Упыри

Райли пользовался ключами самым наглым образом. То есть, бродил по особняку днём, пока Джон спал. Очень трудно быть тихим, когда ты буквально был рождён, чтобы создавать невообразимый шум. Например, обожаемую матушку Райли увезли в роддом прямиком с празднования дня святого Патрика, а пьяный отец подрался с двумя своими друзьями, считая, что те очень глупо разыгрывают его новостью о рождении сына. В младшей школе Райли пел в хоре, и делал это так громко, что его, в конце концов, оттуда тактично выгнали - хотя сам Райли искренне считал, что попросту заслуживал места первого голоса! Он не умел тихо передвигаться. Был не способен тихо разговаривать. Его любимым музыкальным инструментом была ударная установка, а любимым местом досуга - трибуна футбольных фанатов. Он был не просто шумным, он был сам шум, порождение хаоса, абсолютно живое и непомерно громкое создание! Очевидно ведь, что это вовсе не лучший стартовый набор для прогулок по особняку спящего кровожадного вампира? Ну а как ещё можно было исследовать дом без вечного Ока вездесущего Большого Брата, следящего за Райли, кажется, ещё на маршруте дом-особняк, когда он спускал велосипед по расшатанной металлической лестнице?! Иных способов не было, а насущные проблемы требовали радикальных решений! К счастью, Райли пока ни разу не попался. После привезенной книги Джон подобрел окончательно, разрешив шариться по всему его дому кроме парочки запертых комнат. Одна из них оказалась библиотекой - Райли туда, разумеется, влез, спалился, получил нагоняй, а после разрешение посещать и её, но с условием ничего лишнего не трогать, еду через порог не переносить, а книги ставить на те же места, откуда он их вытащил. К своей коллекции Джон относился трепетно, собрав ее здесь ещё до второй мировой и с тех пор охраняя, как дракон гору сокровищ. Ко второй закрытой комнате никак не подходила ни одна отмычка, и парочку Райли там уже обломал, долго выковыривая из замка остатки, чтобы вампир его не засёк. Занятие это, как и любое другое, быстро ему надоело, и он плавно занялся изучением дома и освещением в блоге разных его частей, что очень нравилось зрителям. Так уж вышло, что сотни тысяч людей хлебом не корми, дай покопаться во всяком старье. К тому же, старье красивом, загадочном и, определенно, имеющем свою историю. Когда исследование кухни ему порядком надоело, Райли принялся отыскивать новую локацию, тщательно выбирая между гостевой спальней и столовой. Столовая была большой и с кучей красивых старых штук вроде посуды и мебели, но за нее могло попасть от Джона, если руки Райли вдруг заживут своей жизнью и что-нибудь разобьют. Спальню он толком не изучал, только заглянул. Та была мрачной, холодной и страшной, тем и манила. Райли был уверен, что в ящиках найдутся всякие интересные непонятные предметы, по поводу которых вампира можно будет долго донимать и раздражать. Звучало многообещающе! Крадучись по второму этажу, Райли, как обычно, старался ступать как можно тише, но пол и кеды безбожно скрипели. Эта часть дома была самой опасной, хозяйская комната располагалась ровно в центре коридора, и оттуда в любой момент могло донестись какое-нибудь ругательство. Но, к счастью, снова пронесло. Райли проскрипел мимо, почти не дыша, и тут же шмыгнул в самую дальнюю дверь, тихонько прикрывая ее за собой, надеясь, что скрежет петель не выдаст с головой его вечерних похождений. Здесь-то ему со второго раза и открылась настоящая пещера с сокровищами! Впервые он попал в спальню ночью, когда бесцельно бродил по особняку под редкие восклицания Джона с первого этажа о том, что это трогать не нужно, в гобелен пальцами не тыкать, иначе рассыпется, и да, у него глаза на затылке. Ничего интересного тут не нашлось, кроме старой проломленной по центру кровати