Новая Кровь

      Завтрак был весёлым. Гермиона по-прежнему получала благодарные взгляды, которые она обычно видела, когда наносила макияж, но реакция одноклассников на шикарные кудри Дафны, закрученные в штопор, была гораздо более драматичной.       — Мерлин, Гринграсс! — одна из старших девочек, Флора Кэрроу, подошла и с завистью посмотрела на неё. — Что ты сделала со своими волосами?       — Тебе нравится? — сказала Дафна, поворачивая голову туда-сюда, чтобы посмотреть, как подпрыгивают локоны.       — Это потрясающе, — признала Гестия Кэрроу, близняшка Флоры. — Как ты это сделала? У меня никогда не получается сделать волосы такими идеальными, даже если я сплю в тряпочках.       — О, мы с Гермионой просто играли сегодня утром, — пренебрежительно сказала Дафна. Она улыбнулась Гермионе, которая разделила её тайную улыбку. — Я думаю, что это вышло довольно хорошо.       Сёстры Кэрроу медленно вернулись на своё место к остальным третьекурсникам, завистливо глядя на них, а Дафна ухмыльнулась ещё шире. Пэнси смотрела с гордостью и лёгкой завистью, а Трейси просто забавлялась.       Мальчики с их курса выглядели подозрительно.       — Во что вы играете? — спросил Тео у Дафны. — Что ты сделала со своими волосами?       — Завила, — быстро ответила Дафна.       — Не надо мне этого говорить, — ответил Тео. — Я видел тебя и Пэнси с завитыми волосами раньше. Они никогда так не выглядели.       — Гермиона научила нас новому способу, — ответила Дафна с победной улыбкой. — Она знает способ, в котором используется магия. Это выглядит совсем по-другому, да?       Дафна снова вскинула свои кудри, и Гермиона поборола желание рассмеяться.       — …да, — нехотя признал Тео. — …ты хорошо выглядишь, Дафна.       Дафна засияла, прежде чем съесть свою кашу самым самодовольным образом, какой только можно себе представить, чтобы есть кашу. Гермиона сдержала смех, доедая кусок тоста и вставая.       — Ты уже закончила? — спросила Трейси.       — Нет, но у меня другие планы, — сказала Гермиона, жестом указывая в другой конец зала. — Публичное примирение, верно?       Остальные смотрели на неё с серьёзными лицами, кивая с уважением.       — Удачи, Грейнджер, — формально сказал ей Драко, и Гермиона кивнула в ответ, расправляя плечи и направляясь к нему.       Гарри, Невилл и Рон пробыли за завтраком около пяти минут — Гермиона наблюдала за ними. Казалось, что они уже немного проснулись, но ещё не слишком погрузились в свой завтрак. Гермиона направилась к ним, замедляя шаг, чтобы казаться неуверенной при приближении. Вместо этого она позаботилась о том, чтобы у всех было достаточно времени заметить её приближение, убедившись, что все первокурсники смотрят на неё, а также несколько человек с главного стола.       Рон заметил это последним, так как доедал апельсин. Гарри резко толкнул его локтем, кивнув в сторону Гермионы, и глаза Рона расширились, когда она подошла. Гермиона села на скамейку рядом с Невиллом, напротив Гарри и Рона, скромно кивнула и посмотрела на Рона, расширив глаза.       — Привет, Рон, — прошептала она.       Рон тяжело кивнул, всё ещё глядя на неё.       — Я думала… Я надеялась… — её голос был неуверенным, колеблющимся, и она опустила глаза, делая паузу, чтобы глубоко вздохнуть, а затем снова подняла взгляд. — Я надеялась, что мы сможем снова стать друзьями, — закончила она.       Рон выглядел удивлённым и ошеломлённым.       — Мне жаль, что я испортила твоё зелье на уроке зельеварения, — серьёзно продолжила Гермиона. — Я не хотела тебя злить. Я думала, что смогу помочь тебе, и я не хотела быть такой властной или грубой, и мне очень жаль, что я так поступила. Пожалуйста, Рон, я больше не буду этого делать, — она прикусила губу. — Пожалуйста. Разве мы не можем снова стать друзьями?       Рон всё ещё смотрел на неё, ошеломлённый. Гарри резко толкнул его локтем, бросив на него сердитый взгляд, и Рон поспешно кивнул.       — Да, — сказал он наконец, всё ещё кивая. — Да, у нас всё хорошо, Гермиона. И… прости, что задел твои чувства, когда говорил все эти вещи о тебе.       