Искра во тьме

Что и сказать, день у Сомбры выдался не из лёгких. Может, поэтому жеребец очень долго вилял по окраинам Дома Быка, а может, в этом месте просто оказалась самая идиотская застройка во всём Вечном Риме. Так или иначе, но выбраться в богатые районы Тауруса у единорога самостоятельно не вышло: то на пути вырастали невысокие стены, то очередной закоулок упирался в тупик. Дорожные указатели с вычурным текстом вроде «Пройдя сто шагов, вы окажетесь у входа на прекраснейшую из улиц...» помощи предлагали мало, а скорее даже мешали найти нужное направление. Слегка подуставший и немало раздражённый, в конце концов он разорился ещё на две Искры, наняв извозчика: замоченную в двухколесную тележку рыжеволосую девушку. На лицах граждан Тауруса заиграли улыбки, когда они увидели действительно необычную даже для Рима картину: почти обнаженная красотка, закрытая лишь узкими полосками кожи, покрывающими грудь и и сходящимися между её ног, тащила повозку, в которой сидел явно феральный единорог. Некоторые даже решили, что это причуда господина или наказание для рабыни, которую заставили катать домашнее животное. Самому Сомбре не было никакого дела до того, как на него смотрят прохожие. Устроившись на крайне неудобном для его анатомии сиденье, он поглядывал по сторонам, пытаясь запомнить дорогу до выхода на Камиру, но, судя по всему, ему предстояло воспользоваться иным путём с территории Быков. Извилистая дорога, то прерываемая перекрёстками, то неожиданно огибающая чьё-то отдельно стоящее здание — то есть не примыкающее стенкой к стенке, места в Риме было мало для особняков — уходила всё дальше на восток, но в конце концов, оставив по левую сторону настоящий дворец, вывела Сомбру на торговый тракт, ведущий от побережья. - Дальше я сам, спасибо, - расплатился Сомбра за поездку, перелив Искры в кристалл, вмонтированный прямо в сиденье. Рабыня по-лошадиному фыркнула, развернулась и покатила обратно в свой район. Сомбра бросил взгляд на далёкий порт. С того расстояния, что он находился, многого разглядеть не удавалось, однако пара кораблей, стоявших в ожидании разгрузки, он мог рассмотреть достаточно хорошо. Возле складских строений копошились рабочие, перетаскивая доставленный из ресурсных миров груз, вроде как даже снаряжался караван — в телеги впрягали рабов посильнее, в сами тележки укладывали ящики и бочонки. Единорог усмехнулся, подумав, сколько товара попадает в Таурус, минуя пошлину Ватикана, и тут же помрачнел. Благодаря «своему» порту на море, Быки по сути могли получить всё, что угодно, так что противостоять этому Дому в одиночку нечего было и думать. Если он хотел и дальше оставаться независимым, надо было в очередной раз заключать сделку с сильными душами Рима. Это раздражало Сомбру, смыв с него последние крохи хорошего настроения. Отказавшись от власти и в общем-то не желая возвращения к ней, опасаясь снова стать тем, чем он был до попадания в Рим, жеребец не мог не отметить, что лучше уж служить злу в самом себе, чем служить кому-либо ещё… Но служанка всё равно бы пригодилась. Ей хотя бы можно было бы поручить носить с собой карту, а не терять время и Искры! Между тем, чем ближе единорог подходил к обитаемым местам, тем больше вокруг становилось людей — и в основном людей. Далеко не все блистали дорогими костюмами, однако и оборванцев почти не встречалось, даже бедняки центра Тауруса были одеты в выцветшие, полинявшие, быть может починенные, но костюмы. Рабы тоже пробегали не обнажёнными, а в откровенных и весьма изысканных нарядах, особенно представительницы женского пола; многие отличались так же украшениями, выданными не столько за успешное исполнение приказов хозяина, сколько для того, чтобы их хозяин мог покичиться свои богатством перед другими. Слуги и вовсе красовались нарядными ливреями, а также причёсками и выправкой; они не суетились, как в других Домах, а шли быстро, но не теряя достойного внешнего вида, чтобы тем самым не ронять достоинство своего господина или госпожи. Какая-то часть души единорога зажглась искрою тоски по заведённому в Таурусе порядку. Несмотря на то, что жизнь в Риме заметно растрясла аристократические привычки Сомбры, а ещё ранее, поглощённый неутолимой жаждой власти, он и вовсе мало походил на короля, воспитание, полученное в детстве, и память о благих днях его Империи давали о себе знать. Перейдя под покровительство Тауруса, Сомбра получил бы не только надёжную защиту, но и изысканное общество; он мог бы посещать великосветские мероприятия, общаться с существами, не чуждыми поэзии, наукам, изобразительному и прочим разновидностям искусства, а зелень и чистота уж точно пришлись бы по вкусу его природной сущности. Будучи всё-таки родственным эквестрийским пони, жеребец нуждался в отношениях с тем, что цветёт и зеленеет, а не раскидывает уродливые высохшие ветви, усеянные ядовитыми шипами, и не пытается выжить под слоем дорожной пыли, поднимая к искусственному солнцу Рима чахлые болезненные листы. Вот только большая часть его существа любила свободу, и менять её на то, чтобы любоваться собственным садиком площадью в три на три метра… Не говоря уже о том, что равным среди людей Тауруса единорог не будет. Да, некоторые послабления позволили даже камирцам селиться в богатых районов Быка и получать изрядную долю уважения от его жителей, но всё равно как для самой высшей власти Тауруса, так и для нижайшего его населения ИНЫЕ существа, а особенно звероподобные, достойными соседями считаться не могли. Даже сейчас Сомбра, несмотря на костюм и уверенную походку, много говорившую тем, кто сам ходил неспешно, ловил на себе неприязненные взгляды и слышал перешёптывания. Стань он гражданином Тауруса — и шептались бы больше за его крупом, но общее положение это бы не изменило. Сориентировавшись по очередному указателю, на счастье нормально показывающему дорогу, жеребец постепенно приближался к цели. ...