Чистильщик

Чимин разлепляет глаза почти к обеду и блаженно улыбается, нежась в уютной постели и ласковых лучах солнца, заглядывающих в окно отельного номера. Вчерашний день был таким насыщенным, что он заснул, только коснувшись головой подушки. Но просыпается мальчик не из-за будильника, а из-за чьих-то нервных шагов туда-сюда, которые могли принадлежать лишь одному человеку. — Юнги? — Чимин привстаёт с кровати, протирая глаза, и смотрит на стоящего к нему спиной мужчину, немного щурясь от солнечного света. — Выспался? — спрашивает Юнги, бросив на него быстрый взгляд и вернувшись к телефону в своей руке, с которого снова набирает какой-то номер и подносит к уху. «Что-то не так» — первое, о чём думает Чимин, сразу же улавливая напряжённое состояние старшего. Юнги недолго говорит с собеседником, о чём именно — непонятно, но вряд ли это что-то хорошее, ведь иначе бы он не выглядел так беспокойно. — Всё… в порядке? У тебя какие-то проблемы? — интересуется Чимин, встав с кровати и подойдя к Юнги, когда тот заканчивает свой разговор. Он осторожно берёт его за свободную руку, немного боясь того, что Мин может быть сейчас слишком на взводе и не одобрить лишней тактильности, но Юнги наоборот легонько притягивает его к себе, приобняв за талию, а сам продолжает о чём-то думать, и Чимин практически ощущает эту давящую тяжесть из мыслей Юнги. — Возможно, — отвечает он, поглаживая парнишку по спине. — С Намджуном что-то случилось. У меня ещё вчера появилось плохое предчувствие по этому поводу. Как оказалось, не зря… — Господин Ким в беде? — Чимин испуганно взглянул на него, пару секунд соображая, что же могло произойти за такое короткое время, ведь уехали они совсем недавно, а до этого Юнги виделся с Намджуном и у того всё, вроде бы, было хорошо. — Что такое? — Вчера я позвонил ему, когда ты уже заснул. Хотел просто спросить, как дела, убедиться, что всё хорошо, — рассказывает Юнги, но делает это осторожно, чтобы случайно не ляпнуть то, что от Чимина хотел бы скрыть. Он всё ещё не считает необходимым посвящать его в подробности о Тэхёне и Сокджине, и о том, чем эта ситуация может обернуться. — Но Намджун поднял трубку и… просто молчал, ничего не отвечая. — Может, у него проблемы с телефоном? — поразмыслив, предположил Чимин. — Не похоже на это… Да и Хана тоже не отвечает, — Юнги отрицательно помахал головой, задумчиво потерев пальцами подбородок. — Кто-то из них мог хотя бы перезвонить или прислать сообщение, но ничего такого не было. И это очень меня напрягает. — Так, ты только не паникуй раньше времени, мы обязательно что-нибудь придумаем, — решительно произносит Чимин, хотя сам даже понятия не имеет, что тут можно придумать. Он слегка тянет Юнги за руку, заставляя сесть на край кровати, а сам располагается рядом, не отпуская его ладони и подбадривающе гладя её пальчиками. Юнги слабо улыбается в ответ, но Чимину прекрасно видно, что тот не на шутку взволнован. — Я говорил с Хосоком, — говорит Юнги, называя имя, от которого что-то внутри Чимина снова волнительно ёкает. — З-зачем?.. Юнги в самом деле звонил ему. С целью выяснить, как продвигаются поиски Тэхёна и не нашёл ли он подозреваемых, но прямо этого, конечно, не спросил, чтобы вдруг не сделать этим подозреваемым себя. Хоть уровень доверия к Хосоку у Юнги значительно повысился с их первой встречи, сообщать о своей причастности к убийству Сокджина Мин не собирался — это всё равно слишком рискованно. Поэтому Юнги лишь прикрылся вопросами о том, не узнал ли Тэхён об их обмане и живом Чимине, надеясь, что Хосок сам расскажет всё остальное. Так и получилось: Хоби упомянул, что им с Чимином бояться нечего, так как Тэхён нашёл убийцу своего брата и сейчас ему точно нет дела до чего-либо другого. Тэхён нашёл убийцу. Намджун резко перестал выходить на связь. И Юнги уверен: это не просто случайные совпадения… — Я думаю, в этом замешан Тэхён, — коротко объясняет Мин, всё так же не углубляясь в детали. — Но… как? Почему? Между ними была вражда? — расспрашивает Чимин, искренне удивляясь, а Юнги лишь неуверенно пожимает плечами. — Ты поэтому звонил Хоби? Что он тебе сказал? — Хосок тоже не знает точно, — уклончиво отвечает Юнги. — Такое ощущение… — прищуривается Чимин, — что ты мне чего-то не договариваешь. — Эй, — тихо произносит Юнги, пересаживая Чимина на свои колени. — Просто… я и сам пока не понимаю, что происходит. Но я обязательно дам тебе знать, когда ситуация прояснится, — Юнги утыкается лбом в его шею, оставляя на коже короткие поцелуи. — А когда она прояснится? — Чимин вплетает пальцы в чужие смоляные волосы, не желая поддаваться ласковым поцелуям Юнги, чтобы остаться сосредоточенным на теме их разговора. Но с каждым прикосновением