Another Way/Другой путь

Я чувствую разлом внутри –

звук чего-то ломающегося

Я знаю это чувство очень хорошо

Я хочу исчезнуть

Выжечь всю мою жизнь дотла

Такое уже было

Я знаю, к чему всё идет

Это единственный способ

Я знаю как быть

Не осталось слов

И ничего не происходит

— Лэнг Лив

Время повествования: Январь 2000 / Время Драко: Январь 2000

— Где ты был? — Доулиш спросил в четвертый раз. Драко пожал плечами. — Я говорил вам. Сколько бы вы раз ни спросили, мой ответ не изменится. — Да, да, ты мысленно перенесся в мир грёз. Это дерьмовое оправдание, и мы оба это знаем. Ты не просто исчез из своего драгоценного поместья, оставив своего отца в одиночку сражаться с этими артефактами... — желудок Драко перевернулся при мысли об отце, и он поднял щиты окклюменции. Драко подавил желание фыркнуть. — Ты расскажешь мне, где ты его спрятал, куда пошел с ним и что делал. — Я же сказал, — холодно ответил Драко, — портключа нет. Один из артефактов в комнате, должно быть, коснулся меня во время взрыва и унес меня прочь. Это не было похоже на рывок портключа. И появился я не в другой стране, а в другой версии поместья, в каком-то другом измерении, которое не является частью этой реальности. — И я сказал тебе, — Доулиш возразил, — что я видел, как ты снова появился прямо передо мной, что означает, что не только твой разум исчез, но и твое тело тоже. Куда. Ты. Отправлялся? — Доулиш стучал по столу с каждым словом, явно пытаясь запугать Драко. — Я не знаю. — Драко ответил спокойно, одновременно не чувствуя никакого спокойствия вообще. За щитами окклюменции он был в беспорядке. Вернувшись оттуда, где он был с тем другим Драко, он оказался посреди хаоса. Гостиная выглядела так, словно гигант поднял ее и потряс. На южной стороне была большая дыра, из-за которой были обнаружены другие повреждения в некоторых соседних комнатах, но прежде чем Драко смог продолжить расследование, его задержали и доставили сюда, в офис авторов. Он снова сосредоточился на Доулише, который теперь расхаживал по комнате. — Знаешь, что, по-моему, произошло, Малфой? — спросил он, когда увидел, что Драко смотрит на него. Драко пожал плечами. — Я думаю, что ты аппарировал из этой комнаты, оставив своего отца, и воспользовался хаосом, чтобы связаться с одним или двумя международными корреспондентами. Возможно, вы с ним планировали все это - он создал отвлекающий маневр, так что ты мог бы уехать из города, закрепить несколько незаконных сделок… Доулиш остановился перед столом, затем положил ладони на поверхность, наклонившись к Драко. — ...но хаоса, который создал твой отец, стало слишком много, — Долиш продолжал злобно, — и твой отец попал в больницу Святого Мунго. Челюсти Драко сжались, и он усилил окклюменцию в своем разуме. — Я вижу окклюменцию за твоими глазами. Что ты скрываешь, мальчик? Мой отец умирает. Я прячу слезы, ты, долбаный дрочила. Руки Драко тряслись, и он соединил их под столом, чтобы удержать. В этот момент дверь открылась, и вошел Поттер. Великолепно, как будто этот момент не мог быть еще хуже, теперь Гарри Поттер будет здесь, когда Драко наконец потеряет самообладание. Поттер говорил с Доулишем шепотом, затем Доулиш бросил последний взгляд на Драко, прежде чем выбежать из комнаты для допросов, хлопнув за собой дверью. Поттер вздохнул и сел в кресло перед Драко, слегка сдувшись. Они смотрели друг на друга несколько неловких моментов, затем Поттер сказал: — Думаю, я просто скажу это прямо. Твой отец вот-вот умрет. Раны, которые он получил в вашем доме, слишком сильные для того, чтобы колдомедики могли их вылечить. Я... — Поттер запнулся и отвел взгляд от Драко. — У нас на тебя ничего нет, я уверен, что ты это знаешь, — продолжил он. — В этой гостиной было слишком много всего, чтобы мы могли понять, какая магия унесла тебя из страны на час. Я отпущу тебя, чтобы ты мог увидеть своего отца до того, как он… Сейчас его состояние поддерживают, ждут тебя. Драко только кивнул. Как только он увидел гостиную, он понял, что слова другого Драко о смерти его отца были правдой. Слова Поттера были просто подтверждением того, с чем он уже смирился, но слышать их все равно было больно. Ему казалось, что в легкие вонзили нож, вызвав острую боль в груди и затруднив дыхание. Дыхание Драко было поверхностным и быстрым, и ему пришлось сосредоточить всю свою энергию на том, чтобы замедлить его. Он действительно не хотел разваливаться перед Поттером. Не снова. Хотя он был почти уверен, что на этот раз Поттер не проклянет его, если он начнет плакать, так что это уже что-то. После того, как Драко обрел контроль над своим дыханием, он оглянулся на Поттера, который с тревогой наблюдал за ним. — Ты можешь идти, — он повторил, — я забрал дело у Доулиша, и я отпускаю тебя. — Чего ты хочешь, Поттер? Очередную медаль? Поттер проигнорировал его и встал, затем вытащил палочку Драко из кармана и протянул ему. Драко взял палочку и встал из-за стола. Он не торопился смотреть, как умирает его отец, но знал, что должен быть рядом с матерью, хотя понятия не имел, как должен был ее утешить. Поттер придержал дверь для Драко, и, когда тот прошел несколько шагов по коридору (который, к счастью, был пуст), позвал его по имени. Драко вздохнул и обернулся. — Тебе не нужно утешать меня или говорить, что сожалеешь о моей утрате. Мы оба знаем, что это будет ложью. — Я и не собирался этого говорить. Я просто хотел сказать, что ты можешь использовать точку аппарации в конце зала, чтобы добраться до больницы быстрее. — О, — сбивчиво ответил Драко. Затем, прежде чем он успел обдумать, что он говорит или почему, он выпалил: — Я не нарочно оставил его сражаться со всеми этими артефактами в одиночку. Я бы никогда этого не сделал. — Драко сделал еще один глубокий вдох и вызывающе посмотрел на Поттера. Он не знал, что на него нашло, но часть его нуждалась в том, чтобы кто-то другой понял. Поттер кивнул. — Я верю тебе. — Правда? Поттер просто пожал плечами. — Просто для справки, мне все равно. Поттер закатил глаза. — Как угодно, Малфой. И я сожалею. Не из-за Люциуса. Он стал причиной смерти моего крестного отца, и я так и не простил ему этого, но мне жаль тебя. Никто не должен потерять родителя. Чертов Поттер. Почему он должен быть таким чертовски искренним? На мгновение Драко снова оказался в пабе, где больше года назад извинялся перед Поттером, а Поттер смотрел на него тем сочувствующим взглядом, от которого Драко всегда тошнило. Хватит тормозить. Ты нужен матери. Драко вздохнул, в последний раз кивнул Поттеру и продолжил идти по коридору.

