Вместе

Драко нетерпеливо ходил из стороны в сторону, поглядывая на часы. Стрелки двигались до безобразия медленно — он был почти уверен, что раньше они отсчитывали время быстрее. Три шага от кровати до зеркала, четыре от зеркала до шкафа… Мерлин, когда уже прилетит эта сова с газетой? Драко толком не знал, чего ждал, и от этого было еще невыносимее. Часы наконец пробили шесть — должна прибыть вечерняя почта. Он опустился на кровать, прислушиваясь к затихающему гулу механизма. Нет, так и с ума сойти можно. Эти четыре дня прошли сплошным комом. Ну, относительно. Первые дни Драко был настолько зол на Поттера, что его, в общем-то, и не интересовало, куда тот ушел. Наверняка к Уизли, куда еще. Затем Драко стал волноваться, — не потому, что Поттер перебрался к друзьям, хотя это не украсило заголовки газет, — а как раз потому, что там его не было. Со вчерашнего дня Гарри Поттер находится неизвестно где и перестал выходить на связь после того, как отправился на поимку подражателей. Лея Шелер, его напарница, пропала с ним, а двое других мракоборцев, проще говоря, сбежали с места битвы из-за «неравных сил» и не видели, как, собственно, Гарри Поттер пропал. Спасибо газетам — из них Драко мог узнавать всю информацию. Правда, она часто была разбавлена громкими цитатами про находку «предположительно тела Гарри Поттера», что только усиливало беспокойство. Вот зачем Поттер полез туда без нормальной команды? Потешить благородство? За эти неполные двое суток Малфой исходил весь особняк и забыл про нормальный сон — если Поттер смог убить Волан-де-морта, то что же случилось сейчас? В первом случае замешана Бузинная палочка, но Драко помнил, как Гарри по ЗОТИ обходил даже Грейнджер. Лишь бы он просто ушел в запой. Недавняя ссора уже перестала иметь для Драко значение. Первые дни он злился на слишком любопытного жениха, но беспокойство вытеснило весь негатив. Прокручивая их диалог раз за разом, он начинал понимать, что тоже наговорил много лишнего. Сотни непонятных чувств сплетались в груди и мешали рационально мыслить. Впрочем, уже не непонятных — на фоне страха Драко отчетливо понял, что он чувствовал последние пару недель. Не было смысла больше отрицать. Да, он влюбился в Гарри Поттера как последний идиот, просто пожив с ним несколько месяцев и занявшись неполноценным сексом. В своего школьного врага, Мерлин. В Героя магического мира. Одиночество — страшная вещь. Особо раздумывать над этим у него не было времени, ведь слишком усердно просматривал газеты. «Хоть бы был жив, — продолжил Малфой повторять про себя, закрыв глаза, — просто жив. Ради всего, если он выживет, я потом ему признаюсь.» Заключать такую сделку со вселенной было очевидно глупо, но Драко не мог иначе — это давало ему хоть какую-то надежду. Если жизнь отберет очередного человека, к которому он привязался, — друга, возлюбленного, не важно, — он просто не выдержит. Раздавшееся у окна уханье заставило Драко подскочить на месте. Фрейя смотрела на него через стекло с привязанной к лапе газетой. Поднять ставни, забрать свиток — уже отработано до автоматизма. Понадеяться, что заголовки о найденном теле окажутся ложными… С первых же букв руки Драко дрогнули, но через мгновение сильнее вцепились в газету. Бешено застучало сердце от накопившегося волнения. Глаза цеплялись за отдельные строчки. Доставлен в больницу Мунго… В тяжелом, но стабильном состоянии… Найден за несколько сотен километров от ближайшего поселения… Живой. Драко показалось, будто с его груди убрали что-то тяжелое, что давило прошедшие сутки. На задворках сознания приживалась мысль «живой». Сразу заработало логическое мышление, стала отступать паника. «Стабильное, но тяжелое состояние» означало «слаб для интервью, но говорить может». Он в очередной раз пересек шагами комнату. К Поттеру наверняка подтянутся Грейнджер и целая толпа Уизли. Может, лучше подождать до завтрашнего утра?.. Встречаться с компанией Поттера не было никакого желания, но ему было необходимо лично убедиться, что тот в порядке. А что до любопытствующих в больнице… Жених он Гарри или кто? «Как я вообще в это влип?..» — обреченно подумал он, падая спиной на мягко отпружинившую кровать. Усталость начинала уступать стрессу, и Драко легко улыбнулся. Все будет хорошо. Завтра он встретится с Поттером, и скоро их жизнь вернется в привычное русло. Насколько привычным оно может быть при влюбленности — ни в коем случае не любви. Драко все еще пытался отстоять зачатки своей адекватности. Стоит принять снотворное зелье, ведь больше не приходилось опасаться, что ночью придет новость о смерти Избранного.

