Три свидания

В последнее время Ричард очень занят. Даже не так — он чрезмерно загружен. Отчеты, поставки, общение с главами разных филиалов — Панталоне разрывается между делами, иногда не успевая даже поесть. Что уж говорить о чем-то большем: с момента последнего свидания с Аяксом проходит порядка месяца, а все потому что Ричард работает даже на выходных. Дело близится к концу года — конечно же, у него сразу же появилась уйма дел. Так это обычно и бывает в декабре. Всем резко становится что-то нужно, а у Панталоне нет другого выхода, кроме как сдаться во власть бесконечных задач. Они с Аяксом списываются — Ричард старается не давить на него после их неожиданного секстинга. В конце концов, он понимает, что Чайльду может быть некомфортно обсуждать эту тему или, тем более, повторять это. Панталоне знает, как тяжело это может быть в его возрасте — он все еще не уверен в том, девственник ли Аякс. Если да, ему следует быть особенно осторожным. Ричард не хочет травмировать его. Это лишь оттолкнет Чайльда, чего он совершенно не хочет. Так и получается — Аякс не хочет навязываться, и поэтому не говорит о третьем свидании, а Панталоне слишком занят для этого. Все меняется одним вечером, когда Ричард, наконец, хоть немного освободившись, спрашивает: 20:34 Ричард Панталоне Надеюсь, ты несильно злишься на меня? Мы все никак не встретимся в третий раз. Это меня гложет Ответ приходит практически моментально. 20:34 Чайльд Тарталья Что? Нет, конечно 20:34 Чайльд Тарталья Я понимаю, что у тебя куча своих дел 20:35 Чайльд Тарталья Очень важных бизнесменских штук и все такое, да 20:35 Чайльд Тарталья В любом случае, я рад, что мы просто переписываемся и ты никуда не сливаешься. В этом случае я бы разозлился 20:35 Ричард Панталоне С чего бы мне, как ты выразился, «сливаться»? Я ведь заинтересован в твоей компании 20:36 Чайльд Тарталья Не знаю 20:36 Ричард Панталоне Если ты считаешь, что все, что мне было нужно от тебя — это несчастный секстинг, то ты ошибаешься. Пожалуйста, не думай о таком Это первый раз за месяц, когда они поднимают данную тему. Ричард напрягается: не зря ли он упомянул об этом? Может, еще слишком рано? 20:36 Чайльд Тарталья Спасибо, что сказал это 20:37 Чайльд Тарталья Умом я понимаю, что ты не такой человек. Просто тревожусь. Иногда всякие мысли лезут 20:37 Ричард Панталоне Ничего, все в порядке 20:37 Ричард Панталоне Возможно, нам нужно встретиться, чтобы ты поменьше думал. Когда ты свободен? 20:38 Чайльд Тарталья Мне казалось, ты занят 20:38 Чайльд Тарталья Не хочу отвлекать тебя от важных бизнес-штук, знаешь. Чем там занимаются миллионеры? Заполняют отчеты? 20:38 Ричард Панталоне В том числе 20:39 Ричард Панталоне Но я серьезно, Аякс, если ты хочешь, я могу освободить для тебя денек. Ты для меня — главный приоритет Ричард почти уверен, что сейчас на щеках Чайльда красуется милейший румянец. На губах сама собой расплывается улыбка. Вот бы сейчас его увидеть. 20:40 Чайльд Тарталья Раз ты так говоришь — ладно 20:40 Чайльд Тарталья Давай встретимся в субботу. У меня как раз не будет смены 20:40 Ричард Панталоне Хорошо. Тогда обговорим время ближе к субботе 20:40 Ричард Панталоне Куда бы ты хотел пойти? В голове у Ричарда есть несколько вариантов: к примеру, они могли бы сходить в океанариум, планетарий или, что менее оригинально, в кино. Однако он оставляет выбор за Аяксом — быть может, у него уже есть что-то на уме. 20:41 Чайльд Тарталья На самом деле, я устал от постоянного внимания 20:41 Чайльд Тарталья Куда бы мы не пошли — тебя постоянно фотографируют, а потом мы на первой полосе Это правда — журналистам только дай повод, и они начнут строить предположения касательно личной жизни богатейшего человека Снежной. Чего в этих газетах только не понаписали за это время. И если Ричард уже давно свыкся, что каждый его шаг может вызвать волну сплетен, то для Аякса это новый опыт. Панталоне как-то не подумал о том, что ему может быть некомфортно. «Лучше надо было думать, — укоряет он самого себя. — Но куда можно пойти, чтобы пресса за нами не увязалась, хм?» — думает Ричард, облокотившись спиной на свое кресло. Чайльд сам отвечает на его вопрос. 