THE ONLY FAVOURITE UGLY HUSBAND/Единственный любимый уродливый муж (яой)/独宠丑夫

Чжао Фугуй и Чжао Лю оба были сбиты с толку и подозревали, что ослышались. Разве Цзян Чжэнь не приходил сюда, чтобы сделать предложение руки и сердца? Как он мог сказать, что принес. . . приданое? Было действительно странно для такого властного человека говорить, что это его приданое. . . "Ты сказал . . . Ты собираешься жить в моем доме?» — недоверчиво спросила Чжао Лю. "Да. Разве вы не хотели взять в дом зятя? Что ты думаешь обо мне? На самом деле, я давно хотел прийти к вам домой, но не осмеливался сказать об этом раньше, — сказал Цзян Чжэнь. Чжао Фугуй и Чжао Лю были просто ошеломлены неожиданной удачей. Когда они увидели, что Цзян Чжэнь принес столько вещей, они подумали, что Чжао Цзингэ будет хорошо выйти замуж за Цзян Чжэня, но в результате… . . Цзян Чжэнь был готов стать женой? Они . . . ОНи . . . Они могли бы продолжить семью Чжао? У них могут быть потом внуки с их фамилией? Внезапно Чжао Лю расплакалась, плача все громче и громче. Чжао Фугуй хотел рассмеяться, но сопротивлялся, уголки его рта были приподняты, поэтому выражение его лица было очень странным. Все были очень удивлены. С другой стороны, Чжао Цзингэ, который все еще держал рулоны ткани, в шоке посмотрел на Цзян Чжэня. Сначала, когда Цзян Чжэнь ушел из семьи Цзян, он хотел взять Цзян Чжэня в свою семью, но позже он отказался от этих мыслей. При этом неожиданно. . . «Хм (кашель)! Вам не нужно приданое. Нам это не нужно». Чжао Фугуй взял серебро из рук Чжао Лю и вернул его Цзян Чжэню. Чжао Лю была ошеломлена. Вскоре она вытерла слезы и попыталась вернуть серебряный браслет. Если Цзян Чжэнь был готов войти в их семью, именно они должны были дать Цзян Чжэню выкуп за невесту и купить ему вещи. Как они могли позволить Цзян Чжэню тратить свои деньги? "Все в порядке. Просто возьмите!» Цзян Чжэнь был нетерпелив и толкнул вещи обратно к ним. Он нахмурился и сказал: «У меня нет никаких требований относительно того, как будет проходить свадьба. Я не возражаю, если вы возьмёте хлопоты на себя». Как только Цзян Чжэнь сказал это вслух, Чжао Лю больше не осмеливалась снова пытаться вернуть браслет. Но, глядя на Цзян Чжэня, ее глаза стали очень добрыми. «Тебе не о чем беспокоиться. У тебя будет очень достойный брак. Она, конечно же, подготовила бы пышную свадьбу, позволив Цзян Чжэню показать себя с лучшей стороны. «У нас сейчас не так много денег», — сказал Цзян Чжэнь. Небольшие деньги, которые он заработал, теперь были потрачены снова. . . «Да, у нас сейчас не так много денег, поэтому мы должны их копить», — сказала Чжао Лю, тут же передумав. Их материальное положение сейчас было не очень хорошим. Если бы у них были деньги, они могли бы скопить их и купить немного земли, чтобы оставить ее детям Цзингэ, а в будущем отдать внуку Цзингэ. «Ну что ж, пошли ужинать», — сказал Чжао Фугуй с красным лицом. Хотя Чжао Лю вчера приготовила все мясо, он специально оставил часть нескольких мясных блюд для Цзян Чжэня. Сначала она думала, что хорошо поработала и приготовила вкусную еду, но теперь… . . Чжао Лю очень сожалела об этом. Она не должна была готовить все мясо вчера, ведь сегодня оно было бы свежеприготовленным! — Я принесу еще две тарелки. — сказала Чжао Лю и встала. Она собиралась купить яиц, чтобы пожарить их. «Мама, не надо. Я больше не могу есть, — Цзян Чжэнь остановил Чжао Лю. "Очень хорошо." Чжао Лю села довольная. Почему она думала, что когда Цзян Чжэнь назвал ее матерью? Как красиво это звучало! Вся семья ела вместе и наслаждалась. Цзян Чжэнь был голоден и вел себя невежливо, поэтому на одном дыхании съел две тарелки риса. Возможно, раньше Чжао Лю втайне невзлюбила бы его за то, что он слишком много ест, когда увидела это. Но теперь она не могла дождаться, когда он съест еще и положит больше мяса в свою тарелку. «Тебе следует есть больше. Не будь вежливым. Чувствуй себя как дома . . . Увы, ты готовил себе еду несколько дней. Должно быть, это было слишком тяжело. Ты должен прийти к нам домой и поесть позже». Цзян Чжэнь и Чжао Цзингэ уже были помолвлены. В сельской местности случайная встреча двух помолвленных семей была нормальным явлением. Так что можно было позволить Цзян Чжэню прийти на ужин. Как только Цзян Чжэнь подумал об этом, он кивнул и согласился. Он сделал это не потому, что ему было лень готовить, а просто потому, что он хотел улучшить еду семьи Чжао. Он мог приносить свою еду и возвращаться с ней каждый день. Таким образом, он мог заставить семью Чжао лучше питаться, что было очень хорошо. После трапезы семейные отношения стали намного ближе. Цзян Чжэнь также объяснил, почему он купил цыплят и утят. «В будущем я буду ловить рыбу и улиток, чтобы кормить утят, когда у меня будет свободное время. Когда утки подрастут, мы можем позволить им нести яйца и продавать утиные яйца или продавать их целиком». «Может ли это сработать? Можем ли мы их продать?» Чжао Лю была обеспокоена. Все семьи, которые она знала в деревне, выращивали себе еду сами. «Да, их можно продать», — сразу же сказал Чжао Фугуй. Он знал, что если он отправит их в уездный город, то наверняка сможет их продать. Думая об этом, Чжао Фугуй почувствовал себя немного смущенным. Прежде чем Цзян Чжэнь прибыл к ним домой, он уже помогал им зарабатывать на жизнь. Он никогда раньше не думал об этих способах улучшить свою жизнь. . . Однако раньше они не успевали ловить рыбу и креветок, чтобы кормить уток. . . Цзян Чжэнь оставался в доме семьи Чжао, пока небо не почернело. На самом деле он не хотел возвращаться и хотел остаться, но не так-то просто было понравиться свекрови. В итоге решил пока с этим потерпеть. В любом случае, судя по текущей ситуации, Чжао Фугуй и его жена стремились немедленно женить его на Чжао Цзингэ. Очевидно, что долго ему это терпеть не придется. Когда Цзян Чжэнь ушел, Чжао Лю была очень взволнована. Хотя уже темнело, она все еще была в хорошем настроении. Она обошла дом, а затем позвала Чжао Цзингэ. Она сказала, что пойдет к реке, чтобы постирать всю грязную одежду в доме, а потом поймает улиток, чтобы покормить уток. На самом деле торопиться было некуда. . . Чжао Цзингэ хотел убедить свою мать, но теперь он также хотел сделать что-нибудь, чтобы успокоиться. . . так что они вдвоем пошли к реке, чтобы постирать свою одежду. Люди, которые наблюдали за семьей Чжао, естественно, видели эту сцену, а также красные и опухшие глаза Чжао Лю. Этот . . . Они не знали, что старший Цзян сделал с семьёй Чжао, что заставило Чжао Лю так горько плакать.