***

[48 часов назад]

Гарри прислонился спиной к шершавой кирпичной стене и старался как можно тише дышать. Зябко. Над головой то и дело пролетали вороны и разрывали тишину пронзительными криками. Он скосил взгляд в сторону полуразрушенного дома, стоящего в какой-то сотне метров от них. Именно там последние минуты находилась Лея, которую оглушили два человека, чьи лица было невозможно даже примерно разобрать. Первое было даже на руку — вдруг заметили бы, что она симулирует обморок. Вся сущность Гарри рвалась вперед, наконец-то задержать преступников, закончить дело, да подраться в конце концов в праведном ключе; но разум и двое других мракоборцев подсказывали, что это плохая идея. — Долго еще? — одними губами спросил он у чуть более знакомого мракоборца, Рэя. Они пересекались не более пяти раз за всю карьеру Гарри, но Рэй был одним из лучших специалистов своего дела. И согласился пойти, не докладывая начальству. Тот покачал головой, но жестом приказал не двигаться. Гарри не совсем понимал его — вдруг подражатели трансгрессируют? А если это и не подражатели вовсе? Но трансгрессия была маловероятна — лучше наследить в одном месте, чем в двух. И здесь каждый день кого-то режут, просто по другим причинам. Гарри знал, что идти такой командой на неизвестное число подражателей рискованно, но сколько было случаев, когда все делалось по воле начальства и толпа «очень неприметных» мракоборцев спугивала преступников. Да и вряд ли там второе собрание Пожирателей Смерти — чем больше людей, тем выше шансы выдать себя. Тишина и мучительное ожидание начинали раздражать. Ему не хотелось праздновать Рождество, сидя в больничной палате с Леей, потому что они задержались и та пострадала. На душе тоже было неспокойно — Гарри мучила совесть за скандал, в котором виноват по большей части был он. Поттер старался выбросить эти мысли из головы хотя бы на время задержания, но не мог. Вот надо было ему все испортить, когда отношения с Драко так наладились; да просто разочарованный взгляд Малфоя, когда тот услышал о блокноте, был худшим наказанием. Что теперь тот думает о Гарри? Что он хочет влезть в жизнь Драко и выставить всем напоказ? Наверное, так и выглядело. Принцип «хотел как лучше, но получилось, как всегда» проявился как нельзя ярко. Но не будет же Малфой вечно злиться? Особенно если Гарри постарается заслужить прощение и забудет о блокноте. А он постарается. Записи же правда отошли на задний план — он сейчас поймает опасную группировку, нужны ли ему какие-то догадки об инициалах? Гарри все это осознал довольно быстро, но сразу вернуться не позволила гордость и некий страх, а потом стремительно завертевшееся расследование. — Наступаем, — вдруг шепнул Рэй. Гарри встрепенулся и сжал рукоять палочки. С Малфоем он обязательно разберется, но позже.

