Глава 25. Дом построен
28 июля 2022 г., 16:14
Цзян Чжэнь пошёл посмотреть на свой новый дом, но его истинное намерение состояло в том, чтобы встретиться с Чжао Цзингэ.
Однако рано утром Чжао Цзингэ отправился на работу в семейный дом Чжао Даху. В конце концов, он вообще никого не видел, даже отца или мать Чжао.
Чжао Фугуй рано вышел на работу, как и Чжао Цзингэ, а Чжао Лю боялась выходить. Она закрыла дверь дома и больше не выходила из дома.
Прикоснувшись к своему носу, Цзян Чжэнь почувствовал себя немного неловко, а затем подумал: «Боюсь, для жителей деревни я уже стал почти монстром.
Каждый раз, когда так много людей собирались вместе для постройки дома, женщины в деревне приходили поболтать, а дети приходили играть, но на на этот раз. . . Цзян Чжэнь не видел ни одного ребенка, и ни одну женщину, когда пришел сюда.
Даже мужчины, которые здесь работали, когда он пришел, все работали усерднее и не осмеливались сказать даже слова.
Эти люди работали так усердно, что завтра он, возможно, даже сможет переехать в свой новый дом. . . Думая об этом, Цзян Чжэнь спросил Цзян Цюаня, старшего сына деревенского старосты, который организовывал другие дела неподалеку: «Когда я смогу жить в этом доме?»
"Завтра. Вы сможете жить тут завтра», — поспешно ответил Цзян Цюань на вопрос Цзян Чжэня. Увидев, что выражения лица Цзян Чжэня было нехорошим, он быстро изменил свои слова: «Мы будем работать усерднее. Возможно, ты даже сможешь начать жить здесь сегодня вечером.
— Ну, подготовь его для меня к завтрашнему дню. Где твой отец? — спросил Цзян Чжэнь.
«Мой отец отправился в городскую управу, чтобы получить регистрацию вашего домашнего хозяйства». Цзян Цюань не осмеливался скрывать это от Цзян Чжэня.
"Я понимаю. Принеси его мне, как только будет готово, — сказал Цзян Чжэнь, а затем помахал Цзян Цюаню, позволяя ему уйти. Он по-прежнему не имел ни гроша в кармане и носил чужую одежду, но такое отношение…с ним говорили так же, как старший Цзян говорил с членами семьи Цзян раньше.
Цзян Цюань даже не думал, что с его манерами что-то не так. Люди в их деревне теперь боялись Цзян Чжэня. После того, как Цзян Цюань отошел от Цзян Чжэня, был даже человек, бьющий в глиняную стену, который потянул Цзян Цюаня, чтобы спросить: «Я хочу в туалет, могу я пойти? Ведь Цзян Чжэнь не побьёт меня за это, не так ли?»
После прихода Цзян Чжэня они все хотели убежать, но боялись, что Цзян Чжэнь создаст им проблемы, поэтому в конце концов они не осмелились бежать и были вынуждены остаться и продолжить работу.
Страх заразителен. Когда группа людей собирается вместе, они не становятся смелее, а наоборот, больше боятся.
Под руководством Цзян Чжэня дом был построен очень быстро. К обеду уже было возведено несколько стен.
Когда стены были закончены, следующим шагом было обрамление дверей и окон, а затем установка балок, чтобы сделать крышу.
В это время возникла другая проблема.
Когда люди в сельской местности строят дома, они должны подготовить деревянные балки, двери и окна как можно раньше, но семья Цзян не собиралась строить дом для старшего Цзяна. Дома для Цзян Чэнвэня и Цзян Чэнсяна уже были построены, поэтому, естественно, они не могли найти древесину, необходимую для строительства дома.
А кто-то еще? Хотя некоторые люди в деревне подготовили все это, они планировали построить свои собственные дома, поэтому они, естественно, не хотели отдавать их Цзян Чжэню.
