The Roads We Take

      Оставаться в пикапе в одиночестве Лора отказалась наотрез, поэтому еще несколько десятков миль до дома миссис Томпсон патрульная машина еле тащилась, выбирая объездные пути с плавными поворотами. От стыда хотелось провалиться сквозь землю, но страх оказался сильнее. Будь ее воля, остаток пути она бы преодолела пешком. На пассажирском сиденье было уютно и безопасно, Лора никогда бы не подумала, что найдет успокоение в полицейской тачке, но это произошло. Ей было до того привычно на этом месте, что приходилось подавлять в себе механические порывы включить радио или опустить солнцезащитный козырек, чтобы посмотреться в зеркало. Всему есть предел. И Лора чувствовала, что балансирует на грани чужого терпения. Перспектива потерять единственного союзника, посвященного в суть ее проблем, пугала до дрожи. Пусть даже этим союзником по злой иронии судьбы был подозрительный коп, после встречи с которым все в ее жизни пошло наперекосяк.       — Что? — хмуро спросил Хэкетт, не отрывая взгляда от дороги.       А Лора и не заметила, что все это время пялилась на напряженный профиль, пока его обладатель молча вел машину.       — Где ты этому научился? — задала она первый пришедший в голову вопрос. — Фокусу с пальцами. Это было блестяще.       — Я полицейский. Было бы славно, если бы ты, наконец, это запомнила, — проворчал Хэкетт, но вышло совсем не грозно. — Я работаю с людьми в стрессовых ситуациях.       Он чуть повернул голову, и Лоре показалось, что на его лице отпечаталась тень удовлетворения. Даже вечно нахмуренные брови расправились, а кривая усмешка почти стала походить на нормальную человеческую улыбку. Ну надо же, как чудотворно действует простая похвала.       — А еще у меня двое племянников, — продолжил он после паузы. — Когда они были маленькими… В общем, ты и не представляешь, какую трагедию может пережить пятилетка, если получит на завтрак шоколадные шарики вместо звездочек.       — Что ж… — протянула Лора. — Сегодня я определенно получила свои звездочки.       — Вот как?       Что-то промелькнуло в его голосе. Какая-то странная неопределенная эмоция. Если бы это был не Хэкетт, она бы решила, что он откровенно забавляется. Это что-то новенькое.       — Полную тарелку, — заверила Лора, тут же мысленно ударив себя по лбу. Разговор определенно принимал странный оборот. — Каково это, иметь большую семью? — поспешно спросила она в попытке перевести его в более безопасное русло.       Но, кажется, она просчиталась. За темной гладью глаз шерифа будто погасили свет.       — По-разному, — коротко бросил Хэкетт и надолго замолчал.       Лора уставилась в окно, раздумывая, что сделала не так. Затрагивать семейную тему она больше не решалась, хотя от любопытства так и распирало. Вместо этого она разглядывала проплывающие мимо картины ночного пригорода, а когда это занятие наскучило — переключилась на его руки, лежащие на руле. Лора некстати вспомнила, как они держали ее ладони, бережно, как хрупкого мотылька. Как он раз за разом перебирал ее пальцы, скользя подушечками по фалангам, очерчивая полукружия ногтей. Она сцепила руки в замок на коленях, борясь с желанием повторить это движение. Этого ещё только не хватало.       К дому они подъехали в полной тишине, и Лоре показалось, что за оставшееся время пути между пассажирским и водительским сиденьем выросла кирпичная стена. Она выбралась наружу вслед за Хэкеттом и принялась наблюдать, как тот снимает сцепку, закатав рукава. В воздухе витало стойкое ощущение дежа вю, снова они вдвоем на подъездной дорожке, и снова он возится с ее машиной, сосредоточенно и деловито, будто все это в порядке вещей. Будто это входит в его ежедневную рабочую рутину.       — Ты вообще когда-нибудь спишь? — спросила Лора, просто чтобы нарушить неловкую тишину.       Хэкетт страдальчески глянул на нее снизу вверх.       — Бывает. Когда не приходится работать твоим личным водителем.       Она отвернулась, пряча улыбку, и принялась разглядывать разросшиеся в палисаднике кусты рододендрона. Те благоухали так одуряюще сильно, что у нее закружилась голова.       — Я бы пригласила тебя на кофе, но миссис Томпсон уже спит.       — Миссис Томпсон чудесная женщина, — отстраненно отозвался Хэкетт. — Не стоит тревожить ее по пустякам.       — Ну, она ведь не постеснялась потревожить шерифа, когда ее неуклюжая кошка не смогла спуститься с дерева.       — Тогда я еще не был шерифом, — возразил он, укладывая металлические пруты в багажник. — Что еще она успела тебе рассказать?       — Больше ничего, — быстро ответила Лора, подавляя желание виновато опустить глаза и спрятать руки за спиной. — Честное слово.       Хэкетт захлопнул крышку багажника и уперся в нее ладонями, разглядывая что-то в глубине темной пустынной улицы. Лора проследила за его взглядом, но не заметила ничего особенного.       — Завтра же верну тачку Дэвисам, — пробормотала она, посильнее натянув рукава рубашки на ладони и обвивая себя руками в попытках защититься от прохладного ночного ветра.       — Справишься сама?       На секунду ей захотелось сказать, что не справится. Чтобы он вернулся утром и снова проделал неприятную работу за нее.       — Думаю, да. По городу не так страшно.       Хэкетт кивнул, все еще не двигаясь с места, будто не досадовал на нехватку времени каких-то несколько часов назад.       — Оно и к лучшему. Мне будет спокойнее, если ты станешь менее мобильной.       Лора сморщила нос, проглатывая обидную подколку.       — Оставишь мне свой номер? — спросила она без особой надежды.       — Это еще зачем?       — Ну, чтобы в следующий раз мне не пришлось снова шокировать твою секретаршу, — ехидно протянула Лора.       — У меня нет секретарши. И что значит — в следующий раз?       — Вдруг мне захочется поболтать перед сном.       Хэкетт скептически поджал губы и одарил ее укоризненным взглядом.       — Шучу, — быстро выпалила Лора, пока этот разговор снова не свернул не туда. — Я буду звонить только в экстренных случаях.       Он вздохнул, отлепился, наконец, от багажника, и неспешно приблизился, на ходу доставая что-то из нагрудного кармана формы. В темноте она опознала в извлеченном предмете авторучку, только когда шериф подошел почти вплотную.       — Лора, ты буквально ходячий экстренный случай.       Хэкетт потянул ее за запястье, высвобождая руку, которую она все еще прижимала к ребрам. Поддернул рукав и записал несколько цифр на ее ладони, сосредоточенно склонив голову. Лора почувствовала, как ноздри защекотал запах лосьона для бритья и машинной смазки. Под первым слоем ароматов было что-то еще. Кофе, хвоя, человеческая кожа, табачный дым и, кажется, газетная бумага. Свежая типографская краска. Лора нахмурилась, пытаясь осознать, с каких это пор ее обоняние стало настолько острым. Кожу ладони покалывало, будто Хэкетт водил по ней не стержнем, а машинкой для тату.       — Что-нибудь еще?       Лора хотела подколоть его относительно старомодности выбранного способа передачи информации, но слова застряли в горле. Она пялилась вниз, на его руку, которая все еще поддерживала ее запястье, чувствуя, как к щекам приливает предательский румянец. Во рту внезапно пересохло.       — Один вопрос, — пробормотала она, поднимая взгляд. — Ты вроде бы разбираешься… в таких, как я. Есть что-нибудь, что я должна знать о себе до наступления полнолуния?       — В каком смысле? — нахмурился Хэкетт.       — Странные чувства, — начала Лора, но тут же запнулась и прочистила горло, выбирая более безопасную формулировку. — Обостренный слух, обоняние. Мне нужно знать, если мои глаза вдруг начнут фосфоресцировать, чтобы до смерти не напугать миссис Томпсон.       — Ничего экстраординарного, насколько я знаю. Чем ближе к полной луне, тем острее восприятие. Раны заживают быстрее. Потянет на стейки слабой прожарки.       — И все?       — Хочешь что-нибудь мне рассказать?       — Нет… нет, все в порядке, — Лора покачала головой, чувствуя, как его пальцы соскальзывают с ее запястья. Оставляя на нем горячий след.       — Тогда я поехал.       Лора проследила, как он садится в машину и заводит мотор.       — Спасибо! — выпалила она, пока он не успел тронуться с места. — За то, что снова помог с пикапом. И вообще за все.       Хэкетт вроде бы кивнул, рассматривая ее в боковое зеркало, но Лора не была уверена наверняка. Она проводила взглядом полицейскую машину и медленно поплелась в дом, мимо кустов рододендрона, сбивающих с ног своим ароматом. Держа раскрытую ладонь на весу, чтобы номер не смазался, пока она не успела переписать его в телефон. До полной луны оставалось еще без малого три недели.

