Упыри

Следующее утро, а точнее, вечер, начался для Джона с того, что кто-то стоял на улице и что было сил барабанил в дверь. Джон же ещё некоторое время продолжал лежать на кровати, с ужасом пялясь в потолок и натянув до самых глаз свое одеяло. Если игнорировать это, то оно рано или поздно уйдёт. Правда?.. Но оно не уходило. Ненадолго стук смолкал, но лишь потому что визитер, видимо, решал, что его не слышат, и надо постучать погромче. Допустим, ногой. Нога уставала, и в ход снова шел кулак. Джон лежал и мысленно благодарил богов за то, что тяжёлый дверной молоток с оскалившейся волчьей мордой давным давно был кем-то сломан. Прятаться вечно было невозможно. Стук стал так сильно действовать ему на нервы, что, спускаясь по лестнице, Джон в красках продумывал, как будет убивать это чудовище в своём саду. Примерно как тех ребят, предложивших ему с блаженными улыбками ранним вечером поговорить о Господе боге нашем Иисусе Христе. Ему, голодному и невыспавшемуся. Стоило распахнуть дверь, как чудовище тут же перестало барабанить и расплылось в искренней лучезарной улыбке, во все зубы. - Привет, дядь! А вы спите, что ли? Так солнце уже того, низко! Некоторое время Джон смотрел прямо перед собой тёмным немигающим взглядом, взвешивая все "за" и "против", упиваясь внутренним монологом о тяжбе существования, споря с самим собой на предмет того, что есть наивысшая ценность, и так ли уж правдива пирамида Маслоу с ее фундаментальными потребностями, и, наконец, спустя долгих пять секунд с тем же выражением на лице захлопнул дверь обратно. Вероятно, при отсутствии в доме звукоизоляции и берушей, это оказалось ошибкой. Теперь Райли в дверь не только барабанил, но и что-то за ней вопил. - Дядь, ну вы обиделись, что ли? За вчерашнее? - мальчишка перешёл к следующему этапу осады крепости - к переговорам. - А я вам окно починил, между прочим! Ну чего вы, в самом деле, я же... Джон обернулся. И правда, дыра в окне исчезла, доски, хоть и несколько кривовато, но вернулись на место. Мальчишка, по-видимому, заколотил его днём, потому что иначе Джон бы тут же заметил. А разбудить спящего вампира до захода солнца... для этого его потребуется на это самое солнце вытащить. - Ну пустите меня, ну пожалуйста! - взмолился Райли, и заскреб дверь, словно брошенный щенок, даже голос чем-то скулеж напоминает. - Где я ещё настоящего вампира найду в этом захолустье?! - Нас больше, чем ты думаешь, - смилостивился Джон, снисходя до ответа, но тут же совершил тем самым и вторую ошибку, а если в сумме за две последних ночи, то можно и со счёта в этих ошибках сбиться. - Правда?! Расскажите! Пожалуйста, дядь, расскажите! - Я тебе не дядя, - прорычал Джон, но дверь не открыл. - Все равно расскажите! Ничего Джон бы рассказывать не стал, тем более этому надоедливому юнцу. Он и сам не знал пока, почему до сих пор не затащил его в дом и не выпил досуха. Вспоминалось вчерашнее. У мальчишки явно припасено что-нибудь ещё, и Джона несколько настораживала неизвестность. Что? Но минуты текли, а гость все не покидал порога. Джон успел проверить бар, повздыхать на предмет того, что пить на голодный желудок все же плохая идея, снова взвесить все "за" и "против" - может, все-таки закусить рыжим? Или не стоит портить себе пищеварение? От такого, кажется, и бешенство не долго подхватить. Райли, тем временем, не унимался. Не сработала даже угроза того, что он выломает столь тщательно прибитые доски обратно. И давление на жалость. И даже строгая выкладка того, что он, как пресса, имеет право на свободу распространения информации, и ничего, между прочим, не стоит его ненадолго за