Стук сердца

Вот каково это, когда ты вшит в кожу. Я чувствую себя застрявшим, и никто не думает, что чего-то не хватает.

___

      Сакура не могла отделаться от чувства вины, стоя рядом с садистским старшим братом своего товарища по команде и друга. Если бы оназнала, что он будет её капитаном, не говоря уже о товарище по команде в новой миссии, розововолосая точно не стала бы на него так набрасываться. Но это не то, что она могла сейчас изменить. По крайней мере, Итачи не выглядел рассерженным. Наверное. По его пустому лицу вообще невозможно что-либо понять.       Слушая слова Цунаде, Сакура пыталась просчитать его план мести наперёд. Он не мог опустить утреннюю ситуацию просто так. Будь Итачи хоть немного таким, каким его описывал Саске, куноичи не сомневалась, что Учиха прибегнет к мести. Она восхищалась его силой, но он был полным придурком, и меньше всего Сакура хотела провести с ним две недели, или сколько там потребуется для помощи Кусе в поиске подходящего медицинского дзюцу.       Итачи хорошо знал, что розововолосая постоянно смотрит на него с выражением глубокой озабоченности и тревоги. Очень хотелось ухмыльнуться. Ей, вероятно, был интересен его ответный удар. Он знал, как отомстить — абсолютно ничего не делать. На протяжении всей миссии куноичи будет на взводе, а к тому времени, когда они вернутся домой, Сакура будет вздрагивать при каждом его вздохе.       Это было бы, по меньшей мере, забавно. Страх всегда заставлял подчиненных держаться в узде, даже если это была не та тактика, которую Итачи предпочитал использовать. Какаши позволял своим генинам слишком многое, и, наблюдая за собственным братом, Учиха знал, что это привело его учеников к практически полному безразличию к приказам. Пусть Сакуру и обучала Цунаде, но даже у Хокаге были свои слабости.       Жаль, конечно, что придётся наказать достаточно взрослую даже для алкоголя куноичи, но Итачи уже мог сказать, что это будет необходимо. Всю свою карьеру она следовала за Наруто и его отото и это, безусловно, имело свои негативные последствия; и хотя тренировки с Цунаде дали навыки, не подлежащие сомнению, её учительница сильно пренебрегала правилами. На самом деле, Хокаге оказала нахудшее влияние, с точки зрения характера.       Она собирается узнать — причём очень и очень скоро — что он не приемлет неудач в своём отряде и не допустит никаких глупостей ни от кого, а уж тем более от куноичи, которая была настолько ниже его (во всех смыслах).       Сакура снова взглянула на высокого Учиху и с удивлением обнаружила в ониксовых глаза весёлый блеск. Он думал, что это смешно. О, чёрт возьми, нет. Она поняла бы, если бы Итачи был раздражен её действиями, но Сакура не могла вынести, когда над ней смеются. То, что он насмехается над её беспокойством, не поддавалось сомнению. Изумрудные глаза сузились при одной мысли о таком развитии событий.       Он, как никто другой, должен знать, как хорошо Сакура переносит насмешки, учитывая, при каких условиях состоялась их первая встреча. Итачи ни разу не был свидетелем её вспыльчивого характера, когда его идиотский младший брат и светловолосый друг приставали к ней. Только вот разница в том, что она до безумия любила своих мальчиков, а к наследнику клана не испытывала даже подобия тёплых чувств. Ради товарищей по команде Сакура сдерживается, но если Итачи осмелится выставить её дурой, она расквитается с ним по полной программе.       Розововолосому медику было всё равно, кем он себя возомнил. У всех Учих была ужасная склонность считать себя выше всех, и пока он тонко подтрунивал над ней, Сакура знала, что наследник клана думает именно так. Что она ниже его, а он намного лучше. Саске всё ещё имел привычку так думать, но они с Наруто делали всё возможное, чтобы отучить его от этого.       Подумать только, ей снова придется пройти через это, да ещё и с высокомерным, самодовольным, невыносимо гордым братом Саске. Его Королевской Стервозностью, как называла его Седьмая Команда. Скорее всего, Итачи уже было не спасти. Что ж, гений Учиха очень быстро узнает, если уже не узнал от своего младшего брата, что она не будет терпеть чьи-то бредни. У неё был дурной нрав, и характер полностью соответствовал своей хозяйке.       О, да, он узнает, даже если это будет последнее, что она сделает в своей жизни.