миновых губ к шее рассудок стремительно мутнеет, и Чимин начинает млеть в руках старшего, когда тот нежно обнимает его за талию и прижимает к себе. — Юнги… Что мы будем делать? — Я не знаю, — с тяжким вздохом отвечает брюнет куда-то в ключицу парнишке, выглядывающую из-под футболки, и перестаёт зацеловывать шею, лишь положив голову на тёплое чиминово плечо. — Но я точно не собираюсь оставлять всё, как есть. Думаю, мне стоит отправиться обратно в Тэгу, во всём разобраться, и если у Намджуна действительно проблемы, я должен ему помочь. — Ты уедешь? — тут же напрягается Чимин, мгновенно встрепенувшись и уставившись на него встревоженным взглядом. — Постой, но ты уверен, что это необходимо? Может, ты просто поспешил с выводами, и с Намджуном всё хорошо? Почему же Тэхён должен вредить ему? Видишь, даже Хосок об этом ничего не знает! Чимин растерянно лепетал всё это и судорожно махал головой, словно наотрез отказываясь верить в то, что Юнги придётся ненадолго оставить его одного. И Юнги понимал его реакцию, ведь однажды они уже пережили разлуку, которая хоть и была совсем не долгой, а всё равно далась невероятно трудно им обоим: Юнги мог тогда просто не вернуться с задания по убийству Сокджина. И повторения чего-то подобного ни Юнги, ни Чимину не хотелось. — Малыш, посмотри на меня, — стараясь успокоить его, Юнги кладёт руку на щёку младшего и заставляет молча взглянуть себе в глаза. — Пойми… я не могу поступить иначе, допустить, чтобы с Намджун-хёном что-то случилось. Он не просто мой бывший заказчик, он мой друг, и я никогда себе не прощу, если позволю ему пострадать и никак не помогу, когда он в этом нуждается. Конечно, сейчас Чимину не в полной мере ясна эта ситуация, ведь Юнги не может прямым текстом обосновать ему свои опасения, но если бы Чимин знал их истинную причину, то отнёсся бы к решению Юнги с бóльшим пониманием. Хотя, даже самому Мину сделать этот шаг крайне трудно. — Я знаю, что ты чувствуешь… — проговаривает Юнги и поглаживает его по бедру, когда мальчик поникает окончательно. — Я чувствую то же самое. Но в этот раз всё немного по-другому, мне ничего не угрожает. Я обязательно вернусь к тебе, слышишь? — Почему ты так уверен? А ведь и вправду — почему? Да потому что ложь это всё. Какая-то непонятная, обманчиво утешительная ложь, якобы во благо Чимину и его моральному состоянию, которому явно необходим был хотя бы небольшой отдых от всех этих стрессов. Но может, в этом уже нет никакого смысла и лучше просто сказать ему всё, как есть? Ведь нет у Юнги никакой уверенности. Неизвестно, что может произойти, когда он прибудет обратно в Тэгу, неизвестно, выживет ли он и теперь. В прошлый раз Юнги, зная чиминову эмоциональность, просто не хотел, чтобы тот слишком сильно за него волновался, хотел подарить ему частичку надежды, которую вполне мог не оправдать, оказавшись пристрелянным и истекающим кровью где-нибудь в сокджиновом особняке. Но вместе с тем Юнги дал Чимину понять, что всё может закончиться очень плохо, чтобы тот заранее был готов к возможным последствиям… Только вот Чимин, наверное, и сам это всё понимает, и именно поэтому так сильно беспокоится. — Я не могу поехать с тобой? — Нет, — строго отвечает Юнги, сразу пресекая любую возможность для Чимина оказаться в опасности. — Это даже не обсуждается. Я увёз тебя от Тэхёна не для того, чтобы через день ты снова оказался с ним в одном городе и поставил себя под угрозу. Чимин уже набирает воздуха, чтобы оспорить что-то из слов Юнги, как тот повторяет одну-единственную, но, пожалуй, свою самую любимую и эффективную фразу: — Без возражений. Ненадолго между ними повисает молчание: они лишь неотрывно смотрят друг другу в глаза, пока внутри у обоих бушуют ураганы эмоций и недосказанных слов. Но тишину очень скоро прерывает резкий телефонный звонок, от которого Чимин даже вздрагивает, сидя на коленях Юнги, а тот хватает смартфон с кровати, сразу считывая с дисплея имя человека, с которым недавно уже говорил. — Хосок?.. — замечает имя контакта Чимин, на что Юнги согласно кивает и принимает вызов. — Алло? — Юнги встаёт с кровати, когда Чимин с него быстро слезает. — Господин Мин… — звучит в трубке голос Хосока. И Юнги невольно напрягается, потому что звучит этот голос… неспокойно. — Говори, я слушаю. Хосок на несколько секунд замолкает, и в трубке не слышно ничего, кроме его судорожного дыхания. Юнги, под пристальным взглядом следящего за ним Чимина и с вырывающимся из грудной клетки сердцем, уже успевает перебрать в мыслях все сценарии того, что могло случиться в Тэгу, и те причины, по которым Хосок сам ему позвонил. Кое-что в голове Мина уже начинало проясняться, но все его тревожные доводы мгновенно потеряли значение, когда