыжей. —Вот, лисичка, —сказала она. —Позаботься о ней, пожалуйста. Я когда вернусь, так сразу заберу её. Ладно? —Хорошо, Цуна. Обещаю, я сохраню её в надёжности и сохранности. Искусница внимательно смотрела на девочку, ожидая, пока та повернётся. И вот, Цуна обернулась: её глаза были наполнены яркими осенними красками — и Марья даже не могла сказать наверняка, оранжевый ли то цвет или жёлто-золотистый —, маленький правильный носик интересным образом сочетался с большими выразительными глазами и высоким лбом, придавая лисичке наивность, но в то же время добавляя в её улыбку некую хитринку, не опасную, но свойственную архитипичному образу лисицы. —Что такое? —шире улыбнулась Цуна, и лисьи черты заиграли на её личике новыми красками, создавая поистине очаровывающую картину. —У меня ведь не пробивается лисья шерсть? —Да нет... А... должна? —потерянно проговорила Марья. —Нет-нет! Это шутка, —засмеялась Цуна. —Пойдём? —Да, пожалуй, —кивнула Искусница. —Мы скоро увидимся, ребята! Ну, или не очень скоро, но увидимся! —стала махать рукой кицунэ. Те лишь молча стали повторять за ней, будто отзеркаливая её движения. Выглядело это странно, но девушка решила, что это просто особенность местных обитателей. Развернувшись к ним спиной, повелительница земли зашагала прочь, периодически посматривая на девочку, проверяя, идёт ли та за ней. «Думаю, они с Сорой поладили бы, —подумала друида, наблюдая за светлой радостью, играющей на лице её новой спутницы яркими красками. —Ох и намучаюсь я...» Цуна тем временем перегнала изобретательницу, выводя ту из леса. Когда сделано было с десяток шагов, девушка вдруг почувствовала странную пустоту за спиной, а затем краем уха услышала приглушённый шелест. Марья обернулась, временно замирая от удивления. На том месте, где лишь минутой ранее стояли четверо хищников, теперь лежали только небольшие кучки обгорелой земли, а сверху — те самые маски. Волшебница успела запечатлеть, как изумрудный свет в прорезях для глаз затухает. «Быть не может... Големы...?»