Красавчик

Обворожительная хостес с голливудской белозубой улыбкой вела их за собой через тонущий в густой зелени зал ресторана. Казалось, они шагнули в портал и из Лос-Анджелеса перенеслись в знойные буйные джунгли, где между деревьями там и тут за мастерски вписанными в обстановку столиками вполголоса беседовали люди, что-то ели и пили. Сопровождающая в строгом костюме притормозила, качнулась на высоченных карандашах-каблуках, жестом приглашая Дженсена со спутником в неприметный уголок заведения, где уже ждали двое, при их появлении поднявшиеся со своих мест. Старик и совсем еще зеленый мальчишка. Кажется, даже младше Джареда. — Мистер Бивер, — наклонил голову Эклс. — Рад встрече. Старик добродушно, но несколько скованно улыбнулся в ответ, пожимая протянутую руку. — Здравствуйте, Дженсен. Познакомьтесь, мой внук Александр. — А это мой помощник и друг — Джаред… — Джаред Падалеки, сэр, — подхватил Джей. А Дженсен до этой самой секунды не думал, что не знал даже его фамилию, не озаботился выяснить вообще ничего. — Александр… Очень приятно. Рукопожатиями юноши обменялись с каким-то неожиданным рвением, и Дженсен нахмурился. Ему совсем не понравилось это. Видеть, как Джея касается кто-то еще, пусть и под таким совершенно невинным предлогом. А тот бесстыже сверкает направо и налево этими ямочками на щеках, располагая к себе сразу всех. Кажется, и официантов, которые в подобных заведениях — те еще снобы. Не успели все усесться за стол, как Джаред поднялся с очаровательной смущенной улыбкой. — Мне нужно отлучиться на пару минут. Вы меня извините? — Сейчас прямо, потом на второй этаж и за лестницей сразу налево, — сказал, понизив голос Дженсен. — Что тебе заказать? — На твое усмотрение. Будь так любезен, — Джаред коротко и неформально коснулся плеча. И Дженсену бы рассердиться, но вместо этого просто стало намного теплее. Всего второй день их знакомства. Вернее, не знакомства — контракта, а он уже взял и привык. "Стареете, мистер Эклс", — ядовито хихикнуло подсознание. Настырный и мерзкий внутренний голос, который очень часто хотелось взять и до смерти задушить. — Мистер Эклс, — перешел сразу к делу Алекс, едва официант принес им напитки, — дед считает, что компанией должен руководить ее основатель. А из тех заявлений, которые уже прозвучали, и слухов, которыми окутана ваша личность, трудно сделать однозначные выводы и понять ваши истинные намерения. Он замолчал, когда вернувшиеся официанты принялись расставлять по столу тарелки с устрицами. Как раз и Джаред вернулся назад. Посмотрел на блюдо и на приборы, и снова в тарелку. Показалось, с чем-то похожим на замешательство. Черт. Дженсен едва не застонал в голос. Что, если мальчишка понятия не имеет, что делать с этой прорвой разнокалиберных вилок? Попытался подать знак, но Падалеки упорно на него не смотрел. Па-да-ле-ки… Необычно, можно даже сказать — экзотично. Получается, мальчик — поляк. Интересно, а если попросить его во время секса говорить что-то на польском? Черт… Нашел время на мысли про секс. Сейчас встанет все, что возможно… Дженсен ухватился за свой бокал, выпивая залпом его содержимое. Пузырьки ударили в голову и неприятно защекотали в носу. Кажется, прошлой ночью Джаред говорил про них что-то такое… Про пузырьки. — Слушай, если ты не… — начал он, наклонившись доверительно к Джею. Собирался сказать — ну их к дьяволу, и устрицы, и приборы. И все эти манеры, бери просто руками. Не успел, потому что Падалеки лихо ему подмигнул и, сбрызнув мясо в раковине соком лимона, подцепил трехзубой — правильной — вилкой. Обмакнув в белый соус, отправил в рот. У Эклса челюсть разве что на стол не упала. — Как вам устрицы, юноша? — спросил у Джареда Бивер. — Мне кажется, они здесь превосходны. — Довольно неплохо, — согласился с ним Джей. — Хотя, на мой вкус, у Фин де Клер более насыщенное послевкусие. Но мясо у Марен Олерон, безусловно, нежнее. Тонкая улыбка Джареда не казалась издевательством. Ну, разве что