Глава 26 Убийство свиньи ради денег
28 июля 2022 г., 16:41
Той ночью, вероятно, из-за голода, Ян Цзин не мог уснуть, ворочаясь. . .
Цзян Чжэнь устал от этого. Он подошел к нему в несколько шагов и тут же сбил его с ног, потом снова связал.
Раньше Ян Цзин мог вырваться из веревки, которой был связан, потому что был связан небрежно, ему преднамеренно дали шанс сбежать, чтобы запугать. Но сейчас . . .
Цзян Чжэнь завязал Ян Цзина таким узлом, что даже если бы тот, кто научил Ян Цзина развязывать веревки, явился лично, он не смог бы развязать его.
После всего этого Цзян Чжэнь вылез через окно, планируя дождаться снаружи Чжао Цзингэ.
Он оставил немного жареного бекона и яиц для Чжао Цзингэ и ждал, чтобы накормить его.
Как только он вышел, Цзян Чжэнь увидел неподвижно стоящего неподалеку человека. Кто это был, если не Чжао Цзингэ? Он не знал, сколько времени тот простоял снаружи.
Этот застенчивый человек осмелился найти его по собственной воле? Цзян Чжэнь почувствовал себя удивленным. Он снова потянул мужчину к пруду, обхватил лицо Чжао Цзингэ руками и поцеловал его в губы. — Я знал, что ты придешь ко мне.
Чжао Цзингэ с деревянным выражением лица ничего не ответил. В это время он ясно почувствовал, что от места, которое только что поцеловал Цзян Чжэнь, исходит своего рода жар, который в конечном итоге распространился по всему его телу, так что он не хотел двигаться.
Нет, было еще место, которое реагировало на поцелуй. . . Чувствуя, что вещь в его промежности готова двинуться с места, Чжао Цзингэ стало так стыдно, что он просто хотел прыгнуть в пруд, чтобы утопиться.
Он . . . Итак, это все?
Если бы его родители знали, что он встречается с кем-то посреди ночи, он всё равно бы пришёл. . .
Чжао Цзингэ неподвижно сидел рядом с Цзян Чжэнем; его мысли уплыли прочь, пока он не почувствовал запах жареного бекона.
"Ну давай же. Возьми яичницу с мясом. Цзян Чжэнь положил палочку с яйцами в рот Чжао Цзингэ, а затем дал ему еще одну порцию риса.
Чжао Цзингэ медленно съел его и успокоился.
Цзян Чжэнь должен быть с ним всем сердцем. В этом случае для них двоих было нормально быть рядом друг с другом. В конце концов, в будущем они поженятся.
На следующий день по приказу Цзян Чжэня вся мебель из дома Цзян Чэнсяна была перевезена в его новый дом вместе с большим железным котлом, кастрюлями и сковородками из семьи Цзян.
После небольшой уборки новый дом был готов к заселению. . .
Цзян Чжэнь провел Ян Цзина, чтобы он осмотрел его дом с ножом, а затем отвел жителей деревни, которые помогали строить дом, обратно в дом семьи Цзян на обед.
После обеда Цзян Чжэнь протянул руку Цзян Чэнсяну и сказал: «Серебро и документ готовы?»
«Это свидетельство о регистрации домашнего хозяйства, серебро. . ». Цзян Чэнсян посмотрел на старую госпожу Цзян, которая хранила деньги.
"Здесь." Старушка Цзян достала мешочек с серебром.
Цзян Чжэнь взвесил мешок с деньгами в руке и сказал Цзян Чэнвэню: «Принеси мне весы и взвесь!»
Цзян Чэнвэнь, стоявший далеко, не ожидал, что Цзян Чжэнь выберет его. Он чувствовал, что ему не повезло, но не смел ослушаться. Он быстро принес весы.
У многих людей в сельской местности дома были весы, но весы были сделаны из камня, поэтому при взвешивании были некоторые отклонения.