***

— Протего! — Гарри щитом отбил проклятье, которое едва ответно не угодило в отправившего его подражателя. Не зря их так окрестили— Поттер едва не засмеялся от подобия масок Пожирателей, которые нацепили эти двое. Нашли себе кумиров. Рядом два других мракоборца продвигались вперед, в темноте пытаясь обезвредить другого подражателя. Гарри достался оставшийся, и он теснил фигуру в темном к углу, вспышками посылая заклинания и не давая уйти в сторону. Под кожей горел азарт, в висках стучало, а рука сама собой выписывала грубые пируэты. Быстрый взгляд в сторону — справа лежала бессознательная Лея. Главное, чтобы заклинание не ударило в нее. Поодаль лежал какой-то большой камень, что необычно — зачем он в развалившемся доме? Короткими резкими движениями палочки Гарри загнал своего подражателя в самый угол. Тот, укутанный в черное по примеру Пожирателей, дергался из стороны в сторону, но как-то неуверенно. Еще пара заклинаний, и он будет побежден. Гарри даже стало немного жаль — так быстро? Внезапно он чуть не сбился с ног из-за мощного толчка в спину. Гарри оглянулся и увидел еще одного человека в маске. Но ведь его подражатель был зажат в угол, а Рэй с другим мракоборцем уже должны были одолеть второго… Стоп, они сражаются еще с одним. Откуда те взялись? Гарри был уверен, что видел только двоих преступников, и это не противоречило теории «чем больше, тем опаснее». Мерлин, сколько их на самом деле? — Черт-… Сектумсемпра! — сейчас явно не до щадящих заклинаний — надо выиграть время. Режущее заклинание задело руку третьего, выросшего словно из ниоткуда подражателя. Тот выкрикнул что-то нецензурное и начал с остальными сжимать кольцо вокруг мракоборцев, окружая их. Вот тут Гарри осознал, что идти без нормальной команды было опрометчиво. Откидывая заклинания со всех сторон, он метался в поисках выхода из ситуации. От Леи помощи ждать не приходилось — та лежала оглушенная. Вот и кто знал, что все снова пойдет не так? Гарри едва успел отразить удар от вышедшего из угла подражателя и отступил в сторону, отчаянно размышляя, что делать. От сгнившего окна веяло прохладой, которая слегка отрезвляла. Лучше бы он сообщил обо всем начальству. — Сектумсемпра! — услышал вдруг Гарри в ответ, стараясь зайти за деревянную колонну и оказаться ближе к Рэю. Очевидно, тот владел этим заклинанием не настолько хорошо — сказывался малый опыт или то, что до слов Гарри он не был знаком с сектумсемпрой. Но эффект был достаточен. Тело пронзила острая разрывающая боль, как будто каждый сантиметр был проткнут ножом. Тем не менее, Гарри смог удержаться на ногах и послал что-то ответное в нападающего, но осекся из-за нетвердой руки — заклинание ударило в стену. Зато третий подражатель попал в цель — Гарри закашлялся от странного дыма, который напрочь лишил видимости. Поттер практически ничего не видел из-за нависшего марева. Удушливый пар проникал в глаза, дезориентировал в пространстве. Гарри рванул вправо, помня, что там не было людей, только тот странный камень. «Мне надо прийти в себя, просто надо» — он старался сосредоточиться на мыслях и выкинуть пар из головы. Правда, этому мешала кровь, которая уже просочилась сквозь одежду и пачкала пол. Мерзкое заклинание, и Гарри не имел представления, как его нейтрализовать, а остальные были слишком заняты, сражаясь за свою жизнь. Стоит обезопасить хотя бы Лею, если на большее не способен. Превозмогая боль, он нащупал руку Леи и потянул к себе, но задел что-то сбоку. В ту же минуту его закрутило, в животе появилось знакомое выворачивающее чувство, как при перемещении в портале. Сознание уплывало, в ушах зазвенело шумом от сломанного телевизора. Может, это и был портал?.. Но откуда? Ему нельзя уходить, как же остальные? И Малфой его сам убьет, если Гарри не вернется к нему… Не хотелось умирать, так и не помирившись. Последнее, что он помнил перед тем, как закрыть глаза — это гулкий стук, трава и неожиданная тишина, которая поглотила его полностью.

