В подчинении у ведьмы

— Драко? Малфой слышит своё имя за дверью и нехотя встаёт из-за стола, на котором буквально минуту назад наконец-то навёл свой профессиональный порядок. Он не сомневается, что это Грейнджер. В проёме двери показывается её взбунтовавшаяся причёска и любопытный взгляд. Мантия расстёгнута, и из-под неё выглядывает подол красного платья до середины бедра. Сука. — Что-то случилось, Грейнджер? Гермиона протягивает ему пачку пергаментов и готова провалиться сквозь землю, если он их сейчас же не возьмет из её рук. — Я забыла отдать тебе твой экземпляр. Возможно, ты захочешь ознакомиться с пунктами договора ещё раз, уже в спокойной обстановке. Гермиона смотрит куда-то между его пальцев, а потом и в проём, мельком сканируя обстановку. Покрывается румянцем до кончиков ушей, и только когда он берёт бумаги, быстро оглядывается назад в тёмный коридор, и через секунду возвращается взглядом к нему. — Придёшь на ужин? — Да, конечно. Его взгляд снова прикован к подолу её платья, и он ощущает давление в брюках. Грейнджер мягко улыбается и, откинув кудри, исчезает за поворотом. Блять. Дверь захлопывается и Драко опускает взгляд вниз, осматривая свою внеплановую эрекцию. Его фантазия была не готова к коктейльному платью на директоре школы. Если она всегда прячет под мантией такие вещи, им сложно будет сработаться. Он собирает всё своё самообладание, выхватывает из шкафа новую мантию и покидает спальню.

