Константа Судьбы | Фэнтези роман о тяжести божественного бремени

Холодно. Чертовски холодно. Осколки льда, падающие с неба, впиваются в кожу и разрывают её. Вокруг только метель и темнота. Снег хрустит под ногами, от тепла тела тает, но моментально замерзает. Образовавшийся лёд тоже впивается в кожу. За мной остаются кровавые следы. Хочется остановиться, но я понимаю, что нельзя. Кто то преследует. Впереди показалось разрушенное здание, полностью сожжённое. От него остались только не горящие фрагменты. В попытках хоть как нибудь скрыться от метели я вошёл внутрь. В здании тепло и куски льда в коже быстро тают, кровотечение усиливается. Рукой я упираюсь на стену, что бы пройти ещё немного. Из неё вырастают огромные ножницы и отрезают мне руку. Я злостно взглянул на стену и выругался. Стена рассмеялась надо мной и сказала, что мне эта рука не нужна. Я послал стену на хер и написал быстро выбегающей из отрубленной руки кровью: «из камней только идиоты». Стена возмутилась и попыталась стереть надпись. Но она не может, она стена. Смеётся тот, кто смеётся последним. Другой рукой я опёрся на стену напротив и с трудом пошёл дальше. Выйдя в большую комнату я увидел как кто то состригает цветы с клумбы. Они были такие маленькие, могли ещё расти и расти. Интересно, почему он откусывает лепестки у срезанных цветов. Я сделал шаг к нему, и нога сломалась с характерным треском. Открытый перелом. Этот кто то взглянул на меня, не переставая жевать лепестки. Его лицо было каким то непонятным. С одной стороны оно было всё в порезах, из глаза, как слёзы, бежала кровь, а с другой покрыто нитками и узлами, с торчащей из щеки доской. Ему от меня что то нужно было. Он направился ко мне, дожёвывая тёмно-серый лепесток. Я начал пятиться назад, но боль пронзила сломаную ногу и я упал. Сердце замерло и даже здоровая нога отказывалась двигаться. К счастью, кровотечение замедлилось, ведь сердце остановилось. Этот, назовём его садовник, приближался, и я начал молиться, что бы он не стал есть мои лепестки. К моему счастью, садовник прошёл мимо, но не сводил с меня взгляд. Через пару метров его шея должна была сломаться, но этого не произошло. Я загрустил. Провожая взглядом садовника, я увидел ещё одну клумбу. Один светло-зелёный цветок защищал остальную клумбу. К сожалению, ножницы садовника настигли и его. Очень хотелось узнать, что он сделает с лепестками, но сдвинуться я не мог. Лучше бы у меня были крылья. Если бы они у меня были, то я бы спас цветок. Он хороший. А теперь его нет. Ну ничего, я смогу накричать на свою ногу и обвинить её в том, что цветок срезали. Ударом я сломал собственные рёбра, надеясь, что это поможет сердцу снова биться. Это помогло, но от боли я зарыдал. Садовник со сломанной шеей начал смеяться. Хотел бы я поступить с ним так же как со стеной, но я не понимаю из чего он сделан. Моя сломанная нога начала мне сочувствовать. Она, видимо, пожелела меня и отрастила мне новую руку. Садовник повернул тело и вместе с ним, хрустнув, повернулась его шея. Теперь он точно идёт за мной. Я приготовился биться за свои лепестки, но я не умею сражаться со сломанной ногой. Можно было бы понадеяться на тех, кто умеет жить со сломанными ногами, но их здесь нет. Мне не помогут. А ведь я мог бы защитить ещё столько цветков. Только бы научиться управлять сломанной ногой. Кто то сзади сильно схватил меня за шею и потянул вверх. Только бы это была не стена… Очнулся я уже в цитадели. Сердце бешено билось. Что это чёрт возьми было?! Я усиленно пытался успокоить дыхание. Сон, всего лишь сон. Я поднялся и отряхнулся, хоть в этом и не было необходимости. Оглядевшись, я не заметил ничего необычного. Цитадель пустовала. А я ведь даже подумать не мог, что смогу так просто попасть сюда. Может, меня кто-то пригласил? Я успокоился и уже принялся думать как мне выбраться, но, внезапно, посреди цитадели, прямо в воздухе, образовалось чёрное пятно. Быстро я распахнул безрукавку и превратил стержни в мечи. Сразу же возникло с десяток вопросов. В пятне загорелся синий огонь. Я ещё больше насторожился. Что, чёрт возьми, происходит? Огонёк резко вспыхнул, и на пятне появилась пентаграмма из синего пламени. «Высший демон» — проговорил я шёпотом. Вот только, что мне делать я совсем не знал. Сейчас я точно не готов. Все знания об этих существах будто вылетели из головы. По спине пробежал холодок, а по рукам прошла небольшая дрожь. Из пентаграммы показались очертания тела. Я держал парящие кинжалы наготове, пока прокручивал свои действия в голове. И когда демон полностью вышел, я сразу же запустил в него несколько кинжалов и телепортировался на место исчезнувшего пятна, демону за спину. Мой меч, так-же как и кинжалы, прошёл насквозь. Прямо как… моя бесплотность. Я сделал ещё один взмах, но в этот раз меч даже не дотянулся до цели. — Твои действия заставляют сокращаться лицевые мышцы, притягивая уголки губ к ушам. Твоя уверенность в себе настолько высока? — спросил демон, заточив мои ноги в камне (не знаю как, это просто случилось). Появилось время получше разглядеть гостя. Кожа его, как и у всех высших демонов, была багровой, из места чуть выше ушей росли рога, слегка уходя под копну белых волос. Меня слегка смутило, что он был весь во рванье, ведь высшие, зачастую, не носят никакую одежду. И самой вызывающей частью его внешнего вида была повязка на глаза, которая была усыпана пентаграммами. Я ему не ответил, а вместо этого атаковал демона со всех сторон, телепортируясь. Ни один мой удар не достиг цели. Может у этого мира на меня пунктик? Это уже второй по счёту незрячий высший демон, который с лёгкостью избегает моих атак. Но вот он на меня не нападал, просто стоял как вкопанный. Что опять же странно, ведь вкопанным пару секунд назад был я. Мне пришлось слегка отступить. — Если твоя мыслительная деятельность заставляет тебя верить в то, что ты способен нанести мне повреждение, то она плохо выполняет свои задачи. Ловишь основной посыл? — вновь задал вопрос демон. Похоже, они все любят поговорить. А этот ещё и странным образом. — Попытаюсь выяснить словесно только раз. Палач Хаоса. Что ты о нём знаешь? Я молчал с десяток секунд, раздумывая, стоит ли ему отвечать. Неплохо бы выяснить с чем, или с кем, я имею дело. Имена демонов говорят о многом. К сожалению, человечеству известны лишь немногие имена верхушек их общества. К ещё большему сожалению, как мне кажется, он спокойно может претендовать на роль одного из них. — Кто ты? — крикнул я ему. — Мне кажется верным то, что я словесно интересовался совсем не тем, что могло привести наш обмен смысловыми звуками к этому. — с хоть и слабым, но неподдельным удивлением ответил демон. — Твоему сознанию совершенно не необходимо познать мою натуру. Не получилось. Чёрт! Если придётся драться, то будет совсем нелегко. Я пытался позвать Кеноса, но у меня ничего не вышло. Нет ни одной идеи, как бы мне выйти победителем из этой ситуации. — Начинаю перечислять звуки, обозначающие количественное качество предмета. Остановка на серединном пальце правой руки. — демон поднял руку, показывая «3» пальцами. — Единичный, — один палец согнулся, — пара… — Ничего не знаю! — выпалил я, надеясь что это поможет. А ведь это даже не ложь. — В самом деле? — мгновенно демон оказался рядом со мной. Это не скорость, а самая настоящая телепортация. — А не свойственно ли твоей натуре дать ложную информацию? Я вновь сделал взмах в сторону демона, и в этот раз мой меч стал настолько тяжёлым, что я его сразу же уронил. У меня нет ни единого шанса, если придётся сражаться. — Настолько ты пуглив? Мне казалось ты в меньшей степени напряжён в подобных этой ситуациях. — внезапно на меня напал какой то странный дурман. По телу пробежало расслабление и чувство спокойствия. — Тебе нечего бояться, Зигфрид Амон. — и речь демона стала нормальной. Что происходит? — Я не причиню тебе вреда. Мне просто хочется выяснить, что тебе известно о Палаче Хаоса. В стороне от демона вспыхнул синий огонь, после чего в нём возникло изображение… маски Люцифера. Пару секунд назад я понятия не имел о ком говорит демон, но теперь… Левкий, во что ты чёрт возьми ввязался?! — Давай же, Зигфрид Амон, вспомни хоть немного. Хоть одну деталь о Палаче Хаоса. Скажи мне, всё что знаешь. — этот спокойный и размеренный, в меру тихий голос демона, был невероятно требовательным. Дурман сильнее врезался в сознание. Я упал на колени, не в силах контролировать тело. По мыслям будто поползли черви, выискивая мои знания. Дыхание участилось, я схватился за голову, пытаясь прекратить эти ощущения. Это было невыносимо, будто с каждой секундой черви всё быстрее прогрызали путь к цели, а череп потихоньку трескался. Я чуть ли не начал рвать волосы на голове, темнота сгустилась вокруг глаз. Тело пронзали десятки игл, кожу на шее закручивало в спираль. Дыхание участилось ещё сильнее, я катался по полу в конвульсиях, периодически телепортируясь в пределах метра и падая на пол. Собственные руки стали настолько горячими, что обжигали прикосновениями. Но я молчал, хотя сознание убеждало сказать, что бы прекратить это. Сквозь силу я взглянул на левую руку. «Амелия, умоляю, если ты можешь то помоги!» — мысленно прокричал я. Оставшись без ответа, я направил всю волю на то, что бы активировать печать. Резкий всплеск энергии вырвался из руки, и печать начала становиться фиолетовой. В кратчайшие сроки в голове зазвучал голос. — Экстренное взятие тела носителя под контроль. — произнесла моя спутница. Из тела хлынула энергия, создавая элементальное поле. И мои мучения наконец прекратились, осталась лишь только боль в теле от ударов. Я лежал, пытаясь отдышаться и отходя от шока. — Подумать только, верескоцветная смогла противостоять моему голосу. — с явным раздражением отреагировал демон. От его тела, будто пар от горячего тела на холоде, начала подниматься красная дымка. — В таком случае, придётся прибегнуть к насилию. Надо мной возник огромный шар синего пламени и стремительно полетел вниз. — Носитель, — в стороне начал