Я куплю твоего ребёнка

Сапа — конечный пункт их путешествия — это обширная горная местность, край облаков, водопадов и полей-террас. Одноимённый город, где Шелдон арендовал домик для комфортного проживания, расположен на высоте около 1500 метров над уровнем моря. Чище воздух сложно найти, думалось ему, но, конечно, не обошлось без тревоги за самочувствие омеги. К счастью, и дорогу, и весь оставшийся день Райан хоть и вяло, но пережил. Даже огрызаться начал к вечеру, за ужином, что для Вика послужило сигналом успокоения. Дом был небольшим, но довольно уютным, если сравнивать с гостиничными номерами. Сдержанный азиатский интерьер весьма походил на минималистичный дизайн в доме альфы, но дерева во всех его проявлениях, зелени и уюта здесь всё же было гораздо больше, что пришлось по вкусу парню. У них вновь было две спальни и две ванные комнаты, но меньшего размера, а кухня плавно перетекала в гостиную с маленьким журнальным столом и подушками вместо дивана, одновременно служа проходом в ещё одну небольшую комнату: не то библиотеку, с книгами на полках, развешанных по всем стенам, не то зону отдыха, где в центре стояла миниатюрная буржуйка, а на ней уже наполненный чайник, намекая гостям, где лучше всего наслаждаться вкусом чая. В первый вечер по приезде омега не особо разглядывал дом, уделяя внимание лишь ванной комнате, горячей воде и приятной прохладе постели, а вот с утра второго дня позволил себе обойти не просто каждый уголок внутри, но и закоулок снаружи, с удивлением обнаруживая просторный задний дворик с петляющей тропой между аккуратно подстриженных кустов и деревьев. А самая отдалённая часть дома с печью, как ни странно, оказалась и самой тёплой, ведь, как предупреждал Виктор, дом и впрямь не отапливался. Так что вскоре Райан, пока Шелдон отсыпался после тяжёлой рабочей недели, перетащил все свои вещи поближе к теплу и занялся уроками, наслаждаясь чаем и печеньем. Виктор соизволил проснуться лишь к обеду и после принятия горячей ванны вышел в халате к парню, находя его больше по наитию. — Что у нас там с едой? Повар ещё не приходил? — Приходил и, судя по времени, — омега глянул в телефон, — уже должен был всё приготовить. А ты отоспался наконец? — Райан дописал несколько последних строк и закрыл тетрадь, выдыхая. Спина от долгого сидения в одной позе затекла, и хотелось хорошенько вытянуться, чтобы стало полегче. — Тебе, кстати, тоже к Ричарду наведаться бы: ты храпишь. Даже в моей комнате слышно. То, что стены здесь тонкие, как бумага, омега решил не учитывать. У него был прекрасный день, и желание подколоть альфу входило в обязательный список маленьких радостей. К тому же так Митчелл чувствовал меньше неловкости за то, что не так давно бесстыдно ласкал мужчину прямо на улице. — Мой храп хотя бы вызван возрастом, а твой чем? — не остался в долгу Вик и вернулся на кухню, удивляясь, как сразу не увидел тарелки с едой на столе. Даже чай был заварен, так что альфе осталось лишь сесть за стол и приступить к трапезе. Голоден он был ужасно. А пока мужчина утолял голод, омега сложил аккуратно принадлежности для учёбы, затем вернулся в свою спальню за парочкой вещей: плотной кофтой, чтобы не терять тепло, скетчбуком, ластиком и карандашами — и устроился в саду. Из-за переезда, постоянного стресса, а сейчас ещё и поездки в другую страну у него совсем не было возможности сесть и спокойно порисовать. И сейчас был идеальный момент, чтобы уделить время любимому хобби. Райан так увлёкся, что перестал замечать что-либо вокруг, кроме тех вещей, что пытался изобразить — извилистую тропу, траву и деревья, птицу, что села на ветку. Он лёгкими, но точными движениями переносил объекты на бумагу, где-то сразу подправляя, а где-то просто заштриховывая, придавая рисункам акцентов. Лицо юноши выражало полное умиротворение с природой и собой, плечи перестали быть напряжены, и даже складочка меж бровей, что грозила в