Don't you dare forget the sun

— Я иду в магазин, тебе что-нибудь нужно? — Да, — ответил Сонхун, поднимая взгляд. — Ты можешь взять пачку шариковых ручек? У меня все закончились. — Что случилось с использованием только авторучек? — поддразнивающе сказал Джей. Сонхун только закатил глаза. — Хорошо, я вернусь через несколько минут. Постарайся не скучать по мне слишком сильно, пока меня не будет, малыш. — Джей послал ему воздушный поцелуй, и Сонхун попытался изобразить на лице отвращение. Он был почти уверен, что общий эффект больше читается как «взволнованный идиот». — Не торопись, — парировал он. Но ему потребовалось слишком много времени, чтобы придумать ответ, и единственным ответом, который он получил, был щелчок двери. Сонхун нахмурился. Что-то было не так, но он не мог точно определить, что именно. Ему просто нужно было дождаться возвращения Джея. И он определенно не будет скучать по нему в то же время. — — Я готовлю ужин, — объявил Джей позже тем же вечером. Он каким-то образом раздобыл фартук, на котором спереди был вышит слоган «поцелуй повара», и Сонхун изо всех сил старался не пялиться. Он также очень старался убедить себя в том, что делать именно то, что написано на одежде, было бы чрезвычайно плохой идеей. — Ты… готовишь? — слабо спросил Сонхун. — Да, — уверенно сказал Джей. — Однажды я действительно предложил тебе стать твоей горничной, не так ли? теперь ты получаешь мои услуги бесплатно, тебе повезло! Сонхун замер. А потом все встало на свои места. Странное чувство, которое он испытывал в последнее время, как будто что-то было немного не так. Бесцеремонные комментарии Джея. Этот фамильярный тон. Ссылаясь на вещи, на которые он не должен был ссылаться. Все складывалось воедино. Осознавал он это или нет, но Джей начал вспоминать. В частности, Джей, казалось, помнил кое-что о нем, а это означало, что это был только вопрос времени, когда он вспомнит о своем отвращении ко всему Пак Сонхуну и обнаружит истинную природу их отношений. Что, если он, в конце концов, вспомнит? Что ты собираешься делать? Спросил его Хисын. Подожди, я думаю. Пока я не знаю. --- — Это восхитительно, Джей, — сказал Сонхун с полным ртом стейка. Джей провел на кухне несколько часов, в течение которых Сонхун изо всех сил старался не обращать внимания на довольно тревожный запах дыма, который не раз доносился до него. Джей окликнул его из другой комнаты, уверяя, что у него все под контролем и что конечный результат того стоит. Уставившись в свою тарелку, Сонхун находил это обещание довольно сомнительным. Он был слишком соленым. Немного пережаренным. Он был почти уверен, что находится в одном резиновом укусе от того, чтобы одна из его коронок оторвалась. Пожалуй, это было лучшее, что он когда-либо пробовал. С его совершенно непредвзятой точки зрения, конечно. Джей просиял. — Ты так думаешь? Я не добавил слишком много соли? — Ты добавил соль? — невинно осведомился Сонхун, внутренняя часть его рта сморщилась. Джей рассмеялся, качая головой. — Ты действительно нечто, Хун, — сказал он. Сонхун не был уверен, что он имел в виду, но он был слишком сосредоточен на том, чтобы сдержаться и не проглотить литр воды, чтобы спорить. — Я действительно умею готовить, обещаю, — продолжил Джей, ухмыляясь. — Я просто как бы случайно высыпал весь контейнер с солью на сковороду. А потом я слишком долго оставлял огонь включенным, стараясь вычерпать как можно больше соли. Моя рука все еще немного затекла, — он потер локоть, морщась, когда рассказывал о своем катастрофическом кухонном фиаско. — О, — сказал Сонхун, роняя вилку. — Мне очень жаль… за то, что переехал тебя, — тупо добавил он. — Разве мы уже не прошли через это? — весело сказал Джей. — Я имею в виду, если бы ты хотел