Пиратское сокровище. Лоза и огонь (Часть 1)

            Рано утром после той хорошей ночки, что Найра провела с Джеком, Найра, по сравнению со своей командой, уплела во время завтрака куда больше, так как столько времени тогда пробыла голодной, а нормальной еды так и не поела. Просто от желания побыть с Джеком уже у себя на корабле она забыла об этом, особо даже не почувствовав голод. Уже только когда она проснулась, она поняла, что ей срочно нужно хорошо поесть. Как подкрепилась достаточно, так и бодрости навалило.             — Неужели ты ничего не ела с момента, как вернулась? — спросил Крипта.             — Как-то не сильно хотелось, — отвечает Найра. — Сперва от того, что я чуть с вами из-за Джека не переругалась, а потом, обрадовавшись тому, что вы наконец-то доверились ему, я на время тогда забыла о еде.             — Не слишком хорошо. Надо было хотя бы немного поесть перед сном.             — Всё нормально, я и боль от голода практически не чувствовала.             — Надеюсь, что на том острове Джек накормил тебя, как следует.             — Ещё как! — вмешался Джек. — Пока она спала, я ей рыбу приготовил, которую она уплетала за обе щеки! Так, как она любит!             — Прям успел выучить то, что она употребляет в пищу.             — Да, за столько лет, когда я достаточно успела рассказать о себе, — ответила Найра.             — Тогда и хорошо ещё то, что он был с тобой. Не представляю, как бы ты проводила там время в полном одиночестве. Наверняка ж за столько лет выработалась привычка быть в центре внимания хоть кого-нибудь.             — Есть такое… Особенно с вами, «необычными» созданиями.             — Найра, — улыбнулся Крипта, заключив Найру в объятия от таких приятных слов. Во время них он обратил внимание на следы у неё на теле, которые так и были видны. — Следы после ранений и избиения… Болят?             — Только при касании, и то не сильно.             — Я бы их обработал. Пускай всё поскорей заживёт.             — В запасе хоть есть?             — Конечно. Я всегда с собой такое беру.             — Тогда ладно.             В трюме как раз был один свободный стол, который и предназначался для некоторых процедур от Крипты, когда кому-то надо лечь. На него Найра легла всем телом, заранее ещё сняв рубашку и оставив только грудную повязку (естественно, говорим только о торсе, ведь на нём больше всего следов было). Крипта же, принеся мазь в специальной баночке, сел рядом и принялся аккуратно смазывать все следы, от чего у Найры еле как слышались стоны, которые она пыталась заглушить. И аккуратно он делал, чтобы и капитаншу не поцарапать, и не вымазать свои повязки на руках. А так как их меньше было на левой руке, то именно ею ему пришлось поработать, что не составляло труда.             Как раз заранее Джек, получив от Крипты просьбу, на время ушёл с корабля своим мгновенным перемещением, чтобы добыть крупные листья полезных растений, которые обычно кладутся на тело, чтобы усилить эффект заживления ран, и чтобы средство впитывалось только в кожу. По любому ж, когда Найра вновь наденет рубашку, мазь может впитаться и в неё. Именно на момент, когда Крипта закончил, тыквоголовый вернулся с кучей, в которой листьев было вдвое больше, чем надо.             По сравнению с нанесением мази, поклажа листьев не вызывала боль, и Найра больше расслабилась от приятного ощущения. При этом Крипте пришлось вовсю прикладывать их к спине, чтобы при помощи мази прилипли и не спадали, как только Найра встанет, чтобы одеться.             Но на одной обработке ран и ушибов на спине Крипта не ограничился — он также заготовил специальный раствор, чтобы помазать им лицо Найры. Ушибы ж там всё ещё были, а раз пошло дело, чтобы обрабатывать спину, так можно заодно и с лицом это сделать.             Поэтому, когда Найра поднялась, надела рубашку и присела обратно на тот стол, создание с той же осторожностью, уже при помощи специальной ткани, помазал ушибы на лице.             — До сих пор поразительно, что Париан не убил тебя, — говорит гуманоид. — Мы все думали, что он сперва помучает тебя до последнего, чтобы это был самый мучительный конец.             — Ты удивишься ещё больше, когда я расскажу, что произошло, — ответила капитанша как раз, когда обработка закончилась.             — Кое-что нам известно.             — Что же? — удивилась Найра.             — То, как тебя избивало несколько пухляков, а из-за того, что ты сопротивлялась, тебе думали выбить зубы и вообще связать, чтобы ты уже ничего не смогла сделать. При этом кто-то из тех, у кого явно высокий чин, вмешался и сказал ничего не делать без приказа Париана.             — Дай угадаю: это Солти вам сказал?             — Да.             — Значит, он не видел ещё одного момента, с которого вы бы больше удивились.             — Пока что только наполовину готов, но не обещаю, что буду с каменным лицом.             Найра фыркнула, после чего сказала:             — Оно у тебя и так каменное из-за твоей маски.             — Суть ты поняла.             — М-гм. А что произошло — так это то, что он решил вызвать меня на поединок на саблях. Причём отказывать я никак не смела, иначе…сам понимаешь.             — Продолжай.             — Во-первых, меня поначалу удивило, что эта была дуэль один на один. Во-вторых, он выставил правило, что я не должна буду добивать его, если вдруг выиграю, иначе…будет то же самое. К его удивлению, я, несмотря на полученные ранения и ушибы, от которых двигаться и так было тяжело, а потом ещё вынуждена была сражаться, устояла и даже смогла выйти победителем.             — Ты даже не предприняла попыток покалечить его?             — Мне жизнь бывает дороже, и раз поставлены такие правила, то лучше не идти против них. Уже ж сколько раз такое было.             — М-да уж…             — И на момент, когда он проиграл, я сперва сделала вид, что хочу добить его, замахнувшись саблей, но затем я резко отпускаю её и просто локтем ударяю его, тем самым оттолкнув к толпе пиратов, что стояли позади него.             — И вы были окружены ими?             — Да.             — Я это даже застал, — заговорил Джек. — Но намеренно не вмешивался, иначе я бы сразу стал для него тем же врагом, что и Найра.             — Ну, после раскрытия всей истины с этим можно согласиться, — ответил Крипта.             — И вот, что тебя должно было удивить, — продолжила Найра. — Париан решил проявить щедрость и позволил мне свободно побыть у него на корабле.             — Чего? — Крипта в самом деле удивился, услышав это.             — Да. Правда, я особо нигде не бродила, а просто пыталась отдохнуть и позволить своему телу поскорей зажить.             — И я ей в этом тайно помог, — снова сказал Джек.             — Хотя бы так… — Крипта выразил переживания по поводу Найры. — И…это реально поразительно… Париан всегда считался коварным и безжалостным. А тут, в случае с Найрой, решил ни с того, ни с сего проявить милость…             — Моя с Джеком единственная догадка — вот так на него подействовала часть артефакта, — отвечает Найра, после чего она стала немного агрессивной. — Но мне и не нужно узнавать всю суть до самого конца! Ведь скоро, если настанет эта пора, он поплатится за всё! Особенно за похищение Карен!             — А твоё?             — Тоже! Говорю же — за всё!             — Меня, кстати, забавляет, что ты до сих пор не спросила, куда же мы плывём. И без твоего ведома, — хитро улыбнулся Крипта.             — Полагаю, вы разгадали подсказку и уже давно плывёте, куда надо, — успокоилась Найра.             — Так и есть.             — Та же самая ведь?             Крипта молча достал из-под своего камзола подсказку и передал её Найре. Та прочитала её и улыбнулась исходу, который её верные «необычные» друзья приняли.             — А иначе никак, — сказал гуманоид.             — От вас это самое то.             Пока путь продолжался, Найра вдруг задумалась о том, что было знатно упущено, словно этого не должно было произойти. 12-е мая — это ж день рождения Кеньи. Тогда её никто не поздравил, потому что было не до этого. Во время путешествий всем вошло в привычку, что их поздравляют потом. Даже намного позже. Это полная норма.             Выйдя на палубу, капитанша принялась искать Кенью, что не составило труда из-за её стиля одежды и того, что она длинноволосая блондинка. Та беседовала с Анной и Ванджой, которые вскоре дали ей знак, что к ней идёт Найра, которая, как только дошла, проговорила:             — Кенья… — она слегка затихла, что вызвало интерес у блондинки. — С прошедшим тебя.             Сперва реакция была удивлением, что потом сменялось на радость. Кенья была рада, что наконец-то Найра нашла время уделить внимание её дню рождения.             — С прошедшим, Кенья! — добавила Ванджа, а после неё и Анна.             Ближайшие к ним члены команды присоединились, вовсю поздравляя Кенью с днём рождения. Никто этого не делал до тех пор, пока Найра не начинала первой. Нет, дни рождения друг друга им известны, но Найра изначально издала для своей команды указ, что поздравление будет только если она сама упомянет об этом. Если же день рождения у неё, то все обязуются поздравлять её без упоминания — всем должно быть известно о дате.             — Спасибо, Найра! — воскликнула Кенья ещё пока всякие пожелания продолжались. — Наконец-то ты вспомнила!             — Как видишь, не сразу из-за того, что происходило. Было не до этого. Сейчас, пока мы плывём, можно немного позабавиться.             Конечно, это не означало полное веселье на корабле. Просто немного игр. Раз такой праздник, то подобное разрешено, но лишь в течение какого-то времени. Даже когда останется ещё несколько часов до прибытия к пункту назначения.             К острову, где предположительно могла быть последняя часть артефакта, Мрачная команда добиралась с того утра до вечера, когда солнце уже садилось, но всё ещё было видно на горизонте, и в целом оставалось бы там ещё где-то час прежде чем последний маленький кусок спрячется и оставит за собой ночное падение.             