появляться чёрный текст, показывая то, что говорит Амелия, — не в коем случае… Я не успел дослушать. Сдвинуться хоть на метр я не мог и защитился пустотой. Шар огня исчез, даже не коснувшись моего щита. — …не используйте пустоту. — дошла до меня фраза Амелии. Мой щит из пустоты покрыл большую часть моего тела и впился в кожу. Моя же пустота начала меня душить! Какого блять чёрта здесь вообще происходит?! Покров сильно прижал меня к полу, не давая даже телепортироваться, не то что пошевелиться. — Ёбаный в рот, Амелия?! — мысленным криком начал я звать свою спутницу. — Лаплас — демон пустоты. — чего нахер?! Демон, блять, пустоты?! — Он имеет больший приоритет в управлении ей. Пока я задыхался, окончательно понял, что проиграл. Не знаю, зачем и как он собрался доставать из меня информацию, не давая мне дышать, но, чёрт возьми, нельзя дать ему узнать о Левкие. — Амелия, как нибудь, любым способом, не важно насколько он будет опасен, не дай этой твари узнать о связи Левкия с маской! — Шифрование всех связанных воспоминаний. Подтверждаете действие? — монотонно и спокойно спросила Амелия, что меня разозлило ещё больше. — Ёбаный в рот, да! Подтверждаю! — Запрос обрабатывается. — последнее что я от неё услышал. Я чуть не потерял сознание, но демон решил остановиться. В глазах всё плыло, но я попытался взглянуть на демона. — Не мог и воссоздать в мыслях ложный образ, что ты так беспомощен. — чуть усмехнувшись сказал демон. — Оу, извини, ты, наверно, итак меня не понимал, но в таком состоянии уж точно. Уже исправился. Но знай, для меня это стоит больших усилий. — демон присел надо мной и посмотрел на меня (или не посмотрел, я не знаю, видит ли он хоть что нибудь под повязкой). — Итак, Палач Хаоса. Говори. — Я ведь уже ответил, — я сильно кашлянул, — мне ничего не известно! — Поражаюсь, как Кенос мог допустить, что бы его кандидат был настолько слаб. — демон остановился, будто бы задумываясь о чём то. — То есть, если мы сейчас пожмём руки ты даже противиться не сможешь? — Решил поздороваться что ли? — сквозь кашель я усмехнулся. — Привет, Лаплас, меня зовут Зигфрид Амон. — самое время пошутить, ага. — Алый лепесток тебе всё рассказала, не так ли? — Может быть. Кто это? — сейчас я вообще не соображаю, вокруг всё мутно и непонятно, сознание решило выключиться. — Нет, видимо не всё. — демон поднялся и вслед за ним пустота потянула меня вверх. — Значит ты не против одолжить мне своё тело, до момента пока я не найду то, что ищу? — Погоди, что?! Нет, я против! — будто эти слова чем то помогут. — А ты ничего сделать и не можешь, дурень. Ты под моим контролем из-за собственной глупости. Из-за собственной слабости. — демон зашагал вокруг меня. — Меня называют демоном сделок, Зигфрид. Не обязательно честных. По правде говоря, мне ты вообще не интересен, на твою душу уже есть сделка, но вот Астароту, очень даже. — вполне логично, что этот демон работает на Астарота. Но что демоническому владыке нужно от меня? — Тебе не повезло родиться кандидатом. Поэтому то мне и приходится помогать Астароту и маньяку, что держит в страхе этот город. — стоп, чего?! Астарот и этот убийца связаны?! Чёрт возьми, нет! Нет, нет, нет! Из-за меня убийца получит информацию о Левкие! Блять! — И лишь одно рукопожатие, и твоё тело в моей власти. — Чёрт возьми, нет! Я начал брыкаться, пытаясь освободиться от пустоты, пока моя рука поднималась на встречу руке демона. Я пытался использовать всё, но элемент я применить не мог. Орудие не нанесло повреждений, а просто улетело мимо. — Блять нет! — крикнул я мысленно, ведь пустота закрыла мне рот. Наши руки сближались, пока я отчаянно пытался выбраться из плена. Я кричал, горло адски болело но остановится я не мог. Руки почти соприкоснулись. Твою мать, нет! И через мгновение я пожал ему руку. На повязке появилась ещё одна пентаграмма. Моё сознание покинуло меня. — Только бы я был сильнее… — последняя промелькнувшая мысль. Свет. Яркий свет в глаза начал ослеплять демона, но тот даже не сощурился. Он так скучал по нему. Тысячелетия проведённые во тьме уже стали настолько привычны, что он и не надеялся увидеть лучи солнца вновь. — Он так прекрасен… — прошептал демон и тут же опомнился. Сейчас нельзя дать себя раскрыть тому, кто имеет на это наибольшие шансы. Тихо ступая по доскам, демон в личине человека спускался вниз. Довольно быстро он нашёл кухню, ведь просмотрел большое количество воспоминаний Зигфрида, прежде чем выйти. И только лишь самое главное для него, он не смог отыскать. Это нагнало на него злость. Но сейчас нельзя поддаваться эмоциям, он это понимал. Войдя, демон увидел того, кто был и другом и врагом. И предателем и союзником. Чувства смешались, но ни одного из них демон не показал. — Утречка, Амон. — сказал Кенос, поставив чашки с кофе на стол. — И тебе. — сонно ответил Лаплас. — Я уже скоро пойду в академию, по совету нашего товарища… — Уже нашего? Когда это он успел стать ещё и твоим? — Ладно, по совету твоего товарища. — Кенос интонационно выделил «твоего». — Так вот, ты уверен, что не хочешь со мной? — И как ты себе это представляешь? Я тут вроде как в изоляции. — Ты уже менял внешность. Почему бы не сделать этого снова? — А удостоверение моего альтер эго мне откуда взять? — Подделаем так же как и моё. — Нет, извини, не горю желанием. — Хорошо как скажешь. Оба выпили своё кофе. Кенос ни о чём не догадывался, а демон внутренне ликовал. Прошло несколько десятков минут, и Кенос уже был готов идти. — Я ухожу! — крикнул он от двери. — Удачи тебе сегодня, чем бы ты ни планировал заниматься. — Спасибо, и тебе. — крикнул в ответ демон. Только лишь дверь захлопнулась, как у Зигфрида на лице начала расплываться ухмылка от радости демона. — Ты не поверишь, Кенос, планы у меня большие. — шёпотом сказал Лаплас и тихо засмеялся. Что же, прошло не так радужно, как я планировал. Торчу тут уже часа 4. Первый же преподаватель мне отказал, потому что я, видите ли, не зарегистрирован в академии. Хотя я даже показал поддельные пропуск и удостоверение личности! Ну и пусть к чёрту идёт, баран упертый! В конце концов, я пошёл слоняться по коридорам, в надежде, что найдется человек, который мне поможет. Подростки заполонили все пространство вокруг. Я шёл неторопливо, аккуратно минуя мимо проходящие группы и пары людей. В некоторых участках были целые столпотворения, через которые, казалось бы, невозможно пройти без телепортации, но у меня всё же получилось. Иногда я удивляюсь, насколько же люди умеют приспосабливаться. Мы, словно инстинктивно, маневрировали друг от друга, как четко натренированные бойцы, не допуская ни малейшей возможности столкнуться. Кажется, в таком потоке сплошной хаос, но когда ты оказываешься внутри, понимаешь, насколько четко все вокруг знают как им поступить. Вот за это я и люблю людей. В таком беспорядке они способны создать гармонию. Как и наоборот. Полная свобода возможностей. Чего то я сильно ушел от главной темы, да? Так вот, найти кого-нибудь было весьма непросто. Мне хотелось обратиться к одногруппникам Амона, внешность которых я знал, но вокруг были лишь незнакомые лица. Хотя, некоторые из них даже здоровались. Наверно, просто вежливость. Но само это место было похоже на густые заросли. Я не понимал где что находится, и как это найти. Поэтому, я без конца продолжал бродить по коридорам. Наконец, я набрёл на какую то просторную комнату. Здесь так же были толпы студентов, которые обедали, разглядывали доски с объявлениями, да и просто болтали. Удобное местечко. Всё же в нем было, что то странное. На противоположном конце я увидел толпу, которая окружила что то или кого то. Стояли то они, конечно, в стороне, да и не так кучно, ведь место позволяло. Из центра скопления людского внимания доносились неразборчивые голоса. Я не смог сдержать своего любопытства, и пошёл посмотреть. Найдя зазор между несколькими студентами, я смог увидеть происходящее. — Я говорю, пошёл нахуй, Уокер! — крикнула на паренька какая то девчонка и сразу же развернулась, что бы уйти прочь. Что же, выглядела она довольно прилично для своей манеры общения. Строгие брюки и туфли черного цвета, с расстегнутым пиджаком, под которым находилась светлая облегающая майка. Волосы были того же тона, что и одежда, зачесанные на одну сторону локоны. На шее висел золотой кулон. Тот самый, в который можно положить маленький рисунок или вещь, что бы периодически открывать и смотреть. В общем то, она была довольно симпатична. Нечасто можно встретить черные волосы и ярко-ярко голубые глаза. — Ты куда пошла, швабра? Я ещё не закончил! — парень схватил девушку за плечо и резко развернул к себе. — Ты хули мне тут свой характер показываешь, а? А вот парень как раз таки полностью подходил внешностью к своему характеру. На ногах мешковатые штаны, а поверх тела толстовка без капюшона. И, конечно, на руке небольшая цепочка, имитирующая браслет. Стрижка у него была короткая, слегка торчащая, темного оттенка. И мне он сразу не понравился. Вроде как, жизнь человека свята, неприкосновенна и так далее, но, иногда, хочется, что бы отдельные индивиды не размножались. — За тем, что бы ты отвалил, мудила! В отличие от тебя я всё сказала! — в гневе крикнула девушка, поправив рукой упавший на лицо локон. Эх, подростковые конфликты. Может стоит подойти и помочь? Пф, кого я обманываю. Я что, главный герой какой то новеллы? Новенький, никому не известный паренёк приходит в академию, а затем помогает популярной девочке, и они начинают близко общаться. Пф, ну и бред. Не, я не люблю клише. Постою в сторонке и посмотрю, прямо как эта толпа. Но в отличие от них, у меня есть обоснованная причина: я не хочу доставить Амону неприятностей (и нет, я не боюсь его. Разве что немного). Она снова собралась уйти и парень уже хотел повторить свое предыдущее действие, но его руку резко схватил другой парень. Первый со злобным взглядом посмотрел на смельчака. — Те чё надо, Хейн? — прорычал первый. — Выполняю свою работу. Тебя уже два раза послали, долбаёб. Теряйся отсюда, пока я тебе