***

      Старуха не явилась. Это было первым, что осознала Лора, открыв глаза поутру. Она запоминала каждую ночь, когда ей удавалось поспать без сновидений, и в последнее время такие выдавались все чаще. То ли потустороннее влияние имело свой предел, то ли она просто не считала Лору объектом, достойным ежедневного внимания. Ведь она все еще «не продвинулась». Лора даже думать не хотела о том, в чем именно должна была продвинуться. Она уже почти забыла лицо, промелькнувшее за хрустальной гладью. Да и все прочие проблемы, возникшие в ее жизни, затмевали собой эту туманную миссию.       Лора подогнала пикап к дому Дэвисов, как и собиралась накануне. Разговор с Амандой вышел менее тяжелым, чем ей представлялось — та только отмахнулась от предложения Лоры возместить моральный ущерб за побитую машину. В этом городе все были с ней так чертовски милы и терпеливы, что хотелось взвыть от осознания того, сколько проблем она может им причинить. Сколько бед она может натворить, если что-нибудь пойдет не по плану. Кстати, плана у нее все еще не было. Лора подозревала, что следующее полнолуние снова проведет в тюремной камере, но они с шерифом еще не добрались до обсуждения этой щекотливой темы. Зато Лора успела косвенно намекнуть, что ей нравится, когда он ее касается. Просто класс.       С приездом Аманды дела в клинике пошли проще и сложнее одновременно. На некоторое время Лора вернулась к своим рутинным обязанностям, но теперь за ее бесплодными попытками поладить с животными могли наблюдать уже двое свидетелей.       — Да что за фигня такая? Лора, может, у тебя новый парфюм? — выпалила Майли, когда им с Амандой в очередной раз пришлось вдвоем навалиться на лабрадора, который начинал захлебываться лаем, стоило Лоре приблизиться больше, чем на пару метров.       Она только виновато пожала плечами и юркнула в заднюю комнату, ставшую местом ее постоянного обитания в клинике. Ее почти полностью перевели на бумажную и лабораторную работу, чтобы не нервировать пациентов. Кошки при ее появлении приходили в ужас и сливались со смотровым столом, прижимая уши к маленьким головам. Собаки скалились и пытались напасть. Аманда бросала на нее странные взгляды, от которых Лоре хотелось провалиться сквозь землю.       В один из дней, когда доктор Дэвис выехала на вызов, а Майли была чем-то занята за приемной стойкой, пока в череде посещений выдалось окно, Лора закрылась в лаборатории, решившись на то, что надо было сделать еще давно. Она взяла ланцет и коснулась острием безымянного пальца. Еще прежде, чем она успела вставить стекло с каплей собственной крови в микроскоп, ранка затянулась, оставив после себя лишь легкий зуд.       Лора склонилась к окуляру и уставилась на образец. Эритроциты имели странную форму, не похожую на все, что ей доводилось видеть раньше. Не Hominidae и не Caninae. Такое уж точно не стоило показывать врачам. Голова вдруг налилась тяжестью, Лора отклонилась от микроскопа и потерла виски. Все это просто не имело смысла. Если это магия, то она не должна была изменить ее физиологию. А если наука, то… то этого просто не могло бы быть. Два мира будто сплелись, выбрав ее тело как полигон для какого-то незримого противостояния, и она понятия не имела, что ей делать с полученной информацией. Почетная грамота от Хэкетта ей явно не светила.       Вдобавок живот протестующе заурчал, напоминая о том, что в последние дни она совсем перестала следить за питанием. Лора тщательно прибрала остатки своих опытов, будто заметая следы преступления, и направилась в маленькую комнату отдыха. Она разогрела упаковку картофельных палочек из супермаркета и плюхнулась на диван, от нечего делать принявшись перелистывать брошюры, которые месяцами копились на журнальном столике. Снова знакомые пасторальные пейзажи Хэкеттс Куори, фотографии озера и коттеджей лагеря, живописным кольцом сомкнувшихся вокруг векового дуба. Большой костер, снятый в сумерках. И целая толпа счастливых детишек в сопровождении вожатых, запечатленная возле главного корпуса. Лора повнимательнее вгляделась в снимок и едва не поперхнулась. В заднем ряду стоял мужчина, приветливо махавший в камеру. Она готова была поклясться, что уже видела это лицо. И не только во сне, ведь она уже искала информацию о заповеднике, и он не раз фигурировал на рекламных снимках, вот только выглядел до того обычно, что его внешность мгновенно стиралась из памяти. Лора скользнула взглядом по подписи к фотографии, чтобы удостовериться в том, что и так уже пришло ей на ум. Крис, мать его, Хэкетт. Начальник детского лагеря и по совместительству брат шерифа. Какое потрясающее совпадение.       Лора почувствовала, как по загривку побежали мурашки, пока разрозненные факты в ее голове выстраивались в подобие упорядоченной цепочки, прийти к которой она могла бы и раньше, если бы потрудилась хорошенько подумать. Шериф Хэкетт не любит говорить о семье. Шериф Хэкетт охотится на оборотней. Вот только выслеживает он одного конкретного оборотня, а все прочие, сколько бы их ни было, спокойно разгуливают по заповеднику, кусая всех, кого им вздумается. Потому что одна из тварей — его кровная родня. И что хуже всего, она держит гребанный детский лагерь, полный свеженькой беззащитной дичи.