Хосок приглушённым тоном произнёс: — Тэхён всё знает. И именно в этот момент сердце Юнги, что так громко колотилось за рёбрами, словно достигло своего пика и остановилось. — Что именно знает? — уточняет мужчина, хотя и без всяких объяснений, по одному напуганному голосу Чона, уже ясно понимает, что конкретно произошло. — Он п-позвонил мне минут десять назад… Сказал, что я «предатель», раз посмел обмануть его, и что я… д-должен поплатиться за своё предательство… — Хосоком настолько овладела паника, что он не мог даже нормально формулировать мысли, а лишь растерянно и невнятно что-то бормотал, выдавая весь свой страх и чувство безысходности. — Господин Мин, он всё з-знает, Тэхён знает… что Чимин жив… — Так, успокойся, приди в себя! — немного прикрикивает Юнги, чтобы отрезвить Хосока. — Как это могло случиться? — Я… я понятия не имею, господин Мин, — потерянно бормочет парень. — Я ничего никому не говорил! Вы ведь не думаете, что я бы так поступил?.. — Я не обвиняю тебя, Хосок. Я верю, что ты на такое не способен, — рассуждает Юнги, подходя к окну. Он сжимает в одной руке смартфон, а пальцами другой массирует болезненно пульсирующие виски, изо всех сил стараясь не пойти на поводу у бурных эмоций и сохранить свою хладнокровную рассудительность. Тэхён узнал о Чимине. И Юнги почему-то даже не удивлён: будто бы все его затаённые тревоги были вовсе неспроста, будто сердце Юнги так и пыталось до него докричаться, предупреждая о том, что ничего ещё не закончено. Но единственное, чему Юнги пока не мог найти точного объяснения — это то, каким именно образом Тэхён раскрыл их секрет. На ум сразу лезли украденные у Кима документы, отсутствие которых он всё же мог обнаружить. Но даже если так и вышло, Тэхён бы просто не смог догадаться об обмане Хосока, основываясь лишь на пропаже этих бумаг, и никаких веских причин обвинить в этом Хоби у него быть не могло. Тогда Юнги думает о том, что Хосок ему что-то не договаривает: может быть, он всё-таки сказал своему боссу что-то лишнее, что-то, чего не должен был говорить. Кто знает — вдруг в голове у Чона что-то переклинило и он решил бросить Юнги, подставив его перед Тэхёном, а сам выдумал для Мина свою версию произошедшего? «Бред» — тут же решает Юнги, сам удивляясь тому, какие невообразимые сценарии умеет выстраивать его мозг в стрессовых ситуациях. Нет, Хосок не мог его подставить… Он бы не пошёл на такой безрассудный риск. Хоби ненавидит Тэхёна, несколько лет таит в себе глубочайшую обиду за смерть отца, которого убил Ким, и работает на него лишь потому, что другого выбора у него нет — в противном случае Тэхён бы сделал с Хосоком то же самое, что и с его отцом когда-то. Да и Юнги этого парня насквозь видит, чувствует: Хоби в своих намерениях искренен. Но кто же, кроме Хосока, был в курсе всего этого? Кто знал о том, что случилось пару месяцев назад с семьёй Чимина, о том, что сам мальчик остался жив благодаря Юнги, и о том, что вдвоём они собирались уезжать? — Намджун… — неслышно для остальных шепчет Юнги, подтверждая свою же догадку. Именно у Намджуна Юнги когда-то узнал о том, кем является Ким Тэхён, именно Намджуну Юнги доверил Чимина, когда пришлось покинуть его и отправиться на операцию по убийству Сокджина; Намджун был в курсе того, что Чимину удалось спастись в тот злосчастный день, когда Тэхён перестрелял всех его родных, и что всё это время он находился под крылом Юнги. Намджун знал слишком много… И если до этого Юнги мог полностью ему доверять, то сейчас, когда последние события складываются в не самую благоприятную картину, он начинает сомневаться. Как раз-таки благодаря Намджуну Тэхён мог разведать информацию о том, что Чимин жив… И эта версия кажется Юнги наиболее вероятной. Хосок на другом конце провода выжидающе молчит, то и дело тяжко вздыхая, а Чимин, вскочивший с кровати, внимательно наблюдает за Юнги и его телефонным разговором, нервно заламывая пальцы. У Юнги же в голове проносятся сотни мыслей подряд. Что, если Тэхён похитил Намджуна? Возможно, он заставил говорить его силой, но Намджун далеко не из тех, кого так легко можно сломить — этот мужчина ни за что на свете бы не выдал врагу ни своей, ни чужой тайны, зная, что от этого может зависеть безопасность и даже жизнь других людей. Но что, если Тэхён навредил Миён или Хане, или использует их для того, чтобы таким образом его шантажировать? Юнги знает, как другу важна его семья, и что ради супруги и дочери Намджун готов абсолютно на всё… — Кажется, я начинаю понимать, в чём дело, — прерывает затянувшуюся паузу Юнги. — Хосок… тебе лучше уехать из города. Поспеши, пока не поздно. — Но… Как? Куда? Что будет с Чимином, с вами? Юнги коротко взглянул в сторону мальчика. Он