Цзян Цюань, который отвечал за строительство дома, не мог получить нужную ему древесину у мясника Цзяна, поэтому он мог только смущенно смотреть на Цзян Чжэня.
Цзян Чжэнь уже пододвинул стул и сел. В это время он усмехнулся. «Если дом не построен, он не будет построен. Не имеет значения, буду ли я продолжать жить в доме Цзян Чэнсяна, когда люди из городской управы придут меня искать». Сказав это, Цзян Чжэнь снова пнул Ян Цзина, стоявшего рядом с ним.
Мясник Цзян не любил своего старшего сына, потому что он не мог справиться со своими делами и не говорил. Но в тот момент он почувствовал, что его тогда молчаливый сын на самом деле был неплох.
Все люди из деревни, пришедшие на помощь, смотрели на Мясника Цзяна, а некоторые даже обвиняли его. Если чиновник не вернется в управу быстро, их всех арестуют горожане? Мясник Цзян, почему ты не знаешь, как сделать все быстро?
Мясник Цзян стиснул зубы и мог только хромать, спрашивая жителей деревни, есть ли у них подходящие брёвна. Он был готов заплатить за несколько штук.
Беспокоясь о Цзян Чжэне, Чжао Цзингэ пошел домой в полдень и как раз услышал, как мясник Цзян спросил, есть ли у кого-нибудь дерево, подходящее для изготовления балок дома.
Чжао Цзингэ на автомате сказал: «У меня есть. . ». Его брату было уже шестнадцать, когда он умер, и его семья готовилась построить для него дом, поэтому они сохранили немного дерева. Его отец тогда собрал много камней и сложил их за своим домом.
Позже, когда его старший брат умер и его семья обеднела, у них была идея продать древесину. Однако, каждая семья могла сама рубить деревья и заготавливать дрова. Поскольку они не могли продавать древесину за деньги, они могли только хранить ее у себя.
В конце концов, мясник Цзян купил древесину у семьи Чжао. Чжао Цзингэ помогал ему перемещать её по частям. Когда он подошел к месту, где строился дом Цзян Чжэня, его взгляд остановился на Цзян Чжэне.
Он смотрел на Цзян Чжэня, но когда его взгляд действительно встретился с взглядом Цзян Чжэня, он тут же бросился опускать голову.
Многие люди в деревне были похожи на Чжао Цзингэ, поэтому никто не считал его поведение странным. Мужчина, у которого были хорошие отношения с Чжао Цзингэ, сказал: «Цзингэ, ты тоже думаешь, что Цзян Чжэнь ужасен, верно? К счастью, я никогда над ним не издевался».
Чжао Цзингэ буркнул что-то в ответ, опустив голову. Он не боялся Цзян Чжэня. Но, увидев его, он подумал о том, что произошло прошлой ночью, от чего кровь прилила к его лицу.
В данный момент он не мог смотреть на Цзян Чжэня.
Как только Чжао Цзингэ закончил носить брёвна, подошла младшая сестра Цзян и робко сказала: «Можешь. . . Ты можешь пойти поесть."
«Еда готова?» Цзян Чжэнь взглянул на Цзян Сяомэй, а затем крикнул присутствующим: «Все вы, следуйте за мной, чтобы поесть, и ешьте достаточно, чтобы наполнить свои желудки. Не нужно быть вежливыми».
Закончив говорить, он окинул взглядом людей. «Кто посмеет не пойти. . ». Цзян Чжэнь не закончил это предложение, но угроза в его глазах была яснее, чем когда-либо.
Другие думали только о том, что Цзян Чжэнь хочет, чтобы все ели больше еды семьи Цзян. Только Чжао Цзингэ, собиравшийся уйти, был тронут. Был ли это способ Цзян Чжэня поужинать с ним?
В эти дни Цзян Чжэнь говорил ему, что он не может голодать, и всегда приносил ему еду. Хотя прямо сейчас они не могли разговаривать, Цзян Чжэнь все же помнил, что нужно заботиться о нем.
