Сказка должна продолжаться! Послать Тьму.

- Сутки? - переспросил Кощей, выслушав рассказ Ивана и Василисы. И потребовал, - Ну-ка, Светозар, дай сюда свой посох. Они сидели в одной из горниц княжьего терема. Лишних никого не пустили. Только Иван с Василисой, Кощей, Светозар да Яга. Все по очереди осмотрели злополучный посох, каждый осторожно коснулся навершия с торчащими из него мягкими, зелеными листиками. - Может, выдернуть? - предложил Иван Муромец, - И все дела! - Я те выдерну! - Яга хотела было отвесить ему подзатыльник, но не дотянулась, - Остолбень! Сила есть - ума не надо. - А чего? - не смутился Иван, - Ну давай спилим, - и вдруг придумал, - Или вообще, этот посох утилизировать и другой завести! Светозар осуждающе покачал головой и забрал свой посох назад, прижал его обеими руками к груди, от греха. - У нас задача другая, Ваня, - принялся объяснять Кощей, - Нам нужно найти, отчего ошибка пошла, и от этой ошибки избавиться. А уничтожив посох, ничего не исправишь. - и спросил у Светозара, - Давно это? - Да вот, - дед пошамкал губами, - Как Иванов подменили, так и заметил - неладно дело. Да тогда столько всего навалилось, что не до того было. Галина налетела, чуть нас всех не угробила... - Где она, кстати? - поинтересовался Иван. - В темнице, знамо, - ответил Кощей, - На цепях. Не всё мне там висеть. Пускай и она... повисит. - И что теперь? Пожизненное ей дадим, без права на амнистию? - уточнил Иван. - Можно еще к лошадиному хвосту привязать и пустить в чистое поле, - предложила Яга. - Тьфу на тебя, - не одобрил Иван, - Что за зверства на уме? А у самого в груди нехорошо защемило почему-то. - Что с ней сделалось? - посетовал он, качая головой, - Нормальная же была тетка, ну, в Москве, когда мы с ней общались. Веселая такая, добрая. - Иван говорил, - начала Василиса, и осекшись, поправилась, - Ну тот Иван, не здешний, говорил, что у нее... как же это? Расстройство, вот. Пхиси... Психи... Ну, ум за разум зашел, вобщем. Она его за тебя приняла, хотела с собой забрать. А когда он отказался, стала ему песню петь. Иван удивился. Сколько он Галину помнил, никаких таких "пхиси-психи" не замечал. На Белогорье напала, да. Василису пыталась похитить. Только тут что-то другое. Власть в Белогорье она и иначе могла захватить, сильная же колдунья оказалась. По рассказам. Да и в Москве, поди, все бы у нее получилось. Там ведь нет магии совсем, и людям нечего ей противопоставить. Всего делов - махнула рукой и все стали зомби с заклеенными лицами, как те богатыри. Но к власти она, вроде не стремилась? Или не к той власти? - Какую песню? - спросил он просто так, без интереса. - Колыбельную, - Василиса почему-то погладила его по руке, будто утешая, - Ту, которую ты мне пел, помнишь? - Да, - отозвался Иван заторможенно. В голове мелькнула странная догадка. Но может ли такое вообще быть? И почему отец, Илья, тогда ему не рассказал? Ах, да - не успел. А ведь в том, что Иван второй раз в жизни остался сиротой, снова Галина виновата! Тут же вернулась боль, горечь потери. К ним мгновенно примешались злость и ненависть. Иван стиснул кулаки, правая рука неосознанно потянулась к рукояти меча, который так и висел на поясе. Что там, к лошадиному хвосту привязать? Голову с плеч колдунье! Тьма навалилась, затмевая сознание, и... схлынула. Поговорить с ней надо, - решил он, - Сперва поговорить, выслушать, а потом решать уже. Путешествие по чужому Белогорью многому его научило. И он больше не злился на Фому с Еремой. Иван поднялся на ноги и пошел к двери. - Ты куда? - спросила Василиса, теперь боявшаяся на минуту с ним разлучиться. - Пойду, с Галиной поговорю, - размышляя о своем ответил Иван. - Гляди, - остерег Кощей, - Как бы она тебя не заморочила. Не выпускай ее, что бы она ни говорила! - Что я, маленький? - обиделся Иван, - Понимаю. Но поговорить-то надо. И потом, она