без матраса, с единственным пожеванным молью пологом, да ещё тумбочки, в которую Райли тогда решил не заглядывать. А вот при свете дня совсем другое дело! Кровать оказалась хоть и сломанной, но действительно красивой, с вычурной резьбой на столбиках и изголовье. Знать бы, что ее так сломало, словно рояль, что стоял в гостиной, когда-то предварительно грохнули сюда, не рассчитали и решили перенести. Райли облазил ее вдоль и поперек, на всякий случай, заглянув вниз и хорошенько расчихавшись от вековой пыли. В тумбочке нашлось, как Райли и ожидал, Всякое. Всякое - особый вид вещей, на вид ничем не примечательных, скорее относящихся к разряду хлама, но только когда они валяются у тебя дома, к примеру, на рабочем столе. Но как только ты отыскиваешь их в дальнем углу чердака, куда не лазил, пожалуй, с самых своих младших школьных лет, или, вот, в тумбочке старинного особняка, где вот уже сотню лет живёт только ворчливый вампир-затворник, вот уж тогда Всякое тут же начинает представлять из себя небывалую ценность! Тут нашлась и записная книжка, увы, почти без записей, с какими-то редкими ничего не значащими почеркушками. И оловянная пуговица с рисунком щегла, и платок, предположительно, носовой, и коробок со спичками, такой старый-престарый, что даже открываться уже перестал, а спички, видимо, ко дну приклеились. В самом дальнем уголке нижнего ящика отыскался целый клад! Крохотные ножницы с резными красивыми ручками, тонкие и, на удивление, ещё острые, по крайней мере, бумагу они разрезали, а не разорвали. Все находки Райли суетливо распихал по карманам, чтобы ненароком не отобрали. И принялся шариться по комнате дальше. Но на этом триумф юного золотоискателя пошёл на спад. Даже в свете солнца - благо, можно было распахнуть все окна - ничего интересного никак не находилось. Райли осмотрел пустые рамы на стенах, а заодно и следы на тех местах, где такие же рамы висели раньше. Поковырял на пробу отсыревшие обои. Устал, уселся на край кровати и принялся рыться в рюкзаке в поисках сендвичей. До заката оставалось ещё полно времени, часа три, не меньше. Вообще-то, Райли очень любил лето, просто обожал, со всеми его жаркими днями, тусовками, свежим лимонадом и цветущими клумбами, но, как назло, именно этот год выдался чертовски скучным. Все знакомые разъехались, сосед и тот обещал вернуться только в конце августа, а значит, никаких ему вечеринок и шумных посиделок с друзьями. А вампиры, к которым он прилип, как банный лист, бодрствовали только в ночное время. А летом это самое ночное время сокращалось в разы и составляло всего-то треть суток. Абсолютно не честно! Жуя самодельный, а оттого кривой бутерброд, Райли смотрел, как перетекают один в другой узоры на стенах. Обои особенно сильно отслаивались ближе к каминной кладке. Мальчишка с интересом оглянулся. Вообще-то, эта спальня не подразумевала камина. На противоположной стене изразцовой плиткой была выложена часть стены, примыкающая к соседней комнате, и именно она должна была служить хозяевам отоплением. Даже в самых крутых и богатых домах держать такое количество очагов было расточительно. Зажав надкусанный бутерброд в зубах, Райли с любопытством влез в камин целиком. Бинго, курсы по архитектуре не прошли даром! Трубы не было, уходящая вверх ниша обрывалась под потолком, и кладка, в результате, оказывалась всего лишь частью интерьера, красивой, но бесполезной. Выбравшись наружу и отряхнув паутину с волос, Райли принялся активно очищать выбитые в камне фигурки под каминной полкой. Фигурки были симпатичными и иллюстрировали какой-то незамысловатый сюжет, но часть уже обломилась, и о сути происходящего можно было только догадываться. Дойдя до литого настенного подсвечника, Райли охнул. Металл под рукой дрогнул и как будто прогнулся. Если