Я монстр

      Поток ледяной воды с тухлым запахом мгновенно привел его в чувство. Лиам закашлялся, пытаясь осмотреться. Он сидел на стуле в самом центре пустого ангара. Руки были связаны за спиной. Перед ним стоял человек, но его лицо невозможно было разглядеть в тусклом освещении.       — Вот так номер, — раздался удивлённый голос. — Полиция Бостона? Далеко же тебя занесло, приятель… Скажи-ка мне, Лиам Олсен, что ты забыл в Индии?       Лиам как мог напрягал глаза, но разглядеть говорившего по-прежнему не было никакой возможности.       — Кто… кто ты такой? — пленник подёргал руками, пытаясь проверить крепость верёвки. К его большому сожалению, она была действительно прочной.       — Как-то невежливо отвечать вопросом на вопрос. Тем более в твоём положении, — голос начал приближаться к нему.       — Я детектив полиции! Меня будут искать!       — Серьёзно? А я-то думал, что пропавших людей просто время от времени вспоминают за обеденным столом.       Чужая рука крепко схватила его за волосы. Лиам уже мог видеть смутные очертания лица говорившего. К его шее приложили что-то острое. Шприц!       — Я расследую убийство Томаса Уайта, — сквозь сжатые зубы пробормотал Олсен.       Рука резко отпустила его голову. Шприц выпал и с тихим шорохом покатился по полу.       — Как интересно… — хмыкнул похититель. — Впервые вижу детектива, который расследует убийство живого человека. В полицию Бостона отбор идёт по степени кретинизма кандидатов?       — Чего? Труп Томаса Уйта нашли на стройке восемь дней назад. Его опознали по ДНК его брата.       — А, ну да. Тогда это точно Томас Уайт, — голос откровенно развлекался от происходящего. — Тогда скажи мне, пожалуйста, кто сейчас стоит прямо перед тобой?       Загорелся свет карманного фонарика. После того, как его глаза привыкли к новому освещению, Лиам смог разглядеть человека, который вырубил его и привязал к стулу. У него не было фотографий Томаса Уайта, и он не мог знать, как тот выглядел на самом деле, но человек перед ним был определённо братом Джексона Уайта. Внешне они отличались, как небо и земля. Перед ним стоял высокий молодой мужчина с правильными чертами лица и тёмными, слегка вьющимися на концах волосами. Джексон же был низкого роста, с некрасивым лицом и копной светлых непослушных волос. Дело было во взгляде. Серые глаза, которые смотрят так пристально, будто могут прочесть чужие мысли. Точно такие же он видел в импровизированной допросной две недели назад.       — Как? — Лиам слегка наклонил голову вперёд, чтобы лучше видеть собеседника. — Всё же сходилось… возраст… ДНК…       — Возраст?       — Убитому на стройке парню было около тридцати. Согласно твоим данным, ты родился в девяноста втором году…       — Мне двадцать восемь, — спокойно ответил Томас, — я родился двадцать четвертого декабря.       — Небольшая разница. Тем более криминалисты не могли определить возраст жертвы с точностью до минуты.       — Уж поверь мне, мой друг, разница есть. И она огромна.

Двумя месяцами ранее.

