Константа Судьбы | Фэнтези роман о тяжести божественного бремени

— Как это «узнать кое-что»? — воскликнула я. — Что с тобой вообще произошло, Амон?! От тебя ни единой весточки с того дня, в особняк не попасть, и никто не хочет рассказывать что с тобой! — было трудно не кричать, но я попыталась быть тише. Однако Амон не выглядел хоть сколько нибудь потрёпанным. Скорее даже он был… красив. Ему наконец удалось поспать, синева под глазами пропала, на нём была чистая одежда. И всё же, как прекрасен его образ в лучах заката, пока слабый ветер легонько развевал его волосы… твою мать, о чём я вообще думаю? — Я… я в порядке, Дайона. Много чего случилось. Много чего ударило по мне, но… Нечасто он отводит взгляд когда говорит о серьёзных вещах, скорее Амон предпочитает смотреть прямо на собеседника. Однако, в моменты, подобные этому, ему всегда не хватало духу взглянуть мне в глаза. -… Но я держусь. Это не самое худшее, что могло произойти. — продолжил Амон. — Извини, но сейчас я не могу долго разводить разговоры. Я, вроде как, на домашнем аресте. — Хорошо, я понимаю. — сейчас мне хотелось стиснуть его в объятьях и поддержать всем, чем только могу. Вот только… хочет ли Амон этого? Ааа, боже! Почему это так трудно понять?! — Так о чём ты хотел спросить? — Так скажем, я узнал кое-что, связанное с этим убийцей… — начал он. — Узнал? Откуда? — перебила я его, не в силах сдержать моментально возникшего интереса. — Ну… Амон показал мне руку. На ней маленькими капельками начала возникать пустота, которая постепенно сложилась в слово «Древний». — И что он тебе сказал? — неловко спросила я. До сих пор слегка бросает в страх от пустоты, которую создаёт Амон. — Он рассказал мне о некоем «Палаче Хаоса». Тебе известно что нибудь об этом? Меня сразил шок вместе с удивлением. Уверена, я точно вздрогнула. «Если кто-нибудь из знакомых внезапно начнёт спрашивать о «Палаче Хаоса», то будь уверена — он не тот за кого себя выдаёт. Ну, или это мои бредни.» — сказал мне Левкий несколько дней назад. Но, стоп, что? Тот кто передо мной это не Амон? Но как же так? Пустота на его руке и… он ведь выглядит, ведёт себя да и ощущается точно так же как настоящий Амон. Холодок пробежал по спине. Изо всех сил стараясь не показывать эмоций, я пыталась сосредоточиться. Я бы… я бы ведь точно смогла отличить Амона от подделки. Я собралась с мыслями. Нужно проверить наверняка. — Ты просто ужасен, Амон, ты знал об этом? — через силу я изобразила свою ухмылку. — После всего того, что между нами было ты приходишь только за информацией? — Дайона, ты серьёзно? — чуть раздражённо спросил Амон. И снова как настоящий. — Значит тебе ничего не стоит соблазнить девушку и потом бросить за ненадобностью?! А я ещё беспокоилась за тебя! — я изобразила жалостливый голос. — Ты, блять, серьёзно сейчас? — Грязный извращенец! Тебе было нужно только моё тело, так ведь? — ну хоть это должно сработать! Почему они всё ещё серые? — Я так и знала, ты хочешь лишь набраться опыта, и не важно, что буду чувствовать я?! — я уже чуть ли не плач изображаю. — Чёрт возьми, нет, Дайона! Неужели ты не понимаешь, что сейчас есть вещи поважнее?! — чуть ли не крикнул Амон. И ничего. Они серые. Грёзы полностью серые. У него нет никаких эмоций, это всё просто игра. Сейчас хотелось, что бы я проснулась, и это всё оказалось сном. Внезапно появляется тот, за кого я переживала последние три дня, тот кого я хотела увидеть, узнать здоров ли он, как он себя чувствует, поддержать так, как только могу. И вот он ни с того ни с сего приходит, и, оказывается, что это совсем не он! Но это ведь точно Амон! Что, вашу мать, происходит? И вновь, приложив усилие, я постаралась успокоиться. Сердце бешено колотилось, пока я создавала в руке клинок из света. Что если я ошиблась? Может это просто я чего то выдумала и выставляю себя как полную эгоистичную дуру без намёка на эмпатию? Клинок лёг в мою руку, и я медленно подняла его, направив в сторону Амона. — Кто ты такой? — еле слышно спросила я. — О чём ты, Дайона? — изображая удивление спросил Амон. Только лишь притворство. — Мне нужна твоя помощь, а ты… — слегка возмущаясь продолжил он. — … ты меня совсем запутала. Что происходит? — Ты мне скажи, кем бы ты ни был. — мой тон стал немного грубее. — Дайона, чёрт возьми я… — и он резко замолчал. — А ты умна, Светлячок. Настолько уверена в своей правоте. Меня выдали грёзы, не так ли? Их то мне не подделать. — уже с настоящим задором произнёс он. — Кто ты? — продолжила настаивать я. Рука сжала рукоять клинка сильнее. — Может ли это знание быть необходимо в данном расположении нас в пространстве-времени? Я не ответила и создала вокруг себя несколько сфер из света. — Пыл всё разгорается. — некто слегка рассмеялся, запрокинув голову. — И какие же варианты действий подаёт твой мыслительный орган? Рассматривается ли вариант изувечить объект твоего обожания? Меньше чем за секунду пронеслась тень, которая остановилась за спиной Амона. Золотые когти прижались к шее парня, грозясь перерезать её. Тёмная сфера какого то странного элемента пульсировала в другой руке, которая находилась в стороне от Амона. — Давай взглянем с другой стороны. — тихо произнёс появившийся. — Я способен изгнать тебя из тела моей цели, не оставив ни царапины. Некто в теле Амона был очень сильно удивлён. Его глаза округлились, но буквально на мгновение, после чего он сильно рассмеялся. — Ради этого я даже буду контролировать речь. Инноминис собственной персоной! Какими судьбами ты оказался тут? Только сейчас я заметила на его плаще множество рисунков пяти ромбов. Он не стал отвечать Амону, а обратился ко мне, пристально вглядываясь в мои глаза. — Актино слышит меня? Что за бред, вашу мать? Было понятно почему Отступник внезапно появился, Амон говорил, что для них он ценен, но почему он спрашивает об Актино? Я не успела ответить, и из моего тела вылетел ещё один шар света. — Слышу, Инноминис. — раздался голос от шара. Амон громко рассмеялся. — И ты здесь! Прекрасно! — радостно произнёс он, но освобождаться не спешил. Отступник насторожился, чуть сильнее прислонив когти к горлу. Амон усмехнулся и прошёл лезвия насквозь, а этого Инноминиса вдавило в землю, и затем, будто колодки из пустоты сковали его. — Прости, Актино, но церемониться я не собираюсь. — не прошло и секунды, как меня окружили копья из пустоты. — Палач Хаоса. Быстро. — приказным тоном, но всё ещё улыбаясь скомандовал Амон. Я слегка испугалась, но это не помешало мне быстро провести резонанс, заставив копья исчезнуть. — Молодец, Дайона. — похвалила меня Актино. — Лучше бы тебе прекратить это, Лаплас. — Что за Лаплас? — шёпотом спросила я, не смея отвести взгляда от притворщика. — Демон пустоты и сделок. — ответила мне Древний. — Как это, твою мать, связано? — Как две половинки, Светлячок. — ответил мне демон, причём, не показывая ни единой нотки опасения. Он либо тоже любит раздавать прозвища, либо знает, что для меня значит именно это. — Может мне стоит надавить по другому? — демон в теле юноши щёлкнул пальцами, от которых отлетела пара синих огоньков. — Дадим Амону взглянуть на смерть отца. Пару десятков раз. Довольный собой, демон ухмыльнулся. Моя кровь начала вскипать. — Актино, как насчёт катсу? — спросила я в мыслях. — Не вздумай! Не сможешь уследить за резонансом и даже я тебя не исцелю! — Значит на полную не выложиться… — гневно прошептала я. С силой сжав рукоять меча, я была готова броситься в атаку. Моя нога почти оторвалась от земли, но остановилась, когда я услышала сдавленный крик. — Не двигайся! — приказал вдавленный в землю Отступник, резко задрав голову. Лаплас тут же среагировал на это заявление, метнув взгляд в его сторону. Не заметив ничего необычного, демон принялся изучать поверхность вокруг себя. Я тоже стояла, замерев на месте, стараясь найти, что-то опасное. Демон создал вокруг себя капли пустоты, в радиусе, примерно, половины метра. Все они одновременно упали, и, в момент когда капли коснулись земли, сильнейшим потоком вверх заструилась