Voulez-vous

1981, декабрь Зал суда номер десять был рассчитан на большое количество людей, но сегодня их собралось слишком много. Визенгамот решил дать народу хлеба и зрелищ, устроив публичное судебное заседание по делу опекунства над Гарри Поттером. В основном в зале сидели люди в черных строгих одеяниях, практически всех из них Алиса видела впервые. Главным судьей выступал Барти Крауч Старший, сбоку от него, в углу, можно было заметить его сына — Барти Крауча Младшего. Тот, видимо, пришел ради забавы. Все остальное место занимала шумная толпа репортеров и зевак. Работники министерства, покинув свои рабочие места, устремились в этот зал, занимая самые лучшие места еще за час до начала. Альбус Дамблдор прибыл за два часа и успел побеседовать с парочкой доверенных людей из Визенгамота. Ремус Люпин пришел за полчаса и сейчас вытирал мокрые ладони о грубую ткань великоватых штанов. Алиса Торчвуд стояла у самого входа в зал, обнимая тяжелую старую книгу. Зал был настолько забит, что места присесть ей не нашлось. Ремус то и дело поглядывал на нее и кивал самому себе — он так успокаивался. Послышался стук молотка, толпа притихла и заседание началось. — Административное слушание от восьмого декабря этого года о передаче опеки над несовершеннолетним Гарри Джеймсом Поттером. Истец: Алиса Джейн Блэк, ответчик: Альбус Персиваль Вульфрик Брайан Дамблдор. Ответчику вменяется в вину следующее: он незаконно передал опекаемого его родственникам, не согласуя факт передачи с министерством. Вы отрицаете то, что совершили? — глаза Барти устремили свой взгляд на Дамблодоре. — Нет, я действительно забрал ребенка и собирался отдать его ближайшим родственникам, как того требует закон. — Знали ли вы о том, что вопрос опеки над мальчиком спорный? — Я не знал, что миссис Блэк захочет забрать опеку над Гарри Поттером. Прошу заметить, по закону она не является его родственницей. Так что единственным правильным решением было забрать мальчика из пылающих руин и отвезти в безопасное место к его родным. Я не мог оставить несчастное дитя. — Миссис Блэк, вам слово. — Мистер Дамблдор, несомненно, прав. Оставлять ребенка одного — просто кощунственно. Но как он объяснит то, что Гарри так и не попал к тем самым родственникам даже спустя пять часов после того, как его обнаружили в руинах? Это не слишком безопасно, профессор, не считаете? — Хогвартс — древняя и могущественная школа волшебства. Туда даже нельзя аппарировать. Безопасность ребенка была превыше всего, миссис Блэк. За стенами замка он оставался в полной безопасности. — Однако в этом же замке в одно и то же время с ребенком находился пожиратель смерти! Северус Снейп — приверженец Лорда, который сейчас находится под следствием. Я не думаю, что Хогвартс был безопасен для Гарри. — Давайте рассмотрим противоположную ситуцию. Привези я Гарри Поттера вам, было бы это безопасно? Сириус Блэк подозревается в убийстве Поттеров и лишь ваши, миссис Блэк, показания спасают его от Азкабана. Ваш муж — самая страшная угроза для мальчика. Стоит ли отдавать опекунство вам? Алиса подняла в воздух тяжелый фолиант, который принесла с собой и показала его всем присутствующим. — Дамы и господа, это Кодекс Чистокровности, который является одним из основных законов магии и основным положением чистокровных волшебников. Все, что написано в этой книге, действительно по сей день. Я не буду долго спорить ни о чем, доказывать чью-то невиновность. Я зачитаю подпункт о наследниках рода. Послышались щелчки фотокамер. Открыв страницу, заложенную выцветшей шелковой закладкой, Алиса громко зачитала: «В случае отсутствия наследников рода мужского пола, главой рода становится женщина, которая во время вступления