___

      Когда Цунаде отпустила новоиспечённую команду, сообщив им быть готовыми к отъезду через восемнадцать часов, Сакура сразу же небрежно обняла Шикамару. Парень нахмурился, бросив на девушку раздражённый взгляд. Нара наблюдал за рядом стоящей парочкой и понял, что что-то не так. Бедняга Шикамару уже привык к выходкам Ино, и хотя у него было мало опыта с розововолосой, он знал что ожидать.       — Шика, раз уж мы будем товарищами по команде, почему бы нам не пойти позавтракать? Я знаю хорошую чайную, где подают лучшее митараши-данго, — лукаво улыбнулась она. Да, благодаря Саске, Сакура знала о слабости Итачи ко всему сладкому. Не то чтобы девушка могла помешать Учихе присоединиться к ним, если он действительно захочет пойти, но куноичи собиралась оставить капитана без приглашения.       Шикамару вздохнул.       — Я не доел свой завтрак, — ответил Нара, с подозрением сводя брови. — Проблемные женщины, — пробормотал он себе под нос. Это было самое лучшее, что девушка могла получить от ленивого тактика, и Сакуру это вполне устраивало. Небрежно поворачиваясь к своему капитану, девушка бросила на Учиху незаинтересованный взгляд и фыркнула:       — Уверена, что у капитана АНБУ есть дела поважнее, чем перекусывать сладостями с двумя джонинами, — спокойно сказала Сакура, пока они втроём выходили из здания. Было около семи утра и солнце уже взошло. Медик ничего не ела после рамена с Наруто и Саске накануне из-за проведённых операций.       Тёмная бровь плавно поднялась на лоб. Итачи прекрасно понимал, что Сакура пытается сделать, и слышал, что проворчал Шикамару. Нара был прав, женщины доставляют немало хлопот, особенно эта розововолосая куноичи. С момента последнего приёма пищи прошло более двадцати четырех часов, а может, и больше, и не факт, что Итачи действительно пошел бы с ней и Шикамару в чайную, но в любом случае это было немного оскорбительно.       Девушка знала о пристрастии к сладкому, очевидно, благодаря младшему брату. Саске был единственным, кроме Шисуи, кого Итачи когда-либо осмеливался угостить чем-либо, не относящимся к строгому питанию, и, следовательно, единственным, кто знал об этой особенности. Итачи не знал, почему Саске показался интересным этот факт и он решил рассказать о нём своей маленькой команде джонинов. Что ж, предстояло отомстить глупому младшему брату.       — Я ещё не заходил домой после возвращения в Коноху, — сдержанно ответил Учиха. Итачи заметил, как Сакура старается не выглядеть довольной. Она была как открытая книга для него. — А ты, Харуно-сан, ясно дала понять, что тебе больше нравится общество Нары, чем моё, — бесстрастно добавил он. Как бы наследника клана ни раздражали её детские попытки задеть, Итачи нашёл забавным её возмущённо поджатые губы.       Может, она и была взрослой женщиной, но вела себя по-прежнему как ребёнок. Если она думала, что сможет так легко действовать ему на нервы, то она ошибалась. Итачи предпочел бы поспать несколько часов и насладиться домашней кухней своей матери, а не завтраком из данго — даже если митараши был любимым десертом — с двумя угрюмыми подчиненными.       С этими словами Учиха поднял два пальца, выполнил простое дзюцу перемещения и оставил двух джонинов. Сакура вздохнула с облегчением, когда капитан АНБУ исчез. Как и предполагал Шикамару, глупая куноичи пыталась избавиться от Учихи, и, к счастью, ей это удалось. Шансы на то, что это случится снова, были невелики.       