История одной курсовой

- Твою мать. Почему нельзя петь потише? - Антон со злостью откидывает одеяло куда-то в ноги и садится на край кровати, опуская ступни в объятия холодного пола. Он абсолютно не выспался. В четыре утра птицы похоже решили устроить перепись населения, перекрикиваясь голосами на разные лады. Мда, видимо неважно где ты, соседи будут доставать либо ремонтом либо пением. В обоих случаях вам не заснуть обратно, и с этим нужно смириться. Шастун мириться не собирался.       Он ещё не придумал как, но клокочущее раздражение было убеждено, что нужно обязательно угомонить этих крылатых тварей. В одних хлопковых чёрных штанах, которые еле держались на худых ногах, съезжая к тазобедренным косточкам, парень вышел на крыльцо, зло хлопнув дверью. Пение не стихло. Но несуществующий план воплотить в жизнь не получилось. Антон не видел ничего дальше двух метров из-за густого молочного тумана.       Разбуженные демоны утихли. Абсолютно перехотелось нарушать идиллию, царившую на улице. Голый торс обжигало холодом, но это было даже приятно, а мысли о сне забились в самый дальний угол мозга. Художник вдохнул запах свежести и утренней росы, так, что чуть рёбра не затрещали, и с наслаждением выдохнул обратно. Захотелось прогуляться.       Антон вернулся в дом и быстро отыскал большую тёплую толстовку, просовывая голову в этот мешочек с завязками. Так говорила его мама, а парень в ответ лишь посмеивался, тепло улыбаясь родительнице. Она у него была самой лучшей, хоть и через чур заботливой. Шастун сел на пол, чтобы завязать шнурки на кроссах и наткнулся глазами на фотоаппарат у края тумбы. У этой штуки сейчас было две миссии: запечатлеть пейзаж для атмосферы будущей курсовой и доказать, что бедный Антошка не поехал крышей на нервной почве. Потому что вчерашний вечер, к сожалению, был не сном, но парень не совсем уверен в том, что это не галлюцинации. Ну, всякое же бывает, верно?

***

      Штанины наполовину промокли от маленьких капелек, собирающихся в траве, но на это Антон не обращал никакого внимания. Он просто шёл вперёд, увлеченно рассматривая каждое дерево, что встречалось ему на пути. Любому человеку покажется, что в них нет ничего интересного, но он будет неправ. Все они особенные. Одни - пожилые и раскидистые, росли не один век и хранят в себе долгие года и события, впитывая через корни историю. Они насыщаются ею, запоминая малейшие детали. Если прислушаться, от таких старожилов можно услышать пересказ целых эпох и жизней проходивших здесь десятки лет назад людей. Другие - совсем молодые тоненькие берёзки, ещё игривые и весёлые. Они сверкают своими белоснежными стволами и перешёптываются друг с другом, обсуждая новости прошедших дней и вообще всё, что знают. Берёзы похожи на молодых девушек с очаровательными косами. Не зря им посвящено столько стихов.       Камера не понадобилась. Такие вещи нужно запоминать самому, наблюдая за каждым живым движением. Ведь фотографии - лишь пародия. Запечатлённый один из тысячи моментов, который даже нельзя ощутить, это ничто, по сравнению с теми возможностями, которые вы упускаете в реальности. Кстати, о ней.       Из размышлений Антона вытянул надрывный вой со стороны густых кустарников, уходивших вправо от тропинки по которой шёл парень. Что-то лишь до безумия болезненное может заставить животное издавать такие звуки, даже если их никто не услышит. Однако человек услышал.       Секунда сомнений по поводу собственной безопасности и ноги в промокших кроссах уже устремляются по направлению неизвестного обитателя, по-видимому, попавшему в беду. Шастун раздвигает руками ветви кустов и выглядывает на небольшую полянку, заросшую бурьяном. На середине лежит комок огненно-рыжей шерсти и лишь импульсивные движения грудки дают понять, что он ещё жив и он дышит. Человек подошёл поближе, чтобы рассмотреть причину такого состояния маленького лиса, который, впрочем, тут же зарычал, внимательно наблюдая за каждым движением незнакомого длинного существа, слабо повернув в сторону Антона голову. Между свалявшейся колтунами от крови шерсти, на задней лапе можно было рассмотреть блеск металла. Капкан. Вот сука. - Не рычи. Я думаю как тебе помочь...Не к такому нас на ОБЖ готовили, не к такому... - лис замолчал, будто понял сказанное длинным существом и опустил голову на передние лапы, по-человечески смотря на юношу. Антон присел на корточки и повнимательнее оглядел ловушку. Капкан был на вид слабый, самодельный, но навряд ли Шастуну удалось бы разомкнуть его голыми руками при этом не навредив животному ещё больше. Значит, здесь нужно по-другому. Раз создал его человек, то наверное, сможет и обезвредить. - Ага! - парень поддел рукой каркас и снял с пружины болт, удерживающий "пасть" в сложенном положении. - Друг мой, у нас получилось. Но что же теперь делать с твоей лапой... - лис тявкнул и завалился на бок, пытаясь встать после долгого заточения. Художник тяжело вздохнул и огляделся, по-видимому, надеясь получить ответ от кого-то другого.       И в одном из кустов он заметил такую же рыжую морду, что сейчас лежала перед ним. Вот только что-то было другое... Антон вгляделся в наблюдателя, пытаясь понять, что же именно его смутило. Этот лис был определённо крупнее и выразительнее, но больше всего выделялись его глаза. Чем? Они были голубыми, как васильки... В голове вспыхнул недавний сон и парень посчитал бы это просто совпадением, но у лисов не бывает голубых глаз. Если это, конечно, лис.       Пока парень находился в ступоре, наблюдатель подошёл ближе и уселся на свой хвост рядом с раненным животным. Он посмотрел прямо в глаза Шастуну, и Антона передёрнуло от этого взгляда. Даже люди так не смотрят. А затем растворился в изумрудной дымке, превращаясь в расплывчатый силуэт.