он сейчас тут что-нибудь оторвёт, Джон, чего доброго, оторвёт ему за это голову! Но подсвечник, к счастью, остался на месте. Райли поднялся на носочки, присматриваясь к основанию, в надежде вернуть все как было. Но вместо этого потерял равновесие. Подсвечник со скрежетом опустился вниз почти горизонтально. За кладкой что-то громогласно щёлкнуло, и между стеной и камином образовалась щель шириной в целую ладонь. - Ёшкин-матрешкин! - воскликнул Райли, немедленно зажимая себе рот ладонью, ожидая, не проснулся ли от его воплей хозяин - к счастью, пока было тихо. Присев на корточки, он подпер кладку плечом, но та и без того поддавалась без труда, как будто камнем облицевали только верх, а внутреннюю часть оставили деревянной. Внутри поддельного камина оказались вбитые в стену железные штыри, по-видимому, являющие собой подобие лестницы. - Шарили же эти древние! - восторженным шепотом выдохнул Райли, заглядывая в образовавшуюся нишу. Та вела в темноту куда-то вниз, на первый этаж. Райли достал мобильник и с заново вспыхнувшим энтузиазмом принялся за съемку. Простой механизм связывал рычаг со стеной по правую сторону от камина. Посветив туда фонариком и на сим удовлетворившись, Райли на пробу попытался пролезть в образовавшуюся дыру. Вышло легко, проход был рассчитан на человека побольше. Закрепив телефон на поясе камерой вперед, Райли, комментируя вслух каждое свое действие, ухватился за верхние штыри и начал осторожно спускаться вниз. Какое помещение находится под спальней, он понятия не имел, но, кажется, то ли столовая, то ли малая гостиная. Вероятнее всего, проход был сквозным, и должен был вести не на первый этаж, а куда-то дальше. Райли читал, что подобные проходы часто сооружали на случай войны в подобных этому особняках. Знать бы ещё, в каком веке, тогда и возраст дома определить удастся! - Так, ничего не видно, давайте включим освещение, что ли, - проговорил Райли, пытаясь нашарить пальцем экран и включить фонарик. - Лишь бы отсюда не гро-о-о!.. Штыри были ржавыми, стены старыми. Камень под чужим весом раскрошился, и резиновая подошва тут же соскользнула. Райли опять потерял равновесие, но хвататься было больше не за что. Падать было больно, в особенности пострадал копчик и правый локоть. Райли успел охнуть и даже подумать, не взбаламутил ли он весь квартал, и думал бы об этом дальше, если бы на сим все закончилось. Прогнившие доски хрустнули, пол пошатнулся, разверзаясь под ним адской пастью, и мальчишка полетел ещё ниже, в совершенно непроглядную темноту. Райли не успел даже заорать от неожиданности. На сей раз пол был жестче, и приземлился Райли не на свою мягкую задницу, а на хрупкую лодыжку. Зашипев сквозь зубы от боли, он повернулся в надежде нащупать рядом с собой опору, а желательно такие же штыри, но стена была холодной и скользкой ото мха и влаги. - Твою ж мать... - Райли попытался нашарить на поясе мобильник, но тот, видимо, отстегнувшись при падении, теперь валялся где-то на полу, а пола он, увы, не видел. - Да твою ж мать! Кажется, это был подвал, по крайней мере, характерный запах мокрой земли и гнилой картошки - знать бы, откуда?! - говорил именно об этом. Поползав по полу, Райли натолкнулся ладонью на что-то влажное, отдернул руку и решил не рисковать. Ушибленная лодыжка пульсировала навязчивой мерзкой болью. - Сири! - воскликнул Райли, вспомнив о благах двадцать первого века. - Включи фонарик! - Включаю, - раздался голос откуда-то... сверху?! Райли задрал голову. Сквозь доски проломленного им насквозь деревянного люка, вернее, сквозь то, что от них осталось, пробивался белесый свет фронтального фонарика. Вот это называется непруха! - Твою ж мать... - в третий раз обречённо выдохнул Райли. Кажется, на этот раз он нехило попал. Не было вокруг никаких средств