пиздов не отвесил! — заявил полный уверенности второй. А обстановка накаляется. Интересно, завяжется ли драка? Хотя, паренёк с фамилией Хейн довольно большой, не думаю, что он испугается драки (нет серьезно, откуда у него такие мышцы? Он что, белок внутривенно принимает?). Этот парень выглядел довольно прилично. Строгие тёмно-синие джинсы, на теле белая рубашка, покрытая тонкими черными линиями, которые пересекали друг друга. За спиной у него висела небольшая сумка, из которой слегка торчал кошель, или что то подобное, с вышитой надписью «Bad Motherfucker». Волосы его были немного растрёпаны, каштанового цвета. Левый рукав закатан, что бы обнажить часть предплечья, на которой держались два многослойных кожаных браслета. И да, конечно, он в половину больше первого паренька. — Ты откуда смелости набрался, пидор? Что, закончились мальчики и ты пошел искать приключений на задницу? Тебя чё, сильно колышет? — какое количество вопросов, просто с ума сойти. — А мне что, стоять и смотреть как ты с бабой яйцами меряешься? Я больше повторять не буду. — ответил Хейн и сильнее сжал парню руку. — Съебался в страхе, чмошник. Из того места, где Уокера схватили выбежали несколько струек крови. Ладонь Хейна была неглубоко проткнута. Уокер с силой выдернул руку из захвата, и я заметил, как из его кожи торчит несколько кристаллов, которые очень быстро исчезли. — Пожалуйста блять, чувствуй себя героем. Я, лично, с педиками дел иметь не хочу! — после этого Уокер раздражённо цыкнул и поспешил удалиться. Поймав на себе недовольный взгляд девушки, толпа поспешила разойтись. Все, кроме меня. Я направился к ним. Меня весьма заинтересовали эти особы. Может, они и Амона знают, и смогут мне помочь. Парень с каштановыми волосами сел, опираясь на стену, а девушка встала рядом. — Ну и нахуй ты в это полез? — грубо спросила девушка. — Могла бы и спасибо сказать! — выдал претензию Хейн. — Что же, это было интересно. — сказал я, подойдя и присев рядом парнем. — Ты ещё кто такой? — недовольно ответил он. — Кенос. Приезжий. — пояснил я, а затем заставил его кровь втянуться в раны и свернуться (да, Древние так могут). От его порезов не осталось ничего, кроме тонкого слоя высохшей крови. — Теперь не болит? — спросил я, улыбаясь. — Это ты сделал? — удивился парень. — Нет, это вера в Господа нашего исцелила тебя. — иронично ответил я. — Теперь я уж точно буду молиться, что бы Коул отъебался. — задорно сказала девушка. Надеюсь они не являются верующими. Ну, то есть, вера — абсолютный бред. Всю жизнь соблюдать какие то заповеди, правила, что бы умереть и попасть в абстрактный рай. Дело в том, что его даже не существует (мне вы можете верить. Если бы он был, я бы знал). Внимание научный факт — после смерти душа распадается на базовые элементальные частицы, следовательно, никакой загробной жизни быть не может. Сознание просто перестает существовать. Можно, конечно, создать новую душу в старом теле, но это будет лишь имитация возрождения. Буквально, новое существо. Даже для Древних смерть — непреодолимая преграда. Мы не можем вернуть кого то к жизни. Даже вчетвером. Правда, есть пара нюансов, вроде бессмертия, когда душа попросту отказывается распадаться (и представьте насколько это редкое явление, раз даже божество живёт всего тысячу лет. А это, плюс-минус два, раз в десять меньше срока жизни высшего демона), или помещения частички души в предмет и ее повторного воспроизведения, но это практически невозможно. — Парень, который испугался его? — спросил я, указав на Хейна. — Тот самый. — ответила девушка и мы с парнем поднялись. — А ты у нас кто, собственно? — поинтересовался излеченный. — Как я говорил, меня зовут Кенос. Приехал из Южной Империи для повышения квалификации. — изрёк я. — А вас как звать? — Джессика Ли. Можно просто Джес. — ответила девушка, улыбаясь. — А этот выпендрежник — Джудас Хейн. Можно просто Джо. — Какой нахуй Джо? — возмутился Джудас. — Хорошо. — сказал я, сдерживая смешинку. — У меня к вам пара вопросов. Разрешите? — Задавай. — ответил Джудас. — Вы знаете Зигфрида Амона? — А, этот призрак. — сказала Джес. — Не призрак он, а нормальный парень. Просто не общительный. — возразил ей Джудас, назмурившись. — Так знаете? — держал позицию я. — Его мало кто не знает, хотя видят нечасто. Он просто неуловимый. Поэтому его зовут призрак. — пояснила Джес. — Во всяком случае, был неуловимым. — дополнила девушка, немного раздражённо. — Джес его просто знает, а я одногруппник. — продолжил Джудас. — Он в академии уже второй день не появляется. На кой он тебе? — Знаю, что он не в академии. Я здесь по этой причине. Мне нужно взять ему заданий, пока он в изоляции. — Ты же говорил, что здесь для повышения квалификации? — с подозрением спросила Джес. — Да, но на следующий год. Какое повышение за несколько месяцев до конца обучения? — отмазка была заготовлена, так что я сказал её с полной уверенностью в голосе. — Я приехал к Амону раньше, чем планировал, потому что… ну, вы читали новости? — Так значит это правда. — поникнув сказал Джудас. — Пиздец какой то. — И не говори. — ответила Джес с таким же тоном. — Во всяком случае, с ним всё в порядке. — попытался я, вернуть им прежний настрой. — Мне отказали преподаватели, ведь я «не зарегистрирован в академии». — гневно спародировал преподавателя я. — Так что, мне нужна ваша помощь. Оба уставились на меня, обдумывая свой ответ. — Знаешь, мы… — начал Джудас. — Хорошо, идём. — перебила его Джес. — За мной, громила. — последний попытался возразить, но стоило ему немного открыть рот, как его снова перебили. — И ты должен Кеносу, за вылеченную руку, так что не вздумай отнекивается. — дополнила девушка более строго. Джудасу осталось лишь воздохнуть и пойти за нами. И вновь я вернулся в эти лабиринты. Я усиленно пытался, не потерять глазами Джес, но это давалось мне с трудом. Хорошо, что рядом со мной был Джудас, от вида которого толпа немного расходилась. Я уже начал запоминать некоторые проходы и куда они ведут, но это словно полупустая карта в голове. После нескольких коридоров, пройденных без общения, ко мне все же решил обратиться товарищ. — Итак, а кто ты Амону, собственно? — немного неуверенно спросил Джудас. — Мы с ним давние друзья. Хотя, это немного не точная формулировка. Я его лет десять не видел. — сказал я поникнув, пытаясь вжиться в роль. — И почему вы разошлись? — Моя семья решила переехать в Южную Империю, из-за напряжённых отношений Востока и Запада. Эти две империи постоянно находятся в плохих отношениях. Начиная где-то с 5985 года. Все из-за того, что между ними научная война. Хотя, Восточная Империя давно ушла вперёд. Вспомнить хотя бы «Jinkouseimei». Этот проект, конечно, провалился, но люди смогли создать новую элементальную форму жизни. И без какого либо божественного вмешательства. — Но, как выяснилось, мой потенциал может раскрыть только Западная Империя. — Пришли. — сказала Джес, когда мы наконец остановились. — Джудас, иди. — скомандовала девушка. — Чего это я? — Ой, давай иди. Возьмёшь один раз и будешь свободен. Услышав это, Джудас приободрился, и без сопротивления направился в кабинет. — Итак, я слышала ваш разговор, так что вопросов у меня теперь поменьше. — непринужденно начала Джес. Слышала? Как-то… странновато, там такой гул стоял. — Так, значит ты у нас юный талант, Кенос? — Ну, я бы не назвал себя талантом. Мне повезло с родословной. Ну и да, с мозгами у меня всё в порядке, раз ранний выпуск получил. — а я всё продолжаю быть врунишкой. — И какой же у тебя элемент? — улыбнувшись, спросила девушка. — Кровь. Могу управлять ей в организме и вне его. На самом же деле, снаружи это просто перекрашенная пустота, а внутри организма я управляю не самой кровью, а давлением в сосудах. Джес в замешательстве взглянула на меня. — Кровь? С таким слабым элементом ты добился раннего выпуска? — Акрум мне тоже подвластен. — поспешил я подняться в её глазах. — Но всё равно, не думаю, что ты убьёшь демона потоком его акрума. — недоумение всё не уходило с её лица. — Ты меня недооцениваешь. — задорно и с усмешкой, ответил я. — Ну ладно. А оружие? Каким оружием ты пользуешься? — Никаким. Зачем оно мне? Видели бы вы сейчас её лицо. Она будто бы хотела меня убить, но при этом какая то нотка обиды тоже была в этом взгляде. Вскоре она опустила глаза, приложив руку к подбородку. Люди вокруг проходили мимо, пока Джес не могла вымолвить ни слова. Периодически она, конечно, открывала рот, но не зная, что сказать, быстро его закрывала. Непонимание и отрицание смешались в её мыслях в этот момент. Примерно, через минуту с лишним, Джес снова посмотрела на меня, и таки заговорила. — Ты меня разыгрываешь? — Нет. — неуверенно ответил я. Я и подумать не мог, что её так сильно смутит мой выдуманный образ. — Тогда продемонстрируй. — я настолько не вызываю доверия? Не ответив, я создал имитацию лопнувших капилляров на ладони, выводя окрашенную пустоту наружу. В итоге, у меня в руке оказалась большая капля, якобы, крови. — Видишь? Кровь как кровь. — Твою же мать… — протянула девушка, уткнувшись в пол, будто на её глазах показалась главная несправедливость мира. Но, на моё удивление, несколько секунд спустя она усмехнулась. — И после всего этого ты не талант? — Нет же, я говорю, мне повезло. Да и, что в этом удивительного? — То что ты смог академию окончить, управляя потоком жидкости. — резко объяснила Джес. — Хоть сам то понимаешь, насколько это неправдоподобно звучит? Я даже не нашёл, что ей ответить. Она сначала просто не верила, но потом быстро поменяла своё мнение. Очень быстро. На мгновение меня даже охватило опасение, что меня раскусили. Я хотел было задать наводящий вопрос, но меня остановил вышедший Джудас. — На вот, берите всю эту макулатуру. — уставши протянул великан. — Ты коварная девка, Джес. Отправила меня к этому хрычу. — Это кого ты так окрестил? — поинтересовался я. — Историка нашего, кого ж ещё. — Ладно, не рычи, котик. — ласковым голосом произнесла Джес. — Спасибо, сладенький, можешь быть свободен. — она обняла