этой информацией пустить. Дверь оставалась закрытой. Разве что хозяин теперь уж точно не спал. - Эй, дядь? - на пробу снова крикнул мальчишка. Джон промолчал. Он искренне пытался фильтровать этот шум, воспринимать его как, скажем, внезапно приложенное рядом с домом шоссе или стаю крикливых птиц. Выходило сносно, он даже почти привык. Почти. - У вас там на втором этаже окно открыто. Как раз напротив дерева. Вы сильно дорожите деревом, дядь? Ниточка терпения лопнула, дверь снова распахнулась, на сей раз настежь. Лицо Джона перестало быть непроницаемым и приняло угрожающее выражение. - Ты понимаешь, что вчера ты чудом выжил? - прошипел он. - Прекрати нарываться и оставь меня в покое! - Вчера - да! - радостно выпалил мальчишка, сияющий уже от того факта, что с ним снизошли до разговора. - Но это ж только вы днём дрыхнете, дядь, а я уже перестраховался! - Натёр шею чесноком? - Джон поморщился. - Не поможет. - Вы меня за дурака держите? - Да, - лукавить вампир не стал. Райли надул губы, но исключительно дабы показать свое отношение к подобному скептицизму. Любопытство было сильнее обиды. - Так вы дадите мне интервью?! - он сложил руки в молитвенном жесте, и между ладонями оказался зажат телефон. - Всего разочек! - Нет, - Джон был непреступнее крепости. - А если за что-нибудь? - мальчишка заозирался, будто в саду было что-то, что он мог бы предложить. - Ну, там... денег у меня нет, правда. Дядь, ей богу, натурой отдам! Брови Джона удивлённо поползли вверх. - В смысле, работой по дому, он ж у вас разваливается! - выпалил настойчивый гость и тут же насупился. - А вы чего подумали?! - Я подумал, что вчерашним ужином, - выкрутился Джон, качая головой. - Сегодняшним. Мальчишка, кажется, покраснел, что было паршиво заметно в темноте. Пах он все также одуряюще вкусно, как и вчера, и у Джона уже сводило желудок. Он бы не хотел этого. Исключительно по той причине, что пацан все ещё не вписывался в рамки жертвы, а из-за этого возникало предчувствие предстоящих неприятностей, которые он мог принести. Лучшим вариантом было выставить его снова, но он, кажется, не собирался сдаваться. Не выгорит сегодня - он придёт завтра, с тем же вопросом. И послезавтра. От этого у Джона от ужаса все внутри перевернулось. Прощай, спокойная жизнь! - Больно вы старый, - фыркнул, наконец, Райли, обдумав предложение. Джон опешил. Старый? Впервые за все его жалкие семьсот лет жизни его кто-то обвинил в старости! - Нарываешься? - угрожающе спросил он. - Констатирую факты, - отмахнулся мальчишка. - И вообще, как я могу позволить такому некрутому вампиру себя кусать? У вас даже нет гроба! А знаете какой ещё вампир спал вместо гроба в кровати? Джон знал сотни таких вампиров, но ответить не успел. - Эдвард Каллен! Только мейнстримные лошки так делают. Не то чтобы Джон вообще понял, кем его назвали, и что значит выражение "мейнстримный лошок", но тот факт, что его вторую ночь обвиняли в том, что он не настоящий, окончательно вывел его из себя. Неприятности? Плевать на неприятности! Должен же он показать этому юнцу, кто здесь главный! Джон шагнул из дома на крыльцо и, наконец, увидел самое ужасное, что могло произойти за этот вечер. Даже замер с открытым ртом, так и не произнеся заготовленных слов, должных внушить визитеру ужас и прогнать окончательно. Прямо на кустах его обожаемых гортензий был беззаботно припаркован велосипед веселенькой голубой расцветки, с корзиночкой. И не могло возникнуть вопроса, чей он. - Я за ними ухаживаю тридцать лет, - на одном дыхании едва слышно произнёс Джон, скорее для себя, чем для гостя. Тот только и успел, что виновато