Глава 27.2 Восхождение на стену посреди ночи
29 июля 2022 г., 09:10
Что касается Ян Цзина. . .
Он посмотрел на свою руку и вдруг понял, каковы его движения. . . Они были похожи на действия ходячего проклятия семьи Цзян, когда тот избивал его?
Думая о проклятии семьи Цзян, Ян Цзин внезапно почувствовал боль во всем теле. Хотя злодей не слишком сильно бил его в эти дни, он все же время от времени получал удары, синяки были по всему телу, так что у него не осталось ни кусочка здоровой кожи.
Он устал и проголодался. . . Сегодня в полдень это ходячее проклятье позволило ему поесть, но совсем маленькую порцию!
Ян Цзин быстро пошел домой, готовый поесть и поспать, прежде чем думать о чем-либо еще.
У семьи Ян был небольшой двор в уездном городе. Когда Ян Цзян вошел во двор, он увидел, как его жена кормит курицу.
Во дворе было много одежды, с которой он был знаком, и все вещи вокруг него были аккуратно разложены. Его старшего сына здесь не было, а младший, четырехлетний, играл в углу с несколькими деревяшками.
«Ян Цзин, где ты был? Почему ты не вернулся домой и не ходил на службу целых два дня?» Когда жена Ян Цзина увидела его, она отпустила совок с просом в руке и подошла, спрашивая: «Ты снова играл в азартные игры? Сколько ты потерял?»
Ян Цзин обычно становился очень нетерпеливым, когда эта женщина без умолку болтала с ним, но в последние дни он страдал, и теперь, услышав такую заботу, он почувствовал теплоту в сердце.
«Я в порядке», — сказал Ян Цзин. — Иди и принеси мне чего-нибудь поесть! Поторопись!"
"Хорошо." Жена Ян Цзина немедленно пошла на кухню готовить.
"Подожди минуту!" Ян Цзин остановил ее. «Поджарь мне миску яиц с беконом!» Бог знает, какой жадной было это ходячее проклятье, когда ело это блюдо в тот день.
Свежее мясо нужно было бы купить, но бекон хранился в доме семьи. Жена Ян Цзина вскоре нарезала бекон на мелкие кусочки и поджарила два яйца. Она также подала Ян Цзину рис, оставшийся после обеда.
С миской в руке Ян Цзин начал есть. Только после нескольких глотков риса он почувствовал, что начал оживать.
«Помедленнее, не ешь слишком быстро, будь осторожнее, чтобы не подавиться, или мне принести тебе еще супа?» — спросила жена Ян Цзина.
— Нет, — сказал Ян Цзин. Он бы уже закончил есть к тому времени, когда суп был готов.
Только подумав об этом, Ян Цзин вдруг увидел своего маленького сына, стоящего неподалеку, смотрящего на яичницу на столе и пускающего слюни.
Он был офицером городской управы. Каждый месяц он зарабатывал два серебра на службе, и время от времени он также получал уважительные подарки от своих подчиненных. Он делился дополнительными деньгами со своими коллегами, и обычно его доход составлял более 10 серебра каждый месяц. По этому его сын должен есть мясо каждый день, а на самом деле. . .
Он брал серебро, чтобы играть в азартные игры, покупал вещи для своих любовниц, ел и пил острую пищу в одиночестве. На самом деле, он никогда не приносил деньги домой.
Дети его коллег ходили в школу, а старший сын, которому было уже семь лет, все еще играл, весь в грязи, в переулке.
"На что ты смотришь? Иди на улицу и играй!» Жена Ян Цзина увидела, как ее маленький сын смотрит на яичницу Ян Цзина. Опасаясь, что Ян Цзян рассердится, она ударила ребенка.
— Что ты делаешь, бьешь ребенка? Ян Цзян задрожал, когда увидел, что его жена кричит на его второго сына. Он уже понял, что случилось с семьей Цзян, и все это было вызвано суровым обращением пожилой леди Цзян с ее собственным сыном. Он решил сам не попадать в такую ситуацию!
«Ну же, Эрмао! Иди к папе! Папа даст тебе яйца». Ян Цзин улыбнулся своему младшему сыну.
Ян Эрмао, у которого не было собственного имени, опустил голову и немного испуганно посмотрел на Ян Цзина, от чего Ян Цзин почувствовал себя немного плохо.
Ян Цзин съел половину тарелки бекона с яичницей. Он попросил жену разделить остаток между двумя его детьми. После этого он достал из кармана два серебра и отдал жене.
Он взял с собой два серебра, прежде чем отправился в дом семьи Цзян. Цзян Чжэнь все время бил его, но не отнял у него деньги.
После того, как Ян Цзин отдал ей серебро, он вернулся в свою комнату, чтобы поспать. Через некоторое время его разбудил запах из кухни.
Это запах тушеной свинины! Несмотря на больное тело, Ян Цзин быстро встал с кровати и пошел на кухню, пуская слюни.
Его жена купила свиные ребрышки и приготовила тарелку тушеной свинины. Мясо было жирным и выглядело аппетитно.