элементальная энергия тёмно-фиолетового цвета. — Проклятье истощения. — констатировал демон, после чего усмехнулся. — Сильное. Даже меня бы истощило до предела. — он взглянул на Отступника. — И ни единой царапины. — слегка рассмеялся. — Весьма недурно для тебя, Инноминис. — моментально выражение лица демона сменилось на отвращение. — Недурно для того, кто представляет собой лишь жалкое подобие себя прошлого. Проклятие продолжало неистово струиться вверх. Я же ждала возможности броситься в атаку. Мучил вопрос — действительно ли проклятие настолько сильно? — Очень сильно, Дайона. — ответила моим мыслям Актино. — Нужно выждать момент. Будь наготове, но ни шагу в сторону. Меж тем, двое продолжили свой диалог. — Я не знаю ничего о Палаче, Лаплас. — с трудом дыша, говорил Отступник. — Но я могу предложить, что нибудь равноценное. После этих слов демон не на шутку разозлился. — Ты?! Равноценное?! — от тела Амона начала подниматься красная, как будто бы, дымка. — И что же ты можешь мне предложить, Инноминис? Что мне может предложить трус, который способен только лишь прятаться за спинами других?! — Глаза. — с твердейшей уверенностью ответил Отступник. — Я верну тебе то, что тебе дороже всего. Только лишь отпусти Амона и приди в назначенный день. — Ты должен предложить другое. Ты не способен вернуть то, что мне дороже всего. — дымка стала менее концентрированной. На лице демона выступила грусть. — Уверяю тебя, смогу. — Ты вернёшь мне Киру? Ответа не последовало. Лицо Отступника застыло в удивлении. Он не мог вымолвить ни слова. Сам замер, будто превратился в мраморную статую. Выражение лица отражало лишь шок. Демон заявил такое, что Отступник никак не мог вообразить. Лицо же демона вновь начало накапливать злость. — Вернёшь ли ты мне Джинн, Инноминис? — демон говорил медленно, его слова будтотзакрадывались в душу. — Способен ли ты вернуть Камелию, или же всех тех, кто погиб сражаясь, что бы исправить твою ошибку? Способен ли ты дать всем им второй шанс, что бы прожить жизнь, не умерев за идиота, в руках которого была власть? — с каждой фразой демон говорил всё яростнее. Последние слова он чуть ли не прорычал. Отступник же старался отвести взгляд настолько сильно, насколько позволяло его положение. Сожаление читалось на лице, губы дрожали, дыхание участилось. — Ты не можешь, Инноминис! — и вот он перешёл на крик. — Даже твоё предложение возврата глаз бессмысленно! У меня сейчас больше шансов вернуть себе зрение, чем у тебя! Чем ты занимался эти пять тысяч лет? Прятался как сраный трус, дожидаясь назначенного срока, пока я искал осколки, пытался хоть как-то противостоять Астароту! — потоки проклятья слегка задрожали и пропали в нескольких местах прямо передо мной. В итоге возникло три восходящих потока. — Я знаю где сейчас Уроборос и чревоугодие. Тебе лишь повезло встретить четверых перерождений осколков! — речь постоянно менялась с крика на спокойную и обратно. Красная дымка становилась то ярче, то бледнее. Смесь горечи и злобы не исчезала с лица Амона, украденного демоном. Меж тем, потоков стало два. Это обратный отсчёт… во всяком случае, надеюсь я не ошиблась.– Ты не сделал ничего. Впрочем как и всегда. — остался один поток. — Ты жалкое ничтожество, Инноминис. Способен ли ты вернуть мне то, что для меня дороже всего? — последний поток исчез, и я моментально бросилась в атаку. Демон взмахнул рукой. Легко, словно поток ветра, пустота последовала за ней, отразив мою атаку. Таким же образом демон отразил последующие атаки. Его рука не двигалась, а моментально телепортировалась, подставляясь под взмахи клинка. Мне так и не удалось его ранить, до того как меня вдавило в землю. Сильная боль пронзила грудь и я тяжело закашляла. Сразу же я атаковала оставшимися сферами сияния, но они тоже не смогли нанести повреждений. Без малейших усилий демон поглотил их. Варианты начали заканчиваться. Если только… нет, это нужно припасти напоследок. — Итак, надеюсь, вы оба закончили. — тихо проговорил демон. — Мы остановились на Палаче. — медленно он перевёл взгляд на меня, как будто с надеждой задержал его на мне, но, не увидев ничего кроме раздражения, вернул его в нормальный вид. — Вот только ты говорить не собираешься. — теперь он оценивающе осматривал моё тело, будто бы выискивая слабые места. — Нет, боль язык тебе не развяжет. — теперь взгляд демона пал на Отступника. — Пообрубал бы тебе конечности, одну за одной, да вот проблема: заново отрастут. И пользы от тебя никакой. — последовал обречённый вздох. Демон метнул взгляд в сторону, и, заметив Актино, медленно зашагал к ней. Дымка начала рассеиваться. — Это всё становится ужасно муторным. Надеюсь хоть ты мне не откажешь. — он приподнял голову и ехидно посмотрел на мою спутницу. — Тебе ведь тоже немало известно. — Я готова обсудить условия, если ты не причинишь вреда моему кандидату. — Актино! — мысленно крикнула я. С какой стати она собралась рассказать? Сама же знает, к чему это может привести. — Помолчи, Дайона. — строго, в своей лёгкой, немного стервозной манере, заткнула меня Актино… вот ведь сука! Пару секунд подумав, демон протянул правую руку, горящую синим пламенем. Шар сияния постепенно начал менять форму, увеличиваясь в размерах и принимая очертания человеческого тела. Актино в своём — схожем с человеческим — облике пожала руку. Сила, прижимающая меня к земле, заметно ослабла. Я с лёгкостью вздохнула полной грудью. Если бы у меня была возможность встать, я бы Актино в рожу дала! Что она делает, вашу мать?! — Полностью я её не освобожу. Сама понимаешь. — демон мельком глянул на меня, а затем в улыбке потёр руки. Дымка исчезла полностью. — Итак, чего ты хочешь? Актино приложила палец к подбородку и начала ходить вокруг нас с Отступником. — Нас же не прервут? — задала она вопрос. — Неспособно быть возможным. Наши души в окружении моего пространства. Значит он и пленение подпространством Амона может использовать. Или это тоже его сила? Я начинаю понимать, почему было так трудно отличить его от настоящего Амона. — Оно снова началось? — в голосе Древней слышалась капля сочувствия. — Оно не прекращало своего действия с момента появления. Контроль за извлекаемыми звуками приводит в усталость душу. С тех пор как Кира и я… неважно. Не перебивай свой мыслительный процесс потоком других сигналов, размышляй об условиях. Послушав совет, Актино продолжила расхаживать вокруг, пока не подошла к Отступнику. — Можно с ним поговорить? — Какова причина желания провести обмен смысловыми звуками? — Мы не виделись очень давно и не было возможности никак с ним связаться. Мне просто интересно узнать, что произошло за то время, пока мы не общались. — вкладывая всю искренность в слова ответила мой партнёр. — Ты заставляешь моё сознание находить подозрительными твои действия. — с огромным недоверием в голосе и сопутствующим ему выражением лица произнёс демон. В его руке вырос клинок из пустоты. — Я готова отдать тебе нужную информацию за бесценок. Ты должен понимать насколько выгодна для тебя эта сделка. Опусти оружие! — уверенно, с небольшой злостью в голосе, почти что приказала Актино. — Повысь расстояние между вами. — выдвинул требование демон, не уступая в серьёзности Древней. — Хорошо. — смиренно приняла поражение Актино. Только она начала отступать назад, как рисунки на руке Отступника вспыхнули, словно горящие угли. Я даже не успела заметить, что произошло. Через мгновение Актино стояла, притронувшись к левой руке Амона. Рисунок на ней тоже засиял, только уже фиолетовым. Демон упал на колени. Давление пропало совсем. — Ловко мы его, правда, Амелия? — задорно произнесла Актино. Отступник поднялся, а на его руке образовался бутон, цвета горящих углей. Вскоре он распустился, став небольшим цветком камелии. Я тоже встала, отряхивая одежду. Подпространство было неотличимо от реальной улицы. В смысле, пыль на дороге тут тоже была. — Нет, не ловко. — раздался звук от цветка. — Не сработало. Отступника снова вдавило в землю. Я бросилась в атаку, замахиваясь мечом. Попытка