колдунья. Может, подскажет что. - Подскажет она тебе, - проворчала Яга, - Как же. - Ну, - постановил Иван, - Я вам тут все равно без надобности, я же не колдун, - и усмехнулся, вспомнив своего двойника, с которым неплохо успел подружиться, - А вы сидите и думайте над задачей. Василиса хотела было пойти за ним, да Яга удержала ее за руку. Но стоило Ивану спуститься в подвалы и приблизиться к мрачным коридорам темницы, его нагнал Светозар. - А ты чего? - насторожился Иван, - Приглядеть за мной решил? Тоже думаешь, что я ее по глупости выпущу? - Ох, Ваня, - дед покачал головой, - Она же - колдунья. И не захочешь, а заморочит. Опасно это, одному идти. У Ивана вдруг возникла одна мысль. Он огляделся в поисках подходящего помещения, и повел Светозара к пустой в этот час караулке. Сел, подавая пример, на одну из лавок. Светозар уселся напротив. - Что-то мне подсказывает, - заговорил Иван, - что ты Галину знаешь дольше, чем я. - Знаю, Ваня, - кивнул Светозар и опустил глаза. - Она - моя мать, да? - догадался Иван. Колдун сперва только кивнул. А потом повел рассказ. О том, как Галина стала колдуньей, пораженная Тьмой. Как пообещала новорожденного сына Тьме. Как Илья узнал обо всем и, посоветовавшись со Светозаром, решил спрятать сына в другом мире, в том, где колдовства нет, пока не разберется с женой. Хотел спасти ее, избавить от Тьмы. Не допустить появления в Белогорье Темного богатыря. Не вышло, сбежала Галина, и найти ее не удалось. Теперь-то понятно, что она за сыном отправилась, нашла его в итоге и попыталась сотворить из него Темного богатыря. Ну, как "попыталась"... Ей это почти удалось. Иван сидел потрясенный, молчал. И пытался привыкнуть к мысли, что эта женщина, его бывшая домработница, оказалась... матерью? Да еще вот такой. Странная судьба. Всю жизнь мечтал найти родителей, воссоединиться с ними. Но отца даже толком узнать не успел, а мать - вот она, совсем недалеко. Да только что теперь со всем этим делать? - Ваня, - Светозар сочувствовал ему от души, но и о деле помнил, - Полдня прошло. Времени почти не осталось. Иван отрешенно кивнул. Свои проблемы подождут, наверное. И Галина никуда не денется. Тут Белогорье в опасности. Разве не он рвался из междумирья домой именно за этим - иметь возможность защитить? В голове, в обход всех терзаний, крутилось что-то, но никак не получалось это уловить. Иван поглядел на посох, с которым Светозар не расставался. - Подожди, - произнес он, - Что нам известно? Что посох твой уже тогда неправильно сработал, когда ты меня в другой мир, в Москву, отправлял. Оттого мы с тем Иваном и перепутались. Тогда получается, что Галина не мне, а ему - мать? Бррр... Он замотал головой и потер лоб. - Ты не путай, Ваня, - поправил Светозар, - Сперва меж вами разницы не было. А стало быть, и ему и тебе она - мать была. А вот после, как миры разниться начали, из-за посоха моего, там все поменялось. Мне иное интересно. Почему росток лишь сейчас появился, недавно? - А подумать надо, - да, думать - сейчас было единственным спасением Ивана, чтобы не сойти с ума ото всей этой путаницы, - Какие факторы наличествовали в эти разные промежутки времени? То есть, когда меня в Москву отправляли и когда в этот раз Галина появилась? Светозар так затряс головой, что шапка на глаза съехала. Изо всего вопроса он понял лишь несколько последних слов. Но Иван, произнеся все вслух, сам догадался: - Галя! - он аж подпрыгнул на скамейке, - Тьма! - Чего? - встрепенулся Светозар. - Сам подумай, - заторопился Иван, - Когда меня отбирали у матери, Тьма, та, что в Гале, была рядом. А потом она пропала, и посох твой Тьмы не чувствовал, работал нормально. А потом, когда Тьма опять оказалась рядом, да еще в таком количестве, неполадки в твоем посохе в рост пошли! Могла Галя что-нибудь такое с ним сделать? Светозар не на шутку задумался: - А ведь верно, - пробормотал он, - Боролась