Ян Цзин — единственный сын; родители избаловали его с раннего возраста, из-за чего у него развился безрассудный темперамент. Обычно, когда на стол ставят такую миску с мясом, он съедает половину миски в одиночестве, но теперь… . .
Дав кусок мяса своим детям, родителям и жене, Ян Цзин внезапно обнаружил, что в миске остался только один кусок. . . Если бы он съел несколько штук, как обычно, кто-то остался бы без еды.
«Я не люблю мясо. . ». Жена Ян Цзина дала Ян Цзину свой кусок мяса из своей миски.
— Нет, съешь его сама! Ян Цзин отказался от предложения жены и помешал тушеную свинину в своей тарелке. Он съел две большие тарелки риса с одним куском мяса. После еды он с облегчением увидел, что двое его детей стали немного ближе к нему, когда он встретился с ними взглядом.
Ян Цзин был в кругу семьи дома, а Цзян Чжэнь в данный момент был один.
Днем, когда он готовил на плите, он сварил свиные кости и сварил большую кастрюлю костного супа. В итоге, когда он хотел бросить в костный суп какие-то овощи и сварить их, а потом сварить кастрюлю с рисом, он вдруг обнаружил, что . . . у него не было риса, чтобы приготовить.
Семья Цзян дала ему пять мешков рисовых зерен, но это был рис в скорлупе, а не очищенный рис!
Поэтому, если он хотел есть рис, он должен был сначала обмолотить его. . . Однако у него не было никаких инструментов, чтобы обмолотить рис.
Забудь об этом. Даже если бы не было инструментов, были бы другие способы очистить рис от шелухи. . .
Цзян Чжэнь положил рис в бамбуковую трубку и стал растирать его палкой. В конце концов он сделал себе миску риса с несколькими очищенными от скорлупы рисовыми зернами внутри.
Половником из тыквы он зачерпнул в кастрюлю половину супа из свиных костей. Цзян Чжэнь высыпал миску риса, которую ему удалось очистить, в костный суп, оставшийся в кастрюле, затем нарезал свиную печень на мелкие кусочки и бросил ее в кастрюлю.
Что касается остального мяса, а также свиного желудка, Цзян Чжэнь подумал, что лучше есть его медленно, поэтому он достал банку соли, привезенную из семьи Цзян, и посолил мясо. К тому времени, когда онзакончил, у него почти закончилась соль.
«Кажется, мне завтра нужно ехать в уездный город», — подумал Цзян Чжэнь и начал подкладывать дрова в глиняную печь, чтобы сварить кашу из свиной печени.
В данный момент ему нужны были белки и жиры, но нельзя было исключать и овощи... Увидев, что каша почти сварилась, Цзян Чжэнь вышел и украл один лист салата с поля Чжао Цзингэ. . .
Другого пути действительно не было. Семья Цзян не выращивала овощи на этом поле, а чужие дома были слишком далеко.
Однако овощи в деревне мало чего стоили. На самом деле ему ничего не стоило взять несколько овощей у других. Более того, он планировал отдать Чжао Цзингэ половину каши.
Цзян Чжэнь нарезал стебли и листья салата и положил их в кастрюлю. Когда каша была готова, он наконец пообедал.
Съев кашу из свиной печени, Цзян Чжэнь разжевал кости.
Глядя на память старейшины Цзяна, он узнал, что когда люди убивали свиней или покупали мясо и у них оставались свиные кости, они не только варили суп из свиных костей, но и рубили их на мелкие кусочки и долго варили. Затем . . . кроме средней части кости, которую нельзя было жевать и есть, некоторые кости, которые можно было разварить, можно было жевать и есть напрямую.
Раз местные ели так, он не хотел тратить еду впустую. Ведь в его организме немного не хватало кальция.
Говорят, что костный суп не может дополнить кальций. Будет ли он дополнять кальций, если он будет жевать сами кости?
Было уже темно, когда Цзян Чжэнь наелся и напился. Он разжег огонь в своем доме и, согреваясь, стал чистить рис при свете костра, дожидаясь ночи.
Когда наступит ночь, Чжао Цзингэ обязательно придет к нему!
Цзян Чжэнь радостно толкал рис почти два часа. Даже с помощью бамбуковой трубки он очистил рис от шелухи, которого хватило бы на несколько дней. Однако ему все еще не терпелось увидеть Чжао Цзингэ.
Чжао Цзингэ сегодня не придет? Цзян Чжэнь нахмурился и отбросил бамбуковую трубку, которую держал в руке. Он решил залезть на стену.
В десять часов вечера было совсем темно, и все жители деревни спали. Цзян Чжэнь подошел к дому семьи Чжао и постучал в окно Чжао Цзингэ.
Через некоторое время окно открылось. Было очевидно, что Чжао Цзингэ тоже не спал. Слишком стесняешься прийти ко мне, но все еще ждёшь меня?
— Цзин, выходи! — сказал Цзян Чжэнь.
"Я иду спать . . ». — сказал Чжао Цзин.
— Если ты не выйдешь, я войду. Цзян Чжэнь притворился, что забирается в дом.