*********************************************************

Через несколько часов Драко и его мать вернулись из больницы Святого Мунго. Авроры исчезли, как и все темные артефакты, а домашние эльфы уже начали устранять повреждения. Когда Драко и его мать вошли в гостиную, Драко отпустил эльфов. Как только комната опустела, его мать подошла прямо к тому месту, где несколько часов назад работал его отец. Драко удивился, как она узнала, куда идти, а потом заметил кровь на полу. Его желудок скрутило, но он не беспокоился о тошноте. Он уже опорожнил свой желудок в больнице Святого Мунго, сразу после того, как медики официально объявили его отца мертвым. — Мама, — начал Драко хриплым голосом. Он откашлялся и начал снова. — Мама, я не уходил нарочно. Я клянусь. Нарцисса молча кивнула. До сих пор она не пролила и слезинки, но Драко знал ее достаточно хорошо, чтобы понимать, что она рушится за своим фасадом. Он видел это по тому, как ее плечи слегка опустились, и по тусклости ее глаз, которые сейчас казались скорее серыми, чем голубыми. — Он был бы рад, — сказала она голосом, лишенным всяких эмоций. Она подошла к тому месту, где стоял Драко, и положила руку ему на плечо. Маска безразличия, которую она носила весь день, немного соскользнула, и Драко увидел мерцание опустошения, которое она чувствовала в ее глазах. Его грудь болезненно сжалась, а глаза наполнились слезами. — Он был бы рад, что тебя перенесло. Он бы не хотел, чтобы ты был там. Твой отец хотел, чтобы ты был в безопасности, Драко. Драко кивнул, не зная, что сказать. Он хотел утешить ее, но совершенно не знал, как это сделать. — Мне очень жаль, мама, — только и смог выговорить он. Этого казалось недостаточно. — Я знаю, Драко. Это не твоя вина. — Она глубоко вздохнула, и Драко увидел, как она изменила свое лицо и снова сделала его стоическим. — Как дела в офисе авроров? — Все прошло нормально, — быстро сказал Драко, радуясь возможности успокоить ее. Он схватил обе ее руки и успокаивающе сжал их. — Не беспокойся об аврорах, я позабочусь о них. Я позабочусь обо всем, мама. Она грустно улыбнулась ему, затем погладила его по щеке, прежде чем покинуть. Как только она ушла, Драко наконец выпустил слезы, которые сдерживал весь день. Он начал ходить по комнате, а теплые слезы текли по его лицу. Осколки стекла и обломки хрустели под его ботинками, пока он ходил по комнате. Все предметы в комнате, от мебели до портретов и книг на полке, были разорваны на куски. Ничего не осталось целым. Это подходило под метафору, описывающую его жизнь. Это не была захватывающая жизнь или что-то в этом роде, он все еще восстанавливался после войны, и, если быть честным, он действительно чувствовал себя немного одиноким, как сказал другой Драко, но у него была семья, он был свободен, и у него были бесчисленные перспективы. В общем, это была хорошая жизнь. Но теперь, когда отца не стало, все было разрушено. Ничто не выглядело так, как раньше, и Драко не был уверен, что сможет снова собрать все воедино. Драко еще несколько раз прошелся по комнате, затем вздохнул и повернулся к коридору. Дойдя до дверного проема (у которого больше не было двери в раме), он обернулся и посмотрел на груды щебня. Он вытащил палочку из кармана и пробормотал Акцио кусочки маховика времени. Три маленьких кусочка стекла вылетели ему в руку из одной из дальних куч. Драко сжал их в руке и слегка вздрогнул, когда осколки вонзились в его кожу. Другой Драко сказал ему найти эти части и сохранить их в безопасности, утверждая, что если он этого не сделает, то потеряется во времени. Драко понятия не имел, было ли все это правдой, но решил на всякий случай прислушаться к совету другого волшебника, поскольку последнее, в чем Драко сейчас нуждался, было еще одно осложнение. Он запер их в сейфе, принял долгую ванну и лег спать. Если ему повезет, когда он проснется, он снова окажется в другой реальности. Он даже не возражал бы проводить время с этой другой версией себя. Драко предпочел бы оказаться где угодно, только не там, где он сейчас.