      — Я никогда не верила, что ты мёртв. — Кассандра Уоллес с интересом рассматривала своего сына. — Мой мальчик не мог так просто погибнуть…       — Я нашёл записи отца о последнем эксперименте, — Томас решил перейти сразу к делу. — Один момент меня довольно сильно заинтриговал. Догадываешься, какой?       — Ты о твоих ДНК? — женщина раздражённо поджала губы. — И что с того? Тебя действительно беспокоит то, что ты стал отцом в двенадцать лет?       — Не совсем. Я хочу знать про того, кого в своих дневниках Грегор называл «нулевой пациент».       — Это… — женщина начала теребить края своего рукава. — Это не имеет значения. Тот ребенок умер ещё при рождении.       — Я бы не был в этом так уверен. — Томас прошёл по комнате и остановился рядом с матерью. — Часть его ДНК внедрили тебе вместе с сывороткой, когда ты была беременна мной. Я не просто генетическая химера. Я трибрид, полученный в результате смешения трех образцов ДНК. Твоих. Грегора. И ещё одного… Кого? Отвечай! — Томас с силой сжал руки матери.       — У него не было имени… — тихо ответила Кассандра. — Он появился на свет за год до твоего рождения. Мы тогда только начинали работу над проектом «Рея». Я узнала, что у Грегора была интрижка на стороне, только когда одна из лаборанток сообщила нам о своей беременности. Это показалось знаком судьбы. Мы извлекли материал ещё из зародыша, потому что боялись, что младенец может не выжить. Атмосфера в Бхопале тогда была не самая благоприятная. Его мать работала с химикатами, и её здоровье стремительно ухудшалось. Так и вышло. Младенец родился мёртвым.       — Ты видела тело?       — К чему ты клонишь? Думаешь, что ребёнок мог выжить?       — Отец так думал. Женщина, которая родила его, исчезла практически сразу после рождения. Грегор пытался найти её, но не смог. Как думаешь, зачем?       — Даже если ребёнок и выжил, то зачем он тебе? Он не получал сыворотку. Только облучение ещё в утробе матери.       — Если корпорация найдёт его раньше меня, то ничто больше не помешает им снова начать штамповать мутантов. Синтезировать ромул не составит большого труда. Не думаю, что смерть Вильгельма Мартина сильно застопорит дело. Совсем скоро на ещё одном химическом заводе произойдёт взрыв реактора, — Томас помолчал, прежде чем продолжать: — Так как, говоришь, звали ту женщину?       — Её имя Мелисса Грейс, но вряд ли оно сможет тебе чем-то помочь. Если бы я скрывалась от корпорации, то первым же делом сменила бы его.       Томас хмыкнул. Ну да. Смена имени же решит все проблемы. Ему даже смена внешности не помогла — мать сразу узнала его. Даже старик, который мучил его много лет назад, смог разглядеть во взрослом мужчине маленького напуганного мальчика с огромными серыми глазами.       В коридоре послышался топот десятка ног и грохот разбивающихся стёкол. Кассандра виновато посмотрела на сына. Только сейчас Томас заметил крохотную красную кнопку под подоконником, которую женщина прятала за спиной. Его накрыло волной досады. Кассандра действительно совсем не изменилась за последние семь лет.       — Прости, Томас… — прошептала старуха. — Ты не хуже меня понимаешь, что я должна была это сделать…       Томас ничего не ответил. В один прыжок он запрыгнул на подоконник, отодвигая тяжёлые деревянные ставни.       — Это тебе не поможет, — сказала Кассандра, глядя на спину своего сына, — они уже окружили монастырь со всех сторон. Тебе не уйти.       «Это мы ещё посмотрим», — подумал Томас, ныряя в открытый заранее люк канализации.

Наше время.

      Только очнувшись Тео осознал, что действительно смог уснуть. Фрик лежал на противоположной стороне кровати и тихонько постанывал во сне.       — Эй, Джексон, — он легонько потряс одноклассника за плечо, — проснись…       Руку окатило волной боли. Тео вскрикнул, прижимая к груди пострадавшую конечность. На его загорелой коже отчетливо виднелся отпечаток чужих зубов.       — Совсем больной? — Тео обиженно посмотрел на фрика. — Ты меня укусил!       — Прости, я… — Джексон протёр заспанные глаза. — Я не знал, что это ты.       — А кто ещё? Или за этой дверью очередь стоит из желающих спать с тобой на одной кровати?       Звонок телефона заставил Грина-младшего вздрогнуть. Он резко замолчал, поворачиваясь на громкий звук.       — Ну наконец-то, — облегченно выдохнул Джексон.       Только один человек во всем мире знал этот номер. Имя, которое высветилось на экране, вызвало легкую улыбку на тонких губах.       — Привет, Томас. Отбираешь телефоны у сотрудников полиции?       — Джексон, твою мать! Зачем ты отправил ко мне этого идиота? — собеседник непринуждённо-весёлого тона не разделял.       — Ты не выходил на связь после разговора с Кассандрой. Значит, у тебя не было возможности покинуть Индию. Я решил, что тебе не помешает помощь.       — Блеск. И что мне теперь с ним делать?       Джексон запнулся, переводя взгляд на Тео, который напряжённо впитывал каждое слово. Изначальный ответ: «Избавься от него как можно быстрее» пришлось прогнать через толстый слой цензуры.       — Свяжи и оставь там, где нашёл. Я уже отправил на почту Бхопала документы с его именем и твоим лицом. Забери посылку и возвращайся в Бостон. У меня для тебя новости.       — «Нулевой пациент» мёртв.       Джексон кивнул, прекрасно понимая, что Томас не может его видеть.       — Я опоздал совсем чуть-чуть, — фрик досадливо поморщился. — Когда я нашёл его, тело было еще тёплым.       — Нас кто-то опередил… — Томас сплюнул себе под ноги. — Как думаешь, это связано с тем проектом, над которым работал отец перед смертью?       — Пока не знаю. Но в совпадения я не верю. Лиам Олсен купил билет на завтрашний рейс. Я подправлю камеры, чтобы прикрыть твой уход. Уверен, Кассандра уже покинула монастырь и сейчас ищет тебя по всему городу. Будь осторожен. Она видела твое лицо.       — Не волнуйся. Я продержался целых два месяца, скрываясь от псов из «Ноу Кемикал».       — Но детектив Олсен смог тебя отыскать.       — Конечно, ты же сам проложил ему дорогу из красного кирпича.

