Игра "Заставь меня раздеться"

Эрик Фостер, мужчина в возрасте с очками в тоненькой оправе, неторопливо перебирал бумаги, изредка озадаченно качая головой и хмурясь. Генри Райт молча наблюдал со стороны, лёжа в больничной кровати, нетерпеливо постукивая пальцем по подлокотнику. — Что ж, — наконец заговорил мужчина, — Нынешняя ситуация не лучше прежней, учитывая, что у них есть доказательства. — Эти дрянные снимки?! — в порыве ярости Райт смёл фотографии с постели, — Что вы можете пообещать? — Всё это, — Эрик Фостер продемонстрировал бумаги в руках, — тянет только на мало тяжкое преступление — вызов несанкционированного использования компьютера, компьютерной службы или компьютерной сети и преднамеренное изменение компьютерных данных другого лица. Подсудимого обязуют выплатить сумму соизмеримую причинённому ущербу. Уверяю вас, число получится баснословным. — Деньги? Издеваешься? — Таков закон. — И где же будет закон, когда ты со своим сыночком окажитесь на скамье подсудимых? Или напомнить почему ты до сих пор не там? Мистер Фостер нервно поправил воротник и снова углубился в бумаги. — Есть другой вариант. Взлом чужого компьютера, 7 лет заключения. Но для такого обвинения у нас только косвенные доказательства, их недостаточно. — Ты же судья. — Видите ли это дело передали другому судье. Райт улыбнулся, наигранно добродушно. — Это не проблема, подвинется. Эрик Фостер повеселел. — В таком случае я постараюсь сделать всё возможное. — Молодец. Что насчёт девчонки? — Так как она сделала встречное обвинение, вы немного…в затруднительной ситуации. — Что значит в затруднительной? Мистер Фостер протянул папку. — Её защитник подал эти улики на утверждение. На лбу Райта появилась морщинка, когда он принялся рассматривать материалы. Осознание изуродовало лицо гневом. Назойливое насекомое! Этот хакер всё записывал! Долбанные микрокамеры! Он спрятал такую в своей одежде. — Есть видеозапись со звуком. Райт медленно поднял на собеседника озлобленный взгляд. — Мне не стоит утверждать это, я верно понимаю? — У тебя ещё хватает наглости спрашивать? — Понял. К материалам о нападении ещё прилагаются доказательства того, что вам угрожали в течении длительного времени. В общем ей будет дан срок от 5 до 8 лет. -Хорошо. Не смей меня подвести. — Конечно, мистер Райт. — И запомни, её личность не должна всплыть. Иначе я лишусь всего, а вместе со мной и ты. — Я вас не подведу. Эрик Фостер обессиленно упал в кресло, потирая раскалывающиеся виски. — Мелани, принеси аптечку и стакан воды. Слова разбились о стены пустого дома. — Мелани! — снова тишина, — Где носит эту горничную? Рабочий день ещё не закончен. Фостер добрался до кухни и принялся рыться в шкафчиках. Свет потускнел, замигал и погас. — Что? Пробки выбило что-ли? Здесь вообще кто-то есть? — Эрик на ощупь добрался до лестницы — Дорогая?! — Дом отозвался гробовой тишиной. В соседних домах всё ещё горел свет, — Что здесь происходит? Из гостиной раздался тихий шелест. Фостер вздрогнул от неожиданности, схватился за сердце. Пошёл на звук. Работал телевизор, помехи мелькали на экране. Фостер истерично улыбнулся догадке, не первый раз его пытаются запугать подобным образом. — К чёрту всех, — мужчина махнул рукой и собрался уходить.

— Есть другой вариант. Взлом чужого компьютера, 7 лет заключения. Но для такого обвинения у нас только косвенные доказательства, их недостаточно.

— Так признай, ты же судья.

— Видите ли это дело передали другому судье.

— Это не проблема, подвинется.

