Чистильщик

Юнги никогда не думал, что однажды, вернувшись домой, в свою обычно пустующую тёмную квартирку, он с порога почувствует аромат приготовленного кем-то ужина. На кухне горел свет, был включён телевизор и негромко шумела плита, у которой возился Чимин, помешивая что-то в небольшой кастрюле, и тихо, неразборчиво напевал какую-то песню себе под нос, даже не заметив возвращения Юнги. Чимин до сих пор был в его одежде, в тех же домашних штанах и той же футболке, в которой едва не тонул. Мина эта картина почему-то… умилила. Но он сразу отбросил эту мысль в сторону и поздоровался с мальчиком: — Привет, — вышло как-то равнодушно и холодновато, но Чимин, обернувшись на его голос, будто ничего и не заметил, лишь улыбнулся ему приветливо. — Господин Мин, вы вернулись, — говорит мальчик. — Я тут… эм… решил ужин приготовить… Вы ведь… не против? — Эм… нет. Юнги и вправду успел проголодаться, а Чимин, судя по запаху, готовил что-то очень вкусное. Юнги и не думал, что застанет мальчика именно за готовкой, но был приятно удивлён. Да и Чимин выглядел получше, чем вчера. Вроде как, даже немного отвлёкся от своих переживаний. Это радовало. Мин только сейчас заметил, что в квартире очень чисто: нигде нет ни пылинки, полы вымыты почти до блеска, а все вещи расставлены и разложены по своим местам. Чимин ещё и уборку сделал? Юнги почувствовал себя немного неловко из-за того, что сам делает это крайне редко и его квартира из-за беспорядка порой выглядит так, словно в ней никто не живёт. Внезапно вспомнились слова, которые Чимин сказал сегодня утром. Его предложение делать всю работу по дому вместо Юнги взамен на то, что тот обучит его… убийствам. Мину даже думать не хотелось об этом. Он надеялся, что ясно дал ему понять: это предложение он принимать не собирается. — Чимин, — произнёс с лёгким недовольством Юнги. — Если ты сделал всё это для того, чтобы меня задобрить, то я вынужден тебя огорчить, потому что… — Чимин не дал ему закончить предложение: — Нет, господин Мин! Вовсе не для этого… — Юнги показалось, что Чимина эти слова даже немного расстроили. — Я просто… хотел помочь. Я думал, вы вернётесь голодным и уставшим после работы, к тому же, мне всё равно было нечем заняться, — пожал плечами Чимин. — Вы можете… идти переодеваться и мыть руки, а я пока… накрою на стол, — по нему было видно, что он немного смущается это говорить. Да и самому Юнги по непонятной причине было неудобно от происходящего, но оба старались делать вид, что всё нормально. Что всё так, как и должно быть. Юнги помыл руки и переоделся в домашнюю одежду, а когда вернулся на кухню, на столе уже стояли две тарелки рамёна с курицей, от которых исходил тёплый ароматный пар. Атмосфера в квартире стояла непривычно уютная. Домашняя. И Юнги это почему-то понравилось. Понравилось, что кто-то позаботился о том, что он может вернуться «уставшим и голодным», что кто-то вообще ждал его возвращения, хлопотал ради него у плиты и старательно убирался… Да, Чимин мог сделать это чисто из своей благодарности Юнги или потому, что правда пытается его задобрить, смягчить его строгий настрой, чтобы он всё-таки пошёл ему на уступки и стал обучать. Однако для Юнги, что столько лет прожил один, такая забота всё равно в новинку. Это непривычно, но так приятно, что он словил себя на мысли, что был бы не против, если бы так было и дальше… А ещё Юнги показалось, что он впервые вернулся именно домой, а не в окутанное холодным одиночеством место, где он просто переночует, чтобы утром снова отправиться на работу. — Приятного аппетита, — сказал Чимин, подвигая ему тарелку, когда Юнги сел за стол напротив него. Юнги бросил короткий взгляд сначала на еду, а потом на мальчишку, у которого на лице такая искренняя улыбка, что оторваться от этого зрелища сразу не получилось. У Чимина милая улыбка. А ещё лучистые морщинки пролегают в уголках его глаз, когда он улыбается. Юнги неожиданно для себя находит в этой мелочи необъяснимое очарование, но Чимин, приступив к своей еде, перестаёт улыбаться, и Мин вдруг осознает, что задумался совсем не о том, о чём нужно. — Спасибо, — коротко благодарит он. — Как прошёл день? Всё было в порядке? — Да, — ответил Чимин. — Всё хорошо, господин Мин. А как у вас… на работе? Юнги опускает взгляд в свою тарелку, начиная есть. Рамён приготовлен просто божественно, но мысли Юнги сейчас не столько о