О чем не спела иволга

— Чего блять? — Да, да, — качал головой собеседник, — ты не ослышался. — Почему я? — Ну он сказал, что ты менее мутный, вот ты туда лезь. Тебе веры больше. — Я не полезу в этот пиздец! Сам лезь! — Хош атамана разозлить? — склонил набок голову Мирока, — Я б полез, но атаман мне такие дела не доверяет. — Ай, хер с тобой, — махнул рукой Элька. Перспектива лезть в какой-то богами забытый подвал, даже ради выпивки, не устраивала никого. После того, как Мирока, в прошлый раз, был послан принести огненной воды, а вернулся сам ушатанный в дрова и даже без бутыли, атаман больше не дает ему такие задания. У Эльки же с алкоголем был другой разговор. Он знает свою меру, но всегда напивается вдрызг. И всегда самый последний, хоть и начинает раньше, чем Ольгерд. И вот уж полдень, а кабаны снова напились. Как-никак они тут зимовать будут. Прислугу атаман велел не трогать, даже не приближаться. Старый граф жил один в этом особняке. Вся его семья съехала от него, уж сильно у него снесло крышу, после того, как нильфы под Вызимой устроили ему огненное представление. Витольд все ещё трезвый, недоумевал. Его собираются женить на какой-то девахе с ребенком. "Такой себе расклад", не отпускала его мысль. "Молод, горяч, а уже женат". Ойшу тоже не радовало это решение, но своя крыша над головой была необходима. Осталось лишь разобраться с тем, что бабка ее успела натворить, и можно спокойно жить. Амалия все крутила свой амулет, который спасал ее от смерти. Так уж вышло, что она была подвержена воздействию черной магии и дважды чуть не умерла по этой причине. В первый раз, Ойша подняла почти всех окрестных лекарей, но они разводили руками и говорили, что девочка не доживет и до Саовины. Разочаровавшись в медиках, Ойша нашла чародея-ренегата и выпросила у него помощи. Он смог, но девушка влезла в огромный долг. Ей пришлось работать в корчме и терпеть похабное отношение посетителей, чей контингент не отличался хоть какими-то манерами. Ей оставалось выплатить последнюю четверть долга, но чародея поймали охотники на ведьм. Она пыталась его спасти, но не смогла. Его все равно сожгли. И теперь, из-за этой истории, она не может появиться в Новиграде. И снова приступы. Кашель с кровью, рвота, бредни... Ойша уж хотела в оккультизм уйти, чтоб хоть как-то помочь своему солнышку, но она наткнулась на менее затратный вариант. Ведьмы с Кривоуховых топей посоветовали ей найти редкий амулет. Проблема заключалась даже не в его редкости, а в их требованиях за услугу. Им нужны были дети. Ойша сразу обозначила, что свое дитя она не отдаст, за что тут же получила от ведьм по морде и свалилась без сознания. Они прибрали Амалию себе. Дали ей амулет. Очнувшись от воздействия ведьм, Ойша обнаружила себя далеко за пределами топей. Она с трудом отыскала дорогу туда. И вернувшись, ее уже ждала Амалия и три ведьмы. Девочка смышлёная, сразу поняла, что ей тут оставаться нельзя. "Потеряв" амулет, дитенок решил довести ведьм до белого каления. Их не устраивала ее болезненность. Тем более, что эта болезненность происходила даже не от обычной черной магии. Это было что-то древнее и не поддавалось их заклинаниям. Ойша забрала Амалию, а девочка нашла "потерянный" амулет и теперь с ним не расстается. После таких приключений, девушка решила всё-таки обратиться к гоэтии и оккультизму, для того, чтобы найти там защитные символы. Нашла и набила татуировку в виде пентакля вписанного в солнечный круг. — О-о-о, наконец-то, — протянул Витольд, — явилась. — Ты это про кого? — Явно же не про твою племянницу. — А почему не про меня? — карикатурно обиделась Амалия, — Я тебе не нравлюсь? — Ха-ха-ха, малышка, у меня серьезный разговор к твоей тете, — вставая с лавочки, он рукой указал на открытую комнату. — Это не ответ. Я с тобой потом поговорю, — прищурилась девочка. — С нетерпением буду ждать, — отвесив шутливый поклон, он пошел за Ойшей в комнату и закрыл дверь. — И какой же? — Почему я? — Меньше мороки. Атаман сразу начнет меня под себя строить, а тебе этот брак также на хуй не упал, как и мне. Поэтому ты. — А если я тоже буду так делать? — Не будешь. Есть выгодное предложение. Так как, наш брак – это всего лишь способ быстренько получить то, что мне причитается по завещанию, предлагаю тебе особо не вдаваться во все эти тяжбы. — А, ну это можно. — Прекрасно. В таком случае, думаю проблем не возникнет, — немного помолчав, она продолжила, — а ты шо думал? — крутя нож в руках, она взглянула на него, — Женишься и все? Прощайте девки на сеновалах, до свидания кутеж до беспамятства. — Примерно так, мне ж еще с малого говорили, что брак пустым быть не может. А тут вот-те нате, хрен в томате, — присев на рядом стоящий стул, начал язвить он. — Хрен редьки не слаще. Оно в любом случае не пустое, но в нашем конкретном случае, оно постановочное. — Ладно, — на его лице появилась хитрая улыбка, — а что по супружескому долгу? — Любить тебя я не обязана, оберегать тоже, жить с тобой под одной крышей до гроба тем более. А насчет того, что те сейчас зачесалось – в бордель. Я в прошмандовки не записывалась. — Ну какие же прошмандовки могут быть, если они трахаются с собственным мужем? — Тебе б только девку под себя уложить, а о чем-то более возвышенном не думал? — И ты туда же, — тяжко вздохнул Витольд, — работа у вас что ли такая? Заставлять меня думать о том, что мне не особо нравится. — Не удачный опыт? — Скорей, удачное стечение обстоятельств, при которых, я не получил данного опыта. — Как официально. Аж страшно стало, — поежилась Ойша, — основные моменты освещены, думаю вопросов более быть не должно. — Вопросов пока не имеется, — сделав упор на слово "пока", он встал и открыл дверь Ойше, — прошу, мазелька. — Спасибо, — сделав книксен, девушка вышла из комнаты, за ней пошел Витольд.