Стук сердца

Решительная, непокорная позиция всегда балансирует на грани, Ничто не может удержать тебя, когда ты сам ничего не удерживаешь.

___

      Итачи стоял, терпеливо ожидая прибытия своей команды под поздним полуденным солнцем, мягкий свет которого медленно ослабевал. Они опаздывали на пять минут, что само по себе было неприемлемо, но Учиха решил не обращать на это внимания. Каким бы гением ни был Шикамару Нара, ему было свойственно не торопиться. К тому же, решил он про себя, сколько бы времени они ни потеряли, команда наверстает его по пути в Кусу.       Спустя ещё десять минут ожидания, когда терпение уже иссякло, Итачи наконец увидел двоих. Сакура обнимала Шикамару. Девушка над чем-то смеялась, и неудачливый джонин, похоже, был в центре шутки. Казалось, что Шикамару не был обеспокоен поддразниваниями розововолосой, что заставило Итачи предположить о большем уровне знакомства, чем показалось в начале. Учиха надеялся, что миссия будет более продуктивной, но, судя по всему, команда была не согласна с ним.       Скрестив руки в знак раздражения, Итачи нахмурился, пока те небрежно приближалась. Парочка совсем не торопилась, хоть они и отставали от графика на четверть часа.       — Вижу, Хатаке повлиял на тебя, Харуно. Опоздания — плохая привычка для шиноби, особенно для медика, — бесстрастно заметил Учиха. Шикамару удивленно поднял бровь на оскорбление.       Это была вина тактика, что они с Сакурой опоздали, и, судя по сердитому выражению лица, девушка приняла замечание на свой счёт. Шикамару понимал её; Сакура вытянула сама себя за уши, чтобы стать такой прекрасной куноичи, которой сейчас являлась. Она боролась со своей физической слабостью через кровь, пот и слезы. И, безусловно, была достойным ниндзя-медиком, хоть и до сих пор испытывала некую неуверенность в себе. Для человека ранга Итачи так легко принижать её было в какой-то степени жестоко, ведь Сакура пыталась равняться на тех, кто был выше и сильнее. И на него в том числе.       Ино была лучшей подругой Сакуры и его товарищем по команде. Нара знал о розоволосой куноичи гораздо больше, чем многие, и в какой-то степени понимал её. Находиться в команде с Наруто и Саске было непросто, учитывая, что эти двое стали легендами уже будучи генинами, а она отставала, постоянно находясь под защитой.       И тем не менее, её реакция оказалась не такой бурной, как ожидал Шикамару:       — Ну, если мы опоздали, то только по твоей вине, Тайчо, — усмехнулась куноичи. Обычно, когда на Сакуру смотрели свысока, в ход шли кулаки. Оба мужчины были удивлены её самообладанием. Итачи, чувствуя любопытство и коварство, задался вопросом, на сколько её хватит.       — Серьёзно, Харуно. Не хочешь объяснить, каким образом я виноват в твоей непунктуальности? Я сильно сомневаюсь, что ты сможешь переложить вину на меня, — его губы скривились в коварной ухмылке, когда Итачи оттолкнулся от дерева, выпрямляясь. Направляясь к дорожке из леса, где ждал капитан с засунутыми в карманы руками, Сакура поняла, за кем повторяет Саске.       — Я почти уверена, что смогу объяснить так, что даже ты поймешь, Учиха-Тайчо, — сказала Сакура, положив руки на бёдра. Ониксовые глаза сузились от насмешки. — Благодаря тебе, я проснулась в пять утра после того, как вернулась в три из-за нескольких серьёзных операций, которые сократили мои запасы чакры почти наполовину. К моменту возвращения домой от Хокаге, пришло время встречи с моей командой. Я спросила Шикамару, может ли он остаться у моего крыльца, чтобы убедиться, что твой идиотский брат и Наруто не разбудят меня.       