будущем превратиться в морщину, разгладилась. В эти минуты не хотелось думать ни о трудностях, ни о странных отношениях, что связали его с альфой, ни о том, что будет, когда они подойдут к концу. В голове было пусто и хорошо, и омега надеялся, что сможет сохранить этот заряд сил на подольше. Пара часов пролетела незаметно. Райану стало некомфортно, лишь когда спина затекла от долгого сидения в одной позе, а ветер, что нагнал тучи, скрывая солнце, похолодел. Поёжившись, Митчелл закрыл блокнот, поднялся на ноги, чтобы размяться, и только затем понял, что за ним наблюдают. Повернувшись ко входу в дом, он заметил Виктора, который неясно сколько так простоял, пристально рассматривая омегу. — Что-то не так?.. — Неосознанно Райан убрал руку, сжимающую скетчбук, за спину, будто стесняясь и не зная, какую гадость Шелдон может выдать, комментируя его занятие. — Я уже иду в дом греться, если ты об этом. Не переживай. — Ты здесь и без того долго сидишь, чтобы греть уже было нечего. — И хоть голос мужчины прозвучал как всегда холодно, но вот во взгляде по-прежнему было что-то ещё, такое же странное, как и в то утро, когда они поругались перед отъездом на остров. Впустив парня в дом, альфа закрыл за ним дверь и жестом указал на печь. Там уже заваривалась новая порция чая. — Ричард звонил, сказал, эта поездка пошла тебе на пользу. — Виктор сел на низкое кресло и подкинул дров в огонь. — Так это же хорошо. — Омега занял место поближе к печке, растирая онемевшие руки друг об дружку. И, немного погрустнев, спросил: — Значит, мне придётся скоро вернуться домой? — Несмотря на периодические стычки с альфой, поездка и правда имела большое значение для Райана, позволяя ему почувствовать себя лучше не только физически, но и морально. А потому даже мысли о возвращении в своё добровольное заточение вызывали у него тоску. — А ты хочешь? — Вик тоже себя не узнавал. Ещё какую-то неделю назад он был вне себя от мысли, что придётся тащить омегу с собой, обещая себе, что как только, так сразу отправит парня обратно, а теперь спрашивал его мнение. И даже больше: был твёрдо уверен, и весьма этому рад, судя по счастливому выражению лица по утрам, что Райан выкажет желание остаться. Впрочем, своё потеплевшее отношение к омеге Шелдон списывал не иначе как на вечерние ласки на набережной. А точнее, на их результат. Он всегда был добрее, стоило выпустить пар. — Если честно, я не хочу уезжать. Мне тут очень нравится. — Взяв чашку с чаем, Райан сделал осторожный глоток, чтобы не обжечься, и расслабился. Лояльность Виктора удивляла. В дальнейшем вечер плыл тихо и непринуждённо: они вместе поужинали, болтая о планах — у альфы выдались свободные деньки, и омега надеялся уговорить его на ещё одну прогулку, — а затем разошлись по своим спальням. Наконец, когда Виктору не нужно было срочно убегать каждое утро по делам, он мог позволить себе хорошенько отоспаться, никуда не спешить и наслаждаться редким мигом отдыха. Прежде чем ему предстояло снова вливаться в прежний, жёсткий график. — Ну что, готов? — После плотного завтрака альфа дал юноше указание быстро собраться. О месте, куда они отправятся, договорились накануне, но мужчине всё равно хотелось выйти пораньше, чтобы поймать хоть толику тепла в этих краях и не морозить Митчелла почём зря. Потому что ни рушить успех предыдущих недель какой-нибудь простудой, ни нарываться на нагоняй от Ветона он не желал. — Да, погоди, только телефон возьму. — Райан потратил ещё пару минут, чтобы снять смартфон с зарядки, сунуть в карман куртки и обуться. — Я всё. — Отлично. — Шелдон кивнул, открывая перед омегой дверь, чтобы тот вышел первым. — Надеюсь, мне не стоит опасаться твоих шаловливых ручонок в этот раз? — Дурак, — только смущённо пробурчали в ответ. — Даже не вздумай врать, что тебе не понравилось! Вик ничего не сказал, но насмешливая ухмылка говорила сама за себя. Отправляясь на прогулку, он и не думал, что