прошептать "упс". И в следующую же секунду его за шкирку втащили внутрь дома, и дверь захлопнулась. - Я убью тебя, - Джон держал мальчишку за плечи, глядя тому прямо в глаза. - Клянусь дьяволом, я тебя убью! Зачем ты здесь появился? Специально, чтобы меня изводить, да?! - Н-нет, я вчера правда случайно, я ж не думал... дядь, простите, пожалуйста, я их не заметил, - мальчишка неразборчиво лепетал извинения, но не из страха, а от искреннего стыда за содеянное. - Я исправлюсь, честно... - Не исправишься, - шипел Джон, угрожающе скаля клыки. - Не успеешь! - Да я же вам сказал, меня нельзя убивать! - выпалил пацан, пытаясь вырваться. - Я не пошутил! - И я не шучу. - Вот убьёте меня, - сбивая дыхание отфыркивался тот, было трудно выцеплять себя из мертвой хватки и говорить одновременно. - А если я после рассвета не вернусь домой, программа отправит данные о моей геолокации во все участки города! И в службу спасения! И вам завтра очень не поздоровится, тем более что где-то тут найдут мой труп! Джон замер. Новость ему не нравилась. - Гео... ло... лак... Что?.. - Геолокация, - нахмурился Райли. - Координаты моего местонахождения! - Ты не сможешь этого сделать, - заявил Джон, но отстранился и даже хватку ослабил. - А вот и могу! Сейчас все можно сделать, а вы бумер, и ни в чем не разбираетесь, - мальчишка едва удержался от того, чтобы показать язык. - Так что придется меня отпустить! Джон некоторое время поколебался, после чего ухмыльнулся и снова наклонился к пойманному им зверьку, пристально глядя тому прямо в глаза. Райли тоже заметил подвох, но было слишком поздно. Оторваться от черного, как смоль, взгляда он уже не мог. Словно примагниченный. - Нет. Не прошло и минуты, как мальчишка расслабился, обмяк и едва не свалился без чувств на пол, если бы не руки Джона, все ещё крепко удерживающие его. Из кармана выскользнул телефон и, с грохотом ударившись о каменную плиту у дверей, разбился.

***

Райли с трудом разлепил глаза. Голова раскалывалась, в районе затылка как будто разливалось горячее олово. Верх и низ смешались и перепутались, он даже тело своё чувствовал не как обычно, а как-то отстраненно, чужеродно, будто тело вовсе было и не его, а чье-то ещё, а он просто взял его на время, попользоваться. Перед глазами все было темным темно, и Райли потребовалось время, чтобы понять - это не у него проблемы со зрением, а у окружающей обстановки со светом. Мир потихоньку возвращался в привычное состояние. Первым вернулось ощущение пространства. Райли сидел, в этом он был уверен, а голова его свешивалась на грудь. Не без труда подняв ее и выпрямив шею, он застонал от боли и нахлынувшего головокружения. К горлу тут же подступила омерзительная тошнота. Вероятнее всего, причина его головной боли крылась именно в этом. Сколько он так просидел? Может, час? Больше? Со зрением было хуже. Тьма оказалась не кромешной, но ровно такой, чтобы разобрать что-нибудь на мутную голову было ой как трудно. Наконец, Райли смог сносно соображать, даже тошнота отошла на второй план, и горячее олово потекло от затылка вниз по позвоночнику. И заозирался. Да, он сидел, точно сидел. В кресле. Очень старом, твёрдом кресле со скрипучим сиденьем, вероятнее всего, обитом кожей, но такой древней и твёрдой, что отличить ее от дерева можно было только по издаваемым звукам, если немного на ней поерзать. А главное - у кресла были кандалы. Такие железные обручи, крепившиеся с одной стороны к основанию, а с другой застегивающиеся на немудреный замок, открыть который Райли все равно не смог бы ни при каких обстоятельствах. Руки его были так крепко прижаты к креслу, что