она за тебя, как волчица, отдавать не хотела. Ну так, мать ведь. И колдовству уже тогда была кой-какому обучена. Кидалась в меня заклятьями, только заслоняться успевал. Очень может быть, что до меня не долетело, а посох достало. Иван воодушевился было сделанным открытием, но тут же сник: - И что нам тогда со всем этим делать? Выходит, что кроме Гали, - он никак не решался называть ее матерью, - никто это снять не сможет. А она не станет. - Может, и станет, - рассудил Светозар, - Если ты ее уговоришь. - Да как?? - возмутился Иван, - Разве только, если пообещать ей, что освобожу ее, и Тьме подчинюсь, когда она твой посох исправит? Светозар напрягся, пытливо взглядывая на Ивана из-под бровей. Всерьез решил, что он так может поступить? Или что-то другое ему не нравилось? Однако, поддержал: - Всему Белогорью гибель грозит. И всему тому миру, где ты вырос. Тут уж выбор-то не богатый. - Не хочу я врать, - вздохнул Иван, отметая свой же план, - Ни ей, ни вообще. Не по... Не по-богатырски это, - он тяжело поднялся на ноги, будто сто пудов на плечах нес, - Попробую по-человечески поговорить. Светозар лишь с сомнением покачал головой, все-же принимая его выбор. * * * В подземельях было тихо. Лишь слышно, как где-то капает вода. Пахнет гнилью и затхлостью. Стража впустила Ивана без споров - после гибели Ильи его здесь считали за князя. Он шел и вспоминал тот странный день, когда сам тут оказался, плененный коварной Варварой. Теперь выходит, что Варвара была одержима Тьмой, а значит, не виновата в том, что творила? Галину держали в самой дальней камере, за крепкой решеткой. Иван подошел ближе, освещая себе путь выданным стражниками факелом. Пришлось подойти к решетке вплотную, чтобы различить прикованную к дальней стене, облаченную во все черное фигуру. - Ваня. - сказала она и улыбнулась сквозь слезы. - Я... - начал было Иван, и замолк, совсем не зная, что говорить. - Живой, - всхлипнула Галя, - Настоящий. Вернулся. И плевать ей было на цепи, сковавшие руки в неудобном положении. Ивану так стало жаль ее, что очень захотелось прямо сейчас вытащить из темницы на белый свет. Пришлось хорошенько взять себя в руки. - Как же ты дошла до жизни такой? - спросил он грустно. Она тут же рванулась к нему, повисая на цепях и принялась говорить с жаром: - Я все объясню тебе, Ванечка! Только нам надо отсюда уйти. Ты поймешь. Я знаю, тебе сложно это принять, но поверь, все, что я делала - я делала ради тебя. Наконец-то мир получит настоящего властелина. Тьма даст нам жизнь вечную и власть надо всеми мирами! Ты видел, что я могу? А ты сможешь во сто крат больше, как только войдешь в полную силу. - А если я не хочу? - спросил Иван, и впервые произнес, - Мама. Если у меня уже есть все, что мне нужно? Друзья, любовь. Родина. - У тебя выбора нет, сынок! - более жестко бросила Галина, - Тьма выбрала тебя для великих дел. С самого твоего рождения она в тебе. - Я знаю, - спокойно ответил Иван, - Знаю, что она во мне есть. И я ее уже принял в себе, - видя, как радостно вскинулась Галина от этих слов, он пояснил, - Наверное, она в каждом есть - Тьма. Только не она управлять человеком должна, а человек ею. Бороться с ней, постоянно, и ставить на место. - У тебя не получится, - и что-то коварное появилось в глазах Галины, заколыхалось лепестками пламени отражающегося факела, - Долго это делать не получится. Я все предусмотрела, еще когда ты маленький был. - И это знаю, - сказал Иван, - Ты посох Светозаров заколдовала. Она кивнула: - Я знала, что Свет, который тебе от Ильи достался, будет с Тьмой бороться. И когда Светозар тебя от меня спрятать попытался, колдовскую силу своего посоха применил, ты и твой двойник из другого мира на миг стали единым целым. А как только разделились - вся Тьма, что была в вас обоих, тебе досталась, а весь Свет - ему отошел. Иван зажмурился, истово мотая головой. Он