Глава 58.1 Когда борьба продолжается
9 августа 2022 г., 14:09
Начальная скорость Цзян Чжэня была очень высокой, и он почти не давал людям времени на ответ. И первым, с кем он имел дело, был Лю Дачэн.
Поскольку Чжао Лю считала Цзян Чжэня своим, она, естественно, говорила с ним обо всем, поэтому она рассказала Цзян Чжэню о себе и своей семье. Воспоминания старшего Цзяна объединились с воспоминаниями Чжао Лю, и по тому, что он мог видеть в текущей ситуации, он мог, естественно, догадаться о семье Лю.
С таким человеком Цзян Чжэнь вообще не чувствовал необходимости быть вежливым. Он взмахнул дверным засовом и ударил Лю Дачэна по ноге, что немедленно сбило Лю Дачэна с ног. Мужчина, который до этого хвастался, что семья Чжао ничего не могла ему сделать, недоверчиво закричал.
Лю Дачэн не знал о «славе» Цзян Чжэня в Хэси. Когда он пообещал Лю Хэйтоу создать проблемы, он не думал, что у него самого будут проблемы, если он создаст проблемы. Что касается возможности быть избитым. . . это было для него еще более неожиданным.
Сегодня у семьи Чжао была свадьба! Даже если кто-то причинит неприятности, они должны терпеть их в такой день. . . Более того, он все-таки был братом Чжао Лю. Даже если Чжао Фугуй и Чжао Лю ненавидели его, при таком близком родстве они ничего не могли ему сделать.
Лю Дачэн полагал, что, придя сегодня в дом Чжао, он сможет просто поесть, выпить и даже взять что-нибудь, что сможет забрать домой. Если бы Лю Хэйтоу был доволен тем, что он сделал, его сын мог бы даже работать на Лю Хэйтоу. Однако он угадал только начало, но не конец.
Ему удалось поесть и попить в доме Чжао, но его избили сразу после того, как он что-то съел.
Когда Цзян Чжэнь вышел, семья Лю все еще говорила всякие плохие вещи о нем и Чжао Цзингэ, и громче всех говорила жена Лю Дачэна. Рядом с ней была еще женщина, которая высмеивала Чжао Цзингэ, когда он в прошлый раз пошел с Цзян Чжэнем покупать мясо в уездный город.
Цзян Чжэнь усмехнулся и, сбив Лю Дачэна с ног, ударил жену Лю Дачэна ногой в грудь. Ее рот был набит мясом. Затем Цзян Чжэнь ударил другого мужчину ногой в живот, и тот с криком накрыл свой живот, и его тут же вырвало.
— Иди и возьми его! Лю Хэйтоу также был удивлен, увидев внезапную атаку Цзян Чжэня.
Сегодня был день его свадьбы, он не ожидал, что ему на это наплевать и он начнет бить людей! Кроме того, неужели он не боялся обидеть его?
Лю Хэйтоу сердито посмотрел на Цзян Чжэня, но вскоре в его глазах промелькнула гордость.
В последний раз, когда он отправился за Хэ Цюшэном, он взял с собой лишь нескольких своих двоюродных братьев. Ни один из них не был хорош в бою и был застигнут врасплох, поэтому они были побеждены Цзян Чжэнем. Но в это время . . . На этот раз Лю Хэйтоу был подготовлен, и он действительно не думал, что проиграет!
После того, как Лю Хэйтоу дал сигнал, двое опытных головорезов бросились к Цзян Чжэню. Разница между Лю Дачэном и этими двумя головорезами была как разница между небом и землей. Цзян Чжэнь действительно не мог позаботиться о них в данный момент. Он махнул дверным засовом, чтобы отогнать их, и крикнул Ван Хайшэну и Хэ Чуньшэну: «Вы тупые? Вы не знаете, как помочь?»
Ван Хайшэн уже искал оружие. Он схватил бамбуковый шест с заднего двора семьи Чжао и бросился на помощь Цзян Чжэню. Хэ Чуньшэн и Хэ Сяшэн были в оцепенении.
Когда они были моложе, они дрались с другими детьми во время игры, но сейчас. . .
"Идём!" Хэ Чуншэн стиснул зубы и достал из-за двери бамбуковый шест.
Что бы ни думал Хэ Сяшэн, он всегда слушал своего старшего брата. Увидев, как это делает его брат, он тоже схватил бамбуковый шест и выбежал. Просто они оба не знали, кого бить.
Хэ Чуньшэн огляделся, и его взгляд упал на Лю Хэйтоу. Это был человек, который пришел к ним домой в прошлый раз, избил их и даже пытался похитить их младшего брата. Этот мужчина...
В последние два дня Цзян Чжэнь просил Хэ Чуньшэна и Хэ Сяшэна помочь им в его работе и ничему их не учил, но когда он инструктировал Ван Хайшэна, как тренироваться и сражаться, он не скрывал это намеренно от них, поэтому они видели, как Ван Хайшэн тренировался каждый день.
