Упыри

Несмотря на то, что последнее воскресенье уже было не летним, а осенним, погода стояла лучше некуда, даже дожди ни разу за неделю не лили. Джон крепко спал, повернувшись на бок, разве что время от времени вздыхал так, словно ему снилось что-то волнующее или неприятное. В комнате, как всегда, было душно и невыносимо пахло пыльными розами. Рядом с кроватью валялись драные кеды. В тишине раздалось приглушенное хихиканье. Райли нахально валялся рядом, поверх одеяла, и лениво листал ленту. То, что Джон спит, и его сюда не приглашал, парня мало волновало. То, о чем вампир не узнает, ему не повредит, как говорится. - Покажу вам жидких котиков, когда проснетесь, - пробурчал он себе под нос, добавляя пост в избранное. Время от времени он вываливал на только что открывшего глаза Джона целую кучу бесполезной информации, например, видео с котятами или хомячками, или гороскоп на неделю для всех знаков зодиака, или документальный фильм о том, как варить сыр - с бесценными комментариями от самого Райли, разумеется. Вампир терпел. - О, а тут мем прям про вас! - воскликнул мальчишка, демонстрируя спящему Джону экран смартфона. Можно тут хоть рок-концерт устраивать, все равно тот не проснется. Райли этим фактом бессовестно пользовался. Помахав, на всякий случай, перед лицом вампира ладонью, он придвинулся ближе, включил фронтальную камеру и настроил фокус. - Скажите "я проснусь вечером и ничего не узнаю"! - произнёс Райли, делая парочку селфи. Спящий Джон прекрасно получался на фотографиях. В особенности, потому что не ворчал и не отворачивался. Сохранив несколько самых удачных кадров, Райли снова откинулся на подушку и улегся поудобнее. Вампир никогда, даже в самую дрянную погоду, когда солнце, казалось, садилось еще до восьми вечера, не просыпался раньше полуночи. Джон, завозившись во сне, перевернулся на другой бок и придвинулся ближе. Райли это уже некоторое время назад заметил. Если он лежал рядом достаточно долго, то вампир потихоньку подползал ближе, чтобы, в конце концов, прислониться к нему спиной и успокоиться. Однажды во сне даже обхватил его руку, из-за чего Райли пришлось порядком попотеть, чтобы тайком ее вытащить. Очень уж не хотелось, чтобы Джон застал его за тем, что он без спроса тусуется в его спальне. Более того, на его кровати. Да еще и в уличной одежде. Знал бы, точно прибил бы на месте. Но Джон, конечно, не знал. Спал себе и спал мертвым сном. Во всех отношениях мертвым - иногда Райли наклонялся, чтобы проверить, дышит ли вампир вообще. А-то вот так откинется однажды, и что с ним делать? Семьсот лет, как никак, преклонный возраст. Мемы кончились, и лента запестрила новостными постами. С одной стороны, Райли терпеть не мог новости, когда их было много. Подобные штуки на раз-два могут выбить тебя из колеи и испоганить все настроение. С другой стороны, он же учился на журфаке, новости - его стихия! Да еще и диплом в этом году писать. Бегло пролистав сообщения об открытии новой пиццерии и обсасываемом уже неделю скандале в службе доставки из-за партии поврежденных посылок, он остановился перед заголовком о ДТП. Не то чтобы его сильно интересовали дорожные происшествия. Не то чтобы они так уж редко случались. Но это вызывало куда больше эмоций. - А, кстати, прям недалеко от вашего дома, - обратился Райли к спящему Джону, не получив ответа. Автомобиль с молодой парой слетел с трассы в районе лесополосы, перевернулся и взорвался. Из фотографий красовалось только несколько кадров обгоревшего до черноты остова машины, да тело на носилках, прикрытое какой-то грязной тряпкой. Дорожная охрана все еще разбиралась с произошедшим, склоняясь к тому, что молодой человек за рулем просто не справился с управлением. Как установить по кускам горелых костей, были ребята пьяными или нет? Но у Райли по спине пробежала волна мурашек. Не от страха, скорее, от возбуждения. «Рассматривается версия, что автомобиль перевернулся из-за столкновения с крупным животным, следы крови на дороге и обочине...» В городе, где живут вампиры, автомобиль