не хотел верить. Но вспоминая всю свою жизнь, свои поступки, понимал - колдунья не врет. - Видишь, - продолжала Галина, - Тебе осталось лишь смириться, сынок. - С чем смириться? - сердце у Ивана рвалось на части, - С тем, что родная мать меня в жертву принесла? Здорово! Где ты набралась этой гадости? Из того озера? - Все хорошо будет, Ваня, - заново принялась уговаривать Галя, но он слушать не стал. - Не будет ничего хорошего, - покачал головой, - Всего через несколько часов и тот мир, и этот - исчезнут. Ничего не останется, ни меня, ни тебя, ни Белогорья. - Кто тебе такое сказал? - насторожилась Галина. - Равновесие, - ответил он, - Нам приговор вынесли. Был у нас шанс, а теперь вижу, что - нет его. Иван бросил факел на землю, огонь почти погас, погружая подземелье в непроглядный мрак. Нет шансов, - понял он, - Исчезнет их мир, вместе с загадочной и опасной Тьмой, что сидит в его матери и в нем самом. Что же, это лучше, чем если он даст Злу дорогу и оно поглотит все, что есть во всех бесконечных вселенных. Жаль. Жаль Белогорья, своего и чужого. Жаль, что пожениться с Василисой не успели. Жаль Кощея и Ягу, Светозара и Водяного, Колобка... Всех. Даже Галю, вот, жаль. Не виновата же, что не справилась со своей Тьмой. А больше всего жаль того Ивана, из другого мира, и всех, кто там. Они-то вообще ни в чем не виноваты. - Ваня, - с испугом в голосе позвала Галя, - Неужто? А если я проклятье с посоха Светозарова сниму? - А потом что? - Иван поднял голову, - Какая тебе разница? Все равно собиралась геноцид тотальный устраивать. С моей помощью. Ты хоть понимаешь, что это был бы уже не я, а черный, бездушный болванчик? Эх, - он махнул рукой, - Ничего ты не понимаешь. В тебе Тьма говорит, а человека, небось, и не осталось вовсе. - Ваня... - ее голос дрогнул, - Знаю я, как все исправить. Да только... - Что? - он недоверчиво повернулся на голос, уже совсем ничего не различая перед собой, - Выпустить тебя? Ну да, конечно. Как я сразу не догадался? - Я не хочу, чтобы ты погиб, сынок, - заторопилась Галина, - Поверь! Если ради этого потребуется все что у меня есть отдать... - А что у тебя есть? - язвительно перебил Иван, - Сила колдовская? Галина горько вздохнула: - Ради того, чтобы рядом с тобой быть, я от нее на много лет отказалась, - и попросила, - Поверь мне. Один только раз. Иван подумал, что терять им всем уже совершенно нечего. Он встал, и не давая себе много времени на раздумья, рванул прочь решетчатую дверцу, распахивая ее настежь. Несколько шагов по памяти, до дальней стены. Цепи со звоном лопнули, освобождая колдунью. Ярко вспыхнул погасший было факел. Галина оказалась близко-близко. Обняла Ивана, коротко прижавшись, и тут же отпрянула, будто стыдясь своей слабости. Поторопила: - Идем. Факелы на стенах коридора вспыхивали перед ними, освещая путь. Стражники шарахнулись с их дороги прочь. Посреди коридора встал Светозар, угрожающе направив на колдунью свой посох. Она взмахнула рукой, грозная и опасная, будто и не висела только что на цепях. Иван зажмурился в испуге, ожидая, что деду тут же и конец придет. Но открыв глаза увидел, как по посоху бегут веселые золотисто-фиолетовые искры, очищая от чуждой ему поросли. Светозар охнул пораженно и отступил в сторону. Впрочем, пропустив их, засеменил следом. Однако, далеко они не ушли. Во дворе терема на их пути встал Кощей с мечом-кладенцом в руке. Покачал головой: - Я ведь предупреждал тебя, Ваня, чтоб ты ей не верил. За его спиной, такие же настороженные, стояли Василиса и Яга. Галина пошевелила пальцами, будто готовая атаковать. Но выдохнула и опустила руки. - Посох у Светозара - цел, - попытался оправдать ее Иван, - Значит, апокалипсис отменяется, - и добавил, - Ты смог свою Тьму победить. Пусть и она попробует. Дай ей шанс. Галина подняла голову и немного удивленно посмотрела сыну в лицо: - Какой ты у меня, Ваня... Совсем