* * *

      — Ты не можешь меня просто так тут оставить! — завопил Лиам, когда Томас закончил говорить по его телефону. — Чёрт его знает, когда меня смогут найти! Я не хочу умереть с голоду или быть разодранным местными дикими животными!       Уайт достал из кармана пистолет полицейского и приставил дуло к его лбу. От прикосновения холодного металла тело Лиама мгновенно пропиталось потом.       — Заткнись, — пристально глядя в глаза копа, скомандовал Томас. — Будешь так орать, и смерть придет к тебе гораздо раньше.       Он резко вскинул руку с пистолетом куда-то за спину полицейского. Хлопок выстрела разлетелся по ангару. Сзади послышался тихий скулёж и глухое падение. Лиам с силой выворачивал голову, но так и не смог ничего разглядеть в темноте.       — Что это было? — прошептал полицейский.       — Волк, — спокойно ответил Томас, убирая пистолет обратно в карман. — Да прекрати истерику. Слышал же, что брат сказал — вылет только завтра. Я ещё целые сутки буду составлять тебе компанию.       — Что-то мне от этого не легче…       — Ничем не могу помочь.       — Я в туалет хочу, — простонал Лиам, — не заставляй меня делать это прямо в штаны.       Лезвие ножа опасно блеснуло в темноте ангара. Томас медленно обошел пленника со спины и наклонился прямо к его уху:       — Не делай глупостей, приятель, — голос был проникновенным, но с неприкрытыми нотками угрозы. —  Твоё убийство не входит в мои планы… Пока.       Резким движением Уайт разрезал верёвки. Лиам с наслаждением потёр затекшие запястья. Он встал и на негнущихся ногах зашагал в угол ангара.       — Ты что, будешь смотреть, как я отливаю? — через плечо бросил Олсен идущему за ним, словно тень, человеку.       Томас продолжал вышагивать за ним след в след, крепко сжимая в руках пистолет.       — Ну да. Еще и фонариком буду светить, чтобы лучше всё рассмотреть. Я же мужское хозяйство ни разу в жизни не видел.       Лиам ничего не ответил, возмущённо поджав губы. Даже не видя его лица, Уайт был уверен, что полицейский закатил глаза в этот момент.       Осторожные лучи нескольких фонариков начали гулять по стенам ангара. Послышались шаги. Из-за эха сосчитать количество прибывших было проблематично, но Томас полагал, что их не меньше пяти. Он резко остановился, хватая Лиама за локоть и прижимая к стене. После ледяного душа одежда на полицейском была липкой и воняла отходами. Зубы детектива стучали так громко, что Томасу пришлось зажать ему рот ладонью.       — Тс-с-с! — шепнул он. — Иди за мной, только тихо.       Они начали двигаться вдоль стены. Шаги повторились. В темноте ангара Томас уже мог различить несколько призрачных силуэтов. Стрелять было глупо. Попасть в цель с такого расстояния и при таком освещении было невозможно. Звук выстрела только выдаст их местоположение.       Томас сильнее прижал к себе полицейского. Тот дрожал так сильно, словно вот-вот взорвётся. Внезапно свет фонаря выхватил лицо одного из гостей. Если бы не рука, зажимавшая его рот, Лиам бы в ужасе вскрикнул. У человека перед ним не было лица. Только узкие щелочки в том месте, где обычно у людей расположены глаза. Остальное пространство овальной головы было покрыто гладкой, почти прозрачной кожей, в некоторых местах испещрённой уродливыми шрамами. Ноги полицейского подкосились. Что тут вообще происходит?       Призраки продолжали шествие по ангару, пока двое людей прижимались друг к другу в самом углу помещения. До их носов начал долетать мерзкий запах разлагающейся плоти. Сдерживая рвотные позывы, Томас начал мобилизироваться. Он оценил, что нападавшие ориентируются больше на звук, чем на слабый свет от фонариков. В темноте они видят едва ли лучше, чем он сам. Все, что у них было — это численное преимущество. На его же стороне было то, что он прекрасно знал, где они находятся. В голову Томаса пришла безумная идея — воспользоваться тишиной и приблизиться к противнику. Гости пока ещё не знают, что они прячутся внутри ангара. И уж тем более не могут ожидать того, что они сломя голову бросятся им навстречу.       — На счёт три бежим, — прошептал он Лиаму, который, кажется, начал терять сознание. — Раз… два… три!       Не разбирая дороги, они побежали вперёд, обегая противников слева. Пять голов синхронно повернулись в сторону возникновения шума. Томас держал Лиама за руку, с силой утаскивая за собой к выходу из ангара. Пять пар ног тут же последовали за ними.       Они выдохнули только тогда, когда ноги ступили на мягкую почву. Лиам продолжал дрожать всем телом. Густой туман застилал ему глаза. Он обволакивал его сознание, унося куда-то далеко от этого места.       Томас пытался сориентироваться. Хруст веток доносился со всех сторон. Он использовал свободную руку как зонд, слегка касаясь мокрой листвы и ощупывая столбы деревьев. Пальцы наткнулись на прутья ржавой решётки. Снова под чьей-то тяжестью хрустнули ветки. Прямо у них за спиной. Они резко обернулись. На миг туман рассеялся, и в свете полной луны они смогли получше рассмотреть своих противников. Карнавал ужаса, да и только. Пять фигур в длинных темных плащах не спеша пробивали себе дорогу сквозь туман. Они двигались как единый поломанный организм, настолько плавно, что складывалось ощущение, как будто они парят над землей. У одного из них из рукава торчал блестящий металлический крюк, а у того, что двигался рядом, — острый шип длиной около тридцати сантиметров. Томас поморщился, представляя ампутированные конечности, вместо которых вставляли холодное оружие с одной единственной целью — терзать чужую плоть.       Взявшись за руки, они побежали параллельно металлической ограде. Томас едва не свалился с ног, когда вместо очередного ржавого прута его рука схватила пустоту. Забор закончился.        По ногам призраков пробежалась узкая полоска света. Автомобильные фары. Значит, они всего в нескольких метрах от проезжей части. Томас, не целясь, выстрелил. Одно из пяти тел бесшумно рухнуло на землю.       Снова схватив Лиама за руку, Уайт сквозь кусты поволок его к нормальному человеческому миру. Шаги за их спинами не отставали. Том сделал ещё пару выстрелов в пустоту с целью если не уничтожить противника, то хотя бы замедлить. Получить шанс добраться до трассы. Он видел машину, на которой приехал полицейский. Она должна была быть где-то рядом. Щелчок сигнализации заставил его тело слегка потеплеть. Не оборачиваясь, Томас обежал машину, открывая дверь со стороны водительского сиденья. Не сказав ни слова, Лиам последовал его примеру. Он действовал скорее механически, не собираясь верить в реальность происходящего. В зеркале заднего вида он видел, как четыре тёмные фигуры вышли на дорогу, молчаливо провожая их в путь. Лиам Олсен никогда не считал себя трусом. Но когда до тела начало доходить тепло из автомобильной печи, по его лицу покатились слёзы.       — Кто это был? — спросил Лиам, поворачиваясь к Томасу, когда мотор внедорожника затих на парковке придорожного кафе.       — Неважно, — бросил Томас в ответ, — они все равно скоро умрут.       — У них лиц не было! — Лиам крепко сжал руки в кулаки у себя на коленях. — Не было…       — Вот поэтому так важно то, чем мы с братом занимаемся. — Томас вытащил ключ из замка зажигания и открыл дверь. — Ты кофе будешь?       — Что? — до Лиама не сразу дошла суть вопроса.       — Кофе, говорю, будешь?       Полицейский неуверенно кивнул в ответ.       — С сахаром?       — Что?       Томас закатил глаза.       — Молоко? Сахар? Сливки?       Лиам снова кивнул.       Томас махнул на него рукой и уверенно зашагал в сторону кафе. Вытащив из кармана телефон полицейского, он отправил одно-единственное сообщение брату: «Неолюция существует». И выбросил отныне бесполезный аппарат в мусорный бак. Надо срочно возвращаться в Бостон.

