Тени забытого городка

       — Какого чёрта я должен приходить домой и узнавать, что тебя нигде нет? — вспышка гнева у блондина произошла уже в комнате.        — Но Бакуго, я не должен постоянно сообщать тебе, куда я иду. Тем более, если я пошёл просто посмотреть на город, — не понял возмущения Шото. — Тем более, я решил встретить тебя после разговора с главой вашего города. Твои друзья сказали, что лучше подождать в-ка…       Договорить Тодороки не успел, зашипев от резкой, но не слишком сильной боли, когда его прижали к стене. Возможно, Шото бы и возмутился, но Кацуки оказался слишком близко.        — Что ты делаешь? — писатель сжал ладони в кулаки, но вырвать их из чужой хватки всё же не смог.        — У нас в городе ведётся война между двумя стаями — моей и парня по имени Даби, — начал рассказ Бакуго, но позы так и не сменил. На самом деле он сам себе удивился, когда, только прижав гостя к стене, уже было наклонил голову и приоткрыл рот, намереваясь поцеловать парня и передумывая в самый последний момент. Но из-за скорости, с которой всё это произошло, Тодороки ничего не заметил. — Если кто увидит, узнает, услышит и далее по списку, что у меня кто-то живёт, то я даже представить не могу, на что они пойдут, чтобы этого человека похитить. Не высовывайся из моего дома, если не хочешь лишних проблем.        — Я хочу уехать, — сразу же на полном серьёзе заявил Шото. — Сейчас же, — добавил он, не отводя взгляда от красных глаз рядом, но не желая спрашивать, из-за освещения они сменили свой цвет или из-за чего другого.        — Я проведу тебя завтра, — сказал Кацуки, а затем прикусил язык до крови. — Сегодня уже начинает темнеть.        — Хорошо, тогда завтра утром, — кивнул Тодороки. — И ни минутой позже, — нахмурился он, когда понял, что собеседник снова ищет возможность продлить его пребывание в Ройсдэлле.        — Как скажешь, — сквозь зубы процедил Кацуки и наконец-то отпустил Шото.       Только вот у судьбы были свои планы как на этих двоих, так и вообще на события утра.       И в итоге, утром Шото узнал, что Бакуго снова ушёл к Айзаве. Только вот на этот раз он узнал это от позвавшего его на прогулку Киришимы, перед которым Тодороки ещё долго пришлось извиняться, что ушёл, не попрощавшись, а также бросил на него и Мидорию Мануэля, который дремал на руках у последнего, когда Бакуго утащил самого Шото. Эйджиро, конечно, отмахнулся и от извинений, и от благодарности, зная характер лучшего друга и вовсе не против повозиться с щенком.        — Доброе утро, Тодороки, — на улице их встретил Мидория, который сам в итоге начал извиняться, что они не вернули щенка хозяину, а также за характер Кацуки.        — Доброе утро, — кивнул писатель, и они все втроём направились во вчерашнее кафе.       Впрочем, как говорил сам Бакуго при встрече, кафе это было единственным в городе.        — Я должен сказать, что собираюсь уехать сегодня, когда Бакуго освободится, чтобы провести меня до конца города, — Тодороки остановился уже у входа в кафе и прислушался — где-то вдалеке ревел мотоцикл, хотя он за эти несколько дней не заметил в городе ни одного.        — Эм, ты уверен? — Киришима и Мидория переглянулись. Они оба знали намного больше, чем Бакуго успел рассказать Тодороки, но это было и не удивительно.       И они же оба уже давно прислушивались к звуку мотоцикла — ещё до того момента, как его услышал сам Тодороки. Нет, они, конечно, знали, что в городе у многих есть мотоциклы (включая того же Кацуки, который держал свой транспорт в гараже у поля), но рёв двигателя этого был им незнаком.        — Сейчас не очень… — Шото вдруг поджал губы, глядя на приближающегося к ним мотоциклиста. Киришима и Мидория незаметно для Тодороки приготовились к схватке, но тот вдруг остановился прямо перед ними.       Мотоцикл был жёлтого цвета с чёрными молниями, как, собственно говоря, и шлем, как оказалось, парня. Забавно, но его волосы тоже были жёлтыми с небольшой молнией на левой части волос. Одет же он был в простые джинсы, белую футболку и чёрную ветровку с теми же молниями у воротника. Дополняли образ высокие берцы, ремешок на шее и солнцезащитные очки, прикреплённые на груди к футболке.        — Шото, блин, ты хоть представляешь, в каком мы все были ужасе, когда Фуюми сказала, что ты пропал! — парень бросил шлем на землю, не заботясь о его целостности и, положив ладони на плечи Тодороки, начал его трясти вперёд-назад. — Вообще обалдел так резко срываться с места и пропадать со всех радаров?!       Мидория с удивлением смотрел на разворачивающуюся перед ним картину, всё ещё держа на руках Мануэля и, кажется, не особо желая с ним расставаться. Киришима же смотрел на незнакомого парня поджав губы, но распахнув глаза. Пожалуй, если бы этот парень так не кричал, то все бы услышали, как Эйджиро тихо выдохнул «Ох, чёрт», глядя на него.        — Денки, прекрати пожалуйста, — Тодороки легко отцепил от себя руки друга и внимательно посмотрел на него. — Зачем ты приехал?        — За тобой, конечно, — Денки пожал плечами, словно это и так было понятно. — Я же тебя люблю, так что бросить никак не могу.       