взрослый стал... Она протянула руку и нежно провела по его щеке. Иван с трудом сглотнул и произнес: - Что нам дальше делать? - К черному озеру надо, - колдунья почему-то отвела глаза, - Да побыстрей. Заклятье-то я с посоха сняла, но оно во мне осталось. Теперь его уничтожить следует. - Не слушай ее, Иван! - возмутилась Яга, - Врет она все! Как бы не утопила тебя в том озере. Избавляясь от последних сомнений, Иван посмотрел на Василису. Но та только губу закусила, в глазах тревога плещется. И вдруг сказала: - Оставьте их. Иван ей верит, так и я... верю. Делай Ваня, что решил. Кощей досадливо скрипнул зубами и сунул меч в ножны. Иван кивнул с благодарностью. Крикнул: - Капучино! Звонкое ржание раздалось от княжеских конюшен. А уже через минуту, шутя перемахнув через все возможные преграды, перед Иваном предстал красавец-конь. В свете садящегося солнца казалось, будто весь он шоколадно-молочный. - Ты моя умница, - похвалил Иван, гладя шелковистый бок, - Подвезешь нас? Капучино ласково ткнулся мордой ему в плечо. Иван, уже почти привычно, взобрался в седло и протянул руку Галине. Она опустилась перед ним, усевшись боком. - Только я дороги не знаю, - спохватился Иван. - Не беда, - Галина чему-то улыбнулась, - Этот конь уже обучен любую дорогу отыскать. Капучино, будто понял, пустился сразу с места в галоп. Оставшиеся позади друзья глядели вслед. - Ваня, я тебя ждать буду! - крикнула Василиса, упрямо пряча слезы. * * * - Вот уж, совсем не тот пейзаж, на который хотелось бы повторно взглянуть, - проворчал Иван, оказавшись на берегу черного озера. Капучино нервничал, всхрапывал и перетоптывался копытами. Ему тут тоже не нравилось. Иван спрыгнул на землю, а потом помог спешиться матери. - И что теперь? - спросил он. - Вернуть надо, - просто сказала Галина, - То, что взято. Она сняла с шеи медальон в виде солнца и месяца пополам. И тут же ладонь с медальоном окутала черная дымка. - Ты уж прости меня, сынок, - сказала колдунья, - Да только Тьма во мне сильнее меня. Иван замер, сердце сжалось в комок. Неужто он все-таки ошибся, поверив ей? - Но есть то, что и Тьмы сильнее. - продолжала Галина, - И свой выбор я тоже сделала. Выбираю твою жизнь и твое счастье. Она размахнулась и бросила медальон в черную, как нефть, воду. Короткий всплеск, и над озером стал сгущаться мутный туман. - Прощай, Ваня. Себя береги. Я вот, себя не сберегла... - Подожди, - спохватился Иван, протягивая к ней руку, - Ты о чем? Ты же сказала, что все исправишь? Получается, исправила? Да? Мы сейчас домой поедем и... Она покачала головой: - Меня уж давно нет, Ванечка. Одним колдовством и жила. А без него... - грязно-серый туман с озера наплыл на берег и уже стлался у ее ног, поднимаясь вверх, - Только смотри, Иван, - она вдруг сверкнула злыми, колючими глазами, - Всегда найдется тот, кого позовет это озеро, и водой своей напоит. Так что, готов будь. Тьма вернется! В какое-то мгновение Галина оказалась вся окутана туманом, исчезла за ним. А как только дымка схлынула, возвращаясь к озерной глади, никого, кроме Ивана и Капучино на мрачном берегу уже не было. - Стой! - закричал Иван, кидаясь к озеру, - Не надо! Вернись! И остановился у самой кромки воды. Никто не ответил ему. Иван сделал шаг назад и осел на черный песок. Даже плакать у него сил больше не было. Он долго сидел так, а ветер, колыхавший хилые прибрежные травы, шептал в уши: все как надо... все кончилось... Капучино терпеливо ждал. Но все-таки не выдержал, подошел, ткнулся влажной мордой в ухо хозяина. В самом деле, - подумалось Ивану, - Где-то в столице ждут его с нетерпением друзья, Вася. Туда, к ним, рвалось сейчас полное светлой грустью сердце. Теперь ведь, наверное, все будет хорошо, да? Лаково блестящая под восходящей луной водная гладь предпочла не отвечать его мыслям. У Тьмы вся вечность впереди, чтобы придумать новый план.