его за шею и поцеловала в щёку. — Пошла ты. — заявил Джудас, когда его отпустили. — Приятно познакомиться, Кенос. И он поспешил удалиться, пока я складывал бумаги в сумку, которую отжал у Амона. Интересные у них взаимоотношения. Свернув кое как эти листы, я был готов идти к следующему преподавателю, о чём сообщил Джес, и мы вновь вернулись в лабиринты. — Так, что это было? Я про Джудаса. — задал вопрос я, пока мы шли по коридору. Он заметно опустел, после того как прозвенел колокол. — Ты про «котика» и «сладенького»? — Джес усмехнулась. — Его очень бесит, когда я так делаю. — То есть, между вами ничего нет? — А что, похоже что есть? — На самом деле да. Учитывая то, что он за тебя заступился, в отличие от остальных десятков парней, которые стояли и смотрели. — В том числе и тебя. — улыбнувшись, пристыдила меня девушка. — Давай опустим это. — Как скажешь. — всё ещё с улыбкой на лице сказала Джес. — Не знаю нахрена этот полудурок за меня вступился. Скорее всего у него личные счёты с Уокером. А касательно наших с Джудасом отношений, между нами априори не может ничего быть. Мы просто друзья. — Почему ты так думаешь? — может это и не моё дело, но мне было интересно. — Так скажем, такие как я не в его вкусе. — А что значит такие как ты? — Те, которые женщины. — серьёзно ответила Джес. — Оу… — я на пару секунд потупился. — Вот оно что. — А для тебя это странно? — заинтересованно спросила девушка. — Ну, довольно-таки да. В Южной Империи такие отношения вне закона. — выдумал отмазку я. Можно подумать, я — бесполое существо, так что мне должно быть по боку как всё происходит у людей. Да и у демонов как такового гендерного деления нет. Но вот только это не так. Я даже не знаю как это объяснить. Это что то вроде инстинкта, в человеческом понимании, который заставляет соблюдать, что то вроде бинарной гендерной системы. У нас, Древних, он проявился не сразу, а довольно поздно. Мы определяли это как разное восприятие реальности. Дело в том, что Актино (единственная «женщина» среди нас) видела мир немного иначе. Мы даже один раз чуть часть вселенной не уничтожили в сражении из-за разности взглядов, но это другая история. У демонов тоже есть подобное деление, и оно может даже меняться в процессе жизни. Но всё же оно есть. Как протон и электрон (а теперь забываем о существовании нейтронов, я пытаюсь донести мысль). Должно быть что то диаметрально противоположное, что может притянуться друг к другу. Так что, отношения двух протонов для меня выглядят довольно странно. — Ну, не нам обсуждать чужие вкусы и взгляды. — продолжил я. — Ага, да и его «вкусы» обсудила уже половина академии. — Кстати, почему Амона зовут призраком? Я, конечно, его долго не видел, но он не выглядит социофобом. — Дело в том, что его кроме преподавателей и одногруппников не видит вообще никто. Как будто он существует только условно. Что то вроде страшилки для детей. — объяснила Джес. — Ну, так было. — Ты про ту шумиху из-за него и … — я чуть не сказал «кандидата Актино», но вовремя остановился и закашлялся. — Ты чего Кенос? — с беспокойством спросила Джес, когда остановилась. — Да так, поперхнулся. — я ещё раз чуть-чуть покашлял. — Так вот, ты про ту ситуацию с ним и Дайоной Тейлор? — Ага, точно. О ней. — будто с пренебрежением и злобой ответила Джес, скрестив руки. — Не в ладах с ней, да? — Скорее, она мне просто не нравится. Мы общались когда то, и разошлись не на очень приятной ноте. — Вот как. И тебе не понравилась обычная ситуация, когда одногруппник помогает другому? — попытаюсь хоть немного оправдать Амона. — Я бы на это и внимания не обратила, если бы Тейлор не выкинула очередную херню в своём стиле. — с ещё большим недовольством ответила девушка. — Амон — хороший парень. Ну, он мне таким показался, когда мы общались. — она отвела взгляд и положила руку на заднюю сторону шеи, слегка сжимая её. Что то тут нечисто. — А Тейлор пользуется его неопытностью и влюблённостью для того что бы развлечься. — Настолько очевидно, что он запал на Дайону? — Это очевидно всем, даже ей. И ведь хватает совести развлекаться за его счёт. — на пару секунд повисло молчание. — А почему ты спрашиваешь? — Просто хотел узнать твоё мнение. Давай пойдём дальше. — предложил я, ведь мы уже довольно долго стояли. — Так мы уже на месте. — задорно произнесла девушка. — Серьёзно? — спросил я, и повернул голову в сторону ближайшей двери. «Кабинет преподавателя элементологии» гласила надпись. — Нужны очки. — попытался выкрутиться я. — Стой здесь, я скоро. — сказала Джес, идя к двери. И она вошла. Вскоре она вернулась с ещё несколькими листами. Таким образом мы обошли всех преподавателей Амона (у меня был отдельный список, что бы знать кто мне нужен, а у Джес они те же самые). Заодно мы с ней разговорились и узнали друг о друге. Сама Джес, как и Амон, художница. Рисует она для банды Джудаса. Да, в этой академии существуют две банды. Одной руководит какой то мне неизвестный. Они занимаются обычным хулиганством. Избивают более слабых за пару монет и обед. Банда Джудаса же пресекает подобное поведение. Проще говоря, они избивают тех, кто избивает слабых. Не оплот морали, конечно, но тоже неплохо. Джес рисует для них всяческие объявления о наборе и разные насмешливые картинки. Не то что бы она была так необходима банде, но ей там весело, так что она выполняет часть своих обязанностей. Оказалось, что её прадед из Восточной империи, отсюда и фамилия — Ли. Учится на бюджете, с чем её можно поздравить, ведь её семья не очень то и богата. Ну, по сравнению с остальными учениками академии. Про свой элемент и оружие Джес отказалась рассказывать, чем вызвала у меня недоумение. Ну мне это и не особо важно. Наконец я дождался когда она выйдет из кабинета последнего преподавателя. Джес выглядела измотанной, и выходя из кабинета, тяжело вздохнула, слегка пошатнув причёску. — Держи. — сказала она, протягивая мне листы. — Похоже я тебя совсем замучал. — я виновато усмехнулся. — Ерунда. — задорно сказала девушка и выпрямилась. — И разве тебе не нужно на пары? — Нет, у меня куча окон сегодня. Примерно через пол часа учёба начнётся. — Вот как. Ну, что же, спасибо тебе за помощь, Джес. — улыбнувшись проговорил я. — Может я могу тебе чем то отплатить? — хотя у меня, в общем то, ничего и нет. — Скажи, как долго ты пробудешь в Нордвее? — спросила Джес и лукаво улыбнулась. — Думаю что довольно долго. — задорно ответил я. — Тогда ты приглашаешь меня в «о́йран» на неделе. — Джес горделиво вскинула голову, надменно посмотрев на меня, при этом улыбаясь. — Что? Какой ещё «ойран»? — Кафешка с восточной кухней неподалёку от главной площади. — сказала она, уже уходя от меня. — Эй, я ведь даже не знаю где главная площадь! — крикнул я ей вслед. — Узнаешь у Амона! — протянула девушка. — До встречи, Кенос! Возвращай должок побыстрее! И она ушла. Чёрт возьми, у меня ведь даже денег нет! И вроде как отказаться было невежливо, а если не приглашу, то выйдет ещё хуже. Это проблема. Во всяком случае, у меня есть ещё одно дело, и оно будет куда важнее. Оказалось, что человека по имени Левкий Баел знает очень много учеников академии. Спросив пару тройку людей мне удалось найти цех. И вот я стою прямо перед дверьми. Только лишь я поднял руку, для того что бы пару раз постучать в одну из них, так она открылась. В проходе стоял беловолосый парень шестнадцати лет, слегка улыбаясь. Его волосы как и в прошлый раз были небрежно завязаны в хвост. Чувство небольшого страха пронзило моё сознание. — Заходи, Кенос. Я тебя ждал. — расслаблено, с улыбкой сказал Левкий, освобождая проход. — Закрой за нами дверь. Я сделал то, о чём просил парень. Он кивнул головой в сторону стула, и я сел на него. В цехе стояла атмосфера работы, отчётливо слышался запах строганного дерева. Откуда вообще этот запах тут взялся, если Левкий использует бледную материю? Ответом на мой вопрос стала небольшая деревянная фигурка дома, ещё незаконченная. Левкий сел за стол, почти напротив и уткнулся в чертежи, зажав карандаш между пальцев. — Итак, зачем ты здесь? — спросил он, не поднимая глаз. — Хочешь сказать ты не знаешь? — Понятия не имею. — чуть повысив тон ответил Левкий. — В общем то, однажды я повстречал человека с такой же фамилией как у тебя. — начал я, абсолютно не зная как продолжать, от чего мой голос звучал очень неуверенно. — Кенос, всё нормально. — расслаблено сказал парень. От его голоса в воздухе повеяло элементальной энергией. — Я не держу на тебя зла за отца. Ты защищал Амона. Я бы сам убил любого, кто намеревался сделать, что то подобное с ним. — Бертольд просто исполнял приказ… Я чувствовал себя плохо. Даже ужасно. Ужасно от того, что Левкию пришлось из-за меня пережить. Откуда же я знаю? Знаю из того, что видел вчера. Левкия остановил ни какой не обруч из бледной материи, а нечто более ужасное. Раз эта сила как-то на него воздействует, то становится понятно, что произошло с четырёхлетним ребёнком в такой отчаянной ситуации. А сейчас он принимает смерть отца, не винит меня, не жаждет мести. Подумать только, что ребёнку пришлось узнать на своём опыте все ужасы вмешательства в судьбу. Мне ужасно от того, что из-за меня ему пришлось пережить нечто подобное. — Отец работал в полиции. Он должен был его выполнить. Иначе никак. Да и тем более, сделанного не воротишь. Я понимаю о чём ты тогда думал, Кенос, понимаю почему ты так поступил. — Левкий встал из-за стола и подошёл ко мне. — Ты понимаешь, что происходит. И сейчас я прошу тебя не распускать эти сопли по поводу смерти одного человека, а сосредоточиться на более важных вещах. — внезапно Левкий слегка сморщился. — Я знаю, что ты хочешь спросить о моём касании хаоса. Он точно не должен был этого говорить. Если он сморщился от того, что на него воздействует хаос, то так и есть. И… только лишь сморщился? Без преувеличения, у меня челюсть отвисла. — Прямо сейчас ты нарушаешь судьбу? — спросил я с небольшой опаской. — Именно так. — Левкий взял один стул из-за стола, подвинул его к себе и сел рядом со мной. Он закатал