достигнуть демона не удалась — пустота с силой прижала меня к полу. Взгляд метнулся к Актино. Её опутала пустота, не давая возможности пошевелиться. С помощью кольца, которое я купила у Левкия, я создала линзы, собрав и сфокусировав сияние из нескольких сфер в одну точку. — Дезинтеграция. — едва проговаривая дрожащим голосом, прошептала я. По демону ударил сильнейший поток сияния, который должен был точно хотя бы ранить его. Но сквозь облако пыли и дыма показался невредимый силуэт, который потихоньку захохотал. — Какие же вы все идиоты! — закричал он. На смену пыли пришли та красная дымка. — Что вы хотите получить, помешав мне? Ваши усилия бесполезны! — демон тяжело выдохнул, слегка потряхивая руками, будто пытаясь сбросить злость, как налипший ил. — Ладно, ладно. Актино, сделке конец. Мою голень пронзила острая, практически нестерпимая боль, опоясывающая границы сквозной раны. Слёзы оказалось сдерживать гораздо сложнее, чем крик. Голова неистово кружилась, картина перед глазами плыла. Тяжёлое дыхание, казалось, усугубляло ощущения, но без него я не могла. — Лаплас! — слабо, истошно крикнула Актино. Такого я никогда не слышала от неё. Она сдалась. В глубине души осознала свою беспомощность, но продолжала пытаться вырваться из пут. — Ты упустила свой шанс. — тихо ответил демон. — Палач Хаоса. Говори. Я молчала, ожидая следующего потока боли. Три секунды молчания и новая дыра в теле. В этот раз крик сдержать не удалось. Сознание билось в истерике, буквально умоляя сказать имя. Удар пришёлся на солнечное сплетение. Захлёбываясь в непрекращающихся слезах, я пустила все силы на регенерацию. Очень быстро боль отступила. Так же быстро те же самые места были изувечены. Вырвалась ещё пара отчаянных криков. Сердце будто бы готово было лопнуть от выросшего давления. Всё тело дрожало. Теперь и я уже не могла сдержаться. Новые слёзы подступили от осознания своей никчёмности. Нужно сказать. Я его подвела. Но больше я вытерпеть не могла. Только лишь я собиралась сказать ему, как по челюсти полоснуло, что то острое. Обычный человек уже бы остался без голоса из-за крика, но не я. Голосовые связки слишком быстро восстанавливаются. Ещё одна порция крика наполнила искусственное пространство. Троичный нерв. — Что ты делаешь?! — вновь крикнула Актино. — Тебе же нужно, что бы она сказала! — При такой сильной регенерации боль быстро отступает. Вдруг восстановится и передумает? Нужно наверняка убедить её сказать мне. Небольшая улыбка озаряла лицо демона. Он не пытается добыть информацию. Он играет. Видимо, ему надоело терпеть. Опутавшая Актино пустота впилась в её элементальное тело, начав выкачивать энергию. Через несколько секунд от неё остался лишь бледный образ. Теперь она не сделает ничего. Отступник выстрелил струёй проклятья, но она была недостаточно быстрой. Демон с лёгкостью перенаправил ее обратно в нападавшего. Затем он создал над конечностями Отступника, что то похожее на лезвия топора. Все конечности были отсечены. Моё лицо уже восстановилось, но я не успела издать ни звука, только лишь открыть рот. Демон стёр мои голосовые связки, и вместо имени Палача я издала лишь хрип, отдалённо похожий на крик. Кровь захлестала из открытой раны. Второй раз закричать меня заставила дыра в голени. Он насквозь стёр кость. Уже даже слёзные протоки болели, будто по ним текло расплавленное железо. Не было сил на регенерацию. Не было сил на то, что бы сомкнуть губы. Перед глазами не было картины, а лишь смазанное месиво. Тело не слушалось, но продолжало регенерировать. Ещё раз демон полоснул по моему троичному нерву, и мне казалось, что закричать я не смогу, но закричала. «Конец» — пронеслось в моих мыслях. Но боль резко ушла. Я была цела, хоть и находилась в шоке. Всё вокруг осыпалось как разбитое в дребезги стекло. Яркая вспышка света мчалась в сторону демона, но не достигнув его, упала на землю. Рёв, звериный, дикий, будто бы издаваемый самым ужасным демоном почти моментально сменился болезненным воплем. Тёмный силуэт корчился от боли на земле, и лишь белоснежная маска дала мне понять, кто это был. Тёмный покров испарился чёрным туманом, оставляя после себя тело парня в маске, практически скулящего от агонии. Его тело покрывали будто гнилостные раны тёмно-фиолетового цвета, периодически, местами, светясь всеми цветами радуги. Демон рассмеялся, глядя на беспомощного юнца перед собой. Парень с силой сорвал с себя маску, и тут же из его рта вылился водопад крови. С гневом в глазах, сжимая кулаки, стараясь подняться, но вновь и вновь падая ниц, он глядел на демона. — Я увожу к отверженным селеньям, я увожу сквозь вековечный стон, я увожу к погибшим поколениям. Был правдою мой Зодчий вдохновлён: Я высшей силой, полнотой всезнанья и первою любовью сотворён. Древней меня лишь вечные созданья, и с вечностью я буду наравне. Входящие, оставьте упованья. — демон медленно, растягивая каждый шаг, будто что бы не прерывать удовольствия, подошёл к Левкию. — Не подскажешь о ком это? — Левкий Баел. — чуть ли не захлёбываясь кровью ответил наш спаситель. — Я не спрашивал, как тебя зовут. Хотя, это и было мне нужно. Оказывается грозный Палач Хаоса это кандидат Бледного Света. А так же глупец, создавший свой собственный ад. Стишок то я для тебя выучил. Не знал, что ты так жалко сдашься. — с ярчайшей улыбкой на лице, упивающийся своей победой, демон засмеялся. Множеством струй, из тела Амона полилась пустота, постепенно сформировав истинный облик демона. Схватив Левкия за горло, он поднял его, а затем с силой отбросил в сторону. — Хоть я и не настоящий Зигфрид Амон, но фокусы тоже умею показывать. За его спиной открылась червоточина, в которой синим пламенем нарисовалась пентаграмма. Спиной вперёд он вошёл в неё, не оставив после себя ни следа. Давление, прижимающее меня к земле полностью исчезло, как и путы, сковавшие Актино. Чудом, после всего, что случилось, я, целая и невредимая, побежала к Левкию. Все те фиолетовые раны будто испарились с его тела. Он стоял на четвереньках, дрожа, как замёрзший щенок. Рукой я приподняла его голову и увидела, что он рыдает. Его глаза были краснее летнего заката. Он с силой вцепился в меня, прижимая к себе объятьями. И зашептал. — Прости, что не пришёл раньше. Прости что втянул тебя в это. — его голос дрожал, а слова терялись, пока он проглатывал слёзы. Он начал искренне умолять о прощении. — Прости. Прости. Прости. Прости. Прости. Прости. Прости. Прости. Прости. Прости! — отчаяние росло с каждым словом. — Э-эй, Левкий, я же в порядке. — произнесла я, распуская его волосы и начав гладить по затылку, только сейчас удивившись своему неожиданному исцелению. — Это ведь ты меня подлатал? Я и правда как новенькая, чего ты? Он не отвечал, вместо этого Левкий сильнее вцепился в мою рубашку. Его всхлипы стали реже и тише. О его непрекращающихся слезах свидетельствовали только влага и тепло, не покидающие моего плеча. Актино начала возвращаться в норму, её облик стал ярче, и тело понемногу пришло в движение. К сожалению, радость от окончания этого ужаса она не испытала. — Ты! — злостно крикнула она на Левкия. — Это всё твоя вина, идиот! Ты не мог просто промолчать?! Ты не мог явиться раньше?! Из-за тебя... — Актино! — рявкнула я. Древняя быстро поняла, что к чему и неловко смолкла. Левкий уткнулся в моё плечо и начал гладить меня по спине. — Ладно, мне уже лучше — прошептал он, после чего отпустил меня и поднялся. — Если Амон очнётся и увидит нас ему точно не понравится. — Кстати говоря о нём. — тихо произнёс Отступник, когда поднялся. Ноги были на месте, а вот руки постепенно отрастали прямо на глазах. — Амелия, почему Лаплас выбрался из-под твоего контроля? Цветок распустился на ноге Отступника, и из него вновь раздался звук. — У этой копии программный сбой. Она не подчинялась мне. — холодный, нечеловеческий, будто искусственный голос начал объяснение. — Интересно, кто же его сотворил? — подразумевая, что нам известно кто, сказала Амелия. — Инноминис, кивни головой в сторону этого