Искра во тьме

Дворец был великолепен. Вообще-то вся Белая Улица центрального района Вечного Рима состояла из одних дворцов, но тот, к которому подъезжала великолепная повозка Серписа, выделялся среди других обилием зелени, что вообще для Рима было редкостью. Зелёные вьюны оплетали покрытые мхом колонны, цветы росли в каменных вазах возле мраморных ступеней, внутри у ручейков, текущих от искусственных водопадов, зеленели кустики всяких ягодных растений. Пение птиц, живущих в просторных золотых клетках, подвешенных повсюду, наполняло воздух вместе с чудесным ароматом. Конечно, Трикси была единорогом, а не земным пони, но и её взгляду и сердцу было очень по нраву обилие живой природы вокруг. Вместе с двумя стражами-киборгами, девушками в чёрных одеяниях, которые смотрелись необычайно чуждыми в этом царстве природы, Трикси вышла из повозки и прошла во дворец. Здесь тоже хватало охраны, блистающей вызолоченными доспехами и вооружённой не только мечами, но и странной формы кинжалами с очень уж большой и подозрительно изогнутой рукоятью. Скорее всего это оружие было больше огнестрельным, чем холодным: представители светской власти Вечного Рима могли позволить себе игнорировать правила насчёт использования такого оружия. Миновав небольшой зал, укатанный вазами и горшками, каждый из которых давал дом корням какого-либо цветка, пони и её стражи вошли в просторное помещение с высоким потолком, залитое светом искусственного солнца, что висело прямо над деревянным троном, занимаемым великолепной девой. Стройная, будто ветвь молодого побега, с блистающей под лучами солнца зеленоватой кожей, но не мертвенного или невыносимо-изумрудного отлива, а такого цвета, который имеет юный лист, что выбился из почки ранней весной; чёрные волосы её, с вплетёнными в них живыми цветами, ниспадали на обнажённые плечи; соски прикрывали бусинки ягод, без вдавливания оплетающие грудь тонкими корнями, пониже живота раскинулся пятиконечный лист, защищая от чужих взглядов самое сокровенное место. - Итак, вы всё-таки ответили на наш зов, почитатели технологий. Трикси медленно склонилась перед девой: как жрец Змеи, она обязана была соблюдать ритуалы, да и тому, кто смог сохранить царство растений посреди камня, вполне можно было воздать честь. Собственно, потому ей и доверили вести переговоры. Будучи существом из мира, где магия и технологии не мешают процветанию Природы, единорожка идеально подходила на эту роль, потому и была отправлена сюда епископом Портер. - Трикси, викарий Великого Дома Серпис. - Паллада, дочь Последней Дриады, - ответила девушка. - Мать наша никогда не согласилась бы на союз со Змеёй, но мы считаем, что не время сейчас воротить нос от железа и огня. Корни наших древ ощущают дрожь земли; призраки взвывают по ночам, твари, что бродят в Туманах, дрожат от ужаса, чувствуя врагов посильнее, чем те, кто прибывают к нам из других миров. - Мы тоже заметили активность Корвуса, - по-деловому заметила Трикси. - И тёмной магии стало ощущаться в воздухе больше, чем обычно. - Это всё взаимосвязано, - глядя в никуда, произнесла Паллада. - Тёмные силы глубоко под Римом вновь зашевелились. Ад, который уже не раз посылал на улицы города нашего своих приспешников, вновь накопил силы для атаки, но... Но теперь ему помогает кто-то с поверхности. Уверены мы, что для безопасности обоюдной надобно заключить нам союз с Серписом, потому как более чем ненавистна Змея Ворону. Трикси медленно, аккуратна кивнула. Противостояние Серписа и Корвуса длилось дольше, чем противостояние Тауруса и Камиры, и сейчас, по-видимому, дело шло к очередному обострению. Хотя конфликт вроде бы как и был притушен, в том числе при помощи Тиамат, Серпис был настолько обеспокоен им, что теперь активно искал себе в помощь союзников среди высших сил Рима. Вот только оказалось, что происходят события гораздо более значимые, чем просто соперничество Великих Домов… - Да. Мы тоже чувствуем шевеление Ада, - продолжала дева. - Грешные души заблудшие рвуться вверх, вгрызаются в землю, пытаясь вернуться на поверхность Рима. Адские гончие отслеживают их и перехватывают, но всех они не смогут сдержаться. Вернуться мёртвые к жизни, и придётся биться с ними живым. То случалось не раз, но чувствуем мы, что теперь возможно, что всё будет хуже, чем раньше... Она взглянула на Трикси пристальным взглядом, и кобылица не стала разочаровывать её ожиданий. Закрыв глаза, она направила в рог магию, и завитушки его полыхнули ярким светом, после чего с самого кончика сорвались лучи, скрестились, переплелись и создали в воздухе образ: карту, с Римом на вершине и со странными переплетениями глубоко-глубоко под ним. От переплетений этих вверх уходили шахты, какие короче, какие длиннее, однако все они обрывались задолго до того, как достигали поверхности. - По нашим данным пока что вероятность крупного прорыва из ада невероятно низка, - объявила единорожка. - Смотрите сами, всё по нашей карте видно. Её составляли лучшие техномаги Серписа, за достоверность данных вы можете не переживать. Волнения