Сам по себе остров был великоват, и природности там, как и на некоторых других подобных, было настолько много, что его можно было использовать для внезапной атаки со стороны другим кораблём, поскольку через него не видно сам горизонт, что скрывается за ним. Но пока «Мрачный Изверг» приближался к нему, экипаж несколько раз всё проверил, не обнаружив других кораблей. Хотя Найра надеялась, что по пути к нему они хотя бы увидят торговые корабли, на которых Мартин сейчас пытается по новой везти груз. Видимо, после того внезапного нападения торговец решил пока что отложить это на потом — он и так уже потерял достаточно. Но и Найра пока не получила от него, что так хотела, и поэтому её надежда вновь встретиться с ним не угасает.             Крипта с уверенностью заявил, что это тот самый остров. Найра решила высаживаться вместе с созданиями, Карен (несмотря на опасности, она всё ещё была готова брать её с собой, чтобы показать всё) и своими основными друзьями, а остальные флибустьеры, включая «трусишек», пусть остаются и присматривают за ним.             — Не удивлюсь, если окажется, что мы немного не с той стороны стали, — сказала Найра.             — Так уж важно? — спрашивает Крипта. — В любом случае, если мы решим выглянуть с другой стороны, мы хотя бы увидим надвигающуюся опасность, и какое-то время для возвращения мы обязательно найдём.             — Да ладно, — улыбнулась она. — Просто интересно стало, каковы будут ваши реакция и ответ. Проверка, как никак.             — Извините, но врач в проверке не нуждается, — в ответ улыбнулся Крипта.             Такие разговоры всегда веселили Найру — ей нравилось шутить с Криптой по поводу того, что он не просил чего-то, что для него, как врачу, сделали. То есть, иначе говоря, его безоговорочно делали пациентом, когда он об этом не просил, и неважно, делалось это для того, чтобы помочь ему, или просто развлечься — реакции у него практически всегда одинаковые.             К примеру, были случаи, когда Найра тайком забирала у Крипты один из его шприцов, который можно было брать, по сравнению с другими, а потом делала вид, что делает ему где-то в район бёдер укол, за чем он молча и недоумевая наблюдает, а затем произносит что-то вроде: «Простите, но я укол не заказывал…». Звучало это настолько забавно, что Найра никогда не сдерживала смех так же, как и наблюдающие. И каждый раз, вспоминая это, она смеётся, что ничуть не смущает Крипту — на это он довольно часто реагирует также равнодушно, понимая, как капитанше весело. Для него главное её хороший настрой.             По своему чутью Крипта повёл всех за собой — ему, как птице с хорошим чутьём, было виднее, куда идти. Всё-таки один из островов, на котором он когда-то бывал, и на котором по памяти можно было дойти до нужного.             По пути Джек держал Найру за руку, чему она не возражала, пока другой рукой вовсю держалась за Карен и вела её за собой. Действия с Джеком она была только за, чтобы наконец-то на виду у всех так делать. Оружейник, видя это, всё ещё имел желание позлиться, но вспоминая, что Джек недавно раскрыл себя, и Найра вместе с Карен доказала это, он подавлял это желание. Даже решил, что постепенно оно будет уменьшаться, если он и дальше будет видеть подобные сцены.             «Надеюсь, Джек, учитывая то, кто он вообще, не будет делать так, как многие делают со своими жёнами, — думает. — Иначе даже я не перенесу того, что с Найрой душевно случится»             Целью на острове оказалась гробница, что своим размером была видна на расстоянии даже через гущу деревьев, если пройтись в саму неё в течение какого-то времени. Крипта своим птичьим зрением уже давно увидел её, и поэтому уверенно вёл всех за собой без оглядки. Больше всего не успевала Карен, которую Найре приходилось просить, чтобы быстрее шла — да, тот самый случай, когда Найра вместо любящей матери стала строгой, но она так сделала просто по тому, что не хотела заставлять других ждать, когда они так же, как и она, без проблем пробираются по гуще и не сталкиваются ни с чем.             — Мам… — закапризничала девочка.             — Ты хотя бы попробуй, — сказала ей Найра. — Практикуйся, пока есть возможность. Я даю тебе идеальную возможность.             — Но мне тяжело делать, как ты…             — Потом привыкнешь и будешь доказывать другим детям, что возраст роли не играет. И хотя бы в этом будешь превосходить их. Всё-таки быть выше кого-нибудь — уже какой-то плюс.             — По факту, — согласилась с ней Ванджа.             Спорить со старшими было бесполезно, и Карен приходилось подчиняться каждому приказу. Всё равно она далеко не уйдёт. И пути назад к кораблю вряд ли найдёт без сопровождения. А раз она такая любительница путешествовать и очень любознательная, то одновременно она была рада, что её вновь ведут в неизвестное. Сейчас, после возвращения Найры, вообще было куда поспокойней, чем раньше, и Карен вовсю не проявляет волнение.             Дойдя до гробницы, Крипта остановился на небольшом расстоянии от её входа, перед которым он и оказался, когда вышел из кустов. Пираты позади него проделали то же самое. Они немного перешептались между собой, обсудив другие гробницы, что им ранее удавалось видеть в других местах, а Карен лишь сама про себя начала говорить, что это вовсе другое, чего она никогда не видела. Одновременно было интересно узнать, что там, и одновременно страшно. Но уверенность, что Найра с друзьями обережёт её, брала верх, и поэтому девочка не отступала, оставаясь рядом с приёмной матерью.             — Так, Крипта, — говорит Клайд. — Раз ты так уверен, что это она, то как же нам пройти?             Ему не составило труда на расстоянии разглядеть, что дверь, скрытая в тенях стен гробницы, была заперта.             — С этим попрошу не торопить меня, — отвечает гуманоид. — Я с Оружейником лишь единожды был здесь, но загадка этой гробницы связана с чем-то, что мы не сумели до конца разгадать.             — Как понять? — удивляется Кенья. — Получается, вы даже не были там?             — Не были. Несколько раз попытались — ничего не вышло.             — Вы хоть осмотрелись? — спросил Стефан.             Крипта посмотрел на него, наверняка имея взгляд, будто этот вопрос был задан дураку.             — Не будь сейчас на мне этой маски, ты бы устрашился ещё больше.             Да, Крипта немного активировал свою способность устрашения, вынудив Стефана проявить страх перед ним. И сделал он это только с ним, решив не трогать других — все остальные были весьма спокойными. Разве что, Кенья удивлялась, но одновременно с радостью поражалась такому.             А Найра вообще наблюдала за этим с порцией удовольствия — ей очень нравилось, когда Крипта даже её друзей устрашает одним своим видом. Не всех, конечно. За некоторых она готова заступиться, зная, что Крипта не будет заставлять её устрашиться, иначе потом проклинать себя будет.             — Найра, ну успокой его, — умоляет её Стефан, когда он увидел её широкую улыбку во время попыток оказать этому страху сопротивление, ведь Крипта так и продолжал его «мучить». — Сколько ты ещё будешь наслаждаться?             — Хоть весь день готова, — с улыбкой ответила она. — Но ладно. Крипта, довольно. Мы ведь здесь по делу.             Крипта успокоился и оставил Стефана.             — Да. Извиняюсь, что отвлёкся.             — Всё хорошо.             «Вот так друзья и поступают… — думает Стефан. — Ну ладно, отчасти это всё-таки заслужено, раз я столько пытаюсь выглядеть устрашающе, но перед Криптой это никак не получается из-за его хладнокровия и неясной способности»             — Всё хорошо? — прошептала ему Кенья.             — Да. В полном, — ответил он.             — Смотри, чтобы он не переборщил, — присоединилась Анна.             — Он никогда не делает это в полную силу.             Так как Крипта со своим острым слухом услышал всё, он решил сказать им напоследок:             — Но мог бы.             От такого пираты решили не вмешиваться в его дело и дать ему попробовать сделать то, что с Оружейником давным-давно не удалось.             Птица-гуманоид, стоя с наружной части гробницы, внимательно рассматривал её и пытался ещё раз найти там какой-то символ, который он на то время мог пропустить. Даже сейчас ему это не удавалось, но это не было поводом сдаваться, ведь тут была часть артефакта. С мыслями о ней Оружейник не отрёкся от того, чтобы стоять и наблюдать — он занимался тем же, чтобы помочь другу и ускорить процесс решения загадки. Вскоре к этому присоединился и Джек, хотя даже с ним прогресса никакого не было. Ни он, ни скелет, ни птица-гуманоид до сих пор ничего не понимали.             Главное, что бросалось в глаза — три колонны, на которых изображено по одной простой картинке. На центральной была изображена птица, на левой лист, на правой кость. Именно это Крипта тогда не сумел понять, несмотря на его сообразительность. А раз сейчас это было так важно, то надо было вовсю постараться.             Поначалу Крипта (по большей части в одиночку, в то время как другие просто стояли и смотрели) рассмотрел всё по разу, а потом решил пойти по тому же кругу, чтобы проверить, не упустил ли он что-то. Вторая проверка оказалась очень как раз, так как в глаза стало бросаться то, что раньше не бросалось даже с хорошим зрением — маленький и едва заметный текст на правой части колонны с изображением птицы.             Во время попытки разобраться с текстом к нему из любопытства подошёл Оружейник и тоже увидел всё. Наконец-то удалось рассмотреть всё: «Главный ключ». Значит, эти символы и являются «ключом», и что-то с ними надо сделать.             Наконец-то, спустя какое-то время размышлений, Крипта произнёс, что он наконец-то сумел понять из той текстовой подсказки:             — Птица, лист и кость… Как же я не догадался.             Все знатно удивились услышанному. И после этого ещё бросилось внимание на руны над главным входом, которых там было три, и которые имели изображения того же, что Крипта произнёс. Первый по поводу этого заговорил Джек:             — Мы, что ли?             — Мы втроём? — мигом добавил Оружейник.             — Полагаю, что да, — ответил гуманоид. — Ещё один повод объединиться и приложить усилия, чтобы заполучить финальную вещь.             — Это лишь «пока» она будет финальной, — заметила Найра. — Вы ведь не забывайте…             — Закончим с первым — уже что-то будет, — перебил её Крипта.             — И то с надеждой, что не придётся по новой всё делать! — недовольно воскликнул Оружейник.             — Так, Оружейник, — успокаивает его гуманоид. — Долой. Давай мы станем, как положено, и сделаем, что должны.             — По твоему приказанию, — успокоился скелет.             Крипта стал перед стеной с рунами и сложив руки в замок, держа их перед своей грудью. Инстинктивно у него участился пульс, что он показывал лёгким дрожанием, но вовсю игнорировал — он и сам не знал, почему в нём вот так срабатывает волнение, но и искать ответы не пытался, когда стоит другая задача.             В таком положении он простоял секунд десять, пока вдруг центральная руна не загорелась светло-голубым светом. Пираты ахнули, увидев такое.             Джек опустил взгляд на ноги Крипты и увидел, что он стоит на специальной платформе, и таким образом понял, что надо заодно и стать, куда надо, а не просто стоять в каком угодно положении. Он прошёл мимо Крипты слева, стал на другую платформу, на которой был изображён лист, и скрестил руки, коснувшись ими соседних плеч.             Вскоре следующая руна засияла — на этот раз оранжевым светом.             То же самое проделал и Оружейник, пройдя Крипту справа и став на третью платформу с изображением сломанной остроконечной кости. Свет руны засиял красным.             Вспышки от рун постепенно усиливались настолько, будто солнце приближалось туда и вовсю начинало пробиваться даже через отверстия целиком. Пираты аж прищурились, а то и закрыли глаза, чтобы оберечь их от яркой вспышки. От этого воздержались только Джек и Яростный Оружейник.             Когда свет потух, у колонны с первой руной, что обозначала птицу, образовался проход из ступеней. Хорошо, что не прям там, где платформа для Крипты, а то он мог не удержаться и случайно упасть. Не хватало, чтобы кто-то другой пробовал на себе роль костоправа — Крипта в этом превосходит всех и каждого.             — Так просто? — спросила Кенья.             — Лишь поначалу, — отвечает Крипта. — Внутри всё может быть иначе.             — Почему-то это место пугает больше, чем предыдущие, в которых мы были…             «В самом деле, — думает Найра, считая то же самое. — Это всё никогда не кажется спокойным. И я буду рада, если мы поскорей выберемся отсюда».             — Идите аккуратно и никуда не оглядывайтесь, — продолжил Крипта. — Часть может быть где угодно. Если она окажется где-то спрятана, то делаем всё на риск.             — Пусть я или Оружейник идём на это, — говорит Джек. — Нам ведь ничего не грозит.             — Теперь я могу спокойно согласиться с ним, — ответил Оружейник. — И с предложением, и со сказанным.             В душе это очень порадовало Найру. До сих пор не верилось, что к Джеку появилось доверие и даже дружелюбие с согласием работать с ним сообща.             Спустившись вниз безо всяких поворотов, Мрачная команда двинулась по прямому коридору, вскоре дойдя до просторной комнаты, в которой было множество камней и каких-то каменных клапанов, что будто бы закрывали что-то. Они были и внизу, и вверху. В самом конце была видна закрытая каменная дверь. Без лишних слов команде пришлось оглядываться вокруг и искать любые зацепки.             Одно из действий пиратов и привело к тому, чего делать не стоило вообще: Стефан, не смотря под ноги, наступил случайно на какой-то каменный механизм в виде плиты-кнопки, который слегка опустился и открыл где-то сверху каменные клапаны, через которые в то пространство начала выливаться вода. А раз это была водяная ловушка, то и выходы оттуда плотно закрылись. Некоторые из пиратов аж попытались открыть их обычным толчком — никак не получалось. И силы Яростного Оружейника для такого не хватало.             Вот и дошло до момента, когда началась неосознанная паника.             — Мы в ловушке! — крикнул Клайд.             — Что теперь делать? — панически спросила Анна.             Один Крипта сохранял спокойствие, хоть и не игнорировал то, что вода наполняла пещерное пространство и уже касалась его обуви, через которую она кое-как проходила и мочила его ноги. Это вынудило его поискать что-нибудь, на что можно было залезть, что заодно делали и другие, поскольку не хотели утонуть в закрытом пространстве.             — Очень много воды! — говорит Джек, который единственный не пытался как-то избежать той воды. — Льёт безостановочно!             — И всё из-за какого-то механизма! — сказал Стефан. — Признаю, что это моя вина!             — Смотрите! — указала куда-то Кенья.             Чуть вдалеке от них на каменных стенах той комнаты вырисовывались некие знаки, которые могли означать какое-то слово. Очевидно, пираты не знали, что это было.             — И как нам это поможет? — спросил Клайд.             — Не всем дано понимать символы! Их и так тяжелее всего учить! — сказала Анна.             Вскоре Крипта начинал понимать, в чём подвох этого места. Когда-то давно ему приходилось натыкаться на всё это, и решалось это всё только силой ума. Оставалось только вспомнить, что нужно сделать…             Сделать, сделать… Но что именно? Что должно закрыть это всё и открыть то, за чем они вообще сюда пришли? Думай, Крипта, думай! Ты среди всех самый умный, и ты обязательно решишь, что надо сделать.             