Гермиона отметила про себя, что он извинялся не за то, что сказал эти слова, а за то, что они задели её чувства. Запрятав это знание подальше, Гермиона одарила Рона лучезарной улыбкой, устроилась на скамейке рядом с Невиллом и угостилась половинкой грейпфрута.       — Кто-нибудь знает, что случилось вчера с метлой Гарри? — спросила она их. — Кому понадобилось убивать тебя, Гарри? Ты в школе всего несколько месяцев.       Сразу же разговор перешёл на различные теории заговора мальчиков о том, кто хотел погубить Гарри. Гермиона заметила, что в большинстве теорий мальчиков фигурировали либо Снейп, либо Малфой, и Гермиона в итоге выступила в роли адвоката дьявола, разбив каждую из них.       — Если бы профессор Снейп хотел твоей смерти, Гарри, ты был бы мёртв, — честно сказала она ему. — Он могущественный и страшный. Он подсыпет тебе яд на уроке или за ужином, и ты ляжешь спать, чувствуя себя прекрасно, но так и не проснёшься. Или он дал бы тебе что-то, что имитировало действие настоящей болезни, и когда ты умирал бы от этого, все считали, что у тебя был ужасный случай драконьей оспы. Последнее, что он мог бы сделать, это что-то настолько очевидное, как сглазить твою метлу на глазах у всей школы.       Мальчики неохотно согласились на это. Снейп был страшен, несмотря ни на что, и они смогли понять, что любой, кого Снейп хотел убить, на самом деле в итоге умрёт.       — Малфой может ненавидеть тебя, но он не настолько силён, чтобы сглазить твою метлу, — сказала Гермиона. — Он знает только столько же магии, сколько и ты. Мы ещё не научились ничему настолько сильному, как сглаз, чтобы сделать что-то подобное тому, что мы видели.       Их неохотное согласие вскоре превратилось в безумные теории о том, что Пожиратели смерти проникли в школу в качестве учеников, чтобы уничтожить Гарри, и Гермиона не могла заставить себя остановить их — было слишком забавно, слишком интересно слушать, как они уходят в дикие тангенты. Именно после того, как Рон предположил, что пятеро из них могли проникнуть на территорию школы через заброшенные туннели гномов, у Гермионы возникла идея.       — Вы знаете, у кого мы могли бы проверить это, кто мог бы нам помочь? — сказала Гермиона.       Остальные трое посмотрели на неё в замешательстве, качая головами.       — Хагрид, — предложила она. — Смотритель территории.

***

      Хагрид был массивным мужчиной, который, как подозревала Гермиона, был не совсем человеком. Он также был исключён из Хогвартса на третьем курсе, был старше, чем выглядел, и, как подозревала Гермиона, не совсем человеком. Однако он дружил с Гарри, а Рон и Невилл — через Гарри, так что то, что они втроем отправились навестить Хагрида, не было для них чем-то необычным. Гермиона была довольна собой, что сумела выбить приглашение, и все они отправились вниз.       Хагрид был рад их видеть, а ещё больше он был рад тому, что мальчики взяли её с собой.       — Вы привели девочку! — воскликнул он, с гордостью глядя на них. — 'Эрмиона, да?       Их всех затащили внутрь и напоили чаем с печеньем. Широко раскрытые глаза Гарри и слегка покачивающаяся голова Гермионы предостерегли её от последнего, но Гермиона лишь улыбнулась, потягивая слабый чай.       Рон начал рассказывать о том, что случилось с Гарри, и об их теориях, а Гермиона развлекала себя тем, что разглядывала хижину Хагрида и выглядывала в окно. У Хагрида перед домом был большой сад и загоны для животных, хотя Гермиона не могла разглядеть их всех со своего места. Запретный лес был жутко близко от его хижины, и Гермиона задавалась вопросом, как часто он туда ходит.       — Рон, никто не может пробраться в Хогвартс! — Хагрид уже искренне смеялся, хлопая себя по колену. — Ты не сможешь пройти через заслоны на территории!       Лицо Рона покраснело, и он выглядел очень раздражённым, в то время как Невилл выглядел облегчённым. Гарри выглядел задумчивым.       — Значит, это был кто-то на территории, — заметил Гарри, глядя в потолок. — Но кто…?       — Думаю, тебе больше не придётся об этом беспокоиться, Гарри, — сказал Хагрид, взъерошив его волосы. — Профессор Дамблдор знает о сглазе, и он придёт на следующую игру. Это позволит убедиться, что ничего подозрительного не происходит.       