Ярость на лице Итачи увеличилась в десятки раз.       — В итоге он сам заснул, а когда мы оба проснулись, была уже середина дня. Я приготовила Шике что-нибудь поесть, прежде чем начать готовиться к миссии, на которую я должна отправиться с твоей глупой задницей. Он любезно подождал, пока я закончу готовить нам всем бенто на потом, после чего мы зашли в резиденцию Нара, чтобы забрать кое-какие припасы. Сразу после мы пришли сюда.       Его возражение было быстрым и грубым:       — Я не виноват, что вы зря потратили время, и не нужно было приносить бенто. Сомневаюсь, что у нас будет время их съесть. Это не миссия ранга D, Харуно.       Вот и всё. От ответа Итачи что-то внутри лопнуло, и самая невинно-сладкая улыбка скользнула по вишнёвым губам, сигнализируя о потенциальной опасности.       — О, правда? Тогда, полагаю, мне не придётся таскать твоё с собой, да? — задала риторический вопрос Сакура, резко разворачиваясь от своей команды и направляясь к пункту регистрации. Котецу был на перерыве, оставив вместо себя Изумо. Под изумлённые взгляды троих мужчин, куноичи без слов достала свиток из сумки, развернула его и сняла печать.       Из него появилась гора медицинских книг, запасная одежда, оружие и три коробки с бенто, тщательно завернутые в ткань. Очаровательно улыбаясь, Сакура взяла ту, что была сверху, и передала дежурному:       — Изумо-кун, я не думаю, что капитан моей команды хочет ужин, который я ему приготовила, так что не мог бы ты забрать его? Мы же не хотим, чтобы он пропал зря, правда? — спросила девушка, всё так же обворожительной улыбаясь.       Глаза дежурного расширились, когда он посмотрел через плечо куноичи на особенно ворчливого Учиху, а затем довольно усмехнулся в ответ:       — Серьёзно? Твоя стряпня должна быть лучшей в Конохе. Я слышал, что некоторые готовы убить за одну из твоих коробочек бенто! Но это зависит от ситуации. А что на десерт?       Сакура догадывалась о втором смысле вопроса, но не могла быть уверена на сто процентов.       — А что бы ты хотел? — спросила розововолосая, соглашаясь на неспешный флирт, который по-любому разозлит Итачи очередной задержкой. И девушка не ошиблась в своих выводах, касательно флирта Идзумо. Капитан не оценит таких выходок во время работы, в этом она была уверена.       — Я хочу поцелуй.       Сакура рассмеялась, игриво хлопнув его по плечу через стойку, а затем запечатала свой свиток и положила его обратно в сумку. Она быстро записала своё имя в таблицу тех, кто покидает деревню, пока Итачи и Шикамару подходили. Хихикая, Изумо указал на свои губы пальцем и шутливо их сморщил. Медик наклонилась и поцеловала его в щеку, как раз когда Итачи взял ручку, чтобы записать своё имя.       Хихикнув в ответ, Сакура отстранилась, явно забавляясь разочарованным лицом ловеласа.       — Ты такая дразнилка, Сакура-чан. А я действительно подумал, что ты собираешься меня поцеловать!       — Ты хорошо меня знаешь, Изумо-кун, — весело сказала девушка, бросив быстрый взгляд на подпись Итачи. Теперь почерк не был таким аккуратным, как обычно, просто едва разборчивые каракули. Довольная тем, что довела старшего Учиху до такого состояния, куноичи послала Изумо второй воздушный поцелуй и подмигнула. — Может быть, когда я вернусь, а?       Закатив глаза, Шикамару записал своё имя и поднял голову как раз вовремя, чтобы увидеть Сакуру, по-детски скачущую впереди и хихикающую на ходу:       — Давай, Тайчо, мы же опаздываем!       Какой геморрой.