На сердце Чжао Цзингэ было тепло, но люди вокруг него не особо об этом думали. Они взяли с собою свои инструменты инструменты и последовали за Цзян Чжэнем в дом семьи Цзян. Некоторые люди даже не осмеливались сходить в туалет, опасаясь, что Цзян Чжэнь подумает, что они уходят.
Он был парнем, который осмелился даже избить городского чиновника, а тот же самый чиновник, который раньше был таким могущественным, теперь даже не смел издать ни звука перед Цзян Чжэнем.
Группа вскоре прибыла в дом семьи Цзян, где были накрыты три стола, которые пожилая леди Цзян позаимствовала у своих соседей.
Когда кто-то в деревне хотел построить дом, все остальные помогали. За это не нужно было платить, но они должны были позаботиться о том, чтобы накормить помогающих досыта... Курицу, утку и свинину можно не подавать, но обязательно должно быть не менее двух мисок с рыбой и яйцами, а овощи нельзя просто варить, а нужно обжаривать в масле.
Однако старушка Цзян приготовила только суп из маринованных овощей, вареную цветную капусту и овощи; в этих вегетарианских блюдах неожиданно не оказалось даже тофу.
Старушка Цзян умела поддерживать репутацию. В прошлом, даже будучи скупой, она хорошо угощала участников такого большого мероприятия. Но сегодня семья должна была не только отдать все свои деньги Цзян Чжэню, но и занять много денег у других семей. Как старушка Цзян могла тратить деньги на покупку рыбы и яиц в такой ситуации?
Все в деревне знали о положении семьи Цзян, поэтому ничего не сказали. Цзян Чжэнь усмехнулся: «Ты собираешься кормить меня этим?»
«В доме ничего не осталось, — сказала старая мадам Цзян.
«Не важно. Я хочу мяса!» — сказал Цзян Чжэнь, держа поясной нож, принадлежавший Ян Цзину, и направив его прямо на него.
Этот нож даже не коснулся Ян Цзина, но все же заставил его споткнуться.
Понимая, что если он не выполнит волю ходячего бедствия, то будет страдать, Ян Цзин, не колеблясь, закричал на старушку Цзян: «Старуха, быстро принеси мяса!»
Старая леди Цзян была поражена словами Ян Цзина и бросилась готовить. В данный момент ей негде было купить свежего мяса, но дома было немного сала.
Вскоре после этого пожилая леди Цзян принесла миску с беконом и яичницей-болтуньей.
Конечно же, ему пришлось заставить семью Цзян. . . Яичница с беконом была очень ароматной. Цзян Чжэнь хотел подарить Чжао Цзингэ некоторые из них, но он также знал, что не сможет сделать это на глазах у всех. Не в силах отдать их Чжао Цзингэ, он откусил большой кусок.
Ян Цзин стоял рядом с ним и глотал, но Цзян Чжэнь не говорил, поэтому он не осмелился открыть рот, чтобы поесть. Он просто чувствовал, что вот-вот упадет в обморок от голода.
Ян Цзин, правительственный чиновник, стоял и не мог есть, что заставляло жителей деревни дрожать и бояться.
Заметив это, Цзян Чжэнь отнес Ян Цзину тарелку вареной цветной капусты. «Вы едите это!»
Цзян Чжэнь не накормил его как следует, но Ян Цзин уже удовлетворился тарелкой вареной цветной капусты. Он даже чувствовал, что эта миска цветной капусты, в которой не было масла и соли, была лучшей из тех, что он когда-либо ел. . . Он был очень голоден.
Цзян Чжэнь съел две тарелки риса, а остальные яйца и жареный бекон забрал в комнату. Он хотел вздремнуть.
Прежде чем вздремнуть, он осторожно положил яичницу в свою бамбуковую трубку.
Ян Цзин видел эту сцену, но он не знал, что собирается делать Цзян Чжэнь, и не осмелился спросить. Он мог только съежиться в углу комнаты, держась за живот и храня молчание.