тот эпизод может повториться, скорее о том, что они могут приятно провести время вместе. Что удивительно, учитывая их характеры и склонность к ругани, однако всё и правда шло гладко. Добравшись до полей-террас, альфа повёл омегу вдоль них по узким дорожкам, разговаривая о чём-то отвлечённом и иногда останавливались, чтобы Митчелл мог сделать фото. Погода, конечно, была далека от идеальной: переменная облачность, мелкий дождь, холодный ветер. Однако невероятные виды она не портила. Сложно думать о том, как здесь было бы красиво в солнечную погоду, когда даже под хмурым небом от пейзажа захватывает дух. От дома они ушли недалеко. Конечная остановка — древняя беседка на вершине горы, из которой открывался фантастический вид: рисовые чеки перетекали в леса, а леса сливались с горами, уходящими вдаль. Внутри было менее ветрено, благодаря, хоть и хлипким на вид, перегородкам, так что альфа удобно расположился на скамье и достал термос с кофе для себя и второй, с чаем, для омеги, пока тот ходил от угла к углу, фотографируя природу и её грани красоты. — Здесь так классно. — Спустя ещё пару минут юноша наконец уселся рядом с Шелдоном, беря из его рук термос. — Спасибо. — Райан продолжал вертеть головой, словно боялся упустить и секунду и не увидеть что-нибудь прекрасное, хотя они буквально были окружены уникальным пейзажем, и тут куда ни глянь — залюбуешься. Щёки порозовели от лёгкого холода, он продрог, но чувствовал себя чудесно. — А ты идти со мной не хотел. Видишь, как хорошо… — Слякоть, в морду моросит дождь, холодный ветер продувает до костей. Действительно, чего это я идти не хотел? — Альфа фыркнул в своей манере, но по нему было видно, что он не злится. Или же просто Райан научился разбираться в полутонах хмурости Виктора? — Хоть бы раз сказал: «Райан, какой ты молодец, что вытащил меня из моей мрачной пещеры одиночества», так нет же… — Омега притворно очень трагично вздыхал, но, как и мужчина, тоже веселился в душе. — Райан, какой ты, блядь, молодец, что вытащил старого дядю из тёплой постели и сухого дома в холод и дождь, чтобы его кости промёрзли и он умер от пневмонии в свои несчастные годы! — И, приподняв крышку термоса, что служила одновременно и чашкой, он добавил: — Выпьем же, — и допил кофе. Митчелл против воли расхохотался и не мог поверить, что это правда Виктор перед ним: лёгкий, отпускающий шутки и не делающий вид, что сбежит отсюда при первой же возможности. — Таким ты мне нравишься гораздо больше, дядя. — Райан передразнил альфу и тоже выпил свой чай, а после довольно выдохнул. — Каким? Почти дохлым? — Тот лукаво улыбнулся, а где-то на задворках сознания голос разума настоятельно предупредил не начинать эту игру. Флирт альфе давался легче, чем выстраивание крепких отношений, но ведь перед ним несовершеннолетний. К тому же беременный. К тому же по контракту они никогда не увидятся после родов. — Я понял, это такой план мести, да? — Почему сразу мести? — хмыкнул юноша, закручивая крышку термоса и отставляя его в сторону. — Мне тебе мстить не за что. Разве только за мои постоянные нервы, слёзы, твои подколы и шуточки… Я ничего не упустил? — О, ты забыл: поездку во Вьетнам, вкусный чай на вершине горы, прогулку по выставке плюшевых медведей и учёного хрена из универа, который подстраивается под твой график. Что-то хочешь добавить? — Альфа посмотрел на парня с превосходством и снисхождением. — Ну какой же ты противный. — Омега, хоть и голос его звучал возмущённо, улыбался. — Тебе ведь тоже было весело, я знаю. По крайней мере, на набережной уж точно! Последнее вырвалось у него непреднамеренно. Райан захлопнул рот, смущённо бегая взглядом по окружению и молясь, чтобы альфа воспринял это только как шутку и не надумал себе ничего лишнего. Не то чтобы он подразумевал это самое «лишнее», но испортить едва начавшее налаживаться общение было бы глупо. Вик лишь улыбнулся, вспоминая интересный вечер, что