только немного. Вообще, с чего Дженсен взял, что парень не обучен манерам? Невежества тот с момента их встречи не проявлял. Даже ту выходку в отеле у лифта перед пожилой четой гомофобов, скорее, можно было назвать эпатажем… — … я создал свою компанию, когда вас, молодой человек, еще на свете не было, — вещал между тем Бивер. Задумавшись, Дженсен бессовестно пропустил начало его монолога. — Автомобильный бизнес только-только вставал на ноги. Мы были среди первопроходцев… — Мистер Эклс, если мы все же не получим заказ, и нас признают банкротами, как вы поступите с компанией? — встревоженно перебил деда Александр. Джей даже отложил вилку, которой как раз принялся за салат. Уставился на Дженсена в ожидании ответа. — Разделю и продам по частям, — сказал честно он. К чему им недомолвки, если предстоящее всем очевидно? — Вы понимаете, что я не в восторге от того, что сорокалетние труды идут псу под хвост? — проговорил расстроенно Бивер и залпом осушил бокал с виски. Дернул ладонью, и официант торопливо налил еще порцию. — Я вам хорошо заплачу, Джим, — терпеливо напомнил Дженсен. — Вы будете неприлично богаты. — Я и так богат, — проворчал тот, швыряя вилку в тарелку и попадая в официанта, как раз наклонившегося за пустой грязной посудой. — Я просто хочу возглавлять то, что создал. Дженсен не нашелся, что на это ответить, но Бивер и не думал замолкать. — Я знал вашего отца, Дженсен. Алан Эклс, правильно? Он не такой мерзавец, как говорят люди. Дженсен, не меняя выражения лица, отложил салфетку, которой в этот момент промокнул губы. — Верно, Джим. Его имя — Алан. И да, не такой. Боюсь, лавры мерзавца в нашей семье принадлежат мне. Но вы и так это поняли, правда? — И он доволен вами? — зачем-то продолжал допытывать Бивер. Глухое раздражение завозилось в груди. Да сколько же можно? — Понятия не имею, — сказал резко Дженс. На самом деле — просто отрезал. — Мы не разговаривали лет пять… Может быть, больше, не помню. Джаред смотрел слишком пристально. Слишком… понимающе что ли? Впитывал каждое слово. Да кто он такой? Надо будет поручить Кейну навести справки. Хотя, нет, лучше Майкла. Ни к чему ему лишние причитания, увещевания и параноидальные страхи, которые преследуют Криса, кажется, всю его жизнь. Розенбаум справится лучше. Не разговаривал с отцом лет пять… На самом деле — все восемь. Общение прервалось сразу после развода. Благоверная застукала его в душе с партнером по гольфу и постаралась, чтобы об этом прискорбном поступке узнали все без исключения члены достаточно религиозной и консервативной семьи Эклс. Ревнивая и злобная сука. Одно хорошо — он освободился от ее общества на веки вечные. — Мистер Бивер, мы встретились не для разговоров о моей семье, — жестко напомнил он, с усилием прогоняя неприятные воспоминания. Да, все это было. Но все давно позади. — Что вы хотели? — Оставьте в покое мою компанию, — проскрежетал Джим. Дженсену старика даже стало чуточку жалко. — Не могу, — вздохнул он, — у меня уже контрольный пакет акций. Совет представителей в который раз поднимает вопрос о банкротстве. Вы на мели. — Я их выкуплю. — У вас нет денег. — Будут! — рявкнул с вызовом Джим. Уверенности в голосе, впрочем, не было ни на гран. — У нас контракт на полное обновление автопарка Белого дома, и это только начало… — вставил Алек. Эклс виновато покачал головой. — Контракта не будет, — он сделал для этого все. Пришлось даже поднять связи в сенате. — Надо же, как вы это провернули?! Купили продажных чинуш! — внук Бивера сжал кулаки. Едва не кинулся драться. Официанты, застывшие на почтительном расстоянии, встревоженно переглянулись. Один что-то торопливо говорил в похожее на рацию переговорное устройство. Предупреждал службу безопасности о возможном конфликте? — Полегче, Александр, мой мальчик, — дед опустил руку ему на плечо. — Помни, что всегда нужно сохранять лицо. Мистер Эклс больно бьет и играет, определенно, нечисто. Но мы не такие. — Все так и есть. Но с меня