Halloween Blues

I swear it won’t be easy.

Как возможно помнить абсолютно каждую деталь, но при этом не помнить ровным счётом ничего? Крису кажется, что его жизнь в один миг превратилась в сон. В бред сумасшедшего. В одну большую галлюцинацию. И как бы он был счастлив, окажись всё пережитое им плодом его воображения… Он действовал на остатке рефлексов, подсказывающих телу как передвигаться, слышать звуки и даже как-либо реагировать на чью-то речь ответной. Но он был целиком и полностью опустошён для чего-то большего. Ни одна мысль не оседала на полотне сознания, ни одно слово со стороны не достигало его разума. Он знал, что набрал 911, знал, что рассказывал полиции об увиденном, но абсолютно не верил в то, что это было реальностью, и не помнил ни капли отвечающих за её восприятие раздражителей. Уже к утру, когда серое небо стало подсвечивать молекулы воды в тучах, он просто упал на кровать и провалился в беспамятство. Ночь наконец закончилась. Всё наконец закончилось. Именно так ему казалось. Как только он вернул себе способность думать, когда проснулся, он сразу же понял: в эту хэллоуинскую ночь всё только началось. Голова трещит по швам, нейроны корчатся от постигшей их судьбы похмелья, тело будто придавлено титановым одеялом. Крис не хочет думать. Не о событиях вечеринки точно. Но лёжа на спине и направив лишённый проблеска жизни взгляд серых глаз, так похожих на бесчувственный купол неба этим днём, в такой же серый потолок, он не может остановиться. Он вспоминает. Мистическая атмосфера клуба, фиолетовые вспышки, сладковатый привкус алкоголя, эйфория. Узкий коридор, расплывающийся перед глазами тёмный силуэт, настойчивое прикосновение к губам, оцепенение. Тесная комната, дуновение холодного ветра, алые разводы, ужас. Крис жмурится, накрывая ладонями лицо. Он перешёл Рубикон. Он увидел то, чего не должен был. То, что Дэн уговаривал его не видеть. Это ведь всё объясняет. Но не укладывается в голове. Дэн – убийца? Тот Дэн, который вытянул ему прекрасную песню, с которым они распивали кофе, с которым целовались, в конце концов? «Да, – въедливо воет мозг, – Тот Дэн, который бесшумно ходит, который смотрит на мир глазами-стёклами, который водит подозрительных людей в закрытую комнату и который часто имеет на своей бледной коже свежие следы драки.» «Dancing with the Dead». Танец со смертью. Всё до ужаса буквально. Ответ всё время находился прямо перед глазами, но Крис упорно не верил. Он и сейчас не верит. Он не хотел такой реальности. Но она сцапала его с потрохами и сдавила горло удавкой. Весь день Крис тратит на то, чтобы ожить. И если тело к вечеру начинает вспоминать, как поддерживать жизнедеятельность, рассудку досталось куда больше. Вспышки воспоминаний сверкают в воспалённом сознании, позволяют дорисовать картину происходящего, от вида которой так старательно убегает разум. Крис заваривает шестую кружку зелёного чая, смотрит в мглу за окном. Крису хочется одновременно и спрятаться, и пойти в самое пекло прямо сейчас, чтобы… что? Где-то он ещё обхаживает надежду на собственную ошибку своей впечатлительности, но, кажется, даже его парадоксальная вера в лучшее начинает сдавать. Даже если он, набравшись решимости, окажется перед Дэном, что он сможет ему сказать? «Ты, случайно, не потерял свой труп?». «Это и есть твоя настоящая работа?», «Зачем ты его прирезал?». «Скажи, что я просто отрубился от шока после того, как ты меня поцеловал, и всё после было сном». Крис приглушённо воет в кружку. С мыслями об убийстве он совершенно забыл о том, что, в отличие от инцидента с мертвецом, об участии в котором Дэна Крис не знал наверняка, было чётким фактом: Дэн его поцеловал. И снова внутри черепной коробки бесконечный поток «зачем», «почему» и «что делать». Крис бросает на часы боязливый взгляд. 