никак не мог в его понимании произойти в таком возрасте. Не юнец же, в конце-то концов, чтобы таким безумством заниматься. Но, судя по всему, альфа ошибался. — Ничего бы не было, если бы ты сидел смирно, как положено приличным омежкам на коленях у взрослых дядь, а не развратно дышал мне в ухо. — Развратно?! Да я просто грелся! Это у тебя либидо как у восемнадцатилетнего, нечего на меня всё спихивать. — Митчелл не остался в долгу и продолжил шутливую перепалку, понимая, как ему сейчас легко на душе. Ни дрянная погода, ни всё, что было между ними до, не могло ничего испортить. — А ты даже спасибо не сказал за мою «руку помощи». — Говоря это, омега помахал Виктору ладонью, хихикая. Не сдержал смешок и альфа. Пришлось даже чашку с кофе отодвинуть, чтобы из-за смеха не пролить на себя. А ещё и задуматься, ведь он и впрямь не поблагодарил, но признавать это вслух не хотелось. — Мало тебе, что ты человека довел, так ещё и «спасибо» хочешь? Может, тебе ещё премию выписать? За «умелые ручки»? — А почему нет? — Райан смотрел теперь только на мужчину, будто забыв о природе вокруг. И с каждой минутой смущение куда-то бесследно исчезало. — Может, ты последний, кому я делал что-то подобное. Цени это! — Да уж! Повезло-то как. — Альфа отвернулся, не выдерживая взгляда юноши. Точнее, ощутив сильное желание поцеловать омегу, вновь прижать к себе, ощутив его запах и тепло. Это было опасно, и Вик предпочёл переключить всё внимание на пейзаж перед собой, чем продолжать рассматривать юное, красивое лицо, полное счастья и радости в глазах. — Не хочешь же ты сказать, что я был так плох? — Райан подсел ближе, пытаясь снова поймать взгляд альфы. Донимать его было забавно, омега и сам не заметил, как включился в игру, хотя сам ещё до конца не понимал, что хочет получить от этого. Он просто веселился и старался игнорировать тот факт, что запах альфы усилился и будто въедался в его сознание. — Или у такого взрослого и умудрённого опытом дяди уже было что-то подобное? Я угадал? Так и знал, что ты ещё тот извращенец. — Митчелл мягко толкнул Шелдона локтем. — В отличие от тебя, я никому не мастурбировал на лавочке. И вообще был куда приличнее и сдержаннее. У меня такого послужного списка, как у тебя, не будет, — буркнул Вик и продолжил смотреть в сторону. Сам-то он понимал, до чего такое весёлое общение может довести, да и тяжесть внизу живота, грозящая вновь вылиться в возбуждение, не могла быть воспринята как-то иначе. Но сил остановить всё это не было. Ему нравился омежка такой: бойкий, весёлый, смешливый. Нравился его запах, его голос. Словно в доме и здесь были разные люди. А может, всё дело в том, что в доме они встречались лишь за обеденным столом или перед печью. — Ой, что-то я не верю. — Райан подсел ещё ближе, склонив голову набок. — Я-то помню твою историю про клуб, пьянки и кучу омег… Не вёл же ты каждого, как приличный альфа, к себе домой, в спальню заниматься сексом на шёлковых простынях среди лепестков роз. Даже для меня это звучит до ужаса слащаво и даже немного жутенько. — Кхм, не вёл. — Вик тихо выругался на себя за излишнюю болтливость и на омегу с его игривым настроением. Впрочем, это было куда лучше, чем их рычание друг на друга. — Просто отводил в туалет или в машину. Но это совсем не считается. Там был просто перепихон! — В туалет или в машину?.. — На пару секунд омега словно выпал из диалога, пытаясь представить себе секс в таких местах, и пришёл к одному выводу: — Это же неудобно. Как вы там вообще помещались? Ладно ещё туалет, кабинки тесные, но ещё могу представить… Но машина? Серьёзно? — А что тебя смущает? — Тут уже не выдержал альфа и, полностью развернувшись к парню корпусом, закинул одну руку на спинку скамьи. — Во-первых, я был моложе, пьянее и голоднее, мог себе позволить любую позу. Во-вторых, течные юные омежки способны в такой рогалик свернуться ради члена, что сам пугаешься. И в-третьих, в