еде, сколько о заданном Чимином вопросе, отвечать на который совсем не хотелось. — Нормально, — лишь бросил он, всем своим видом показывая, что не горит желанием говорить сейчас о работе. После беседы с Намджуном в баре на душе было тяжело. И хоть Юнги старался не обращать на это внимания и не думать о новой миссии, которая может стоить ему жизни, засевшая глубоко в подсознании тревога всё равно не давала ему расслабиться полностью и отпустить переживания. План по убийству Ким Сокджина не обещал ничего хорошего, хоть Намджун и организовывал его очень ответственно и продуманно, зацикливаясь на каждой детали и пытаясь свести к минимуму все риски. Но это было бесполезно. Потому что их будущая жертва — это не абы кто, это Ким, мать твою, Сокджин, который, скорее, сам сделает из них жертв, чем станет ею. У Сокджина слишком много подчинённых, постоянно вооружённых и не менее профессиональных, чем Юнги, они повсюду следуют за Кимом, охраняя своего главаря. Юнги не то чтобы в себя не верит. Он просто чувствует, что в случае с Сокджином вернуться с миссии живыми и невредимыми ни ему, ни Кёнхи с его людьми, так просто не удастся. Да и не факт, что они вообще вернутся. Но Юнги не может подвести Намджуна. Если он не приложит максимум своих сил и не выполнит доверенное ему задание, потом гораздо хуже пострадает сам Намджун. Намджун, его клан, его владения. Он долго и упорно шёл к тому, чтобы достичь всего этого, чтобы стать тем, кто он есть на сегодняшний день. Намджуну нельзя так просто всё это потерять. Нельзя позволить Сокджину устанавливать здесь свои правила и убивать всех, кто хоть как-то ему в этом помешает. Юнги должен защитить своего друга. Сделать это ради него. Даже если самому придётся пострадать. Но Юнги не позволит ублюдку Сокджину навредить Намджуну и занять его место. Чимин заметил в поведении Юнги что-то неладное, но деликатно промолчал, не вмешиваясь в чужие дела. Хотя, ему бы очень хотелось узнать, что же беспокоит Юнги. А может, всё действительно «нормально», и Чимину просто стоит свыкнуться с тяжёлым характером нового знакомого, не отличающегося особой общительностью и открытостью. — Господин Мин… — несмело начинает Чимин, понимая, что может снова разозлить Юнги, но очень надеясь, что они всё же смогут обсудить это спокойно. — Вы обещали, что мы «поговорим вечером»… — Вообще-то, я ничего не обещал, — отвечает тот, помешивая палочками рамён. Да, Юнги прав, он вовсе не давал Чимину обещаний и сейчас вправе просто отказаться от разговора на данную тему, а Чимин окажется полным наглецом, если опять станет мотать ему нервы и начнёт тот спор, который они, вроде как, закончили ещё утром. Однако Мин неожиданно выдаёт: — Но если ты так хочешь, хорошо, давай поговорим об этом. Юнги не против разговора. Это хоть и маленькое, но хорошее достижение. Правда, Чимин будто забыл всё то, что хотел бы ему сказать. Он нерешительно молчит, избегая сталкиваться взглядом с глазами Юнги, который смотрит прямо на него так пристально и выжидающе, что не по себе становится. — Если это насчёт того типа, что убил твою семью… — произносит Юнги, видимо, заметив затруднения Чимина. — Его зовут Ким Тэхён, и поверь мне, лучше тебе с ним не связываться. — Ким Тэхён?.. — переспросил Чимин. — Откуда вы знаете? — Это неважно. — Вы с ним знакомы?! — Нет, но я узнал о нём у кое-кого, — спокойно отвечает Юнги. — Пойми, он действительно опасен. Мы не знаем, что на уме у этого психа. Поэтому, прошу тебя, забудь о своём плане мести. Ради своего же блага. Юнги рассказывал всё в своей привычной манере — коротко, неподробно, но при этом максимально ясно давая понять всю серьёзность ситуации. Чимин догадывался, что Юнги знает об этом Тэхёне больше, но говорит только самое важное — то, насколько Тэхён опасен, насколько рискованно с ним связываться. То, что Чимин уже и так знает. А Юнги действительно не считал нужным рассказывать остальное. То, что Тэхён из коррумпированной полиции, что с наркотиками он не борется, а совсем наоборот — распространяет их в Тэгу. И раз всё сложилось так, значит, делом об убийстве семьи Пак никто не займётся, а Тэхёна даже пальцем не тронут, ведь он, можно сказать, просто выполнял свою работу, делал то, что должен был делать. Те копы, что приехали после того, как Ким свалил отсюда со своими людьми, вовсе не собирались искать виновных и что-то расследовать. Потому