19:34. Он знает, что если не придёт с последней попыткой получить ответы на свои вопросы прямо сейчас, то уже не решится погружаться в эту пучину снова и оставит всё так, как есть. Как бы он ни пытался тянуть время – всё равно оказывается у магазина чересчур быстро. Слишком быстро, чтобы по дороге успеть оформить свои мысли хоть во что-то дельное. Он не чувствует ни грамма решимости. Ещё когда он подхватывал с полки ключи от квартиры, он решил для себя: успеет до закрытия – придётся говорить. Нет – так распорядилась судьба, решив уберечь Криса от потока выворачивающих его жизнь наизнанку событий.   Крис закуривает на том же самом месте, что и в прошлый раз, смотрит на здание через дорогу. Он видит отсвечивающее будто голубым фосфором в темноте вокруг окно «Диеза». Впервые за время, прошедшее со знакомства с Дэном, ему действительно страшно подходить к этому месту. Он стоит, пока кости уже не начинает ломить от холода, а когда кожу, наоборот, обжигает истлевшая сигарета, стряхивает окурок с пострадавших пальцев.  Но как только Крис находит в себе силы подойти к двери, он останавливается, уставившись на табличку «закрыто». Может, это знак..? Крис заранее чувствует себя идиотом. Но три неуверенных стука отдаются от дерева двери. «Диез» отвечает тотальным молчанием. Прям под стать владельцу… Крис хмурится, окидывая взглядом влажный асфальт под ботинками. Отчего-то, как бы он не боялся снова взглянуть в глаза Дэна, нежелание магазина впускать его внутрь вызывает неприятное давление под рёбрами.   «Ну уж нет». Отступать поздно. Следующие стуки двери приходится выдерживать от кулака. Не грубые, но настойчивые. – Дэн! – Крис наклоняется к деревянной поверхности. – Нам надо поговорить! Свет горит, Дэн точно не ушёл бы, оставив рабочий день незавершённым. И Крис желает достучаться. Сначала чтобы услышал, затем – чтобы выслушал, а после – чтобы прислушался. Тень мелькает в тусклом окошке, и снизу раздаётся щелчок замка. Нет, надо было бежать. Дэн, слегка возвышаясь над Крисом благодаря порогу, смотрит с удивлением. Будто это не Крис приходил к магазину уже столько раз подряд. Наверняка чаще, чем кто-либо ещё. Конечно, попробуй найти ещё одного такого самоубийцу. Крис не выдаёт привычного «привет». Он просто смотрит на причину своей головной боли за последние недели и терпеливо ждёт ответа на очередное своё вторжение. Для Дэна молчание – это не нонсенс, а привычная модель поведения, поэтому он, бегло окинув улицу за спиной Криса взглядом, шире распахивает дверь и исчезает внутри помещения, свернув за стеллаж. Крис неуверенно шагает внутрь. Атмосфера внутри давит на виски. Дэн оборачивается к нему и, прислонившись поясницей к прилавку, скрещивает руки на груди. – Ну? – на этот раз в его голосе нет незаинтересованного пренебрежения или отчуждённой прохлады. Он внимательно смотрит на Криса. Нет, он его изучает. А Крис и не знает, что, «ну». Пальцы в защитном жесте остаются в карманах куртки. Молчание ничем не разбавляется и только оседает в воздухе, спускаясь с потолка тяжёлым полотном. Дэн начинает издалека. Явно прощупывает почву. Он никогда не спрашивал о чём-то, будучи настолько заинтересованным в ответе. – Как вечеринка? «Было просто чертовски весело, – думает Крис с нотой самоиронии, – До трёх сорока» – Неплохо. Вполне, – из горла вырывает неловкий смешок, – Неплохо. Дэн снова какое-то время ничего не говорит, но, кажется, у него эти паузы дискомфорта не вызывают. – Ты был очень пьян, – подмечает Дэн с вопросом в подтексте. Крис рассеянно кивает. – До дома хоть без происшествий добрался? Крис перестаёт понимать, зачем Дэн об этом спрашивает. Сам факт того, что они поменялись ролями, и теперь его знакомый задаёт вопросы, а сам Крис немногословно отвечает, уже вводит сознание в диссонанс, но больше всего его интересует, к чему Дэн его ведёт. Это абсолютно точно не его