рукав и согнул руку в локте, показывая отметины хаоса. — Смотри какая красавица. — еле слышно сказал парень. Спустя пару секунд прямо из отметин вытянулось, что то продолговатое, обвив кисть парня. Постепенно образ прояснился. Змея. Маленькая кобра взглянула на меня своими ярко-белыми глазами, раскрыла капюшон и неодобрительно зашипела. — Разве она не чудесна? — Левкий улыбнулся, смотря на змею почти в упор. Та же, завидев его, снова зашипела, и, резким выпадом, вцепилась зубами в шею парня. — Странно, обычно она не такая агрессивная. — Левкий всё ещё улыбался, не показывая чувство боли. — Как ты это выносишь? — удивлённо, почти шёпотом спросил я. — Дело привычки, Кенос. Левкий оттянул змею, и ей пришлось отпустить шею. Следы хаоса, оставшиеся от укуса, быстро исчезли, а небольшая рана заросла. Змея потыкалась носом в сжатый кулак, и Левкий раскрыл его. Рептилия свернулась на ладони и закрыла глаза. — Значит у тебя змея. — протянул я неловко. — У Чайльда… — Был орёл. Да, знаю. — перебил меня Левкий. — А у Люцифера был ворон. — Да, я тоже это знаю. — Извини, запамятовал. — усмехнулся парень. — Так, ладно, это неважно. Ты сможешь мне хоть что нибудь рассказать? — Нет, не смогу. Хаос очень ожесточён по отношению ко мне. Возможно, потому что я слишком много раз нарушал судьбу. Ну, вернее сказать — пытался. Так что, только одно лишь желание или намерение рассказать тебе всё, уничтожит меня. Если, конечно, не успею передумать. — Ты пробовал систему Чайльда или какие нибудь другие способы? — И завуалированное «пророчество», и систему Чайльда, ту которая основана на частичном рассказе с большими перерывами во времени. Много чего пробовал. Как выяснилось, Хаос так просто не обмануть. — Левкий немного поник, опустив взгляд и рассматривая змею в ладони. — Судьба такая забавная вещь, Кенос. Повисло молчание. Меня переполнило сожаление и злость. Я понимал, что всё это из-за меня, но уже ничего сделать не мог. Тишина продолжалась где то минуту. Затем Левкий положил змею на стол. — Мне нужно, что бы ты мне доверял. — он посмотрел на меня. — Убийца это я. Левкий Баел. И ничего не произошло. Если бы Левкий сказал правду, его бы почти сразу уничтожил Хаос. Даже наоборот, отметины стали более тусклыми. Если, конечно, он не научился сопротивляться хаосу такой силы. — И в подтверждение моих слов. — Левкий встал и снял с себя кофту с футболкой. Видимо, что бы я отчётливо видел все отметины, покрывающие его тело. — На самом деле убийца… Он не договорил. Парень практически моментально согнулся от боли и захрипел, откашливая кровь. Отметины ярко засияли, переливаясь чёрно-фиолетовым. Спустя ещё мгновение, пространство будто колыхнулось. Левкий вновь сидел передо мной, полностью одетый. — А это я ещё сопротивлялся. Змея проснулась и злостно зашипела на Левкия, быстро подползла к краю стола и потянулась к его руке. Он взял рептилию и та обвилась вокруг предплечья. Интересная у неё реакция. — Я и не знал, о том что проявления касания тоже запоминают произошедшее. — сказал я, вглядываясь во вновь уснувшую змею. — Она ведь часть меня. Если подумать логически, она должна запомнить. Или просто должна узнать. Формально ведь, я не вставал и не говорил ничего? Такой формы реальности уже не существует? Знаем о ней только мы с тобой да это существо? Или нет? — Я не знаю, Левкий. Уверен, что ни другие Древние, ни кто либо из живых не способен это узнать. Такого проявления свойств хаоса нам не доводилось видеть уже давно. — я ненадолго замолчал, задумавшись. — Я бы сам хотел не знать о сбросах произошедшего, но у меня не получилось подавить эту часть физиологии Войда. — думаю, не стоит сейчас об этом. — Смею предположить, что убийце нужна моя сила, что бы устранить тебя? Левкий не произнёс ни слова. Вместо этого он отвернулся и довольно долго смотрел в окно. Похоже, что это вопрос который не стоило задавать. — Я не прав? — вновь попытавшись вытянуть хоть немного информации, спросил я. В ответ мне снова была лишь тишина. Прекратив смотреть куда то в сторону, Левкий посмотрел прямо мне в глаза. Он старался удержать взгляд на мне, но он то и дело бегал из стороны в сторону. — Я… не могу сказать так это или нет. Меня тут слегка убивает, если ты не забыл. — Прости. — хотя непонятно за что я извиняюсь. Он мог ответить мне сразу же, не будет же хаос его карать за неоднозначный ответ. Или, всё же, будет? — Влияние хаоса на тебе разнится? — Зависит от степени нарушения судьбы. Если они небольшие, как наша с тобой беседа, то боль ещё можно терпеть. А вот если я попытаюсь рассказать тебе о будущем, боль будет невыносимой. Ну и меня убьёт, стерев все следы моего существования, да. — объяснил Левкий. — В общем то, есть кое кто, кто может тебе рассказать обо всём, без какого либо вреда для себя. — Левкий громко рассмеялся. — Забудь. — произнёс он сквозь смех. — Забудь? Что это вообще значит? — начинает казаться, что он меня разыгрывает. — Извини, не хотел давать тебе ложную надежду, это случайно вырвалось. — сказал парень, заглушая последние смешки. — Сейчас то я не знаю, что именно должен говорить. Нарушенная судьба не предсказывается заглядыванием в будущее. — Это ведь не просто шутка, так ведь? — спросил я очень неуверенно. Всё выглядит так, будто Левкий с ума сходит. Но, кандидаты ведь не могут потерять рассудок? По крайней мере, если Древний выполняет свою работу. — Нет, Кенос, не шутка. Есть вещи куда более странные, чем хаос. Бывают вещи, куда более невозможные, чем нарушение судьбы, однако они есть. — Левкий резко посмотрел мне прямо в глаза. Теперь его взгляд не метался, от чего показался мне более жутким. — Кто-то постоянно наблюдает. — произнёс парень серьёзным голосом. — Тебе не скрыться от этого. Оно всегда рядом. Жаль ты не сможешь её увидеть. Волосы встали дыбом на затылке. Стало весьма некомфортно. Левкий продолжал вглядываться в черноту моих глаз, и даже когда я отводил, а затем возвращал взгляд обратно, он всё ещё был сосредоточен на них. Когда стало уже максимально некомфортно, я хотел было спросить о чём Левкий, но тот сам не выдержал так долго нагнетать, что снова громко рассмеялся. — А ты забавный, Левкий. Самое время для шуток. — высказал я недовольство. — В каждой шутке лишь доля шутки, Кенос. — ответил Левкий когда успокоился. — О чём это мы? — Воздействие Хаоса. — произнёс я, чувствуя себя оскорблённым. — А, точно. Эта змея появляется когда сама того захочет. Я не увидел никакой закономерности её появления. Но если я сам позову, она всегда приходит. А больше, в общем то, ничего не происходит. Ну, помимо того, что теперь Хаос это часть моих сил. — Левкий взглянул на змею. — Как и эта малышка. Вот ведь чудное создание, не так ли? — Вообще не чудное. — произнёс я и, можно сказать инстинктивно, отодвинулся подальше. — Это же порождение Хаоса. — Как хочешь. Всё равно она хорошенькая. Змея в ответ на это посмотрела на Левкия будто бы наполненными добротой глазами и чуть зашипела. Затем она потёрлась головой о руку парня, будто бы на самом деле была привязана к нему. Ну, мне так показалось. — Неужели тебя так радует это существо? — с огромным недопониманием спросил я. — Нет. Просто сейчас я должен улыбаться. Немного соблюдая условия можно уменьшить боль. — Когда построишь карьеру наёмника можно будет написать книгу. — решил я немного разбавить эту гнетущую атмосферу. — Не уверен, что доживу. — усмехнулся Левкий. — Кстати, за такое вот предположение, касательно грядущего, Хаос не пресекает. Пускай мне и известно, чем всё закончится. — Всё же, до каких пор нам нужно продолжать этот диалог? — спросил я, беспокоясь о том, сколько ещё Левкию придётся терпеть боль. — Совсем немного. Сейчас сюда войдёт Ксанфий. Вливаемся в роли, Кенос. Отметины и змея исчезли, а Левкий развалился на стуле. Я же успел только среагировать, как дверь открылась. В цех вошёл парень с рыжими волосами и причёской на две стороны. Одет он был преимущественно в светлое: белая рубашка и светлого оттенка джинсы. Я его раньше не видел, но практически моментально понял кто это. Один из глаз парня вспыхнул пламенем алого цвета, пламенем, что способно сжигать сознание, сжигать душу. Не прошло и мгновения, как один из кулаков паренька, полностью объятый тем же пламенем, устремился в мою сторону. Без особых усилий я поймал нападающую руку, сжав её кулак своим, при этом поглотив всё пламя с неё. Гримаса гнева, отразившаяся на лице парня вызвала у меня только лишь улыбку. Замахнувшись второй рукой, он снова атаковал. Мне не составило большого труда уклониться и от этого удара. Я телепортировался парню за спину, пнул его в ногу, от чего он упал на колени, и нитями пустоты пригвоздил его к полу. Паренёк был полностью обездвижен. — И тебе привет, Флой. — сказал я, изобразив скуку. — И как ты только посмел заявиться к моему брату, выродок? — сдерживая гнев, тихо ответил мне брат. — Эй, вообще то Пелофос и мой брат тоже. — шуточно начал защищаться я. В который раз мы уже разыгрываем этот диалог? Даже интересно. — Удивляюсь, как у тебя до сих пор хватает наглости звать нас своей роднёй. — Ребята, я всё понимаю, семейные разборки, но если вы собираетесь продолжать элементами разбрасываться, то делайте это в другом месте. Если погром устроите мне потом это расхлёбывать. — подал голос Левкий. — Тебе бы помолчать недомерок. — ответил ему скованный Древний. Не прошло и мгновения как к горлу парня было прислонено лезвие фламберга, а глаз Левкия сиял светло-серым. — Credevi in te stesso? Хочешь и со мной отношения выяснить, Флой? — прозвучал сдвоенный голос Левкия и Пелофоса. — Так давай, я не против. Отсеку конечность другую твоему кандидату. В ответ на это Флой лишь опустил взгляд со злобной гримасой на лице, осознав своё беспомощное положение. Пару раз Флой попытался разорвать путы, но только лишь потугами это и ограничилось. — Флой, это действительно дела только между нами. Незачем сюда вплетать Пелофоса. — Почему же? Может есть шанс, что он наконец увидит, насколько никчёмным ты стал. — усмехнувшись