Глава 8. Избиение людей и убийство кур
12 июля 2022 г., 20:10
Деревня Хеси расположена в стране рыбы и риса. Она всегда была богата, тут не случалось ни природных, ни техногенных катастроф. Она также очень близко к уездному городу. Люди, живущие здесь, не склонны к насилию. Когда жители деревни дерутся друг с другом, обычно это происходит по принципу "если ты меня толкнешь, я тебя тоже толкну".
Цзян Чжэнь взял и избил своего уважаемого второго дядю. Эти люди не могли не чувствовать себя глупо. После того, как Цзян Чжэнь пнул крепкого мужчину в промежность, и тот завопил, все лица побелели.
Тело Цзян Чжэня еще не полностью восстановилось. Но когда он бывал на миссиях в прошлом, он мог сражаться с наркоторговцами даже после того, как его подстрелили. Теперь ему предстояло запугать группу фермеров. Что в этом сложного?
Даже если он не мог упорно сражаться, он мог использовать слабые места других людей. . . например, промежность, не так ли?
Думая об этом, Цзян Чжэнь подошел к остальным людям. Нож в его руке сиял холодным светом. Люди почти бессознательно сделали шаг назад.
Их образ жизни всегда был мягким; они боялись боли и боялись смерти. В то время как Цзян Чжэнь был смертельно опасен.
Этих людей позвала старушка Цзян, чтобы сделать выговор старшему Цзяну, но они не хотели ссориться с ним. Когда они увидели нож в руке Цзян Чжэня, им всем захотелось убежать.
«Старший Цзян, ты с ума сошёл?» Цзян Пин был главой деревни, поэтому у него хватило смелости высказаться.
"Я не сумасшедший. Но если вы не дадите мне возможность жить, я буду драться с вами изо всех сил!"
Цзян Чжэнь улыбнулся этим людям, но в следующую секунду увидел человека, который раньше издевался над старшим Цзяном и ударил его ногой в промежность. Мужчина видел, как страдает его предшественник, но был слишком взволнован, чтобы убежать. В результате Цзян Чжэнь опустил ногу и ударил курительный трубкой по затылку бывшего хулигана.
Трубка второго дяди была сделана из бамбука толщиной с большой палец. А её нижняя часть была специально уплотнена. Цзян Чжэн закурил, а затем оглушил другого мужчину трубкой, из-за чего тот упал на землю.
"Ты . . . У тебя будут большие неприятности. . ." Даже Цзян Пин испугался.
Цзян Чжэнь ничего не ответил и продолжил идти к ним. Естественно, он не убил упавшего человека. Вчера, очищая полоски тутового дерева, он хорошо понял уровень силы этого тела. Прямо сейчас удар по затылку мужчины может привести к обмороку, но не к смерти.
Все мужчины отступили.
"Сволочь!" Мясник Цзян, держа в руках дверной засов, внезапно бросился к Цзян Чжэню и попытался ударить его.
Цзян Чжэнь внимательно следил за ситуацией вокруг него. Конечно, он заметил действия Мясника Цзяна. Он бросил трубку и нож на землю. Сначала он уклонился от засова, отойдя в сторону, затем схватил его, а затем толкнул и потянул, выхватив засов из рук Мясника Цзяна.
Он ударил Мясника Цзяна дверным засовом, и тот упал.
С дверным засовом в руке Цзян Чжэнь холодно посмотрел на окружающих его людей с усмешкой и сказал: "кто-то ещё хочет драться?"
Конечно нет! Люди вокруг него покачали головами.
"Старший Цзян, ты не можешь совершить преступление. . ." Голос Цзян Пина дрожал.
Если меня никто не будет провоцировать, я, конечно, ничего делать не буду. Если меня кто-нибудь спровоцирует, я войду в его дом ночью. Войду с чистыми ножами, а выйду с красными! Цзян Чжэн огляделся, и наконец его взгляд остановился на старой госпоже Цзян. — Твою шею, я думаю, перерезать легче, чем шею свиньи.