он едва мог пошевелить кистями. То же было и с ногами. Другой бы на месте Райли похолодел от ужаса, но он-то уж не даром пошёл в журналисты, и даже вел блог о самых пугающих и неведомых штуковинах, так что совершенно не испугался, ну, разве что, самую капельку. Вместо этого, на пробу пошевелив всем, чем мог, он поднял голову и заозирался, собирая и впитывая любую окружающую информацию. Этому факту мешала на только полутьма комнаты, но и тот факт, что от чего-то все время щипало глаза, и те слезились, мешая нормально все рассмотреть. Причиной тому был факел - единственный здесь источник света, таких уже нигде и не встретишь сейчас. Он даже вонял отвратительно, как самый натуральный факел! Райли первым делом внутренне им восхитился. А после обвел взглядом помещение и нашёл то, что искал. У стены, противоположной той, где располагался факел, то есть, в самой темноте, на резной софе, полулёжа, в расстегнутой до самых нижних пуговиц рубашке с бокалом вина в руке, расположился хозяин дома. На Райли он не смотрел, изучая, как тусклый свет проходит сквозь стеклянные стенки что его, кажется, одновременно восхищало и забавляло. Райли от такой наглости едва воздухом не подавился. - Отпустите меня! - воскликнул он, требуя немедленной справедливости. - Не-а, - лениво протянул хозяин, не отрываясь от бокала. - Я же вам сказал, мне надо до рассвета дома быть, обязательно! - угрожающе произнёс Райли, полностью уверенный в своей правоте. - Вы не можете меня тут держать, вам же не нужны проблемы со всей городской полицией... и... и федеральной службой! Вампир на это заявление только зевнул и отмахнулся от мальчишки, как от назойливой мухи. - Ничего, потерплю, - вздохнул он. - Через пару часов вернётся один мой товарищ, он намного лучше разбирается во всей этой современной чепухе. И в твоей этой, как ее там, гелока... - Геолокации, - прохрипел Райли, чувствуя, что бледнеет от ужаса. - Вот, в ней, - кивнул хозяин и, бросив на него короткий взгляд, усмехнулся. - Боишься? Правильно делаешь, что боишься. Наконец-то. Райли с некоторым трудом сглотнул. Его план, такой восхитительный, прекрасный план разваливался на глазах! Этот мужик, кем бы он ни был, только выглядел молодо - не многим старше самого Райли, если подумать - но воспринимал все, словно дед. Обвести такого вокруг пальца было раз плюнуть. Но вдруг и правда придёт тот, кто разбирается во всем лучше, и что тогда? Его что, и правда... убьют? Джон продолжал делать вид, что ему ни до чего нет дела, но в глубине души ликующе хохотал. На любую тварь найдётся управа, вот, и на это рыжее чудовище нашлась. Разумеется, проблемы с полицией Джону были не нужны, даже небольшие, не говоря уже о крупных. Он так чудесно и спокойно жил в этом доме, что лишний раз выпроваживать отсюда гостей значило не спать днём - а он зверел, когда мало спал - с кем-то разговаривать, забалтывать, что-то скрывать. В общем, все то, чего ему ну совсем делать не хотелось. Угроза мальчишки была существенной, но он так успел достать Джона за это короткое время, что отпустить его и позволить бродить здесь, шантажируя его, было по меньшей мере глупо и недостойно такого древнего и жуткого вампира, как он. О жутком Джон, конечно, приукрасил, но почему бы и нет? Сам себя не похвалишь, так кто ещё похвалит?! - Дядь, ну хотя бы эту хрень железную ослабьте! Я уже рук не чувствую! - заканючил мальчишка, меняя тактику. - А зачем они тебе? - усмехнулся Джон. - Что ты ими делать собрался? - Все вам расскажи, что люди руками делают, - насупился пацан. - Всё! - Я предполагаю некоторые варианты, - кивнул вампир. - Но ты все равно