И хотя Учиха Итачи был совершенно нечитаемым человеком даже для него, Шикамару мог с уверенностью сказать, что шиноби был измотан. Наблюдательность Нара была отточена настолько, что улавливала дрожание ресниц даже у самых сдержанных шиноби, которые всю жизнь тренировались сохранять невозмутимое лицо.       Итак, Шикамару был достаточно уверен в своём предположении, что Учиха Итачи, который только вернулся с миссии, не спал в течение двух или трёх дней. Нара не знал, что Сакура имеет против капитана, и его не волновало, что произошло между Учихой и розоволосой куноичи. Он не будет ничего предпринимать до тех пор, пока их взаимоотношения не навредят ему на миссии.       Сакура зарычала, хватая и таща Нару за собой:       — Ты можешь поверить этому засранцу? Тупой Учиха! — жаловалась девушка, ведя друга в густонаселенный район. Даже в такое раннее утро на рынке толпились люди, желающие купить лучшие продукты, которые могла предложить деревня.       — Да, он совсем от рук отбился, — с сарказмом ответ Шикамару. Если уж на то пошло, именно она вышла из-под контроля, обращаясь с их капитаном так неуважительно, хотя он не стоял наравне ни с одним шиноби в деревне. Может быть Шикамару и мог бы попробовать потягаться с Учихой, но он всё ещё был зелен в сравнении с уровнем Итачи в скорости и мастерстве тайдзюцу, ниндзюцу и гендзюцу.       Сакура усмехнулась ответу Шикамару:       — И не говори! Эта миссия будет ужасной из-за этого чертового, эгоцентричного, самовлюбленного, свиноголового кретина! — зарычала девушка в ярости, продолжая тянуть бедного тактика в маленький магазин через дорогу.       Шикамару вздохнул. В данном случае лучше было сдаться. Сакура была слишком похожа на Ино, а что ещё хуже — на Хокаге, чтобы осмелиться ослушаться. В конце концов, он всё ещё был голоден, ведь его оторвал от трапезы некий Учиха, на которого девушка была так разгневана. Как бы неприятно это ни было, Нара знал, что Итачи просто выполнял свои обязанности. Сакура же, видимо, восприняла своё раннее пробуждение как нечто личное, и Шикамару не мог её винить в этом.       Ино постоянно жаловалась на безумный график лучшей подруги и на то огромное количество времени, которое розововолосая проводила на тренировках с Наруто и Саске. Вероятно, Сакура проспала всего несколько часов, прежде чем Учиха поднял её и потребовал присутствия в кабинете Цунаде.       В данный момент времени Шикамару было не очень то жаль розововолосую, поскольку девушка решительно мяла его ухо. У него было достаточно опыта общения с проблемными женщинами благодаря матери, Ино, Цунаде и Темари, когда его несправедливо заставляли посещать Суну по поручению Хокаге. Но это не означало, что Нара хотел ещё больше такой "прелести" в своей и без того перегруженной жизни. Парень мог только представить о том, что Итачи сделает с агрессивной женщиной, когда та заявит о себе на предстоящей миссии.       — Что мы вообще собираемся делать? — вежливо спросил тактик, усаживаясь напротив за один из маленьких столиков и вяло махая официантке пальцем. Та послушно подошла, чтобы принять заказ. Сакура, как и следовало ожидать, сделала заказ за них обоих, вежливо попросив к двум тарелкам митараши-данго принести чайник сенча, среднего сорта зеленого чая. В этот момент у Шикамару не хватило сил сказать ей, что он предпочитает ширатаму.       — Ну, я пока не уверена, но если он планирует вести себя и дальше как мудак на миссии, то его ждёт встреча с моими кулаками.       Шикамару снова вздохнул. Он начал сочувствовать Учихе.

