О бедном предателе крови замолвите слово...

Вечером, после танцев, мы собрались в помещении Клуба. Я, как с виду самый спокойный, варил порцию Рябинового отвара для личных нужд, Гарри и Гермиона с мрачными лицами сидели рядом в отлеветированных ещё вчера, при практике Левиосы, креслах ближе к зельеварному столу. — Как же ты неоправданно спокоен, — нервозно бросила Гермиона, наблюдая за моими действиями. — Есть смысл для волнения? — спросил я, растирая в ступке сушëные водоросли. — Конечно есть, — устало ответил Гарри. — Ты настолько в нас не сомневаешься что-ли? — Ещё как сомневаюсь, только повода для волнений не вижу. Сомнения рано или поздно выведут нас на правильный путь, а вот волнение запросто выбьет из колеи. В этом деле я предпочитаю мандраж. — Пожалуй, почитаю, — произнесла Гермиона. Она вообще жила по принципу «в любой непонятной ситуации — читай», я же был не против сейчас подумать. Например, о том, что и где нас может ждать. А ждать нас может… да всё, что угодно, на самом деле. Соорудить портал в любую точку Британии не так сложно для достаточно сильного мага, да и на континент, во Францию, Бельгию или Нидерланды тоже. Со Скандинавией уже возможны проблемы, попасть в Исландию поможет только сложный ритуал, дальше порталами перемещаться просто опасно. Ну да, ночное приключение по, скажем, Токио или Каиру осуществить без отслеживания невозможно, но в достаточно большом радиусе. — А если мы недостаточно готовы? — ни к кому не обращаясь, спросил Гарри. — Значит, вернëмся и подготовимся лучше, — ответил я, разливая Отвар по пузырькам. — Думаешь, у нас будет ещё попытка? — хмуро уточнил друг. — До середины июня ещё шесть с половиной месяцев. Надеяться, что за это время ничего не будет, глупо. — Точно так же глупо, как и ждать испытания каждый месяц, — буркнула подруга, не отрываясь от учебника Чароведения. — Не исключено. Будем жить — узнаем. Время приближалось к восьми, поэтому, убрав восемь получившихся пузырьков с зельем в свою сумку, я очистил котëл простейшим Клинио, показанным Флитвиком одним из первых. Заклинание Чистки Посуды не отличалось универсальностью, в отличие от Торгео или Эванеско, но для нас вполне подходило. Мы вернулись в гостиную и сразу же направились по спальням. Кирка ещё не было, он пропадал в ткацком цеху всё свободное время. То, что Гермионе давалась легко — создание скатерти — от него требовало колоссальных усилий. Он не сдавался, что вызывало уважение, и шёл к своей небольшой для всего проекта цели с полной отдачей. Ровно в одиннадцать мы с Гарри вышли из спальни. Вернее, я вышел на пару минут раньше, а он немного задержался. Товарищ по спальне вовсю храпел, что позволяло нам не соблюдать абсолютную тишину. — Рон, ты собрался идти… в этом? — вкрадчиво спросила Гермиона, уже стоявшая у выхода из гостиной. Я придирчиво осмотрел себя. Чëрные классические идеально отглаженные брюки, светло-зелëная рубашка, жилет с изумрудно-сиреневой вышивкой звëздного неба на спине и традиционная сумка на поясе. Мантии мы решили не надевать, вдруг придëтся бежать. — А что не так? — удивился я. — Всё чистое, сочетается, туфли начищены. — Вот именно! — воскликнула подруга. — Ты весь такой нарядный, а мы ведь не на бал идëм! — Я предпочитаю не воспринимать наш поход как траур. К тому же применение заклинаний в нашем возрасте — это далеко не лишняя тренировка ядра. Или ты хочешь в четырнадцать узнать, что твой потенциал даже не среднего уровня? — Я узнаю это в пятнадцать, — буркнула Гермиона, — но ты прав. Мне такое в голову даже не пришло. — Рано или поздно ты бы догадалась, это неизбежно. А у меня полно старших братьев, трое из которых уже проходили это. — Несправедливое преимущество. — Жизнь вообще несправедливая штука на уровне живущего, — философски заметил я. — Пока человечество состоит из управляемых мозгом людей, равенство невозможно. — Готовы? — спросил подошедший Перси. На нём также не было мантии, видимо, тоже оценил её неудобство в Саммайн. Ну ведь правда же, умные мыслят одинаково. — Гарри нет, — отозвалась подруга. — Что его вообще могло задержать? — Здесь я, — ответил он, скидывая мантию-неведимку. — Значит, маскировка и в самом деле превосходная. — Вперëд! — приказал