не дотянешься. - До куда? - вспыхнул собеседник, и даже запах в воздухе, изменившийся было из-за его страха, снова стал таким ярким, что Джон невольно сглотнул. - До этой штуки, - он достал из кармана выпавший телефон. Райли взвыл, но не от ужаса или злости, а от разочарования. - Я опять его разбил, да?! - захныкал он. - Третий раз за два месяца! Только что экран поменял... и вообще, это вы виноваты! Что вы сделали?! - Сначала реши, что я сделал, а потом лезь с обвинениями, - прорычал Джон. - Ничего особенного, слабый гипноз. - Если бы я из-за вас в обморок не грохнулся, ничего бы не было! - Если бы ты не таскался в мой дом и не доставал меня, вот тогда ничего бы не было! - Не сваливайте вину на пострадавшего, это я тут жертва! - воскликнул мальчишка и снова задергался, пытаясь расшатать крепления. Джон бы в красках рассказал, кто из них жертва, и кто пострадал больше - этот рыжий выродок или его - Джона - ментальное здоровье, но промолчал. Несолидно. Но что-то внутри все равно шевелилось и не давало покоя. И чем больше мальчишка дёргался и ругался, тем сильнее было это чувство. Джону было несколько стыдно. Нет, разумеется, он прав, потому что нужно было слушать сразу и не совать свой нос куда не просят! Но... нет, решительно, этому ребёнку здесь не место! Если кандалы смогут его проучить, пусть поноет хотя бы до рассвета. А там посмотрим. - Эй? - позвал Джон спустя четверть часа бесплотных попыток пленника вырваться. - Чего вам? - буркнул тот, но звенеть замком перестал. - Как тебя хоть зовут? Мальчишка недовольно засопел, раздумывая, стоит ли отвечать на столь провокационный вопрос, и заслуживает ли этот дядька такой милости. - Райли, - снова буркнул он тем же тоном, и тут же добавил. - А вам зачем? - Хочу знать, что написать на могильном камне, - вздохнул Джон с издевательскими нотками в голосе. Райли от этого факта в восторг не пришёл, и вернулся к своим бесплотным попыткам выбраться из плена. - Это нарушение моих гражданских прав! - наконец, снова подал он звонкий голос, переходя к очередному акту наступления. - Я требую адвоката! У меня есть право на звонок! - А у меня нет телефона, - пожал плечами Джон. - А это потому что мой вы разбили! - Ничего я не... стоп, это телефон? Райли картинно закатил глаза. На самом деле, в тот же момент он пожалел о своей неосведомлённости относительно чужой неосведомлённости, ведь тогда можно было бы как-нибудь вывернуть все в свою пользу, сказав, например, что это какое-нибудь опасное оружие... и, вероятно, лишиться смартфона окончательно. С вампира сталось бы превратить его в горку микросхем, стекла и пластика. - Тогда... тогда, я буду кричать! - заранее предупредил Райли, словно бы используя последний аргумент в свою пользу. - Я очень громко орать умею, дядь. - Не сомневаюсь, - Джон поморщился, заранее предвкушая потенциальный концерт. - Кто-нибудь услышит и придёт! - Горлышко не сорви, птенчик, - фыркнул вампир, примериваясь, как бы поудобнее закрыть уши и при этом не лишиться возможности допить вино. - Как думаешь, что это за место? Заняв мальчишку вопросом, Джон получил небольшую отсрочку. Тот, видимо, раньше и не задумывался, куда его притащили. Ну, подвал и подвал. Мало ли в мире подвалов. Сыро, воняет плесенью, на стене факел, на другой стене... - Это пыточная камера, - вслух сообщил Джон, когда Райли чересчур надолго задержал взгляд на серии разномастных металлических шипов и ржавых пил, развешенных по стене на манер музейных экспонатов. - Она создана, чтобы тут орали. Никто тебя не услышит. Райли плавно перевел взгляд в угол, на здоровенную металлическую конструкцию, в