переворачивается от предположительного столкновения с каким-нибудь лосем. Лося нет, а кровь есть. Райли прикусил губу, вбивая в гугле дату, город и слово «авария». Первые три ссылки, каждая статья написана чуть иначе, но, в целом, кругом одно и тоже. А он бы написал лучше, между прочим! Устроиться, что ли, в какое-нибудь издательство? На всякий случай сохранив все в заметках, Райли глянул на время, охнул и кинулся шнуровать кеды. Еще немного, и его бы заметили. Теперь бы еще вести себя тише, после захода солнца Джона вполне можно и разбудить лишним шумом. Именно тот самый лишний шум вампира, в итоге, и разбудил. Исходил он из гостиной, и заключался в душераздирающем топоте и не менее душераздирающем пении. Последнее оказалось Джону таковым исключительно спросонья, так как, прислушавшись, он понял, что пение еще ничего. Но вот топот ужасный. Надо что-то с ним сделать. - Чудовище, дом старый и вот-вот развалится, ты хочешь ускорить процесс? - вопросил он еще с лестницы, недовольно кутаясь в халат. - А, да я... нет! Извините, - слегка стушевался Райли, но тут же расцвел в широкой улыбке. - Мне дали главную роль в мюзикле, прикиньте! - Тебе? - Джон недоверчиво вздернул левую бровь. - Кто? - Режиссер и комиссия, и... эй, это не вежливо! - мальчишка запоздало сообразил, что вопрос был с подтекстом. - Да? Ну, извини, поздравляю, - вампир невозмутимо опустился на софу. - Хотя, ладно, признаю, актер ты, вроде, ничего такой. В честь чего вдруг мюзикл? Ты сменил специальность? - Не, просто студсовет в нашей шараге ставит, - Райли рухнул рядом, отчего Джон даже за подлокотник схватился. - Я ж последний год учусь, надо брать от жизни все! - Возьми от жизни диплом, будь добр, - проворчал вампир, крайне недовольный таким обращением со своим обожаемым антикварным диваном и всей его внутренней плесенью. Следующие минут сорок Райли болтал без умолку. О спектакле, о своей роли, о том, как он готовится, между прочим, каждый день перед зеркалом репетирует! А Эрси говорит, у него круто получается. Он в школе даже в театральный кружок ходил. Правда, школа была начальная. Он, вообще-то, не очень театр любит, но мюзиклы - другое дело! Никакой нудятины, все поют и танцуют. Не делайте такое лицо, каждый имеет право на мнение! Вам-то, наверное, опера какая-нибудь нравится, дядь. Занудная, прям как вы. - Я в детстве очень хотел быть актером, - мечтательно заулыбался Райли. - Не в кино, а именно в театре! И чтобы мне принесли цветы. Я не знаю, почему, но мне тогда казалось, что только самым крутым актерам цветы приносят! Вроде как, это для меня было критерием того, на сколько ты хорошо отыграл и на сколько ты известный и классный. Джон, казалось, задремал. По крайней мере, на реплики Райли он давно уже не реагировал. Мальчишка немного помолчал, поперебирал пальцами, подергал рукава. Набрал в грудь побольше воздуха и спросил. - Дядь, а вы придете на спектакль?! - Нет, - коротко отрезал Джон, не оборачиваясь. Вздох был очень глубоким, очень печальным и ну очень громким. Но вампир больше ничего не говорил. А пробовать еще раз или расспрашивать подробнее Райли не решился. Нет, значит, нет. - Не больно-то и хотелось, - шепотом проворчал он, и было очевидно: хотелось, еще как хотелось! Джону снова пришлось стерпеть все сохраненные для него посты. Он в очередной раз сообщил, что ненавидит кошек, но фотографии котов в вазочках счел забавными. Мема он вообще не понял, до тех пор, пока Райли ему не объяснил, вследствие чего шутка утратила актуальность. Снова выслушал, что он бумер и не шарит за последние тренды. Согласился. Сделал вид, что понял, что значит «тренды» и «шарить». - Ой, кстати, я у вас спросить хотел! - воскликнул вдруг Райли, открывая свои заметки про аварию. Джон внимательно выслушал весь рассказ о случившемся, составленный мальчишкой на основе всех найденных им статей. Но на вопрос, могут ли это быть вампиры, только пожал плечами. - Может, и так, а может, и нет, - ответ получился совсем уж неопределенным, и Джон тут же его