*********************************************************

К сожалению, когда Драко проснулся на следующий день, он оказался в той же гнетущей реальности, в которой заснул. И до конца недели он продолжал просыпаться и обнаруживать себя в том же аду. Он занялся выяснением логистики перехода на пост главы поместья вместо отца. У него были встречи в Гринготтсе, чтобы перевести все семейные хранилища на его имя, встречи с финансовыми менеджерами, чтобы пересмотреть их инвестиционные стратегии, и встречи с главами всех советов, в которых работал Люциус, чтобы найти временных заместителей, в то время как Драко решал, хочет ли он продолжать дела так, как его отец. Он откладывал это решение на потом. А пока он пытался позаботиться обо всех краткосрочных деловых проблемах, решив максимально упростить это для своей матери. Она сказала, что Люциусу ничего не нужно больше, чем безопасность Драко, что, возможно, было правдой, но Драко был уверен, его отец также хотел, чтобы его жена была счастлива. Тут-то и вмешался Драко. Теперь, когда Люциуса не стало, его работа заключалась в том, чтобы заботиться о ней. Она переживала смерть его отца так же, как и Драко, занимая себя чем-то. Она была полна решимости отремонтировать комнаты, пострадавшие в аварии, как можно быстрее, почти постоянно встречаясь с дизайнерами и строительной фирмой, которую наняла на следующий день после смерти Люциуса. К концу недели стены и полы всех поврежденных помещений были отремонтированы, осталось только украсить интерьер. — Я не собираюсь украшать гостиную. Я оставлю ее пустой, — сказала Нарцисса, когда они с Драко вышли на окраину поместья, где хоронили отца. Очевидно, их мысли сходились. Драко только кивнул в ответ, думая о другой гостиной, в которой он появился, и о том, что она была совершенно пуста. — И как только домовые эльфы закончат перевозить твои вещи из Лондона, поместье снова признает тебя своим жителем, и мы сможем завершить заклинание, чтобы передать тебе право собственности. Сердце Драко сжалось, а глаза защипало от слез, поэтому все, что ему удалось выдавить из себя, — это тихое мычание. Нарцисса остановилась на дорожке и повернулась лицом к Драко, положив руки на его руки. — Я знаю, что это сложно, и что после того, как заклинание будет произнесено, это будет считаться окончательным, но нам нужно защитить поместье. В его нынешнем виде все защиты заморожены, и каждый может приходить и уходить, когда ему заблагорассудится. Мы… — Да, мама, — вмешался Драко. — Я понимаю. Мы закончим заклинание после… — он не мог заставить себя произнести эти слова, поэтому просто склонил голову туда, где, как он знал, их ждал гроб его отца. Он вздохнул и вытащил из-под рубашки отцовское кольцо. Оно висело на цепочке: идея, которую он позаимствовал у другого Драко, поскольку он не мог представить, что носит его на пальце и смотрит на него весь день. — Я готов. Она грустно улыбнулась ему, затем погладила его по щеке. — Еще несколько вещей, о которых нужно позаботиться, Драко, а потом можешь сделать перерыв. Ты так много работал. И снова их мысли сошлись. Драко просто думал, что через несколько часов он будет в своей комнате, и больше не будет вещей, требующих его внимания. Он мог выпить бутылку огненного виски, лечь в постель и остаться там. Еще два задания (похороны и заклятие), и он мог забыться. Они продолжали идти в тишине, остановившись через несколько мгновений перед гробом, который стоял рядом с большой ямой в земле, подготовленной домовыми эльфами ранее. — Ты уверена, что он был бы согласен с этим? — спросил Драко, не сводя глаз с гроба. — Только с нами? Она схватила его за руку, но Драко продолжал смотреть вперед. Он видел краем глаза, что она тоже была сосредоточена на гробу перед ними. — Твой отец понял бы, что нам не нужно сейчас устраивать большие похороны. Что нам не нужен целый день развлечений и пустых слов. Нам не нужны здесь люди, которые его по-настоящему не любили, или даже которым он нравился, или которые просто хотели бы засветиться на эксклюзивном мероприятии. Репортеры, которые комментировали бы, как мы были одеты, вместо того, какой он был великий человек. Драко посмотрел на нее, удивленный тем, что она так гадко отзывается об обществе, активной частью которого была. Она посмотрела на него и закончила с легкой ухмылкой: — Он был бы доволен только нашей компанией. Драко прислонился к ней, и она обвила его рукой. Слава Мерлину, она была здесь. Он не знал, что делал бы без нее. Драко посмотрел на небо и сморгнул слезы. Сегодня было не по сезону ясно, что разочаровывало. Небо должно быть серым и дождливым, чтобы отражать его чувства. Конечно, погода не сотрудничала. Ничто больше не шло как надо. Драко вздохнул и отошел от матери. — Ты хочешь что-то сказать, прежде чем я… ну, ты понимаешь. Она кивнула и снова посмотрела на гроб. Она подождала несколько мгновений, прежде чем заговорить. — Я любила тебя, Люциус, все это время. Несмотря на мои ошибки в начале, на твои ошибки ближе к концу и на наши общие между ними. Я любила тебя и в хорошие времена, начиная с совместной жизни, воспитания Драко и… Ее голос сорвался, и она опустила голову. Драко протянул ей носовой платок, и она несколько раз промокнула глаза, прежде чем продолжить. — И теперь, когда тебя нет, я постараюсь быть сильной, потому что знаю, что ты бы этого хотел. Но большая часть меня с тобой, где бы ты ни был. Пожалуйста, сохрани её, и ты сможете вернуть её мне, когда мы снова увидимся. Грудная клетка Драко болезненно сжалась, когда его разум эхом отозвался о словах, сказанных ему другой версией его самого на прошлой неделе. «Романтическая любовь… это никогда не имело смысла. Но ты знаешь, что это реально. Посмотри на наших родителей, они любят друг друга, а ты, возможно, на это не способен». Драко усилил в своем разуме окклюменцию, чтобы избавиться от мыслей. Ему нужно было держаться. Еще две вещи, о которых нужно позаботиться, и тогда он сможет отпустить себя. Его мать теперь тихо плакала, и он подождал несколько минут, пока она закончит, прежде чем заговорить. — Это было прекрасно, мама. Я не могу сказать ничего столь красноречивого. — Все в порядке, просто скажи то, что у тебя на сердце. Драко кивнул и повернулся к гробу. — Я бы хотел, чтобы ты все еще был здесь, отец. — после этих слов по его лицу начали течь слезы. Так сложно было держаться. — Я не был готов к тому, что ты уйдешь, — продолжал он сквозь слезы, его голос был напряженным, — и я беспокоюсь, что не смогу сделать это один. Нарцисса обняла его, и Драко, склонив голову ей на плечо, заплакал. — Ты не один, Драко, — сказала она, потирая его спину. Драко был рад, что она согласилась отказаться от больших похорон. Если бы они сейчас были окружены людьми, он бы не смог вот так рухнуть на нее, как маленький ребенок. Она шептала ему на ухо заверения, но ее слова не уняли чувство пустоты в его груди. Еще через несколько мгновений, когда Драко восстановил контроль, он выпрямился, вытащил палочку из-под мантии и опустил гроб в землю. Как только он был на месте, Драко и его мать вернулись в дом. Домовые эльфы придут зарыть могилу позже. Когда они подошли к дорожке, Нарцисса толкнула руку Драко. — У тебя гость, — Драко сердито посмотрел на фигуру в темной мантии, прислонившуюся к дереву в тридцати футах вверх по тропе. Мать кивнула мужчине, затем Драко. — Я встречу тебя внутри, чтобы мы могли позаботиться об этом заклинании. — Я сейчас буду, — мрачно ответил он, все еще глядя на волшебника. Драко глубоко вздохнул и затопал по дорожке, чтобы встретить Тео. — Я же сказал тебе не приходить, — рявкнул он, добравшись до дерева. Тео лишь пожал плечами. — Очевидно, я не послушал. — Что это? Ты хочешь сблизиться, потому что у нас обоих теперь мертвые отцы? Мне это не интересно. Мы не похожи друг на друга. Я уважал своего отца. Ты понятия не имеешь, что... — внезапно он вспомнил о том, что сказал ему другой Драко. «Ты убедишь себя, что никто не понимает, какой ты особенный». — Я понял, ты особенный, — ответил Тео, словно читая его мысли. — Даже в горе ты лучше всех нас. Наверное, я просто здесь для тебя. — Почему? — Драко усмехнулся. Тео снова пожал плечами. — Кто-то же должен. Твои лучшие друзья погибли на войне, Блейз бы отпускал неуместные шутки, Астория и Дафна были бы слишком навязчивы, но я, не знаю, и не думал, что я такой плохой вариант. Я могу просто стоять здесь тихо и выглядеть угрюмо. Кроме того, мне нравился твой отец. Драко был странно тронут словами Тео, но изо всех сил старался, чтобы это не отразилось на его лице. — Отлично. Ты сделал свое дело, теперь иди. На мгновение Тео выглядел обиженным, но быстро скрыл это. — Хорошо. Я пойду. Пока Драко смотрел, как он уходит, слова другого Драко снова эхом отозвались в его голове. "Одиночество — это выбор, Драко, который ты делал годами. Но в любой момент ты можешь передумать".