* * *

      Занятия в академии «Филлипс Андовер» продолжились после недельного перерыва из-за убийства учителя литературы. Учащиеся одиннадцатого класса старшей школы неспешно бродили по коридорам, обсуждая между собой пропавших одноклассников. Исчезновение Джексона Уайта не стало ни для кого большим сюрпризом. После сцены, за которой последовала смерть мистера Андерсона, все и так были уверены, что больше не увидят хромого паренька с неизменной тростью в руках. А вот пропавший Тео Грин вызывал волну недоумения. Многие видели, как в тот день Тео бросился догонять инвалида, но то, что случилось дальше, оставалось загадкой. Почему Тео пошел за Джексоном? Почему помог ему сбежать? Какие методы использовал школьный фрик, чтобы заманить звезду школы в свои сети?       Филипп Стоун с тоской смотрел на пустующее место, на котором обычно сидел его лучший друг. Где сейчас Тео? Жив ли он вообще? Что с ним сделал Джексон? Порш Тео еще несколько дней назад достали со дна реки Чарльз. Внутри обнаружили вещи Тео, но самого Тео, к счастью, в ней не было.       Ребекка Дэвис грациозно опустилась на пустой стул рядом с ним.       — Как дела? — Она кокетливо взмахнула пушистыми ресницами, нежно сжимая руку одноклассника. — От Тео нет вестей?       — Тебе-то какое дело? — буркнул Филипп, раздражённо выдергивая руку. — Только не говори, что соскучилась.       — Мы же не чужие друг другу люди. Естественно, я тоже волнуюсь за него. Кто знает, что этот психопат может с ним сделать.       — Когда ты трахалась с Маркусом у него за спиной, тебя мало волновали его чувства.       — Маркус… — Зелёные глаза девушки наполнились слезами. — Как ты смеешь…       Филипп прикусил язык. Он совсем забыл, что на тот момент, когда тело Маркуса Уолкера нашли в мужском туалете, Ребекка Дэвис была его девушкой.       — Прости, — выдохнул Филипп, — я психанул. Эта история сводит меня с ума… Мой лучший друг пропал. Я не хотел делать тебе больно.       Ребекка встала и, не сказав больше ни слова, вернулась на свое место.