дополнил. - Раньше тут было много ребят, которые подобным промышляли, но Лайдж говорил, в последнее время он их тут не видел. По меньшей мере, лет сорок. Так что, да, технически, идеальная схема на случай, когда не сдержался и выпил лишнего, убил пару человек, и нужно замести следы. С другой стороны, это могло быть обычной аварией, и я к этому больше склоняюсь. - Ага, - кивнул Райли, внося еще несколько предложений в заметки. Джон понаблюдал за ним, нахмурился и выхватил из рук смартфон, поднося экран к глазам, но после отодвигая дальше - чертова дальнозоркость! - Не говори, что хочешь влезть в это! - прорычал он, на все попытки Райли вернуть себе любимую технику поднимая руку еще выше, чтобы мальчишка не мог дотянуться. - Даже не думай. - Да я так, поиграть... Ну, кто меня к официальному расследованию допустит? Дядь, ну хватит, верните телефон! - Не допустят, и правильно сделают, если у Уилфреда еще мозги на месте, - ворчливо выдохнул Джон, но телефон все равно не вернул. - Дай мне слово, что не станешь в это лезть, не поедешь на место аварии, не будешь расспрашивать... - Клянусь, дядь, не буду! - заканючил Райли. - Я честно только спросить вас хотел, и все! Вампир фыркнул, выдержал воспитательную паузу и протянул телефон хозяину. Только в последнюю секунду глянул на экран, вернувшийся к заставке, и передумал. - Ты меня тайком фотографируешь, пока я сплю? - спросил он, поворачивая экран к Райли и демонстрируя тот самый финальный кадр из спальни. Мальчишка покраснел до корней волос, от него даже пар, как будто, повалил. Он не только фотографировал. Он еще и на обои устанавливал. Что может быть хуже? - Классная же фотка получилась, правда? - смущенно пробормотал он, и выхватил у Джона телефон с такой скоростью, что вампир едва ли не позавидовал. Джон прекрасно знал: сейчас ребенок слегка остынет, и фотографию, конечно же, не удалит. Более того, новых потом наделает. И черт его знает, сколько их там у него! Ближе к середине ночи Райли начал зевать. С началом учебы он бывал у Джона намного реже, утром начинались лекции, пропускать которые не стоило, все-таки, последний курс, как никак. Но и совсем не приезжать он тоже не мог. Если он не бывал у Джона дольше трех дней, настроение его портилось, и восстанавливалось только с приездом в особняк. Так Райли и научился приезжать до заката и валяться внаглую на вампирской кровати. Конечно, это было не так интересно, как донимать хозяина дома, но тоже ничего. Сойдет, как говорится, на безрыбье. - Я не приду на спектакль, потому что мне для этого придется выйти из дома днем, - вдруг сказал Джон, когда Райли уже запихивал в рюкзак упаковки из-под чипсов, чтобы выбросить по дороге. - Ты же это понял, я надеюсь? Мальчишка промолчал. - Я тебя не игнорирую, я же не чудовище, - вздохнул вампир, и Райли стало совсем стыдно. Опять он думает о Джоне хуже, чем есть на самом деле. Нет, разумеется, тот сам хорош! Ведет себя так, будто ему все равно, и как вот понять потом, что это не так? Что, сразу нельзя было сказать? Другие-то днем выходят, и ничего. Конечно, у «других» есть мотоциклетный шлем или тонированные стекла пикапа, но все же. - Я знаю, дядь, все нормально, - разулыбался Райли. - Я вам потом расскажу, как все прошло, окей? И фотки покажу! - Покажешь, куда денешься. Райли мог тысячу раз быть хорошим актером, только вот Джон прекрасно видел, как ему совсем не весело улыбаться.

***

- Дьявол! Джон активно побултыхал бутылку. Вязкое красно-коричневое месиво послушно завертелось, а вместе с ним крупные твердые сгустки, напоминающие слизней. Теоретически, кровь вызывала у вампиров такие же чувства, как у людей какой-нибудь деликатес или хотя бы сытный бургер: обострялось чувство голода, выделялась слюна, сердце стучало быстрее, аж в два раза! На практике же, желания брать это в рот у Джона не было. Но лучше так, чем вообще голодать. Чёрт знает, чем оно может в итоге обернуться. Вампир откупорил бутылку, понюхал, поморщился и сделал несколько крупных быстрых глотков, даже стакан не стал