___

      И это была та девушка, с которой мать предложила подружиться. Она практически сказала, что, по её мнению, эта дьявольская девушка будет ему подходить. По его мнению, ей может подойти только сам дьявол. Изумо серьёзно считал, что куноичи готовит лучше всех в Конохе, тогда как её навыки не могли быть выше среднего. Очевидно, он никогда не пробовал стряпню Микото, иначе не посмел бы думать, что они вообще могут соперничать в кулинарных способностях.       Как Итачи мог хотя бы отдалённо подружиться с девушкой-дьяволом, которая никогда не участвовала в публичном проявлении флирта, но решила наверстать упущенное в рабочее время с Изумо? Он просто не способен на такое. И после того, как она опоздала на целых двадцать минут, у неё хватило наглости убежать вперёд и утверждать, что это он отстал.       Итачи скорее вырвет розововолосой позвоночник, чем попытается выстроить с ней какие-то отношения. Он скорее покончит с собой, чем заведёт с ней дружбу, как посоветовала мать. Видимо, его мать потеряла рассудок.       Она действительно думала, что Сакура Харуно — хорошая девочка. И Итачи пообещал ей присматривать за этой девчонкой, следить, чтобы она не наделала глупостей, чтобы не перенапрягала себя. К сожалению, было слишком поздно мешать ей сделать что-то глупое, потому что не успели они выйти из деревни, как Сакура выставила себя идиоткой.       На самом деле, Итачи был уверен, что не может заставлять медика ждать своего возмездия. Куноичи повезёт, если она доберется до границы Конохи, учитывая её поведение. Ещё немного таких выходок, и наследник клана сорвётся, а этого никто не захочет видеть.       По своей природе Итачи не был склонным к насилию человеком. Скорее пацифист, поэтому редко кто мог разозлить его настолько, что он захотел бы лишить жизни по собственной воле. Итачи не хотел, чтобы эта девушка сделала его ещё большим убийцей, чем он итак был. Сакура не стоила его энергии.       Из задумчивости почти внезапно вывел мягкий стук по плечу. Резко обернувшись, он увидел бегущего рядом Шикамару:       — Тайчо, ты распугиваешь всех диких животных своими убийственными намерениями. Оно выдаст нас, когда мы будем проходить через Амэ, — спокойно сказал Нара со скучающими глазами.       Итачи стиснул зубы, а затем испустил долгий, искренний вздох. Шикамару был прав. Это было просто смешно. Он вёл себя как ребенок, злился из-за того, что кому-то удалось задеть его. Саске и Шисуи регулярно раздражали, но он никогда не испытывал желания схватить их за шею и избить их, задорно хихикая, пока свет не померкнет в глазах. Итачи полагал, что не хотел (не должен) делать этого и с Харуно Сакурой.       Она была талантливым ниндзя-медиком. Ему редко требовалась помощь, но в те несколько раз, когда всё же приходилось посещать больницу, Сакура всегда была профессиональна и быстро выполняла свою работу. Обычно эти качества ценились в товарищах по команде, но Итачи не видел в розововолосой куноичи этого. Учиха видел лишь раздражающую женщину, которая была полна решимости превратить задание в его персональный ад.       И он даже не знал, почему. Сакура всегда вела себя уважительно. Всё, что он сделал, это разбудил её, чтобы отправить к Цунаде. Не его вина, что куноичи поспала всего два часа. Итачи просто выполнял приказ. Не он отправил тяжёлых пациентов в больницу, заставляя её задержаться после смены.       И она сама тоже не виновата в этом, если не считать скверный характер. И даже так, Итачи был единственным, кто вывел Сакуру из себя. Она считала его ответственным за всё, и Учиха не мог с этим смириться. По сравнению с его реакцией, Харуно вела себя больше как ребенок, чем он. И даже если мать говорила, что девушка сама себя заставляет, не ему её останавливать.       Медленно выдохнув, Итачи снова попытался избавиться от накопившегося разочарования:       — Нара, — рявкнул он, — как ведёт себя Харуно на миссиях? — спросил гений Учиха. Если Шикамару и был удивлён вопросом, то не показал этого.       Шикамару пожал плечами:       — У меня было не так много миссий с ней. Она часто общается с Ино, моим товарищем по команде, так что я часто вижу Сакуру, — уныло ответил мастер теней. Судя по тому, как капитан посмотрел на него, это было не совсем то, что он хотел услышать. — У неё сумасшедший характер, но она всегда была не очень уверена в себе, даже если является одной из самых восхваляемых куноичи в Конохе. Я думаю, что-то из детства. Ино мне не рассказывала.       