попытки в вежливость и, пусть и нескладную, но лёгкую беседу. Крис решает в омут с головой. Он слишком долго оттягивал момент открытого разговора без обиняков, эти игры стали походить на пытку. – Что ты там делал? – он вскидывает глаза к Дэну, не давая тому посчитать, будто Крис на этот раз снова позволит оставить себя без ответов. Дэн сохраняет видимое спокойствие. – То же, что и ты. – Нет, Дэн, – Крис делает пару медленных шагов в его сторону, пытаясь не создавать ощущения угрозы от своего приближения, – Что ты делал там на самом деле? Похоже, Дэну тоже отступать некуда, и он это прекрасно понимает. И он выбирает нападение. – О чём именно ты пришёл спросить, Крис? – голос звучит приглушённо, большего и не требуется – они стоят друг от друга на расстоянии вытянутой руки. Вопрос – символ проверки решимости Криса. И у него её хоть отбавляй. – Обо всём, что произошло вчера. Они снова говорят какими-то ребусами, но недосказанность не лишает обоих понимания вопросов и ответов. Они будто слышат, о чём другой думает и чего именно хочет. Дэн слегка отталкивается от стойки и уничтожает дистанцию. – Чего ты хочешь от меня? Крис чувствует – это нечто, гораздо более серьёзное, чем «что ты прицепился?». Это прямой вопрос о намерениях Криса. В масштабе, во всём радиусе мыслей и эмоций после знакомства, с забрасыванием удочки на будущее. – Правду, Дэн, – тихо убеждает Крис. – Ты знаешь правду, – голос Дэна соскальзывает практически в шёпот. – «Dancing with the Dead», – аккуратный шаг. – Да. – Ты знаешь, что я понял сразу? Что это твоих рук дело? – Да. – Ты поэтому пытался меня отвлечь и увести оттуда? – Да. Дэн отвечает монотонно. Он ощущает, что Крис продолжит выстраивать мысль в нужном направлении, и будто не задумывается над ответом. Казалось, спроси Крис что-либо, требующее более развёрнутого ответа, Дэн бы всё равно так же утвердительно кивнул. – И ты поэтому… поцеловал меня? – озвучить это оказалось чуть труднее, чем Крис полагал. На этот раз ответ Дэна задерживается на едва ощутимое мгновение. – Да. – И только поэтому? – Так тебя только то, почему я тебя поцеловал, волнует? – Я мог бы рассказать полиции, – внезапно выпаливает Крис, невольно задержав дыхание. Глаза Дэна на секунду опасно сужаются, но он подавляет в себе порыв среагировать на возможность шантажа угрозой. – Ничего бы не нашли и не доказали, – похоже, эта убеждённость помогает ему придерживаться негласной открытости, какой у них ещё не бывало. – Но я мог бы, – повторяет Крис, зная, что с этим глупо спорить; как факт – он мог дать полиции достаточно наводок, вопрос был в том, почему он этого не сделал. Голова Дэна испытующе наклоняется на миллиметр вбок. – Мог бы. – Я мог бы и сейчас записывать наш разговор, где ты практически признаёшься… в убийстве, – сглотнув это слово, продолжает Крис аккуратно, замечая, как холодные глаза Дэна опускаются к карманам его куртки, в которых Крис продолжает держать пальцы и дёргать попавшуюся нитку, успокаивая готовую сойти с рельсов нервную систему. – Но? – видно, что не один Крис нервничает; Дэну тоже приходится прикладывать усилия, чтобы не нарушать иллюзии спокойствия этого разговора. Крис молчит пару секунд, вглядываясь в бледное лицо, дыша через раз от узла волнения в груди. – А ты мог бы сейчас избавиться от меня как от лишнего свидетеля тёмной стороны твоей жизни, – он шепчет это настолько доверительно, что тёмные ресницы Дэна, дёрнувшись, выдают его удивление. Он молчит. Крис едва сам себя слышит, но заканчивает. – Почему мы этого не делаем? Он долгие дни ломал голову над этим вопросом. Зачем ему общение с таким подозрительным и однозначно не самым приветливым человеком как Дэн? И сейчас он не пытается вынудить мрачного продавца взять на себя решение этой головоломки. Просто возможно, если ответа нет, то, может, он не так уж