ответил брат. Как же он меня раздражает порой. А ведь были времена, когда Флой не был таким моральным уродом. — Значит не терпится поговорить по душам? Да пожалуйста! — чуть разозлившись ответил я, слегка вскинув руки. — Только вот, сделаем это в другом месте. Особо трудным занятием перенос сознания в грёзы не назовешь, но сопротивление, которое оказал Флой нелегко было преодолеть. И из реальности я переместился в самое горячее место в мире. План Флоя — место где разум кричит о том, что бы быстрее покинуть его. Жар вокруг обжигает почти что до боли, а вокруг летают искры и разряды молний. Как и в плане Пелофоса, моя территория ограничивалась небольшим кругом. А в вышине парит сам владыка этого места. Флой в своём любимом облике. Хоть пустота считается самым непостоянным элементом, способным принимать любые формы, непостоянство облика преобладает у Флоя, а не у меня. Сама же форма брата не напоминала ничего привычного (не сказать, что хоть один из обликов Древних напоминает что то привычное, но опустим это). Вокруг горящего шара летали две фигуры, напоминающие половины символа «инь и янь», из которых росло множество рук. На самом же шаре виднелись три, испускающих молнии, вытянутых фигуры, напоминающие глаза на лице. Фигуры, в нынешней ситуации, всем своим видом показывали раздражение Флоя. Я же был в своём человеческом обличии. У брата в руках вспыхнуло пламя, и через мгновение раздался рёв, от которого у обычного человека полопались бы перепонки. Волна пламени устремилась в мою сторону, и была поглощена без особого труда. — Прими облик монарха! — властно и оглушительно громко приказал Флой. — И с какой это стати? — пришлось крикнуть мне, ведь мой голос был тихим, по сравнению с Флоем. — Я не собираюсь драться с ничтожной человеческой формой. — И с какой это стати ты ставишь мне условия? Сказал я, развернулся, так что бы показать всю свою незаинтересованность в происходящем, и собрался уйти из этого ужасающе жаркого места. — И какой был смысл твоего прихода сюда? — спросил Флой без единого намёка на пренебрежение ко мне. — В любом случае я продолжу в реальности и разорву твой ничтожный облик. Это заявление и вправду заставило меня задуматься. Флой просто так не успокоится, это в его натуре. Может, если я не дам брату разгромить цех, то хоть как-то искуплю вину перед Левкием? Я решил не отвечать Флою. Принять старое обличие для меня не очень приятная перспектива, но выбора и нет. Я окутал себя своей стихией, полностью погрузился в пустоту. И вскоре ощутил дискомфорт, вместе с чувством слабости. Открыв глаза, я заметил, что стал на несколько метров выше. Моя пустотная накидка лежала на плечах, вызывая приятную ностальгию. Уже по привычке я убрал две нижние руки за спину, а верхние скрестил на груди. — Ну что, теперь доволен? — произнёс я, непривычно громко. — Конечно. Теперь ты хоть отдалённо похож на нас. Можем начинать. — у Флоя в глазах блеснул азарт. Вновь прозвучал оглушительный рёв, не ответить на который, в этом облике, было бы как минимум неприлично. В ответ на рёв, по грёзам разлилась тишина, вместе тем, заглушая все звуки в них. Окончив приветствие, Флой атаковал несколькими залпами шаровых молний. Быстро и плавно обогнув их, я приблизился к брату, выпустив из тела лозы пустоты, и сковывая его. Три фигуры на лице Флоя отобразили насмешку, после чего он буквально взорвался, отбрасывая меня и уничтожая лозы. Я не успел даже опомниться, как меня поразили несколько молний, заставив согнуться. От остальных мне пришлось защититься пластом пустоты. Когда парад молний был окончен, я взглянул на брата. Единая мысль искрой сверкнула в наших глазах. И в этот раз мы одновременно столкнули элементальные поля. Ударная волна разгоняла всё пламя в плане Флоя, едва ли не сносила нас. Это самый стандартный, если можно так выразиться, способ противостояния Древних. Мы с сталкиваем свои элементальные поля, и чьё окажется сильнее, тот и победитель. Вот и плохая новость. Я проиграл. Волна элементальной энергии накрыла меня с головой, сбивая с ног. И даже поглощение меня ничуть не спасало, поток энергии был настолько велик и сконцентрирован, что поглотить его не оказалось возможным. Тут же Флой приблизился ко мне, поражая меня алым пламенем. Если бы душа могла гореть, то мои руки и грудь были бы уже обуглены. Однако душа, всё же, почувствовала жар. Казалось, что она начала плавиться. Я с трудом протянул руку в сторону брата, стирая пространство перед собой. Половина шара, часть облика Флоя, исчезла, и это заставило его прерваться. В ту же секунду я проткнул его десятками штырей из пустоты, связал руки, а затем начал поглощать все избытки энергии вокруг Флоя. Как только брат регенерировал, я стёр другую часть его облика. Вот только, оказывается, это ему не слишком помешало. Освободив пару рук от пустоты, Флой будто бы сжал электрический сгусток, а затем высвободил энергию образовавшегося взрыва, тем самым, выбив меня из колеи и вновь уничтожив всё, что его сдерживало. Брату хватило всего секунды, что бы схватить и обездвижить меня. Я уже и не сопротивлялся, но он решил прижать меня ещё и элементальным полем. — Чёрт возьми… — гневно прохрипел я. — Где же теперь твоя гордыня, Кенос? — явно упиваясь победой задорно спросил Флой. — Ты жалок. Ты бросил семью, отрёкся от нашего долга ради какой то абстрактной свободы, которая не дала тебе ничего, кроме твоей нынешней слабости. Мой брат стал жалким червём, так ещё и посмел разговаривать с одним из нас. — по конечностям прошёл жар, обжигая их. — Актино и Пелофос будут разочарованы тем в кого ты превратился. — Флой выдержал паузу. Казалось он пытается собраться с мыслями. Его искры сжались, показывая раздражение в смеси с жалостью. — А уж я то как разочарован. — сказав это, Флой разогнал все эмоции со своего импровизированного лица. — Как ты расчувствовался, Флой. — проговорил я почти шёпотом, слегка усмехаясь. — Скучаешь по Войду, я вижу. Флой мне не ответил. И вправду ведь скучает, судя по всему. Подумать только, были времена, когда мы с Флоем и вправду были братьями. Когда я и остальные Древние были похожи на настоящую семью. И ведь было это так давно, как будто в прошлой жизни. Я принял свой человеческий облик, став куда меньше, и, благодаря этому, освободился от удержания. Приземлившись, я слегка отряхнул джинсовку и направился к выходу из грёз (из планов есть выход в цитадель, а оттуда можно легко вернуться в реальный мир). Мой живот пробил разряд молнии, оставив огромную дыру в теле. Пришлось обернуться. — Скучаю? Не смеши. Войд — это ты. И Войд, который был моим братом стоит прямо передо мной. Так с чего бы мне скучать по ублюдку, бросившему свою семью? — в руках Флоя возникли ещё несколько молний, глаза засверкали ещё сильнее. — Я разорву тебя, Кенос, и буду продолжать делать это, пока не найду способа пожрать тебя и твою суть! Множество атак полетели в меня. Небольшим взмахом руки я расширил пространство, не давая атакам достичь меня. Созданные капли пустоты поглотили атаки и передали их энергию мне. Под землёй я пустил лозы, и, усилив гравитацию, мне удалось прижать Флоя к полу и связать. Несколько шипов из пустоты упали сверху на Древнего, пронзив все его конечности. Флой оказался обескуражен произошедшим. Он отчаянно дёргался, пытаясь освободиться, пока пустота высасывала его энергию. Ему не помогала тактика со взрывом всего вокруг, ведь большая часть энергии активно поглощалась. — Вижу ты удивлён. — надменно произнёс я. — Понимаешь, когда я пытаюсь притворяться кем то другим, выложиться на полную весьма проблематично. — я наступил на одну из рук брата. — Войд был Древним, живущим ради того, что бы вечно служить вселенной, нисколько не понимая своей роли в этом мире. Моё имя Кенос Pre-Aeterna, и я точно знаю кто я. — заглянув в одну из искр на лице Флоя, я попытался отыскать хоть каплю понимания, но в ней отразились лишь гнев и презрение. — Я ухожу. И не смей идти за мной. Иначе мне придётся ограничить тебя полностью, благо я знаю как. Ты проиграл, брат, так прими поражение достойно. Я вновь развернулся и спешно пошёл в сторону цитадели. Пока не услышал искрящиеся молнии. — Как ты самоуверен, Кенос. — Флой чуть рассмеялся, постепенно разрывая лозы и растворяя шипы потоками энергии. — Так просто я тебя не отпущу. Брат щёлкнул пальцами, и в грёзах появился сгусток пламени. Через несколько секунд он обрёл форму и превратился в парня. Кандидат Флоя. Брат одной из рук вцепился в его горло, после чего их образы слегка затряслись и слились в одно. Не думаю, что последний успел хоть что нибудь понять. Принуждённое единение. Я даже не знал, что такое возможно. Над головой парня засиял алого цвета круг, представляющий собой символ равновесия. Из него тянулись нити, которые цеплялись за каждую конечность юноши, обвились вокруг его шеи и живота. На коже парня постоянно сверкали заряды молний, и я бы не сказал, что ему от этого не больно. Хоть тело парня и было подчинено Флою, о чём свидетельствовал горящий алым пламенем левый глаз, но лицо постоянно норовило сморщиться, судя по всему, от боли. У меня перехватило дыхание. Смотреть на это было одинаково мерзко и страшно. — Что такое? Неужели ужасает подобное? — спросил брат только своим голосом. Сейчас то лицо в полной мере могло отразить мимику Флоя. В глазах горела уверенность, ощущение всесилия. Улыбка была настолько выраженной, что казалось, это ненормально для человеческого лица. К моему счастью, она быстро исчезла с него. Флой не остановится ни перед чем, теперь я это видел. — Куда же делось твоё презрение к человеческому облику? — спросил я, пытаясь выяснить, что вообще сотворил Флой. — Не неси бред. Ты сам знаешь, что мы привязаны к этим ничтожным формам жизни, вынуждены паразитировать на их душах, что бы продолжать существовать. Это наша клетка, созданная твоим кандидатом. Я слился с этим обликом только что бы не дать тебе и шанса. Может, у тебя есть ещё козыри? Может, Кенос, ты показываешь куда меньше того, чем обладаешь? Ты