В какой-то момент у него в голове промелькнула очень странная фраза, перевод которой может быть совсем разным, но достоверного никак не содержит:             — Acos!             Услышав его, пираты удивились и задумались, что это он только что произнёс. Сами они за это время успели залезть на большие камни, на которых ещё можно было побыть. Карен с ними тоже была, и ей как раз помогли в первую очередь залезть.             Вместе с со сказанным Криптой словом каменные клапаны слегка задвинулись, и воды стало поступать гораздо меньше.             — Акос какой-то… — прошептала Анна.             — Может, это пароль такой? — подумал Стефан.             — Acos avelot brinco avet! — сурово продолжил Крипта. Клапаны от этого ещё больше закрылись, но не до самого конца — вода ещё немного лилась туда. — Ai anivot meni ap tari kat to si!             Теперь клапаны закрылись полностью. Вода перестала наполнять пространство. Через некоторое время там и вовсе где-то открылся другой каменный клапан, через который вода стала уходить. Ещё немного её там, правда, осталось — каждому доходила до лодыжек.             — Что это за такой язык? — спросила Найра.             — Не спрашивай, — отвечает Крипта. — У этой фразы нет достоверного перевода.             — Тогда…почему ты именно эти слова произнёс? Или ты сейчас скажешь то же самое на мой следующий вопрос касательно того, почему конкретно здесь они пригодились?             — Не скажу, а отвечу на первый заданный вопрос из этого предложения. Я произнёс их, потому что вовремя вспомнил, что мне когда-то дали знать об одном очень странном языке, который никто не в силах понять, но при этом его употребление может принести пользу. Словно магическое заклинание. Как вот сейчас вы увидели всё своими глазами — полное произношение спасло нас от затопления.             — Но есть ли у тебя предположения?             — По крайней мере такие: «Ты всегда возвращаешься снова. И я чувствую это глубоко внутри себя». И такое: «Светлый ветер играет крыльями света. Тень спокойствия шепчет песню звёзд»             — Acos…             — Acos avelot brinco avet. Ai anivot meni ap tari kat to si.             — М-да, ещё несколько раз надо будет повторить, чтобы не забыть.             — Да оно легко запоминается. Благодаря началам двух этих предложений.             — Но звучит всё равно странно. Не очень-то и подходит.             — В переносном смысле может быть иначе, не забывай. Игра слов.             — Ну да. Тут ты прав.             Вскоре послышались новые звуки раздвигающихся камней — на этот раз спереди, где открывался проход из двух больших раздвижных камней. По эту сторону пираты продолжили свой путь по гробнице.             Во время этого Найра всё больше думала о том, что без созданий они вряд ли выберутся отсюда, и Джеку, Крипте и Оружейнику просто необходимо быть рядом со всеми, и никто не посмеет отойти хоть на небольшое расстояние — даже так это может стоить чего-то.             «Птица, лист и кость… — думала она. — Это неспроста было указано вначале, раз только благодаря им удалось открыть всё!»             — Создания! — выдавила она теперь и вслух.             — Да? — вместе отозвались они, заодно приостановившись вместе с остальными.             — Хочу вас очень попросить…не отходить друг от друга. Сказанное Криптой вначале решение головоломки с тем, как открыть сюда проход, не оставляет меня в покое так же, как и то, если вы вдруг решите отойти друг от друга.             Крипта фыркнул и ответил:             — Я и с самого начала всё понял. Найра, не грузи себя лишними мыслями.             — Вот-вот, — согласился с ним Джек. — Будь спокойней.             «В самом деле… — думает капитанша дальше. — Я очень зря так волнуюсь… Надо держать себя в руках и думать, что всё будет хорошо. Подвоха тут не произойдёт»             Внутри, к счастью, были жаровни, которые, на удивление, за столько времени не сгорели до конца. Может, в таком месте жаровни специально заколдовываются, чтобы гореть без конца? Только такое объяснение было подобному явлению, а иначе никак — в такую гробницу ж можно проникнуть только при помощи Джека Разорителя, Алой Крипты и Яростного Оружейника, а значит, там и некому было присматривать за всем этим. Значит, это таинственная гробница со своими силами, которыми она заботится сама о себе.             «А там, где мы попали в ловушку, всё было иначе, — думает Оружейник. — Создаётся ощущение, будто где-то есть сущность, что заботится об этом всём, а где-то она попросту отсутствует, потому что не нужна. Вот не поймёшь эти гробницы с пещерами, как и почему они так устроены. А главное — кем!»             — Я что-то слышу… — вдруг остановившись, сказал Джек.             Все начали прислушиваться, пока Крипта не подтвердил:             — Да, тоже начинаю.             — Это очень похоже на… — хотел Оружейник сказать, да будто намеренно замолчал.             