***

Драко мялся у закрытой двери палаты, не решаясь войти. В прошедшие дни он не находил себе места и был готов на все, чтобы Поттер оказался живым и в безопасности, но сейчас растерял уверенность. Обстановка тоже не помогала отвлечься — выбеленные стены и неприятный больничный запах действовали на нервы. К счастью, его пропустили к Поттеру без вопросов, хотя официально он пока не является членом его семьи. Драко в очередной раз поймал себя на мысли, что с Поттером совсем превратился в тряпку — постоянно стесняется чего-то. Смотреть противно. Зайти и поговорить, делов-то, а стоит уже минут пять. Быстро досчитав до трех, чтобы не дать себе возможности сбежать, он повернул ручку двери и сделал шаг вперед. Поттер вполоборота располагался на кровати без футболки и старался получше завязать бинты, которые шли через всю его грудь. Очевидно, он не торопился умирать — бодро сидит, копается в бинтах, думая, что разберется лучше колдомедиков, руки-ноги на месте. Правда, пугали белые рубцы во всю спину. Драко неловко застыл у двери — Гарри его не заметил. Мысль так же тихо уйти начинала казаться все более соблазнительной, но Поттер наконец поднял голову, спустя мучительные несколько секунд. — Малфой? — он был очевидно удивлен. Не так, как тогда на приеме — на этот раз Гарри был искренне рад его видеть, хотя и не ожидал. — Ну что, не добили? — мягко поддел Драко. Наверняка, эти слова выглядели странно в совокупности с его осунувшимся от недосыпа лицом. — Как видишь, — слабо улыбнулся он и потянулся за футболкой. Драко неловко присел на ближайший стул. Весь прикроватный столик напротив него оказался завален цветами, особо неудачливые букеты даже свалились на пол. Поттер после каждого попадания в больницу может открывать по новой линейке цветочных магазинов. Драко было почему-то физически больно смотреть на Гарри, словно это он получил все эти раны. И этот Поттер перед ним, в бинтах, но с неугасающим энтузиазмом был каким-то… родным, привычным. Как будто так и должно быть. Драко хотел пресечь на корню влюбленность, но как это сделаешь, если напротив сидит лохматый Поттер и тычет в раны. Он отказывался признавать, что их даже фиктивный брак всего на пять лет, и это если Поттер раньше себе кого-нибудь не найдет. Слишком сильно тот вошел в его жизнь за эти месяцы. Драко не знал, как поступить со всем этим душевным грузом — очевидно, скрывать; стоит ему признаться, и брак разорвется, толком не успев начаться. Когда Поттер был рядом, не зацикливаться на мыслях о бешено бьющемся сердце оказалось сложнее, чем он предполагал. Когда решились одни проблемы, жизнь подкинула новые, и он сомневался, что сможет их исправить. Мерлин, лишь бы Поттер не узнал. — Злишься? — вдруг раздался тихий голос. Кажется, Гарри подумал, что тот не заговаривает, потому что сердится. — Злюсь, — вздохнул Малфой, заставляя себя хоть наскоро пробежать взглядом по свежим шрамам на Гарри. — Что полез почти в одиночку. Видимо, этим его уже успели замучить — Поттер извиняюще посмотрел на него и попытался оправдаться затвержёнными словами. — Я просто думал, что зачем брать кучу людей, двоих тоже достаточно. Работали же над делом несколько месяцев, я не мог больше ждать. Думал, что справлюсь. — А в итоге не справился. — Получается, так, — Поттер устало усмехнулся. Постарался опереться спиной на изголовье, чтобы не задеть недавних ран. Не знай Драко из утренних газет, что именно произошло, подумал бы, что на Гарри напал оборотень. Хотя Поттеру повезло, как всегда — умудрился с Шеллер упасть на портал и перенесся в глухие шотландские поля, где его нашли только через несколько дней. Портал, разумеется, был нелегальным, потому его действия хватило только на один раз. Ходили слухи, что в Поттера запустили сектемсемпру, но Драко в этом сомневался — разве что заклинание было некачественным, иначе Поттер давно бы истек кровью. — Но кто же знал о порталах? — продолжил Гарри. — Если бы не они, я бы всех порешал-… — Если бы не они, ты бы не научился брать подготовленную команду, — перебил его Малфой. Нет, Поттера жизнь ничему не учит. Чуть не умер, а так ничего не случилось, ерунда. — Говоришь, как Гермиона вчера. — Тогда, может, ты запомнишь, если тебе это будут говорить два человека? — Драко выдохнул, не желая доходить до упреков. — Зато как хорошо с твоими коллегами получилось. В ином случае их бы поносили за побег с битвы даже в неравных условиях, а теперь на твоем фоне все забыли про них. — Я бы предпочел, чтобы они трансгрессировали, а не умерли. Или, как я, провалялись в поле два дня, — пробормотал Гарри. — Поймаем еще. Обязательно. Теперь-то точно нескоро высунутся. Может, и забудут про убийства. «Волнуюсь за Поттера больше его самого…» — Драко стало казаться, это даже гармонично. Он сдерживает Поттера от порыва эмоций, что проявляется в безбашенности, а тот в свою очереди учит Драко их проявлять. Может, они бы и ужились как пара… Если бы Поттер что-то к нему чувствовал, кроме, максимум, дружеских чувств. Влюбиться в фиктивном браке — глупее не придумаешь, и Драко очень сомневался, что Поттеру так же «повезет». Вокруг него ведь полно претендентов получше, с чистым прошлым и покладистым характером… — Кстати, ты правда извини за блокнот, — начал Гарри после недолгого молчания. — Я идиот, козел, кто угодно и заслужил. Гирлянды