О зависти, ненависти и о чем-то еще

Самоанализ никогда не был сильной стороной Панталонэ. Мужчина всегда предпочитал искать простые решения, даже самых сложных проблем. Да, иногда он любил использовать хитрость или подкуп, но с самим собой такое не работало, несмотря на отсутствие совести и прочих моральных терзаний. Раньше, до всего этого, он спокойно мог следовать своим желаниям, совершенно не думая о последствиях. Если он что-то хотел — просто брал. У него было в обиходе всего два слова «хочу» и «мое», а то, что у кого-то после этого ломалась жизнь, банкира мало волновало, ведь все ненужные последствия легко исправляла достаточная сумма моры или посулы большей власти недовольным чиновникам, которым иногда приходилось превышать полномочия, чтобы скрыть излишнюю жестокость владельца Банка Северного Королевства. О некоторых его выходках не знала даже Царица, но оно было и к лучшему. Неизвестно чем бы закончилось дело, если б Крио Архонт узнала, что половина из выбранных детей, погибли от его руки. И нет, не потому что они были слабы, а потому что эти люди никогда не воспринимали всерьез все риски для жизни и чересчур сильно любили трепаться языком за пределами организации, где каждый, кто имел хотя бы приблизительное представление о делах Фатуи, хотел свести с ними счеты. А потом появилась Ярина и все покатилось в Тартарары. И Панталонэ стал слишком занятым, чтобы еще следить и за новичками, из-за это в рядах организации окрепла оппозиция, желающая ему если не смерти, то провала и наказания, не даром же мужчина все чаще стал замечать слежку за собой. С каждым происшествием ему приходилось все чаще контролировать, что, кому и где он говорит, и на самом деле это выводило из себя. Теперь Панталонэ не мог делать все, что ему вздумается, даже имея огромную власть в Снежной, плюс Дотторе не спускал с него глаз, неусыпно следя за каждым шагом, и не дай Архонт не в том направлении, в котором нужно ученому. Только вот сейчас это было уже неважно, потому что выдал секрет, который так тщательно пытался скрыть. И пусть Второй пока повременил с расспросами, банкир знал, что это не надолго. Доктор никогда не мог удержать свое любопытство в узде. И даже сейчас, притворяясь спящим уже на протяжении минут двадцати с пробуждения, Предвестник чувствовал, как Дотторе пытается прожечь дыру в его голове. И не будь Ярины на его коленях, его притворство было бы раскрыто чуть раньше. Из-за затекшей половины тела, Панталонэ пришлось вынужденно перестать ломать комедию. Открыв глаза, он размял шею, руки и плечи, смотря на лицо спящей девушки, беспомощно вжимающейся головой в его грудь. Если он считал, что спал отвратительно, что будет с телом Ярины свернувшейся на нем калачиком представить сложно. — Можешь начинать, — сказал Дотторе, намекая, что тянуть время с придумыванием оправдание далее бесполезно. — Тебя не беспокоит, что тут как минимум одна пара ушей лишняя? — спросил банкир, поворачивая голову в сторону ученого, что с интересом следил за его лицом. — Если ты про Дзэту, то дальше этой лаборатории ничего не уйдет, ты посмотри на него, он же едва восстановился, чтобы нарываться снова, — усмехнулся мужчина, скалясь в сторону собственного сегмента, что накладывал тугую повязку на бедро. Многозначительный фак был направлен в сторону Дотторе. — Какая прелесть, хочешь чтобы я тебе эту руку в жопу засунул? — Обойдусь, — фыркнул срез и продолжил перебинтовывать свои раны. — Такие дружные, аж противно, — улыбнулся Панталонэ, щуря глаза и размышляя, с чего лучше начать? И как вообще подать всю эту странную историю с приобретением способностей? Он же сам не до конца понимает, как получил силу и в какой момент. — Ну? — поторопил ученый, складывая руки на груди, он никогда не отличался особым терпением, особенно когда что-то представляет научный интерес. — Это довольно длинная история, и признаться честно, понятия не имею с чего начать, ведь сам не до конца разобрался в происходящем, — сказал мужчина и положил руку на голову Ярине, осторожно поглаживая, чтобы не разбудить, — Как ты и сам мог догадаться, я не горю никаким желанием, чтобы об этом узнали сверху. Царице это вряд ли понравится, даже несмотря на то, что я не собирался предавать ни ее, ни Фатуи. Все, что могу сказать, это то, что мои способности завязаны на крови, да ты и сам видел, проявились на тренировке в схватке с Первым, мне тогда довольно прилично досталось. Сначала даже подумал, что повредился головой, но чем дольше обдумывал эту мысль, тем больше утверждался, что причина не во мне. Если кратко, из-за того, что я девчонку напоил своей кровью, вполне возможно, что весь твой успех по вживлению останков Архонтов пойдет псу под хвост… — То есть? — прервал доктор рассказ, — Я знал, что ты от меня скрываешь занимательную вещь, благодаря собранным образцам и интересным реакциям твоей крови на некоторые реактивы, но они не были такими уж выдающимися, как ты заявляешь сейчас… — Скорее всего, когда ты делал последний забор крови, она еще не проявила себя в полную силу, только так я могу объяснить твои ошибочные данные. Я знаю, что ты меня подозревал в этом, не даром же торопился с тем, чтобы получить новый образец, — сказал Панталонэ, смотря Дотторе прямо в глаза. — Все-то ты подмечаешь, — осклабился Второй Предвестник. — Ты тоже та еще заноза в заднице, — не оставил без комплимента банкир. — Давай дальше, судя по всему впереди самое интересное, — поторопил Дотторе. — Как я выяснил позже на себе самом, моя кровь имеет целительные способности, потому что я смог вылечить замутненное зрение Ярины, хоть до этого у меня и были сомнения, все-таки поверить в быструю регенерацию проще, чем в лекарство своей крови. Не то, чтобы у меня было много пространства для проведения экспериментов, но я не часто ошибаюсь в своих выводах, поэтому как очнется девчонка, тебе стоит проверить ее на наличие останков Архонта, вполне возможно их там уже нет. — Надеюсь ты не прав. — Надейся, — развел руками Панталонэ. — Это все? Или мне стоит еще что-то знать? — Не думаю, — устало смотря в потолок, ответил Предвестник. Он конечно мог бы поделиться еще кое-какими выводами с доктором, но тогда у него не останется козырей, а банкир не любил чувствовать себя уязвимым. К сожалению, на данный момент он не знал, как работает его связь с девушкой, как показал последний опыт, их связь не так уж и крепка, и срабатывает в определенных обстоятельствах. Но что это за обстоятельства? Или какой триггер для этого нужен? Он не знает, поэтому и другим знать об этом не обязательно. Словно почувствовав его сомнения, Ярина заворочалась у него на коленях, а потом словно невзначай впилась ногтями в его пресс. Это не было больно, но настораживало. Усмехнувшись, мужчина спокойно продолжил гладить девушку по голове. — Ты уверен? — спросил Дотторе, с интересом наблюдая за этой странной сценой. — Более чем. — Ладно, через пару часов можно будет вас всех отпустить, после того, как я проведу последние тесты. — Разбудишь, я все еще чувствую себя вялым, — произнес Панталонэ, вытягивая ноги и предчувствуя новую боль во всем теле, но бороться с сонливостью было невероятно трудно. К тому же, хоть Ярина и весила совсем немного, но это кресло не было предназначено для полноценного сна, особенно двух взрослых людей, но мужчина ничего с этим делать не собирался. Все чего он хотел, это чтобы этот невероятно длинный и насыщенный на события день уже наконец закончился и забылся, как страшный сон.