Serendipity

Глава 4       Прошло 2 недели, но с Юнги мы так и не встретились. Я специально брала выходные в понедельник, четверг и субботу, чтобы приходить на то самое место, каждый раз прихорашиваясь перед выходом, но все было напрасно, он не приходил.       Я, конечно, головой понимала, что это полнейшая глупость ждать, что он придёт, правда понимала, но так хотелось верить в чудо. Сегодня была суббота, я снова сидела на своем берегу и решила признать, что его не будет, а может он приходит, но в другое время.       Жаль, ведь за эти 2 недели я уже дочитала первую часть и мне хотелось с кем-то ее обсудить. Я распечатала продолжение для него, чтобы он мог взять ее с собой и читать. Так как передать эту книгу ему пока что не получилось, решила воспользоваться сама, дошла до того, места, которое он просил отметить, прочла дальше, также оставляла на распечатанной версии свои отметки, чтобы потом мог их прочитать, но видимо всё это было без толку.       Наступили сумерки, мне уже давно надо было возвращаться домой. Сегодня я пообещала себе, что больше не буду его ждать, может поэтому оттягивала момент возвращения домой как можно дольше, чтобы подарить самой себе еще пару мгновений надежды. Неожиданно ко мне пришла мысль оставить распечатанную книгу здесь, на берегу, под навесом на случай, если он придёт. Я так и сделала, затем собрала вещи и ушла домой. За ужином вдруг подумала о том, что мог подняться ветер, который разгонит волны и вода может дойти и до книги, либо пойдет дождь и страницы от сырости испортятся, оставлять там книгу было плохой идеей, либо надо было защитить ее как-то от внешнего воздействия. Я решила взять пластиковый пакет, написать записку для Юнги, в котором написала, что это вторая часть и подарок от меня, что мои заметки он может не читать, и на этом всё.       Так как было уже поздно я снарядилась большим фонарем, курткой и взяла свою сумку, с которой пришла, не хотелось сейчас ее разбирать. Дойдя до берега, откуда начинался водный путь я включила фонарь, чтобы лучше видеть местность для большей безопасности, дошла до лагуны подняла свои глаза и испугалась, дернувшись и чуть не упав прямо в воду. На песке босиком стоял мужчина и держал в руке книгу. Увидев меня, он тоже испугался, но после того, как я чуть не упала он попытался подбежать ко мне и помочь. Знаком руки я остановила его и показала, что уже твердо стою на ногах.       - Всё в порядке, я стою, просто не ожидала Вас здесь увидеть, вот и испугалась. – Произнесла я, оправдываясь, мужчина всё же подошел поближе и предложил мне свою руку, чтобы я могла быстрее дойти до песка, свет моего фонаря попал на его лицо, и я узнала в мужчине Юнги. Неужели это и правда он, он пришел!       - Спасибо. – продолжила я, взяв своей левой рукой его рукав у предплечья, и резким шагом быстро спрыгнув на песок.       - Не ожидал увидеть Вас здесь так поздно. – наконец сказал Юнги после минутного молчания.       - Я тоже… - машинально ответила, затем продолжила – я здесь ненадолго, пришла лишь за тем, чтобы… забыла здесь эту книгу и побоялась, что она намокнем за ночь, поэтому не смогла оставить это дело до завтра и сейчас же решила вернуться за ней.       - Что ж…амм… держите… - медленно проговорил он, протягивая страницы в его руках.       - Спасибо… - также медленно я взяла их в руки, долго смотрела на них, не зная, что ещё сказать, когда наконец ко мне снова обратился Юнги.       - Вы решили распечатать её, я думал, Вы используете электронную книгу.       - Да, так намного удобнее и приятнее читать. – Нам почему-то было очень неловко, мы как будто пытались сказать что-то друг другу, но не знали что. Лично у меня было много вопросов, но я знала, что задавать их не могу, иначе могу показаться назойливой или вызвать ещё большую неловкость. Собравшись, я сказала, что, пожалуй, мне надо идти, развернулась, уже хотела засунуть книгу в сумку, как заметила стикер, который отмечал страницу с его отметкой и не сдержалась, чтобы не прокомментировать ее:       - Кстати, - резко начала я – этот момент, который Вы в прошлый раз назвали «милым», что Вам там показалось «милым»? Главный герой нагло врёт ей о том, что переезжает навсегда в другой город только для того, чтобы «защитить ее». – Негодовала, повысив голос и надув губы по-детски. Юнги сначала рассмеялся, возможно, над тем, с каким тоном я говорила, затем всё же ответил.       - Меня рассмешила её реакция. Она ведь знала, что он ей врёт, но делала вид, что верит ему. И эта наигранность показалась мне милой.       - Возможно… но сама ситуация… Он ведь пытается с ней расстаться таким скверным способом, почему он не может просто сказать ей правду? – не могла угомониться я.       - Правда ранит. Это же лишь ради ее блага.       - Разве ради блага? Вы не хотели бы на ее месте знать правду?       — Значит, Вы не верите в ложь во благо? – вопросом ответил на мой вопрос Юнги.       - Скорее, я не согласна лишь тем, что он делает это из любви к ней, ведь любимому человеку мы не должны врать под любым предлогом, а если даже врем, то только из чисто эгоистичных соображений. В данном случае, главный герой, прикрываясь своей любовью и мнимой заботой, решил, что лучше всего солгать, когда как это просто самое легкое решение. Ему просто не хотелось делать что-либо для того, чтобы быть с ней. Мы все лжем лишь по собственным предпочтениям, потому что сами считаем, что правда может принести боль или вред собеседнику, мы всё равно никогда не сможешь на 100% сказать, что так ему будет лучше, потому что только он сам может это понять. – быстро, словно скороговоркой говорила я.       - Но она в какой-то степени тоже врет, притворяясь что поверила ему.       - Ну ладно, они стоят друг друга. – закончила спор я на этой ноте и после моей долгой речи, даже вздохнула глубже, решила пройтись до стенки, чтобы облокотиться и расслабиться немного, но меня остановил Юнги.       - Вы уже уходите?       - Я могу остаться- машинально ответила я по привычке, пожав плечами, коротко взглянув и смахнув волосами, в своей любимой наигранной манере.       - Останься… - неожиданно для меня, с оттенком как будто надежды и просьбы произнес почти неслышно он. – Останьтесь, пожалуйста, еще ненадолго. – Уже громче и тверже, поправив самого себя, сказал Юнги. Я медленно развернулась к нему всем телом, взглянула на него, от смущения он спрятал свои руки в карманы, сначала опустил голову, затем одной рукой зачесал затылок и посмотрел на меня. Я лишь улыбнулась, решительно направилась в сторону, где обычно сижу, заметила, что Юнги был без стула, положила фонарь и обувь на песок, вытащила плед из сумки и позвала своего собеседника помочь мне разложить его на песке. Он, недолго думая, подошел ко мне и охотно помог. Мы удобно устроились на полу. Так как плед был достаточно большой, нам удалось усесться так, чтобы между нами смог бы уместиться ещё один человек.       - Я правильно понял, Вы утверждаете, что он вовсе ее не любит? – спросил меня он, когда мы уже были расположены к долгому разговору.       - Я не отрицаю его любовь, но и не понимаю её. Возможно, для писателя всё это кажется настоящими чувствами, когда ты знаешь, что она тебя любит, но при этом думаешь, что без тебя ей будет лучше, так как ты такой плохой. – На последнем слове я даже не сдержалась и закатила глаза.       - Но им тяжело вместе, его привычки не совпадают с ее привычками, поэтому самое легкое решение – это всё закончить сейчас, пока не поздно.       — Вот именно: легкое! Легче отказаться от всего вместо того, чтобы измениться.       - А как же «любить его таким, какой он есть». Все его недостатки и тому подобное?       - Да, в какой-то степени это так и есть. Лично для меня любить человека - это понимать, что его недостатки хоть и не нравятся тебе, но всё же ты их можешь терпеть, потому что положительных черт больше или потому, что ты готов мириться с ними. Но! если же тебе действительно не комфортно, ты просишь как-то исправить эту проблему, но получаешь лишь фразу: «ну я такой, вот такой вот я плохой, смирись», то может это вовсе и не твой человек? На свете 8 миллиардов людей, и ты заслуживаешь счастья, спокойствия и уюта. Итог: какая бы не была любовь, если он считает, что меняться для того, чтобы подарить тебе то самое спокойствие, не будет, то это не твой человек, а ты не та, которая ему нужна. Вот и всё. – Агрессивно завершила свой монолог. Почему-то этот разговор делал меня слишком эмоциональной и мне это нравилось.       - У Вас всё так просто звучит. – с доброй усмешкой сказал он.       — Это действительно просто. Вы же помните: «Люди любят усложнять себе жизнь». – Процитировала я строчку из книги «Город ветров».       — Значит, любовь для Вас – это простота, спокойствие, уют и счастье.       - Именно.       - И никаких терзаний сердца, эмоциональных качель и прочее?       - Именно. – Повторила я.       - Вы заставили меня задуматься об этом. Сами пришли к такому выводу?       - Можно сказать большой жизненный опыт… - Ответила я и взгрустнула, потому что было из-за чего. Но долго не стала застревать в своих мыслях, поэтому продолжила: - Но и без книг не обошлось. А для Вас, что такое любовь? – немного наклонив голову и смущаясь, спросила я его.       - Послушав Вас, я тоже подумал о том, что именно такие отношения и хотел всегда иметь: спокойные, адекватные, уютные и счастливые. – Ответил без стеснения он, а затем вытянул губы в ровной улыбке, в знак законченной мысли.       – Сколько Вам лет? – неожиданно поинтересовался.              - Мне 23.       - Ого, Вы младше меня на 6 лет, а рассуждаете так, будто мы ровесники.       - Да, Вы же старше меня, может тогда перейдете на «ты»? Можете обращаться ко мне неформально. – Предложила я.       - Тогда и ты обращайся ко мне неформально.       - Договорились. – Наконец мы перешли эту черту формального общения и уже можно чувствовать себя более свободно.       - Выглядишь ты, кстати, намного моложе своих лет, я бы дал тебе лет 16.       -Да, мне многие говорят об этом. Поэтому у меня всегда просят документы, косо смотрят, когда я пью алкоголь где-нибудь.       - Любишь выпить? – удивился он.       - Ещё как, считаю это одним из своих любимых хобби. – Пошутила я и рассмеялась над своей же шуткой, Юнги это признание тоже позабавило.       На этом мы не остановили наш разговор, а продолжили обсуждать разные вещи, спорить. Сначала просто делились мнениями, затем начали шутить, искренне смеяться, снова переходили на более серьезные вещи, он попросил меня рассказать ему о России, о своей жизни, я в общих словах ему всё описала, он рассказал в каких местах бывал, какие города ему понравились больше всего, какие меньше, в общем то я и не помню всех тем, которые мы затрагивали, потому что разговаривали безостановочно, мысли сами выходили и у нас ни разу не возникло этого неловкого молчания, когда не знаешь о чем поговорить. Казалось, что мы даже слишком быстро перепрыгивали с тему на тему, настолько много нам вдруг захотелось все обсудить. Я не помню сколько времени мы так провели, но это точно было очень долго, стояла глубокая ночь и только мой фонарь как-то добавлял свет на нашу лагуну.