* * *

      На школьной парковке было тихо. Филипп не спеша брел в сторону своего БМВ, насвистывая незатейливую мелодию. Машина приветливо мигнула ему фарами. Он медленно сел за руль.       — Привет, Филипп, — послышался тихий голос с заднего сиденья. — Только не кричи, пожалуйста.       Чья-то ладонь зажала ему рот, поглощая рвущийся наружу крик. В зеркале заднего вида он смог рассмотреть две пары глаз, которые сосредоточенно его осматривали.       — Вы совсем офигели? — Филипп всю дорогу оборачивался на своих пассажиров, чудом не врезаясь в капоты встречных автомобилей. — Меня чуть инфаркт не хватил!       — Ну прости, дружище, — Тео виновато смотрел на лучшего друга, — мы не хотели тебя пугать.       — Мог просто позвонить, придурок.       — У меня нет телефона. — Тео злобно посмотрел на притихшего Джексона. — Он в реке утонул.       — Сверни направо, — неожиданно скомандовал фрик. Две пары глаз синхронно посмотрели в его сторону. — Там есть кафе. Я проголодался.       — А я думал, что ты питаешься кровью некрещёных младенцев, — буркнул Филипп, поворачивая руль. — Ну или, на худой конец, энергией солнца.       — Я предпочитаю плоть одноклассников, которые слишком много болтают.       Остаток пути Филипп Стоун пытался понять, были ли шуткой последние слова Джексона Уайта.       — У нас, — набивая рот жареной картошкой, начал говорить Тео, — точнее у него, есть к тебе маленькая просьба.       — Почему ты помогаешь ему? — Филипп с громким хлюпаньем отпил из своей кружки с холодным чаем. — Это же он убил мистера Андерсона!       — Это не так, — Джексон спокойно откусил от своего гамбургера, — но, в общем-то, его убили из-за меня, так что, косвенно, я… — фрик замолчал, получив несильный толчок в бок.       — Он не убивал нашего учителя, — продолжил Тео, делая большой глоток холодного чая. — Мы как раз пытаемся скрываться от того, кто это сделал.       — И ты ему веришь? — Глаза Филиппа поползли на лоб. — Он же псих!       — Он не… — Тео задумчиво посмотрел на Джексона, — псих. Он гений и социофоб.       — Социопат, — поправил его Джексон. — Социофобия — это…       — Заткнись, пожалуйста. — Тео устало потер виски. — Не говори ни слова, пока мы здесь, сделай милость. Общение с людьми явно не твой конек.       — Вы как будто женаты уже лет сто. — Филипп сложил руки домиком и пристроил на них свой подбородок. — Дружище, мой психотерапевт всё ещё к твоим услугам. Ты же уже с полуслова понимаешь этого шизика.       — Ты тоже помолчи пока, ладно? — Тео злобно сверкнул глазами в сторону лучшего друга. — Оставь при себе свои фантазии…       — Красавица и чудовище… — Филипп мечтательно закатил глаза. — Без обид, Джексон.       Фрик никак не отреагировал на последнее высказывание. Он закончил грызть свой гамбургер и потянулся за салфетками. Тео внимательно следил за каждым его движением.       — Вот тут пропустил. — Тео наклонился к лицу Джексона, своей салфеткой вытирая остатки кетчупа у него с подбородка. — Как маленький, ей-богу.       — Я сейчас заплачу, — протянул Филипп, — или меня стошнит. Ладно-ладно, — он в примирительном жесте поднял руки вверх, ловя на себе разъярённый взгляд лучшего друга. — Выкладывайте уже, что вам от меня нужно?       Тук-тук-тук — деревянная трость стучала по вымощенной булыжниками дороге. Джексон сосредоточенно смотрел себе под ноги. Время от времени с его губ слетали тихие слова, но в окружающем шуме Тео не мог их разобрать. Тучи над Бостоном начинали уплотняться. Ветер срывал капюшоны с прохожих, которые те с раздражением ловили руками. Начали раскрываться первые зонты. Неоновые вывески, ожидая прихода сумерек, постепенно загорались у них на пути.       Тео невольно залюбовался городом. Он прожил в Бостоне почти восемнадцать лет, но не помнил, когда в последний раз просто так бродил по его улицам. А с кем-то вроде Джексона он вообще ни разу в жизни не гулял. «Кто-то вроде Джексона…». Резко похолодало. Тео запустил руку в карман черной толстовки, которую пару дней назад выдал ему фрик. Теплее не стало. Он посмотрел на свободную руку фрика, которая без дела раскачивалась в такт его шагам. Лишь на одно короткое мгновение ему захотелось сжать эту руку в своей ладони. Тео моргнул, смахивая наваждение.       — Когда, говоришь, прилетит твой брат? — Тео почувствовал, как ему на макушку приземлились первые холодные капли.       — Он должен вылететь через пару часов. Перелет с учётом двух пересадок занимает чуть больше суток. Завтра ближе к ночи он будет уже в Бостоне.       — Как он сможет это провернуть? — Тео смерил фрика вопросительным взглядом. — Ему придется засветиться в четырёх аэропортах. А те, кто охотятся за ним, знают, как он выглядит.       — За этим мне и нужен был Лиам Олсен. Он неприметный, среднестатистический сотрудник полиции. Копам на таможенном контроле куда проще. Тем более у него был официальный запрос на поездку в Бхопал. Никто ничего не заподозрит. В базах данных я уже заменил все фотографии Лиама на снимки Томаса. Что касается камер наблюдения в аэропортах… Там всегда один и тот же алгоритм. Запускаешь вирус в их систему безопасности, и вуаля — следующие несколько часов на экранах мелькают по кругу пятьдесят кадров в рандомном порядке. Человеческий глаз не сможет этого уловить, если использовать частоту меньше шестидесяти герц.       — Гениально… — шепнул Тео, резко остановившись посередине улицы.       Джексон не заметил заминки своего спутника, продолжая медленно двигаться вперед. Когда он понял, что шаги рядом с ним затихли, было уже слишком поздно. Ток мощностью в тысячу двести вольт прошёлся от шеи по позвоночнику, а затем распространился по всему телу. Мышцы свело судорогой. Джексон дернулся и полетел на землю. Сильные руки мгновенно подхватили его, не дав приложиться головой о булыжники.       — Всё хорошо, — раздался откуда-то сверху громкий голос Тео, — с ним всё в порядке! Просто перепил чутка… Я отвезу его домой. Не на что тут глазеть!       Перед тем как потерять сознание, Джексон увидел пару тёмных глаз и услышал тихий, напряжённый шёпот прямо у своего уха:       — Ты был прав, Джексон, монстрам лучше держаться подальше друг от друга.       Поток воды с силой обрушился ему на голову. Рядом послышался скрип тормозов. Ещё в том кафе Тео позвонил отцу с телефона Филиппа. Именно из рук лучшего друга он забрал маленький армейский шокер, которым и вырубил фрика прямо посреди оживлённой улицы. Так ведь поступают люди при встрече с монстром, когда сбежать нет никакой возможности? Бояться — это нормально… Теодор Грин никогда не боялся Джексона Уайта. За свою короткую жизнь он по-настоящему боялся только одного человека — своего отца.       Наклонившись к губам Джексона, Тео прошёлся по ним нежным, почти любовным поцелуем. Он отлично сыграл свою роль, изображая хорошего парня. Он даже думал, как хороший парень. На какое-то мгновение он и сам поверил, что может пугаться взрывов или людей, летящих с моста на полной скорости. Это было даже забавно. Только рядом с другим монстром он смог почувствовать себя нормальным человеком.

