Поражённые нервы

      На заправке уже собралась кучка парней. Сегодня он пришел немного позже обычного, так что остальные уже были на месте. Явно не хотели опаздывать.       Начало недели — день оплаты «налогов» на нужды банды. Так бывает. Маленькие будущие разбойники из неблагополучных семей создают сборище, чтобы держаться на плаву в своем бедном районе среди хулиганов постарше. Главный закон прост, звучит даже благородно: «один за всех и все за одного».       Остальные правила тоже звучат так, словно их составляла группа противодействия всему несправедливому: «Не красть» «Не врать» «Вовремя платить налоги» ..и тому подобное. Только вот соблюдение всех этих правил было необходимо не ради всеобщего блага. «Не красть»

(у своих)

«Не врать»

(лжец потерпит наказание)

«Вовремя платить налоги»

(Иначе некому будет оплатить твое лечение в больнице после побоев)

      «Один за всех и все за одного». На самом деле никому там нет дела до других. Смысл лишь в том, что за любого из своей банды ты обязан рвать глотки, если понадобится. Поэтому в них и вступают: ради защиты. Хотя это еще вопрос, чего ты получаешь больше: защиты или проблем. И не сказать, что есть выбор: «одиночек» никому не запрещается запугивать. А иногда не только запугивать.       Власть одной банды распространяется чаще всего в пределах одного района. Но дети преступников и наркоманов плохо соблюдают даже свои собственные правила, поэтому между бандами часто происходят махачи за территорию, оправдываемые тем, что кто-то кому-то перешел дорогу.       За ними не особо следят «блюстители порядка» — те отлично понимают, что лучше уж этот бешеный азарт почесать кулаки о чье-то лицо перемалывает несозревших отбросов, чем плюется своим ядом в общество «нормальных людей». Может, этому самому обществу и лучше будет, если они умрут молодыми. Или если такие, как они, вообще прекратят плодиться.       В такой среде даже эта странная связь товарищей по несчастью помогает юнцам чувствовать себя менее одинокими. Жаль только, что нормальная жизнь не любит принимать тех, кто выходит из ада. Так что, если один раз шагнул в грязь — терпи и привыкай, даже если болото не засосет окончательно, если выпустит, идти будет некуда. Псы одной породы должны держаться вместе.       Каждый из них понимал это, и никто не собирался оспаривать или менять установившиеся порядки. Смирились, как и требовалось. Может быть, это слишком серьезное решение для ребенка. Но разве им давали выбор? Если и так, то они свой шанс уже упустили. А нормальные пацаны уходя не оглядываются.       Поэтому все они принесли нужную сумму. Как и всегда. Деньги хранились у каждого по очереди, чтобы всё было честно, и часто пересчитывались. Заодно это было своеобразной проверкой на честность, ведь когда общее добро в одних руках — устоять бывает нелегко. Тратились они в основном на вредную дешевую еду, бинты, антисептики и изредка какие-то ненужные мелочи. Общий бюджет помогал удерживать основное правило. Если перепало тебе — перепало всем. Если ты провалился — пострадают все. И спасибо не скажут.       Сейчас обстановка мирная, своеобразное затишье перед бурей, так что особых дел у банды нет. Шатаются по району, пугая своими хмурыми рожами мамочек с детьми и заставляя дяденек в деловых костюмах в отвращении морщить нос. Сегодня даже никто не подрался. Только Лысый и Крыс повздорили да решили попрактиковать друг на друге удары. Но это у них за драку не считается.       Покурили в подворотне, убежали от какого-то пьяного мужика, грозившегося кинуть в них бутылкой, но забывшего свою угрозу после осознания, что в той еще есть алкоголь. Обычный день. У них тут каждый день обычный, даже если что-то случается. Но нынешнее спокойствие было слишком напряженным. Словно тебе становится душно перед грозой, а через пару часов молния ударит прямиком в макушку.       Расходились уже поздно ночью, потому что домой ни один не спешил. Они не старались учиться, так что про домашку никто не вспоминал, все возможные друзья также гуляли на улице среди старых пятиэтажек, а посиделки с родными для большинства были скорее наказанием, чем желанным времяпрепровождением.       У Шэ Ли такой проблемы не было. С родителями он в принципе не виделся. Они бывали дома еще реже, чем он сам: то в командировках, то поссорятся и разъедутся по разным местам, то уезжают в неизвестном направлении в слепой надежде сбежать от собственных проблем. Дома ждали только горничные, которые давно уже смирились с распорядком дня их ходячей проблемы. Им и самим не особо хотелось выполнять просьбы мелкого капризного ребенка. Кажется, единственной, кто пытался образумить его и научить чему-либо, была старая домохозяйка, заметившая его болезнь самой первой. Только вот ту давно уволили, потому что в силу возраста мыть огромный дом ей становилось всё труднее.       Но её уроки не прошли совсем даром: думалка у Змея работала хорошо, а язык был подвешен на наиболее изощренное моральное унижение оппонента. Из рассказов о жизни и справедливости он тоже вынес много важного, сопоставив с обрывками слов родителей и их партнеров. Картина выходила темной как квадрат Малевича, но Шэ Ли особо в искусстве не разбирался, так что вместо того, чтобы пытаться понять или подстроиться, он старался получить лучшее из худшего. Не зря же он глава банды.