Изуку грустно посмотрел на Киришиму, заметив на лице того сначала грусть, а затем страх.        -… Ладно, тогда знакомьтесь, — Шото вздохнул, понимая, что не может спорить, когда на него глядят с таким радостным ожиданием. — Это Изуку Мидория и Эйджиро Киришима — лучшие друзья парня, у которого я временно остановился.        — О, рад знакомству. Меня зовут Денки Каминари. Мы с Шото лучшие друзья ещё со старшей школы, — он шутливо приставил два пальца к вискам, отдавая честь. — Надеюсь, мой названый братец не принёс вам слишком много хлопот? — Каминари закинул руку за плечо Тодороки, заставляя того лишь устало закатить глаза.        — Я тоже рад знакомству, — уже радостно кивнул Киришима и протянул руку. Каминари с весёлой улыбкой ответил на рукопожатие.        — Ты кто нахрен такой? — раздался раздражённый голос Бакуго.       Когда Тодороки глянул на него, то подумал, что тот выглядел так, словно бежал к ним сейчас.        — Это Кацуки Бакуго. Я у него остановился, — тихо сказал Шото другу, потянув его на себя за рукав ветровки.        — Чё вы там шепчетесь? — недовольно спросил Бакуго и сжал зубы, когда Тодороки прикоснулся к незнакомому ему парню. Стоит заметить, что шёпот блондин прекрасно разобрал.        — Я Денки Каминари! — парень радостно сверкнул жёлтыми глазами, подскакивая к блондину. — По пути сюда я видел у вас лес и хочу в нём прогуляться. Ты не против, если Шото задержится у тебя на пару дней? — Денки схватился за руку Кацуки.        — Оставайтесь! — сразу кивнул Бакуго и усмехнулся, кинув взгляд на раздражённого Шото, который, однако, сразу же взял себя в руки.        — Денки, как ты меня вообще нашёл? Отец знает? — пожалуй, эти два вопроса интересовали сейчас парня больше всего.        — Да то просто Момо, без обид, вставила тебе в штангу маячок, по которому и назвала мне координаты и маршрут, — Каминари отмахнулся от вопроса, что было вполне понятно — их подруга вместе со своей девушкой Кьёкой Джиро просто не могли жить без гаджетов. — Отец твой нам всем нахрен не сдался, так что никто не знает. Даже Фуюми и Нацуо.       Три парня внимательно и с интересом слушали разговор гостей города, и у каждого возникли вполне понятные мысли, которые в некоторых моментах даже сходились — почему Тодороки никому не сказал, что уезжает? почему его так волновало, знает ли об этом отец? кто такие Фуюми и Нацуо? и что за штанга?       И последний вопрос решил озвучить Мидория.        — Это не столь важно, — Шото скосил взгляд в сторону, а затем раздражённо глянул на друга, который сложился пополам и совершенно не скрывал своего смеха.        — Ладно, парни, я очень рад знакомству, и это всё очень здорово, но мне ещё бы заселиться в номере гостиницы, раз уж Шото в гостях у друга, о котором я ни сном ни духом, — на этот раз Денки оскорблённо посмотрел на друга, но почти сразу вернулся в привычное состояние веселья. — Так, кому не затруднит меня провести?        — У нас в городе нет гостиниц, но…ты можешь переночевать у меня… — сразу же сказал Киришима, смутившись под конец фразы. — Ну, если ты не против.        — Правда можно? — Каминари словно засветился от счастья, вцепившись в руку опешившего от такого парня. — Я с удовольствием!        — Шикарно, тогда валите уже, — Бакуго помахал на них рукой, словно отгоняя назойливую мелкую собачонку. — Идём обратно, половинчатый. Потом ещё с другом побазаришь.        — Да, хорошо, — Шото вздохнул, забрал Мануэля у Мидории, простился с зеленоволосым парнем и направился вслед за Кацуки, который, хотя и не выглядел особо радостным внешне, в душе был более чем рад такому повороту событий.       Возможно, он даже подружится с ещё одним гостем их скромного городка. Учитывая, тем более, реакцию Киришимы на него.       Бакуго хмыкнул собственным мыслям, привлекая внимание Тодороки, который, однако, ничего на это не сказал.        — Твои родители снова куда-то уехали? — спросил Шото, когда они вернулись в дом.        — Ага, они часто так делают, — Кацуки неопределённо махнул рукой и начал подниматься к себе в комнату, вынуждая и писателя проследовать за ним. — А твой друг довольно…неусидчивый.        — Денки всегда был таким, — Тодороки сел на кровать, опустил щенка рядом и прикрыл глаза, опираясь на руки.        — Мать моя женщина, ты только что улыбнулся? — услышал он удивлённый голос Бакуго.        — Я уже улыбался при тебе, что тут такого удивительного? — нахмурился Тодороки, глядя на парня и решая, что глаза меняют свой цвет всё же из-за освещения.        — Не, я бы запомнил, — Кацуки помахал рукой перед грудью, отрицая таким образом слова собеседника, а затем замер, глядя аккурат в разноцветные глаза.        — Что? — поёжился Шото под чужим взглядом и чувствуя себя как-то неприятно — он вообще не любил становиться объектом чьего-либо пристального внимания, хотя и был, по сути, наследником всей компании отца.       Кацуки Бакуго ничего не ответил, однако всё же не выдержал и резко подался вперёд, сминая своими губами чужие, а рукой чуть сжимая разноцветные волосы на затылке.