и нужен? Дэну тоже ожидаемо нечего ответить. В этот момент Крис понимает, что они испытывают одни и те же вспышки эмоций и сомнений в подкорке сознания. Они слышат одно и то же гудение электричества по проводам. Теперь, когда Крис в этом убедился, а Дэн оказался прижат к стене отсутствием возможности как-то оправдаться, Крис решается идти до конца. Он решает окончательно шагнуть в буйство лесного пожара, надеясь лишь на капли росы на кончиках пальцев. – Зачем ты это делаешь? – на его лице отражается болезненное непонимание. Крис всегда был далёк от стороны смерти, он влюблён в жизнь. Глаза Дэна переливаются льдом, с вкраплениями повинного раскаяния между пластин. – С тем, что ты не поймёшь, тебе придётся смириться, – отвечает он хлёстко. В этом – Крис отчётливо это понимает – он Дэна не переубедит. – И ты… продолжишь? – Крис уже ни на что не надеется. Он чувствует внутри пустыню. Но ладонь самовольно выскальзывает из кармана и касается плеча Дэна. Дэн отвечает так же осторожно, взвешивая каждое слово, с подозрением. – А ты продолжишь приходить? Крис не уверен, проверка это, предложение или просьба. – Ты разве не хотел, чтобы я ушёл? – из горла вырывается мягкий, хоть и слегка нервный смешок. Дэн безулыбно хмыкает. Он делает ещё небольшой шаг ближе, и внутри Криса загорается красная лампочка. Дэн опускает глаза ниже, задумчиво, слегка отстранённо рассматривая его лицо, скользит взглядом по складкам одежды на груди. – Почему ты не боишься? Голос Дэна отдаёт какой-то отчаянной просьбой, в нём сквозит непонимание и даже растерянность из-за этого непонимания. Он погружён в свои мысли те секунды, что оглядывает Криса, словно пытаясь найти в его облике подвох, изъян, за который может зацепиться, чтобы оправдать подозрения своей по-звериному осторожной натуры. Крис щурится с вырвавшимся сочувствием. Он всегда был уважителен по отношению к своим ощущениям, и с самого первого дня, когда он случайно нашёл «Диез», они ему шептали возвращаться. Он не видел в Дэне монстра, убийцу, хоть (Крису придётся жить с этим пониманием) Дэн таковым и являлся. Но Крис не верил в то, что в этом мрачном парне живёт кровожадная злоба, толкающая его на путь тьмы. И пусть у Криса иногда от общения с ним волоски на шее вставали дыбом как после удара молнии, он неизменно возвращался, проникаясь Дэном всё больше, просто потому что не умел иначе. – Потому что я не верю, что ты на самом деле хочешь совершать всё это, – он говорит мягко, ни капли не сомневаясь в своих словах. Дэн издаёт саркастичный смешок, но ничего не отвечает, продолжая своё занятие, точа лезвия своих глаз об изгибы шеи Криса. Отсутствие резкой, отрицающей сказанное реакции только укрепляет его убеждение. Дэн может хоть всё вокруг залить ядом и сарказмом, сколько угодно назвать Криса наивным придурком, раз тот продолжает верить в хорошее, но Крису уже всё кристально видно: он не ошибся, точно так же, как Дэн не ошибся с выбором песни в первую их встречу. Дэн не плохой человек. Он чертовский закрытый, опасающийся любого укола от мира, и вся его ледяная агрессия и грубость, приправленные пронизывающим каждый нерв взглядом из-под полуприкрытых век, от которого Крис ловил по десятку мини-инфарктов во время их встреч – всё это не более, чем защитная реакция. Что-то произошло в жизни Дэна, после чего он затаил на неё злобу и примкнул к смерти. Но Крис не был таким. Он обожал каждый оттенок цветового спектра жизни, и хотел дать Дэну шанс полюбить каждую секунду своего бытия хотя бы в приблизительно той же мере, что и он сам. – Я могу тебя обнять? – Крис не думает, что сейчас подходящий момент для целебных объятий, но лично ему вдруг просто хочется. Ему становится интересно, каково это, обнимать Дэна. Не для чего-то и не из-за чего-то. Дэн наконец поднимает к нему глаза. Морщинка непонимания рассекает