темноте не различимую, но теперь отчётливо напоминающую Железную деву. Снова нервно сглотнул. Но немедленно тряхнул рыжей гривой и взял себя в руки. Был бы он Райли, блогером с десятками тысяч просмотров на каждом свежем видео на Ютубе, если бы боялся какой-то там древней пыточной и ее не менее древнего хозяина?! Да ни за что! - Вы услышите! - радостно выпалил он. - Я же вас раздражаю! - Ты как, ножки не замёрзли? - без особых интонаций в голосе поинтересовался Джон. - У меня тут где-то был испанский сапожок... - Тогда я буду орать ещё громче! - незамедлительно возразил Райли. Вампир поджал губы. Мальчишка был прав, и пока выигрывал. - Что мне мешает уйти? - тут же парировал Джон. - Вы боитесь, что я даже со связанными руками что-нибудь разнесу, - на губах Райли заиграла издевательская улыбка. - А я разнесу. Ему показалось, что вампир зарычал от негодования. Тихо, утробно, будто сами стены завибрировали. - Вы будете сидеть тут и за мной следить, - Райли, каких бы усилий ему это ни стоило, умудрился даже усесться в своем кресле поудобнее. - Так что, чтобы я не орал и не парил вам мозги, расскажите о себе! Дайте мне интервью! - Ребенок, отстань, - устало вздохнул Джон, понимая, что его только что загнали в ловушку. - Ты скоро умрёшь, зачем тебе интервью? - Право последнего желания! - тут же нашелся Райли. - Я не милостивый, хрен тебе, а не желание, - поморщился Джон. Мальчишка прождал его ещё с минуту, и вдруг шумно набрал в грудь побольше воздуха. Джон едва бокал из рук не выронил. - Помогите!!! - Ты чего разорался, я же сказал, никто тебя не слышит! - зашипел на него вампир, закрывая ладонью одно ухо, видимо, то, что сильнее пострадало. Лицо Райли тут же изменилось. На смену зажмуренным от напряжения глазам и широко раскрытому рту пришло выражение серьёзное и непоколебимое. - Дайте мне интервью, - твердо заявил он. - Обойдешься... - Помогите, кто-нибудь!!! Эта рыжая бестия не соврала. Голос у него был громкий, звонкий, с таким из особняка его бы уже услышали в ближайшем квартале. У Джона зазвенело в ушах. Тонкий вампирский слух не был приспособлен к подобным извращениям. - Старый злобный мудак держит меня в подвале! Помогите, пожал... - Райли заткнулся только тогда, когда широкая ледяная ладонь с силой зажала ему рот. - Как ты меня назвал, паршивец малолетний?! - снова зашипел Джон, на сей раз мальчишке в лицо, неосознанно скалясь от злости. Тот нахмурился и промычал что-то в ответ. Пришлось убрать руку. - С чего это я малолетний?! Мне двадцать один, между прочим! - Нашёл, чем хвастаться, - презрительно бросил почти-семисотлетний-вампир, и снова закрыл рот Райли ладонью. Тот замычал громче, закрутил головой - благо, хоть на это у него была возможность. И вдруг, недовольно сопя, замолк и... - Ай! - Джон отпрянул, отдергивая ладонь. - Ты... укусил меня! - Непривычно, да? - захихикал Райли. - А-то обычно вы всех кусаете. Но смех его быстро прекратился. Он ожидал чего угодно, вплоть до того, что его укусят в ответ, и вовсе не так слабенько - клыками они бы помериться не сумели, как бы Райли ни хотел. Но вовсе не того, что вампир достанет из кармана платок и примется с омерзением оттирать влажную ладонь. - Пакость какая! - едва ли не плаксиво произнёс Джон себе под нос. - Ещё и слюнявый... - Эй! Я зубы вечером чистил, между прочим! - обиженно заметил Райли. - И что? - шикнул на него вампир, обречённо вздыхая. - Зачем я тебя вообще трогал?! Заразный ещё, наверное... - Ч-чего?! - возмущению мальчишки не было предела. - Я-то заразный?! Джон, мало обращая на него внимание, примерился, и плеснул на ладонь остатки