20:42 Чайльд Тарталья Может, встретимся у тебя дома? 20:42 Чайльд Тарталья Если ты не против, конечно! «У меня дома? С каких пор ты такой смелый, лисенок? — Ричард ухмыляется. Его дом — действительно безопасное место. Никаких камер, никакого внимания. Только они. Вот только не будет ли это слишком для Аякса? Не перенервничает ли он? — И почему это ощущается как какой-то хитроумный план с его стороны?» — такая идея тоже посещает его голову. Аякс — не глупый молодой человек. Странно, конечно, ожидать от него какого-то подвоха, но ведь его план может быть и не коварным, а совсем невинным. Узнать можно только одним способом. 20:43 Ричард Панталоне Ты уверен, что тебе будет нормально? 20:43 Чайльд Тарталья За кого ты меня принимаешь? За краснеющую школьницу? Конечно, я буду в порядке! «Иногда ты действительно напоминаешь краснеющую школьницу, Аякс», — хмыкает Панталоне. 20:43 Чайльд Тарталья Мы можем посмотреть фильм или типа того Ричард хочет пошутить, что обычно под предлогом фильма люди занимаются кое-чем поинтереснее, но вовремя себя останавливает. Вдруг Аякс испугается и решит не идти к нему. А Панталоне очень бы хотел, чтобы Чайльд пришел. Признаться, он бы с удовольствием посмотрел на него в стенах своего дома. Что-то в этой картине заставляет все внутри Ричарда сжаться в предвкушении. 20:44 Ричард Панталоне Звучит отлично. Тогда я скину адрес. За тобой прислать машину? 20:44 Чайльд Тарталья Не нужно! Я и сам прекрасно доберусь 20:44 Ричард Панталоне Хорошо. Твое слово — закон Он написал, не подумав, а потом понял: эти слова наверняка смутят Чайльда еще сильнее. Но тем лучше. Ричарду нравится его смущать. Он получает особое удовольствие от лицезрения прекрасного румянца на веснушчатых щеках. «И все же жаль, что я сейчас не рядом», — Ричард качает головой. Но как бы то ни было печально, ему нужно отложить телефон и смущенного Аякса, чтобы снова приняться за работу.

***

Время до субботы пролетает незаметно. Нескончаемые потоки работы никак не желают оставлять Панталоне в покое, и потому он крутится, словно белка в колесе, в попытках успеть как можно больше, чтобы в назначенный день его никто не беспокоил. Это было сложно, но он справился. Как хорошо, что все домашние дела за него делают другие люди, иначе он бы умер в грязи от голода. К приходу Чайльда он решает готовиться заранее — принять душ, чтобы выглядеть презентабельно, найти наиболее подходящую домашнюю одежду, достать коробку с дисками, дабы потом судорожно не искать их. К моменту, когда в дверь звонят, Ричард уже может считать себя полностью готовым. — Привет, — здоровается он, открыв дверь. Панталоне озаботился вопросом захода Чайльда внутрь, и потому заранее дал ему код от лифта, чтобы тот смог без проблем подняться к нему. Так гораздо проще, чем самостоятельно спускаться вниз. К тому же, он доверяет Аяксу, а значит, в этом нет ничего такого. Взглянув на Чайльда, Ричард видит, что он выглядит, как обычно — прекрасен в своей простоте. Ничего лишнего — джинсы, теплая куртка и полное отсутствие укладки. Панталоне безумно нравится то, что он видит. — Проходи, — он отступает назад, пропуская Чайльда внутрь. Тот держится робко-смущенно, и Ричард с удовольствием наблюдает за легким румянцем на его щеках. «Какая прелесть», — думает он, наблюдая за тем, как Аякс снимает с себя куртку, оставаясь в простой голубой футболке. — Как у тебя… просторно, — Ричард видит, что Чайльд пытается не пялиться, но получается у него скверно. Он ухмыляется. Впервые за все время его берет гордость за собственный дом. Панталоне чувствует себя королем, который, наконец, смог покичиться своим богатством перед принцессой из соседнего королевства, дабы покорить ее. — Порой здесь бывает одиноко. Слишком много пространства для меня одного, — они идут вглубь дома, попадая в гостиную. — Могу провести экскурсию, если интересно. — Нет, я, пожалуй, воздержусь, — Чайльд смущенно тупит взгляд в пол. Вот всегда он так — видно же, что интересно, но из-за собственных чувств он, как обычно, сдерживает свое любопытство. — Как хочешь, — Ричард решает не давить. — Присаживайся. Можешь пока что выбрать фильм. Там коробка с дисками. А я принесу закуски. Он заранее отослал всех своих работников пораньше сегодня, чтобы остаться с Аяксом наедине. Он почти уверен, что, если бы не сделал этого, тот бы ужасно смущался и полностью закрылся от Ричарда — похожая ситуация уже была с водителем. Повторения своих ошибок Панталоне решил не допускать. Вернувшись с подносом, он