к тому, чтобы выбраться. Райли обшарил стены, но те оказались совершенно гладкими, без единой возможности зацепиться. Лестница в эту часть хода не спускалась, а сам Райли был слишком маленьким, чтобы подпрыгнуть и уцепиться хотя бы за край балки над головой. Да ещё и боль в лодыжке не давала покоя, с каждой минутой только усиливаясь. Поначалу сверху ещё пробивался какой-то свет, но затем исчез и он. Испробовав все попытки выбраться самостоятельно, Райли, в конце концов, пришёл к выводу, что нужно идти на радикальные меры. - Дядь! - вопил он, задрав голову в надежде на чуткий вампирский слух. - Дядь, ну, пожалуйста, вытащите меня! Я вас больше будить никогда не стану, честно-пречестно! Это один раз всего! Джон не откликался. Из особняка не доносилось ни звука, только вдалеке, кажется, слева что-то капало. Райли наощупь попытался пойти вдоль стены, но с одной стороны натолкнулся на тупик, а с другой на железную решетку, звенящую, но не поддающуюся ни толчкам, ни ругани, ни жалобным уговорам. Райли попытался с помощью голосовых команд набрать какой-нибудь номер, но за секунду до гудков трубка замолчала. Точно, он ведь не выключил видео! Память, наверное, переполнилась, а аккумулятор разрядился. Единственное средство спасения погибло от его очередной рассеянности. - Дядь, ну где вы?.. - уже тише, слегка надломленным голосом произнес Райли и вытер нос рукавом толстовки. Темнота давила со всех сторон беспощадно. Райли вытягивал руку и не видел своих пальцев, подносил ладонь к лицу - и терял ощущение пространства. Ему было больно и холодно, хотелось пить, и он даже не имел понятия, сколько прошло времени! Солнце, видимо, то ли село, то ли как раз собиралось садиться, но в комнату его лучи больше не проникали, вот темнота и сошлась над макушкой сплошным непрозрачным куполом. А Джона все не было. - Я так надоел вам, да? И вы меня так наказываете? - шмыгнул носом Райли, сжавшись в дрожащий от холода комок на полу. - А я ничего не хотел такого, я подружиться хотел... Особняк молчал. Райли от этого молчания становилось только обиднее. Главное тут не разреветься. Джон ведь точно специально его игнорирует! Думает там себе, наверное, что вот сейчас Райли посидит так ночку один в потёмках, и будет ему урок как лазить по всем углам и нос свой везде совать. Книжку читает в гостиной. Или в ванне валяется. Или вообще лежит у себя в спальне и с наслаждением слушает, как Райли тут носом хлюпает! От этих мыслей аж передёрнуло. Ещё чего, будет он тут нюни распускать! Он же Райли О'Брайен, исследователь паранормального, будущий скандально известный журналист, и он ничего не боится! А вот если он однажды будет вести репортаж прямиком из какого-нибудь места теракта? Или отправится в непроходимые джунгли, исследовать жизнь аборигенов-людоедов? Нет, никаких слёз этот вампир от него не дождется, не станет он тут реветь, как мальчишка! Но реветь-то хотелось. - Дядь, это совсем не честно, поступать так, - обиженно закричал Райли, чтобы его ну уж точно услышали. - Вам вот не холодно, и вы можете не есть неделями, а я не могу! Так что я заболею и умру, а вам потом отвечать, так-то. И что вы будете делать? Умирать я к вам приползу, между прочим, специально, чтобы вам стало совестно! Опять тишина. На смену обиде пришёл гнев. Его что, правда тут оставят? Одного, до утра?! А утром Джон снова уйдёт спать, это плюс день, итого целые сутки. Сутки! Райли вздрогнул от проникающего под толстовку промозглого холода. Он, вообще-то, не хотел умирать, а угроза стала вдруг чересчур реальной. Нет, конечно, без еды он продержится, а вот без воды... да и, говорят, можно даже при таких температурах замёрзнуть насмерть, если не двигаться. Осторожно, цепляясь за стенку, Райли поднялся, и тут же заскулил от боли. Про щиколотку он