Итачи молча подумал, может ли причина её неуверенности относиться к тому дню, когда он нашёл девочку на своей тренировочной площадке, избитую, заплаканную и преследуемую другими. Женщины могут быть жестокими из-за своей поверхностности и склонности сторониться тех, кто не соответствует им. Эта Ино — предположительно та самая Яманака Ино, с которой его мать предлагала сблизиться — скорее всего встретила Сакуру в похожей ситуации.       Возможно, ему стоит сходить к этой Яманаке Ино и спросить, что случилось с Сакурой, раз девушка стала такой резкой. Он не мог понять, как милая маленькая девочка смогла вырасти в такую жестокую, непостоянную девушку. Возможно, он слишком много думал о ней. Итачи покачал головой. Это было нелепо.       Не его дело, почему она такая жестокая с ним и настолько приятная с другими. Не было никаких предпосылок, которые говорили бы, что она должна вести себя так и с ним. Сакура могла ненавидеть его сколько угодно, потому что это чувство было взаимным. Итачи мог искренне сказать, что ему не нравится Харуно Сакура, даже если девушка была чудотворцем, спасающим жизни каждый день.       Кроме того, даже если бы Итачи попытался бы поговорить с её лучшей подругой, скорее всего, белокурая тут же бросилась бы на него без оглядки, как и любая другая безмозглая дура в деревне. В данном контексте ему повезло, что Сакура не проявляла к нему никакого интереса. Будь это иначе, миссия затянулась бы надолго.       После долгой паузы Шикамару прочистил горло:       — Что бы ты ни думал, Тайчо, Сакура — хороший товарищ по команде, и она серьёзно заботиться о тех, с кем работает, — тихо добавил парень. — Я говорил ей, что не нужно делать мне бенто, но Сакура была полна решимости. Она хотела убедиться, что у всех будет достаточно энергии на миссии. Она просто очень чувствительна.       Шикамару недовольно хмыкнул.       Итачи задумался. Так ли это? Он обидел Сакуру тем, что сказал, что ему не нужен её бенто? Возможно, он был немного холоден, но в то же время был серьёзен. Капитан не собирался останавливаться надолго, чтобы поесть, не говоря уже о сне. Это не миссия ранга D. Сакура была джонином и должна была знать, как всё происходит; но, конечно же, она была в команде с Какаши, Наруто и его глупым отото.       Учиха мельком взглянул через своё плечо на куноичи, взявшую на себя обязанность прикрывать их спины и охранять с тыла. Не смотря на то, что девушка хорошо держалась с тех пор, как они ушли несколько часов назад, Итачи подумал, что оба товарища по команде не были АНБУ и не были обучены бегать несколько дней подряд. При том таком темпе до Кусы можно было добраться дня за три, не меньше, а если придётся делать остановки, то и дольше.       Уже сейчас Итачи мог сказать, что они не выдержат так долго, какими бы сильными ни притворялись. Если его собственная команда редко позволяла бежать целых три дня, что уж говорить о новоиспечённых товарищах. Нахмурившись, Итачи посмотрел на тёмное небо и решил, что сейчас около полуночи. Пройдет ещё час или около того, прежде чем они достигнут самой густой части леса. И если им нужно будет отдохнуть, то это самое подходящее место.

___

      Гордость за свои достижения прошла спустя первые три часа путешествия по бескрайнему лесу Страны Огня. И тогда самодовольство сменилось чувством вины. Хоть Итачи сказал, что ему не нужен бенто, и занизил её навыки как куноичи, Сакура слышала и гораздо более обидные вещи от Команды Семь в молодости.       Даже когда Саске говорил что-то особенно жестокое, она никогда не отдавала его бенто в гневе. Он мог сказать девушке в лицо, что ненавидит её, но когда наступал перерыв, Сакура всё равно передавала ему то, что приготовила. Учиха ел неохотно, потом неловко хвалил её умение готовить, и снова снова делал вид, что куноичи не существует.       Сакура на самом деле не ненавидела Итачи — ей вообще было трудно кого-то ненавидеть. Но почему-то его слова оказались острее услышанных от Саске ругательств периода генинства. Возможно, причина была в том, что именно Итачи побуждал стать сильнее, а потом сказал, что считает её недостойной.       