пачкать. Такое бы запить, но вино кончилось, а ближайшая поставка алкоголя и еды планировалась неизвестно когда. Например, когда поставщику придёт в голову в очередной раз к нему без стука завалиться. Можно было бы попросить это рыжее несчастье метнуться до магазина за бутылкой, но в вопросах выбора вина Джон ему не доверял. Райли и утонченный вкус в глазах вампира как-то не сочетались. Сам же Райли украдкой наблюдал за процессом из глубины кресла, где устроился с макбуком в гнезде скрещённых ног. Ему грозила череда семинаров по лингвистике, с чем он, страдая от нервного напряжения, пришёл к Джону с просьбой о помощи. Джон, способный на живом примере рассказать историю и развитие языка за последние семь сотен лет, помочь согласился. - Не вкусно? - сочувственно поинтересовался Райли. Джон задумчиво погонял слюну во рту, борясь с желанием сплюнуть. - Ты к тухлой еде как относишься? - вопросом на вопрос ответил он. - К кислому молоку, например? Или к мясу испортившемуся? - Ну, плохо отношусь, - нехотя ответил Райли, понимая, к чему вампир клонит. - Тогда вот это, - Джон потряс бутылку, где снова заплескалось, но уже на самом дне. - Ещё хуже. Вроде бы вкусно, но так мерзко, что хочется проблеваться. Я так мясо когда-то перепутал, в детстве... - А до этого что, исключительно свежее сырое ели? - рассмеялся мальчишка. Вампир отвернулся, чтобы вернуть бутылку обратно в сервант. Вопрос ему чем-то не понравился, но вряд ли у него вышло бы выпытать причину. Райли уже научился отличать, какие из его слов оказывались Джону не по душе, тот кривился или его лицо на время становилось непроницаемым, а речь сухой, будто он не произносил слова, а выплевывал их. - А ты прям не тянул в рот все подряд, когда мелким был? - язвительно спросил он. - И с младенчества знал, что яйца внутри жидкие? Райли задумчиво почесал кончик холодного носа. - Я думал, там цыплята, - ответил он, слегка краснея. - Во всех мультиках так было... Джон резко обернулся и смерил мальчишку оценивающим взглядом. Даже оттаял к нему, кажется. - Дед целую корзину собрал на продажу, хотел отвезти на рынок, - признался вампир, слегка кусая губы и глядя поверх головы Райли в окно, где едва что-то можно было различить в темноте, вытягивал воспоминания. - А я их все раскокал. Думал, в них хранятся маленькие куры, и пытался их освободить. Меня, конечно, лупили, но смеялись больше. Мальчишка хохотал так неподдельно, что и самого Джона заставил улыбнуться. Кто бы мог подумать, что дети во все времена такие одинаковые, что семьсот лет назад, что вот сейчас, в двадцать первом веке. Не прошло и пяти минут, как Райли принялся рассказывать одну за другой глупейшие истории из своего детства, заставив до слез смеяться уже Джона. Правда, попытался обидеться, когда вампир сказал, что с тех пор мало что поменялось. Ну, уж не мозги точно. Пытаясь отдышаться от смеха, как после долгой пробежки, Райли развалился на кресле, почти стекая с него на пол. В холодной комнате от него исходили волны жара. Другой человек бы их вряд ли заметил, но Джон с его тридцатью стандартными градусами температуры тела заметил сразу же. Теплые живые люди. Очень заманчивые. На шее Райли билась тонкая жилка, от которой нереально было отвести взгляд. Да, у Джона еще оставалась кровь. Но он был голоден. Не так чтобы опрометчиво впиться мальчишке в шею, но достаточно, чтобы неосознанно думать об этом. Вампир поерзал на месте и отодвинулся. - Вы есть хотите. Джон вздрогнул от столь неожиданного заявления. Райли давно перестал смеяться и теперь просто повернул к нему голову, глядя серьезным ясным взглядом прямо ему в глаза. Вампир проглотил сказанные им ранее слова о недалекости этого рыжего чудовища. Райли был проницательным. Райли был не глупым. Он просто вел себя, как ребенок, в своем неуемном любопытстве и тяге ко всему новому. Но он был взрослым. А Джон иногда забывал об этом, а потом приходилось платить. - Я уже ел, - коротко отрезал он, надеясь, что на этом тема разговора завершится. - Ну, видимо, не