___

      — Я дома, Ка-чан, — тихо пробормотал Итачи, обнаружив, что мать уже на кухне готовит завтрак для брата и отца. Она удивлённо обернулась на голос и забеспокоилась, увидев изможденное состояние сына. Как бы женщина ни придерживалась своих правил, одним из которых был запрет на присутствие за столом в форме, Микото не смогла найти в себе силы отправить сына наверх переодеться.       — Добро пожаловать, Итачи, — ответила она, поставив перед ещё одну тарелку на стол. С редкой потерей самоконтроля гений Учиха медленно выдохнул, подперев подбородок ладонью, а локоть поставил на столешницу. Микото знала, что это значит. Итачи опять не высыпался во время недельной миссии. Скорее всего, он добровольно брал на себя все ночные дежурства, беспокоясь больше за своих товарищей, чем за себя.       Хозяйка подала рыбу на гриле и мисо-суп. В их мисках уже был пропаренный рис, а также натто и солёные огурцы. Быстро накрыв на стол, она наконец села рядом с сыном, не в силах скрыть озабоченность на лице:       — Ты так погубишь себя, Итачи. Тебе нужно дать себе возможность восстановиться, если ты собираешься продолжать выполнять эти миссии.       Он не смог ответить на это, зная, что мама права. Вместо этого старший сын сказал:       — Сегодня мне не понадобится ужин.       Матриарх Учиха выдохнула, на мгновение прикрыв глаза. Не нужно было спрашивать, что это означает. Ему дали ещё одно задание, сразу же после возвращения домой. Стало казаться, что она вообще не видит своего сына, и, честно говоря, Микото хотела, чтобы он остепенился. Когда родился Итачи, его отец был всего на год старше его самого. Сейчас же личный фронт сына уже выглядел плачевно.       Признаться, давление Фугаку не пошло ему на пользу.       — Твоя команда не против взять ещё одну миссию так скоро? — спросила Микото с сомнением. Шисуи был отличным шиноби, но казалось странным, что он так легко согласился на новое задание. Генма тоже предпочитал больше свободного времени между миссиями.       — Это задание не для Первой Команды, — ответил сын. — Моими товарищами по команде будут Сакура Харуно и Шикамару Нара.       Удивительно, но это вызвало у матери только ещё больше недовольства:       — Ох, дорогой, Сакура-чан? — прошептала Микото. — Клянусь, она так же плоха, как и ты, Итачи. Эта девочка никогда не дает себе передышки, а теперь собирается идти на миссию вместе с тобой.       Он посмотрел на неё с недоумением.       — Я знаю, как ты управляешь делами, Итачи, не смотри на меня так. Ты ничем не отличаешься от своего отца, и если эта девочка и правда так похожа на меня в её возрасте, она не подчинится твоему авторитету без хорошей драки. Не дави на неё слишком сильно, слышишь?       Итачи нахмурился. Харуно Сакура была совсем не похожа на его мать. Учиха Микото была милой, нежной и доброй, а упомянутая куноичи была грубой, жестокой и шумной. У розововолосой бывали моменты, когда она обладала некоторым спокойствием, но только с пациентами. И то не всегда. Было почти забавно сравнивать двух совершенно разных женщин. И всё же Итачи слишком уважал мудрость своей матери, чтобы открыто с ней не согласиться.       — Хорошо, Ка-чан, — он сдался, Микото улыбнулась.       — Сакура-чан — хорошая девочка, так что присмотри за ней, ладно? Просто убедись, что она не пытается просидеть всю ночь на вахте, как это делаешь ты, хорошо?       Забота его матери о розововолосой была непонятна для Итачи, но он решил не расспрашивать об этом:       — Хорошо.       