Время повествования: Ноябрь 2000 / Время Драко: Февраль 2000

Несколько недель спустя Драко лежал на своей кровати, изучая трещины на потолке, когда его охватило чувство сильного головокружения. Казалось, что комната кружится, и ему пришлось закрыть глаза, чтобы не вырвать. Через несколько секунд он исчез, а затем снова появился в кресле за письменным столом. Драко вскочил со стула и начал ходить по комнате, слегка спотыкаясь. Он остановился и поднес руку к голове. Он не мог понять, было ли у него головокружение от внезапной транспортировки или от полбутылки огненного виски и различных зелий, которые он выпил прошлой ночью. Драко сделал еще один неуверенный шаг, и комната продолжала вращаться вокруг него. Он схватился за ближайшую полку, чтобы не упасть. Проклятие. Он знал, что смешивать зелья с алкоголем было плохой идеей. Это всегда заставляло его чувствовать блаженное онемение, но оно исчезало через несколько часов, оставляя его чувствовать себя более больным и опустошенным, чем раньше. Он не думал, что это будет проблемой, так как он не собирался покидать дом сегодня, но у вселенной явно были другие планы. При этой мысли Драко медленно оглядел комнату, стараясь не двигать головой слишком быстро. Выяснилось, что он не покинул дом. Он узнал в ней одну из самых маленьких гостиных в поместье, которая, похоже, была превращена в кабинет. На столе были разбросаны бумаги, но он знал, что если он пойдет их исследовать, у него просто разболится голова. Вместо этого он пересек комнату к окну и открыл его. Воздух был холодным, и, казалось, сейчас было то же самое время дня, что и в его спальне, — середина утра. Где он был? Был ли он в будущем? Если да, то где был другой Драко? Он похлопал себя по телу, затем выругался, когда понял, что палочки при нем нет. Не зная, чем заняться, он позвал домового эльфа. — Финли, — прошептал он, снова опускаясь на стул позади стола. В комнате появился маленький эльф. Его глаза расширились, как только он увидел Драко, но он был профессионалом и быстро скрыл свое удивление. — Вы звали, хозяин Драко? — Я... да. — часть его не думала, что это сработает. — Э-э, мне нужно, эм… — Драко замялся. Он не знал, что ему нужно, кроме того, чтобы кто-то рассказал ему, что, черт возьми, происходит, и он сомневался, что Финли сможет это сделать. — Зелья? — предложил эльф. — Да, хорошая идея. Зелья. Э-э, восстанавливающее зелье и питательное зелье было бы прекрасно, и антипохмельное зелье от Типпи, и... — Эликсир для разума? — Финли добавил. — Да. — Драко никогда не пробовал принимать эликсир для разума с похмелья, но это была умная идея. Оно должно было рассеять туман в его мозгу и позволить ему использовать окклюменцию, чтобы отогнать плохие мысли, пока он не найдет дорогу к очередной бутылке огненного виски. Финли собирался уйти, но Драко поднял руку, чтобы удержать его на месте. — Пока ты не ушел, скажи мне, кто сейчас в доме? — Только вы и ваша мать, сэр. Хозяйка Нарцисса работает в саду. — Ладно, и когда ты говоришь, что я здесь, ты имеешь в виду только меня? — Драко понимал, что это странный вопрос, но что-то промелькнуло в глазах Финли перед тем, как тот ответил. — Вас, сэр. Вы и есть настоящий хозяин Драко. Мы способны чувствовать наших хозяев, сэр. — Что ты подразумеваешь под "настоящим"? Почему бы мне им не быть? Эльф попятился и начал нервно дергать себя за уши. — Отвечай на вопрос, — приказал Драко. — Вы выглядите не так, как час назад, когда я принес вам чай, — быстро ответил он, — отличий множество. Но мы можем чувствовать наших хозяев, так что вы можете казаться другим, но вы мой хозяин. Это не мое дело, сэр. Я знаю это. Драко вздохнул. Все имело меньше смысла, чем когда он начал говорить с эльфом. Если он был в будущем, как сказал другой Драко, то где был другой Драко? По словам Финли, его не было в этом мире, что бы это ни значило, но звучало так, будто он был здесь час назад. Финли снова вышел из комнаты. — Прежде чем ты уйдешь, скажи мне сегодняшнее число, Финли. — Второе ноября 2000 года, сэр. Драко нахмурился. Финли все еще застыл на месте, поэтому Драко отмахнулся от него. Как только эльф ушел, Драко выругался. Был ли он на самом деле в будущем? Или ему это показалось? Не было никакого способа узнать. Он откинулся на спинку стула и закрыл глаза, ожидая, пока Финли принесет зелья. Драко пытался придумать способ доказать, были ли это тщательно продуманные галлюцинации или нет, когда Финли появился снова. Эльф разложил зелья на столе и исчез как можно быстрее. Он явно боялся Драко, и Драко понимал его чувства - он тоже боялся. Он быстро выпил зелья и сразу почувствовал себя лучше. Его мысли были ясны, и он чувствовал прилив энергии. Он знал, что это скоро пройдет, как это всегда бывает с эффектами от зелий, но был рад возможности ходить по комнате, не спотыкаясь. Он направился к двери, затем задержал руку на дверной ручке. Он мог быть в комнате, которая выглядела как в поместье, и, возможно, он даже мог вызвать домового эльфа, но это не означало, что это было реально. Магия может действовать очень таинственным образом. И он был без палочки, поэтому должен был оставаться начеку. Может быть, ему следует просто остаться здесь, пока он снова не появится в своей реальности. Если он снова появится в своей реальности. Как раз в этот момент раздался стук в дверь. Драко в тревоге отпрыгнул назад. Дерьмо. Должно быть, это его мать, поскольку Финли сказал, что она была единственным человеком в доме. Он лихорадочно огляделся, ища, где бы спрятаться. Он не хотел, чтобы она видела его таким. Он был одет в ту же одежду, что и вчера, и его волосы были в беспорядке. Он тщетно прочесывал ее пальцами. Прежде чем он успел найти, где спрятаться, дверь со щелчком открылась. Драко выпрямился и вздернул подбородок. Он мог выглядеть так, будто спал в мусорном баке, но мог хотя бы держать правильную осанку. Его мать вошла в комнату в своей садовой одежде. У нее было несколько потеков грязи на подбородке и шее, а прядь волос выбилась из-под шиньона. Драко почувствовал облегчение, увидев, что она выглядит немного неопрятной, но знал, что это ничто по сравнению с тем, как он выглядел. Но если ее и удивила его оборванная внешность, она прекрасно это скрывала. — Драко, — ласково сказала она. Ее глаза сканировали его тело, и когда они снова встретились с его глазами, они были печальны и полны слез. Драко пришлось проглотить собственные слезы при виде ее очевидного разочарования в нем. — Добро пожаловать в ноябрь, — сказала она в конце концов. — Так ты знаешь? Она кивнула. Драко опустил голову, не в силах больше выдерживать ее взгляд. У него был миллион вопросов, но он понятия не имел, с чего начать. Его первой задачей было проверить ее личность, но она была настоящей, никто не мог подделать любовь, которую он видел в ее глазах. Он мало что знал о том, что происходит, но мог разглядеть единственного человека во всем мире, который любил его. — У меня… эм… есть какие-нибудь встречи сегодня? Или другие дела? Я не уверен, какой день недели… Нарцисса покачала головой. — Сегодня четверг, но тебе не о чем беспокоиться. Ты очистил свое расписание на следующие два дня. — Я собираюсь быть здесь следующие два дня? — Это то, что ты сказал мне этим утром. — Драко рассеянно кивнул. Он предположил, что его второе «я» помнило, что он был здесь два дня, а затем предупредил мать. Но где был другой Драко? В последний раз, когда он был здесь, чтобы встретиться с ним, хотя теперь, когда Драко подумал об этом, он упомянул один из случаев, когда его встречала его мать. Блядь, это было так запутано. — Итак, прыжки во времени, — начал Драко, стараясь говорить непринужденно, — я… эм… это кажется чересчур. — Мы справляемся с этим, — быстро сказала она. Драко вздохнул с облегчением. Последнее, что ему было нужно, так это еще одна вещь, о которой нужно беспокоиться. Он задавался вопросом, отразилось ли отчаяние на его лице, потому что затем его мать сделала то, чего никогда раньше не делала (поскольку все чистокровные были воспитаны, чтобы игнорировать неприятные стороны жизни), и указала на гигантского гиппогрифа в комнате. Она подняла руку к лицу Драко и убрала его волосы с глаз, прежде чем положить ладонь на его щеку. — Я должна была сказать тебе об этом раньше, но, думаю, сейчас у меня есть шанс вернуться в прошлое и исправить эту ошибку. — она сделала паузу, и Драко приготовился к тому, что она собиралась сказать. — Я знаю, что тебе больно, Драко. И я знаю, что ты не думаешь, что сможешь справиться с болью, поэтому ты обращаешься к зельям, алкоголю и темной магии, но они тебе не нужны. Ты сможешь пройти через это темное время в одиночку. Ты сильнее, чем думаешь, и все станет лучше. — Станет? — спросил он тихим детским голосом. — Сейчас уже лучше? — Да, и будет улучшаться. Драко не знал, что на это сказать, поэтому сменил тему. — Где другой Драко? Она ухмыльнулась и отступила назад, убрав руку с его лица. — Лучше спроси, когда.