Весы в доме семьи Цзян при взвешивании показывали вес немного больше, чем на самом деле. В результате мешок с серебром, который должен был весить не меньше сорока, весил всего тридцать девять.
Цзян Чжэнь спокойно посмотрел на старую госпожу Цзян.
«В семье всего 38 серебра, не осталось ни копейки». Старушка Цзян вздрогнула. Увидев внезапное агрессивное поведение Цзян Чжэня, чем спокойнее было выражение его лица, тем больше она пугалась. Она сожалела о том, что у нее нет денег. Она не хотела давать ему сорок серебра, так что, в конце концов, она дала ему чуть больше тридцати семи серебра, что было неочевидно. Кто бы мог подумать, что Цзян Чжэнь захочет его взвесить?
— Дома больше нет серебра? У Цзян Чжэня все еще было приятное выражение лица.
— Нет, серебра дома больше нет. Старая мадам Цзян могла только сохранять свою позицию.
«Хорошо, тогда я не буду заставлять вас брать больше денег в долг», — сказал Цзян Чжэнь с улыбкой.
Когда пожилая женщина Цзян услышала слова Цзян Чжэня, ее лицо сразу просветлело. Неужели этот злодей действительно не собирается требовать больше денег? Для нее было неожиданным сюрпризом, что она смогла сэкономить три серебряных монеты.
Цзян Чжэнь положил мешочек с серебром в уже давно приготовленный мешок и неожиданно направился к дому.
"Что делаешь?" — удивленно спросила старая госпожа Цзян.
Цзян Чжэнь уже ответил на вопрос старой мадам Цзян действиями. Вбежав, он схватил свинью и вытащил ее за уши.
Свинья отчаянно визжала, всеми силами упираясь копытами в землю. Она отказывалась двигаться, но, в конце концов, не выдержала силы Цзян Чжэня и была вытащена им.
Семья Цзян вырастила трех свиней, и Цзян Чжэнь давно мечтал о них.
Раньше он не думал об убийстве этих трех свиней, потому что чувствовал, что он не был старшим братом Цзяном, которого избила семья Цзян. Ему было нелегко взять то и это у семьи Цзян. Но сейчас . . . наконец-то он может убить свинью и съесть свинину!
"Что ты пытаешься сделать? Прекрати!» Увидев, как Цзян Чжэнь тащит свинью, старушка Цзян в панике закричала.
«Сестричка, принеси ведро для свиной крови!» сказал Цзян Чжэнь Цзян Сяомэй и проигнорировал пожилую леди Цзян. Первоначально он, конечно, не заботился о небольшом количестве свиной крови, но в последнее время у него не было мяса, из-за чего он не хотел тратить даже свиную кровь.
Цзян Сяомэй стояла неподвижно и не смела пошевелиться. Наконец, Мясник Цзян пнул ее и сказал: «Иди за ведром!»
— Вскипяти воду, кстати! Цзян Чжэнь снова приказал, затем прижал свинью к земле, наступил на нее ногами и сказал сельским жителям вокруг него: «Я хочу убить свинью и продать свинину. Вам лучше не уходить. . . Конечно, вы можете пойти домой за деньгами.
Цзян Чжэнь говорил спокойным голосом, но его движения и барахтающаяся свинья под ногами придавали ему особенно свирепый вид.
Люди, которые изначально хотели вернуться, не решались уйти сразу. Конечно, некоторые люди пошли домой, чтобы взять деньги.
Цзян Чжэнь улыбнулся и сказал Цзян Чэнсяну: «Иди и принеси скамейку!»
У древней свиньи не было корма, и ее часто кормили травой, поэтому она была легкой. Свинья семьи Цзян уже была откормлена, но весила всего около ста килограммов. По его подсчетам, после очистки он мог получить 70–80 кг свинины.
Такую маленькую свинку Цзян Чжэнь, естественно, мог задавить до смерти. Но даже если он мог это сделать, остальные жители деревни не смогли бы. Увидев, что свинья у него под ногами борется и кричит, но все еще не может убежать, все они бессознательно отступили на шаг.