Перси, пресекая все возможные разговоры. — Наш противник не дремлет, надо успеть раньше него. Мы с Гарри и Гермионой переглянулись. О том, куда идти, мы не знали. Кроме записки, у нас не было никакой информации. Возможно, это часть игры демона, но от полного незнания становилось нервозно, особенно подруге. Гарри же, чем дольше мы шли, тем сильнее мрачнел. Он явно не готовился ни к чему хорошему, это в целом правильно, но так можно и до самого ужасного сценария нафантазироваться. Я же… я старался понять, что можем противопоставить Филчу и Волдеморту в нëм, если потребуется, прямо сейчас. Всё же Тëмный Лорд, пусть и потеряв большую часть души, способен на многое. Вернее, как раз из-за утраты. Такому кидаться Авадами труда не составит. Пришли мы к знакомым подземельям. В тусклом освещении ночного замка был заметен чуть сгорбленный силуэт, спускающийся туда же. Отсидевшись за колонной, чтобы Филч нас не заметил, мы двинулись за ним. Спустившись по первой лестнице, Перси остановился. — На меня не рассчитывайте, — произнёс он, — это ваша… война. Я буду вмешиваться лишь в том случае, если моей жизни будет что-то угрожать напрямую. Ну или если вам понадобится целительская помощь. Во всех остальных случаях я просто довесок, даже ответить на вопрос любой сложности не смогу. Таковы правила нашего общего знакомого. Неприятно. Перси со своим мечом мог бы здорово нам подсобить, если придëтся с кем-то сражаться. На лицах друзей отражалась досада. Ещё бы, трое первокурсников, пусть и не открыто, но всё же бросившие вызов самоназванному Лорду Судеб, это чистый сюрреализм, не иначе. И всё это, кстати, во имя общего блага. Ох, канон, как же ты близок… Молча кивнув на слова брата, я уже собирался спросить, куда вообще идти, как перед нами абсолютно бесшумно появилось чëрное создание размером с годовалого младенца с копытцами и рожками. Бес обыкновенный. — Похоже, это по твоему профилю, — прошептал Гарри, обращаясь ко мне. — Не угадал, зеленоглазый, — достаточно громко сказал бес, — я посланник нашего общего знакомого. Идите за мной, если хотите пройти испытание. И, не дожидаясь реакции, приспешник «демона» ушёл петлять в лабиринты слева от Главного Хода. Мы поспешили за ним, понимая, что за бездействие Дамблдор будет достаточно зол. По крайней мере, понимал это я, были такие же мысли у Гарри с Гермионой или они просто пошли за мной, уже не важно. Пока протискивался в тëмные закоулки всё дальше от нахоженной тропы, мои мысли постепенно захватывал вопрос «почему бес?». Арандук по-настоящему не должен быть связан с демонами, он же Следящий Реальности. Или так надо, чтобы поддерживать реноме? Не исключено и даже очень правдоподобно. Если тебя считают демоном, будь добр показывать это, иначе возникнут подозрения. Минут десять хождений по всё больше сужающимся коридорчикам привели нас к тупику с тускло светящейся металлической дверью в его конце. Свет исходил из продолговатых камней, аркой обрамляющих проëм. Учитель Альтидор упоминал о таких, они светятся в темноте, но на свету выглядят как обычные серые булыжники. Их главное свойство — запирать существ Аврапоса, демонической реальности, в закрытых помещениях. Неужели… — Заходите, — произнëс бес, отлетая за нас. Дверь призывно раскрылась, оттуда полился красноватый свет, ещё больше укрепляя меня в своём предположении. — А вы, мистер посланник? — деловито спросила Гермиона — Вы с нами не пойдëте. — Нет-нет, юная… леди? Так у вас говорят? Мне туда нельзя, я ещё хочу жить. Спасибо, было приятно провести с вами это недолгое время, мне пора. Сказал — и исчез, будто его и не было вовсе. Но открытая дверь осталась, значит, надо идти. Понимая, что чем дольше мы стоим, тем Филч быстрее пройдëт испытание — если они у нас вообще совпадают — я первым вошëл в дверь. Последним, как он и сказал, оказался Перси, дверь за ним с тихим щелчком закрылась. — Алохомора! — тут же отреагировала Гермиона. Дверь оказалась безучастна к попыткам открытия. — Пути назад нет, — констатировал Гарри. — Сомнительное высказывание, — буркнул я, осматриваясь. Коридор раза в полтора больше того, из которого мы зашли, идеально сложенные кирпичные стены, серые плиты пола и потолок арочным сводом с вкраплениями