***

      Антон откашлялся и посмотрел на место, где только что сидел наблюдатель. Нет, он не исчез. На месте лиса сидел голубоглазый парень со светящимися рунами от кончиков пальцев до плеч и даже не смотрел на Шастуна. Всё его внимание было приковано к раненному комку шерсти между ними, который, кажется, совсем обессилил. Уголки бледно-розовых губ незнакомца были опущены, а веки полуприкрыты, создавая гримасу тоски на лице. Но, кажется, он знал, что делать. Холодными пальцами незнакомец притянул за запястье кисть Антона и положил на лиса, накрывая своей ладонью. Шастуну не хотелось отрывать руку - он был словно зачарован. Хотя может так и было.       Вокруг будто остановилось время. Резко потемнело, но ненадолго. Как будто по песчинкам, в единое целое, подчиняясь воле хозяина, с окружающей их земли стали стекаться яркие зелёные огоньки образуя светящийся во мраке купол над головами парней. Глаза незнакомца вспыхнули изумрудом и Шастун чуть в обморок не упал от такого. Голубой цвет и до этого манил, а сейчас Антон просто замер от восхищения. Он философски отнёсся к тому, что сейчас по сути наблюдает магический ритуал, вся его концентрация сейчас на незнакомце, накрывающем его руку своей ладонью.       А затем всё исчезло, и Шастун почувствовал резкое опустошение, похожее на шок. Его слегка качнуло, но на плече возникла чужая рука, а напротив лица обеспокоенные васильки, и художник пришёл в себя. - Ты как? Мне нужна была твоя энергия для этого оборванца, - он посмотрел вниз, на лиса, который оказывается уже сидел полный сил и здоровья с интересом разглядывая парней. - Прости. - брюнет почесал животное за ухом и наклонился, прошептав. - Иди уже отсюда) - поцеловал его в мокрый нос и рассмеялся, когда лис чихнул, скрываясь в кустах. Его смех будто обволакивал теплом, а морщинки вокруг глаз собирались в лучики. Красиво. Шастун отмер, от него ждали ответа: - А. Да нормально. Только ощущение что я сошёл с ума или сплю. Но это было... круто. - Антон на секунду задумался. - А как тебя зовут?       Это самый логичный вопрос, Тох. Я тебе поражаюсь. - Арсений. Мне дала это имя девочка, гулявшая в лесу. Она сказала, что оно мне подходит. Сначала ты проговариваешь Ар-р, похожий на рычание лиса, заглушаешь се-е, напоминающим шёпот деревьев, и завершаешь ний, будто резким ударом капли дождя. - он уточнил. - Ну, так она объяснила. - Арсений... - прошептал Антон, будто пробуя имя на вкус. - Мне нравится. Но кто ты?       Мда, Шаст. - Ты сам ответил на этот вопрос пару ночей назад, - он вздёрнул брови, наблюдая за мыслительным процессом на лице парня. - О господи, - со стоном выдохнул Антон зарываясь лицом в ладони. - Я сумасшедший. - Нет, слушай. Я не Господи, а ты не сумасшедший. В это будет трудно поверить, но все сказки, что рассказывала тебе бабушка - не выдумки. - Откуда.. - А ты думал такие истории из пустого места выдумываются? - Арсений заговорчески улыбнулся. - Так вот, - он поднялся на ноги и протянул руку Шастуну. парень покосился на руны, но вложил свою ладонь. рывок, - Я специально послал тебе тот сон, чтобы ты вспомнил о них и приехал сюда. Я архимаг, если вернее выражаться.       Антон отряхнул колени и осмотрелся: светает. Но не в его голове. Кажется, нужно вернуться в дом и хорошенько выспаться. - Э-э-э. Окей. Предположим. Но давай обсудим всё это потом? Я ужасно устал. - Ах, да. Конечно. Я приношу свои извинения за эту утреннюю перекличку над твоей крышей. Мне нужно было как-то тебя разбудить. - Час от часу не легче, он ещё и птицами управляет... - но Арсений этого не услышал, так как уже двинулся в сторону тропинки, намереваясь поскорее вывести Шастуна из леса, сжалившись над нервами парня. Всё-таки он не выспался по вине архимага.

***

      Остаток пути парни особо ни о чём не разговаривали. Арсений хотел дать Антону время, чтобы всё осмыслить, и просто наслаждался природой, а Антон просто пребывал в состоянии амёбы. Впрочем, его это не волновало. Как только он оказался дома, то даже не заметив зашедшего следом архимага рухнул на кровать, моментально отключаясь.       Арсений в смятении постоял некоторое время и вздохнув уселся на кухонный стул, скрещивая руки на спинке. Всё таки после такого энергетического истощения за парнем нужно было проследить. Мало ли какая нечисть заинтересуется.