в брак передает фамилию детям. При отсутствии наследника женского пола наследником становится любой мужчина, связанный с семьей не кровно, но магически» Сейчас у рода Блэк нет ни одного наследника. Гарри Поттер — магический крестник Сириуса Блэка. Учитывая все вышесказанное, Гарри Поттер — магический наследник рода Блэк. Эти слова подтверждает запись в родовой книге Блэк. Как только род пополняется наследниками, семейная магия самостоятельно вносит их имена в список. Я хочу продемонстрировать суду то, что Гарри Поттер внесен в книгу в главе наследники. — Алиса пролистала пожелтевшие страницы и открыла раздел с витьеватой надписью наследники. Страница была практически полностью пустой, за исключением одной строки. Она гласила: «Гарри Джеймс Поттер». — Я считаю необходимым взятие опеки над мальчиком. Ребенок должен знать свое наследие и жить в хороших магических условиях, которые может дать древний род Блэков. — Однако прошу не забывать, мисс Торчвуд… — Миссис Блэк. — Прошу прощения, Миссис Блэк. Примите во внимание, что род Блэков не прерван. Вы еще молода, у вас есть муж. Наследники не заставят себя ждать. — О, мистер Дамблдор, вы сами не забыли упомянуть о том, что мой муж под следствием. Боюсь, что род Блэк придет в упадок без наследника. Сейчас, когда десятки благородных семей Англии попали под влияние Темного Лорда, многие из них отправлены в Азкабан. Нам просто необходимо объединиться и продолжить род. Чистота крови несет в себе не только статус, но и уровень магических знаний. Отправив Гарри Поттера к маглам, вы лишите его магического наследия и поддержки рода. Просто кощунственно отправлять маленького мага в среду маглов. Вы же директор школы. Вы не сталкивались со сложностями у маглорожденных детей? — Но Гарри Поттер не маглорожденный и его опекуны осведомлены о магическом мире, миссис Блэк. Вы преувеличиваете. — Я преуменьшаю, профессор. — чуть ли не прошипела Торчвуд. — Прошу оставить ненужные разговоры. Как лучше мальчику — решит суд. Мы услышали позицию каждого из вас. Прошу присяжных удалиться для принятия решения. Объявляется перерыв. Крауч стукнул молотком и толпа зашумела с новой силой. Ремус вскочил со своего места и подбежал к Алисе, опережая всех репортеров, устремившихся к ней. С тихим «Пойдем» он схватил девушку за запястье и потянул из зала суда в сторону той самой комнатки, в которой их допрашивали некоторое время назад. — Ты как вообще? — спросил Ремус, зажигая огонек на конце палочки. — Это я должна тебя спрашивать. Я почти все это время тебя игнорировала. Прости, но я не могла иначе. — Алиса опустила взгляд в пол. — Эй, я понимаю, всем нам нужно время. — Ремус примирительно улыбнулся. — И кстати, что за бред ты только что несла про чистокровность? Я надеюсь, ты не всерьез? — Большая половина присяжных — чистокровные волшебники и для них все, что я сказала — не пустой звук. Почти каждого, кто там сидит, коснулась боль утраты. — Слышал бы тебя Сириус… — Лунатик почесал затылок. — О, если бы он там был, не думаю, что он бы со мной когда-нибудь заговорил впредь. — Нет. Ради Гарри мы готовы на все, даже отступить от принципов. — Ремус протянул руку и ободряюще сжал плечо Алисы. — Ты правильно поступила. — Я рада, что ты меня понимаешь, Луни. Друзья тепло обнялись. Сейчас им обоим было невероятно страшно. Решение присяжных было сложно предугадать. Все-таки Альбус Дамблдор — член совета да и просто значительная общественная фигура. А Алиса одна собирается отвоевывать ребенка у всеми уважаемого человека. Сейчас ей как никогда хотелось, чтобы слава рода Блэк решила все в ее пользу, а не наоборот. Разорвав объятия, друзья поспешили в зал. По пути к ним успела подпрыгнуть