почти забыл за своими переживаниями, но стоило чуть-чуть изменить положение, как всю ногу аж до колена пронзило резкой острой болью. Да даже если бы отсюда можно было выбраться, как бы он это сделал с такой-то ногой?! - Ладно, я сдаюсь, дядь, - захныкал Райли, смирившись с поражением. - Помогите мне, пожалуйста, вытащите меня! Я обещаю, правда, обещаю, больше не буду вас раздражать. Не в шутку совсем, я правда не буду. Я буду стараться! Я и так ведь не хочу, оно само получается, я не специально. Хочу как лучше, а потом беру и все ломаю... А вот теперь Райли действительно был близок к тому, чтобы расплакаться. Понимание того, как ему плохо, больно, обидно и одиноко накатило одной огромной волной. Ком застрял в горле, не давая нормально вдохнуть. Он и так совсем один остался, а он, между прочим, даже не виноват! Он вообще живёт в чужом городе, успевает знакомиться только с другими студентами, а они все сейчас по домам разъехались. Вот его-то какая вина в том, что у него тут совсем нет друзей? Да, он торчит целыми днями в соцсетях, потому что любит общаться. Да, Лайдж прав, тысячу раз прав, что он гордится своей тысячей подписчиков в Инстаграме! Он и с Джоном надеялся подружиться, хотя бы немножечко подружиться, а тот взял и бросил его тут совсем одного, и совсем про него забыл... Словно бы в ответ на эти душераздирающие мысли наверху послышались тихие слегка шаркающие шаги. Райли задрал голову, стоя на одной ноге и цепляясь за стену. Первыми где-то над головой заплясали островки света, длинными дрожащими каплями опускающиеся в каменную дыру. А следом за ними показалось и усталое лицо, освещаемое парой свечей в канделябре. - Вы пришли! - счастливо воскликнул Райли, улыбаясь так широко, что едва не свело скулы. - Простите меня, дядь, пожалуйста, я же случайно свалился! Я не... Джон вздохнул так громко, что вздох этот едва ли не эхом прокатился по особняку. А затем, ничего не сказав, просто... ушел. Перестали блестеть искорки свечей, исчезли тёплые огоньки над головой. И Райли вновь остался один в темноте, ничего не понимающий и ошарашенный настолько, что даже дышать перестал. - Но ведь... - у него не хватало ни слов, ни эмоций на то, чтобы выразить все, что сейчас было внутри. - Зачем вы тогда пришли?.. я же... мы разве... Он шмыгнул носом раз, второй, вытер рукавом лицо. Нет, ну надо же так! Хоть бы что сказал ему, да пусть даже гадость очередную! Нет, просто взял и ушёл. Это настолько нужно быть бессердечным?! Они ведь даже помирились, вот, совсем недавно, а теперь вот это! Райли пытался настроить себя на то, что вот он обязательно выберется и все-все выскажет этому вампиру, и покажет ему, где раки зимуют, но весь гнев вышел, оставив после себя только горечь разочарования от несбывшихся ожиданий. - Ну, давай, не хнычь, испугался, что ли? Райли резко обернулся в темноту, но ничего не увидел. Хотел было что-то сказать, но вместо этого только резко равно вздохнул и снова шмыгнул носом. Шагов слышно не было, только зазвенела тяжёлая решетка. - Я... - Райли приложил все силы к тому, чтобы не молчать. - Я не специально! Дядь, вы где?! Я случайно эту штуку нашёл, правда, я только посмотреть хотел и обратно вернуть все как было! - Да верю, верю, - слегка насмешливо ответил Джон. - Я и забыл, что здесь есть ход... дьявол, тут замок! - Так у вас ведь ключ есть! - воскликнул Райли, по стеночке подбираясь к источнику звука. Вампир молчал. - Есть же, правда?.. - на всякий случай, переспросил Райли, чувствуя, как сердце снова пропускает удар. - Где-то есть, только его надо найти, - хмуро ответил Джон. - То есть, вы опять уйдёте сейчас?! - мальчишку прошиб холодный пот от мысли, что снова придется остаться одному в темноте и холоде. Некоторое время вампир снова молчал, видимо, о чем-то