***

Ужин по традиции проходит за главным преподавательским столом, в отсутствии учеников. Но завтра это пространство наполнится галдёжом, шутками и смехом. Драко занимает единственное свободное место рядом с Грейнджер, перед этим коротко приветствует Хагрида и остальных профессоров. Все они с радостью встречают его рукопожатиями и готовы закрыть глаза на его странное прошлое, которое действительно осталось далеко позади. В данный момент Драко имеет степень доктора, известен в широких кругах испытателей новых зелий, владеет частными бутиками ингредиентов по всей магической части Британии, Италии и Франции. Его отец — Люциус, до недавних пор являлся его компаньоном, поддерживая начинания сына в бизнесе, помогая ему выйти на хороших клиентов. Но в последние несколько лет стал неизлечимо болен. Отпускать его было невероятно тяжело для Драко, даже несмотря на его скверный характер в прошлом. Он стал для него настоящим бизнес-напарником, другом и советчиком. Теперь только мать периодически навещает их поместье, которое с трудом, но смогли очистить от залежей тёмной магии и последствий пребывания в нём Пожирателей. Драко делит дом с несколькими домовиками, довольствуясь своей холостяцкой жизнью, редко вступая в какие-либо отношения, делая упор на профессиональную деятельность. Его ум заполняют только ингредиенты, издания журналов по продвинутому зельеварению и грёбаное маленькое красное платье Грейнджер! Тихо рыкнув, он придвигается к столу, в надежде, что длинная скатерть скроет от него этот клочок ткани на её теле. Она хихикает вместе с профессором Стебль, которая вполне хорошо выглядит и, вероятно, тесно дружит с Гермионой. За столом, в присутствии множества посторонних глаз, Грейнджер ведёт себя иначе. Раскрепощённо жестикулирует, и её кудряшки подпрыгивают возле лица в такт движениям головы. Всё, о чём сейчас думает Драко, это вовсе не ужин, а то как она обхватывает своими алыми губами головку его члена и смотрит ему в глаза. — Идеальное сочетание, — шепчет он рядом с её локонами и она оборачивается, ударяя несколькими по его скуле. Болезненный спазм в брюках дает о себе знать в который раз, и эту суку уже хочется нагнуть прямо на этом чёртовом столе и плевал он, что она директор. Гермиона хлопает ресницами и сжимает в руке вилку с парой горошин, не успев донести их до рта. — Помада, и… это платье. Я польщён, — поясняет он между делом, разворачивая салфетку. Её губы вытягиваются в форме буквы «О», а потом почти растягиваются в улыбке, но тут же сжимаются обратно, не давая ему возможности успеть более реалистично представить их на своём члене. — Спасибо, — произносит она и наконец-таки погружает вилку в рот, плотно сжимая её губами и не отводя глаз от Драко. Мысленный стон где-то внутри сводит его с ума при виде этого движения, и он готов кончить в штаны, если она ещё хоть раз так сделает. Желая отвлечься, он накладывает себе полную тарелку еды, понимая, что не осилит и половины из этого, и думает о том, чтобы быстрее покинуть Большой зал и вернуться в свою комнату. — Передай мне, пожалуйста, желе. Она может воспользоваться магией, но не делает этого ему назло. Драко чувствует, как она склоняется рядом с ним и задевает его своим коленом. Желе. Желе, блять. Нарочно играть с ним строго запрещено, его мышеловка работает беспощадно и очень быстро захлопывается. Ловким движением он передаёт ей креманку с вибрирующим бледно-жёлтым содержимым и Гермиона с лучезарной улыбкой принимает её, задев его пальцы своими. Они тёплые, бархатные на ощупь, и Драко с удовольствием готов подержать каждый из них в своём рту, скользя влажным языком по подушечкам. Эта ведьма творит непростительное с его мыслями, и поплатится за это. На протяжении всего ужина он только и слышит, как она смеётся, громко рассказывает о свежепрочитанных книгах, о том как посетила Альпы в прошлом году и написала статью в Ведьмополитен. Везде залезла. Заноза не только в его заднице за последние полчаса, но и у всего Магического мира. Драко не отрицает, что сталкивался с её именем на полосах газет и журналов чаще, чем со своим собственным отражением в зеркале, но, если до прибытия в Хогвартс он думал, что она такая только для прессы, то сейчас он полностью убеждён, что она такая и в жизни. И заткнуть ей рот теперь представляется возможным разве что его членом. Он с вызовом отшвыривает салфетку, предварительно скомкав её в шарик, и нечаянно сбивает ей свечу на столе. Глаза Гермионы округляются, и она неожиданно давится напитком в бокале. Цепная реакция начинает разрастаться, когда Хагрид хочет встать со стула, но промахивается и запинается о стул Драко, заваливаясь на столешницу, стягивая при этом часть скатерти вместе с посудой. На Гермиону опрокидывается её же бокал, заливая всё её, драккл-его-раздери, красное платье, и Малфой хватает обратно свою салфетку, кидаясь на помощь Гермионе, хотя по-хорошему надо бы помочь встать Хагриду, который больше похож на неудачно приземлившегося жука. Половина стола вскакивает, кто-то уже потушил упавшую свечу, а салфетка в руке Драко инстинктивно скользит по груди и животу Гермионы. Он замирает на полпути своих движений и с непристойными ругательствами откидывает мокрую тряпку, выуживая волшебную палочку. Губами он произносит заклинание, и её платье сразу же очищается и высушивается. На них никто не обращает внимания, так как остальные увлечены приведением в порядок стола и восстановлением равновесия Хагрида. — Год только начался, а мы уже… — нервно смеётся Драко и прячет свою палочку обратно в карман брюк, отшатываясь подальше от Хагрида, который своим пузом норовит сбить его на этот несчастный стол. Гермиона хихикает как девчонка, её щеки розовеют, Драко подхватывает её смех и это отвлекает его. На время. Пока взгляд снова не скользит по её коленям вверх, достигая подола платья. Смех прекращается, его адамово яблоко дёргается вверх, когда он сглатывает, и Гермиона смотрит на это движение дольше положенного. Потом поспешно прощается и покидает зал, не забыв похлопать по плечу мадам Стебль и Трелони. Драко исчезает из шумной компании преподавателей и решает вернуться к себе как можно скорее, дабы унять этот жар в штанах. Он влетает в свою комнату и скидывает мантию, под которой вся рубашка прилипла к спине. Стягивает галстук и отправляется в ванную комнату, на ходу расшвыривая вещи. Брюки, рубашка — всё теперь покоится на полу и стуле. Вибрирующий напор воды в душевой кабине дарит ему желанную прохладу, но абсолютно не решает проблему его стояка. Головка горячая и влажная, весь член каменно-твёрдый. Он сжимает его в кулак и движениями вверх-вниз начинает доставлять себе удовольствие, которое вполне могла доставить Грейнджер, стоя на своих красивых коленях, прямо перед ним в этой просторной душевой. Её губы вспышкой проносятся под закрытыми веками, тяжесть возбуждения подкрадывается к основанию члена, тягуче спускаясь к мошонке. Головка острее реагирует на плотно обхватывающее кольцо из указательного и большого пальцев, и смазка выступает на ней обильными каплями, которые Драко сразу же размазывает по всей длине. Он вбивается в свой кулак, и волны возбуждения, подобно сонарам, бьются на кончике члена, буквально через полминуты высвобождая тугую струю белоснежной спермы на кафельный пол. Драко стонет, тяжело дышит и закусывает второй кулак от острого импульсного оргазма. Фантазии не ушли дальше крошечного платья под мантией Грейнджер и её алых губ. И этого вполне достаточно, чтобы разрядиться.