просто обязан отправиться в Тэгу, и хоть оставлять Чимина в Тэджоне одного совершенно не хочется, сейчас выбора у них нет. — Хо, садись в ближайший по времени автобус до любого города, — решительно говорит Юнги, начиная быстро закидывать самое необходимое в свою сумку. — А я собираюсь навестить Тэхёна и покончить с ним раз и навсегда. Юнги собирается без лишней суетливости и волнения, но Чимин уверен, что старший сейчас весь на нервах. — Нет, господин Мин, — поспешно отвечает Хосок. — Если вы хотите пойти против Тэхёна… то я вместе с вами. — Это слишком опасно для тебя. — Не опаснее, чем для Вас, — с лёгким раздражением произносит Чон. — Господин Мин, я умею стрелять, у меня есть опыт и достаточное количество причин, чтобы отомстить этому психу. — Хорошо, я тебя понял, — Юнги сейчас совсем не до споров. Да и смелость Хосока и его желание помочь весьма похвальны, хотя такое серьёзное решение предать своего босса грозит ему немалым риском. Но если они с Юнги будут действовать сообща, шансов у них гораздо больше. К тому же, Хосок знает Тэхёна куда дольше, чем Юнги, а значит знает и то, где Ким может выполнять свои грязные делишки помимо офиса. — Сейчас, до моего приезда, ты можешь где-нибудь спрятаться? Тэхён знает, где ты живёшь? — Да, но я что-нибудь придумаю. У меня есть безопасное место, где я могу дождаться вас... — Пожалуйста, не делай никаких глупостей, пока я не приеду. Хосок послушно соглашается со всеми указаниями Юнги и отключается, хотя у Чона наверняка осталась ещё куча вопросов. Сам мужчина застёгивает кожаную сумку и обувается, накидывая на плечи своё пальто, когда Чимин подбегает к нему и берёт его лицо в ладони, заставляя взглянуть на себя. — Юнги!.. — голос Чимина едва слышно дрожит. — Пожалуйста, объясни, что происходит, не уходи вот так… — Малыш, — Юнги прислоняется к его лбу своим, обвивая руками тонкую талию. — Скорее всего, в исчезновении Намджуна виноват Тэхён. Я должен в этом разобраться. — Но ты уверен, что всё именно так? Он ведь просто перестал выходить на связь, такое может случиться у каждого! Он ещё перезвонит тебе! — Нет, Чимин-а. Ты не понимаешь. Тэхён каким-то образом узнал о том, что мы провернули с Хосоком. — Ч-что? — взволнованно переспрашивает тот, отстраняясь от мужчины, чтобы заглянуть в его глаза. — Тэхён понял, что я остался жив? — Да, и случилось это именно тогда, когда пропал Намджун, который был единственным, кроме Хосока, кто знал о нашей с тобой ситуации, — быстро, но весьма убедительно объясняет Юнги, и Чимин наконец улавливает взаимосвязь этих странных непредвиденных событий. — Возможно, Тэхён похитил его, где-то держит, пытает, чтобы заставить говорить, или нашёл его телефон, в котором мог прочитать нашу с Намджуном переписку. Я понятия не имею, может, его вообще уже нет в живых! — Эй, эй, Юнги… Тише, я с тобой, — Чимин обнимает его, укладывая голову мужчины на своё плечо, и успокаивающе гладит по волосам, чувствуя, как тот тяжко дышит в изгиб его шеи. — Получается… теперь Тэхён захочет убить и меня, и Хоби? — Он не знает, где именно мы скрываемся, — говорит Юнги. — Поэтому ты остаёшься в отеле до моего возвращения, здесь тебе ничего не угрожает. Хотя я всё равно безумно волнуюсь… — Всё будет хорошо. И со мной, и с тобой, и с Намджуном, — подбадривает Чимин, перебирая волосы на затылке Юнги. — А я уже давно не маленький, ничего страшного, если я ненадолго останусь тут один! Езжай в Тэгу, разберись со всем и… возвращайся ко мне, ладно? Юнги приподнимает голову с плеча мальчика, чтобы поймать его взгляд, и мягко прикасается к любимым губам своими, шепча в поцелуй: — Я очень постараюсь. Чимину это прощание знакомо очень хорошо: Юнги снова уезжает туда, откуда есть шансы не возвратиться. Потому что поступить по-другому просто не может. И всё, на что сейчас способен Чимин — это всей душой верить в своего хёна и в то, что их разлука закончится как можно скорее.

* * *

Хосок и сам не понимает, почему после неожиданного звонка Тэхёна сразу сообщил обо всём Юнги. Наверное, это случилось как-то инстинктивно, ведь господин Мин — единственный в его жизни человек, который остался на его стороне, к которому Хосок может обратиться за помощью, если это действительно необходимо. И сейчас — именно такой случай. Потому что Хосок вовсе не был готов к тому, что сегодняшним утром Тэхён позвонит ему с такой новостью. — Кем же ты себя возомнил, мелкий поганец, раз осмелился так грандиозно меня обмануть? — совсем не по-доброму просмеялся в трубку Тэхён, стоило только Хосоку ответить на его звонок. Услышав это, парень пришёл в какой-то глубочайший ступор вперемешку с настоящим паническим ужасом, от которого воздуха вдруг стало не хватать, а всё