раздумывая. - Лайдж поищет ключ, - наконец, ответил он, и Райли вздохнул с таким облегчением, что вызвал у собеседника очередной короткий смешок. - Испугался? А я не просто так говорил, не шастай по всему дому. - Но туда-то вы ходить не запрещали! - заныл Райли, делая ещё один короткий шаг и тут же тихо скуля от боли. Опять зазвенела решётка, Джон громко втянул носом воздух. - Ты поранился?! Как он это понял исключительно обонянием, Райли решил не спрашивать, к тому же, было слишком больно. Он подошёл вплотную к решётке, уцепился за неё и встал, опираясь только на здоровую ногу. Лодыжка горела и пульсировала, но крови точно не было, он уже все сто раз проверил. - Сядь! - рявкнул Джон. - Ещё чего не хватало... Райли послушно сел, оперевшись спиной на решётку. Конечно, само присутствие Джона уже сказывалось на его состоянии весьма благотворно, но от холода и усталости это не спасало. Сколько он здесь просидел? Час, два? Или полночи? - И не вставай, пока я не разрешу, - вампир снова принял на себя должность агрессивно-заботливой мамочки, способной оторвать тебе голову за то, что ты не надел туда шапку. - А долго вы мне не разрешите? - поинтересовался Райли, прикладывая холодные пальцы к горячей лодыжке. Не видеть Джона, ориентироваться только на звук было трудно, тем более, что вампир часто решал, что на сей раз желает промолчать. Ровно как и сейчас. Райли без пререканий сидел на полу, время от времени трогал ногу, ещё периодически вытирал мокрый нос, из которого все ещё предательски текло. Время шло, но ни Лайджа, ни каких-либо следов его деятельности не было. И ничего не происходило в этой давящей темноте. Совсем ничего. Райли вздрогнул. А если он снова остался один, и даже не знает этого?! - Дядь, вы где?! - воскликнул он сорвавшимся голосом, прижимаясь к решётке, как к единственному известному ему здесь предмету. Вампир ничего не сказал. Вместо этого Райли услышал шуршание ткани и ощутил на своём затылке холодное дыхание. Джон опустился на колени, садясь рядом, по другую сторону решётки. - Я никуда не ухожу, кутенок, не скули, - все с той же усмешкой произнёс он. Просунув руку сквозь решётку, Джон доверительно сжал ладонь Райли, чтобы тот действительно понял, что никто его одного здесь не бросает. Рука была холоднее камня, обжигала кожу. Но Райли все равно вцепился в неё изо всех сил, сжимая так, что Джон за его спиной охнул от неожиданности. Райли зажмурился, чтобы темнота не так сильно давила на него, переплел с Джоном пальцы и, кажется, ни за что не согласился бы сейчас их разжать, даже из страха лишиться кисти. Лайдж шарился где-то по особняку, время шло, темнота не рассеивалась. Ладонь Джона с каждой минутой становилась теплее, как нагревается кусочек мрамора, если зажать его в ладони. Вампир просунул сквозь решетку вторую руку и осторожно коснулся пальцами лба Райли, убрав с него волосы. - Где он там бродит?! - зарычал он сквозь зубы, и тут же сменил тон так неожиданно и диаметрально, что, не знай его Райли вот уже месяц, подумал бы, что это два разных человека. - Сильно замёрз? - Ну, есть такое, - поежился Райли, понимая, как же его трясёт. Вторую руку Джона он тоже не преминул сцапать и тут же прижать к груди. Вампир на все это только посмеивался. На Райли он не злился. Может, слегка сердился за самодеятельность, но не более того. И не станет его тут бросать. И обязательно поможет. И будет сидеть здесь до самого утра, если Райли его об этом попросит. А может быть, даже дольше. Райли думал обо всем этом, и на душе становилось тепло-тепло, также потихоньку, совсем незаметно, как согревались от его рук и дыхания ледяные ладони Джона. Лайдж спустился на удивление громко, стуча каблуками по каменной лестнице и звеня связкой ключей так, что не трудно было догадаться - это