Две недели назад.

      Фотографии полетели на массивный стол из красного дерева. Тео сидел напротив отца в его кабинете, мысленно перебирая в памяти моменты, в которых он мог накосячить. Но когда его взгляд упал на цветные фотокарточки, по телу прошла волна недоумения.       — Джексон Уайт? — Тео взял в руки одну из фотографий. — Зачем тебе снимки этого придурка?       — Уайт… — Морган Грин презрительно поджал губы. — Этот ублюдок даже фамилию не сменил. Как можно быть настолько самонадеянным?       — О чём ты говоришь?       — У нас появились конкуренты, — Морган нахмурился, напряжённо подбирая слова. — Дело моей… нашей жизни под угрозой. Они смогли продвинуться куда дальше, чем мы. Роберт Льюис — бесполезный кусок дерьма, который вцепился в гены Грегора Уайта и не видит дальше собственного носа. Вот это, — Морган кивнул головой в сторону фотографий, разбросанных по столу, — всё, чего проект «Рея» смог достичь за тридцать лет исследований. А вот это, — рука мужчины потянулась рукой к ноутбуку, поворачивая его экраном к Тео, — то, чего смогли достичь наши конкуренты.       Тео едва не закричал. Перед ним была фотография. Человека. Или нет. Не совсем. Сверху он выглядел как обычный среднестатистический мужчина чуть за сорок. Дело было в том, что начиналось ниже пояса. Нижняя часть тела мужчины (или кем бы он ни был) была покрыта блестящей чешуёй, а в том месте, где обычно заканчивается позвоночник, торчал настоящий скользкий хвост. Как у ящера. Покажи ему кто угодно этот снимок, Тео решил бы, что это монтаж. Но Морган Грин так шутить бы не стал.       — Кто этот парень? — тихо спросил Тео.       — Его звали Вильгельм Мартин. Он был финансовым аналитиком в Детройте. Мы заинтересовались им совершенно случайно, когда он сделал оценку спроса на продукцию одного из наших дочерних предприятий. Неверную оценку. То же самое, что мы когда-то провернули с «Юнион Карбид» в Бхопале. Кто-то хотел снова вызвать сбой в реакторе, чтобы синтезировать ромул. И этот кто-то проводил все эти годы куда более успешные эксперименты, используя разработки Грегора Уайта. Вот эта тварь, — Морган брезгливо кивнул на экран ноутбука, — перегрызла глотку трём моим парням, пока мы ловили его. Зубами. И при всём при этом ему отлично удавалось скрываться среди людей долгие годы. Кто бы это не создал, он настоящий гений.       — С чего ты решил, что в этом замешан Грегор?       — Мы же не идиоты, — взгляд Моргана покрылся коркой льда, — мы взяли у «этого» образцы ДНК. Совпадение с Уайтом — примерно сорок три процента.       — Это значит, что…       — Кто-то использует одного из детей Грегора и проводит свои собственные исследования. Образцы всех «объектов», которые были созданы в лаборатории в Бхопале, у нас уже есть. Значит, они используют кого-то другого.       — У Грегора были ещё дети?       — Кассандра Уоллес, его жена, утверждает, что нет. Но эта старуха та ещё стерва. Она могла вместе с мужем помогать нашим конкурентам. — Морган сжал руки в кулаки. — К ней мы ещё вернёмся.       — А при чём тут Джексон?       — Тот, кого ты знаешь, как своего одноклассника — это один из «объектов», которому удалось сбежать из лаборатории во время пожара в две тысячи шестнадцатом.       У Тео начали трястись руки. Как такое возможно? Да, фрик выглядел странно. Часто чудил. Не мог найти общий язык ни с кем из одноклассников. Но чтобы он оказался мутантом, созданным в лаборатории…       — Ты должен сблизиться с ним.       — Но, папа… — сближаться с фриком совершенно не хотелось.       — Я ещё не закончил, — в голосе Моргана зазвучали стальные нотки. — Сам Джексон Уайт экземпляр, конечно, интересный, но нам нужен не только он. Узнай, где сейчас скрывается его старший брат. Его зовут Томас, — мужчина едва не сплюнул от злости прямо на стол, — Томас Уайт, чёрт бы их побрал!       Больше всего на свете Морган Грин не любил, когда его держали за дурака. Эти два «образца» обвели его вокруг пальца, успешно скрываясь прямо у него под носом. А ещё какая-то неведомая организация использовала его разработки, чтобы проводить собственные исследования. «Неолюция» — так они себя называли. Они нашли одного из детей Грегора, который не попал в проект «Рея», и использовали его ДНК для создания мутантов. Очень качественных мутантов. Не тех уродов, что росли в лабораториях «Ноу Кемикал». А настоящих, боеспособных монстров, которые умело маскируются под обычных людей. Подумать только. Он бы никогда не узнал о существовании параллельного эксперимента, если бы тем не понадобились новые дозы сыворотки. Грегор Уайт предал его. Старику очень повезло, что он уже целый год как горит в аду. А вот его детям повезло куда меньше. Морган не доверял Роберту Льюису. Его собственный план по захвату мальчишки был куда более дальновидным. Даже под пытками Джексон не выдаст местонахождение Томаса, в этом Морган даже не сомневался. Но у его сына был один очень полезный в таких вопросах талант — он был просто превосходным актёром.