тело пробрал леденящий озноб. Не нужно было много ума, чтобы догадаться, о каком «грандиозном обмане» твердил Тэхён. — А я ведь доверился тебе. Было так сложно избавиться от мальчишки? Что пошло не так? Струсил? Совесть заиграла? — злостно продолжал тот, не дожидаясь ответа от Чона. А Хосок словно и вовсе лишился дара речи. — Ты просто такой же, как и все. Жалкий предатель, посчитавший, что можно вести двойную игру у меня за спиной, — с унижением презирал его Тэхён, пока Хосок позорно молчал, не в силах произнести ни единого звука в своё оправдание — собственное сердцебиение в тот момент звучало так громко, что едва ли не заглушало голос босса. — Поверить не могу… Я был так увлечён поимкой убийцы, что не додумался проверить то, насколько чисто ты выполнил свою работу. Которую ты, впрочем, и не выполнил даже. Ты знаешь, как я отношусь к такому бессовестному поведению, но при этом не побоялся меня обмануть… Я разочарован, Хо, — посмеивается Тэхён, а рука Хосока, держащая телефон, непроизвольно ослабевает и опускается вниз. Неугомонная Микки, почувствовав, что хозяин чем-то встревожен, начала активно тявкать и цепляться коготками за ткань его брюк, но тот даже не реагировал. — Предатели должны платить за свои поступки, ты ведь помнишь? — последнее, что произносит Тэхён, прежде чем отключиться. Если сначала Хосок попросту не мог ничего предпринять, точно шокированный, абсолютно растерянный и парализованный чувством страха, и лишь стоял посреди своей однокомнатной квартиры, до сих пор слыша все слова и угрозы Кима, то потом осознание случившегося наконец пришло к нему полностью. Тэхён обо всём узнал. Только эта мысль пульсировала в висках, только она заполнила всё вокруг, загоняя в ловушку и заставляя лихорадочно искать из неё выход. Думать о том, как именно Ким добрался до правды, которую они так хотели скрыть, сейчас не имело смысла — самым главным для Хосока было, в первую очередь, предупредить Юнги и Чимина о возможной опасности. В голове не укладывалось ничего. У Хосока практически не было никаких предположений о том, каким образом Тэхён его рассекретил — они с Юнги и вправду сделали всё очень осторожно, не оставив каких-либо весомых доказательств того, что Чимин жив. А что делать теперь — парень понятия не имел. Единственным разумным и доступным решением было поступить так же, как и Юнги с Чимином. Уехать как можно скорее и, желательно, как можно дальше. Всем вокруг уже давно ясно: Тэхён не закрывает глаза на такие проступки, он ничего не спускает с рук. Он никогда, никому и ничего не прощает. Хосок прекрасно догадывался, что может сотворить с ним Тэхён, узнай он о таком крупном обмане, но очень надеялся, что до этого попросту не дойдёт. Однако именно так и вышло — Киму теперь всё известно. Юнги сказал Хосоку то же самое — уезжать из Тэгу. Чон, скорее всего, так бы и действовал, если бы господин Мин не сообщил ещё и о том, что собирается вернуться и разобраться с Кимом окончательно. Хосок не уверен в том, что только лишь вскрытие Тэхёном правды послужило причиной, по которой Юнги вдруг решил покончить с ним, но зато был уверен в другом: он не может не помочь ему в этом. А что, если вместе они всё же справятся? Что, если наконец положат конец тому, что совершает Тэхён, и избавят себя и остальных от этого монстра, не позволив ему и дальше портить жизни невинным людям? Конечно, на Юнги это совсем не похоже, и Хосок впервые видел, чтобы этот мужчина был так серьёзно настроен на что-то подобное. Но и желания спорить с ним или выяснять подробности у Хосока не было, ведь подсознательно он хотел того же самого. — Здравствуйте, господин Мин, — приветствует его Хосок, когда садится в машину Юнги, подъехавшего по названному адресу, чтобы забрать его. Тем самым «безопасным местом», в котором Хосок скрывался последующие пару часов в ожидании Юнги, оказалась старая танцевальная студия, где он занимался бальными танцами много лет назад, будучи ещё ребёнком. Тэхён никогда не знал об этом факте из жизни Хосока, как и о самой этой студии, а поэтому спрятаться здесь было идеальным вариантом. — Привет, — коротко здоровается Юнги, на всякий случай оглядываясь назад. — За тобой точно никто не следил? — Точно, не переживайте, — отвечает парень, снимая с себя солнечные очки и чёрную медицинскую маску, которые хорошо скрывали его лицо. — Я был внимателен и осторожен. Из этих маскирующих аксессуаров на Хосоке остаётся только кепка, которую он тоже стягивает с головы, открывая вид на немного вспотевшие и примятые волосы; одет он неприметно, в джинсовую куртку свободного кроя да спортивные мешковатые брюки, Юнги бы из далека его даже не узнал во всём этом. — Чимин не с вами? — Нет. Я запретил ему ехать