исключительно во избежание вопроса, нашёл ли он их. Джон мягко выкрутил запястья из цепкой хватки и тоже зазвенел ключами, видимо, выбирая нужный. Райли во все глаза смотрел в темноту, где только вампиры могли видеть безо всякого света. И, спустя всего секунду после скрипа застывших за время петель, его подхватили под руки, как ребёнка, и легко подняли, помогая идти. После подвала полутемная вампирская гостиная показалась Райли самым светлым, тёплым и прекрасным местом во вселенной, почти раем. Джон незамедлительно куда-то ушёл, ничего, как и всегда, не сказав, хотя мальчишка бы предпочел ещё некоторое время цепляться за полы мамочкиного халата. Лайдж то сочувствовал, то хохмил, с небывалой скоростью переходя от вопросов в духе "и чего ты туда вообще полез?!" вперемешку с насмешками к сочувственным поцелуям в макушку. Придя в себя и несколько оттаяв, Райли рассказал все как было. Что он копался в спальне, сломал (не сломал, так и было задумано!) подсвечник, нашёл ход, и сам же туда упал, потому что отвалилась часть лестницы. Лайдж по-прежнему то прочувственно кивал, то принимался хохотать в полный голос. Он был трезв, выглядел бледнее обычного, только глаза блестели несколько нездоровым светом, а движения его были рваными и резкими. Как будто ломало парня. - Ну хватит, он уже своё получил, - вернувшийся Джон незамедлительно оборвал Лайджу очередной приступ веселья. - Будет урок. - А я так и думал, что вы меня слышали, но специально игнорировали, - буркнул Райли, вполглаза косясь на Джона. Тот застыл в удивлении, и только сейчас Райли заметил у него в руках чашку. Полную чашку горячего чая. Даже пар над ней поднимался. - Чудесного ты обо мне мнения, - фыркнул Джон, к счастью, на его слова не обидевшись, или хотя бы не показав обиды. - Днём ты вампира ничем не разбудишь, если только его заживо не подожжешь. До заката я тебя не слышал. Райли стало стыдно. Он-то о Джоне такого надумал! И ведь искренне во все это верил, был уверен, что вампир именно так и поступит. Жалуется, что Джон не желает с ним дружиться, а сам чем лучше? Поверил, что они с Лайджем хладнокровно убьют Джеки. Вот сейчас, так легко решил, что Джон его бросил. Наделяет его самыми плохими качествами, хотя, если подумать, тот ни разу ничего дурного Райли не сделал, более того, по-своему защищал его, запретил Лайджу его кусать, и многое, многое другое... Наклонившись и поставив на пол врученную ему чашку, Райли, ничего не говоря, попытался подняться, и был незамедлительно Джоном подхвачен. Конечно, не обошлось без ругани и тому подобного ворчания, но без него вовсе ни одна ночь не обходилась. А Райли всего-то и хотел, что обхватить вампира за шею и повиснуть на нём, снова шмыгая носом, но уже оттого, что тот, замерзнув в подвале, потихоньку отогревался. - Спасибо вам, дядь, - пробормотал он, заглушаемый халатом, в который почти что лицом утыкался. - Простите меня, пожалуйста! - Ну, началось! - вздохнул Джон, но на сим все и ограничилось. Райли он тоже обнял, успокаивающе гладя по затылку, будто заимел за свою долгую жизнь колоссальный опыт успокаивания ближнего своего. Разве что надолго его хватить не могло. Стоило Райли привыкнуть и к халату, и к необходимости тянуться вверх, и к невыносимому аромату пыльной розы, которым Джон, казалось, был пропитан до самых костей, как вампир заерзал в попытке галантно выкрутиться. - Ну все, ребенок, убирай руки и пей чай, пока не остыл, - проворчал он, отпихивая Райли, но как-то аккуратно, словно всего лишь усаживал его обратно на диван, пусть и несколько недобровольно. - Откуда у вас, кстати, чай? - Райли отхлебнул из чашки и слегка поморщился, горький крепкий настой отдавал пылью, как и все вокруг, и был таким чёрным, что его впору было заливать в бак вместо топлива. - Да, ему лет