помогло, - вздохнул Райли, кое-как поднимаясь из полулежачего состояния в обычное сидячее. - Это потому что кровь старая? Джон только кивнул. Конечно, хочется ведь чего-то свежего, теплого, чтобы чувствовать, как у тебя по горлу течет горячая густая восхитительно вкусная жидкость. А не наполовину свернувшаяся холодная дрянь, не имеющая даже вкуса как такового, просто сладко-горькая на языке, а не солоноватая, какой она должна быть. Поэтому жилка на шее Райли была такой заманчивой. Джон знал, каким должен быть вкус. Хотя, пока не знал наверняка, разумеется. У всех людей кровь немного разная, и кровь Райли он пока что не пробовал. Может, она окажется слишком соленой, или будет горчить, и в итоге он разочаруется... Почему он вообще думает об этом, как об устоявшемся будущем, которое вот-вот свершится?! - Дядь, а вы ведь могли бы... - Нет! - резко ответил Джон, скорее своим мыслям, чем на фразу Райли, которую тот даже договорить-то не успел. Мальчишка еще сильнее выпрямился в кресле и недоверчиво отодвинулся, чтобы после обиженно поджать губы. А кричать-то зачем? Что он такого плохого может предложить? Он даже сказать-то ничего не успел! Вампир понял, что перегнул палку. Сам надумал, сам чего-то испугался, еще и наорал. В очередной раз. Наверное, это нехорошо, но не извиняться же теперь? Не в его привычках вообще просить прощения. Возможность укусить Райли вызывала у него мгновенное отторжение. Дело было не в его отношении к мальчишке, вовсе нет, отношение было даже выше среднего, лучше, чем к миллиардам людей на планете, и не было никаких причин отказываться, ведь, в конце концов, пить кровь того, кому доверяешь, намного безопаснее и удобнее. К тому же, Райли весьма аппетитно и приятно пах, что означало - не покажется его кровь Джону ни соленой, ни горькой. Он просто не мог. Не мог позволить себе предложить парню нечто подобное. Это же как... подвести его доверие! Из статуса друга перевести в статус еды. Или была иная причина. Джон сам не мог в себе разобраться. Зато Райли так вовсе не думал. Более того, Райли и считал-то ровным счетом до наоборот. Если Джон его не кусает, выходит, Джон ему не доверяет, что ли?! Или он не вкусный? Между прочим, шею каждый день моет! Это дискриминация! - Лучше укусить меня, чем мучаться голодом! - вдруг выпалил Райли, чтобы вампир уж точно не смог его еще раз перебить. Джон покосился на мальчишку с деланным равнодушием. Ему-то откуда знать, лучше или нет? - Вы ведь людей не убиваете, как мы выяснили, так? - Райли, тем временем, уселся в кресле поудобнее, скрестил ноги и загибал пальцы, приводя свои неоспоримые аргументы. - Значит, ничего со мной не случится. А вы бы не пили эту гадость старую и не мучались. Да что может вообще пойти не та... - Все может пойти не так! - огрызнулся Джон, больше злясь на то, что парень во всем прав. - А если я не остановлюсь? Ты об этом думал? Это для тебя опасно в первую очередь. Райли засопел, ковыряя ногтем обивку кресла. На счет «опасно» он действительно думал в последнюю очередь, если думал вообще. Ну да, вот такой он уродился, что теперь поделаешь! Он и в особняк этот лез без страха, и к Джону на следующую ночь вернулся, и в подвале сидел - боялся, конечно, да, но больше расстраивался. А будь у него тогда с собой фонарик, может, и вовсе бы воспринял все как веселое приключение. Очередное. Вся жизнь из них должна состоять, иначе, что это вообще за жизнь такая?! А Джон тут пытается о нем заботиться, да еще и каким образом?! - А я бы остановился, - пробурчал Райли себе под нос. - Очень бы постарался, потому что я вас... ну, вы мой друг ведь. Люблю я вас, дядь. Так что обязательно бы остановился. Джон не ответил. Что варилось в этой светлой башке понять было нереально даже когда он говорил, а уж если молчал так тем более. Райли уже смирился с тем, что его доводы, как всегда, не имеют для вампира никакого веса. До тех пор, пока Джон не глядя не протянул к нему руку, манящим жестом подзывая мальчишку. - Сюда иди. Райли подскочил так резко, что едва не свалился с