машине удобнее, чем на улице, на лавочке. — Да почему? Там тесно, жёсткие сиденья и что-нибудь обязательно будет упираться в спину или зад… А я даже во время течки, — он согнул пальцы в воздухе, изображая кавычки, — не сворачивался в рогалик. Кровати нам вполне хватало. — Так, мелкий, притормози. — Виктор едва не закатил глаза. — Ты вряд ли трахался в нормальной машине. Признайся, ты впервые сидел в чём-то подобном, как моя? А про «умения» твоего горе-папашки я вообще молчу. Умудриться залететь после первого раза — надо ещё суметь. Или подожди, вы же не один раз это сделали? Райан замялся, словно впервые смутившись темы, за которую они так зацепились. Но готов был сказать правду, даже зная, что получит в ответ новую порцию насмешек. — У нас это было трижды. Ну, вернее, он и до этого пытался много раз, но я отказывал. Не хотелось делать это пьяным или на вечеринках. — Сделав паузу, он пожал плечами. — И всегда это было у него дома, на кровати. Я просил выключать свет до того, как мы разденемся, и упрашивал его надеть презерватив, а он ни в какую. Вот так и получилось… — Как же нужно было накосячить в прошлой жизни, чтобы в этой даже не потрахаться нормально? — И, хоть прозвучала новая издёвка, голос альфы значительно смягчился. — А почему без света? Только не говори, что он стрёмный и мой сын теперь обречён? — Вик выровнялся, словно готов был вот-вот сорваться с места. — О таких вещах надо было сразу говорить! Ты хоть знаешь, сколько стоит пластическая операция? — Да успокойся ты. — Райан несильно хлопнул Виктора по плечу. — Он, конечно, не плейбой, но симпатичный по-своему. По нему полшколы сохло, я был счастлив, когда он меня заметил и пригласил на свидание. Кто знал, что для него это было несерьёзно… А жить можно и без секса. Наверное. Шелдон вновь рассмеялся, а через мгновение сказал: — Нет, — и пристально посмотрел в глаза парня, — если не хочешь, чтобы какой-то наглый юнец потом вытирал сперму об твоё пальто. Цену напомнить? — Не надо, — отмахнулся Митчелл. — Но… у тебя что, правда так долго никого не было, что ты возбудился просто от того, что я на тебе сидел? Да как так? Я же ничего особенного не делал, даже не приставал. — Ты издеваешься? — Вик нахмурился. — Или и правда не понимаешь, что делал тем вечером? — Нет, не понимаю! Ладно если бы я трогал тебя или лез целоваться… Но я только сидел, грелся и наслаждался закатом. Ничего такого. — Райан возмущённо пыхтел, словно его обвинили в самой страшной лжи. — Я же говорю, у тебя либидо повышенное… — Показать? — вновь последовал короткий ответ, а рука сделала пригласительный жест на колени. — Я тоже не буду тебя трогать и лезть целоваться. — А вот давай. — Омега с готовностью пересел к нему на колени, убеждённый в своей правоте. — Только ничего у тебя не получится. Теперь Шелдон отвечать не стал, лишь подтянул юношу к себе ближе, усаживая и его удобнее, и чтобы самому было комфортно тянуться к чужой шейке, что, к слову, давно манила. Не теряя времени, мужчина со знанием дела коснулся кончиком носа бархатистой кожи у ключицы и неспешно провёл им до мочки уха, согревая дыханием, проговорив: — Смотри вдаль, а не на собственные пальцы. — Кхм, ладно. — Несмотря на слабую дрожь в теле от такой малости, Митчелл послушался, отведя взгляд в сторону. Ему не хотелось сдаваться так сразу и давать альфе ещё один повод над собой потешаться. Равно как и Виктор собирался идти до конца, не желая проигрывать парню. Конечно, повышенное либидо не было чем-то зазорным, скорее наоборот — поводом для гордости. Вот только в данном контексте и из уст омежки всё звучало куда обиднее. И теперь альфа считал своим долгом доказать, как Райан ошибается. Впрочем, ничего сверхъестественного Шелдон не делал: водил кончиком носа, вдыхал смазанный запах лемонграсса, исходящий из глубин юного тела, что казался неиссякаемым, и дышал: медленно, тягуче, у самого ушка, у ключиц, в затылок. Обнимая