Перед ними начали появляться таинственные ауры голубого цвета. Гул от них исходил, как от зловещих призраков. Одно появление всего этого спровоцировало всех достать оружия. Только Найра особо не поторопилась — она не ожидала, что такое вообще произойдёт. Видимо, зацикленность на фразе Крипты всё ещё действовала.             В конце концов призраки появились, приняв нормальные человеческие формы. Все они были похожи на пиратов. Кто-то был в рубашке и штанах салаг, а то и повязкой на глазу, кто-то выглядел более грозным. И нет, там не только мужчины были. Призраки женщин тоже окружили Мрачную команду. Все эти духи выглядели грозно, и они были настроены на то, чтобы вступать в бой со смертными.             — Вот их мы точно не ожидали, — сказал Крипта.             — Кажется, они хотят поиграть с тем, с чем никогда не стоит играть! — сказал Оружейник, создав в своём теле огонь.             — Пусть отведают таинственной стали! — грозно заговорила Найра, достав свой меч.             Призраки начали что-то говорить, но вместо речи был слышен только гул и то, будто они пытаются докричаться. Или это вовсе было похоже на речь тех, у кого не функционирует язык. Поза у них во время этого также была грозной, и вскоре они кинулись на пиратов, замахнувшись своими саблями.             Оружейник заставлял их исчезать огненным дыханием, а то и не подпускал к другим, полностью прикрывая собой. Джек, имея возможность противостоять мёртвым, своей саблей словно перерубал призраков пополам, от чего они тоже исчезали. И третьей, кому под силу было что-то сделать с ними, была Найра — её меч был сделан из заколдованной стали, способная причинить любой вред и живым, и мёртвым. Любая рана от него могла быть с последствиями. А призракам ещё хуже — могут оказаться заточёнными где-то, и вряд ли они выберутся оттуда без посторонней помощи.             У остальных не было шанса на сражение призраков. Оставалось надеяться только на то, что Найра, Джек и Оружейник справятся. По крайней мере, что у Найры хватит сил. Для этого за их спинами все и спрятались.             Среди призраков вскоре появился тот, что был похож на их капитана — в изящном камзоле с плотным поясом со свисающими драгоценностями, дорогими сапогами и украшенной треуголкой. Даже на шее было несколько ожерелий. Рядом с ним появилось несколько других призраков, что походили на старпомов и квартирмейстеров. Вместе они с гулом издали боевой клич и ринулись в бой.             Найра уже была готова принять капитана на себя. Видимо он понял, что она сама является там главной, и поэтому его выбор пал на неё. На удивление, эти призраки оказались словно плотными, поскольку во время боя происходили соприкосновения холодных оружий. Значит, теперь может быть труднее.             С капитаном пришлось хорошо повозиться. Да и огня Оружейника было недостаточно, чтобы избавить себя от его верных помощников — они ненадолго отступали, а затем возвращались, как будто им было абсолютно всё равно. Лишь когда Найре наконец-то удалось во время блока опустить саблю капитана к земле и даже ступить на неё ногой, чтобы он не смог поднять её, она вонзила свой меч в него, от чего капитан закричал, а та часть тела, где был меч Найры, начала светиться более ярким голубым светом.             Старпомы и квартирмейстеры прекратили битву с созданиями. Они подошли к капитану и вместе с ним на секунду исчезли, а затем появились чуть дальше от Мрачной команды, не делая никаких движений. Та злобно смотрела на призраков, показывая, что они готовы и дальше биться с ними. Капитан же стоял на коленях и одной руке, в то время как другая у него была там, куда Найра вонзила в него меч. На него это явно подействовало, как на живого.             Ещё немного посмотрев на них, капитан недовольно крикнул, после чего, поднявшись на ноги, вместе с помощниками принял форму ауры и сперва полетал по комнате туда-сюда, пока не отлетел в дальний конец комнаты, где была дверь в виде валуна. В него они вселились. На валуне стали появляться странные знаки, что были похожи на шипы с листьями и огнём, сияя ярко-голубым светом. И когда свет стал слишком ярким, валун вдруг треснул, начав разламываться на мелкие части.             Прямо за ним стала виднеться светящаяся вещица — часть артефакта. Само основание.             — Надо же, — слегка удивился Крипта. — Они оказались ещё одним ключом.             — Довольно странно, что они это сделали, — сказала Найра.             — Может, они решили, что раз мы сумели их сразить, нам положено было получить то, что здесь спрятано, — предположил Джек.             — Очень может быть, — ответил Крипта.             Найра первая принялась подходить к основанию артефакта. Создания лишь через пару секунд последовали за ней, но не стали ступать на остатки валуна, по которым Найра прошлась, чтобы достать нужное. Чистая бронза без повреждений и с чёткими отверстиями для остальных частей. Магическая сила в ней так и таилась. Это прекрасно ощущалось тем, кто очень бережно относится к таким вещам. Уж тем более основание артефакта всё ещё помнит такого человека, и она даёт о себе знать, доказывая, что она настоящая.             