Время повествования: Февраль 2000 / Время Драко: Февраль 2000

Когда два дня спустя Драко вернулся в свое время, он снова появился в библиотеке, сидя за столом напротив своей матери. Он подпрыгнул и чуть не упал со стула. — Привет, Драко, — спокойно сказала она, — с возвращением. — Я… эм… он сказал тебе? — Да. Будущий «ты» рассказал мне о прыжках во времени и объяснил, что для нас важно исследовать явления и выяснить, как их остановить. К сожалению, он не мог объяснить все, что узнал, так как боялся, что это сломает временную линию. Драко подумал, не говорил ли он ей также, что теория о разрыве временной линии была выдумана его будущей женой из 2006 года. Он уронил голову на руки. Это было слишком. Он взглянул на книгу, которую читал, и которая выглядела как старый дневник. Слова были расплывчатыми, и когда он попытался сосредоточиться на них, в голове у него протестующе сильно застучало. Драко закрыл глаза и сделал несколько успокаивающих вдохов. Ему нужно было выбраться отсюда. Ему нужно было добраться до своей комнаты и сделать большой глоток огненного виски, но он никак не мог придумать хороший предлог, чтобы оставить мать одну. Его мозг не работал так быстро, как обычно. После того, как его мать настояла на том, чтобы Драко смог пережить боль смерти отца полностью трезвым, он воздерживался от алкоголя все время, пока был в будущем, не желая разочаровывать ее. Проблема была в том, что он не мог заснуть без помощи алкоголя или зелий, поэтому несколько часов не спал, прежде чем в конце концов сдался и отправился в тренировочную комнату. Он выпустил столько темных заклинаний, сколько смог, не пользуясь палочкой — а их было немного, — но это достаточно утомило его, так что он, наконец, смог заснуть на несколько часов. Он считал минуты до того, как вернется в свое время, так что он мог принять успокаивающее зелье и несколько стопок виски, хотя он не ожидал, что снова появится прямо перед своей матерью. Но эта версия Нарциссы не читала ему нотации. Вероятно, она думала о том же, но еще шесть месяцев она не набралась бы смелости высказать свои опасения. Драко знал, что должен стараться быть сильнее ради нее, но это не пересилило его жгучее желание снова оцепенеть. — Я не могу заняться этим прямо сейчас, мама, — неуверенно сказал он. — В другом времени была середина ночи, так что я устал и, вероятно, должен вздремнуть. Нарцисса положила руку поверх его. Она посмотрела на него понимающим взглядом, но не уличила его в очевидной лжи (поскольку, если бы он действительно исчез во сне, он был бы в пижаме). — Хорошо. Я продолжу исследования. Присоединяйся ко мне, когда будешь готовы.