светящихся камней. Света они давали мало, но видно нам было хорошо, пусть и слегка в красноватом спектре. Источника света нигде видно не было. Самая настоящая магия, что совсем не удивительно. — Почему? — не поняла Гермиона. — Ты думаешь, твоя Алохомора лучше? — Я знаю, что мы не пробовали поджечь дверь, превратить в воду, птиц, заставить исчезнуть, швырнуть огромный валун. Алохомора не единственный способ открытия замков, если у тебя есть волшебная палочка. — Но ведь мы же пока этого не умеем! — Есть к чему стремиться, подруга. Главное сейчас — закончить это испытание раньше Филча. — Кто-нибудь понимает, что нас может ждать? — спросил Гарри. — Демоны, — ответил я. — Скорее всего, не самые сильные и даже не середняки, мы всё же первокурсники практически без знаний. — Ты уверен? — скептически отозвалась Гермиона. — Почему не красные колпаки, например? — Светящиеся камни, — просто ответил я. — Это моя тема, меня этому учат. Некогда болтать, надо идти. Достав палочку из-за пояса, я снова пошëл первым, не дожидаясь возражений. Коридор шëл прямо метров тридцать, после чего вильнул влево и лестницей удалось вниз. На ней нас ждали первые противники — монокрылы. Летающее крыло, демонический падальщик, состоящий из кожистой перепонки с тонкими костями по периметру, для хоть какой-то жëсткости, и тройной присоски, которой она присасывалась к мëртвому демону и высасывала его до состояния обтянутого кожей скелета. Своеобразный санитар Аврапоса, демоны ведь тоже не бессмертные, а хоронить тела там не принято. И вот сейчас примерно с пару дюжин монокрылов заполнили собой лестницу и пройти нам точно не дадут. Не исключено, что у этого испытания есть спидран и надо просто не побояться пройти мимо так-то опасных созданий, но лучше не рисковать. — Ватербол! — активировал я свой боевой инструмент, парой манипуляций превратив его сначала в Хлыст, а потом и в Элипс, и стал бить им ближайших монокрылов. Гарри встал справа и присоединился, шараша Комками, а Гермиона слева, за неимением ничего боевого, просто стреляла желтоватыми лучами Флипенды в попытках оттолкнуть тварей. Получалось, но лишь каждое третье её заклинание попадало в цель. Минут десять нам понадобилось, что победить всех монокрылов, одних из самых слабых жителей Аврапоса. — Ну и кто это такие? — хмуро спросила Гермиона. — Это монокрылы, подруга, самые слабые из демонов, — устало ответил я. — Слабые? Мне так не показалось. — И это о многом говорит. Рано нам ещё Волдеморта побеждать. — У нас будто выбор есть, — фыркнул Гарри. До следующих врагов мы шли молча, каждый думал о своём. Я — о том, что мой водный овал неплохо показал себя. Он, само собой, нуждается в доработке, но прямо сейчас, для первокурсника, который на соответствующих занятиях пока лишь изучает формы Боевой магии и должен лишь пробовать управлять чем-то, достаточно неплох. А ещё, я поймал себя на мысли, что вообще умею в останавливающие чары. Можно, конечно, заявить, что после Флипендо противник в том числе и останавливается после движения назад, но это похоже на отмазку. В книге с заклинаниями, которую я купил через Перси с румынских денег, Останавливающих Чар, занимающих полноценную главу, четырнадцать. Я же не умею ничего из этого, хотя многие вербальные формулы мне знакомы. Но знать про заклинание и уметь его применять даже рядом не стоят, это целый путь от одного к другому. Выучить движение палочкой, научиться безукоризненно воспроизводить его, уметь давать словам посыл, иначе ничего не выйдет, отработка быстрого применения, каст без крика, невербальный вариант, а ещё есть и беспалочковая магия, которая вообще высочайшее мастерство, которое и Волди мало в чëм покорилось. Не самый лëгкий путь даже для одного заклинания, но необходимый, иначе обещанное Лауранс просто не исполнится. Следующие наши враги были в огромной круглой комнате с небольшими углублениями вдоль сквозной петляющей дорожки. В этих углублениях, от которых был желтоватый туман и удушливый серный запах, по трое-четверо копошились слизуны, бесформенные демоны, плюющие слизью. — Эта гадость тоже демоническая? — с явным отвращением спросила Гермиона. — Да. И так просто она нас не оставит. Здесь надо быть осторожнее. Я