застает Аякса внимательно разглядывающим его коллекцию фильмов. Ричард ей не гордится — кажется, он покупал их очень давно и там наверняка нет новинок, которые были бы интересны Чайльду, но он надеется, что хоть что-то придется ему по вкусу. — Выбрал что-нибудь? — он ставит поднос на журнальный столик у дивана и садится рядом с Аяксом. — Выбираю между «Снежная слезам не верит» и «Любовь и голуби», — а вот это уже действительно неожиданно. Панталоне думал, что взгляд Чайльда упадет на какой-нибудь фонтейновский боевик, но никак не на снежнайские старые фильмы. — Нравится такое? — спрашивает он, не скрывая своего удивления. Аякс улыбается. — На самом деле, я не знаю. Никогда их не смотрел. Мама когда-то любила их. А я все никак не находил время познакомиться с ними, — в выражении Чайльда мелькает грусть, и Ричард накрывает его ладонь своей в утешающем жесте. — Ты уверен, что хочешь посмотреть что-то из этого? — осторожно спрашивает он. Аякс кивает. — Да, думаю, я готов. Они выбирают «Снежная слезам не верит» и устраиваются поудобнее перед экраном. Сначала они сидят друг от друга на расстоянии: Ричард не хочет нарушать личные границы Аякса и позволяет себе только взять его за руку — не более. Однако по мере того, как фильм продолжается, Панталоне замечает, что Чайльд придвигается все ближе и ближе к нему. Он улыбается уголком губ — Аякс явно пытается сделать это незаметно, но Ричард наблюдателен: от него не ускользает даже такая мелочь. Именно поэтому в момент, когда голова Чайльда оказывается на его плече, Панталоне лишь приобнимает его за талию, позволяя лечь удобнее. Судя по всему, фаза осторожности прошла — наступила фаза небольшого наступления. Сначала Аякс мирно лежит на его плече, а после, видимо заскучав, утыкается носом в шею Ричарда и слегка дует, от чего по коже проходятся мурашки. — Тебе не нравится фильм? — спрашивает Панталоне, скашивая взгляд на Чайльда. Тот принимает абсолютно невинный вид, будто не он только что озорничал, и даже не смотрит на него в ответ. — Нравится, — судя по голосу, Аякс улыбается, и Ричард, решив поиграться с ним в ответ, проводит пальцами под футболкой — совсем чуть-чуть, однако и этого хватает, чтобы Чайльд вздрогнул и шумно выдохнул через нос. — А тебе? — спрашивает он задушенным шепотом, когда пальцы Ричарда, не встретив сопротивления, отправляются дальше по талии. — И мне нравится. Кожа Аякса нежная, и Ричард не отказывает себе в удовольствии провести по ней уже полноценно, ладонью, отчего Аякс, тихо проскулив, прижимается к Ричарду сильнее. Панталоне дразнится — проведя рукой к груди, он слегка прикасается к соскам Чайльда, и тот издает негромкий стон. — Ричард, — выдыхает он в шею, заставляя Панталоне улыбнуться. — Да? — игриво спрашивает он. — Нравится дразнить меня? — бубнит Чайльд, ерзая у него под боком. — Ты первый начал, — хмыкает Ричард, однако быстро возвращается в серьезное русло. — Мне перестать? — стоит Аяксу хоть раз сказать о том, что он хочет остановиться, и Панталоне в ту же секунду так и поступит. Он не намерен делать что-то против его воли. — Нет, — Ричард слышит, как Чайльд смущается, и специально замирает, не смея двинуться дальше. — Мне все нравится. Продолжай, — он несмело поднимает голову, и их взгляды встречаются. Ричард не выдерживает — Аякс слишком красив, — и притягивает его ближе для поцелуя. Сначала они целуются невинно — так, как это было в первый раз. Однако вскоре Чайльд, поддавшись моменту, приоткрывает рот и впускает в него язык Ричарда. Он ухмыляется — целуется Аякс с пылом, но совсем неумело. Сразу видно — не хватает времени на личную жизнь. Панталоне притягивает его ближе, отчего Чайльда явно ведет, и он пересаживается к нему на колени. Фильм остается позабыт. Ричард перемещает руки на задницу Аякса и сжимает, отчего тот стонет в поцелуй. Он не закрывает глаза, наблюдая за тем, как раскрасневшийся Чайльд жмется к нему, отчаянно отвечая на поцелуй. Такой славный, такой послушный. Только его. Внутри Ричарда все сжимается от удовольствия. Аякс тихо постанывает, позволяет снять с себя футболку и льнет ближе, заставляя Ричарда терять голову. — Ты такой красивый, — шепчет он, целуя Чайльда в подбородок-шею-грудь. — Такой нежный. Не сдерживайся. Тебя услышу только я. И Аякс не сдерживается — он стонет громче, выгибается в спине сильнее, позволяет