*********************************************************

Прошла неделя, а Драко так и не присоединился к матери для исследования путешествий во времени, но она продолжала работать без него. Каждый раз, когда он думал о ней одной в библиотеке, исследуя его прыжки во времени в соответствии с его инструкциями, его тошнило. Но он не мог этого сделать. Он оправдывался, например, тем, что был занят заботой о поместье (он не был) и что ему все еще нужно время, чтобы преодолеть начальные стадии горя (что было правдой, но также было правдой и для его матери, и она как-то с этим справлялась). Настоящая причина, по которой он избегал библиотеки, заключалась в том, что он был презренным человеком и трусом. Драко просто не хотел проводить так много времени наедине со своей матерью, опасаясь, что она поймет, как плохо он справлялся. Если бы он держался на расстоянии, то, возможно, смог бы продлить иллюзию того, что он справился со своим дерьмом. Он не хотел, чтобы его мать беспокоилась о нем, так как у нее было собственное горе. Сейчас Драко сидел в одной из небольших гостиных и играл в шахматы сам с собой. Он гордился собой за то, что оделся сегодня. Он выглядел достаточно собранным, чтобы появиться на публике, если бы у него вдруг появилось желание. Драко переворачивал доску, собираясь сделать ход на черную сторону, когда Финли аппарировал в комнату. — Ваши гости здесь, хозяин Драко. Драко был уверен, что ослышался. То, как он это сформулировал, как будто Драко ранее приглашал людей, было абсурдно. — Я... что? Финли занервничал, но быстро скрыл это. — Мистер Забини, мистер Нотт и мисс Гринграсс ждут вас. В гостиной, сэр. — Нет. Отошли их. — Драко повернулся на стуле к шахматной доске. Когда он не сразу услышал хлопок исчезновения Финли, он обернулся и увидел, что эльф дергает себя за уши. Так поступали домашние эльфы, когда имели дело с противоречивыми приказами. — Сэр, пожалуйста, если можно, — начал Финли, увидев, что Драко смотрит на него. Теперь он трясся и дергал себя за уши более агрессивно. — Хорошо. Выкладывай. — Вы пригласили их, хозяин Драко. — Нет, я этого не делал. — Пожалуйста, извините меня, сэр, но вы делали. На прошлой неделе вы попросили меня... — На прошлой неделе? — Да, сэр. — Блядь! — выругался Драко. Финли сделал несколько шагов назад, явно опасаясь, что Драко вот-вот выместит на нем свое раздражение. Но Драко уже целую вечность не причинял вреда эльфу, с самых темных времен войны, и каждый раз, когда ему напоминали об этом, он чувствовал укол вины, как сейчас. Драко выбросил воспоминания из головы и сосредоточился на человеке, на которого он был по-настоящему зол, на будущем Драко. Этот гребаный придурок пригласил к себе своих друзей. Почему? Он должен знать, что сейчас чувствует Драко и что он не в состоянии принимать других людей, особенно их. — Оттуда видно свет, — сказал голос Дафны из холла. Сердце Драко упало. Он не видел никого, кроме своей матери, уже несколько недель. В последний раз это было то короткое общение с Тео после похорон его отца. С тех пор Дафна и Астория несколько раз посылали ему сов, но он продолжал сжигать письма, прежде чем читать их. Он раздумывал над аппарацией, но решил, что если он попытается сбежать сейчас, Дафна воспримет это как личное оскорбление и заставит его заплатить за это позже. Он может также столкнуться с ними и покончить со всем этим. Драко завершил шахматную партию, отпустил Финли и приготовился к неизбежному натиску. Драко стоял, прислонившись к столу, небрежно скрестив руки на груди, когда в дверях появилась Дафна с суровым выражением лица. Она медленно вошла в комнату, бегая глазами по лицу Драко. По выражению ее глаз он мог сказать, что она недовольна тем, что увидела. Тео и Блейз вошли следом за ней. Темные глаза Блейза метались по комнате, как будто он проводил инвентаризацию, а Тео, как всегда, выглядел скучающим. Четверо из них смотрели друг на друга несколько мгновений, затем Дафна нарушила молчание. — Ты ужасно выглядишь, Драко. По крайней мере, сегодня я принял душ, – мысленно ответил он, пожимая плечами в ответ. — Где напитки? — спросил Блейз, оглядывая комнату. — Позовем сюда эльфа? — Нет, — отрезал Драко, — это недоразумение. Мы не будем тусоваться сегодня. — Но мы уже здесь, — возразил Тео. — Да, я вижу это, — сказал Драко сквозь стиснутые зубы. Он уже был раздражен. Он никак не мог провести с ними целую ночь. — Я не готов к этому сегодня вечером. Так что возвращайтесь в гостиную и идите домой через камин. Вы можете пойти выпить в одном из заведений. И если вы хотите взять несколько бутылок ликера, не стесняйтесь позвать Финли, когда будете уходить. Он решительно повернулся лицом к окну, но не услышал, как кто-то из них двинулся, чтобы оставить его позади. Гребаный ад. Его отец делал подобные вещи все время, заставляя людей бежать одним лишь суровым взглядом, но Драко никогда не удавалось привлечь к себе такое же внимание, как Люциусу. Слезы обожгли его глаза, когда