Когда старушка Цзян позвала на помощь мужчин, некоторые женщины отвели своих детей в дом семьи Цзян, чтобы посмотреть на шум и суету. В этот момент несколько детей испугались и расплакались.
Люди, стоявшие перед Цзян Чжэнем, тоже хотели расплакаться.
Этот старший Цзян абсолютно сумасшедший. Если они его оскорбят, он и правда может их убить.
Человек, живущий спокойной жизнью, не готов оскорбить сумасшедшего ради других. Робкий человек, спрятавшийся за спиной Цзян Пина, взял на себя инициативу совершить побег. Затем сбежал еще один дядя из семьи Цзян. Затем глава деревни Цзян Пин поспешно ушел. У него также были жена и ребенок. Он в первую очередь должен заботиться о своей семье.
Человек, который прикрыл свою промежность и плакал от боли, был соседом семьи Цзян. Его забрал отец. Даже второй дядя не осмелился поднять трубку, которую Цзян Чжэнь бросил на землю, и просто ускользнул.
Цзян Чжэнь поднял нож с земли и держал его вместе с дверным засовом. И, не обращая внимания на мужчин, которые упали в обморок на землю, он вошел в дом.
Он пересек холл и вернулся в кладовую, чтобы поспать. Он вытащил из соломенного "гнезда" несколько тряпок и разрезанные одежды старшего Цзяна.
Цзян Чжэн нахмурился и снова вышел. Затем он хлопнул дверным засовом перед старой мадам Цзян. "Где ключ от третьего дома? Принеси его!"
Старая мадам Цзян снова испугалась. Она подсознательно собиралась найти ключ, но тут же остановилась. "Что ты хочешь сделать? Ты не можешь войти в третий дом!"
Цзян Чжэнь был немного нетерпелив. Он просто вонзил нож в стену над ее головой и спросил: "Отдашь, или нет?"
Старая госпожа Цзян села на землю; её ноги стали мягкими. Она задрожала и закричала: "Доченька, доченька, принеси мне ключ от спальни. . ."
Сельские жители обычно оставляют свои дома незапертыми. Днем двери открыты, а ночью, когда возвращаются в комнаты, запирают дверь. Но третий сын семьи Цзян всегда был привередлив, и в его доме был медный замок.
Цзян Сяомэй принесла ключ, а Цзян Чжэнь с важным видом открыл дверь в дом Цзян Чэнсяна и вошел в чистый новый дом.
Нож для рубки свиных костей все-таки был тяжеловат. . . Войдя в комнату, Цзян Чжэнь бросил нож на землю, запер дверь, потер запястье и начал осматривать комнату.
Приданое Чжу Шуфэнь было размещено в городе, но в доме Цзян Чэнсяна стояли комод, кровать, два ящика и лежали всякие мелочи.
До этого Мадам Цзян уже успела принести чистое постельное белье, а постельное белье на кровати уже было убрано. Цзян Чжэнь вытащил из коробки комплект одежды и положил его на кровать. Он снял одежду, нашел комплект одежды Цзян Чэнсяна и надел ее. Затем он лег спать, чтобы отдохнуть.
Вся найденная одежда была уже поношенной, но Цзян Чжэнь никогда не был разборчивым, ему было все равно. Конечно, если бы в будущем у него будут деньги, он купит себе новую одежду.
Жители деревни Хэси выращивали шелковичных червей. Одеяло Цзян Чэнсяна было легким и сшито из мягкого шелка. Очень теплое. Цзян Чжэнь заснул вскоре после того, как лег. Наконец он проснулся от чувства голода, к тому времени уже стемнело.
Перед домом Цзян Чэнсяна были ворота, но за ними была маленькая дверь. Через эту маленькую дверь можно попасть во двор.
Не взяв большого ножа, Цзян Чжэнь вышел через маленькую дверь во двор с острым ножом для забоя свиней. Он планировал пойти на кухню, чтобы найти что-нибудь поесть. В результате . . . на кухне не было ни зёрнышка риса.