целовать и обнимать. Ричард упивается им — он так давно хотел этого и, наконец, получил. Руки скользят ниже, к его паху, и Панталоне с ухмылкой отмечает: его детка уже возбудился и молит о большем. Сжав его член сквозь ткань джинсов, Ричард ловит очередной стон губами и ухмыляется. — Папочка, пожалуйста, — просит Чайльд, цепляясь за плечи Панталоне, и тот, не смея мучить его, начинает расстегивать ширинку. — Да, мой мальчик. Сейчас папочка позаботится о тебе, — он целует его вновь, наслаждаясь каждым стоном, срывающимся с его губ. Ричард держит Аякса в своих руках, он полностью находится в его власти, и Панталоне ощущает, как от этого осознания внизу живота сгущается возбуждение. Он, конечно, не может возбудиться так же быстро, однако постепенно его член твердеет: сложно остаться равнодушным, когда в твоих руках изгибается такой прелестный парень. Член Аякса в его руке смотрится уместно. Он проводит по нему вверх-вниз, заставляя того выгибаться в спине и закидывать голову назад. Ричард видит: ему хорошо, и он ускоряет темп, заставляя Чайльда издавать все более громкие звуки. — Признайся, ты пришел сюда за этим. Ты хотел этого, и поэтому попросился ко мне домой, да? — шепчет Ричард ему в шею, оставляя несильный укус. Аякс в его руках вздрагивает, а после со стоном отклоняет голову так, чтобы предоставить ему больший доступ. — Да, папочка, я хотел тебя. Я хотел, ах, — он начинает мелко дрожать, когда Панталоне касается его головки большим пальцем. Его маленькая прелесть. — Грязный мальчишка. Ты получил то, что хотел, не так ли? — он зацеловывает места укуса и вновь ускоряет темп рукой, отчего Аякс цепляется за него сильнее. — Да, папочка, да, — кажется, он уже не совсем понимает, что говорит. Уткнувшись лбом в лоб Ричарда, он сбивчиво дышит и сжимает его футболку, с каждым мгновением дрожа все сильнее. — Быстрее, папочка, я почти, почти, — Панталоне не нужно повторять дважды. Продолжив ласкать Аякса, он накрывает его губы своими, ловя каждый стон, срывающийся с них. Его детка почти кончил, а значит, ему нужно постараться. — Да, да-а, — судя по всему, Аякс близко. Ричард проводит по его члену еще пару раз, а после наблюдает за тем, как от наслаждения у Аякса закатываются глаза, тело, напрягшись на мгновение, обмякает, а после он кладет голову к Ричарду на плечо. Его детка кончил. Панталоне успокаивающе проводит другой рукой по его спине, позволяя Аяксу отдышаться. Они замирают в тишине, вслушиваясь в дыхание друг друга. Ричард не торопит его, чувствуя, как от их близости все внутри теплеет. Кто бы мог подумать, что ему так сильно не хватало подобной близости. И дело даже не в сексе. Спустя пару минут, Чайльд отмирает и отрывает голову от плеча Ричарда. Тот смотрит вопросительно — Аякс явно хочет что-то сказать, и Панталоне не подгоняет его. Если тому нужно время, чтобы прийти в себя, он готов дать его. — Тебе помочь? — набравшись смелости, смущенно спрашивает Чайльд, ерзая на бедрах. Ричард ласково улыбается и целует его в лоб. — Нет, все в порядке. Продолжим в другой раз, — он нежно проводит ладонью между лопатками, и Аякс под его прикосновениями расслабляется. — Точно? — все же уточняет он. Ричард качает головой. — Точно. Я в порядке. Они сидят так еще какое-то время, прежде чем Аякс подает голос вновь. — Итак, теперь мы типа встречаемся? — он смущенно отводит взгляд. Ричард видит — Чайльд нервничает, и успокаивающе проводит рукой по его щеке. Панталоне, пожалуй, ждал этого вопроса так, как не ждал ничего другого, однако, собравшись с силами, все же напускает на себя спокойное выражение и спрашивает: — А ты хочешь? — это вполне закономерный вопрос. Ричард не хочет, чтобы Аякс начинал встречаться с ним, потому что считает себя обязанным или виноватым из-за их близости. И поэтому считает правильным уточнить. — Хочу, — на щеках Чайльда появляется очаровательный румянец, и Ричард счастливо улыбается. Много ли нужно для счастья? — Значит встречаемся, — он кивает, и Аякс, радостно блеснув глазами, крепко обнимает его за шею. Фильм постепенно заканчивается, и они, приведя себя в порядок, решают включить его с начала. На этот раз Аякс лишь мирно лежит на плече Ричарда, пока тот ласково обнимает его за талию. На город опускается тьма, и Аякс решает остаться у Ричарда на ночь. А их третье свидание подходит к концу.