снова создал свой Водный Эллипс, но на этот раз постарался внешнюю кромку заострить, что с водой не так просто, и пускать его как невозвратный бумеранг. Вначале получалось не очень, и кромка не острилась, и сам овал летел куда угодно, только не в цель. Но, приноровившись, стал бить гораздо точнее, больше половины снарядов попали туда, куда нужно. Не особо эффективно, без острой кромки, но на данном этапе я был рад и этому. Гарри же явно решил поиграть с количеством одновременно удерживаемых объектов и решил оперировать сразу тремя Комками. Получалось у него не то чтобы идеально, минимум один Комок постоянно летел куда-то не туда, но почти всегда один земляной шарик попадал в цель, что значительно превосходило мою эффективность. Но, так как шарики из почвы всё ещё оставались лëгкими, на одного слизуна уходило много сил и энергии. А вот у Гермионы получалось лучше всех. Она заметила по периметру комнаты каменные Кубы размером с классический кубик Рубика и с помощью чар левитации опускала их на слизунов. Одному демону хватало для смерти четыре падения, а некоторым и трëх. Один вообще с первого куба умер, видимо, в жизненно важную точку снаряд угодил. Гермиона повеселела, не то, что после монокрылов, и мрачной уже не выглядела. Ничего, кроме Левиосы, подруга не использовала, нам всем катастрофически не хватало арсенала заклинаний и боевых приëмов. Двадцать минут тягучего боя — и все слизуны оказались мертвы. Пока друзья и выполняющий свой обет невмешательства брат отдыхали, иначе далеко мы бы не ушли после серьёзной нагрузки, я собрал в пустые пузырьки вытекшую из демонов слизь. Набралось всего двадцать четыре крохотных ëмкостей с ценным ингредиентом, но даже это хорошо, могло ничего и не быть. Третьи противники оказались быстрыми и прыгучими. Пальценоги, состоящие из красных кожистых шаров с отверстием сверху и двух полуметровых ножек, отчëтливо напоминающих большие пальцы без ногтя, так просто прощаться с жизнью не собирались, но и пускать дальше тоже. Нам пришлось неплохо поуворачиваться от их прыжков, и если с трюком «вперëд отверстием» мы справлялись достаточно хорошо, наловчились с первого раза понимать длинную подготовку к прыжку, то полëт вперëд ножками проходил куда стремительнее и неожиданее. После такого мы чаще всего оказывались на полу, даже Перси, вынужденный, наконец, проявить взаимодействие, но только через отталкивание, причëм используемое им заклинание явно было получше Флипенды. Впрочем, чаще всего пальценоги отправлялись в стены после таких воздействий, а в нас вообще ничего не прилетало. У этих демонов был реальный шанс повредить нас, но мой мозг, лихорадочно ищущий выход из ситуации, заметил, что после моего падения вода из овала падала на пол и растекалась. Понадобилось двенадцать падений, чтобы воды стало достаточно и пальценоги скользили и сами падали при попытке прыжка. После этого мы победили их достаточно легко, но в основном за счëт Гарри. Гермиона как могла помогала Флипендами, явно подсмотрела за Перси, подталкивая демонов к стенам. Но воды всё же было не так много, а сила заклинания недостаточна, чтобы нанести существенный урон. Я же решил наконец ввести в свои боевые приëмы воздух, «родной» праэлемент. Вода это хорошо, но перебарщивать с ней сейчас и доводить пол до состояния, когда скользить будем уже мы, не хотелось. Работа со структурой, пусть даже и в стрессовой ситуации, шла плохо, всё же в первый раз, но создать подобие воздушного лезвия к последнему пальценогу у меня получилось. Оно было кривым, косым, не очень плотным, но бросать его я не собирался. Отдых не требовался, собирать было нечего, поэтому мы выпили по пузырьку с Рябиновыи отваром и сразу пошли дальше. Коридор подарил флэшбеки о саммайнском спасении Гермионы — очень много лестниц. Мы где-то полчаса спускались и поднимались во вертикальным лестницам, расположенным максимум в двадцать метрах друг от друга, а чаще всего и значительно меньше. Устали все прилично, но уроки Спорта с тренером Весниным давали о себе знать, без них было бы труднее. Пришли мы широкому длинному коридору, полному различных заострëнных предметов, торчащих из потолка и верхних частей стен. В первое мгновение мне подумалось, что