что были его коллегами, наверняка из того же коррумпированного полицейского отдела «по борьбе с наркотиками». Всё, что им было нужно — лишь замять по-тихому это дело, которое, скорее всего, уже не первое в их незаконной деятельности. Юнги много думал об этом, пока возвращался домой после встречи с Намджуном. Теперь он хотя бы знал, что из себя представляет Ким Тэхён и на что он способен. — Но что мне тогда делать? — с досадой произнёс Чимин, отодвигая от себя тарелку и откидываясь на спинку стула. Ему не хотелось опять спорить с Юнги, но и успокоиться так просто он не мог. — Ради чего мне теперь жить? У меня больше нет семьи и дома, нет сестры и вообще близких людей… Я ведь не могу сидеть, сложа руки. Я думал, что смогу хотя бы отомстить этому человеку за свою сестру, сделать хоть что-то… Но теперь я не смогу даже этого. — Ты не один, Чимин, — с серьёзностью отвечает Юнги, отводя взгляд вниз, и почему-то ощущает непонятную внутреннюю неловкость, произнося эти слова. — Я тебя не оставлю. Вместе мы что-нибудь придумаем. Чимину хочется подойти к Юнги и обнять его. Крепко, со всей той благодарностью к этому человеку за то, что он для него делает. Ведь Чимин видит, насколько Юнги с ним сложно, но Мин всё равно помогает ему, невзирая на все неудобства и трудности. И сам собой назревает волнующий вопрос: а зачем Юнги вообще это нужно? Зачем ему возиться с мальчишкой, который ему никто, зачем заботиться о его безопасности? Зачем ему чужие проблемы? Но сразу же где-то в подсознании возникает смутный ответ: может, Мин Юнги — не такой хладнокровный человек, коим он кажется на первый взгляд? Юнги ведь такой хороший на самом деле… А как Чимин может его отблагодарить за его доброту? Помыть полы в его квартире да ужин приготовить? Это самое меньшее, что он может сделать для этого человека. — Спасибо… — лишь произносит тихо Чимин, задумавшись над словами Юнги. О том, что он его не оставит, что Чимин не один, что вместе они что-нибудь придумают. Вместе… — Я подумал, что, раз уж идти тебе некуда, ты можешь пожить у меня, — озвучивает свою мысль Юнги. — Мне кажется, этот вариант наиболее удобен и безопасен для тебя. Чимин впадает в лёгкий ступор. Юнги сейчас серьёзно? Чимин ведь приносит ему явные неудобства, но Юнги всё равно ставит на первое место именно его комфорт и безопасность. Юнги открывается Чимину с той тайной, неизведанной стороны, о которой сначала он даже не догадывался. И сердцу от этого становится так тепло… — Но… я не буду мешать вам? — смущённо спрашивает Чимин, чувствуя себя максимально неловко из-за того, что так некрасиво вторгся в жизнь Юнги, нарушил его привычный покой и потеснил Мина в его собственной же квартире. — Надеюсь, не будешь, — выразительно взглянув на Чимина, ответил Юнги. Перспектива жить здесь вместе с Юнги не особо радует Чимина, поскольку жильё маленькое для двоих человек, да и они с Юнги друг для друга чужие люди, которых не связывает абсолютно ничего. Но из тех немногих вариантов, которые есть у Чимина, этот кажется самым подходящим. И если уж Мин оказывает ему такую большую и великодушную услугу, позволяя оставаться у него, Чимину нужно постараться не доставлять Юнги ещё больше неудобств. В противном случае, Юнги не составит труда просто выставить его на улицу и с пинком под зад отправить самостоятельно разбираться со своими проблемами. — Тэхён может знать о тебе. Скажи… у вас дома были, к примеру, какие-нибудь твои фотографии? — спрашивает Юнги. — Эм… нет, — призадумавшись немного, ответил Чимин. — В гостиной на стене висело пару семейных фотографий, но… на них меня не было. — Это хорошо, — одобрительно кивая, заключает Юнги. И Чимин с ним согласен. Обычно его очень расстраивало, что родителям было настолько всё равно на его существование, что даже на семейных фото никогда не присутствовало Чимина. Но сейчас он этому рад, ведь в таком случае Тэхён, скорее всего, о нём не узнает и не будет его искать. — Ты знаешь, что за конфликт произошёл между твоим отцом и Кимом? Что их вообще связывало? — задаёт новый вопрос Юнги. — Вроде как, отец что-то делал для Тэхёна, но я не знаю, что именно… — с заминкой отвечает Чимин. — Вчера они говорили про… товар. — Под «товаром» подразумевалась наркота, — подсказывает Юнги. — Твой отец работал на него. — Да, так и есть, наверное… — слабо кивает Чимин. Он не был в курсе того, что происходило