за талию, но не позволяя себе лишнего. Никакой пошлости: лишь крепкие объятия и нежность, во власть которой хочется упасть. В его руках было хорошо и спокойно. Райан расслабился, позволяя себе просто принять нехитрую ласку, и даже не мог придумать, как уколоть Виктора или подшутить над ним. А всё потому, что альфа оказался прав — даже простых объятий и близости хватало, чтобы пульс ускорился, застучав в висках, а по спине прошла горячая волна, но сознаваться в этом было ещё рано. Омега делал вид, что действия мужчины на него не влияют, но искусанные губы и непослушные пальцы, что нервно теребили одежду, давали подсказку про обратное. В конце концов запах Шелдона окутал юношу всего, заставляя поддаваться каким-то древним инстинктам, из-за чего Митчелл стал тише и покладистее. Хотя всё равно пытался отрицать очевидное. — М-м, и ничего такого, подумаешь… просто жарко стало, и дышишь ты в шею щекотно. — Он прикрыл глаза, когда Вик очередной раз выдохнул ему в ухо, и замер, ощущая то, что уже очень и очень давно не испытывал. — С-совсем ничего не чувствую. — Уверен? — Вик сделал ещё один глубокий вдох и мягко коснулся тёплыми, чуть влажными губами открытого участка кожи. — Только дыхание, да? — Последовал ещё один поцелуй за ушком, и вкрадчивый голос продолжил: — Только жар? Поздравляю, малыш, ты возбуждён. Твой запах бьёт по моим инстинктам, и меня не обманешь. Если я опущу руку вниз, не найду там никаких сюрпризов? — Хмнх. — Ему очень хотелось бы сказать, что нет, ничего альфа там не обнаружит, но это было бы совсем уж нелепой ложью. И Райан сдался: — Ничего бы не было, если бы не… Ох! Митчелл дёрнул бёдрами, когда чужая ладонь, словно змея, поползла вниз по его телу и накрыла пах. Сразу захотелось откинуть голову назад, закрыть глаза и позволить мужчине издеваться над ним дальше. Что он, в общем-то, и сделал, укладывая затылок на чужое плечо, не в силах сдержать слабый стон. — Мстишь мне, да? — Райан вернул Шелдону его же обвинение, когда силы сопротивляться окончательно его покинули. — Неужели это так заметно? — Альфа даже не стал оправдываться и увиливать. Зато продолжил издеваться, разогревая парнишку всё сильнее и сильнее: — Так что ты там мне говорил? Только дышал и ничего более? — Рука властно сжала возбуждённую плоть через ткань штанов. — Мне остановиться или вернуть долг по «руке помощи»? — Вик, ты… ты… — Задыхаясь, Райан отчаянно искал в голове слово, каким обозвал бы альфу, но там было пусто. Всё застилало пеленой желания достичь разрядки, в чём он почему-то долго себе отказывал. Забыл, когда в последний раз вообще уделял время мастурбации и получению быстрого удовольствия таким способом. Вот теперь и расхлёбывал. — Помоги, пожалуйста. Мне очень нужно… — Очень? Неужели либидо такое сильное? — Вик, конечно же, не мог промолчать, но руки быстро и ловко расправились с ширинкой, выпуская на волю возбуждённый, пульсирующий орган. Не теряя ни минуты, альфа крепко обхватил ствол пальцами и принялся за дело, пока губы продолжили покрывать поцелуями шею и край скулы, неспешно подкрадываясь к пухлым от частого покусывания губам. Чем больше он старался, тем быстрее юноша терял голову. Он лежал на Викторе, крепко зажмурившись и негромко постанывая. Умелые, уверенные движения не шли ни в какое сравнение с тем, каким был с ним когда-то Сэм. Молодой альфа думал только о себе во время секса и полагался больше на течку, чем на собственные старания. Беспорядочно тыкался, грубо хватал и кусал, а Райан терпел, думая, что так всё и происходит. А сейчас понимал, как сильно ошибался. Шелдон же был другим, он знал, что делал, погружая омегу в буйство чувств всего парочкой приёмов. И этого оказалось достаточно, чтобы Митчелл задрожал в его руках и кончил спустя несколько минут, добитый страстным поцелуем. — О боже… Усталость накатила резко, накрыла волной, не позволяя не то что двинуться, даже разлепить глаза с