Ван Хайшэн каждый день держал бамбуковый шест, а затем несся вперед без особого мастерства. . . На самом деле, это можно было сделать. Держа бамбуковый шест, Хэ Чуньшэн бросился прямо на Лю Хэйтоу. "Умри!"
Лю Хэйтоу холодно фыркнул и собирался выхватить бамбуковый шест из рук Хэ Чуньшэна.
Однако, прежде чем он успел вырвать бамбуковый шест из его руки, Хэ Сяшэн, следовавший за своим братом, сделал то же самое. Они сильно ударили Лю Хэйтоу по талии!
Лю Хэйтоу застонал и пошатнулся, а Хэ Чуньшэн и Хэ Сяшэн были ошеломлены. Они понятия не имели, что могут навредить Лю Хэйтоу.
На этот раз, помимо семьи Лю, Лю Хэйтоу привел с собой еще шестерых человек. Двое из них уже подошли к Цзян Чжэню, чтобы избить его, в то время как остальные четверо стояли вокруг. После того, как Хэ Сяшэн ударил Лю Хэйтоу, четыре человека бросились к Хэ Чуньшэну и сбили его с ног одним ударом.
Несколько дней назад Хэ Сяшэн тоже был сбит с ног. В то время его никогда так не били, поэтому он запутался и умел защищать только голову руками, но на этот раз все было по-другому. Хэ Сяшэн, которого уже однажды били, уже не был так напуган, как в прошлый раз. Он вскочил, бросился на человека, который его ударил, схватил этого человека за руку и укусил его.
На этот раз Хэ Чуньшэн тоже был ранен, но он сделал то же самое, что и Хэ Сяшэн, и сопротивлялся. Каждый из них запутался с головорезом, и они вот-вот снова начнут драться. Ван Хайшэн закричал и выбежал, сбив одного бандита бамбуковым шестом!
В то же время Чжао Фугуй тоже вмешался. Он знал, что его физическая сила недостаточна, поэтому он не сможет одолеть Лю Хэйтоу и его головорезов. Вместо этого он использовал свою метлу, чтобы поприветствовать Лю Дачэна, который еще не встал.
"Сволочь! Я позволил тебе начать создавать проблемы!
Когда умер его старший сын, этот человек сказал, что ему просто не повезло умереть. Он даже не присутствовал на похоронах и не вернул старшей сестре деньги за лечение. Теперь, когда его Цзингэ, наконец, женился, он даже пришел, чтобы устроить неприятности! Чжао Фугуй просто ненавидел Лю Дачэна.
На этот раз Лю Дачэн был не единственным, кто происходил из семьи Лю, был также Лю Эрмао, другой младший брат Чжао Лю, а также дети братьев Лю. Большинство женщин и детей этих людей к тому времени сбежали, но большинство мужчин в основном все еще были там. Когда Чжао Фугуй пошел бить Лю Дачэна, кто-то сразу подошел, чтобы остановить его.
Лю Эрмао был силен, поэтому он смог оттащить Чжао Фугуя прочь. Неожиданно Чжао Лю взяла с кухни горящие дрова и обожгла его, что вынудило его отпустить Чжао Фугуя.
Лю Эрмао был зол и хотел остановить Чжао Лю, но был остановлен Чжао Цзингэ, который также закончил снимать свою новую одежду. Хотя Чжао Цзингэ был гером, по силе он не уступал взрослому мужчине. В это время он, в добавок, был очень зол, поэтому, когда он сражался с Лю Эрмао, он имел преимущество на протяжении всего боя.
Так начался хаос.
Обычные жители деревни, пришедшие посмотреть на сцену свадьбы в Хэси, давно сбежали, как и большинство гостей, приглашенных Чжао Фугуем. Остался только Цзян Пин, который думал, что как главе деревни ему нужно остаться и понаблюдать за ситуацией. Он остался с сыном. Но он тоже спрятался в доме — Здесь, если ситуация ухудшится, я всегда могу закрыть дверь.
Конечно, Цзян Пин был готов сбежать в любой момент, но у его сына была своя идея, полностью противоположная.
Глядя на драку снаружи, сын Цзян Пина был так взволнован, что из его груди выступила струйка крови. Он вырос с Хэ Чуньшэном и Хэ Сяшеном, так что они дружили. Увидев, что люди из Хэси находятся в невыгодном положении, он тихо ушел от отца и нашёл в драке старшего сына Лю Дачэна.
«Ай. . ». Цзян Пин хотел остановить сына, но было слишком поздно. Он стиснул зубы и, наконец, схватил дрова, наколотые Цзян Чжэнем, и бросил их.
У этого деревенского старосты Цзяна не было других навыков, но его точность в метании предметов была превосходной. В прошлом, если он хотел бросить что-то в своего старшего сына, он никогда не ударял второго сына. Так что теперь, если бы он хотел целиться в кого-то из деревни Цяотоу, он бы не попал в людей из деревни Хэси.
Тем временем Цзян Чжэнь уже выбросил дверной засов.