Слегка раздражало, что девушка была так близка и с его матерью. Однако у Итачи не было времени сосредоточиться на размышлениях, потому что отец, одетый в свою обычную мантию, спокойно прошёл на кухню и занял место во главе стола. Микото в последний раз улыбнулась растерянному сыну, после чего переместилась на своё место напротив мужа. Саске тоже вошёл в кухню, заняв место по другую сторону стола от Итачи.       Тихо пробормотав приятного аппетита, глава семьи принялся завтракать. Если Микото и Фугаку вполне устраивал их мир, то сыновья, и больше всего Саске, не находили в нём никакой радости. Всё было так безлико, как будто они вовсе не были семьей, но братья знали, что лучше не пытаться изменить семейные устоит. Их отец, как ни один другой глава клана в Конохе, был строг к традициям.       Никаких разговоров, пока к тебе не обратятся.       Итачи закончил свой завтрак раньше всех, хотя обычно последним вставал со своего места. Он послал матери благодарный взгляд и собрался уходить, как его окликнул отец.       — Итачи, ты что-нибудь сделал с проблемой, о которой я говорил ранее? — спокойно спросил Фугаку, глядя на своего старшего сына, который готов был покинуть комнату как можно скорее. Наследник клана нахмурился, услышав вопрос отца и не нуждаясь в конкретике. Все присутствующие за столом знали, о чём спрашивал Фугаку, потому что тот донимал Итачи почти год, и до сих пор не проявлял никаких признаков того, что собирается отступить.       Итачи выпустил воздух из лёгких, заставляя тело расслабиться.       — Нет, — и хотя Фугаку не был шокирован ответом, выглядел отец крайне недовольно.       — Ты понимаешь, Итачи, что я не смогу сделать тебя главой клана, пока ты не решишь этот вопрос, — отец не спрашивал, а утверждал. И хотя его перья были взъерошены, Итачи смотрел на отца ровным взглядом, не показывая своего гнева за нетерпение.       — Да, ото-сан, — сказал старший сын, поклонившись. А затем резко развернулся и ушёл прочь.       Как только Итачи покинул кухню, ничто не помешало ему расслабить плечи и, пошатываясь, отправиться в свою комнату, чтобы погрузиться в глубокий, столь необходимый сон. О требованиях отца он подумает позже, если вообще подумает.

___

      Примерно в восемь часов утра Наруто официально взбесился. Сакура опаздывала. Блондин не смог вспомнить, когда такое случились в последний раз. Куноичи всегда приходила на тренировку раньше него, с тех самых пор как они стали одной командой. Саске тоже стоял на месте, засунув руки в карманы, и, хотя Учиха старался этого не показывать, Наруто знал, что брюнет тоже беспокоится за их медика.       Сакура ни разу не пропустила тренировку, даже когда они ещё учились в Академии. Что-то случилось, и то, что узнал Саске подслушивая за разговором его матери со старшим братом о ней, не понравилось ни одному из них. Саске не стал озвучивать свои мысли, зная, что его идиотский лучший друг без раздумий воплотит их в жизнь. Учиха даже хотел разбудить своего стервозного брата, чтобы узнать, где она.       Когда Какаши пришёл в девять, было совершенно очевидно, что что-то не так. Она опоздала более чем на час, и даже Какаши пришёл раньше. Наруто потребовал, чтобы они пошли искать девушку, опасаясь, что Сакура могла как-то пострадать. И хоть Саске с Какаши считали это маловероятным, всё же было странно, что медик пропустила утреннюю тренировку. Розововолосая должна была хотя бы предупредить их, что не сможет прийти.       И вот, когда Наруто был на грани, а Саске немногим лучше него, парни отправились на поиски пропавшего члена команды. К их удивлению, когда парочка добрались до квартиры куноичи, на крыльце стоял Шикамару и смотрел на небо. В тот момент, когда Наруто собирался открыть дверь, ниндзя-тактик повернулся к ним.       — На твоём месте я бы этого не делал, — сказал тактик Наруто, который даже не удосужился постучать в дверь.       — Что ты здесь делаешь, Нара? — спросил Саске, скрещивая руки. Шикамару окинул взглядом напрягшегося Учиху, не обращая внимания на грубый вопрос; он ничего не имел против младшего Учихи, но Саске всегда недолюбливал его, в основном из-за способности думать наперёд дальше.       Мастер теней пожал плечами и снова посмотрел на облака:       — Сакура попросила меня остаться здесь, на случай, если вы, ребята, появитесь. У нас позже будет миссия, и она хотела немного поспать перед отправлением, — вся троица мужчин чувствовала себя неловко из-за упоминания Шикамару сна розововолосой. Но ощущение неловкости отошло на второй план. Саске и Наруто были раздражены тем, что Сакура отправлялась на миссию с кем-то.       — Кто ещё в команде? — спросил сквозь зубы Учиха.       Шикамару бросил на брюнета ещё один взгляд.       — Твой старший брат, Итачи, капитан нашей команды. Я уверен, что это достаточная причина, чтобы дать ей поспать, — пробормотал Нара, не обращая внимания на двух членов Седьмой команды и их старого сенсея. Опасения Саске касательно разговора Итачи и матери подтвердились.       Какаши отнёсся к ситуации спокойно, пожав плечами и сообщив парочке, что они встретятся, когда Сакура вернётся с задания.       Саске и Наруто разочаровались в сенсее. Казалось, что он не был обеспокоен тем, что Сакура состояла в команде Итачи. Но как бы им не хотелось, они не могли помешать Хатаке исчезнуть. Всё ещё слегка ошеломленные новостью о том, что их любимый товарищ по команде отправляется на миссию без них, да ещё и с Итачи, ребята в оцепенении покинули дом, предоставив Шикамару в одиночестве наслаждаться голубым небом.       — Твой брат обидит её, — сказал Наруто. — Он такая злобная сука, что может выйти из себя из-за любого пустяка.       Саске согласился с Наруто.       — Он самый большой перфекционист в Конохе и будет пытаться исправить всё, что она делает, а Сакура захочет убить его, — ответил Учиха, засовывая руки в карманы, — после чего он вернётся домой в ещё худшем состоянии, чем обычно.       Наруто стало жалко младшего Учиху, ведь именно ему приходилось жить с его королевской стервозностью.       — Ага, они оба жестоки до крайности. Я не могу говорить за твоего брата, но у Сакуры самый дерьмовый характер, даже по сравнению с Цунаде. Ты же не думаешь, что они станут друзьями, или что-то в этом роде, да? — с сомнением спросил он своего надутого товарища по команде. Блондин наблюдал, как Саске сделал небольшую паузу, становясь всё более беспокойным.       Обдумав возможность дружбы между старшим братом и розововолосой куноичи, Саске наконец ответил и покачал головой:       — Чёрта с два. Сакура достаточно услышала о нём от меня, чтобы возненавидеть до глубины души, а он слишком деспотичен и в принципе дотошен, чтобы подружиться с кем-то, и уж тем более с кем-то с яркими, цветочно-розовыми волосами.       — Возможно, но она никогда не говорила ничего нарочито грубого, понимаешь? Сакура-чан всегда только соглашается с нами, — возразил Наруто.       Саске начал раздражать завязанный ими разговор и он нахмурился:       — Может, ты уже заткнёшься, Добе? Сакура никогда не подружится с Итачи, а у моего брата в заднице такой шест, что он никогда не посмотрит на человека, только если захочет придраться. Она ни за что не подружится с его королевской стервозностью, ясно?       — Не называй меня так, Теме! — прорычал в ответ Наруто.