Очевидно, старушка Цзян спрятала все, что можно было бы съесть.
Эта сцена была знакома старшему Цзяну, который иногда работал в поле допоздна. А когда приходил домой, сталкивался с пустой кухней. В конце концов, он мог только пойти в поле, чтобы найти немного салата и редиски, а затем вернуться в кладовую, чтобы спать или просто лечь спать голодным.
Когда Цзян Чжэнь вспомнил об этом, его сердце сжалось от печали.
Похоже, ему не только досталась память старшего Цзяна, но и сама его душа, похоже, еще не ушла. Когда это случалось с предыдущим владельцем тела, мужчина, должно быть, нервничал. Цзян Чжэнь не воспринял это всерьез. Он просто похлопал себя по сердцу, а затем направился к курятнику семьи Цзян.
Семья Цзян держала кур. У старой госпожи Цзян изначально было шесть кур. Но ради женитьбы третьего сына Цзян она убила четверых. Теперь осталось всего две курицы, которые только начали нести яйца.
Когда сельские жители выращивали кур, их в основном держали в огороженных местах. В деревне жило много людей. Каждая семья, которая убивала кур и ела мясо, не могла скрыть это от других, и лишние предосторожности позволяли не беспокоиться о том, что кто-то украдет птиц.
Вечером все загоняли цыплят в курятник, не давая ночью поймать их ласке или дикой кошке. В этот момент в курятнике находились две курицы семьи Цзян.
После наступления темноты куры были особенно тихими, и их было легко поймать. Цзян Чжэнь открыл куриное жилище, протянул руку и поймал курицу, а затем свернул ей шею.
На кухне он развел огонь и вскипятил воду. Цзян Чжэнь ощипал курицу. Он услышал, как пожилая леди Цзян шагает у него за спиной.
На улице было очень темно, но на кухне горел огонь, и всё происходящее было видно издали.. В этом свете пожилая леди Цзян увидела, как Цзян Чжэнь ощипывает курицу.
С криком отчаяния старая госпожа Цзян кинулась к Цзян Чжэню. — "Где ты взял курицу?"
"Поймал в курятнике." Цзян Чжэнь поднял голову и улыбнулся мадам Цзян.
"Ты убил курицу! Ты . . . Ты . . ." Старая госпожа Цзян положила руку на грудь и указала на Цзян Чжэня. В семье Цзян не едят курицу, даже если кто-то хотел съесть яйцо, он должен был получить разрешение мадам Цзян. Цзян Чжэнь без спроса убил курицу, которую собиралась оставить!
Он сумасшедший!
Старая мадам Цзян как раз собиралась выругаться. Но вдруг вспомнила, что делал Цзян Чжэнь в течение дня, и замолчала.
Ее старший сын действительно сумасшедший! Глупо было с ее стороны забыть о двух цыплятах и думать только о том, чтобы спрятать зерно.
"Тебе лучше оставлять мне немного еды на кухне в будущем, иначе… В следующий раз, когда я буду голоден и у меня не будет курицы, я убью свиней на заднем дворе", сказал Цзян Чжэнь.
Старушка Цзян замерла. Она могла бы спрятать еду и кур в своём доме и запереть его, но она не могла загнать двух свиней в свой собственный дом, не так ли?
Вспыхнувший в духовке огонь осветил Цзян Чжэня, делая его вид очень мрачным. Мадам Цзян внезапно вспомнила о своих ногах и убежала.
Через некоторое время она вернулась, бросила мешок с рисом и с трепетом сказала: "Ты не можешь съесть всю курицу. . ."
"Ну, я устану есть одну только курицу". Цзян Чжэнь взял мешок с рисом, зачерпнул тарелкой и кинул в кипящую воду, затем сел и продолжил ощипывать перья с птицы.
Печаль, затаившаяся в его груди, исчезла. Цзян Чжэнь посмотрел на курицу и подумал о Чжао Цзингэ, которого он любил.
Завтра он отнесёт мужчине куриную ножку.