первого раза. Ему понадобилось время, чтобы отдышаться и снова начать воспринимать реальность вокруг. Они действительно сделали это. Снова. Благо хотя бы на этот раз выбрав по-настоящему безлюдное место, чтобы уединиться и не распугать прохожих. — Застегнёшь меня? — Митчелл попытался поднять руки, чтобы застегнуть ширинку, но они безвольно висели вдоль тела, не желая слушаться. — Сил нет вообще. Ты какой-то… Как это вообще возможно? Так хорошо было, что я двигаться не могу. — О-о-о, я могу тебя поздравить с первым оргазмом в жизни? Конечно, это были лишь слова и преувеличение, но Райан не мог не согласиться. Мысленно, правда, чтобы альфа не слышал. Достаточно было и того, что омега лежал в его объятиях, едва способный ясно мыслить. Но вот усталость, из-за которой альфе самому пришлось приводить пах парня в порядок и всё заправлять как и было — смущала и слегка пугала. Однако по-прежнему крепкие объятия, послеоргазменная нега и всё те же прекрасные виды быстро вытеснили из мыслей что-либо кроме наслаждения. — Отнеси меня домой. — Райан громко зевнул, осознавая, что сам дойти не сможет, как бы ни хотел. — Видишь, до чего довёл, изверг? Ноги не держат… В руках Виктора хотелось остаться подольше, а лучше вообще заснуть. Сейчас, убаюканный запахом сильного альфы и оргазмом, омега почти не удивлялся таким мыслям, укорить себя он ещё успеет. Разнеженный и начавший неприятно подмерзать после столь горячей близости, Райан с трудом мог думать о чём-то, кроме того, как сильно ему понравилось, и о сне. О крепком и долгом сне до самого полудня. — Совсем оборзел. — Виктор был удивлён таким приказам, но всё же пошёл на уступки, решив поверить в честность омеги. Пересадив парня на скамью, альфа сложил в сумку термосы, а затем приказал залазить к себе на спину, как носят в азиатских странах. Здраво рассудил, что нести так с горы будет явно легче, и не прогадал. Обратно они вернулись значительно быстрее, и уже в доме Райана опустили на пол, но усталость лишь усилилась, и тот едва ли не заканючил, прося отнести ещё и в спальню. И снова альфа пошёл парню навстречу, удивляясь собственной покладистости и терпению. Митчелл с улыбкой жался к тёплому телу, радуясь помощи, потому что сам бы он вряд ли что-либо смог сделать. А когда его усадили на постель, снова стал упрашивать помочь, глядя на Виктора из-под прикрытых век. Спать хотелось ужасно сильно, казалось, он отключится в любую секунду. Вот только лежать в одежде, тем более грязным после прогулки, было совсем нехорошо. — Ну хотя бы раздеться помоги и до ванной дойти. Я сам не смогу, я же усну сейчас. А мне и ребёнку нужен отдых в комфорте, а не абы как… Одежда к утру натрёт, будет неприятно. — Райан знал, что наглеет, но не умолкал. — Давай, Вик, ты взял за меня ответственность. Так бери её до конца и помоги мне! — Точно оборзел. А в ванную тебе зачем? Ты или спать сильно хочешь, или мыться. — Вик помог стянуть свитер, но вот в ванную тащить парня отказывался. Словно было мало того, что омега извивался на его коленях полчаса назад и кончил в довесок. Теперь голодному альфе ещё и нагое молодое тельце рассматривать, пока тот себя будет в порядок приводить? Это уже выше сил и терпения Шелдона. — Как зачем? — Омега не сопротивлялся, когда его раздевали, но и не помогал особо, обессилев. — Мы гуляли в поле, я намок, замёрз, потом вспотел… В конце концов, сперму надо смыть нормально… Последнее он пробурчал уже гораздо тише, будто только сейчас понимая, что он дался в руки почти незнакомому мужчине, получив от этого максимум удовольствия. А сейчас даже слегка покраснел, вспоминая крепкие объятия, нежные поцелуи и руку на своём члене… От таких картинок в голове снова становилось душно. — А я говорил — сиди дома! — подвёл итог Виктор и вздохнул, соглашаясь на очередное безумие, как он думал. Избавить омегу от всей одежды много трудов не составило, чего не сказать о психологической