* * *

      В тот день, выйдя из кабинета отца, Тео на негнущихся ногах вернулся в свою комнату, сжимая в руке фотографию Джексона Уайта. Поверить в то, что этот хлипкий, совершенно безобидный парень с тростью — действительно лучшее, что смогли получить в лаборатории его отца, было сложно. Мысли резко начали сменять друг друга. В своей жизни Тео видел много монстров. Он и сам был таким. После того, как сгорела лаборатория в Индии, оставшихся в живых «объектов» перевезли в Бостон. Отец часто брал его с собой понаблюдать за экспериментами. Он видел, как с них живьём сдирают кожу. Видел, как вырезают глаза и колют в вены всевозможные препараты.       Одну из тех жизней он забрал своими руками. Это была пятнадцатилетняя девочка, страдающая прогерией. У неё никогда не было имени. «Объект 21» — только так к ней обращались в лаборатории. Её мутация не несла в себе ничего интересного для корпорации. Она просто старела с невероятной скоростью. Она так и не научилась читать и писать. К тому возрасту, когда обычно дети начинают это делать, её мозг уже страдал от деменции. Она продержалась очень долго для человека с таким заболеванием. Долгих пятнадцать лет группа «Кронос» поддерживала в ней жизнь. Неизвестно для чего. Он смог прекратить её страдания. Тогда Тео действительно испугался. Испугался не того, что выстрелил в упор в живого человека. Испугался не того, как кровь фонтаном брызнула из открывшейся раны. Он испугался того, что в тот момент ничего не почувствовал. Совершенно. Ни страха. Ни сожаления. Ни жалости. Как робот, он просто взял пистолет и выстрелил ей в голову.       Когда проводишь так много времени среди монстров, рано или поздно тебе просто суждено стать одним из них.