Да я люблю тебя!

Гарри молча поднялся в общую спальню Гриффиндора, прежде отказав всем в попытках его сопровождать. Абсолютно все в Хогвартсе, да и за его пределами были уверены, что исчезновение Воландеморта, волшебника накрывшего магическую Великобританию вечным страхом и тьмой, это полная заслуга Мальчика-Который-Выжил. Хотя некоторые осмеливались пускать дурные слухи о том, что это слишком подозрительно и как-то неправдиво. Но благодаря Дамблдора они сразу отпадали. — Не стыдно ли тем, кто говорит такую откровенную ложь в лицо нашего Избранного, — Гарри вспомнил отрывок длинной речь Альбуса в Министерстве. «Заслуживаю ли я всего этого?», — углубляясь все больше в свои мысли, спросил себя гриффиндорец. «Достоин ли я того, чтобы меня называли самым смелым гриффиндорцем? Хоть и в Пророке, но все же?» Гарри вспомнил как выглядела та последняя встреча с Ним. Портал сработал, и они с Седриком оказались на кладбище, вдали от Хогвартса. Он увидел предателя его семьи. Его отца и матери. Человека, который тогда рассказал все Ему. Человека, который должен был стать самым верным и преданным хранителем тайны, а оказался трусливым подлецом. «Не человека, а крысу», — мысленно поправил себя юноша. Гарри вспомнил как он варил снадобье руками Седрика. Бедный Диггори, чей разум находился под империо не понимал, что делает. «Его вообще не должно было быть там…» «Если им нужен был только я, то зачем нужно было брать его?». Он увидел процесс воскрешения Его. Волондеморта. Он вспомнил все лица его сторонников. Все лица тех трусов, которые пошли на такое, и служили Ему. И того, который лицо не показал. Единственный чье лицо Гарри не увидел и не смог запомнить. Это лицо единственное не присутствовало в его кошмарах, и не ходило за ним везде. «Наверное это был Снейп», — стиснув зубы предположил юноша. «Он бы не смог мне объяснять как варится то или иное зелье. Сгорел бы со стыда». И наконец секундное, неожиданное отключение. После которого, открыв глаза Избранный уже лежал посередине всего Хогвартса вместе с Седриком. Также после всего этого, пропал Грозный Глаз, пропал при чем бесследно. Никто, даже Дамблдор не знает куда он делся. — Гарри, — позвал его знакомый, нежный голос. Оглянувшись, юноша увидел Гермиону держащую стакан волы в правой руке. На ней был свитер, который был ей в 3 раза велик и шерстяная, клетчатая юбка. На лицо небрежно спадали каштановые прядки, а остальные волосы были убраны в тугую косу. — Что ты здесь делаешь, Гермиона? , — как можно мягче спросил гриффиндорец не желая показаться грубым. Он в какой степени был даже рад, что она спасла его от этих мыслей. Но все же считал, что это полезно. «Хотя и в меру». — Ты опять думал о Нем? , — обеспокоено поинтересовалась девушка. «И как она все узнаёт…» — Нет, — соврал Гарри. — Просто устал от суеты, и от постоянно толпившихся людей. — Понятно, — сухо ответила гриффиндорка. — Я тогда пойду, увидимся за ужином. — Постой!