___

      В какой-то момент позднего вечера Сакура наконец проснулась, чувствуя себя совершенно свежей с хорошим настроением. Потерев глаза и удовлетворенно потянувшись, девушка откинула одеяло и улыбнулась сама себе. Медик почти забыла, что такое полноценный отдых. В животе заурчало, и розововолосая вспомнила, когда и с кем ела в последний раз.       Бедный Шикамару, вероятно, всё ещё находится у входа, не впуская надоедливых товарищей по команде. Подбежав к входной двери и распахнув её, куноичи обнаружила спящего парня, привалившегося к зданию. Сакура не могла оставить его там, поэтому начала осторожно будить Нару.       Ино как-то сказала ей, что Шикамару может заснуть буквально в любом месте, и Сакура не поверила. Теперь же куноичи могла воочию убедиться в его способности дремать где угодно.       Всё также улыбаясь, она предложила войти и перекусить. Шикамару с радостью согласился, продолжая бормотать что-то о проблемных женщинах.       На другом конце Конохи некий Учиха Итачи, проспав несколько часов, вышел из долгой, столь необходимой ему ванны и почувствовал себя помолодевшим. Обернув узкие бёдра белым полотенцем, он подошёл к зеркалу, над которым клубился пар. Не заботясь о том, что это может впоследствии разозлить мать, наследник клана протёр зеркало, чтобы увидеть своё отражение. Итачи не был поверхностным человеком, но ему нравилось содержать свою внешность в чистоте и порядке.       С глубокими тенями под глазами — результатом постоянного недосыпа — ничего нельзя было поделать, но кожа после отдыха приобрела более здоровый цвет и перестала быть такой бледной. Довольный увиденным в отражении, Итачи провёл гребнем по волосам и завязал шелковистые вороные волосы на затылке красным шнурком.       Через несколько часов он должен был встретиться со своей командой для предстоящего задания. Хоть миссия и была важна для деревни, особой радости Итачи не испытывал. Учиха натянул тёмно-синюю рубашку АНБУ без рукавов и брюки. Доспехи он наденет позже, ближе к тому времени, когда нужно будет уходить. А пока ему снова захотелось есть, и Итачи решил посмотреть, нет ли чего-нибудь съестного в холодильнике.       К огромной радости капитана, мать была на кухне и заканчивала приготовление онигири с умэбоси. Должно быть, Микото услышала, как собирается сын, и решила приготовить ему ужин. Если бы мама планировала съесть их сама, то использовала бы в качестве начинки солёный лосось, а не сливу. Поставив тарелку на стол, она улыбнулась. Итачи поблагодарил за заботу, прежде чем откусить кусочек.       Как и всегда, её еда была очень вкусной, и хотя Итачи предпочитал сладкое соленому, он не смог удержаться от довольного вздоха. Но долгожданное удовлетворение перебило чувство ужаса, когда мать села напротив. Медленно прожевав, он спокойно проглотил пищу. Микото ненадолго опустила взгляд на свои руки, прежде чем встретиться с ним глазами.       — Итачи, ты уже давно избегаешь этого, но твой отец настроен серьёзно. Он сам всё устроит, если понадобится, — сказала женщина, заметив напряжённые плечи сына.       Итачи пришлось подавить желание зарычать. Итак, в конце концов дело дошло до этого разговора.       С тех пор как ему исполнилось двадцать лет, отец начал поторапливать сына найти себе невесту, и вот уже как три года Итачи ничего не предпринимал для решения возникшей проблемы. Итачи считал, что это его собственная вина, что он откладывает свой долг наследника, но это не делало ситуацию менее раздражающей. Он не видел необходимости в невесте сейчас, когда ещё так молод. Возможно, через несколько лет, когда выйдет на пенсию АНБУ, Итачи подумает о том, чтобы остепениться.       В данный момент времени миссии были настолько опасны, что существовал огромный шанс не вернуться в какой-то момент домой. И такая перспектива оставила бы кого-то из близких одних, будь то супруга или девушка. Итачи не хотел этого. Такое рассуждение было свойственно шиноби его ранга; старший Учиха не хотел заводить никаких близких отношений, кроме тех, что уже были.       — Я не соглашусь на брак по расчету, — сказал он, сердито откусив ещё кусочек.       Микото протянула руку через стол и ободряюще положила её на предплечье старшего сына.       — Я понимаю, что ты чувствуешь, но твой отец нет. Он не успокоится, пока не убедится, что ты нашёл невесту. Может быть, он не очень красноречив, но твой отец ведёт себя так только потому, что любит тебя и хочет быть уверенным, что ты создашь собственную семью. Если ты не хочешь, чтобы он сам выбрал тебе жену, нужно что-нибудь сделать с этой маленькой проблемкой.       Итачи думал, что его ка-чан заблуждается. Микото можно было понять: она прожила большую часть своей жизни в качестве жены главы клана. Его собственный отец никогда не вступал в ряды АНБУ, что никак не характеризовало его силу. Фугаку служил в полиции, как и многие Учиха. Он не сталкивался с теми ужасами, которые пришлись на долю Итачи, и поэтому был более открыт для брака.       — Хн, — пробурчал Итачи в ответ, откусывая ещё кусочек от своего онигири. Мать застонала в отчаянии.       — Итачи, сделай хотя бы что-нибудь. Как насчет того, чтобы сблизиться с женщиной? Не романтически, а просто невинные, строго платонические отношения. Это был бы шаг с твоей стороны, и, возможно, если твой отец увидит это, он немного ослабит свою хватку, — предложила Микото. — Я устала от того, что ты берёшь все эти глупые, опасные миссии только для того, чтобы избегать отца.       Итачи не ответил, пристально глядя на край стола. Ка-чан вздохнула. Она знала, что старшему сыну, скорее всего, придётся довольствоваться женщиной, выбранной для него отцом, потому что сам Итачи явно не собирался ничего делать, но, по её скромному мнению, это не выход.       — Просто прислушайся ко мне, ладно? Через несколько часов ты отправишься на задание с Сакурой-чан, и Ками знает, когда вернёшься. За эту неделю, или сколько тебя не будет, постарайся поговорить с ней. Не как с подчиненной, а как с женщиной, и посмотри, к чему это приведёт.       Итачи посмотрел на мать самым пустым взглядом, который та когда-либо видела от старшего сына. Даже если он не сказал этого вслух, глаза ясно говорили: «О, чёрт возьми, нет».       Разочарованная, Микото отодвинула тарелку как раз в тот момент, когда он доел второй онигири и потянулся за третьим. Без боя Итачи не доест. Он вздохнул, делая вид, что наелся и не собирается бороться с ней за свой последний комочек риса. Именно поэтому Микото никогда не ссорилась со своим старшим сыном. Он никогда не хотел этого. Если появлялись признаки ссоры, он просто заканчивал разговор и шёл дальше. Но не в этот раз. Она не собиралась позволять ему это.       — Что не так с Сакурой-чан? — бесхитростно спросила родительница.       Итачи нахмурился при одной мысли об этом. Всё, хотел сказать он, но не мог.       — Всё в порядке, — ответил сын сквозь стиснутые зубы. Конечно, она знала, что Итачи хотел сказать, и Микото это ничуть не понравилось.       Ей всегда нравилась Сакура, с тех пор как Саске представил её семье в качестве генина и своего друга. Микото даже находила не слишком скрываемую влюбленность Сакуры в Саске очаровательной. Она не знала, как Фугаку относится к этому вопросу, но Микото была бы рада принять медика в семью. И всё равно, она не могла заставить сына делать то, чего он не хочет, даже если её муж не возражал против таких методов.       Возможно, была ещё одна девушка, с которой он был бы не против завязать самые маленькие, самые целомудренные отношения.       — Ладно, а как насчёт Инузуки Ханы? Она милая.       Однако у старшего сына было самое измученное выражение лица. Он покачал головой в знак отказа. Микото снова задумалась.       — Шизуне-сан хорошенькая, да? Может быть, на несколько лет старше тебя, но у неё есть определённая зрелость, которой нет у других девушек, — с надеждой сказала Микото. На данный момент она просто хваталась за воздух. Женщина не хотела думать, что её дорогой Итачи — безнадёжен, но...       — Она уже состоит в отношениях с Хаганэ Котецу, ка-чан.       Не хотелось предлагать следующую кандидатку, но у неё заканчивались идеи:       — Тогда Анко-чан. Она может быть милой, — сказала неохотно Микото. Сын выглядел так, словно его вот-вот стошнит.       — Яманака Ино?       Отрицательно.       — Аяме-чан, из Ичираку?       Ни за что.       — Хитана Хьюга?       Итачи замер, озадаченный тем, что его мать даже подумала о ней.       — Вряд ли ото-сан оценит мои отношения с Хьюга, даже если они будут платоническими. Кроме того, она любит Наруто.       Микото знала, что её список подошёл к концу. Нехотя она уступила Итачи, зная, что придётся снова завести разговор по его возвращению. Вздохнув, она вернула тарелку с онигири, и посмотрела на сына, который с удовольствием ел.