Новая Кровь

      Завтрак на следующее утро был для Гермионы странным.       По взглядам, которые она получала, было ясно, что Пэнси распространила историю о том, что она утверждает, что является Новой Кровью, а не магглорождённой. Драко весь завтрак бросал на неё едва заметные взгляды, а Тео Нотт открыто оценивал её, как будто она была антиквариатом.       Гермиона, следуя принципу «притворяйся, пока не получится», болтала с Трейси и Миллисентой об их расписании. На сегодня в расписании значились трансфигурация и защита от тёмных искусств, и Миллисента была этим недовольна.       — Начинать неделю с трансфигурации? — простонала она. — Это один из самых трудных предметов. Это будет здорово.       — Один из самых трудных? — переспросила Гермиона, и Трейси энергично кивнула.       — В трансфигурации есть все эти крошечные движения палочкой, и каждое из них означает что-то своё, плюс ты должен держать трансфигурацию в голове, пока делаешь её… это действительно трудно, — сказала она. — Это одна из самых полезных частей магии, сразу после чар, но только если ты хорош в ней, а в ней трудно быть хорошим.       — Эй, Грейнджер, — неожиданно сказал Тео. Гермиона повернулась, подняв бровь.       — Спорим, что я справлюсь с первым заданием по трансфигурации раньше тебя, — сказал он, одарив её вызывающей ухмылкой. Гермиона почувствовала волнение, когда её глаза расширились — наконец-то, первый шанс проявить себя. Но была ли она готова?       — Принимаю вызов, — поспорила она, одарив его ответной ухмылкой. — Каковы ставки?       — Если я выиграю, ты должна будешь стать моим домовым эльфом на неделю, — сказал он ей. Его ухмылка теперь была более злобной. — Ты должна будешь подчиняться каждому моему приказу, а также носить их одежду.       Драко и Блейз захихикали, обмениваясь злобными взглядами. Гермиона спрятала своё замешательство. Домовой эльф…?       — А если я выиграю, ты должен будешь стать моим телохранителем и личным помощником на неделю, — ответила она. — Носить мои книги, бросаться наперерез, чтобы перехватить смертельные проклятия, и всё в таком духе.       Тео выглядел несколько встревоженным тем, что она ожидает, что в неё уже будут бросать смертельные проклятия, в то время как Трейси и Миллисента хихикали. Оглянувшись на своих друзей, Тео кивнул.       — Договорились, — сказал он, протягивая руку.       Гермиона пожала его руку, её глаза вспыхнули от предвкушения.       — Договорились.