составляющей: молодой, красивый и голый омежка в твоих руках. Ну как устоять? Как не потерять контроль? Впрочем, именно этого альфа и боялся, но, к счастью, пока держался стойко и мужественно, надев вновь маску хмурости. Последние части одежды с Райана снимали уже перед ванной, полной приятно горячей воды. И казалось, только тогда пришло полное осознание происходящего. Омега сжался, замолчал и больше не выглядел наглым и дерзким, что лишь подстегнуло мужчину остаться и во время купания. А слабую попытку омежки протестовать пресёк на корню, напоминая, что он-то совсем обессилел и может даже утонуть. Райана оставили наедине с собой лишь раз и ненадолго, когда Виктор ушёл переодеть уличную тяжёлую одежду на что-то более комфортное для пребывания среди пара и влаги. Райан снова был красный как рак, неясно даже, от чего больше: от воды или присутствия альфы, почти не огрызался и перестал командовать. И хоть Виктор успел накануне не только увидеть его член, но и приласкать, омеге всё равно было неловко демонстрировать себя полностью. Конечно, за последние недели он отъелся и приобрёл более здоровый вид, однако всё равно казался себе несуразным. Сидя так, чтоб обнимать свои колени, Митчелл позволил Шелдону намылить себе спину, а сам старался думать о чём-то постороннем. Аккуратные, нежные прикосновения снова зарождали в нём нужду в близости, и это было плохо. Как жить с человеком и постоянно хотеть его? Это неправильно. Вот только сделать со своими реакциями парень ничего не мог, особенно в таком ослабленном состоянии. — Спасибо. — Райан повёл плечами, как если бы это помогло сбросить напряжение. — Я дальше могу и сам, честно… — Ну уж нет. — Вик снова усмехнулся. Он понимал, насколько парню неловко, но собирался отыграться. — Тебе же тяжело. Силы покинули это хлипенькое тельце. Оставлю, а ты утопишься. Что ж я за изверг такой? Проворчав что-то невнятное и не очень уж лестное, омега сдался. Виктора было не переубедить, поэтому оставалось только смириться и принять поражение. При этом стараясь не возбуждаться вновь от касаний, которых, как оказалось, Райану так сильно не хватало многие месяцы. Закончив со спиной, мужчина бросил в парня мочалкой и, помыв руки от пены в той же воде, сел на крышку унитаза, продолжая теперь только смотреть. — Всё, мой башку, и пошли в кроватку, малыш, — приторно пропел. — Тебя же и туда отнести нужно будет? Трусишки чистые надеть, а то прежние от спермы ещё поди отстирай. Да? — Издевается ещё! — Райан брызнул в Виктора водой, смеясь, когда тот злобно вытер лицо рукой. — И не подглядывай так, будто первый раз голого омегу видишь… Наконец умолкнув, Митчелл медленно и вяло отмыл волосы и лицо. После, когда Шелдон подал щётку с пастой, почистил зубы и был готов выбираться из ванной. Правда, пришлось пересилить себя и не пищать от смущения, когда альфа заворачивал его в большое полотенце, вытирая, и нёс на руках в спальню. — Трусы зелёные возьми, ага, вон те. — Сидя на постели, омега раздавал указания, пытаясь вернуть себе мнимый контроль над ситуацией. — Какой ты хороший сегодня. Прям не налюбуюсь! — Не переживай. Своё возьму сполна. Ты ещё запищишь у меня. Ходить сам сможешь и начнёшь пищать. Трусы, пусть и те, которые заказал парень, полетели ему прямо в лицо. Следом и футболка, когда же дело дошло до пижамных штанов, тут уже Вик просто натянул их Райану на голову, пока тот отвлёкся на другую одежду. — Всё, ложись спать, маленький ороситель горных трав. — Сволочь, — почти прохныкал омега, ведь из-за проделок Шелдона ему пришлось напрягаться раза в два больше, чем ему бы хотелось. — Давай сам, иди, совратитель. Спокойной ночи. Юноша с огромным трудом переполз на середину кровати и наконец улёгся, блаженно выдыхая. Сил укрыться одеялом у него не осталось, но он махнул на это рукой, подумав, что и так сойдёт. Главное, что можно расслабиться и больше ни о чём не думать, только отдыхать.