Услышанное заставило застыть на месте. Обернулся и испуганно зажал рот рукой. Торопливо принялся искать телефон в темноте. Набрал номер. Трубку быстро взяли. — Мистер Райт, кто-то следил за нами сегодня. Мне угрожают, прямо сейчас. Тяжёлый механический голос ответил: — Занимательное представление, согласны? — Кто ты? — Как думаете публика оценит такой концерт? — Чего хочешь? — Откажитесь от завтрашнего судебного заседания. — Что? Да кто ты такой?! — возмутился судья, — твои дешёвые уловки не подействуют. — Не пожалейте потом об этом. Звонок прервался. Свет загорелся по всему дому. Фостер набрал другой номер. — Где подсудимый? — Как где? В камере. Я только что беседовал с ним. — Уверенны? — Я ещё не сошёл с ума.

— Прошлым вечером -

Бар гудел от звуков музыки и криков гостей. Такого никогда не было в «Авроре». Там была уютная, спокойная атмосфера, вероятнее стать свидетелем пьяной драки, чем заполненного танцпола. В дальнем тёмном уголке сидел парень. Он так сильно увлёкся экраном телефона, что не заметил, как рядом присела девушка. — Скучаешь? — незнакомка приятно улыбнулась, махнув короткими светлыми волосами. — Простите, я жду кое-кого. — А я вот дождалась. Никогда не встречала знаменитость. — Простите, вы с кем-то меня перепутали. — Разве? Ты же Asper? Парень замер, резко вскочил с места. Чья-то сильная рука вернула обратно. — Давай без резких движений, а то будешь ходить с такой же, — крепкий парень с тёмной, аккуратно выстриженной бородой, больно надавил тростью на ногу. Бедолага чуть не взвизгнул. — Мы не с того начали. Давай познакомимся как следует. Меня зовут Лили, моего трёхногого друга Дэн, а ты Мёрфи, я угадала? — Да кто вы такие?! — психанул парень. — Твои работодатели, красавчик, — Дэн кокетливо приобнял несчастного, — Всю жизнь мечтал, так сказать, — обратился он к подруге, весело улыбаясь.

***

— Прошу тишины, идёт суд, — прогремел голос. Немногочисленные присяжные и сторона обвинителя поднялись. Генри Райт, опираясь на сопровождающего медицинского работника, медленно поднялся, сморщив лицо от боли. Эрик Фостер недоумённо покосился на обвиняемую и адвоката. Ада и миссис Мартинес остались сидеть на местах. Взгляд скользнул дальше. Дэн Андерсон, Лили Донфорт, Джесси Хокинс не встали. Осуждающие взгляды обернулись к протестующим, кто-то зашептался. Райт возмущённо хмыкнул. — Своим жестом вы проявляете неуважение к суду, я правильно понимаю? — К судье, если быть точнее, — вперёд вышла миссис Мартинес, — Я прошу заменить судью, так как ставлю под сомнение его компетентность, объективность и мораль. Волна нарастающего шёпота ещё не успела дойти до конца зала, как на экране появились компрометирующая видеозапись. Эрик Фостер заставил себя посмотреть. Дыхание сбилось, сердце, подгоняемое растущей паникой, забилось о грудь.

— Таков закон.

— И где же будет закон, когда ты со своим сыночком окажитесь на скамье подсудимых? Или напомнить почему ты до сих пор не там?

— Есть другой вариант. Взлом чужого компьютера, 7 лет заключения. Но для такого обвинения у нас только косвенные доказательства, их недостаточно.

— Так признай, ты же судья.

— Видите ли это дело передали другому судье.

— Это не проблема, подвинется.

…

— Её защитник подал эти улики на утверждение.

— Есть видеозапись со звуком.

— Мне не стоит утверждать это, я верно понимаю?

— У тебя ещё хватает наглости спрашивать?

— Понял. К материалам о нападении ещё прилагаются доказательства того, что вам угрожали в течении длительного времени. В общем ей будет дан срок от 5 до 8 лет.

— Хорошо.

Судья вытер вспотевший лоб дрожащей рукой. Негодование взорвалось в рядах присяжных. Кто-то с задних рядов выкрикивал ругательства. Генри Райт прожигающим взглядом уставился на Аду, девушка лишь пожала плечами. — Прошу тишины в зале!