После того, как Цзян Чэнсян передвинул несколько стульев вместе, Цзян Чжэнь взял свинью и прижал ее к стулу. К тому времени Цзян Сяомэй, которая раньше видела, как Мясник Цзян убил свинью, поставила ведро под шею свиньи, чтобы собрать ее кровь.
Цзян Чжэнь вонзил нож в шею свиньи. Как только рукоятка ножа повернулась и перерезала горло свиньи, у свиньи вдруг перехватило дыхание, она дернулась. Из горла хлынула кровь.
Когда он сделал это, он намеренно отпустил свою мощную ауру и сознательно улыбнулся. Этой улыбке он научился у извращенца-убийцы; она была полна удовлетворения и наслаждения. Смотреть было не на что, а улыбаться с разделочным ножом в руке было жутко.
Окружающие были очень напуганы. Мясник Цзян таким же образом убивал свиней. Все видели, что он никогда не боялся убивать свиней, но по какой-то причине, когда Цзян Чжэнь только что убил свинью, он заставил их волосы встать дыбом и напугал их.
В тот момент Цзян Чжэнь был в хорошем настроении. Когда у свиньи потекла кровь, он бросил свинью на землю и вдруг подумал, что если бы ему нечем было зарабатывать, то он мог бы на самом деле убивать свиней. . .
У старшего Цзяна был навык убивать свиней, который он унаследовал из своих воспоминаний. Он решил, что убивать свиней очень просто. Раньше он даже убивал людей, так что не то чтобы он не умел убивать свиней.
Дальше было. . . Ошпарить свинью кипятком, чтобы соскоблить с нее щетину. Когда щетина была удалена, ему нужно было вскрыть ей брюхо, чтобы вынуть кишечник, а затем заняться её внутренними органами.
В этом процессе не было технического содержания. Цзян Чжэнь умело соскоблил щетину куском раковины, а затем обратил свое внимание на кишки в брюхе свиньи.
Ему было лень промывать кишки, поэтому он вынул сердце, легкие, печень и желудок, затем достал мачете, чтобы разрезать свинью, и разделил ее на две части.
Убивая свинью, Цзян Чжэнь на самом деле был настороже, опасаясь, что кто-нибудь нападет на него при первой же возможности, но в данный момент было очевидно, что он слишком много думает. . .
Они вообще не осмелились бы драться с ним, поэтому он спокойно зарезал свинью.
Вся свинья была разделена на две части. Цзян Чжэнь разделил каждую половину на три части: передняя нога, туловище и задняя нога.
Он сделал то же, что Мясник Цзян делал много лет, но его клинок не отклонялся, когда он резал, а на его лице была улыбка, что заставляло людей дрожать.
Хотя Ян Цзян был освобожден Цзян Чжэнем, он не осмелился убежать и остался на месте. Каждый раз, когда Цзян Чжэнь рубил ножом, его голова вздрагивала. На мгновение он был очень рад, что не спровоцировал Цзян Чжэня. По крайней мере, он смог покинуть семейный дом Цзян целым и невредимым.
«Двадцать медных монет за килограмм свинины. Кто хочет купить?" Цзян Чжэнь посмотрел на жителей деревни, которых до этого игнорировал.
Цзян Чжэнь выглядел так, будто порежет их, если они не купят, но все боялись быть первыми, кто купит.
В конце концов, Цзян Пин, глава деревни, стиснул зубы и пошел вперед в духе самопожертвования. «Я куплю пять килограммов».
"Хорошо." Цзян Чжэнь отрезал переднюю ногу свиньи и удалил из мяса большие кости. Потом пошел с ножом и, прикинув, что нарезал килограммов 5 мяса, взвесил его. «Четыре с половиной килограмма. Девяносто медяков!
В уездном городе был мясник, который каждый день продавал свинину. На Новый год он продавал дороже, но обычно он продавал немного дешевле.