идиота, они меня не понимают. — Так получилось. — самоуверенно ответил ей Левкий. — Получилось?! Ты, беспросветный глупец, как ты мог оставить в ней лазейку для меня, «случайно» сотворив сбой? — Ладно. Так было нужно. — Нужно? О чём ты… — появился тишина на пару секунд. — Поняла. Приведи её в порядок. — Нет. — Ты, кусок зря потраченных атомов, почему нет? — какие то странные у неё оскорбления. — Так нужно. И вновь повисла тишина. — Поняла. — Вам следует уходить. Я привёл за собой полицию. — тихо произнёс Левкий. — Видимо они уже здесь. — Стоять, не двигаться! — крикнул выбежавший полицейский. За ним вслед выбежал ещё десяток, окружив нас. Актино моментально вернулась в моё тело. У Отступника в кармане что-то засверкало и мгновение спустя он исчез. Из толпы к нам подбежал Господин Йен. — Где этот демон, Левкий? — полный паники спросил он. — Сбежал. — обречённо произнёс парень. — Я не смог его задержать. — Чёрт! А Амон? Где Амон? — Йен закрутил головой из стороны в сторону, оглядывая местность. Левкий указал в сторону и отряд полицейских вместе с Йеном побежали к нему. — Ему будет очень плохо. — почти что прошептал мне Левкий. — И не в физическом плане. Побудь с ним, пока его не добьют. — Не добьют? — испуганно спросила я. — П-подожди, а ты? Ты уходишь? — Нет. — парень тяжело вздохнул и протёр лицо ладонью. — Просто я не смогу ничего сделать. Свет ударил в глаза. Надо мной стояло множество полицейских. Что… что это было? Левкий, Глава, Амелия и… Дайона. Я поднялся так быстро как смог, растолкал всех и только лишь завидев её подбежал, стараясь успеть оглядеть. Я вцепился девушке в плечи, внимательно осматривая тело. К счастью самым тяжёлым повреждением была окровавленная дырявая рубашка. — Ты в порядке, Дайона? Есть раны? Как себя чувствуешь? — панически осыпал её вопросами я. — Да я… в порядке в общем-то. Я сжал её в объятьях, стараясь успокоить тяжёлое дыхание. На моих глазах умирал отец кучу раз, но… но сейчас меня беспокоила лишь она. С тяжестью на душе я вспоминал её раны и слёзы. Я… я так счастлив, что с ней всё в порядке, после тех пыток, которым её подвергли. Подступали слёзы, но я их сдерживал всеми силами. Если бы я только сказал этому Лапласу о Палаче, то ничего бы этого не случилось. Я подвёл её. Я подвёл всех. Я чёртов слабак. В таком состоянии мне было сложно не раздавить Дайону в объятиях, но я держался как мог. Если бы я лишился ещё и её… как я мог допустить это? — Что ж за день то сегодня такой… — прошептала Дайона, обнимая меня в ответ. — Со мной всё в порядке. Это всего лишь сильная боль. Мы ведь будущие наёмники. Пытки это обычная практика для… — Никакой, блять, обычной практики! — крикнул я, удивившись сам. — Я подверг тебя опасности! — сказал я уже тише. — Если бы не Левкий, ты могла бы погибнуть! Из-за меня! Я не отпускал девушку, всё ещё стараясь не удавить её. Тишина висела с пол минуты. — Я так рад, что ты цела, Светлячок… — из последних сил сдерживая слёзы произнёс я. — Ну всё. — выдохнув ответила Дайона. — Лучше сам расскажи как ты! Хоть представляешь, что я… — Зигфрид Амон! — громогласно прозвучал за спиной далёкий, но одновременно родной голос. Грозно, властно, заставляя всех оглянуться прозвучал он. Всех, но не меня. — Амон, там… — начала чуть испуганно шептать Дайона. — Я знаю. — перебил я её. Одновременно с лёгким стуком сапог о дорогу звучал звук трости. Чёрная и строгая, с серебряным набалдашником в форме шара с выбитым на нём символом ветра. Внезапно он остановился. Не стал подходить. Значит не по семейному он меня поддержать пришёл. — Ко мне и по стойке смирно! — приказал он. Я не хотел отпускать Дайону. Цеплялся за неё как маленький ребёнок за мать. Я навлеку ещё больше неприятностей на себя, если сейчас не развернусь. Но я не хочу её отпускать. — Амон! — настойчиво прошептала Дайона. — Это не просьба, Зигфрид Амон! Сама Дайона начала легонько отталкивать меня, и я поддался. Развернулся и пошёл навстречу к министру. Мельком углядел напуганное лицо Йена. Как бы я не хотел оттянуть разговор с ним, пришлось идти быстро. Встав ровно перед министром, наконец взглянул на угрюмое лицо, которое покрывала седая, почти что белая, аккуратная борода. На нём было тёмное пальто и строгие брюки, точно подчёркивающие статус. Он легонько стукнул тростью о землю и заговорил. — Почему позволил себе нарушить предписания относительно твоего расположения? — Не понимаю о чём вы, министр Ментал. — самое время притвориться дурачком. — Почему ты здесь, а не в особняке, Зигфрид Амон? — со всей строгостью и железной твёрдостью голоса спросил дед. — Я попал под контроль демона, Господин министр. — Всего лишь оправдание. Неужели студент лучшей академии наёмников нашего города не смог справиться с демоном? — Это очень сильный демон, министр Ментал. — подал голос Левкий. — Наравне с приближёнными демонической десницы. Даже мне не удалось с ним совладать. — защищает меня, хотя сам наверняка понимает, что это бесполезно. — Вас попрошу помолчать, Господин Баел. — приказал Карл. Левкий слегка цыкнул и отошёл на пару шагов. — Ты лишаешься найма государства на два года и раннего выпуска из академии, Зигфрид. — дед глянул на полицейских в стороне. — Проследить за исполнением приказа. Те отдали честь и куда то направились. Карл же подошёл ближе ко мне. — Ты хоть понимаешь в каком ты сейчас состоянии? Осознаёшь какие опасности ты несёшь за собой? И ты так легко готов нарушать предписания государства? — осыпал меня вопросами Карл, казалось ещё секунда и изо рта забрызжет слюна. — А ты всегда знал, что во мне это есть, но не счёл нужным даже рассказать мне! — тихо вспылил я, потому что больше не мог молчать. Меня распирала злоба. — Отставить разговоры! — крикнул министр и надавил тростью мне на ногу. Я слегка сморщился. — Наглый мальчишка! Ты хоть знаешь сколько надежд на тебя возлагает этот город? А ты смеешь вот так их рушить, буквально в один момент! Репутация кандидатов итак, мягко говоря, не сахар, а ты портишь её ещё сильнее. А если бы ты напал на кого-то? Я бы не был этим так обеспокоен если бы идиот, который был главной опорой этого города не погиб! В такое время решил поиграть в героя и остался биться с этим убийцей! А в итоге сдох как пёс, оставив город без… — Закрой рот Карл! — закричал я и выбил трость из старческой руки. Хотя хотелось сделать куда больше. Уверен, мои глаза горели злобой. — Как ты смеешь так говорить о том кто спас тебя и ещё десятки жизней?! Он убивался из-за этой работы, доказывал как дорог ему этот город! А его министр ни в хрен не ставит его жертву?! Ты, надутая старая морда..! Мой рот зажали рукой. Я и не заметил как подошёл Левкий. Он указал на землю. Подо мной растекалась пустота которая до сих пор капала с моих рук. — Спасибо, Левкий Баел. — тихо произнёс Карл. — Это была глупая жертва, Амон. — нотки печали начали приглядываться среди властной и строгой речи. — Глупая, но, к сожалению, необходимая. А ты вырос идиотом, так похожим на него. Хоть представляешь как убивается Лаотина? Или как сейчас плохо твоей сестре? Будь уверен, не меньше, чем тебе. А ты позволяешь себе допускать подобные этому случаи! — грубость и раздражение вернулись. — Твой арест продлевается. Их ты не увидишь ещё подольше. Ты не способен контролировать себя. Не способен контролировать свои силы. Ты опасен, Зигфрид Амон. — Карл поднял свою трость, а затем развернулся и отошёл. — Отвести Зигфрида Амона обратно в особняк. Если будет сопротивляться применить силу. И проследить что бы он его не покинул. Выполнять! Ко мне в спешке подбежали сотрудники полиции, схватили за руки и повели домой. И вот моего лучшего друга под руки уводят в роскошную тюремную камеру. Во всяком случае, я изначально не мог сделать ничего в этой ситуации. Осталось лишь выяснить несколько обстоятельств. Я их и так знаю, просто больно будет, если не сделаю предписанного. — Я надеюсь, что обо всём, что вы и ваши сотрудники могли увидеть не будет написано в новостной газете. — спросил я у министра. «Нет, Левкий