со мной, хоть он и просился, — говорит Юнги с лёгкой улыбкой умиления, но быстро возвращает себе серьёзное выражение лица. — Будет безопаснее, если он подождёт меня там. — Что вы собираетесь делать? — Хосок откидывается на спинку сиденья, взирая на сидящего за рулём мужчину. — Есть подозрения, что Тэхён держит где-то одного моего знакомого, — рассказывает тот, глядя на улицу через лобовое стекло. — Скорее всего, он думает, что Намджун замешан в убийстве его брата. — Вашего знакомого зовут Намджун? — уточняет Хоби. — Никогда не слышал о нём… Вы поэтому решили приехать? — Да, если с ним что-то случилось, я не могу бросить его в беде, — отвечает Юнги, выкручивая руль и выезжая на дорогу. — Но мне необходимо твоё содействие. — Конечно, господин Мин, — закивал Хосок. — Мы должны разобраться с этим вместе. Какой у нас план? — Для начала скажи мне: что тебе вообще известно о том, кого нашёл Тэхён? — Толком ничего, — пожимает плечами тот. — Я случайно подслушал разговор работников офиса, когда они обсуждали эту тему, но сильно углубляться не стал. — Тэхён похищает людей? Где он обычно держит заложников? — Такое бывает, но очень редко. Для этих случаев у него имеется какая-то заброшенная фабрика, она достаточно далеко отсюда… — Ты уже бывал там? Знаешь дорогу? — Вы хотите поехать прямо туда? — слегка пугается парень. — Но… не слишком ли рискованно? Вы точно уверены в том, что они похитили именно Намджуна, а не кого-то другого? — Пару часов назад у меня ещё были сомнения, но сейчас я более чем уверен, — заявляет Мин, сжимая пальцами кожаную обивку руля. — Сначала творилось что-то неладное с его телефоном, так как он не брал трубку и не перезванивал, а это на него очень не похоже. Потом, когда я был уже в городе, я заехал к нему домой, чтобы проверить, есть ли там кто-нибудь, но… Дверь не была закрыта на ключ, а прямо на входе валялись осколки от разбитой вазы, запятнанные подсохшей кровью. В доме я никого не застал. Пытался дозвониться до жены Намджуна, но всё безуспешно. — А дети у него есть? — любопытствует Хосок. — Да, дочка пяти лет, Миён, — рассказывает Юнги. — Её я тоже не обнаружил… — Чёрт, — выслушав всё это, вздыхает младший. — Думаете, Тэхён мог похитить их всех? — Вполне вероятно, — пожимает плечами Юнги. — Эти следы борьбы, отсутствие кого-либо в доме, незапертая дверь… К тому же, Ким как-то узнал, что Чимин жив. Так ведь? — Да, но… разве это связано с исчезновением вашего друга? — Знаешь, кто ещё был в курсе всей этой ситуации с Чимином? — задаёт наводящий вопрос Юнги. — Вы серьёзно? — встрепенувшись, удивляется Хосок, когда до него окончательно доходит смысл опасений господина Мина, ранее казавшихся Чону какими-то необоснованными. — Вы говорите о Намджуне? — Юнги в ответ утвердительно кивает. — Тогда ведь всё сходится! — Да, я думаю, Тэхён узнал обо всём с помощью него. Так он и раскусил твой обман. Но скорее всего, это вышло случайно — он мог просто найти нашу с ним переписку, потому что буквально вчера я написал Намджуну о том, что мы с Чимином благополучно добрались до Тэджона. — Но Тэхён искал не Чимина, а убийцу своего брата, — рассуждает Хосок. — И вы говорили, что он подозревает вашего друга. Намджун действительно в этом замешан? «Мы оба в этом замешаны» — мысленно ответил на вопрос Юнги, но озвучивать это не спешил. Он лишь отрицательно махнул головой, переводя своё внимание с парня на дорогу. Всё-таки, даже сейчас мужчина не имеет полной уверенности в том, что посвящать Хосока в подробности об убийстве Сокджина (и о своей бывшей профессии в целом) будет безопасно. — Значит, мы едем на заброшенную фабрику? — Да, так что говори адрес, — просит Юнги, и Хосок называет ему нужное местоположение. И всё ещё испытывает лёгкую тревогу от осознания того, что совсем скоро предстоит встретиться лицом к лицу с тем, от кого ему, наоборот, срочно нужно было бежать. Но всё же, перспектива навсегда избавить себя от Кима привлекала Хосока куда сильнее, пусть это и представляло для него нешуточную и даже смертельную угрозу. Босс серьёзно настроен с ним поквитаться. А на языке Тэхёна это значит только одно — он собирается убить Хосока, и в этом нет ни малейшего сомнения. Просто на данный момент он занят Намджуном, и возможно, месть за «предательство» сейчас не стоит у Тэхёна на самом первом месте. А возможно, он поручит это кому-нибудь из своих головорезов. Уж они-то точно не подведут… — Вы собираетесь убить его? — решает напрямую спросить Хосок, заполняя повисшую в машине тишину. — Я не гарантирую, что мне это удасться, но я очень постараюсь, — не глядя на него, бесстрастно отвечает Юнги, однако Хосок чувствует всю серьёзность его намерений. — Теперь он точно будет искать