Сегодня обычный день. Когда Цзян Чжэнь начал продавать свинину по 20 медных монет за килограмм, деревенские жители почувствовали, что это дорого, тем более, что их заставляли покупать, что еще больше заставляло их сопротивляться.
В результате, когда Цзян Чжэнь продал свинину, он даже удалил кости из мяса. То есть то, что он продавал, было чистой свининой!
После Цзян Пина другие один за другим вышли вперед, чтобы купить мясо, и нежелание в их сердцах бесследно исчезло.
Мясник Цзян смотрел на эту сцену с черным лицом. Свинья была настолько большой, что он хотел купить лучшие яйца тутового шелкопряда на прибыль, которую он мог бы получить от нее. Но результат был. . .
Вскоре Цзян Чжэнь продал большую часть свинины. Поскольку он не открыл рта, чтобы сказать, что позволяет людям вокруг него уйти, те, кто купил свинину, уйти не осмелились.
«Остальное я не продаю». Внезапно сказал Цзян Чжэнь. Осталось всего около десяти килограммов мяса, костей и внутренних органов. Он не хотел их продавать, а сложил их все в большое деревянное ведро, ожидая, когда можно будет отвезти домой, чтобы приготовить.
Конечно, он не хотел кишки.
Жители деревни Хэси всегда едят свиные кишки. Из-за нехватки еды и одежды в древние времена никто не хотел выбрасывать жирные свиные кишки, но эту вещь было очень трудно чистить, поэтому Цзян Чжэнь не хотел с ними возиться.
Собрав то, что он хотел, Цзян Чжэнь посмотрел на мясника и сказал: «Эта свинья не принесла мне двух серебряных монет, поэтому я также хочу забрать домой курицу-несушку и другую еду. Пожалуйста, пришлите их мне как можно скорее».
Пять мешков — это шестьсот килограммов. В эти времена у людей редко есть возможность есть жиры и белки, и им приходится заниматься физическим трудом. Они ели много еды; для взрослого не было проблемой съедать два-три килограмма зерна в день, но с 600 килограммами еды Цзян Чжэню долго не пришлось бы беспокоиться о голоде.
"Сейчас весна. Где мы возьмём пять мешков зерна для тебя?» Мясник Цзян был так занят сбором денег, что забыл об этом.
Если не было особых обстоятельств, сельские жители не стали бы продавать только что собранное зерно после уплаты полной подати, а продавали бы прошлогоднее зерно, если был излишек и в семье было достаточно еды.
У семьи Цзян было много земли, поэтому каждый год после того, как зерно в поле было собрано, зерно, собранное в прошлом году, продавалось. Таким образом, Цзян Чжэнь очень хорошо знал, что семья Цзян, безусловно, сможет найти пять мешков зерна.
Но в данный момент ему было лень разговаривать с Мясником Цзяном. . .
С большим ножом для разделки мяса он направился прямо к амбару, устроенному за домом. После нескольких ударов ножом Цзян Чжэнь открыл амбар. — Ты уверен, что там нет зерна, которое мне нужно?
После этого Цзян Чжэню было нечего сказать. Он отправился в свой новый дом с ведром свинины. Кстати, он забрал все ножи, которыми Мясник Цзян резал свиней и разделывал мясо.
Тяжелое мачете для рубки костей стоило недешево. Мясник и пожилая леди Цзян снова огорчились.
Но как бы они ни были огорчены, они не осмелились попросить ножи обратно. Ему даже прислали в тот же день пять мешков зерна и курицу, которая может нести яйца.
Усвоив прошлые уроки, на этот раз они не осмелились уменьшить вес, опасаясь, что Цзян Чжэнь вернется и лишит их двух оставшихся поросят.
Цзян Чжэнь был очень доволен этим и не стал искать неприятностей, собрав требуемые вещи. После нескольких дней борьбы он не хотел продолжать бороться.
Наконец, он освободился от этой семьи. Теперь он мог жить своей собственной жизнью...