Вдруг часть будто начала что-то говорить. Голос был смесью мужского и женского, и он полностью раздавался эхом. Вроде и не до конца было понятно, что именно он говорит, но Найра будто бы понимала этот тайный язык, хоть и разговаривает на одном единственном, что ей вообще известен.             Создания тоже слышали это, и поэтому старались не шуметь, чтобы никого не отвлекать и не мешать в понимании всего сказанного. Только когда голос начал притихать, заканчивая свою речь, Найра задумчиво обернулась к созданиям. Когда всё закончилось, она спросила:             — Вы это слышали?             — Ещё бы, — ответил Крипта.             — Найра, это ведь то самое? — спросил Джек.             — Действительно… — вспомнила капитанша. — Когда мы с Джеком собирали артефакты по всем нужным частям, они начинали говорить что-то. — Более странно, что это какой-то непонятный язык, но при этом есть понимание, о чём они говорили, — сказал Крипта.             — Даже я сейчас в недоумении, — добавил Оружейник.             — Привыкайте, — говорит Найра. — Так будет и с остальными артефактами.             — Подожди, — кое-что заметил Крипта. — Ты сказала, что они говорят что-то, когда их собирали. Но сейчас эта часть заговорила даже не будучи на своём месте.             — Ну, по основе они говорили, когда мы их собирали, потому что они почти одновременно по всем частям находились. Может, из-за того, что первый артефакт почти собран, и ему не хватало основания, оно, зная, что так и есть, сделало это.             — То есть, — говорит Джек, — один артефакт нашли целиком, но в разобранном виде.             — Понял, — сказал Крипта. — Что ж, можем смело идти на выход.             Так как других путей в той гробнице больше не было, Мрачная команда развернулась и начала идти по изначальному маршруту, прямиком к главному входу.             Найра какое-то время не отрывала от основания первого артефакта взгляд, и это заставило Крипту спросить её, заставив отвлечься:             — Что же ты в ней такого видишь?             — Ничего, — Найра опустила руки с частью и посмотрела на птицу-гуманоида. — Я вновь думаю о твоей таинственной фразе.             — Хочешь, чтобы я повторил её?             — Не… Я могу попробовать выговорить её, насколько удалось запомнить…             — Ну…дело твоё. Сейчас просто в этом нет необходимости.             Найра тогда принялась спокойным тоном выговаривать фразу:             — Acos avelot brinco avet… Ai anivot meni ap tari kat to si…             — Удивительно, — холодно сказал Крипта. — Ты всё запомнила.             — Всё правильно?             — Да.             — Ух, — улыбнулась капитанша.             — И как успокоительно звучал твой голос, — заговорил Оружейник. — Тобой это прозвучало лучше, чем Криптой.             Птица-гуманоид ничуть не возразил, что ему был адресован сравнительный недостаток.             — Да, — говорит Кенья. — Найра отлично справилась.             — Ой, давайте не будем играть в сравнения, — сказала Найра, отдав часть артефакта Джеку, который сперва подержал её в руках, а затем спрятал в себе. — Мы наконец-то сделали, что хотели, но лишь первую часть.             — Да, — отвечает Крипта. — Первый артефакт собран.             — И ты сразу возьмёшься за остальные два? — спросила Ванджа Найру.             — Посмотрим… — задумавшись, ответила та. — Сперва бы выбраться отсюда и вернуться в Невалор…             Однако по пути к выходу из той пещеры Найра постепенно замедлялась до тех пор, пока и вовсе не остановилась. Часть артефакта немного засияла и словно окутала своей слабой магией капитаншу, вынудив сделать это. Джек, почуяв это, быстро принялся за проверку, но затем, вместе с Криптой, который к нему присоединился, понял, что ничего плохого — основания артефактов обычно могут что-то делать с теми, кто ценит их и готов на многое, чтобы они были на своём месте.             Негативного эффекта в этом не было. Внешне у Найры даже немного засияли глаза — своего рода это тоже был знак, что она подверглась влиянию магии артефакта. Она не стала даже удивляться, что он сработал, не имея на себе остальных частей. Когда она вообще собирала их, основание проявило примерно то же самое, и от этого капитанше какое-то время было даже приятно на душе. Да, эта магия старалась вызывать в ней позитив, которого Найре явно не хватало после пережитого, несмотря на то, что она воссоединилась со своей командой, и те помогли ей оправиться.             — Что же ты видишь? — спросил Крипта спустя какое-то время, пока Найра так и стояла, а её глаза сияли.             — Лес…магию…             — Полагаю, можно сделать и небольшую паузу, чтобы эффект прошёл.             — Надо бы, — отвечает Джек. — Торопиться некуда, а такой эффект она уже давно не ощущала. Наверняка ж он остался с таким же…хорошим и благим ощущением.             Найра их услышала и осознанно немного присела рядом с ближайшей пещерной стеной. Её пальцы всё ещё удерживали часть артефакта и не думали отпускать её, пока эффект ещё был в силе.             Остальные, кому Крипта заодно объяснил, что происходит, чтобы не переживали, принялись просто ждать, когда это всё закончится.