***

— Да вторая часть полная туфта, идиот!! Она там вообще не нужна была! У первой части был интересный посыл и крутая концовка, а во второй ничего от жанра рпг не оставили — Так концовка первой части была открытой! Вторая, говорят, как раз дофигищу сюжета вмещает! Может, купим и позырим, что там как? — Да никто не отдаст 600 юаней за такую хрень, лузер. Смирись уже с поражением. — Хей, харэ, ладно бы о чем-то новом спорили, а вы опять старую шарманку заводите — Шэ Ли отвесил истерящему Цунь Тоу слабый щелбан, чтобы тот перестал вопить. — Нет, ну Змей, ну скажи им! Не может вторая часть быть такой плохой! — парень продолжал орать, словно вообще ничего не почувствовал. — Мне один знакомый предлагал за сотку купить, я им еще покажу!!       Оставалось только недовольно цокнуть и закатить глаза. Лысый был прямой, как фонарь в благополучном районе, на который по пьяне не пытались напасть местные алкаши. Он почти ни о чем не парился, особенно, если намечался спор. Тот, даже не разобравшись в причине дискуссии, мог извести нервы так, что спорящие против него соглашались со всем, лишь бы прекратился этот поток воодушевленных криков. Только вот Крыс с Удавом то ли обладали неким неебическим терпением, то ли просто были упрямыми баранами, не желающими сливаться со спора, но всё это продолжалось уже третий день и жутко подбешивало.       Недалеко от высоченного и худющего Удава переминался с ноги на ногу пацан. Он всё внимательно слушал и постоянно оглядывался, но вступать в разговор не спешил. Надеясь хоть чем-то отвлечь меряющихся аргументами идиотов, Ли подошел к парню и закинул руку ему на плечо, громко проговаривая: — Хэй, ребята, мы с вами кое-что забыли, — парень слегка дернулся, но скорее от неожиданности, чем от страха. — У новенького ведь всё ещё нет клички! С деланым драматизмом в голосе и взгляде, Змей с ухмылкой уставился на повернувшихся к нему членов банды. — Да что там думать! Будет Рыжий, да и всё тут! — быстро пробубнил Цунь Тоу, которому хотелось побыстрее вернуться к рассказу «100 причин по которым вы все идиоты, а игра крутая»       На самом деле он был прав: такое прозвище пришло в голову, наверное, всем, кто увидел эту яркую макушку. Других рыжих в банде не было — с этим поспорил бы разве что Кирпич, отчаянно защищая честь своих грязно-коричневых волос. Но даже он задумчиво кивнул, не найдя аргументов в противовес. — Теперь всем будем по прическе кличку давать, а, Лысый? — усмехающимся тоном произнес Крыс, обхватывая недовольного парня за шею и водя рукой по его голове, имитируя трепание волос. — Ну, раз все согласны — тут Шэ Ли понизил голос так, чтоб услышал только новоназванный Рыжий, — ты теперь один из нас. От его холодного взгляда и хитрой ухмылки парень снова дернулся, но вырываться не стал. Губы растянул в кривой улыбке и нервно усмехнулся, пытаясь как-то разбавить напряжение: — Теперь вижу, почему тебя зовут Змей.       Со все также поднятыми вверх острыми уголками губ Шэ Ли прикрыл глаза и отошел, напоследок похлопав парня по плечу. Тот оттряхнулся, словно от прикосновения его олимпийка покрылась наипротивнейшней грязью. Нервный ещё, не закалённый. Не до конца сломленный. «Но это скоро исправится» — закончил мысль сероволосый. Все ломаются.       Скользящей походкой он начал уходить. Дела на сегодня закончены. Проходя мимо активно жестикулирующей троицы, мурчащим голосом протянул: — Лысый, не забудь, завтра передаешь деньги мне~