кресла на пол, и быстро-быстро пересек гостиную, едва не споткнувшись о край ковра и не перевалившись через подлокотник софы. Когда он нервничал, неуклюжесть его возрастала в разы. Джон только вздохнул, потирая переносицу жестом очень усталого человека. И на что он соглашается?.. Мальчишка, тем временем, понял, что же его ждет, и теперь нервно потирал шею. Интересно, это вообще больно? А Джон будет его гипнозить, как в тот раз? А если прокусить артерию и кровь потом не остановится? Нет, он же сам согласился, нечего о таком думать, Джон, наверное, должен знать, как кусать правильно. - Дай руку. - Руку?.. - Райли обернулся и часто непонимающе заморгал. - Зачем? - А ты думал, я тебя в шею кусать буду? - усмехнулся вампир. - Мы не любовники. Дай руку. - А девчонку ту в шею кусали, - буркнул мальчишка, неистово краснея, и уже громче спросил. - Какую? - Да хоть обе, мне без разницы, - вздохнул Джон. - Жаклин была жертвой, а ты мне добровольно даешь... кровь твою пить. В общем, это вопросы этикета, ты все равно в нем не разбираешься. Поэтому - руку! Или передумал? Райли тут же засуетился, заворачивая рукава толстовки. На выбор нужной руки ушло еще некоторое время, так что даже Джон не выдержал и с усталым стоном попросту сам взял мальчишку за правую руку, заставляя, с одной стороны, неудобно к нему тянуться, зато, с другой, не выворачивать при этом плечо. Райли нервно дрожал. Нет, страшно ему не было. Скорее... волнительно. Его же никогда в жизни до этого вампиры не кусали! - Больно только вначале, потом быстро пройдет, - предупредил Джон, поглаживая внутреннюю сторону предплечья Райли, как врач, протирающий кожу спиртовой салфеткой прежде, чем воткнуть иглу в вену. - Если голова закружится сразу говори. Если вообще станет плохо, говори обязательно. Если не реагирую, отталкивай... - Да кусайте уже, хватит этой техники безопасности! - взмолился Райли, от нервов готовый грызть ногти на свободной руке. Джон искоса взглянул на него, и темные глаза в свете свечей блеснули желтым. - Сам попросил. Райли перестал даже дышать. Джон поначалу неспешно поднёс его руку ближе к лицу и глубоко вдохнул, принюхиваясь к коже. Так он обычно почти опускал длинный нос в винный бокал прежде, чем донести его край до губ. Томная медлительность нервировала Райли, но он терпел, не решаясь ни слово произнести, ни пошевелиться. А спустя целую бесконечную четверть минуты Джон широко открыл рот. Таких длинных клыков Райли никогда раньше не видел, даже у Лайджа. Зубы Джона, казалось, вообще ничего общего не имели с человеческими. Заострённые длинные резцы, чуть короче клыков - были они такими всегда или стали только сейчас? Казалось, они созданы не для того, чтобы прокусить кожу, а с целью вырвать целый кусок мяса и, вероятно, прожевать его. Райли вздрогнул и зажмурился. Поначалу было действительно больно. Не так больно, как если бы Джону пришло в голову полоснуть ножом по его руке, но все же, больно. Зубы впились в кожу, холодный язык прижался к предплечью, и из открывшейся раны потекла теплая кровь. Райли старался дышать глубоко и медленно, а ещё не трястись, как испуганный щенок. И, храбрясь, даже рискнул открыть глаза. Один, на пробу. Рот Джона наполнился кровью, и он, наконец, сделал большой глоток. Челюсти сжались сильнее, глубже впиваясь в руку, и Райли тихо зашипел. Вампир оторвался от его предплечья, дыша прерывисто, как путник в пустыне, наконец, сделавший первый глоток воды. Кровь потекла по коже, капая на его колени. И вампир принялся зализывать рану. Холодный шершавый язык несколько раз плашмя прошёлся по коже, как мелкая наждачка, слизывая каждую каплю. Джон прижался к ранке губами, буквально высасывая из нее кровь, глоток за глотком. И боль прекратилась. Вампир не соврал. Райли уже в открытую пялился на него, не задумываясь о вежливости. Это было совсем иначе, чем с Джеки, вообще не имело ничего общего. Тогда Джон был чем-то отрешённо потусторонним, непохожим на себя, как ни поверни. Он держал девчонку в объятиях, как паук удерживает в