двадцать, - отмахнулся Джон, не желая развивать эту тему. - А что, выдохся совсем? - Да нет, - Райли с некоторым усилием заставил себя сделать пару глотков. - Крепкий. Домой он в таком состоянии, разумеется, ехать не мог. Джон пришел в ужас от перспективы того, чтобы Райли остался в особняке ещё на сутки, но и к предложению все же добраться на велосипеде отнёсся ничуть не лучше. - Да я его отвезу, Джонни, не кипишуй, - оскалился Лайдж в самой дружелюбной улыбке, на которую только был способен. Джон окинул его презрительным недоверчивым взглядом, но все же кивнул. Видимо, трезвость в его глазах Лайджа скорее красила. - Тогда лучше возьми... - Ещё чего! - Лайдж искренне ужаснулся, а Райли так и не понял, чему. - Доберёмся своим ходом. У него ж не позвоночник сломан, в конце концов, сидеть-то он может! О том, почему ему необходимо иметь возможность сидеть, Райли узнал несколько позже. Прямо по траве, минуя кусты, к особняку подъехал абсолютно чёрный байк, блестящий от капель ночной мороси. Восторгу Райли не было предела, хотя Джон по-прежнему продолжал подвергать затею сомнению. - Может, всё-таки... - Я на этом не поеду, хоть режь меня, сахарный, - поморщился Лайдж и кивнул Райли в знак того, что он готов отправляться. - У тебя нет второго шлема, - ворчал Джон. - Возьмёт мой. - Дядь, ну пожалуйста, можно мне поехать?! - взмолился Райли, у которого от перспективы прокатиться по ночному городу на байке аж дух захватывало. Вампир с недовольным видом поджал губы, но, в конце концов, смилочтивился, хотя, обнять себя ещё раз так и не разрешил. Велосипед Райли он лично откатил куда-то, чтобы тот не мозолил всем глаза на видном месте прямо у садовой дорожки. А Лайдж, дождавшись, пока Райли получше закрепит на спине рюкзак, всучил ему столь же чёрный и блестящий, как байк, шлем. - Так вот ты где живёшь, значит? - поинтересовался вампир, когда они успели навернуть пару лишних кругов по пустым дорогам, прежде чем остановиться. Райли пожал плечами. Всего три этажа, общий коридор и небольшие квартирки, каждая состоит из двух комнат, кухни и крохотной ванной комнаты. Они с соседом снимали свою уже третий год, вернее, Райли очень удачно к нему подселился из студенческой общаги. Лайдж изъявил желание помочь Райли подняться по лестнице, даже если тот упорствовал в том, что дойдет и сам. - Ну нога-то на месте, в конце концов! - взмолился он, но, обернувшись, охнул. - Блин, ну вот! Останешься? Лайдж обернулся и смерил взглядом розовеющий горизонт. До рассвета оставалось всего ничего, вряд ли он успеет доехать до особняка. Но вампир на предложение только поморщился, и лишь затем Райли вспомнил. Все это время Лайдж был в курсе. Он ведь слышит, когда поднимается солнце. - Спасибо за предложение, лисёнок, но лучше останусь у Джонни, мне ещё надо ему доложиться, что я довёз тебя в целости и в дороге не потерял, - Лайдж усмехнулся, наклонился и звучно чмокнул Райли в розовую щёку. - Но как же, ты же сгоришь на рассвете! - за искренним волнением Райли машинально вытер лицо. - Не переживай, детка, - вампир подмигнул и подкинул в руке шлем. - Я огонь парень, конечно, но постараюсь не обуглиться. Райли и не заметил, что шлем на поверку оказался полностью тонированным, он-то ехал с поднятым стеклом. Лайдж же стекло опустил и, откинув назад черную косу, махнул рукой на прощание. - Ты уверен, что не останешься? - в последний раз спросил Райли. Вампир усмехнулся. Лица его мальчишка теперь не видел. - Не стоит, лисёнок. Не в настроении я в последнее время, уж извини. Голос казался таким же как всегда, но за чёрным стеклом Райли показалось, что было в этих словах что-то глубже, чем постоянное наркотическое опьянение и отсутствие по несколько недель. Также, как была причина отказаться. И крылась она вовсе не в Джоне.