Баел, я держу своё слово. Лучше расскажи, чем нам аукнется этот инцидент.» — сейчас ответит он. — Нет, Левкий Баел, я держу своё слово. Лучше расскажи, чем нам аукнется этот инцидент. — как я и сказал. — Демоны теперь знают кто скрывается за маской Палача Хаоса. — начал я. — Вам это ничем не грозит. — Важно то, чем грозит это тебе. — совершенно спокойно ответил министр. Как и должен был. — Sto tremando di paura! Dopotutto, in realtà non sono la persona più forte del pianeta e nemmeno un candidato. Minaccia terribilmente! Министр нахмурился. Тело начало обжигать. Если бы я не был настолько зол, я бы ответил как полагается. Точнее, как нужно было ответить. — В общем и целом — ничем. — исправился я, пускай и неохотно. Жжение пропало. — И да, важно то, как это повлияет на нашу сделку. — Могу тебя заверить, что никак. Пока ты выполняешь свои обязанности, разумеется. — С этим проблем не будет. — уверенно произнёс я. Желание язвить ещё было сильно, но, к счастью, я смог его перебороть. — Это хорошо. — сказал министр, развернулся и стукнул тростью. — Всем вернуться к исполнению своих обязанностей! — крикнул он, быстро зашагав в сторону, совершенно не опираясь на трость. Все в спешке ушли. Затем ещё минуту я молчал. Дайона мялась. Пытается осмыслить услышанное и сформулировать вопрос. Как хорошо, что я знаю каким именно он будет и могу заранее выдумать ответ. Ой, вот это да, ответ, который нужно сказать я тоже знаю! Ненавижу это… — Ты работаешь на полицию, Левкий? — с опаской спросила Дайона. Казалось, ей было страшно даже подойти поближе. — Ага. Представляешь, у них бесплатный обед. — ответил я, издав фальшивый смешок. Не так как нужно было ответить. Больно. — Я не работаю. У нас сделка. Я помогаю разобраться с демонами, они скрывают информацию о том, что Древние не наши заклятые враги. И денег за это не получаю. — А ты нашёл момент шутить. — всё так же боязно ответила девушка, слегка переминаясь. — Зато обеды бесплатные. — Но… зачем? — Что бы защитить тебя и Амона от назойливого желания власти закрепить за вами отряд наёмников и записывать во сколько вы просыпаетесь, что и когда вы едите, и так далее. Представь что бы было, если бы все министры узнали как Актино любит гулять по улице и сплетничать об Иисусе. «Если бы ты смог перебороть свою слабость и нежелание терпеть боль, всего этого не случилось! Тебе нужно было тогда всего лишь промолчать. Может стоит, наконец, бросить вызов не очередному демону, а самому себе? Только ты подвергаешь нас с Амоном опасности и никто другой!» — сейчас скажет она. — Я говорила тебе как сильно люблю тебя, Душенька? — или я выдаю желаемое за действительное. — Ух ты, поосторожнее, подруга! А если Амон нас услышит и подумает, что-то не так! — притворно запаниковал я. Пожалуй, единственное, что может меня повеселить сейчас. — Он ведь точно разочаруется в тебе и до конца ваших дней не заговорит с тобой! — Твою мать, умеешь же ты испортить момент! — вспылила она. — Прекрати уже эти «шутки» про мои бредовые опасения! И вообще ещё ничего нет между нами! — секундная пауза. — Наверно… — Ага, я мастер всё портить. — А я ведь только собиралась поблагодарить тебя за то, что ты так много для нас делаешь… — Так поблагодари. — Иди ты! — Отлично, я как раз собирался. Поставлю свечку за вас с Амоном в храме. — Ты не веришь в бога. — слегка раздражённо сказала девушка. — О, я поверю в кого угодно, если это поможет вам двоим, наконец, сказать: «Я люблю тебя». Дайона нахмурились и пошла в сторону дома. Даже не взглянула на меня. Может я действительно мастер всё портить? — И я люблю тебя, подруга. — прошептал я, даже тише, чем нужно было. Меня не за что любить. Я слабак. И точно не заслуживаю сейчас ничего, кроме наказания. Вспыхнул свет и удлинил мою тень в несколько раз. Всего на пару мгновений. Сзади меня стиснули в объятьях. — Спасибо, Душенька. — прозвучал шёпот, ещё тише чем мой несколько мгновений назад. Я не стал ей отвечать. Через десяток секунд меня отпустили, после чего вспышка повторилась, и подруги уже не было рядом. Это я должен быть благодарен. Ей и Амону. Если бы не они, я бы никогда не стал тем, кем являюсь сейчас. Не смог бы сдержать обещание. Я направился сам не знаю куда. Ноги медленно шагали, пока глаза любовались закатом. Сентябрь подходит к концу. Скоро станет холодно. И ещё совсем не долго меня будут согревать друзья. Скоро всё закончится. «Спасибо» — мысленно сказал я судьбе. Спасибо ей за то, что мне позволили их встретить. И это, пожалуй, единственное, за что я готов её поблагодарить. — Министру сегодня просто крышу снесло. — тихо сказал один из полицейских. — Ты извини, Амон, что ведём тебя как преступника. Мы то знаем, что ты совсем не опасен. Даже не могу представить, что ты способен причинить кому нибудь из своих вред. — Нет, всё в порядке. Я понимаю, что это необходимо. Неужели я знаком с этими тремя? Не помню ни одного из них. Но, похоже, меня они знают. «Даже не могу представить, что ты способен причинить кому нибудь из своих вред» — сказал один. И звучал он уверенно, хотя за несколько минут до их появления, я пытал свою подругу. Мои руки контролировали пространство, которое разрывало тело Дайоны. — Неужели министр Ментал сам не понимает насколько сильными могут быть демоны? — заговорил другой. — Да любого из нас он мог взять под контроль. — Ко мне другое отношение. Как и сказал Карл, я надежда этого города. — пояснил я. — Вот она сила родственных связей? Представляешь, Мигель, что с нами бы министр сделал если бы назвали его «Карл»? — улыбаясь спросил один из них. — О, нам бы устроили внеочередную лекцию по типу: «Что вы за оболтусы! Мой сын идиот, не умеет руководить! Сборище идиотов! Было бы время я бы показал вам старую школу!» Оба сильно рассмеялись. — Помолчите уже! Тут вообще то его внук. — наконец заговорил третий. Он явно был не в духе. Подавлен или огорчён чем то. — Кстати, ты уже выбрал время когда прийти на могилу к главному командующему, Аксель? Или ты будешь со всем отделом? — спросил Мигель. — И так и так. Я хотел бы лично попрощаться с командующим Ментал. — на несколько секунд он притих. Его лицо сильно сморщилось, будто бы пытаясь закрыть слёзные протоки. — И сказать спасибо. За то что спас меня в ту ночь. Вытащил из-под горящих обломков. И если в этом чёртовом мире на самом деле есть бог, надеюсь он донесёт мою благодарность до командующего. На пару секунд стало тихо как в пещере. Казалось, не было слышно даже звука шагов. — Уверен, командующий оставил нам часть своей доблести и героизма. Да и министр сказал, что Амон вырос прямо как командующий Ментал. — тихо проговорил Мигель, смотря на меня. — Только не обращай внимания на то, что мы ведём эту часть в зону ареста. Зуб даю, в нём есть потенциал. Что бы там не говорил Карл. — Это там не ураган несётся убить тебя, Мигель? — сказал полицейский, имя которого я ещё не узнал. — Я вроде как просил вас помолчать. — прошептал Аксель, стараясь скрыть небольшую улыбку. Остаток пути мы прошли молча. Я дома. Тут всё так же тихо и холодно. И ведь даже не помню как вышел отсюда. В голове полный бардак. Не хочется ничего. Мысли прокручивают слова Карла. С родными я не встречусь ещё долго, а ведь так хочется хотя бы увидеть их. Все чувства пропали, меня наполняло лишь ощущение одиночества. И почему всё должно было сложиться именно так? Я слаб, я виновен и я это здраво осознаю. Мне просто нужно уделить больше времени своим навыкам и не допустить повторения этого кошмара. Тогда почему я чувствую себя таким подавленным? Я в порядке. Нет поводов для беспокойства. Я должен быть сильнее всех этих переживаний. Иначе дед окажется прав. Но ведь я могу себя контролировать, я больше не допущу подобного! — Здравствуй. — раздался уже знакомый голос позади. — Извини, заглянул в твои мысли. — Я сейчас не настроен на разговор, Кенос. — сказал я, даже не обернувшись. — Не мог бы ты… — Что с тобой случилось? — настойчиво спросил он. — Я попал под контроль демона. — ответил я, после тяжёлого вздоха. — Не