Они ещё немного поговорили о занятиях, в основном Рон ныл о Зельях, а Невилл восхищался Гербологией. Гермиона позволила им немного поболтать, а затем бросила на Гарри пристальный взгляд.       — Было приятно увидеть тебя, Хагрид, — сказал Гарри, вставая и обнимая мужчину. — Однако нам лучше вернуться в замок. Нам всем ещё нужно закончить эссе по зельям.       Хагрид улыбнулся Гарри и обнял каждого из них по очереди, включая Гермиону. Гермиона удивилась, что её обнимают, но медленно обняла его в ответ. Было приятно, когда тебя обнимают — в подземельях Слизерина не так много физической близости.       Когда они уходили, направляясь к Хогвартсу, Гермиона убедилась, что она последняя, и отстала.       — Мне только что пришло в голову, — солгала Гермиона, глядя на Хагрида, — что у тебя может быть немного верёвки. Мне нужно немного для дополнительного проекта. Тут не валяется лишняя верёвка?       Хагрид усмехнулся.       — Конечно, есть, Миона. Сколько тебе нужно? — он обошёл хижину сзади, Гермиона осторожно пошла следом.       — А сколько у тебя есть? — спросила она. — Я не совсем уверена, сколько мне понадобится.       — Вот.       Внезапно в её руках оказался огромный моток верёвки, и Гермиона зашаталась под его тяжестью.       — О! Извини, вот.       Мгновение спустя раздался свистящий звук, и верёвка втянулась в себя, после чего остался только вышитый рукав длиной в руку.       — Выдвижная верёвка, то есть, — сказал Хагрид, кивнув. — Она предназначена как поводок для магического существа. Самая прочная веревка из всех существующих. Я не знаю точно, сколько верёвки в него входит, но очень много.       Гермиона уставилась.       — Поводок? Верёвка такой толщины?       — Я могу одолжить это? — сказала Гермиона, сжимая рукав волшебной веревки. — Ты уверен? Она может понадобиться мне на несколько месяцев, Хагрид…       — Нет, всё в порядке, — сказал Хагрид, отмахиваясь от неё. — Я больше не использую его, не так ли? Нужен только тот, что для Клыка, вот.       Он подтолкнул ленивого пса к ноге, тот поднял голову, посмотрел на Хагрида широкими, проникновенными глазами, а затем снова опустил голову на лапы. Хагрид вздохнул.       — Ленивый пёс…       Гермиона задумчиво посмотрела на толщину верёвки в своей руке, а затем снова подняла взгляд на Хагрида.       — У тебя была другая собака, Хагрид?       Лицо Хагрида просветлело.       — Да, — сказал он. — Звали его Пушок. Отличный пес — хороший пёс — он был таким же преданным, как и все остальные. Правда, он предпочитал лес, но он отлично играл в мяч и помогал отпугивать всякую мелочь в лесу, когда мне нужно было зайти в дом… Я включал ему музыку, чтобы он засыпал ночью, и он был просто милейшим существом…       Подозрения Гермионы усилились.       — Мне так жаль, что он больше не живёт у тебя, Хагрид, — сказала она ему, глядя на него грустными глазами. — С ним что-то случилось?       Хагрид покачал головой.       — Нет. Я дал его другу на время… он был нужен, чтобы защитить кое-что. Пушок — отличный защитник.       — Защитить кое-что? — сказала Гермиона, сохраняя невинность в голосе. — А просто Пушка будет достаточно?       — Нет, он заставил всех остальных тоже помочь защитить, все в замке помогали… — Хагрид остановился, кажется, осознав, что он сказал, и бросил на Гермиону подозрительный взгляд, но Гермиона невинно улыбнулась ему, как будто она не поняла, что он что-то сказал.       — Тогда это хорошо, да, Хагрид? — сказала она. — Тогда ты сможешь вернуть Пушка, когда твой друг больше не будет нуждаться в защите, что бы это ни было.       Хагрид просиял.       — Да, — сказал он. — Должен пройти всего год… тогда это будет хорошо… Я скучаю по нему…       Хагрид вдруг выглядел так, будто мог заплакать, скучая по своей собаке, и Гермиона воспользовалась случаем, чтобы еще раз поблагодарить его за верёвку и побежала, поспешив вверх по холму к замку.       — Хагрид — единственный человек на земле, — бормотала она про себя, сжимая волшебную веревку, — единственный человек, который назвал бы трёхголовую собаку Пушком.