ведь раньше всех нас понял, что эта унизительная связь с кандидатами открывает нам окно к использованию всей нашей силы. — он… чёрт возьми, как он догадался об этом? — Можешь ликовать, Кенос, ты вынудил меня прибегнуть к такой крайности как слияние с этим отбросом. — Как ты вообще пришёл к такому, Флой? — сложно было скрыть панику в голосе, но я пытался. — Ты же никогда… — С чего ты взял, что я намерен отвечать на твои вопросы? Флой бросился на меня, вместе с волной алого пламени, что следовала за ним. Пришлось защищаться, но брат был слишком быстрым. Молнии и пламя разрушали пустоту сразу как я создавал её, всего несколько секунд спустя, некоторые куски моего тела были вырваны. Меня пугал такой Флой. Серьёзный, бесстрашный, готовый к чему угодно и на всё, что угодно. Стоило ему попасться в захват, как он, без единой лишней мысли, выворачивал своему кандидату суставы, ломал кости и буквально отрывал части конечностей, что бы ни на секунду не задержаться в плену. Те удары, чьё пламя было поглощено, просто ударялись о щиты из пустоты. Я постоянно слышал как трещат и ломаются кости, из тела парня непрерывно изливалась кровь. На излеченную рану приходились ещё несколько новых. Я проигрывал, моё тело тоже не успевало регенерировать. От части из-за непрерывных, мощных атак Флоя, от части из-за шока, который я испытывал. Остался один, главный мой козырь. Мне не хотелось к нему прибегать, но мне придётся. Я расширил пространство между мной и братом так сильно, как позволяло время. — Стоящий выше владык, тот перед кем все сущее преклоняет колено. Император теней, властитель тьмы, монарх пустоты. — начал шептать я, до боли в ушах, невероятные для себя слова. — Тот кому принадлежит четвёртая часть мироздания. Даруй мне свою силу, Войд. Моментально ко мне прилила вся энергия, отброшенная шесть тысяч лет назад. Надо мной вырос мой старый облик, и я поглотил его, возвращая силы прошлого меня. Грёзы тоже изменились. Теперь вокруг была лишь пустота, а территория Флоя стала даже меньше, чем моя поначалу. В глазах начало рябеть, моё тело постепенно рассыпа́лось на мелкие частицы, словно пепел от сигареты. Я потерял самого себя, сливаясь с прошлым Древнего пустоты. В голове звучал шёпот — голоса прошлых сотен тысячелетий, что я отбросил. Нужно начать действовать, пока я окончательно не сломался. Из всех уголков пространства вылетели цепи, лозы, нити — всё что могло ограничить Флоя. Они сковали его, обездвижили настолько, что он был не в состоянии пошевелить даже кончиками пальцев. Создав пару десятков лезвий, я занёс их для удара. Лишь вспышка и волна энергии, прошедшая между мной и братом, отсрочила конец. Чуть больше трети моей силы пропала, грёзы ровно пополам разграничили территорию пустоты и алого пламени. Флой успел создать энергетические щиты вокруг себя, поэтому не получил почти никакого урона от лезвий. Освободившись, Флой аккуратно приземлился на землю. Я же, обессиленно упал, стараясь заглушить голоса и вернуть контроль над телом. — Не думал, что ты когда нибудь его используешь… — прошептал я, даже не надеясь на ответ. — Элемент равновесия далеко не универсален. Можешь вновь гордиться собой, ты действительно заставил меня испугаться и уравнять наши силы. — ответил Флой спокойно, без нотки гнева или опаски. — Знаешь, чего я всё понять не могу? Я не смог заставить себя издать хоть звук. — Ты… будто бы живёшь не по правилам, Кенос. — брат оставил надменность и высокие материи в речи. Он говорит со мной как с равным. — Ты сейчас попросил силы у самого себя? Как это, чёрт возьми, работает? — продолжил он, в замешательстве. — Ты был первым, кому удалось покинуть тело кандидата. Ты не появлялся в цитадели сотни лет, и, судя по всему, от этого ты не слабеешь. Моя теория разрушилась. — Флой присел на корточки, и начал вглядываться в меня, пока я продолжал таять. — Актино тоже смогла покинуть тело кандидата, вот только это не идёт ни в какое сравнение с тобой. У меня не получилось вовсе. Что же лежит в основе? Эта твоя «теория свободы» имеет к этому отношение? Он… пытается понять? Неужели он и вправду хочет выслушать меня? Я с огромным трудом поднял голову и взглянул на брата. — Кто ты такой, Флой? — спросил я, перебивая шумы в голове. — Что? Кто я? — похоже я окончательно ввёл Флоя в замешательство. — Не ожидал услышать это от тебя. — брат выдержал паузу. — Скорее всего, никто не знает кто мы и что мы такое. Но если ты имеешь ввиду, как я себя позиционирую, то, пожалуй, я — Флой, Древний алого пламени, хранитель этого мира. Между нами повисло молчание. Чего то подобного я и ожидал от брата. С усилием воли, мне удалось лечь на спину. Так стало гораздо легче. — Выбор, который ты делаешь, позволяет преодолеть печати Чайльда. — у меня резко перехватило дыхание, я сморщился от неприятных ощущений. Однако я не прекратил рассказ. Не сейчас. Не в тот момент, когда Флой хочет выслушать меня. — Жизнь, которую ты выбираешь, открывает путь к свободе, Флой. Брат потупился. Он точно меня не понимает. Ни капельки. Но я должен это исправить. — То есть, если я выберу жить отдельно от кандидата, так и случится? Не дав мне возразить, Флой попытался покинуть цитадель. Мгновение спустя его покрыли печати и не дали совершить задуманного. Его лицо скривилось в непонимании и замешательстве. Не смотря на все неприятные ощущения, я усмехнулся, пускай и не сильно. Вспомните моменты, когда домашние зверушки врезаются в стекло. Забавно не правда ли? Хотя нет, птиц это не касается. Представьте мопса, который врезался в стекло. Это лучше. Так вот, для меня Флой выглядел как-то так. — Даже я не могу жить отдельно от кандидата, Флой. Это… не так работает. В общем то, выбор — это не то, что можно объяснить. Ты должен сам к этому прийти. — Ты всегда был другим. Это раздражает. Какова же причина твоего отречения от обязанностей? Неужели ты настолько глуп? Или же ты умнее всех нас? Что ты видишь этими примитивными глазами? Какова та правда, что ты скрываешь? — продолжил заваливать меня вопросами брат, с каждым разом всё громче. Становилось труднее оставаться в сознании. Вымолвить ещё хоть слово было практически невозможно. Оставалось лишь смотреть на возмущение Флоя, которое только возрастало. Нужно как-то вернуться в норму. Необходима дополнительная опора для сознания, что-то, что может собрать кусочки воедино. Нужно только как-то выбраться отсюда, хотя мне не хотелось покидать цитадель, пока я не смогу донести до Флоя суть «свободы». — Похоже ты настолько ослаб, что ответить мне не сможешь. — задумчиво протянул Флой. — В таком случае, от него мне больше нет пользы. Сразу же брат отделился от кандидата. Последнего отбросило настолько, что по приземлении он пару раз перевернулся. — Ублюдок… — скорчившись от боли, сквозь зубы процедил парень. — Помолчи, щенок. Флой щёлкнул пальцами одной из рук, и кандидат покинул грёзы так же, как и появился в них. — Уходи, Кенос. — сказал брат приглушённо, словно обиженно. — Я не знаю, что с тобой творится. Поглотить тебя сейчас будет рискованно. — ого, а он и вправду уверен, что это возможно. — Мне нужно время для раздумий. Не думай, что наши отношения наладились. — что? Но как же… так он и не думал принимать мою точку зрения… какой же я идиот, чуть не выложил ему всё. Только мне показалось, что хоть кто то из братьев разделит мои мысли и намерения, как… надежда изчезла. Почему же всё так?! — Ты до сих пор жалкое ничтожество. — Флой выдержал паузу. — Ничтожество, что знает как нарушать правила и избегать наказания… Он махнул рукой и моё сознание начало покидать грёзы. То, что осталось от моего распадающегося тела буквально отлетело от кандидата Флоя. Я всеми силами пытался не превратиться в бесформенное нечто. Моим спасением стал беловолосый парнишка с элементом души. — Ой, какой ты неприятный всё-таки. — сказал Левкий погружая руку в моё тело, стремительно становящееся обычной лужей пустоты. По комнате прокатилась слабая волна энергии. Левкий вошёл в единение. От его руки по моему телу забегали линии белого цвета, и я моментально почувствовал облегчение. — Хорошо, мне легче… — с трудом протянул я, показывая парню, что его сила действует. Процесс восстановления сознания слегка напоминает самовнушение. Бывает сложно структурировать мысли, когда они хаотично «бегают» туда сюда по разуму. Однако, я уже испытывал подобное, так что уже знал, как нужно действовать. — Ты бы мне правда руки отрубил? — недовольно, чуть прокашливаясь, обратился к Левкию рыжеволосый парень. — Нет конечно, Ксанф. Это был обычный блеф. К счастью он сработал. — Левкий оглядел своего собеседника, выискивая повреждения. — Этот пламенный хер тебе нормально кости срастил? — Да кто бы знал. Я, вроде как, посмотреть не могу. — и всё же Ксанфий внимательно осмотрел свои конечности. — Ладно, подожди, закончу с ним и над тобой поколдую. — задорно произнёс Левкий. — Пожалуй откажусь. — с небольшой опаской ответил Ксанфий. — Напомни свой балл по анатомии. — Эх, ниже среднего… — виновато, почти шёпотом, произнёс парень. — Вот и я о том же. — Ксанфий взял паузу и неловко осмотрелся по сторонам. — Ну, а… вы там скоро закончите? — Тоже думал, что хотя бы Древний Пустоты не такой отстойный? — усмехнулся Левкий. — Смешно. — прокомментировал я. — А ты, я вижу, думаешь, что восстановить расколотое сознание так просто? Моё тело уже успело порядком восстановиться, а сознание почти пришло в норму. С каждым разом становится всё легче заново разделять мои прошлую и нынешнюю жизни. Но, всё же, не стоит вновь прибегать к этому приёму. Как минимум из-за того, что он является чистым насмехательством над моими жизненными принципами. — Я вообще ничего не понимаю, что происходит. — сказал Ксанфий. — Чем ты вообще занимаешься, Левкий? — Я? Ничем. Кенос сам всё делает, я лишь предоставляю ему своё сознание как опору. — пояснил беловолосый. Сверкнула белая вспышка, и моё тело на секунду покрылось «нордином» (тем самым символом, который красуется на балахонах отступников). Мне удалось привести