смог одолеть его. — Как его звали? — голос Кеноса тоже звучал тихо. Он был серьёзен и, казалось, немного опечален. — Лаплас. Актино сказала, что он демон пустоты и сделок. Как это вообще… — Это я виноват. — вновь перебил меня Древний. — Он напал на тебя из-за меня. — Какая разница? — спросил я, через силу продолжая разговор. Какая разница, правда, Амон? Ты чуть не убил свою лучшую подругу и задаёшь такие вопросы. — Все живы и целы. — Кроме тебя. — голос Кеноса стал чуть громче. — Ты сломлен. Разбит. Я это чувствую. — Ага, так обычно происходит, когда своими же руками чуть не убиваешь друга. — Это был не ты. И ты это знаешь. — Нет, это был я! Это моя вина! Это я не смог одолеть демона, а если точнее, выполнить свою чёртову работу! — крикнул я и вновь удивился самому себе. Обернулся и снова тяжело выдохнул. — Чего ты добиваешься? — Сам не знаю. — ответил мне Кенос, после нескольких секунд тишины. — Возможно, пытаюсь вернуть тебя в норму. — Я в норме, Кенос! Хватит уже с этим! — Ты не в норме, Амон. Ты сам это видишь. — тихо и уверенно оспорил мои слова Древний. Это начинает раздражать. — Нет, это ты видишь во мне беспокойство! С чего бы мне сейчас чувствовать себя не в порядке? Ещё раз повторюсь, со всеми всё хорошо. Сейчас мне не о чем беспокоиться! Разве что только о том, что я совершил ошибку! — Кого ты убеждаешь? — Знаешь, уходи. Не хочу тебя видеть. — уже в более грубой форме ответил я ему. — Я не хочу уходить, пока мы это не обсудим. — А я не хочу это обсуждать! Оставь свои терапевтические наклонности кому-нибудь другому! Я в порядке! И где вообще мои задания? — Оставил их в цехе. — поникнув ответил Кенос. В его выражении лица трудно было прочитать какие либо эмоции. Может он и не обеспокоен. — Сейчас занесу. — Нет! — резко ответил я. — Плевать на них. Просто оставь меня одного. Займусь чем нибудь полезным. Если ты не планируешь дальше пудрить мне мозги. — Не планирую. — теперь ясно виделась грусть на его лице. Он в чём-то разочарован, вот только я не могу понять в чём. — Если буду нужен позови. Через мгновение Кеноса не было рядом. И снова эта проклятая тишина. Непроизвольно я сжал кулаки. Какого чёрта он вообще решил поговорить именно сейчас? И о чём? Я в полном порядке! Вот сейчас пойду и… Меня сразил ступор. Всё мысли из головы исчезли, оставив после себя только злость. — Иди к чёрту, Карл! — крикнул я во весь голос. — Иди к чёрту, Кенос! Со мной что то не так?! Нашлись советчики! Разве будущий наёмник должен так переживать из-за какого-то демона? — на пару секунд я затих. — Да ну нахрен это всё! Я упёрся спиной о стену. Болящие голосовые связки начали стремительно возвращаться к норме. Только сейчас я начал осознавать, что Карл отсрочил мой выпуск. На основании чего? Того, что я слаб? Того, что я с демоном не совладал? Чёрт возьми, все допускают ошибки!.. но я не должен был. Медленно я побрёл на второй этаж. Дед ведь прав. Я не оправдал возложенных на меня ожиданий. Не сделал единственной вещи, которая от меня сейчас требовалась: не покидать этот чёртов особняк. Может, я действительно не в порядке? Я сам не заметил как забрёл в мамин кабинет. Взгляд упал на огромный книжный шкаф. Может и получиться чего нибудь подцепить из книг наёмника в отставке? Аккуратно провёл по слегка пыльным книжным переплётам. «Элементология: взаимосвязь частиц души» — гласила надпись. — Нудятина. — шёпотом произнёс я. — То, что мне и нужно. Я прочёл около ста страниц из имеющихся трёхсот. Начал с главы: «Теория комплиментарности и невозможности перестроения частиц души». Увидев название прочёл её, и только потом вспомнил о Седьмом. Согласно книге, как я и говорил ранее, изменение формы души, а в следствии элемента, невозможно. А даже если такое случиться, то организм умрёт. Каждая клеточка тела превратиться в коктейль из того, что в ней находится. Да даже кандидат в таком случае умрёт! Но Седьмой этот закон игнорирует. Как и убийца. Почему? И как? Нужно больше сведений. Итак, резюмируем: «Элементология: взаимосвязь частиц души» — ничего полезного. «Принцип комплиментарности частиц души» — ни черта. «Клеточная взаимосвязь с элементами» — пусто. «Душа и тело: физиология элементальных процессов в человеческом теле» — ноль информации. Ни один учёный даже не допускает возможности перестроения души. Но ведь как-то это возможно! Отчаянный взгляд метнулся в сторону верхней полки шкафа. «Демонология и природа демонического существования» — автор Данте Алигьери. Ну не буду же я читать эту церковную бредятину? Руки потянулись за книгой и быстро открыли содержание. Ну, а чего я ожидал? Выдумки набожного писателя, не имеющие ничего общего с наукой. Круги ада и смертные грехи, чего тут вообще могло быть полез… семь смертных грехов? Седьмой… ну нет, это уже конспирологией пахнет. Причём тут грехи и копирование элементов? Да и зависть у Данте не на седьмом месте, а Седьмому она подходит больше всего. И Абигейл не выглядела до жути жадной. До жути жадный у нас Левкий, а элементы он не копирует. Но кристалл в его маске копирует. Может тут всё же есть какая то связь? Сила греха? Вполне подходит какому-нибудь демону… Йен говорил, что убийца, судя по силе, точно не человек. Нет, бред. Теория сшита белыми нитками. У меня не хватает информации… — Может я смогу вам помочь, носитель? — сказал голос в голове. — О, карманный советчик. Как же совершенно неожиданно, что то, что мне нужно появилось именно сейчас. Ничуть не похоже на клише! — мысленно ответил я ей. И откуда у меня силы шутить? — Если я вам не нужна, то я могу уй… — Нет, стой! — прервал я её так быстро, как смог. — Я… у тебя есть, что нибудь про то, как использовать чужой элемент? — Найден пользователь печати Амелия: Номер Семь, пJI. Способности: энергетические разряды зелёного цвета, введение человека в бессознательное состояние на длительный срок, копирование элемента объекта, на которого направлен взгляд. — Вот! Касательно последнего, как он это делает? — Пользователь Номер Семь зарегистрирован как носитель осколка зависти. — Ага… — я использовал все свои мыслительные силы на поиск объяснения этих слов в своей памяти. Безуспешно. И опять зависть. Может сила греха и вправду существует? — Не могла бы рассказать подробнее? — Запрос заблокирован по причине отсутствия у носителя доступа к информации. — Чёрт. Я могу получить доступ? — Необходима связь с центральным узлом для получения разрешения. — Что за центральный узел? — сколько новой информации. Надо было раньше поспрашивать у Амелии про что-то настолько ненормальное. — Амелия, которая находится у Главы, проще говоря. — внезапно не по заумному ответила Амелия. — В системе программный сбой. Связь с центральным узлом повреждена. Запросить разрешение не получится. — И снова чёрт. — я тяжело выдохнул, приложив два пальца ко лбу. — А как-то иначе можно узнать эту информацию? — Тыкаясь наугад. Я могу подвести вас к узлу хранения информации, где придётся вручную искать нужный материал. — И каковы шансы, что я найду то, что меня интересует? — Очень малы. — Но не нулевые. — пару секунд я находился в раздумьях, стоит ли. Но сам уже давно понял, что стоит. — Амелия, сделай то, что ты сейчас сказала. — Соединение с местом нахождения архива… В глазах всё поплыло. Немного подташнивало, но только до момента, пока не стало совсем темно. Пару раз моргнув, я заметил, что очутился в знакомом месте. — Это обитель пустоты? — спросил я у своей спутницы. — Именно. Вам нужно найти архив. Ну что же, как выглядит архив мне неизвестно, и где он — тоже. Я очутился в том же самом месте, где впервые встретил Кеноса, то есть перед его пафосным троном. Ни в одну из предложенных сторон я не ходил, поэтому интерес посмотреть, что же позади трона, взял верх. За ним не оказалось ничего необычного. Как ни странно, пустота и какой то куб, с нарисованным на нём знаком Отступников. — Отлично, вы справились. — сказала Амелия и её фраза возникла где то слева. — Серьёзно? — было нетрудно. Если возникнет потребность попросить кого нибудь из