паутине жертву, чтобы та не трепыхалась. Райли Джон не держал, все было добровольно. Он лишь придерживал его руку, но не вцеплялся в нее всеми пальцами, не удерживал железной хваткой зубов, хотя мог бы. Райли все смотрел и смотрел до тех пор, пока дыхание не стало частым и слишком тяжёлым, принося дискомфорт и ненужную одышку. - Дядь? - тихонько позвал он, надеясь, что Джон отреагирует и не придется прибегать к описанной им "технике безопасности". - А, может, хватит? Мне как-то... Вампир тоже дышал чаще обычного. Так часто что его дыхание на коже Райли из холодного превратилось в горячее. Он сжал пальцы сильнее, будто борясь с самим собой - отпустить или не отпустить? И Райли отчетливо ощутил дрожь в его руках. В общем, Райли много чего ожидал. Даже того, что Джон действительно не остановится. Что придется ударить его, попытаться вырвать руку, что тот вцепится в нее клыками, а что будет после этого мальчишка вовсе думать не хотел. Но он не ожидал того, что Джон с утробным рычанием насилу оторвет губы от его предплечья и отвесит себе пощечину. Звук в тишине комнаты показался Райли резче и громче, чем был. А Джон, не долго думая, ударил себя ещё раз, и прижал ладонь к лицу, словно его вот-вот вырвет. - Прости, - прохрипел он не своим голосом и, пошатываясь, поднялся. - Я на минуту. Несмотря на мнимую неповоротливость и нетвердость походки, двигался вампир быстро и уверенно, скрывшись в коридоре, ведущем в ванную. На ковре осталось несколько крохотных пятен, будто последний глоток крови он проглотить не успел и та выливалась у него изо рта при каждом шаге, стекая с пальцев. Райли в оцепенении смотрел ему вслед, пока не опустил взгляд на предплечье. На месте, где должна была быть пара глубоких порезов, остались только затянувшиеся точки и широкий темный синяк. Джон влетел в ванную, удосужившись даже дверь за собой захлопнуть, и тут же, не делая вдоха, резко окунул голову в ведро с водой. Так он стоял порядка нескольких минут, и когда уже можно было говорить, что вампир, определенно, утопился - столь же резко вынырнул, жадно глотая воздух. Бледные впалые щеки от свежей крови приобрели редкий для Джона розоватый живой оттенок. Вода в ведре также окрасилась розовым. Джон то дышал быстро и часто, то прекращал дышать вовсе. Клыки, такие же длинные, как тогда, когда он только собирался укусить Райли, не давали закрыть рот. Казалось, вампира вот-вот вывернет наизнанку, время от времени он вздрагивал, и мышцы горла сами собой сокращались, словно он по-прежнему что-то глотал. Когда все это повторилось в третий раз, и гортань свело невыносимой судорогой, на глазах Джона выступили слёзы. Изо рта капала слюна по-прежнему розоватая от крови, а пальцы продавили на боках металлического ведра глубокие вмятины. Джон зажмурился и невнятно завыл, будучи не в состоянии разговаривать - зубы мешали. Насилу оторвав одну руку и кое-как сумев ее поднять, он отвесил сам себе ещё одну смачную оплеуху. Удар вышел сильнее предыдущих, тяжёлое кольцо ударилось в скулу, оставив на ней царапину. Яркая алая человеческая кровь смешалась с густыми черными каплями вампирской. Джон размахнулся сильнее, раз за разом ударяя себя по лицу, и с каждым ударом наклоняясь все ниже и ниже, до тех пор, пока не оказался на коленях, тяжело дыша и сплевывая. Разбитые губы почернели, но теперь хотя бы взгляд вампира стал осмысленным. С трудом поднявшись, Джон ещё раз окунул голову в ведро, на сей раз всего на пару секунд, поднял лицо и убрал с него вымокшие волосы. Сердце его колотилось, как бешеное. Семьдесят ударов в минуту, не меньше. Райли рефлекторно прижимал руку к груди. Не то чтобы она болела, ну, синяк и синяк. Разве что сердце бухало под ребрами, не слишком быстро, зато сильно, аж потряхивало. Он так и продолжал сидеть на софе, забравшись на нее с ногами, и теперь тихонько шевелил подмерзающими пальцами в ярких носках. Но слезть и обуться не решался. Ждал Джона. Вампир вернулся не скоро. Бледный, но с непривычно яркими щеками и разбитыми губами, к которым, видимо, прилила