вызывает только один из тоннелей, что ведёт к Трущобам. Возможно, через полгода им можно будет воспользоваться, но до этого время у нас есть. Все остальные пути обрываются задолго до подхода к поверхности, к тому же часть перекрывается силами Камиры. Дева молчала. Трикси терпеливо ждала, чувствуя магические токи, что текли к трону со всех концов помещения. К ним она, по-видимому, и прислушивалась. - Корни говорят нам, что ваша карта неточна, - возразила Паллада. - Адские твари изо всех сил роют пути наверх, но определить их нахождение затруднительно. Впрочем, иногда даже корни ошибаются. Земля Вечного Рима холодна и противна живому... - В таком случае будем считать, что карта Змеи вернее. Да опасность есть, но пока что она не сильно велика. И всё же, - пони погасила карту. - Лучше быть ко всему готовыми заранее, не так ли? Она едва удержала хвост, которому так и хотелось начать махать из стороны в сторону от нетерпения. Трикси понимала, что весь смысл её миссии, такой простой с виду, ей епископ Портер до конца не раскрыла, но она также и понимала, что за кажущейся простотой скрывается нечто очень серьёзное. Что-то, что принесёт пользу Серпису, а её саму поднимет в глазах покровителей. Наконец, дева кивнула и оборотилась, произнеся что-то на певучем языке, разобрать из которого Трикси смогла лишь несколько слов. Зато после этого приказания откуда-то из дальней части зала послышалось тихое стрекотание. Группа обнажённых феечек, взмахивая прозрачными крыльями, влетели в зал, неся в золотистой сетке клубок листьев и цветов. Трикси аккуратно приняла его телекинезом и перенесла в руки одной из телохранительниц. - Вы правы, Трикси. Потому мы даруем вашему Дому наши драгоценные Корни. Обращайтесь с ними осторожно. - Благодарим за помощь и доверие, владычица зелени, - Трикси снова преклонилась перед девой. - Тогда я немедленно отправляюсь обратно в Змею с благой вестью о заключении договора. Почему-то ей стоило большого труда произнести эти слова. * * * - Наш новый викарий отлично справился с возложенным на неё поручением. Епископ Портер медленно опустилась в алое антигравитационное кресло, закинув ногу на ногу и устремив взгляд чёрных на экран. Изображение рябило, но технические возможности дома Серпис по крайней мере ограждали сеанс от незваных глаз и ушей; техномагический или просто магический способы связи с епископом Великого Дома Камира были бы куда менее надёжны. - Значит, Паллада присоединилась к нам. Пусть и подневольно, - Шайтана сложила руки на груди, безэмоционально взирая на девушку. - При помощи её Корня мы сможем ещё лучше скрыть наши действия от глаз Ватикана и Белого Города. - Но лишь до поры. Они помолчали, смотря друг на друга. Епископы Великих Домов имели между собой больше общего, чем все другие их члены. В конце концов, оба служили не только делу защиты владений своих правителей, но и обороне всего Рима. И всё-таки разница между этими двумя балансировала на грани вражды. Портер — миловидная девушка в самом соку, некогда правительница высокоразвитой цивилизации, теперь главная техножрица Змеи, и демонесса, управляющая самой зловещей магией, близкая более Корвусу, чем Камире, однако безудержно преданная Тиамат и никогда не помышлявшая о власти. Лишь только общие проблемы Камиры и Серписа позволили им найти точки соприкосновения. - Как мы и предполагали, в высших кругах Рима уверены, что ответственность за шевеление в аду лежит на совести у Корвуса. - Что же, нападение на вашу территорию сыграло на руку нашим планам, - Шайтана позволила себе улыбнуться самым краешком губ. - Теперь Змея на время оказалась вне подозрений. А потому я хочу узнать, как продвигается наша подготовка? - По плану, - ответила Портер. - Мы заканчиваем оборудование тыловых госпиталей и вышли на завершающий этап по формированию лёгких сил. Остальное в процессе, - она посмотрела на кольца, украшавшие её пальцы, перебрала ими, любуясь игрой света на каменьях. - Надеюсь, ваша операция с магами проходит не менее успешно. - На этот счёт Змея может быть спокойной, - холодно произнесла Шайтана. - Мы сталкиваемся с небольшими трудностями, но они преодолимы. - Вам лучше разобраться с ними до того, как планы вступят в завершающую фазу. Один Великий Бунт уже провалился. Мы не можем рисковать так же, как в тот раз. - Разумеется, - Шайтана чуть нахмурилась. - Только не забывайте, что в этой общепризнанной истории есть некоторые противоречия, епископ Портер. - Я бы предпочла не проверять правдивость истории о всеримском геноциде. - У Тиамат такое же мнение, - кивнула Шайтана. - Так что мы не подведём. А вы позаботьтесь о том, чтобы Белый Город и все его обитатели не узнали о наших планах до последнего момента. Портер подняла руку, предупреждая Шайтану, уже готовившуюся отключить связь. - Есть и ещё кое-что. Это больше забота Карниса — нам необходим по крайней мере ещё один выход к морю. Через Змею или Камиру — не важно, но прямой, не через территорию каких-либо Малых Домов. Епископ Камиры понимающе кивнула. - Я передам генералу ваше пожелание.