знакомых спрятать, что то ценное, то Кенос будет последним, к кому я обращусь. — Что делать дальше? — Подойдите и положите левую руку на Нордин. — На что? — Символ Отступников, в вашем понимании. Я не стал отвечать, а сделал как мне велели. Этот Нордин начал быстро мерцать, и делал это секунд десять, после чего очень ярко вспыхнул. Ящик распахнулся. В нём, как оказалось, не было кучи книг или свитков, ну или, хотя бы, просто стопок листов. Яркая, белая, слегка желтоватая жидкость, слегка волнуясь, испускала манящий свет. — Это то белое море, которое находилось в цитадели? — удивлённо спросил я. — Субстанция грёз. В ней вся информация, содержащаяся в Амелии. — ответила спутница. — Прикоснитесь к ней. — Левкий говорил, что я могу просто потеряться во всех этих грёзах. — с опаской ответил я. — Она ведь вся беспорядочна, как тут вообще можно хоть, что-то найти? — Поэтому я и сказала «тыкаясь наугад». Информация тут ограничена, в ней сложно ориентироваться, но шанс потеряться мал. Грёзы здесь скорее выбросят вас, чем поглотят. Амелия на левой руке активировалась, перекрашиваясь в фиолетовый. Руку слегка закололо. Ладно, теперь мне страшно. Что может произойти там? Вспоминая как мне было плохо от одного экстренного навыка, не могу даже представить, что со мной случиться, если я пропущу через себя десяток. — Ладно. — я потёр руки. Не время отступать сейчас. Мне нужны ответы. — Ни пуха ни пера. Я коснулся белой жидкости и в глазах потемнело. Я стремительно падал. Со всех сторон доносились голоса. — Ого, ещё элементы! А мне нравится! — воскликнул мужчина. — Это просто. Нужно просто пропустить элемент через себя и… — раздался женский голос. — Ну, ещё увидимся. Приятно было познакомиться, Кенос. Я, кстати, Джинн. — вместе с девичьим голосом перед глазами промелькнули пару синих вспышек пламени. — Прости, Джинн… я не смог… я не успел… — это голос Кеноса. — Что бы не создавать конкуренции, идиот. — после весёлой фразы послышался тяжёлый кашель. — Ты никогда не понимал. Голоса стихли. В глазах начало проясняться. Я сидел, а передо мной стоял Кенос и потряхивал за плечо. — Эй, ты в порядке? — чуть испуганно спрашивал он. Я уже хотел ответить, но моя рука поднялась сама собой и убрала руку Древнего с плеча. — Да я… я в норме. — сказано было женским голосом. — П-почему он напал на нас? — Новый порядок, Лея. — Кенос отошёл и прогнулся в спине. — Один из четырех должен выжить. Он распознал нас раньше, чем мы его. — Древний вновь посмотрел на меня. — Ничего не хочешь сказать, Актино? Моё тело наполнилось невероятным жаром, в глазах появилась желтизна. Губы двигались сами собой, и это ощущение отличалось от первоначального. — Сказать что, Кенос? — сказал я. В этот раз голосом Сияния. — Спасибо, что убил моего кандидата? 1 октября 6116 — Блять! — разнёсся крик по цеху. В стену летели все деревянные статуэтки. Ящики с рунами были разбиты, а сами руны рассыпаны по всему полу. В шкафу были сквозные дыры, края которых обрамлял ещё не исчезнувший Хаос. Чего уж говорить о столе. Он был разбит в дребезги. Лишь нескончаемая боль, или скорее, сожаление и разочарование в самом себе не давали моей ярости утихнуть. — Идиот! Безмозглый, жалкий, тупой! Сраный слабак! — кулак полетел в стену, сделав на ней небольшую трещину, а затем её начал разъедать хаос, оставшийся после удара. — Ты просто ничтожный… Уже не хватало слов, которыми я мог оскорбить самого себя. За прерванной фразой последовал бессвязный крик и ещё одна стена была награждена трещиной. Боль не унималась и это приводило в бешенство ещё сильнее. Чёртов Хаос! Дверь в цех распахнулась от сильного толчка. В проходе стояла испуганная Дайона. — Левкий, что твою мать..? Если сейчас не скажу, то я последнее ничтожество! — Дайона, убийца это… — воскликнул я, но не смог закончить фразу. Нет! Больно! Блять, как же больно! Я упал и начал дрожать, затем почувствовал как по пищеводу бежит кровь, которая вскоре оказалась на полу. Дайона уже была рядом и глаза её были наполнены ужасом. Должно быть хаос начал разъедать кожу. Она в панике начала исцелять меня сиянием, но это бы не помогло, сколько бы сил она не приложила. Я постарался взглянуть на неё, но тело не слушалось. Выплюнул кровь и попытался повторить. — Убийца это… Я закричал так сильно, как, кажется, никогда раньше. Нет, я не смогу! Больно! Слишком больно! Но я должен сказать! Пусть это убьёт меня, но я должен! Попытался открыть рот, но из него хлынул новый фонтан крови, а боль впилась в грудь. Твою мать, как же больно! Я отказался от попытки сказать хоть слово. Я отказался рассказывать ей о том, что она должна узнать позже. И очутился в пустом цеху. Не было ни погрома, ни чего либо ещё, из проявлений моего гнева на мир. Мой организм дышал, стараясь проглотить как можно больше воздуха. Тело дрожало, поэтому пришлось опереться на стол. Я снова не смог. Я снова не справился. И я снова закричал и несколько раз выругался. — Почему ты продолжаешь пытаться? — спросил Пелофос. Как обычно своим монотонным вымораживающе нейтральным тоном. — Ты знаешь исход. Так почему ты хочешь рассказать? — А как иначе? — расстроенно ответил я, после чего упал на стол. — Я должен буду сказать. Мы это оба знаем. Но я понятия не имею как же мне это сделать! — Ты не хочешь ещё раз подумать о том, что сказала эта… «Вестница судьбы»? — О, ты уже не считаешь, что это моя выдумка? — чуть раздражённо спросил я. — С чего бы это? — Я всё ещё так считаю. Она не появлялась с тех пор как ты обрёл касание. Всего лишь проявление детской фантазии. — Ты не понимаешь. — я обречённо вздохнул. — Если ты не можешь её увидеть это не значит, что её нет. — Нет ничего, что Древний не смог бы постичь. — ожидаемо. Мне казалось, что он скажет, что-то другое. То, что я делал до того как реальность была стёрта, никак не влияет на судьбу. Хоть Древние и помнят, что произошло, в отличии от всех остальных. — Даже Хаос. Когда-нибудь мы разберёмся. — Думай, что хочешь. — гневно ответил я, попутно заглушая в голове его голос. Пелофос больше ничего не сказал. А я вновь ушёл в себя. Почему же устроил этот погром? Это из-за произошедшего с Дайоной три дня назад. Если бы я только не рассказал о самозванце, этих пыток бы не было. А почему мне пришло решение рассказать? Потому что не мог не рассказать. Я пытался, но не смог. Судьбой предначертано, что должен был. Поэтому я зол. В первую очередь на самого себя. На свою слабость. На свою неспособность терпеть эту боль. Вся та сила, которой обладаю, абсолютно бесполезна в борьбе с грядущим. — А-а-х, ну когда она уже придёт?! — не в силах выносить самого себя крикнул я, стуча по столу просто от безделья. — Я… я уже тут, Душенька. — слегка удивлённо и с небольшим смешком ответили мне. Я резко подорвался со стола, а потом взглянул на часы. Вовремя. И только сейчас почувствовал болящие покалывания в теле. Нарушаю судьбу. По сравнению с тем, что я испытал недавно это, можно сказать, поглаживания. Или не недавно? Сколько же я провалялся на этом столе? — Я думала ты спишь, вот и не стала шуметь. — сказала пришедшая Дайона. — Ты ждал меня? — Эм… не важно. — неловко ответил я и помотал головой. — Зачем пришла? — Значит, ждал? — с весёлой ухмылкой спросила она. — С чего бы это? — Я же сказал, не важно. — утомлённо произнёс, хотел показать, что не стоит сейчас мне задавать вопросов. — Я хотела позвать тебя сходить к Амону. Мы уже давно не видели его, вот я и подумала… — Неа, я не пойду. — Как это? — Ну, не пойду. Зачем? — Как это зачем?! — чуть вспылила она. Одновременно злость и удивление застыли на лице. — Он твой друг! — И что дальше? Я уверен, что с ним всё в порядке. Незачем его беспокоить. Да и тем более, что он подумает, если мы придём вместе и… — меня точно убьют, если я продолжу смеяться над этим. — Вот прямо сейчас замолчи, Левкий! — Нет, ну а вдруг. Ты только представь! Дайона сморщила лицо и злостно промычала. — Ты невыносим! — воскликнула она. — А ты параноик. — посмеиваясь ответил я. Дайона взгрустнула, и отвернувшись, пошла