Чимина, а я не могу этого допустить. Да и Тэхёна уже давно пора проучить за его поступки. — Вы, конечно, правы, но вы не боитесь, что это будет не так легко, как кажется? У вас есть какое-нибудь оружие? — Не волнуйся, Хо. Я знаю, что делаю. Эти слова прозвучали настолько уверенно и убедительно, что Хосок невольно пришёл в удивление: Юнги выглядит так, будто знает об убийствах всё. Но убить человека — не так-то просто, уж Хосоку это известно, как никому другому. А Юнги — самый обычный человек, никак не связанный с подобными криминальными делами. Но так ли это на самом деле? Хосок ведь почти ничего о нём не знает… — Господин Мин… Там наверняка будет с десяток вооружённых подручных Тэхёна. Нас же — всего двое, — не унимается он. — Если вы думаете, что у нас есть хоть какие-то шансы, то я вынужден вас огорчить. Почему бы нам не придумать более безопасный план? Юнги шумно вздыхает, и Хосок моментально замечает его раздражённый вид, хоть внешне тот и остаётся таким же невозмутимым и сосредоточенным лишь на дороге перед собой. — Да, я поддерживаю вашу идею прикончить этого психа, но стоит получше подумать над тем, как именно это делать, — игнорируя равнодушное молчание старшего, продолжает Хосок. — Если мы сейчас сунемся на фабрику, то вряд ли вернёмся оттуда живыми. — Хо, заткнись уже, а? — грубовато бросает Юнги. — Я же сказал: я знаю, что делаю. Поверь, опыта в стрельбе у меня предостаточно, а под моим пальто надет прочный бронежилет. Тебя я брать с собой не собираюсь. Твоя помощь заключалась лишь в том, чтобы ты просто показал мне дорогу. — Что? — недоумевает Хосок. — Да вы же никогда никого не убивали! Я хотя бы работал с Тэхёном, знаю, что да как, а вы? Простите, господин Мин, но одного умения стрелять — недостаточно. — Да что ты говоришь, — усмехается Юнги и надевает одной рукой солнцезащитные очки с круглыми чёрными стёклами, которые достаёт из кармана пальто. Хосок же и вовсе теряется, совсем ничего не понимая. Почему Юнги так уверен в себе? Он в самом деле такой бесстрашный или просто не понимает, на что идёт? Но так как на глупого и легкомысленного человека Юнги ну никак не похож, то точно осознаёт все риски, с которыми предстоит столкнуться. А вдруг Мин и вправду что-то о себе скрывает? Что значат его слова о том, что «опыта в стрельбе у него предостаточно»? Может, Хосок ошибался, думая, что Юнги никогда не был связан с миром криминала и ни разу не марал руки в чужой крови? И как-то сам по себе в мыслях возникает этот таинственный Намджун, которого, по мнению Юнги, похитил Тэхён, посчитав причастным к убийству брата. А что, если его подозрения были не такими уж и беспочвенными? Если Намджун впутан в эту страшную кровавую историю, может ли быть впутан и сам Юнги? Хосок легонько встряхивает головой, когда мысли заводят его настолько далеко. В любом случае, кем бы ни был этот мужчина, сидящий за рулём по левую сторону от него, Хосок подумает об этом позже — сейчас явно не до этого. Больше с господином Мином он не заговаривает, решив не доставать и без того необщительного мужчину лишними расспросами и просто довериться ему. Как ни странно, Хосок правда готов на него положиться, несмотря на то, что сейчас в голову против воли лезут не самые приятные мысли и сомнения насчёт этого человека и того, что он может умалчивать о себе действительно страшные вещи. Но единственное, в чём уверен Хосок, так это в том, что Юнги — один из самых ответственных, надёжных и мудрых людей, которых он когда-либо встречал. Юнги никогда не болтает попусту. И раз он сказал, что «знает, что делает», значит, так оно и есть. Спустя примерно полчаса они доезжают до пустынного, захолустного района, находящегося почти на конце города. Повсюду возвышаются большие здания уже давно не работающих заводов и цехов с безлюдными узкими улочками и глухими переулками; вокруг, куда ни глянь, валяется мусор в виде использованных шприцов и сигаретных окурков, оставленных местной шпаной, любящей побаловаться запрещёнными веществами в этом неблагополучном и скрытом от чужих глаз месте. Атмосфера здесь царит поистине жутковатая: ощущение, словно всеми забытый район вышел прямиком из какого-нибудь хоррора. Хосок указывает на нужное здание, около которого уже стоял автомобиль, принадлежащий, по видимому, Тэхёну и его своре, но Юнги благоразумно не стал подъезжать слишком близко, остановившись на достаточно далёком расстоянии от фабрики, за углом старого кирпичного строения. — Ну и местечко, — протягивает он, быстро оценивая вид запущенных окрестностей через стёкла машины. — Насколько я знаю, всё это собираются сносить и приводить район в порядок, — комментирует Хосок, так же выглядывая в окно со стороны своего сиденья. — Что