сниму, а на елку на улице посмотрим, если хочешь. Драко не знал, говорить ли ему, что он не трогал незакончившуюся перестановку в коридоре. Почему-то не хватило духа. И гирлянды четыре дня молчаливо укоряли его за излишнюю агрессию. — Тоже извини, — Драко машинально пригладил волосы — нахватался привычек у Поттера. — Ты ведь из лучших побуждений пытался добраться до правды о меценатах. И за дом заплатил. — Прекрати, он все еще твой, в том числе коридор и блокнот. Ты не виноват, я бы так же отреагировал, если бы кто-то рылся в блокноте моего отца и передвинул половину мебели. Малфой знал, что он отчасти виноват, но не стал переубеждать — будет выглядеть, словно напрашивается на сочувствие. И вдруг те слова стали бы последними, о чем он сказал Поттеру?.. Он бы себя не простил, хотя не был причастен к покушению. — Значит, у нас все в силе? — Что? — не понял Драко. — Ну, брак. Не хотелось бы, чтобы ко мне снова начали липнуть все подряд. — Если ты не надумал выйти за особо привлекательного подражателя, — шутки отчасти помогали справиться с реальными опасениями, что Поттер завтра же захочет по-настоящему жениться на симпатичной официантке. Он достал что-то из кармана и протянул Гарри. — Что это? — Посмотри, — едва ли не насильно впихнул Поттеру в руки сверток с той самой рубашкой со снитчами. Драко не знал, зачем ее принес. Вероятно, чтобы поднять Поттеру настроение, хотя приободрять рубашкой было, мягко говоря, необычно. Но что он еще мог подарить? Очередной веник? Все равно цветочные магазины по пути сюда были разграблены со вчерашнего вечера. — Купил недавно, проходил мимо и подумал, тебе может понравится. Вообще, это было на Рождество, но я придумаю что-нибудь еще. Гарри недоверчиво, но с интересом развернул упаковочную бумагу. Некоторое время с легким непониманием смотрел на белую рубашку — Драко даже стало его жаль, наверняка, сейчас готовится изображать восторг, даже не увидев самого главного. Однако, уже через несколько секунд лицо Поттера озарила вся возможная гамма эмоций от неверия до восхищения. — Это мне? Серьезно? — глаза Поттера заблестели, когда он начал разглядывать трепыхавшиеся снитчи-запонки. Поднес рубашку ближе, стараясь разглядеть все выгравированные узоры. — Это просто лучшее, что я видел! Вот тут Драко понял, что переусердствовал — зайдет колдомедик, а Поттер восседает в палате спальных штанах и идеально выглаженной рубашке. Как бы в другую палату не отправили. Драко с каким-то умиротворением смотрел, как тот возится с обычной рубашкой. Честное слово, подари ему крышку от консервной банки, радости было бы столько же. Что непонятно — Гарри явно не бедствует. Но если из-за случайной влюбленности он будет так реагировать на малейшее проявление радости у Поттера… Самому недолго отъехать. Гарри вдруг подался вперед и заключил Драко в объятия, желая выразить благодарность. Вернее сказать, стиснул — Малфою показалось, что ему перекрыли доступ к воздуху. — Зачем, швы разойдутся! — он попытался отпихнуть Гарри, чтобы тот дожил хотя бы до вечера. Тот послушно отстранился, но щеки Драко порозовели — это был первый раз когда они обнялись. И Поттер был так близко, с теплой кожей и частым дыханием… Этот момент был интимнее их совместной ночи. Если бы он еще произошел в более безобидном случае. Драко вдруг поежился — в комнате почему-то стало холоднее всего за несколько секунд, и уже второй раз за последние несколько дней почувствовал, что в его спину кто-то пялится. — Мы просто зашли на минуту, проверить, все ли хорошо?.. — на пороге стоял чертов Уизли — слава Мерлину, один — и Грейджер. Как Драко мог забыть, они же будут теперь едва ли не каждый час приходить. Малфой резко отстранился от Гарри, машинально выпрямляясь и делая безразличный вид. Вот зачем компания Поттера зашла в самый неподходящий момент? Испортили им встречу. — Я пойду, у меня много дел, — обратился он как бы к одному Гарри. Звучало неправдоподобно, но уйти без повода было бы позорно. — Может, останешься?.. — У меня очень много дел, — тихо прошипел Драко. Непонятливость Поттера еще давно была удивительна. Тот заметно погрустнел, но не стал возражать, ставя Драко в еще более неудобное положение. Малфой быстрым шагом вышел в коридор на этаже, едва не задев плечом Уизли. На этот раз правда случайно. Сожаление от прерванного разговора смешивалось с облегчением — они с Поттером помирились и снова будут жить вместе. Что будет потом, когда пять лет истекут… Об этом он подумает позже. Но в душе понимал, что печальный конец неизбежен, если его чувства продлятся еще дольше. А сейчас они поселились глубоко внутри и не собирались пропадать.