его кожу между бровей. – Зачем? Крис тяжело вздыхает. Всё-то ему нужно объяснить, разложить по полочкам разума, чтобы не упустить нечто важное... – Просто так, – он чуть дальше заводит ладонь Дэну за плечо и делает шажок ближе. Дэн ожидаемо не прижимается к нему и не цепляется за него в тёплых объятиях. Дэн продолжает смотреть на него непонимающе-подозрительно, и Крис уже ощущает желание отступить назад, когда расстояние уменьшается, а зрительный контакт не разрывается. – Крис, – напоминает Дэн о собственноручно установленной между ними субординации, – Я так не делаю. Крис подавляет вздох и разжимает руки, отшагивая назад, но тут же хмурится вопросительно. – Как, «так»? Дэн принимает уже привычный взору своего незадачливого посетителя скептичный вид. Крису становится проще, он будто вернулся домой, где всё знакомо и комфортно, без лишних элементов. Тон их беседы возвращается к привычному сценарию. – А как делаешь? – добивает последний гвоздь в крышку своей самооценки Крис. Потому что Дэн снова складывает руки на груди, смотря на него половинками зрачков. – Как вчера в клубе. Криса будто только что пинком вышвырнули из дома. – Ладно, я понял, – он уступает и приподнимает миролюбиво руки. Дэн соглашается с его невербальной мольбой о пощаде и оставляет тему своих предпочтений в касаниях, даже дёрнув уголком губ позабавлено. Криса спасает от неловкой паузы и проживания заново момента поцелуя жужжание телефона в кармане. Это уже стало традицией – всякий раз его или Дэна прерывает телефонный звонок. Крис её рушит, когда сбрасывает вызов от Кая. Он об этом пожалеет, он уже жалеет, потому что два пропущенных вызова за день, когда Крис не желал общаться со слишком настойчивым (по правде говоря – невыносимым) временами другом, уже есть. И если на третий, тот, что был отклонён сейчас, Крис уже получил бы порцию отборного мата от языкастого сменщика, то теперь Кай точно затаит смертельную обиду и будет долго припоминать, что Крису не стоит проявлять такую наглость, как игнорирование Его Величества. Но Криса сейчас это мало волнует. Он невольно показывает Дэну, что их разговор важнее, чем звонки. И, пока держит телефон в руках, останавливается на одной мысли, уже не первый раз посещающей его голову. Он поднимает голову к Дэну, замечая, что тот продолжал задумчиво наблюдать за ним. – Может, номер дашь? – Крис приподнимает телефон, не рискуя протягивать, но Дэн, ничего не спрашивая, лишь вскинув на долю секунды острую бровь, сам поднимает руку. Крис вкладывает телефон в бледные пальцы, и через секунду забирает обратно, глядя на сохранённые три буквы над набором цифр. Этот простой ритуал обмена контактами как-то рушит его шаблон. Слишком по-человечески, совсем не в стиле их странного взаимодействия. Однако обменом это назвать сложно, потому что Дэн не спешит спрашивать номер Криса в ответ. Сперва это успевает поколебать его уверенность, но после Крис успокаивается: Дэн наверняка не сомневается, что Крис свяжется с ним сам, при чём скоро. Телефон отправляется на законное место на дне кармана, а Крис выпрямляется. – Ладно, я пойду. – Ага, – Дэн тоже расслабляет хватку, опуская руки вдоль тела. – Дэн, – Крис слегка устало, но искренне приподнимает уголки губ в улыбке, – Спасибо… за доверие. Дэн смотрит на него исподлобья и открыто предупреждает: – Постарайся, чтобы я о нём не пожалел. Крис видит, как серьёзно относится к этому Дэн, это заставляет чувствовать ответственность, но обещание не предать чьё-то доверие – одно из тех, которые Крису легко дать. Он кивает и покидает «Диез». В который раз – с совершенно новым послевкусием от посещения. Ему ещё предстоит помучиться над дилеммами в своей голове, но его подсознание уже всё решило, а остальное – муки сомнений, которые – на этот раз он знает точно – ему предстоит терпеть не в одиночку.