теперь, господин Мин? Но этот вопрос Юнги услышать не успевает, так как выходит из авто, оставляя Хосока одного. Тот же только сейчас замечает другую машину, припаркованную здесь же, чуть поодаль от миновой. Через зеркало заднего вида парень наблюдает за тем, как Юнги здоровается с незнакомым мужчиной, по-дружески пожимая ему руку. — Хо, это Кёнхи, мой давний товарищ, который согласился нам помочь, — поясняет Юнги, когда недоумевающий Хоби выскакивает из машины и подходит к ним. — Кёнхи, это Хосок, — знакомит их Мин. — Я что-то не совсем понимаю… — трясёт головой Чон, переводя взгляд с Юнги на его товарища. — В каком смысле «помочь»? Хосок отмечает, что под расстёгнутой кожаной курткой Кёнхи виднеется бронежилет, видимо, такой же, какой надет на Юнги, и поясная кобура с пистолетом, висящая на ремне брюк. Сейчас ему ещё больше кажется, что он совсем не знает Мин Юнги. И что это за связи у него такие? — Кёнхи работает в частной военной компании, — добавляет Юнги. — Он обладает всеми навыками по использованию оружия и проведению подобных миссий в целом. — Я очень давно и хорошо знаком с Намджуном и в курсе вашей ситуации, — коротко объясняет Хосоку мужчина. Работает в военной компании и знаком с Намджуном? У Чона мелькнула мысль о том, что, быть может, эти трое состоят в какой-то криминалистической группировке? Но даже в таком случае Хосок мало чем от них отличается, ведь сам же работал на главного преступника Тэгу. — Хо, возвращайся в машину, — просит Юнги, кивая головой в сторону автомобиля. — Мы с Кёнхи направимся внутрь. — Я тоже взял с собой пистолет… — Вряд ли он тебе пригодится. Ты же понимаешь — попадёшься на глаза кому-то из людей Кима, и самым первым пристрелят тебя. К тому же, Кёнхи привёз бронешлемы только для нас с ним, а у тебя никакой защиты. Хосок с этим спорить не стал — ему заходить на территорию фабрики гораздо опаснее, чем остальным. Но кое-какие вопросы всё так же мучали его, вынуждая срочно найти ответы. — Когда вы успели обо всём сообщить этому Кёнхи? — интересуется он, отходя с Юнги к его машине. — Я позвонил ему ещё до того, как приехал сюда, рассказал насчёт Намджуна, и он сам вызвался помочь. А я и не стал отказываться. Кёнхи действительно профессионал своего дела, вместе мы точно справимся, — Юнги открывает дверцу машины и придерживает её, тем самым подавая Хосоку знак залезать внутрь. — Вы уверены в этом? Вдруг что-то всё же пойдёт не так?.. — беспокоится Хосок. — Я не хочу думать о плохом, но нужно быть готовыми ко всему… — Поверь, мы с Кёнхи сделаем всё максимально осторожно и правильно. Сначала постараемся по-тихому проникнуть туда через чёрный ход, найдём Намджуна, избавимся от Тэхёна, а все остальные не так уж и важны. И у фабрики припаркована лишь одна машина, а это значит, что людей там немного, — рассказывает Юнги и, вроде как, даже немного успокаивает своими словами Хосока. — На нас будут бронежилеты и шлемы, мы знаем, что и как нужно делать. Но ты прав… Нужно быть готовыми ко всему. И если я так и не вернусь сегодня в эту машину… пожалуйста, езжай в Тэджон и позаботься о Чимине, и... — Боже, замолчите, господин Мин! — возмущённо прерывает его словесный поток парень, хотя в глубине души ясно осознаёт, что Юнги говорит вполне себе вероятные вещи. Мужчина же с лёгкой растерянностью поднимает на него глаза и удивлённо моргает, явно не ожидая услышать такой резкости в голосе младшего. — Вы вернётесь с этой чёртовой миссии, сами поедете обратно к Чимину, никогда больше его не оставите и не вспомните об этом грёбаном дне! — яростно отчеканивает Хосок. Это даже иронично: именно он не мог перестать размышлять о печальном исходе сегодняшнего дня и именно он сейчас сдерживает слёзы, отказываясь представлять себе тот сценарий, о котором поведал Юнги, и не желая даже думать о том, что с ним может что-то случиться и что Чимин останется без него. Юнги в ответ коротко понятливо кивает, видимо, находя слова Хосока как никогда верными и тоже не желая поддаваться пессимистичному настрою. — Нам пора идти, — сообщает Юнги, собираясь отойти от авто и направиться вместе с Кёнхи к зданию фабрики. — Я не прощаюсь. — И я не прощаюсь, — Хосок с усилием натягивает на лицо подбадривающую улыбку, сжимая ладонь в кулак в знак поддержки. — Ещё увидимся, господин Мин. Юнги отвечает ему такой же вымученной улыбкой, и мужчины очень скоро исчезают из поля зрения Хосока, который закрывает дверцу машины и следит за ними через заднее стекло. Он до сих пор не знает, в каких на самом деле отношениях находятся Юнги и Чимин, но точно понимает одно: эти двое успели стать друг другу слишком родными, слишком близкими и нужными, и существовать друг без друга они просто не смогут.