приударить за своим парнем, ты мог бы просто пойти дальше и сделать это, вместо того, чтобы на самом деле сбивать меня своей машиной, но ты же знаешь, я не держу зла. — Это заставило Сонхуна задуматься. — Не держишь? — осторожно спросил он. Годы пристальных взглядов и колких комментариев заставили бы его с этим не согласиться. Глаза Джея блеснули. — Конечно, нет, — спокойно ответил он. — Хотя я, вероятно, так и не перерос менталитет детской площадки «дерни их за косички, если они тебе нравятся». — Рука Джея метнулась вперед, чтобы слегка потянуть Сонхуна за челку, прежде чем вернуться обратно к нему на колени, так быстро, что Сонхун едва успел заметить прикосновение. Он обнаружил, что совсем не возражает против этого игривого жеста. — Хм, — сказал Сонхун, не зная, что делать со всем этим. Повинуясь импульсу, он потянулся через стол, чтобы взять Джея за руку. Он почувствовал, как он вздрогнул от его прикосновения, и осторожно положил большой палец на внутреннюю сторону запястья. Он видел это в любовной драме, когда главная героиня тайком измеряла пульс любовного интереса, чтобы определить, бьется ли его сердце так же быстро, как их собственное. Сонхун запоздало вспомнил, что он понятия не имел, как найти чей-то пульс. — Что ты делаешь? — сказал Джей, задыхаясь. Сам Сонхун на самом деле не знал, что он делал в эти дни. Он просто слепо спотыкался, на этот раз позволив своему глупому, влюбленному сердцу вести за собой, а не мозгу. И каков был опасный, грязный результат? Что он делает сейчас? Что ему оставалось делать? — Держусь, — пробормотал Сонхун. Тонкие пальцы сжали его руку; ему показалось, что он почувствовал, как что-то трепещет под его большим пальцем, как маленькая колибри. Или большое сердце, бьющееся очень быстро. — Я держусь. — В ту ночь заснуть было нелегко. Сонхун постепенно становился все более осознанным и все более зацикленным на присутствии Джея, лежащего рядом с ним в его постели, но в эту ночь он был еще более настороженным, чем обычно. Джей был теплым, таким теплым, потому что по какой-то причине ему всегда становилось жарко по вечерам, и Сонхун чувствовал углубление в матрасе, на котором он лежал, наклон кровати, притягивающий его к другому мальчику. Его ладони горели от осознания того, что он мог бы просто протянуть руку и обнять его, если бы только нашел в себе мужество сделать это. Сонхун закрыл глаза и попытался выровнять дыхание, чтобы заставить свое тело думать, что оно спит. Вдох. Выдох. Его сердце колотилось, стуча в груди с бешеной силой, требуя освобождения. Как бы он ни старался, он не мог успокоить бушующую бурю своих мыслей настолько, чтобы погрузиться в забвение. Джей уже спал. Он мог судить об этом по ритму и легкости его вдохов и выдохов. Конечно, его не мучила та же тревога, которая сейчас охватывала Сонхуна. Он пребывал в мирном и блаженном неведении. Сонхун открыл глаза и уставился в потолок. Мгновение он спорил сам с собой. В конце концов, он не был подонком. Насколько странно было смотреть на кого-то, пока он спал? Но Сонхун был в долгу. Физические раны Джея, полученные в результате аварии, почти полностью зажили, и теперь его память тоже исцелялась. Когда это произойдет, токсичность вернется, и их легкая, веселая динамика, которую они создали за последние недели, будет разорвана в клочья. В эти дни Джей смотрел на Сонхуна так, словно он был последним блинчиком на тарелке, политым дополнительным сиропом и посыпанным сахарной пудрой и свежими ягодами. Скоро он больше не будет так смотреть на Сонхуна. Он будет смотреть на него, как… как на брюссельскую капусту или что—то в этом роде. Или он бы вообще не смотрел. Сонхун собрался с духом и повернул голову. И Джей, о чудо, уже смотрел на него в ответ.