довольно, дед, — Алекс резко поднялся. Внезапно протянул руку Джею и сжал. Дженсен сузил глаза, наблюдая за тем, как заблестели глаза Падалеки. — Джаред, был рад познакомиться. Жаль, что вы работаете на такого… неприятного человека. Если надумаете уходить, мы вам подыщем местечко… Я все еще верю, что в этой войне мы победим. Прости, дед, здесь очень душно. Мистер Эклс, было приятно… Впрочем, к чему церемонии? Я был точно не рад. — И я пойду вслед за внуком, — вскочил тут же Бивер. — Удачи, Джаред. Надеюсь, ужином вы насладитесь. Здесь превосходно готовят. А ты, Эклс… Скажу одно — берегись. Я тебя уничтожу. — Жду с нетерпением, Джим, — скрипнул Дженсен зубами и знаком приказал официанту наполнить бокал. * В номере Джаред прошел сразу в ванную, где сменил строгий костюм на махровый халат, сполоснул руки, лицо. Вернувшись, застал неестественную, звенящую тишину. Эклс обнаружился на балконе. Вернее, почти… — Дженсен? — Джаред даже глазам не поверил. Тот буквально вжался в свой стул и держал спину неестественно прямо. Как будто боялся, что его подхватит самый слабый порыв ветра и швырнет вниз. — Ты же сказал, что сюда не выходишь? Отрешенный, какой-то потерянный Эклс как будто сражался прямо сейчас сразу с десятком врагов. Стул, поставленный на границе балкона и комнаты, как-то очень резко и нервно шатался. Ветерок шевелил его светлые волосы и трепал растрепанный воротник. Чуть раньше Дженсен расстегнул несколько пуговиц на строгой рубашке, а галстук бросил прямо на пол. И сейчас выглядел просто уставшим бродягой. Чертовски сексуальным бродягой. — Я вышел наполовину, — буркнул Эклс, все еще пытаясь не шевелиться. — Не считается. — Ты молчал всю дорогу, — начал после паузы Джей. — Но разве встреча не прошла в твою пользу? Твои дела идут хорошо, а его — нет. Вот только в свою компанию Джим вцепился зубами. И деньги его не прельщают, он любит ее. Подпрыгнул, усевшись на перила, скрестил свои длинные ноги. Дженсен вздрогнул. Уж лучше бы он скрестил их у него за спиной, а не так…. Представить только, сколько этажей и темного пустого пространства там, сзади. — … вот только тебе понравился Бивер, — продолжал вдохновенно мальчишка. И опять показывал ямочки. А еще колени, что бесстыжей провокацией виднелись из-под халата. — Мне понравится, если ты слезешь оттуда, — попросил нервно Дженсен. — Меня начинает мутить просто от того, что я вижу тебя на этом хлипком насесте. Он же рухнет в любое мгновение. — Нервничаешь? А если я еще вот так наклонюсь? Смотри, я не держусь, — и откинулся в пустоту, подняв над головой руки. — Я не смотрю, — Эклс уставился в угол балкона, на какой-то цветущий кактус, испещренный колючками. — Ты полный псих. — Ладно, все. Я перестал, извини, — попросил Падалеки и даже спрыгнул назад. Зачерпнул пятерней горсть волос, убирая с лица. — Иногда меня просто заносит. — Я заметил. И я все же отвечу. Потому что ты — мой помощник на те дни, пока я буду в ЭлЭй, и должен понимать, что к чему. Эмоции и бизнес сочетать непрофессионально. Поэтому не имеет значения, кто кому нравится. Понимаешь? — Я понимаю, — кивнул слишком медленно Джаред. Сказал с такой интонацией, будто говорил о другом. — Это просто работа. Делай дело, отключая эмоции. — Точно… отключая. Знаешь, Джей, мы очень похожи. — Я бы так не сказал… — он помолчал. И вдруг сменил тему. — А твой отец?.. — Мы не будем об этом! Тебя это точно не касается и не должно волновать! — черт, Дженсен все же сорвался. Джаред мрачно кивнул. Безусловно. Профессиональные рамки. — Что насчет марафона старого кино? — попытался он через пару минут разрядить обстановку. Или… я не знаю Индиана Джонс? — Индиана Джонс в самый раз, — согласился без особо энтузиазма Дженсен и даже завалился вместе с ним на диван. Вот только почти сразу после вступительных титров он молча встал и вышел из номера. Падалеки услышал, как снаружи загудел лифт, поднимаясь. Лифтер Миша, наверное, будет рад до усрачки негаданной встрече…