парочка репортеров и спросить несколько неуместных вопросов, ни на один из них не было ответа. Вскоре в зал вернулись присяжные и Крауч. Прозвучал стук молотком. — Итак, мы напоминаем. Проводится административное слушание по делу об опеке над Гарри Джеймсом Поттером. Я прошу главу присяжных заседателей озвучить свое решение. Среди рядов людей в черных мантиях что-то зашевелилось, пуская шепотки и высокая статная женщина поднялась со своего места. — В ходе обсуждения присяжными всех деталей дела, мы приняли решение частично удовлетворить иск Алисы Джейн Блэк и передать ей опеку над Гарри Джеймсом Поттером. Однако ее обвинения в сторону Альбуса Персиваля Вульфрика Брайана Дамблдора требуем признать недействительными, так как он действовал как того требовал закон. Он не мог учесть все тонкости наследования чистокровного рода. Решение окончательное и обжалованию не подлежит. Женщина села на свое место. В толпе зашептались, фотокамеры нацелились на Алису, а самопишущие перья были отложены в сторону. — Опека над Гарри Джеймсом Поттером передается Алисе Блэк. Все обвинения с Альбуса Дамблдора сняты. — Барти Крауч стукнул молотком последний раз за сегодня. Мир перед глазами Алисы покрылся легкой пеленой от подступивших слез. Обняв себя за плечи, она стояла посреди толпы. К ней потянулись десятки людей. На сей раз Ремус не подоспел вовремя и девушку окружила группа репортеров. Камеры ослепляли, а со всех сторон летели вопросы. «Как вы относитесь к задержанию Сириуса Блэка?», «Кто убийца Поттеров?», «Гарри Поттер будет жить с вами?» — Прошу прощения, я не в состоянии давать ответы на ваши вопросы. Развернувшись, Алиса поспешила на выход, быстро забегая в лифт и нажимая кнопки. Прямо из холла пришлось аппарировать, не дожидаясь Ремуса. Белые стены больницы Святого Мунго удручали. Еще недавно прогремела новость об Алисе и Фрэнке Лонгботтом. Девушка частенько хотела к ним заглянуть, ведь они приходились ей родственниками, однако страх увидеть страшные последствия войны на знакомых лицах пересиливал. Алиса так и не видела их. Целители сновали из кабинета в кабинет, ослепляя чистотой халатов. Торчвуд подошла к стойке. Улыбчивая блондинка в лимонном одеянии обратила на Алису все свое внимание. — Здравствуйте. Чем я могу вам помочь? — Здравствуйте. Я Алиса Блэк. Я бы хотела забрать своего ребенка. — на слове ребенок Алиса запнулась. Все-таки Гарри был не ее сыном. Девушка на ресепшене потупила глазки, не понимая, о чем идет речь. Торчвуд нагнулась поближе и прошептала: — Я — новый опекун Гарри Поттера. Проверьте документы. Имя Гарри Поттера в общественном месте стало произносить опасно: оно ужасно привлекало внимание всех окружающих. Девушка открыла ящик картотеки и нашла нужный документ. Магические карты были хороши тем, что мгновенно обновляли статус пациента. Заметив в графе «Родитель» изменения, целительница лишь ответила: — Пройдите за мной, миссис Блэк. И вот опять нескончаемые коридоры. Моральное состояние Торчвуд оставляло желать лучшего, и она не была уверена, что, увидев ребенка, не растянется на полу в обмороке. Она так старалась, так хотела спасти его, так хотела дать ему хорошее детство и будущее, что сейчас просто не верила в случившееся. Может, это просто сон, и Гарри на самом деле попал к маглам? Первым чувством, когда Алиса увидела ребенка, было облегчение и неконтролируемая радость. Мальчик спал. Она прижала Гарри к сердцу и мысленно поклялась Лили и Джеймсу, что никогда больше не даст его в обиду. Она никогда не будет больше слабой по отношению к мальчику. Торчвуд аккуратно убрала темную торчащую челку со лба мальчика, рука ее дрогнула над шрамом в форме молнии. Девушка поцеловала Гарри в