***

      «Профессор МакГонагалл преподаёт трансфигурацию» — вспомнила Гермиона, и она с радостью села в первом ряду, готовая учиться. МакГонагалл была силой в доме её родителей, когда они знакомили её с магией, и Гермиона не думала, что когда-нибудь сможет смотреть на эту женщину с чем-то, кроме благодарности и уважения, даже несмотря на то, что она была главой конкурирующего факультета.       МакГонагалл, в свою очередь, коротко кивнула ей, когда она вошла, хотя это могло быть просто кивком в сторону учеников. Гермиона проследила за тем, чтобы её вещи были готовы. Она сидела впереди, а Трейси и Миллисента слева от неё, хотя они возмущались, когда она перетащила их на первый ряд. Слизерин делил этот класс с Рейвенкло, и справа от неё сидел мальчик по имени Энтони Голдстейн.       МакГонагалл начала лекцию без всякой чепухи. После краткого определения трансфигурации она быстро превратила свой стол в свинью и обратно, вызвав восхищённые возгласы присутствующих, включая Гермиону.       Остальная часть урока, однако, была очень технической. Она ввела простые движения палочкой, необходимые для трансфигурации «базового» уровня, а их было шестнадцать. Гермиона вела тщательные записи, хотя знала, что в конце книги есть справочная таблица. Зарисовывать движения палочки МакГонагалл, когда она демонстрировала каждый жест, было немного легче, чем статичные картинки в книге, нарисованные чернилами, и она надеялась, что это поможет ей больше.       После демонстрации всех движений и объяснения правильного мышления, необходимого для правильной трансфигурации, она раздала им спички и дала первое задание: превратить спичку в иголку.       Гермиона уставилась на спичку, почти ахнув.       Это было их первое задание? Это?       Это был пример, рассмотренный в третьей главе книги!       Ладно.       Зная, что ей нужно спешить, чтобы победить Тео, Гермиона крепко закрепила в голове образ трансформации спичек, взмахнула палочкой и направила её.       Спичка трансформировалась в иглу.       Гермиона улыбнулась.       Игла была безупречна. Гермионе было приятно видеть, что на этот раз ей даже удалось сохранить ушко иглы достаточно большим, чтобы продеть в него нитку — это была единственная часть, с которой она не справилась, когда тренировалась дома.       — О, мисс Грейнджер! Молодец!       Гермиона подняла голову и увидела профессора МакГонагалл, стоящую над ней. Она подняла иглу и осмотрела её, после чего опустила обратно на стол, где она издала мягкий металлический звон.       — Я никогда не видела, чтобы студент так быстро справился с этим заданием, — сказала она, и Гермионе показалось, что в её голосе прозвучала нотка гордости. — Пять баллов Слизерину!       По классу пробежал ропот, и Гермиона повернулась на своём месте, чтобы посмотреть на Тео, подняв брови и бросив на него ожидающий взгляд.       Тео уставился на неё, его глаза были огромными.       Гермиона моргнула, чувствуя себя немного неловко.       Тео не отводил взгляда, а Драко и Блейз рядом с ним тоже смотрели на неё, перешёптываясь друг с другом.       — Достаточно, — скомандовала МакГонагалл, и в классе воцарилась тишина. — Вернёмся к вашему заданию — посмотрим, кто ещё сможет его выполнить.       Гермиона повернулась на стуле, чувствуя себя неловко, но МакГонагалл слабо улыбнулась ей.       — Давайте дадим вам больше заданий для работы, хорошо?       Раздался стук, когда большой деревянный штифт ударился о её стол, и Гермиона удивлённо посмотрела на МакГонагалл.       — Преобразуйте это в свинцовую трубу, — проинструктировала МакГонагалл. — Основы трансфигурации те же — дерево в металл, отверстие в нём — хотя точная структура отличается. Размер будет более сложной задачей — вам придётся использовать свою силу в большей степени, чем, как я полагаю, это было необходимо в случае с иглой.       Гермиона посмотрела на штифт. Он угрожающе лежал на её столе, и она в нерешительности посмотрела на МакГонагалл.       — Вы получите дополнительные зачёты и баллы для Слизерина, если у вас получится, но не волнуйтесь, если нет — это должно стать для вас испытанием, над которым вы будете работать и в конце концов преодолеете его, — сказала МакГонагалл. — Вы уже заработали все баллы за этот урок.       МакГонагалл отошла и стала обходить других студентов, поправляя палочки и давая советы, а Гермиона смотрела на штифт.       Использовать её силу…?       Гермиона не совсем понимала, что это значит.       Сосредоточившись на штифте, Гермиона представила, как он трансфигурируется, покрутила палочкой и направила её.       Как она и ожидала, штифт лежал на столе без изменений.       Более крупный кусок дерева было сложнее изменить. Гермиона решила сосредоточиться не столько на успехе, сколько на попытке понять другую часть высказывания МакГонагалл.       В какой-то степени это имело смысл. Если предположить, что МакГонагалл говорила о магической силе, то для Гермионы было вполне логично, что внутри неё есть определённое количество магической силы, которую палочка направляет через неё. Переход от спички к иголке не занял много времени — это было так мало, что Гермиона едва заметила это. Но штифт…       Сосредоточившись, Гермиона снова попыталась совершить трансфигурацию.       На этот раз она почти почувствовала, как что-то выходит из неё, пытаясь охватить деревянную палочку, но не успевает и вливается в неё обратно через палочку. Всё произошло так быстро, что трудно было сказать… но она чувствовала, что это должно быть оно. Это должно быть то, о чём говорила МакГонагалл.       Гермиона прикусила губу. Как она должна была использовать больше силы? Есть ли способ вытолкнуть больше энергии автоматически?       Гермиона продолжала экспериментировать, не замечая, что Энтони и Трейси смотрят на неё широко раскрытыми глазами, борясь со своими спичками.       Гермионе казалось, что единственный способ получить больше энергии — это вытолкнуть её. В книге по трансфигурации об этом ничего не говорилось, и Гермиона догадалась, что, возможно, «уровень силы», который она может использовать, будет расти автоматически, как мышца, по мере того, как она тренируется.       Её глаза сузились. Если её магические резервы были подобны мышцам, то, возможно, она могла вывести их за пределы своих обычных возможностей, подобно олимпийскому тяжелоатлету в самый ответственный момент.       Гермиона подняла палочку.       Через мгновение прозвенел звонок, и класс вокруг неё поднялся со своих мест, проходя мимо неё, так как МакГонагалл давала шесть уроков по основам трансфигурации дерева в металл. Гермиона моргнула, приходя в себя, затем поспешно собрала свои вещи в сумку и вышла, следуя за остальными одноклассниками.       МакГонагалл обошла класс, собирая спички, некоторые из которых ученики успели сделать серебристо-блестящими, и остановилась перед партой Гермионы.       Медленно, как будто кто-то разыгрывал её, она протянула руку вперёд и взяла блестящую трубу со стола Гермионы. Как во сне, она уронила её.       При ударе о стол труба издала гулкий звук, который отозвался внутри неё, и МакГонагалл издала придушенный звук, как будто не знала, смеяться ей или задыхаться.       Взяв свинцовую трубку и отложив её в сторону, МакГонагалл наконец позволила себе улыбнуться.       — Пятьдесят очков Слизерину, — пробормотала она, — за побитие моего собственного рекорда в этом классе.