он вспомнил о своей утрате, и он быстро сморгнул их. Он не мог плакать прямо сейчас, это было бы катастрофой. Он услышал, как каблуки Дафны цокают по деревянному полу, затем почувствовал мягкую руку на своей руке. — Мы здесь не для того, чтобы пить, мы здесь для тебя, Драко. Драко повернулся, чтобы посмотреть на нее через плечо, и закатил глаза, наклонив голову в сторону Блейза и Тео. — Правда? Поэтому вы двое здесь? — Я здесь, потому что она сказала мне прийти, — сказал Блэйз, пожав плечами. — И я здесь, потому что знал, что это тебя разозлит, — добавил Тео. Драко насмешливо посмотрел на Дафну. — Не слушай их. Они шутят. Мы заботимся о тебе, Драко. Правда. И мы беспокоились о тебе. Все мы, — закончила она, вызывающе глядя на других волшебников. — Серьезно, — вмешался Блейз, — мы не пьем? — Судя по всему, Драко больше не нужно пить, — резко ответила Дафна, не сводя глаз с Драко. Он уже собирался отступить от ее испытующего взгляда, когда она схватила его за подбородок рукой. — Ты действительно выглядишь ужасно. — Ты это сказала, — прорычал он, пытаясь сдержать свой гнев. Она проигнорировала его и продолжала изучать его лицо. — Ты употребляешь маггловские наркотики? — Нет, — ответил Блейз позади нее. — У него нет никого, кто мог бы достать их, кроме меня. — Тогда почему у него такие глаза? — она спросила. — Они такие бледные, что кажутся почти прозрачными. Огненное виски и зелья этого не сделают. Драко уже собирался отчитать их за то, что они говорят о нем так, как будто его здесь нет, когда Тео сказал: — Это из-за использования большого количества темной магии. Дафна уронила лицо Драко и ударила его по груди. — Драко! — Ай! — Ты обещал! Мы все обещали после войны, что никогда не будем использовать… — Я помню, — отрезал Драко. Ему пришлось изрядно потрудиться, чтобы не сжаться под ее свирепым взглядом. Он снова почувствовал тошноту и пустоту, и ему нужно было что-то, что угодно, чтобы прогнать это чувство. — Астория сказала, что тебе лучше, — говорила Дафна больше себе, чем кому-либо другому. — Она сказала, что ты хорошо выглядишь и хорошо говоришь, и я надеялась, что после того, как мы… — Астория? Где она? — спросил Драко. — Она очень милая и все такое, но выпивать со своим бывшим через неделю после расставания кажется чересчур даже для нее, — пробормотал Тео. — Что? — его друзья озадаченно посмотрели на него, а затем Драко начал собирать их по кусочкам. Другой Драко расстался с Асторией. Почему? Ну, на самом деле, было нетрудно догадаться. Драко собирался порвать с ней уже несколько недель, поскольку он был никчемным бойфрендом, а она заслуживала кого-то намного лучше, чем волшебник, который был слишком труслив, чтобы даже читать ее письма. Он просто изо всех сил пытался набраться смелости, чтобы сделать это (что было иронично). Так что на самом деле этот другой Драко оказал ему услугу. Но он все еще был зол на него. Это было слишком. Пока Драко пытался разобраться в мотивах другого Драко, и сколько тот сделал, просто потому что помнил о проделанном, по сравнению с тем, что действительно хотел сделать, он начал чувствовать себя подавленным. Он заметил, что его руки дрожат, и сжал кулаки, чтобы скрыть это от друзей. Ему нужно было выпить. Не дружеский напиток, а полбутылки огненного виски с зельем сна без сновидений. Идеальная смесь, которая поможет ему погрузиться в блаженное забвение до конца ночи. — Вам всем нужно уйти, — объявил Драко, изо всех сил пытаясь сохранить ровный голос. — Нет, — быстро ответила Дафна. Драко фыркнул и пронесся мимо нее. — Хорошо, тогда я уйду. — добравшись до зала, он аппарировал в конюшни снаружи. Он начал ходить по заброшенному зданию, пытаясь придумать место, где он мог бы спрятаться, пока они не покинут поместье. Он отказался от своей квартиры в Лондоне, чтобы вернуться к своей матери, и теперь там жил чертов Блейз, так что это был не вариант. Он не мог попасть в мир магглов, потому что понятия не имел, как тот работает. Он на мгновение подумал о Хогвартсе или даже о Хогсмиде, но у Драко не было там друзей, и ему все равно не разрешалось покидать Англию, не сказав аврорам. Поэтому, не зная, куда еще пойти, он сел на землю и подтянул колени к груди, надеясь, что друзья не найдут его здесь. — Финли. Эльф появился в темной комнате, осветил вокруг себя несколько огней и повернулся к Драко. — Вы звали, хозяин? — Скажи мне, когда они уйдут. И сделай все возможное, чтобы они не нашли меня здесь. — Да, сэр. Это все, что вам нужно? Драко кивнул. Финли одарил его грустным, почти сочувствующим взглядом, прежде чем скрыться из виду. Слезы, которые Драко сдерживал в гостиной, наконец начали капать. Посмотрите на него, сидящего в грязи в холодной, пустой конюшне, вызывающего жалость у домашнего эльфа. Не мог заснуть без помощи алкоголя и зелий, использовал темную магию не потому, что чувствовал себя особенно злым, а потому, что вызванное ею оцепенение приносило болезненное облегчение. Мог ли он опуститься еще ниже?