лоб, что вызвало умиление целительницы. — Спасибо. — тихо ответила Торчвуд. Когда Алиса, наконец, спустилась в главный холл, ее уже ждал Ремус, чья улыбка освещала собой все помещение. Девушка подошла к нему. — Хочешь подержать? — О, я не думаю, что хорошо управляюсь с детьми. — замялся парень. — Если будешь аккуратным, то ничего не случится. Держи. — Алиса мягко передала мальчика Ремусу. — Эх, сейчас бы сделать колдографию вас двоих! Второй мыслью, последовавшей за безграничным счастьем, было осознание своей полной беспомощности: ребенка-то она получила, но вот правильно ухаживать за ним придется научиться. Паника захлестнула с головой. Весь опыт юной Торчвуд сводился к присмотру за непослушным младшим братом. Утро следующего дня сложно было назвать добрым: маленький Гарри проснулся на заре и громко заявил на весь дом, что пора его кормить. Ремус остался ночевать на диване в гостиной и спал так крепко, что пронзительный плач мальчика его никак не потревожил. Только на днях он пережил изматывающее полнолуние, так что само его присутствие на суде было подвигом и Алиса была ему за это невероятно благодарна. Выскользнув из спальни с Гарри на руках (держать его долго было в новинку: руки начали уставать уже спустя четверть часа), Алиса поспешила на кухню, нужно было срочно кормить утреннюю пташку. В окно постучалась сова, видимо, Ремусу прислали «Ежедневный пророк». Открыв форточку, Торчвуд впустила птицу и тут же сунула ей угощение и плату за выпуск. Благодарно ухнув, сова скрылась в тонкой пелене тумана. Глаза Алисы скользнули по первой полосе. Она мгновенно об этом пожалела. «ГАРРИ ПОТТЕР — НАСЛЕДНИК РОДА БЛЭК. ДАМБЛДОР ПРОТИВ СЕМЬИ УБИЙЦ» — кричал заголовок, а под ним красовалась фотография Алисы, гневно сверкающей глазами на Дамблдора. Ее маленькая копия на первой полосе периодически поднимала вверх толстую книжку и листала ее. Эту статью читать не хотелось. Они выиграли суд, говорить уже не о чем. Тут голос подал Гарри, пришлось оторваться от газеты и дать ему тарелку с кашей, иначе дом бы сотряс очередной приступ детского плача. Мальчик неплохо справлялся с едой самостоятельно, периодически роняя ложку, которая сама прыгала обратно ему в руки, чем невероятно забавляла ребенка. Тем временем Алиса заварила себе чай и принялась листать свежий номер газеты. На пятой странице ей попались новости о пожирателях, на седьмой говорилось о правильном использовании домовых эльфов, но вот восьмая страница привлекла особое внимание Торчвуд. На этой фотографии опять красовалось ее лицо, только теперь она держала на руках Гарри, выходя из больницы Святого Мунго, по левое плечо от нее шел Ремус. Заголовок гласил: «ТАЙНАЯ ЖИЗНЬ АЛИСЫ БЛЭК». В статье мерзко и липко описывались невероятные теории об их с Лунатиком романе. «Не успел еще и замок щелкнуть в арестанской камере Сириуса Блэка, как его жена Алиса Блэк (в девичестве Торчвуд прим.ред.) нашла себе новый любовный интерес, с которым, похоже, намерена воспитывать маленького Гарри Поттера. Нам удалось взять эксклюзивное интервью у анонимного информатора, который открыл нам завесу тайны об отношениях этих двоих, а также о личности нового возлюбленного миссис Блэк. Кто же они — новые родители для Гарри Поттера — мальчика, который выжил?» От этих строк девушку слегка передернуло, она захлопнула газету и отложила ее на подоконник. От прессы не стоило ожидать чего-то стоящего и правдивого, но лживые статьи все равно портили настроение. Она даже не заметила, что их с Ремусом и Гарри фотографировали, и от этого становилось неуютно. Теперь казалось, будто глаза и уши есть везде, а границы личного пространства стерты. Гарри в очередной раз уронил свою ложку и заплакал.