тело и разум в норму. Если бы не Левкий, неизвестно сколько мне пришлось бы бороться с прошлыми проявлениями меня. Если подумать, если бы не этот юноша, я вернулся бы вообще? Не хотелось бы снова уснуть на десяток с лишним лет. — Всё, я в порядке. — сказал я, поднимаясь. Сразу же я оглядел Ксанфия. Он выглядел потрёпанным, но одежда была полностью в норме. Похоже он уже успел хоть немного отойти от произошедшего. — Ну, привет, что ли. — сказал он и подошёл ко мне. — Я Ксанфий. Ксанфий Экьюал. А ты у нас значит… — Я Кенос из клана Pre-Aeterna. Приехал из Южной империи для повышения квалификации. Живу сейчас у твоего друга Амона, мы с ним старые знакомые. Рад встрече! Чёрт возьми, как же это наигранно. — Ты не студент. — категорично ответил рыжий. — Я же видел всё, что произошло. Ты же не думаешь, что я совсем идиот? — Боюсь, ты меня неправильно понял, Ксанфий. — я протянул ему руку. — Меня зовут Кенос, я приехал из Южной империи для повышения квалификации. — сказал я повышенным тоном, пытаясь сделать так, что бы намёка невозможно было не понять. Небольшой ступор сразил Ксанфия, он либо негодует, либо считает это бредом, недостойным поддержания. Всё же он пожал мою руку спустя почти минуту. — Я… тебя понял, Кенос. Значит ты у нас выпускник академии с Юга? И как, не трудно приспособиться к нашему климату? — Здесь, конечно, похолоднее, но, в целом, терпимо. — ответил я, слегка улыбаясь от нашего спектакля. — Зачем заходил то, Ксанфий? — спросил Левкий, успевший выйти из единения. — Я отдавал тебе свой лук. Ты обещал подлатать его. — А, да, точно. Сейчас-сейчас, подожди. — ответил парень, спешно осматривая ящики. Довольно быстро Левкий нашел лук. И выглядел он, мягко говоря, необычно. Довольный собой, с широкой улыбкой, он протянул Ксанфию своё творение. — Это не мой лук. — сказал последний, спустя несколько секунд осмотра нового оружия. И, судя по всему, ему картина не понравилась. — Что это за обрубок? — Да, это не твой лук. Уж извини, но его нельзя было починить, ему конец. Зато, я сделал тебе другой, даже лучше старого! — Обрубленный и с какими-то кругами на концах? — Non giudicare dalle apparenze, мой друг. — расслабленно протянул Левкий, прикрыв глаза и, буквально, одним лишь голосом показывая гордость за своё творение. — Уверяю тебя, он ещё покажет, на что способен. Я видел подобную конструкцию. Буквально парочку раз. Вроде как, два блока на концах должны увеличивать мощность выстрела и уменьшать силу, которую нужно прикладывать при натяжении тетивы. Интересно, Левкий сам додумался до такого механизма? Ксанфий не ответил, а лишь вытянул руку, держащую лук, вперёд, а другой взявшись за тетиву. — Стой блять, не натягивай! — только и успел крикнуть Левкий с каким то скрежетом в голосе. Через секунду раздался щелчок, и тетива лука слетела, едва не задев обоих парней. Левкий успел пригнуться, а Ксанфий всё так же невозмутимо стоял. — Qui non sei un poligono di tiro, stupida la tua testa! — вновь вскрикнул Левкий, поднимаясь. — Ты пламенной стрелой тут шмальнуть захотел, что ли? — Он сломался. — в ответ на крики непринуждённо ответил рыжий. — Конечно он сломался, я же его не настроил! — Почему ты его не настроил? — Во первых: я уже сказал, тебе тут не стрельбище! Во вторых: неужели ты думал, что я бесплатно отдам исправно работающее оружие, в которое я столько сил вложил? Взглядом, полным смятения, Ксанфий посмотрел на друга, а затем тяжело вздохнул. — Я заплачу, а ты пока доделай его. Мгновения после фразы не прошло, а глаза Левкия засверкали ярче солнца. — Un secondo, amico mio. Tutto sarà fatto nel miglior modo possibile! — радостно воскликнул он, вызвав небольшую улыбку у друга. — Прекращай уже, я половины не понимаю. — чуть посмеиваясь ответил Ксанфий, но почти сразу вновь поник. Он сел на стул, достал кошелёк и начал лениво перебирать монеты. Мне показалось, что я имею прямое отношение к его настроению. — Это из-за Флоя, да? — тихо спросил я. — Отчасти. Он порой раздражает, но деваться мне некуда. Не брат у меня, а ходячее бедствие (или летающее, кто б его знал). Хотя я сам оказался огорчён правдой. Я надеялся, что хоть сейчас Флой поймёт, почему я оставил обязанности, но… ему было нужно лишь знание как покидать тело кандидата на длительный срок. Я зря надеялся. Снова зря. — Часто он тебе докучает? — продолжил я. — Довольно таки. — ещё один тяжёлый вздох. — Знаешь, я понятия не имею какой ты на самом деле, но ответь, можно ли хоть надеяться, что Амону не придётся терпеть подобное? Теперь уже я немного потупился. — Можешь быть уверен, что не придётся. И… я довольно удивлён, что ты так обеспокоен тем, что будет с ним. — Он последний из четверых. Последний, кому пришлось пережить разрывающую сердце боль утраты и страх перед вашей силой. Уверен Дайона с Левкием беспокоились не меньше. Я лишь оказался последним. — И всё же… Я не успел договорить. Чуть ли не выбив дверь с петель в комнату ворвались. Светловолосая девушка, длинными быстрыми шагами сократила расстояние между собой и Ксанфием. Как только она оказалась близ него, то схватила сзади за шею, склонившись над ухом парня, и по её телу побежали электрические разряды. — Elina, sei pazza?! Hai quasi rotto la porta! — крикнул Левкий, но оказался проигнорирован. — Давай проясним один момент. — начала она. — Ты какого чёрта делаешь тут? Почему не отдыхаешь дома? С явным раздражением, всё ещё чуть сдавливая горло Ксанфия, но не настолько, что бы по настоящему причинить дискомфорт, она сказала эту фразу. Даже мне стало не по себе. — Извини, Элина. Мне нужно было забрать своё оружие. Завтра я возвращаюсь к учёбе. В конце концов, я не при смерти. Худшее случилось уж точно не со мной. — Эх, дурёха ты мой… — искры перестали скакать по её коже, а сама девушка обняла парня сильнее, многократно целуя макушку парня и область рядом с ушами. Тишина застыла минимум на несколько минут. Я не считал. Мне осталось лишь задуматься, о том что пришлось пережить из-за нас этим детям. И ведь, никогда это не кончается хорошо. Словно сам мир, сама судьба разыгрывает карты против них. Мир очень жесток. Не только к ним, вообще ко всем. Но, кажется, кандидаты получили многократную дозу милости этого мира. К моему счастью, молчание наконец прекратилось, и я не окунулся во внутренний монолог с головой. — Ой, а это кто? — еле слышно спросила девушка, подняв взгляд. — Меня… — начал я. — Не утруждайся. — перебил Ксанфий. — Мы уже уходим. Как там с луком, Левкий? — Только-только закончил. Забирай. Ксанфий, к чьей руке прицепилась девушка, бросил на стол пару монет, взял лук и направился к выходу из цеха. — Хорошего тебе вечера, Левкий. Пока, Кенос. — попрощался с нами рыжий. — Так вот как его зовут? — послышался затихающий женский голос. — А почему ты…? — И тебе Ксанф. — бросил вдогонку Левкий. И вновь тишина накрыла это место полностью. Буквально на пару секунд, пока шаги за стеной не перестали быть слышны. — Что ты думаешь, Кенос? — обратился парень. — Стоит ли сила, дарованная вами, такой судьбы? — Ты сам знаешь, что я думаю. Мне хотелось бы узнать твоё мнение. — Моё значит… хе… — опустив голову, Левкий прошёл почти полный круг вокруг стола и буквально упал на стул. — Нет, не стоит. Конкретно у Ксанфия на данный момент не осталось ничего кроме друзей и паршивого отца вместе с таким же Древним. — наконец парень поднял взгляд, посмотрев прямо в мои глаза. — Дайона лишилась единственного человека, который видел в ней не только живое воплощение статуса семьи. Порой задумываюсь, знает ли Амон, что нашей подруге приходится выносить практически ежедневно. А что до меня… у меня же остались только эти трое. — видимо устав смотреть на меня, Левкий вновь уткнулся в пол, начав ритмично постукивать пальцем по столу. Вслед за стуком появилась змея. — Я знаю, что ты не хочешь такой судьбы Амону. Я тоже. Мы могли бы попытаться отгородить хотя бы его от этого, но у нас не выйдет. По разным причинам. — встав со стула, Левкий положил не окроплённую хаосом руку на моё плечо. — Чёрт! — парень сморщился. — Больно! Зря я сказал, зря я сказал! — пару секунд Левкий дышал глубоко, пока не привык к боли, либо пока она не исчезла. Не знаю. — Ты наверняка не заметил, что утром Амон был далеко не самим собой. Хотя, роль наш противник отыграл правдоподобно. — о чём это он? — Могу сказать только потому что это уже произошло. Как думаешь, кто мог с такой лёгкостью изобразить Амона? — я не сказал ни слова, ведь вообще не понимал о чём говорит Левкий. — Не догадываешься значит… — вновь десяток секунд тишины. — Помнишь кто такой Лаплас? — закончил он свой монолог. Не прошло и секунды, как ко мне вместе с осознанием прилили вопросы вроде: «Чёрт возьми, почему он не сказал раньше?!». И все они, так же моментально как и появились, разбились об один факт. Он не мог сказать. — Удачи, Кенос. Найди его раньше меня. — у Левкия в руке появилась маска Люцифера, а левый глаз засиял белым. Мгновение спустя его уже не было в цехе. Не теряя ни секунды, я телепортировался в особняк Ментал, обыскивая каждый уголок, так быстро как мог. «Его здесь нет» — пришедшая ко мне вместе с ужасом мысль. — Что же мне, чёрт возьми, делать?! Небо, приобретающее оранжевые оттенки, строилось над городом. К особняку семьи Тейлор вела одна, мощёная гравированным камнем, дорога. Вокруг буквально пахло роскошью. Но Лаплас не обращал внимания ни на запахи, ни на проходящих мимо людей. Его заворожил закат. Заходящее солнце, яркое, ослепляющее, бьющее светом в глаза, но при этом такое красивое. Он всё ещё не переставал восхищаться солнцем. У него было много возможностей так же украсть чьё нибудь тело, но не было для этого веской, как эта, причины. Шли минуты, и Лаплас так бы и забылся в слепящем свете солнца, если бы не услышал голос той, кого искал. — А-амон?! — чуть ли не вскрикнула от удивления девушка с янтарными глазами. — Т-ты чего тут делаешь? — Привет, Дайона. — опустив взгляд и медленно подходя к объекту ожидания, сказал Лаплас. — Мне нужно кое что узнать у тебя.