Миски вареной цветной капусты было недостаточно; он все еще был голоден. К счастью, скоро дом будет построен. . .
Сглотнув слюну, Ян Цзян внезапно заскучал по своей жене.
Когда его жена вышла за него замуж, он обнаружил, что она не красива, но и не уродлива. Однако она растолстела после рождения двоих детей. Она всегда просила окружающих не позволять ему играть и пить. Постепенно он все больше раздражался на нее и даже не хотел идти домой. У него не было недостатка в еде или питье на улице, и у него были хорошие друзья, не говоря уже о том, насколько комфортной была жизнь. Какой смысл было возвращаться домой?
Но теперь Ян Цзин тосковал по дому.
Хотя его жена была толстой, она готовила очень вкусную еду. Двое его детей тоже были очень умны, и родители хорошо к нему относились. . .
Если бы не угроза Цзян Чжэня убить его семью, он бы не вспомнил хорошие времена с семьей, и чем больше он вспоминал о них, тем больше тосковал по дому.
По правде говоря, жена была ему очень предана. Если бы она знала, что он страдает здесь, она обязательно нашла бы способ спасти его. Что касается его любовницы, то он был не единственным любовником маленькой вдовы. Она может даже не вспоминать о нём.
И двое его детей. . .
Ян Цзин никогда раньше не заботился о своих двух детях и ничего не знал об их повседневной жизни, но теперь он не мог не удивляться отношению Цзян Чжэня к своим родителям.
Если бы двое его детей не были хорошо воспитаны и стали кем-то вроде Цзян Чжэня, что бы он стал делать в старости?
Даже если они станут не такими, как Цзян Чжэнь, а такими, как он сам. . . Ян Цзин внезапно вспомнил, что после того, как он стал чиновником, он никогда не приносил домой деньги.
Ему вдруг стало стыдно.
В следующий раз, когда у него появятся деньги, он должен принести их домой и хорошо научить своих двоих детей. . . Конечно, самым важным было позволить жене приготовить ему горшок тушеной свинины с вкусным белым рисом, чтобы съесть две тарелки!
Ян Цзин снова сглотнул.
В это время Цзян Чэнсян наконец вернулся домой из города.
Измученный, он вошел в дом и уныло сел на стул.
Когда он и Цзян Пин отправились в уездный город, чтобы помочь Цзян Чжэню с регистрацией его домохозяйства, у них не возникло никаких проблем. Налоги и воинская повинность были записаны целиком на одно домохозяйство, поэтому в городской управе стремились помочь им разделить домохозяйства. Но когда он пошел к себе домой за деньгами, он сильно поссорился со своей женой.
Чжу Шуфэнь отказалась дать ему денег и расплакалась. Он долго пытался говорить и умолять ее, но она оставалась равнодушной. . . Он был действительно беспомощен. Он безжалостно украл десять серебряных монет Чжу Шуфэнь со дна ее ящика.
Чжу Шуфэнь пришла в ярость. Прежде чем он вернулся домой, она уже собрала вещи и вернулась в дом родителей.
Столько проблем сразу. . . У Цзян Чэнсяна болела голова.
Забудь обо всём. Больше не было смысла думать об этом. Лучше бы он сначала решил проблему Цзян Чжэня, а потом возвращался к Чжу Шуфэнь.
Вздремнув, Цзян Чжэнь подошел к месту, где строился дом, и уставился на него. К тому времени, как он пообедал, его дом был почти построен, но все еще пустовал. Печи еще не построили, а мебели не было.
Цзян Чжэнь все еще был очень доволен этим прогрессом. Более того, Чжао Цзингэ, который вернулся с работы в доме Чжао Даху, также пришел на помощь и долго бродил перед ним.
К сожалению, перед ужином Чжао Цзингэ извинился и пошел домой рубить дрова, чтобы не идти с остальными к семье Цзян за едой.
Однако он был уверен, что Чжао Цзингэ все равно придет к нему сегодня вечером. . .