свежая кровь. С волос его капало, на что он совершенно не обращал внимания. Взгляд, как обычно, чёрный, без хищного блеска, был бездумно стеклянным, и в темноте Райли показалось, что Джон беззвучно шевелит губами, словно о чем-то сам с собой разговаривает. На мальчишку он не обратил внимания, словно того в комнате не было. Только упал в кресло, откинул голову и слегка сполз вниз. Некоторое время Райли продолжал неловко молчать. - Дядь?.. - на пробу окликнул он. Джон встрепенулся, как разбуженная птица, и часто заморгал, оглядываясь, определяя, откуда исходил звук. И заметил, наконец, что в комнате он по-прежнему не один. - А, да, прости, - он хотел было сказать что-то ещё, но вместо этого замолчал и устало провел ладонями по лицу. - Вы как? Нормально все? - Райли искренне переволновался, совершенно не ожидав подобной реакции. - Да, я в порядке, - отмахнулся Джон, усиленно глядя куда угодно, но не на гостя. - Не напугал? Серьезно, извини меня, такое... бывает. Не бери в голову. Я в норме. Ещё несколько раз Джон зачем-то повторил это "я в норме", убеждая в этом, скорее, себя, чем Райли. Райли-то как раз убеждался в обратном. Вампир ни черта не был в норме. Взгляд его задумчиво блуждал по комнате, ни разу не скользнув по Райли с того момента, как он покинул гостиную. Время от времени он облизывался, но это можно было списать на необходимость облизать в очередной раз разбитые губы. О том, почему у него вообще разбиты губы, а ещё скула и бровь, Райли тоже интересно было бы спросить. Только вот Джон на вопросы отвечать не горел желанием. Вернее, говорил все время одно и тоже: "Прости. Я виноват. Я в порядке". - Да в чем вы виноваты-то?! - не выдержав, вспылил Райли, и даже ноги, наконец, с дивана скинул. - Нормально же все! Вы меня не угробили, видите? Можем даже как-нибудь повторить... - Нет! Мальчишка буквально упал обратно на диван. Джон никогда не кричал так громко в его присутствии. Более того, в его голосе Райли никогда раньше не слышал страха. Вампир, наконец, взглянул на него, первый раз за ближайшие полчаса, и тут же снова отвернулся. - Мы так больше делать никогда не будем, - медленно и четко проговорил он, то ли чтобы подробно разжевать каждое слово, то ли потому что эти слова давались ему с трудом. - Спасибо тебе, есть я больше не хочу. И это было в первый и последний раз. Больше не повторится. Ни черта Райли не понимал. Его кровь какая-то не такая? Джон так редко кусает живых людей, что боится в следующий раз не сдержаться и вцепиться Райли в горло? Все ведь нормально было! И понять, чего вампир так распсиховался - совершенно невозможно. - Не будем, так не будем, воля ваша, - буркнул Райли, отыскивая взглядом кеды на полу. - Если не понравилось, так бы и сказали. - Понравилось, - честно ответил Джон, резко перебивая его обиженное ворчание. - Не спрашивай, пожалуйста, я не смогу объяснить. Я тебе очень благодарен, и... Райли уже успел зашнуровать один ботинок, и теперь стоял на коленях на полу. Пришлось задирать голову. - И?.. - И ты очень вкусный, если тебе это приятно услышать. Мальчишка наклонился обратно к шнуркам и фыркнул, пряча усмешку. - Ну вы, конечно, дядь, мастер комплиментов, десять из десяти! На всю жизнь запомню! Когда Райли, наконец, уехал, вспомнив, что завтра ему, кроме прочего, предстоит домашка и репетиция, Джон поднялся и зачем-то накрепко запер дверь. В ушах громовыми раскатами отдавались удары сердца, не желавшего утихомириваться. Вампир медленно вытянул перед собой руку, глядя на нее, словно на чужую. Поднёс пальцы к лицу, провел по щеке, с нажимом царапая кожу. Закапала на пол чёрная кровь, капля за каплей - потеплевшая, жидкая, если не сказать, водянистая. Джон закрыл глаза, прислушиваясь. Температура подросла на два и шесть десятых градуса. Шестьдесят семь ударов в минуту. Нет. Уже семьдесят один. Райли сейчас съехал на шоссе и быстрее крутит педали. Семьдесят четыре. - Дьявол!.. - прохрипел Джон и опустился на колени, сжимаясь в комок и впиваясь пальцами в мокрые волосы.