*********************************************************

Несколько дней спустя Драко был в гостиной с Поттером на одной из его встреч с аврорами. Это была первая из них, которую Драко пришлось пережить без отца рядом с ним, но он изо всех сил старался не думать об этом. Сейчас говорил Поттер, а Драко его не слушал. Он смотрел в окно и любовался ясным небом, задаваясь вопросом, не вызовет ли у него слишком сильную головную боль полет. Он не летал целую вечность, опасаясь, что постоянное похмелье сделает полет менее приятным. — Малфой! Ты слушаешь меня? — Нет, — рассеянно ответил он, не сводя глаз с облаков снаружи. — Я хочу быть здесь не больше тебя, — отрезал Поттер. — Я просто заменяю Доулиша, пока… — Я знаю, Поттер, — протянул Драко. — Ты сказал мне это семь раз. Поттер закатил глаза. — Хорошо. Тогда как насчет немного внимания здесь? Чем быстрее мы ответим на эти вопросы, тем быстрее я смогу уйти. Драко сердито посмотрел на Поттера. — Давай, — коротко сказал он. — Что такого важного ты сказал? Поттер снова закатил глаза и посмотрел на пергамент у себя на коленях. — Твой адрес изменился, верно? Ты больше не живешь в Лондоне? — Очевидно, — ответил Драко, указывая на комнату вокруг себя. Поттер вздохнул и провел пером по пергаменту. — Хорошо. А как насчет поездок? Есть ли планы на ближайшие три месяца? Драко посмотрел на него пустым взглядом. О чем думал Поттер? Что Драко собирается в отпуск? Так скоро после смерти отца? Насколько бесчувственным, по мнению Поттера, он был? — Я приму это как "нет", — пробормотал Поттер себе под нос. Потом было больше писанины. Он прочитал список, покусывая кончик пера, затем отложил пергамент и перо в сторону. — Хорошо. Мне нужно проверить твою палочку сейчас. Драко вздохнул и отдал его. Он ненавидел, когда это делал Поттер. Он всегда задавался вопросом, признает ли его палочка Поттера своим хозяином. Почему бы и нет? Хозяин Бузинной палочки? Конечно, его палочка чувствовала это. Драко попытался отогнать некомфортную мысль и сделать выражение лица ровным, наблюдая, как Поттер проверяет все заклинания, которые его палочка сотворила за последние несколько месяцев. Поттер скривился в конце своей проверки, но Драко знал, что тот ничего не обнаружил. Он не был настолько туп, чтобы использовать эту палочку в тренировочной комнате. — Ты пользуешься темной магией, — заключил Поттер, протягивая Драко его палочку. — Заклинание ничего не показало. Я наблюдал за твоей проверкой. — Ты не пользуешься темной магией своей палочкой, но я могу сказать это и без заклинания. Я почувствовал её, как только подошел к тебе поближе, и я могу сказать это по твоим глазам и дрожи рук. Драко инстинктивно сжал кулаки. — Ты не понимаешь, о чем говоришь. — Нет, я понимаю. — Поттер пристально посмотрел на Драко, и тот ответил ему таким же пристальным взглядом. Если бы дело дошло до состязания в гляделки, он был почти уверен, что выиграет. К сожалению, он не ожидал, что Поттер так просто это оставит. Спустя несколько мгновений в молчании, Поттер сказал: — Я не собираюсь записывать это в отчет. Блядь. Возможно, это и правда было просто. Драко запнулся и опустил взгляд. Черт, вот и ушла его победа в гляделки. — Во что ты играешь, Поттер? — ему что-то нужно? Деньги? Вероятно, нет, он унаследовал состояние Блэков, когда они учились в Хогвартсе, и Драко предположил, что Избранному хорошо платят. Поттер посмотрел на него с любопытством. — Что? Просто... объясни. Зачем возвращаться к ней? Ты же не зло. Драко опять опустил взгляд. — Это не твое дело. — Скажи мне, или я добавлю это в отчет. Гребаный придурок. — Ладно, — Драко вздохнул. — Ты когда-нибудь пользовался темной магией? — Ты же знаешь, что да. Драко фыркнул. Он на время забыл, что у него на груди несколько шрамов как результат применения Поттером темной магии. — Ты помнишь, как это ощущалось? — спросил Драко. Поттер пожал плечами. — Не особо. Драко смотрел в окно, когда ответил: — Темная магия приносит приятный, онемевший эффект, блокируя все остальное. Поттер долго молчал, и когда Драко наконец посмотрел на него, его зеленые глаза были грустными и затравленными. Это был тревожный взгляд, который устрашающе отражал чувства Драко, и его глаза неожиданно наполнились слезами. — Что ж, тебе нужно найти какой-нибудь другой способ справиться, — внезапно сказал Поттер, вставая на ноги и собирая бумаги. «Через три месяца Доулиш вернется сюда, и он не будет таким снисходительным. Поверь, ты не захочешь в Азкабан, там нет виски», — добавил он с ухмылкой. — Пошел ты, Поттер. — Как и ты, Малфой, — Поттер пересек комнату и, дойдя до дверного проема, остановился. Драко несколько мгновений с любопытством наблюдал за ним, затем Поттер повернулся к нему лицом с решительным выражением лица. — Я собираюсь кое-что сказать. — объявил он. — Смогу ли я остановить тебя? — Нет. Драко пожал плечами и махнул ему рукой, чтобы он продолжал, а затем скрестил руки на груди. Поттер нервничал, на что было забавно смотреть. — Хорошо, слушай. Я потерял много людей на войне, как ты знаешь, но по какой-то причине их потери не трогали меня до самого конца. Я думаю, это потому, что я никогда не думал, что переживу войну. Что ж, во всяком случае… — Он сделал паузу, чтобы вздохнуть. — Мне пришлось смириться с этим, и я думаю, что это могло бы помочь тебе, поэтому я собираюсь сказать это. — Просто скажи это, Поттер. Или даже лучше, уйди и... — Заткнись. — Поттер вздохнул снова. — Ты думаешь, что есть путь, по которому идет твоя жизнь. По которому должна идти. Для меня это был путь, где оба моих родителя рядом, мой крестный отец жив, я могу увидеть Дамблдора и поговорить о чем-то помимо Волдеморта, у меня есть крестник, который не сирота... Все эти люди, которых я потерял, были важными частями в моей жизни. И ты начинаешь думать, что это единственный путь к счастью, понимаешь? — Нет, — быстро сказал Драко. Но он солгал. Драко в точности понимал, о чем говорил Поттер. Поттер закатил глаза. — В любом случае, дело в том, что есть путь к счастью со всеми людьми, которых ты любишь, и ты убеждаешь себя, что это единственный способ добраться туда. Но это не так. Есть еще один маршрут, которым ты можешь воспользоваться. Это не так быстро и легко, и, вероятно, в нем много поворотов, но есть и другие способы быть счастливым, даже без людей, которых ты потерял. Путь с ними был, конечно, предпочтительным, но не единственным. Есть и другой. Поттер замолчал, и в комнате на несколько мгновений воцарилась тишина, пока два волшебника смотрели друг на друга. — Это всё? — спросил Драко ровным голосом. Он направил всю свою энергию на поддержание ясности ума с помощью окклюменции, так как слова Поттера пробудили в нем поток эмоций, и он отчаянно пытался сдержать их выражение на своем лице. — Ага, — сказал Поттер, легко ударив кулаком в дверной косяк. — И постарайся держаться подальше от моего офиса. Я не хочу снова видеть твою хорьковую морду лица раньше, чем необходимо. Драко хотел возразить, но не был уверен, что сможет произнести эти слова без надрыва голоса, поэтому промолчал. Поттер кивнул ему, прежде чем наконец покинуть комнату.

*********************************************************

Драко некоторое время сидел на месте, стараясь взять эмоции под контроль, пока слова Поттера отдавались эхом в его голове. "Путь с ними был, конечно, предпочтительным, но не единственным. Есть и другой путь." Гребаный ад. Кто бы мог подумать, что из всех людей в его жизни именно Поттер появится и скажет именно те слова, которые Драко должен был услышать? "Ты думаешь, что есть путь, по которому идет твоя жизнь. По которому должна идти. И ты начинаешь думать, что это единственный путь к счастью." — Но он не единственный, — закончил Драко вслух, пробуя слова на языке. — Есть и другой путь. Он сделал еще несколько глубоких вдохов, затем встал и пошел к другой стороне дома; вновь обретенная надежда растекалась по его телу. Впервые за несколько недель ему захотелось сделать что-то большее, чем просто сидеть в кресле и думать о том, как все ужасно. Он понятия не имел, как долго это продлится, и точно знал, что он хотел сделать, прежде чем прилив энергии исчезнет. Добравшись до места назначения, он постучал в дверь и вошел после того, как услышал голос своей матери с другой стороны. Она сидела в библиотеке за одним из больших столов, окруженная книгами. — Тебе нужно что-то, Драко? Драко показал головой и сел рядом с ней. — Я хочу помочь. Где мне начать? Его мать улыбнулась и опустила книгу, которую читала. Она потянулась через стол и взяла его руку, мягко сжав ее. — Начни с рассказа о том, что ты знаешь. Потому что я чувствую себя так, будто бросаюсь заклинаниями в темноте. — Другой Драко не...? — Он не решался сообщить мне слишком много подробностей. Так что, если ты хочешь помочь, ты можешь рассказать мне все, что знаешь, и я расскажу тебе все, что я изучила, и затем мы соберем все воедино. Драко кивнул. — Конечно. И...эм... мне жаль, что у меня заняло так много времени присоединиться к тебе. — Это не важно. Сейчас ты здесь. Она слегка улыбнулась ему, и Драко заметил, что улыбка не дошла до ее глаз. Ее глаза не были такими яркими, как он помнил, с тех пор, как умер его отец, и он задавался вопросом, увидит ли он когда-нибудь их снова такими, как прежде. — Мама? — начал он неуверенно. Она хмыкнула. — Как ты думаешь, мы сможем быть счастливы? Без него? Она опустила взгляд на стол, и Драко мог сказать, что она усердно размышляет. — Да, — в конце концов сказала она. — Будет тяжело, безусловно, но я думаю, что мы справимся. Мы оба намного сильнее, чем нам кажется. Драко улыбнулся. — Да, ты определенно сильнее. — Ты тоже, Драко. Вот увидишь.