это должно живописно упасть на нас, а потом стало не до этого — непонятно откуда полезли шестилапые безхвостые крысы — гемды, тоже демоны. К ним чаще всего и присасывались монокрылы, потому что они составляли основную численность самого нижнего уровня жизни Аврапоса. Пëрли на нас они с неумолимостью танка, пусть и не то чтобы стремительно, но габариты со среднюю овчарку полностью нивелировали отсутствие глаз. Я попробовал свой овал — получилось не очень, Гарри метнул Комок — с тем же эффектом. А вот Гермиона применила Левиосу, воздействуя на торчащее острое оружие. Неожиданно получилось, хотя первая попытка вонзить сломанное лезвие меча в демона оказалась неудачной — промах. Со второй же попытки всё получилось, гемд был остановлен в полуметре от нас. Гарри и Гермиона стали срывать железяки, хотя там и куски камня и деревяшки встречались, и отбиваться ими, а я продолжил эксперименты с заострением кромки водного овала. Спустя тридцать четыре демона — они шли в очень больших количествах — у меня, наконец, получилось, и овал прошëл жителя Аврапоса насквозь. Ещё пятерых я успокоил подобным образом, после чего гемды закончились. Получилось обидно, только разошëлся, а веселье прекратилось, но думать об этом было некогда, мы поспешили к концу коридора мимо тел поверженных демонов. Благо, ширина коридора позволила нам идти спокойно, не соприкасаясь с трупами и оставшись чистыми. Вышли мы в по-настоящему огромное помещение, значительно больше всех объëмов, в которых мы сражались. Правда, здесь нападать никто не спешил, а метрах в двух от пола начиналась непроглядная тьма, которую алый свет разгонять не спешил. — Что-то подсказывает мне, что разгадка там, за этой темнотой, — произнесла Гермиона. — И что теперь делать? — спросил Гарри. — Наши Люмосы вряд ли способны подниматься достаточно высоко. — Вингардиум Левиоса! — резко вскрикнул я в сторону замеченной кучки с зойбами, теми самыми светящимися камнями. Сработало, камни растворяли тьму, как лëд под жарким солнцем. Похоже, она имеет рукотворную природу и создают её вейтуши — лианообразные создания с системой, подобной мицелию, только без гриба, просто сеть из чëрных вьющихся канатов. Если потолок достаточно высокий, мы их даже не увидим, но никто другой такую разгоняемую зойбом темноту создать не может. У Гарри и Гермионы управлять чем-либо с помощью Левиосы получалось куда лучше. Ещё бы, они острыми протыкалками чуть ли не восьмëрки выписывали, у меня же такого опыта нет. Потому нужное нам нашёл именно Гарри на высоте шести метров. Этим нужным оказался рычаг, поднятый вверх. — Воздействуем Левиосой вместе? — предложила Гермиона. — Другого варианта я не вижу. Мы согласились, минута мучений — и рычаг поддался. Гораздо эффективнее было бы использовать Карпе Ретрактум, но мы его просто не умели кастовать. Опустившись, рычаг открыл нишу на левой стене и тоннель справа, совсем рядом с нашим входом. В нише лежала книга, но добежать до неё никто не успевал — от входа рядом с ней всё слышнее становился диалог кряхтящего и шипящего голосов. Филч и Волди приближались. Перси сделал пас палочкой в сторону книги, одновременно подталкивая нас к тоннелю. Со всех ног мы бросились туда. Этот манëвр явно не остался незамеченным, совсем рядом пролетел зелëный луч заклинания, а потом ещё и ещё, шипящий голос явно ругался на парселтанге, грузный топот приближался, но мы всё успели войти в спасительный тоннель, после чего он закрылся. Минут пятнадцать мы шли по петляющему ходу, ни разу не предложившим куда-либо свернуть, после чего вышли напротив двери в свой Клуб. — Это как так получилось? — удивился Гарри. — Похоже, Хогвартсу Волдеморт так же неприятен, как и нам, раз он помог, — отозвался я. — Именно, — произнёс впервые за долгое время Перси, — поэтому давайте оставим книгу в Клубе и обсудим всё завтра. Вам ещё на Зельеварение утром идти. Нам оставалось лишь согласиться, поэтому, даже не посмотрев, что за ценность попала к нам в руки, мы положили её на зельеварный стол и поспешили в гостиную. Если Филч узнает, кто именно не спит в замке ночью, может быть не очень хорошо. Пока он вроде бы ничего не понял, и пусть так остаëтся до июня. Сейчас мы явно не готовы дать ему бой.