Восточный квартал некогда оправдывал своё название тем, что и вправду был самым восточным Малым Домом Рима. С тех пор многое изменилось, а Восточный район был окружён практически со всех сторон Таурусом, однако сумел сохранить свою независимость, и даже проводил собственную экспансию дальше на восток, поглотив парочку более мелких Домов. Дело в том, что в этом районе имелись достаточно сильные маги, хитроумные политики и богатеи, против которых даже Ватикан не предпринимал репрессивных мер, опасаясь на некоторое время лишиться притока десятины и товаров. Быки терпели Восточный квартал по той причине, что большая часть власти здесь принадлежала или людям, или человекоподобным существам; вдобавок местные разумные звери были воспитаннее камирцев, так что по части этики Восточный район так же не вызывал раздражения. Наконец, здесь обитали лучшие шлюхи во всём Риме! К высокой стене, отделяющей Восточный район от Тауруса, примыкала цепочка ресторанов. Они раскинулись по обе стороны стены, несомненно было то, что между ними существовали проходы, через которые повара советовались друг с другом, обменивались ингредиентами, и, разумеется, поставляли контрабанду. Причем что Восток, что Таурус закрывали на это глаза, а постоянные благотворительные ужины позволяли и Ватикан не беспокоить подобной мелочью. Именно здесь Сомбра рассчитывал найти ресторан с тем самым странным блюдом, которое могло навести его на след убийц. В конце концов, рестораны для богатеев — это не то же самое, что забегаловки для смертных. Сюда приходят решать дела и отдыхать, налаживая связи, так что единорог мог надеяться или найти нужных людей, или получить сведения о них. Вот только растраты послелниз Искр не позволяли Сомбре посетить рестораны. А тут было, на что посмотреть и что попробовать даже для эквестрийского пони! Например, так и манил к себе небольшой розовой домик, вмещающий в себя пекарню и чайную. Неподалёку находилась и вегетарианская столовая, где чувствительные личности могли сытно отобедать или порадовать себя настоящими салатами, свежими овощами и фруктами, подаваемыми официантками в юбках из листьев. Многие официантки при этом имели хвостики и ушки, а кое-кто и вовсе не был человеком, показывая, что и Восточный квартал многое изменил в обычаях Тауруса. Остановившись в нерешительности, жеребец оглядывал вывески. Названия могли бы указать и на содержимое меню, но вскоре стало ясно, что поиск таким методом ничего не даст. Что подавали в «Ляжке императрицы» ещё можно было представить, но вот содержимое «Весёлого обжоры» оставалось полностью неизвестным. Оставалось только начать проверять заведения методом тыка… В этот момент из небольшого дворника вышло несколько человек — пара рабынь-служанок, одна рыжеволосая телохранительница с мечом в ножнах за спиной, и двое хозяев. Тот, что был помоложе, заметил Сомбру краем глаза, дёрнулся вдруг и крикнул что-то рабыне, которая немедленно развернулась к единорогу, ещё и выхватывая меч. Видимо, тот, кто заказал убийство Сомбры, решил, что жеребец явился по его душу, поспешно выдав себя. Ещё не до конца веря в свою удачу, Сомбра попробовал оттолкнуть девчонку телекинезом. Однако его магия наткнулась на остриё меча и разлетелась в стороны гаснущими всполохами искр, а телохранительница издала яростный вопль и кинулась на пони. Времени фамильярничать не было: Сомбра перенаправил магию на секцию ограды, опоясывающей дворик, выломал из неё здоровенный кусок дерева и бросил его в плечо девушки, сбив её с ног, но не сумев заставить выпустить меч. Вдобавок и две другие рабыни уже по команде спутника молодого человека побежали на Сомбру, за неимением лучшего сжимая кулаки. - А ну прекратить безобразие! - внезапно раздался суровый голос. - Или всех отправлю в Бастилию, канальи! Сомбра обернулся — позади него появился отряд воинов Тауруса, возглавляемый сухопарым человеком в шляпе и со шпагой в руке. Двое здоровенных мужчин в шипастых доспехах, вооружённые железными дубинками, смотрелись куда внушительней этого офицера, но трусили позади, пока тот храбро вмешивался в споры, возможно, между аристократией Тауруса: костюм Сомбры и его магические способности уже показывали, что он не простой житель Рима. К сожалению, молодой человек об этом не задумался. - Вы как раз вовремя, месье! - крикнул он, навлекая беду на всю компанию. - Это наёмный убийца-камирьянец! Убейте его, немедленно! - Если бы мы находились в состоянии войны с Камирой — разумеется, - фыркнул офицер, не поверив ни единому слову собрата. - А так вы все задержаны для выяснения личностей и обстоятельств. Оружие на землю, господа… И дамы. И магию попридержите.