в дальний угол комнаты, где села на стул, скрестив руки. Посмотреть на меня она отказывалась. Я же в, свою очередь, разговор заводить не стал. Так прошло несколько минут. В полном молчании. Всё равно она заговорит первой. — Тебя правда не беспокоит Амон? — печально спросила девушка, всё ещё не взглянув на меня. — Нет. — категорично ответил я, снова удобно устраиваясь на столе. — Он сильный. Амон должен через это пройти. У нас было так же. И я полностью уверен, что он справится. — Но Ксанфий ведь не справлялся. Я снова не ответил ей. Судьбой сказано, что мы не должны помогать Амону. Да и я сам не горю желанием. Он должен вырасти. Пройти через эту потерю, осознать свой приговор. И я знаю, что у него получится. Но даже если бы не знал заранее, то был бы точно уверен. — Эй, Дайона! — крикнул я не вставая. — Чего? — всё так же опечаленно отвечала девушка. — Помнишь как на экзамене Амона поставили в спарринг с Джудасом? — Ну, помню. И что? — Он продул в первую минуту. У него не было шансов, это понятно. Джудас — это же живой титановый сплав. — я приостановил монолог, ожидая комментариев. Их не было. — Он просто убивался своим поражением. Несколько недель не мог смириться. — я слегка усмехнулся. — И ты, кстати, своими шутеечками ничуть не помогала. — Ага, а потом и ты его уделал, когда он захотел проверить, способен ли он сравниться хотя бы с кем-то. — её тон стал немного веселее. — Ага, хорошую он цель выбрал. — небольшой смешок сошёл с моих губ. — Он ведь не сдался. — продолжил я. — После каникул Амон одолел Джудаса в считаные секунды. А оказалось ведь так легко, просто сбить его с ног и всё. Сверхпрочного щита как не бывало. — И к чему ты? — К тому, что Амон справился с, казалось бы, непреодолимой преградой. — Вообще то он сдался. — возразила Дайона. — Он вновь загорелся этим, потому что… — Потому что ты проиграла тоже. — перебил я Дайону. Она этому не обрадовалась, но возражать не стала. — И он начал искать способы как-то снять этот щит с нашего шкафа-одногруппника. Ради тебя. — даже на пару секунд потупился. — Я к тому, что пока у него есть цель помогать нам, он будет бороться. Какого бы ни было препятствие, уверен, ради нас он его преодолеет. А сейчас, даже больше ради тебя. Ты хоть помнишь как он в тебя вцепился, после того как демон ушёл? Да он был в ужасе от того, что из-за него ты попала в эту ситуацию. Хотя прекрасно знал, что пытки — это рабочая практика для наёмников. — Ты тоже вцепился. — весело сказала она. — Прощения просил, плакал в плечо… — Всё, замолчи. — Ещё и на полицию ради нас работаешь. Ты и вправду душенька. — ухмыляясь продолжала Дайона. — Такой грозный всезнайка снаружи, а внутри такой же нежный, как Фокусник. — Влюбись в меня теперь. — теперь с ухмылкой отвечал я. — Ты просто... — Прости. — вновь перебил я её. Она даже удивилась этому и злость как рукой сняло. — И вообще, в душе я сталь, холод и ужас. — Ну-ну. Я встал со стола, подошёл к девушке, сев перед ней на колено, и взял её руку в свои две. Как всегда они очень тёплые. — Я имею ввиду, что Амон невероятно силён морально. Он способен справиться со всем. И всегда это делал. Пускай и, зачастую, без нашего ведома. Он не захочет нас видеть, пока не сможет преодолеть то, что мешает нам. Амон всегда был таким. Так что, давай не будем ему мешать и в этот раз? Дайона удивлённо, или даже восхищённо смотрела на меня. Внутренний конфликт: желание помочь любимому и условие, говорящее оставить его наедине с собой — усиленно боролись друг с другом. Но она не была бы собой, если бы не сделала сейчас правильный выбор. — Хорошо. — немного неуверенно произнесла девушка. — Дадим ему то, что нужно. — И не будем докучать Амону своими чувствами? — Почему «не будем»? - она сделала акцент на множественном числе. — Может, я тоже в него влюблен, не думала? Боже, ты видела насколько сексуальны его выпирающие рёбра из-за недостатка питания? — Видела. — гордо сказала Дайона. Я потупился, хоть и знал, что она так ответит. — И заткнись уже. — Lo farò, mia cara amica. — я отпустил её руку и поднялся. — Занятия закончились. Проводить тебя? — Тебе же в другую сторону. Зачем это? — В газетах писали, что по улицам бродят толпы Зигфридов Амонов, которые хотят, кое что узнать у Дайоны Тейлор. — Иди ты. — улыбаясь ответила девушка. Мы вместе направились домой. Я проводил подругу, после чего неторопливо направился в сторону приюта. И снова горизонт озаряет закат. До ужаса красивый. Я вновь подумал об Амоне. И вновь о конце. Сколько мне ещё будет сниться город, который озаряет не свет солнца, а пламя горящих домов? Расти, Зигфрид Амон. Становись сильнее. Стань настолько сильным, насколько это возможно. И когда мне не хватит сил подняться, когда моей воли не хватит, чтобы пересилить боль и взглянуть в глаза врагу, ты должен перенять мою ношу и спасти мир, что уже лёг на плаху. 30 сентября 6116 года. Ничего не выходит. Я уже просмотрел десяток с лишним воспоминаний, но никаких ответов нет! Потерял счёт времени. Я не спал и ни ел уже давно. Да и прервался только один раз, перебираясь на улицу, когда спасался от гнетущей атмосферы пустого дома. Сколько уже можно… — Вы не думаете, что стоит сделать перерыв, Носитель? — спустя чёрт знает сколько времени спросила Амелия. — Нет, не думаю. Я должен найти хоть что-то. — печать на руке сияла фиолетовым уже довольно долго, но усталости не ощущалось. Даже немного разозлился. Спасибо, мир, что я родился кандидатом! — Иначе это всё не имеет смысла. — продолжил я отвечать мысленно. Активная печать имела свои плюсы. Если бы не она, я бы, наверно, не услышал сейчас тихий шорох травы. Моментально прикоснулся к левой руке и вспорол её, стерев пространство. Кровь хлынула и вся обратилась пустотой. Я телепортировался к источнику звука и пустота уже сложилась в клинок, который грозился порезать шею неизвестному гостю. Рана на руке уже затянулась. — Воу, полегче. Ты сидел там неподвижно около часа, и это только то, что я видела. С чего бы мне не поинтересоваться и не подойти ближе? — девушка получше оглядела меня. — Срань господня, как ты вообще можешь двигаться? Ты выглядишь так будто бы сдох, а потом передумал и вернулся к жизни. — Кто ты? — спросил я, не убирая клинка с горла. Девушка на вид лет двадцати, вся закутанная в белое одеяние, похожее на восточную традиционную одежду. Она вся была испачкана, куча пятен грязи, пыли. Её черные высокие кожаные ботинки не уступали одеянию. На них так же было много грязи вместе с потёртостями. Ни одна из частей её кожи, кроме лица, не была видна. Но это не помешало мне увидеть огромное число шрамов, покрывающих её тело. Некоторые были оставлены чем-то вроде кнута, а другие, по всей видимости, были от ожогов. Волосы у неё короткие, русые и совершенно неухоженные. Она давно их не мыла, чего уж говорить о расчёсывании. Её глаза не практически не отличались по цвету, разве что немного ярче. — Как насчёт такого: ты убираешь нож от моей шеи и мы знакомимся, как подобает. Что скажешь? — У тебя всё тело в ужасных шрамах. Ты наёмница? — А вот это больная тема. — заявила она чуть серьёзнее. — Нам нужно познакомиться, и я, может быть, расскажу. — Не в твоём положении сейчас ставить условия. — попытался я пригрозить. — Ну, если ты смог увидеть шрамы, значит ты не простой человек. Наёмник? Преступник? Любитель самосовершенствоваться в элементе? — Это не важно. — Знания у тебя должны иметься. И наверняка ты знаешь, что шрамы эти совсем не боевые. Я не ответил. Она права. — А ещё мой меч тупой и довольно изношенный. О, знаю. — она медленно взялась за ножны своего восточного меча. Как она и сказала, он совершенно не пригоден для сражения. Так же медленно девушка подняла ножны с клинком и бросила в сторону. После этого она убрала руки за голову. — Всё, я безоружна! Я тяжело вздохнул и опустил свой клинок. — Зигфрид Амон. — представился я. Девушка довольно улыбнулась. По её телу растеклось расслабление. После небольшой передышки она протянула руку. — Кэра Редлайн! — заявила она.