вина, насухо оттирая ее краснеющим на глазах платком. На вопли он больше не обращал внимания, будучи целиком и полностью увлечённым своей рукой. - С чего вы вообще взяли?! Это вы, небось, кого попало в рот тянете, - всерьез обиделся Райли. - И сожрать меня собирались! - Передумал, - насупился Джон. - Ты в зеркало себя давно видел? Все лицо вон в пятнах. Мальчишка замер, осознавая сказанное. Будь здесь зеркало, он бы даже с интересом себя изучил, дабы понять, о чём идёт разговор, но сообразил и сам. - Дядь, - скептично произнес он. - Это веснушки. - Кто? - бездумно переспросил Джон. - Веснушки, - тем же тоном повторил Райли. - Естественная пигментация кожи, между прочим, они у меня с младенчества. На солнце просто ярче становятся, сейчас же лето, дядь. Джон не ответил, только продолжал медленно и безучастно протирать платком пальцы. Услышал он Райли или нет, оставалось загадкой. Взгляд его стал непроницаемо стеклянным, и смотрел он даже не на стену, а куда-то сквозь неё, сквозь подвал, замшелые стены и свет факела, сквозь куст поломанных гортензий и скрипучие ржавые ворота особняка. В таком молчании прошло несколько минут, прежде чем вампир вдруг ожил, вскинул голову и то ли прислушался, то ли... принюхался? - Пришёл, наконец, - ворчливо произнес он, швыряя грязный платок на софу. Райли обрадованно собрался было ещё поорать, но резко передумал, заметив насмешливый черный взгляд, направленный на него. - А я не слышу, - вдруг сказал он, насупившись. - Врёте? - У тебя паршивый слух, ребёнок, - фыркнул Джон, поднялся и распахнул дверь, крикнув куда-то в коридор. - Спускайся уже сюда, хватит там шарахаться! Ты снова пьян, шельма?! Теперь услышал и Райли. Стук каблуков по скрипучим ступеням, нестройный, будто их обладатель не слишком хорошо управлял ногами. В комнату буквально ввалился юноша лет двадцати, покачнулся и повис на плече хозяина дома, улыбаясь широко и беззаботно, так, что блестели в свете факела иссиня-белые острые клыки. Чуть сползающая с плеча кожаная куртка и порядком растрёпанная коса говорили о том, что тот хорошо провел время как минимум этой ночью, и в целом вид у него был куда как проще и цивилизованнее, нежели у Джона. Но в то же время Райли замер в кресле, едва дыша. Потому что, в отличие от все того же Джона, этот парень почему-то внушал ему чувство колкое и неприятное, какое внушает темная подворотня с разбитыми фонарями или рычание бродячей собаки за спиной. Чувство, заставляющее все нервы кричать тебе в унисон: беги! - Мамочка, ну что ты ругаешься, я же совершеннолетний! - театрально заканючил юноша и тут же расхохотался, сам от себя. - Ave satan, Лайдж, да ты под кайфом! - воскликнул Джон, за подбородок поворачивая лицо парня к свету. - Обдолбался, как последняя... путана амстердамская! - Ну мам... - К маме ты таким ещё заявись, она тебя на двести лет в гроб под домашний арест загонит! - вампир ругался, на чем свет стоит. - Снова! Где ты откопал этих наркоманов?! - Травка не наркотики, - Лайдж кое-как вырвался из цепких узловатых пальцев, и тут же принюхался. - Джонни, сахарный, у тебя что, живым человеком в доме пахнет?! Райли постарался как мог срастись со спинкой кресла, но не успел. Взгляд кукольной небесно-голубой радужки, тонкой каемкой обрамляющей чересчур широкие зрачки, остановился на нём, и молодой вампир снова оскалился в широкой улыбке. Движения его, до этого медленные и неточные, вдруг стали молниеносными. Не успел Райли пикнуть, как угловатое лицо оказалось прямо перед ним, а в стеклянных глазах появилось осмысленное выражение любопытства и... к ужасу самого Райли - настоящего голода.