Сакура слабо улыбнулась, глядя на спины Шикамару и Итачи. Она неоднократно сравнивала Итачи с Саске, и братья были совершенно разными. Куноичи хотела быть достаточно стервозной, чтобы продолжать считать старшего брата мудаком, но он был не так уж и плох. У медика всегда была склонность бурно реагировать на происходящее и действовать, не подумав.       Возможно, Итачи позволит как-то загладить свою вину. Коробки бенто, которые Сакура приготовила для каждого из них, были гораздо больше, чем мог съесть один человек, так что девушка вполне могла отдать ему часть того, что у неё было. Куноичи подумала, что после такого поступка он перестанет её ненавидеть. Может быть, это поможет заполнить брешь.       К удивлению розововолосой, примерно через час капитан остановился. Сакура молча осмотрела окрестности. Расстояние от Кусы до Конохи нельзя было преодолеть за одну ночь. Было поздно, около пяти часов до рассвета. Удивленная действиями Итачи, девушка с любопытством повернулась к их капитану.       — Мы отдохнем здесь до конца ночи, а на рассвете отправимся к месту назначения, — ответил тайчо на незаданный куноичи вопрос медика. Сакура кивнула и нашла высокую сосну, чтобы прислониться к ней. С кошачьей грацией куноичи потянулась и улеглась на землю среди корней дерева, лениво скрестив ноги. Шикамару опустился на то же дерево слева от неё, а Итачи плавно сел на корни дуба напротив.       Глубоко вздыхая свежий лесной воздух, Сакура копалась в вещах в поисках свитка. Составив печать, девушка передала Нара любезно приготовленное ею бенто. Парень взял коробочку и кивнул в благодарность, удовлетворённо улыбаясь. Сама куноичи наблюдала за необщительным Итачи, который рылся в своих вещах, доставая инструкции по выполнению задания.       Вздохнув ещё глубже, Сакура поднялась на ноги и пересекла небольшую поляну, на которой они расположились. Капитан не поднял глаза, даже когда Сакура присела рядом с ним, сканируя свиток. Куноичи могла с уверенностью сказать, что Учиха не намерен есть, чего она, как медик команды, не могла допустить. С этой точки зрения Итачи должен был понять её действия.       — Тайчо, — произнесла Сакура, привлекая наконец его внимание. — В моём бенто слишком много еды, чтобы я могла съесть всё одна. Поскольку мы всё-таки сделали перерыв, я бы хотела предложить тебе немного своего.       Если Итачи и был шокирован её предложением, то никак этого не показал. Ответ капитана был таким же спокойным и размеренным, как и обычно:       — В этом нет необходимости, Харуно. Ты можешь спокойно есть.       Сакура стиснула зубы от досады. Почему все Учиха должны быть такими чертовски упрямыми?       — Без обид, Тайчо, но как медик этой команды, я должна настоять, чтобы ты поел. Я хочу, чтобы мы были в состоянии нормально функционировать завтра и спокойно продолжили свой путь в Кусу. Углеводы являются необходимым компонентом для восполнения запасов чакры, также как и белки и определенный уровень жиров. Без сбалансированного питания, боюсь, ты не сможешь работать в полную силу.       Шикамару удивился и выронил сосиску, которую собирался съесть, обратно в коробку. Нара поднял голову, ожидая, что на это ответит Итачи. Шоколадно-карие глаза заметили, как слегка напряглись плечи и спина капитана, показывая неловкость от такого ответа розововолосой.       — Хоть тебя за это и ценят, Харуно, но я полном порядке. Ты должна больше беспокоиться о себе. Поешь и отдохни. Завтра я не дам вам время на перерывы, — спокойно ответил Итачи, возвращая взгляд к свитку на коленях. Учиха хотел, чтобы разговор на этом закончился, но Сакура была не согласна с таким положением дел.       — Я прошу прощения, Тайчо, но поскольку именно я обладаю обширными медицинскими знаниями, я не могу этого допустить.       Ониксовые глаза сузились от её слов. Учиха перевёл грубый взгляд на девушку, встречаясь с изумрудным взглядом и упрямым выражением лица Сакуры. Она испытывала его терпение и знала об этом.       — Возможно, это и так, но я обладаю большей выносливостью, чем вы с Нарой вместе взятые. Я могу выдержать несколько дней без еды, а вот ты вряд ли. Три дня — это меньше, чем средний срок пребывания АНБУ без отдыха и пищи.       Сакура выругалась под нос. Этот человек был таким же несгибаемым, как и все остальные мужчины вокруг неё. Легче было убедить Какаши снять маску, чем заставить этого конкретного Учиху сделать то, что она хотела. А ведь она тоже хороша в упрямстве.       — Я уверена, что это правда, но ты вернулся в Коноху только на десять часов, прежде чем снова отправиться на миссию. Твоё тело всё ещё пытается восстановиться после предыдущей миссии и не готово снова остаться без источника питания. Так что, если ты не хочешь умереть от голода и недостатка чакры, поскольку ты не можешь пополнить свои запасы без какого-либо провианта, я бы предложила тебе съесть немного моего бенто.       Гению Нара было ясно, что ни один из шиноби не намерен сдаваться. Однако он не собирался разнимать их, если только не начнут лететь кулаки. Учитывая темперамент Сакуры, это лишь вопрос времени. Проблемная женщина.       Итачи не стал возражать против аргумента Сакуры, решив просто проигнорировать её мнение:       — Отдохни, Харуно.       — Я медик и ученица Цунаде. Я могу исключить тебя из активного списка служащих за это, Учиха.       Его жесткий взгляд снова обратился к свитку.       — Я капитан, Харуно. Не забывай, с кем говоришь, — Итачи сказал себе, что не будет спорить с ней, но не мог поверить, что розововолосая сумела вытащить из него даже это.       К его удовольствию, куноичи замолчала на мгновение, а затем он услышал характерный стук палочек друг об друга, и аромат её бенто ударил в нос с силой, которую было трудно игнорировать. Как бы неприятно было это признавать, но пахло действительно вкусно. Не то чтобы могло сравниться с едой матери. И он никогда не осмелится сказать Сакуре, что этот запах его соблазняет.       К огромному удивлению Итачи и Нара, спокойно наблюдавшего за ними, розововолосая схватила его подбородок рукой и силой повернула голову. Возмущенный до глубины души, Учиха схватил Сакуру за запястье и отдёрнул чужую руку от своего лица, давая возможность сделать то, что планировала куноичи. С неожиданной скоростью, Сакура сунула кусочек гёдза в его ничего не подозревающий рот.       Ну, Итачи не мог выплюнуть еду на землю. И это действительно было вкусно. Сакура одарила капитана наглой ухмылкой, явно говоря о том, что выиграла этот раунд.       — Ну что, Тайчо, — поддразнила девушка, — мне придётся помогать тебе жевать, или ты перестанешь вести себя как ребёнок?

___

      По истечению первых двух дней их постоянные препирательства начали действовать Шикамару на нервы. Тактик привык иметь дело с Ино, которая, безусловно, была хуже Сакуры, но с Учихой розововолосая просто била все свои рекорды. Иногда казалось, что он был третьим лишним, как будто их постоянные ссоры были каким-то странным видом флирта. Конечно, ему приходилось прогонять эту мысль из головы каждый раз, когда их разногласия вновь давали о себе знать.       Ни за что на свете два человека, которые так яростно ненавидели друг друга, не могли испытывать ничего романтического. Они, вероятно, даже не представляют, как это выглядит со стороны, когда они сталкиваются лбами. Было утомительно, так как споры возникали по любому поводу. Шикамару просто был благодарен капитану за то, что тот был интровертом и тихим, замкнутым человеком, иначе всё было бы в десять раз хуже, это точно.       И даже учитывая характер Итачи, мир между ним и медиком команды не мог существовать.       — Харуно, не отставай. Мы должны добраться до Кусы к ночи.       Сакура и так была злой, но с каждым камнем, брошенным в её огород, девушка становилась всё более и более кровожадной. Она и так уже бежала так быстро, как только могла без истощения оставшегося резерва чакры:       — Ещё утро, Тайчо, или ты уже не можешь определить время? — прозвучала насмешка.       — Ох, я забыл. У тебя есть свои особые потребности, да, Харуно? — рявкнул Итачи в ответ, набирая ещё большую скорость. Шикамару тоже с трудом поспевал за Учихой и его выходки ещё больше раздражали Нара. Последние несколько дней тактик не обращал на них внимания, или, по крайней мере, пытался, но это уже переходило все границы. Учиха Итачи становился просто жестоким, и Сакура была ничем не лучше.       — О чем ты говоришь, принцесса? Это не у меня длинные волосы, — ответила Сакура, вливая в свои ноги чакру из резервов, до этого момента нетронутых, с каждым шагом набирая всё большую скорость. К неудовольствию Шикамару, розововолосая бежала впереди него и старалась бежать бок о бок с их капитаном. Он не хотел участвовать в этой гонке.       — Правда? Ну, я уверен, что ты заслуживаешь этого обращения больше, чем я. У тебя же розовые волосы.       — Ах, да, но как ты думаешь, есть ли у меня время на то, чтобы ухаживать за волосами так, как ты? Могу поспорить, что твои волосы настолько шелковистые, что тебя не раз путали с женщиной.       — Я чувствую зависть, Харуно?       — Пф! Если бы! Меня не волнует, как...       Шикамару проиграл. Он просто перестал бежать, позволяя им двигаться вперёд несколько секунд, прежде чем они поняли, что его больше нет. Задыхаясь, Сакура остановилась и обернулась, чтобы посмотреть на раздражённого тактика, а Итачи остановился на ветке следующего дерева. Опасливо озираясь и вращая шаринганом, Итачи прыгнул назад. Оба его товарища по команде были на грани изнеможения, и даже он сам чувствовал лёгкую усталость.       — С вами двумя так тяжело путешествовать, — застонал Шикамару, вытирая капельки порта со лба. Он не собирался вмешиваться, тем более что было бы неуважительно возражать своему собственному капитану, даже если Сакура не возражала против такой тактики. — Если так будет продолжаться, то я поверну назад.       Итачи вздохнул, пытаясь вернуть себе самообладание. Ленивый гений был прав. Он должен был прекратить своё незрелое, совершенно нехарактерное для него поведение. Так нельзя было руководить командой, и собственное отсутствие контроля вдруг стало неожиданно шокирующим. За всю свою жизнь Итачи никогда не поступал так необдуманно, и лучше всего было полностью игнорировать Сакуру, если это означало, что он сможет адекватно руководить командой.       Капитал соскользнул с ветки, на которой стоял, и беззвучно приземлился на землю. Его команда последовала за ним, и Итачи бросил короткий взгляд на Сакуру, а затем повернул голову и услышал тихие звуки текущей воды.       — Мы сделаем перерыв здесь. Я собираюсь пополнить наши запасы воды.       И ушёл, не оставив им другого выбора, кроме как стоять на месте. Шикамару бросил на Сакуру тяжелый взгляд, и девушка неловко улыбнулась.       — Ты становишься хуже, чем Ино.       Девушка выдохнула с небольшой затяжкой, восстанавливая дыхание:       — Да, прости, Шикамару, — сказала Сакура, поджав губы. — Я же говорила тебе, что он полный отморозок!       Карие глаза заставили куноичи вздрогнуть:       — Ладно, ладно. Я не буду с ним ругаться до конца пути в Кусу. Обещаю.       Нара устало ухмыльнулся:       — Полагаю, как только мы туда доберемся, всё начнется снова?       Она вздохнула в ответ:       — Нет, но я не могу этого обещать.       Сакура удрученно смотрела себе под ноги. Когда её ругал такой человек, как Шикамару, которому обычно было на всё наплевать, девушка понимала, что перегнула палку. Признаться, она слишком сильно походила на Цунаде и была склонна легко раздражаться. Конечно, Цунаде не будет рада услышать о произошедшем инциденте, но ничего не поделаешь.       Итачи вернулся слишком рано, с полными флягами воды. Сделав большой глоток из одной из них, Учиха протянул девушке. Слишком уставшая, чтобы бороться с ним, Сакура тоже отпила и передала бутылку Шикамару. Наконец выровняв дыхание, медик заправила несколько прядей волос за ухо, открывая грязное и потное лицо. Она виновато встретила пристальный взгляд Итачи.       Как бы девушке ни нравилось подшучивать над мужественностью старшего брата Саске, Сакура не могла её отрицать.       Слишком смущённая своим поведением за последние несколько дней, куноичи прикусила губу и протянула руку:       — Я хочу объявить перемирие, Тайчо, — пробормотала она. — Моё поведение до сих пор было неприемлемым.       Итачи осторожно взял её маленькую, женственную руку, почти бережно загибая длинные, явно мужские пальцы. Как будто боялся, что может сломать её. Рука капитана была тёплой, когда он ответил на рукопожатие.       — Я принимаю твою отсрочку. Моё поведение было не лучше, — тихо признался он.       Шикамару с облегчением опустился на землю, надеясь, что перемирие продлится достаточно долго, чтобы они смогли вернуться в Коноху, и ему не придётся больше наблюдать за происходящим. На данный момент это было худшее задание из всех, что ему поручали.       Кроме того, как может быть хуже? Шикамару был уверен, что видел и не такое, даже если они начнут драться не на жизнь, а на смерть.