у его отца, с кем он втайне общался, чем занимался. Его это особо не интересовало. А вчера он совсем случайно услышал их разговор, пока сидел на лестничной площадке. И только по одному этому разговору можно было легко догадаться, о каком именно товаре шла речь. — Тэхён часто бывал у вас в квартире? Он тебя когда-нибудь видел? — с серьёзным видом интересуется Юнги. — Нет, он почти никогда не приходил к нам. Только вчера, — поясняет Чимин. — Когда они пришли, я был не дома. А когда уходили, заметили меня там, у лестницы, — вспоминает он, — Но они просто прошли мимо и не обратили на меня внимания… — Значит, они не поняли, что ты сын Пака. Всё это облегчает нам ситуацию… — задумывается Юнги. — Почему не ешь? — переводит тему он, взглянув на Чимина, который отставил тарелку с недоеденным рамёном, так же задумавшись о том, о чём они с Юнги только что говорили. Чимин, будто очнувшись от раздумий, снова принялся кушать. — Господин Мин… Я хочу быть таким же сильным, как вы. И так же круто стрелять, — выдаёт вдруг Чимин. — На что ты намекаешь?.. — словно заподозрив что-то, спрашивает Юнги. — Мы ведь уже обсудили… — Тэхён здесь не причём! — прерывает его Чимин, поняв, о чём подумал Юнги. — Я вас услышал и согласен с тем, что мой план мести Тэхёну — это просто глупости… — Чимин пристыженно опускает глаза. — Но я всё ещё хочу чему-нибудь научиться у вас. Просто так. Для себя. Чимину немного стыдно и боязно об этом просить, ведь Юнги сейчас может снова подумать, что эта просьба связана с Тэхёном. Но это не так. Чимин поговорил с Юнги, как следует обдумал всё это и пришёл к выводу, что стоит просто согласиться с Юнги и отбросить свою дурацкую затею куда подальше. Потому что Юнги говорит правду: Тэхён действительно опасен и непредсказуем, неизвестно, что у него в голове и чего от него ожидать, и связываться с ним слишком рисково. Чимин признаёт, что ошибался, что утром повёл себя в самом деле ужасно. Нужно было сразу послушать Юнги. Ведь он такой взрослый, умный и рассудительный, он знает, с чем имеет дело и о чём говорит. Он, наоборот, хочет отгородить Чимина от опасности и помочь ему. Чимину не следовало так себя вести. Но если желание отомстить убийцам Джиён он смог переосмыслить, то поучиться чему-нибудь у Юнги ему по-прежнему хочется. Он и сам не знает, почему его вдруг так это заинтересовало. — Для себя, говоришь… — произносит Мин. — И чему же ты хочешь научиться? — Ну, даже не знаю… — замялся Чимин, раздумывая над этим вопросом. — Я бы хотел уметь драться… И правильно пользоваться пистолетом… Для самообороны, например. — Самооборона — это правильно, — неожиданно соглашается Юнги. — Лишним не будет. В жизни всякое случается. — То есть… вы согласны? Вы обучите меня чему-нибудь? — Чимин поднимает на него взгляд, полный надежды. Ему на миг показалось, что он ослышался. Юнги правда одобряет его идею?.. — Я не собираюсь учить тебя «убивать», — поясняет Юнги, вспоминая их с Чимином утренний спор. — Но если ты хочешь уметь правильно использовать оружие и драться, то я не против. Это может пригодиться тебе в критический момент, — с умным видом рассказывает он. — Да и заняться тебе всё равно нечем… Завтра я еду на стрельбище и могу взять тебя с собой. — Правда? Господин Мин, вы лучший! — не сдержавшись, восклицает Чимин с блеском в глазах. Конечно, он сразу же пожалел, что позволил себе озвучить такую чепуху, которую Юнги явно не одобрит, но в душе Чимин искренне считает Юнги одним из лучших людей, которых он когда-либо встречал. И дело тут не только в том, что Юнги согласился с его идеей. Ведь Юнги спас его. От Тэхёна, от смерти, от одиночества и ненужности больше никому в этом мире. Теперь у Чимина есть Юнги, который «его не оставит», и вместе с которым «они что-нибудь придумают». Юнги, который подарил Чимину хрупкую, крошечную надежду на то, что всё ещё может наладиться… Мин ничего ему не отвечает, но он вовсе не выглядит разозлённым из-за чиминовых слов. Он улыбается. Совсем недолго, буквально несколько секунд. Но так искренне, умилительно и так… смущённо? Чимин не помнит, видел ли он когда-то, как улыбается Мин Юнги, но эта мимолётная улыбка, которую он увидел только что, определённо может возглавить список самых красивых улыбок в мире. Да, Юнги открывается Чимину с другой стороны. С новой. С тайной и неизведанной. И Чимину эта сторона чертовски нравится.