Симфония Равновесия: Хаос и Порядок

      После того, как создание армии гибридов оказалось безуспешным, Дэнни вместе с Клаусом и Стефаном отправились в Чикаго, чтобы выяснить, почему это произошло. Дэнни, без каких-либо угрызений совести, молчал о том, почему ничего не получается. Ему было интересно узнать, как скоро Клаус догадается, что для завершения перехода в гибрида нужна кровь человеческого двойника.       Весь день они ехали из Теннесси в Чикаго и приехали уже ближе к вечеру. Солнце начинало медленно опускаться за горизонт, окрашивая небо в теплые оранжевые и розовые тона, создавая живописный вид на город.       — Добро пожаловать в Чикаго, Стефан, — произнес Клаус, когда они подъехали к какому-то старому складу. Как только машина остановилась, Дэнни и Стефан последовали за Клаусом, который направился к входу в здание.       — Что нам здесь нужно? — спросил Стефан у Никлауса, который, открыв дверь, с ностальгией взглянул на вид раскинувшегося перед ними города.       — Я знаю, как сильно тебе здесь нравилось, — ответил Клаус. — Навевает воспоминания о веселых мясницких буднях.       — Я много забыл, — честно признался Сальваторе. — Было много крови, много вечеринок. Но подробности все как в тумане.       — Ну, а вот это безобразие. Подробности рождают легенду, — по тону голоса Клауса было понятно, что он вспоминает что-то из прошлого Стефана. — Говорили, что мяснику из Монтеррей стало одиноко, так что он приехал в город. Сухой закон. Вообще многое было запрещено, поэтому было очень весело. В Чикаго было волшебно.       Дэнни помнит это время. К счастью, в двадцатые годы его не было в США. Пятнадцать лет он провел во Франции, изучая её богатую историю и культуру. Но даже до него, человека, который старался держаться подальше от сверхъестественного мира, дошли слухи о вампире-потрошителе, который наводил ужас в Чикаго. Некоторые также говорили, что, по неподтвержденной информации, там может находиться кто-то из первородных вампиров.       — Поверю на слово. Потому что как я и сказал, почти ничего не помню.       В словах Стефана было что-то странное. Вампир не способен просто так заблокировать себе часть воспоминаний.       Только если…       Дэнни украдкой взглянул на Клауса. Тот не показывал никаких эмоций по поводу потери памяти Стефана. Но Дэнни чувствовал, что именно гибрид виновен в этом.       — Почему я все еще с тобой? Попытка с гибридами провалилась. Так может пора с этим смириться? — спросил Стефан, недоумевая, почему Майклсон не отпускает его.       — Мы навестим мою любимую ведьму. После тебя, конечно, Дэнни. Если кто и может помочь нам с гибридами, так это она, — сказал Клаус и направился к машине, открывая дверцу.       — Погоди! Мы приехали сюда, только ради того, чтобы ты смог предаваться воспоминаниям о двадцатых годах? — раздраженно спросил Дэнни.       Почему нельзя было просто любоваться этим городом, наблюдая за ним с балкона отеля? Нет, нужно было обязательно приехать на какой-то склад, чтобы сразу же уехать оттуда.       Клаус хитро улыбнулся и, ничего не говоря, сел за руль. Дэнни и Стефан, не имея другого выбора, тоже сели в машину.

***

      С самого утра Клаус повёз их в место, которое было незнакомо Дэнни. По дороге до бара трибрид наслаждался глотками ароматного бодрящего кофе из стаканчика, с интересом рассматривая проносящиеся за окном пейзажи.       Когда они наконец приехали, Дэнни смог детально осмотреть бар. Это было довольно атмосферное заведение, пропитанное духом ушедших эпох — с потертой, но элегантной мебелью, приглушённым освещением и ощущением таинственности. В воздухе также витало множество магической энергии разного происхождения и силы.       Видимо, это место часто посещают различные сверхъестественные создания.       — Выглядит знакомо, да? — спросил Клаус, обернувшись и посмотрев на Стефана, который с ностальгией осматривал знакомое ему помещение.       — Не могу поверить, что это место ещё не развалилось, — удивлённо произнёс Стефан, оглядывая хорошо знакомое ему заведение. С его последнего визита сюда почти ничего не изменилось.       — Ты должно быть шутишь… — внезапно раздался незнакомый женский голос, который привлёк внимание Дэнни. Он обернулся и увидел темнокожую женщину с коротко подстриженными белыми волосами. Её магическая энергия подсказала ему, что она ведьма. И она была довольно сильной для своего возраста, раз могла сохранять молодость благодаря магии.       — Так вот, входит гибрид в бар, и говорит бармену… — усмехнувшись, начал произносить шутку Клаус, но его тут же прервали.       — Хватит. Может ты и неуязвим, но это не делает тебя смешным, — резко оборвала его ведьма, не желая выслушивать несмешную шутку. После этого она подошла ближе и взглянула на Стефана. — Я помню тебя.       — Ага. Ты Глория, — ответил Стефан и слегка кивнул.       — Значит, эта ведьма назвала бар в свою честь? У неё неплохое самомнение. — раздался насмешливый голос в голове трибрида, когда он пристально следил за ведьмой.       — Разве ты не должна быть… — начал было Стефан.       — Старой или мертвой? Если я умру, кто же этим местом будет управлять? — ответила Глория с лёгкой усмешкой.       Дети? Внуки? Правнуки? Дэнни мог привезти много вариантов.       — Я могу замедлять старение. С помощью трав и заклинаний, но не переживай. Всё равно однажды смерть придёт за мной, — спокойно произнесла ведьма.       Это было ещё одной причиной, по которой Дэнни испытывал сильную неприязнь и даже ненависть к ведьмам. Они часто обвиняют вампиров в том, что те нарушают законы природы, не умирая от старости и оставаясь вечно молодыми. Однако сами ведьмы с помощью своих магических сил намеренно замедляют процесс старения, чтобы прожить как можно дольше.       — Гребаные лицемерки. Мерзкие, отвратительные твари…       — Тише, тише, малыш. Успокойся.       Голос в его сознании шептал успокаивающие слова, и Дэнни ощутил, как будто большая рука нежно гладила его по волосам. Это прикосновение было настолько мягким и умиротворяющим, что Дэнни тихо вздохнул, сумев обрести спокойствие.       Тем временем Глория обратила внимание на Клауса и заметила позади него человека, которого она раньше не видела. От этого незнакомца исходила магическая энергия, скрытая от ведьм, но которую Глория смогла уловить лишь небольшими отголосками, благодаря многолетней практике колдовства. Она сразу поняла, что этот парень — довольно сильный ведьмак, поскольку он очень умело скрывает свою магическую силу. Глории стало очень интересно узнать о нём больше. — А ты красавчик, кто такой? — спросила она, с любопытством разглядывая Дэнни.       Дэнни хотел ответить на вопрос, как вдруг его прервал Клаус. Первородный гибрид сразу же встал между ведьмой и трибридом, закрывая Дэнни собой. — Его зовут Дэниел. Это всё, что тебе нужно знать, Глория, — строго произнёс Клаус.       Он внимательно посмотрел на Глорию и помрачнел. Своим суровым взглядом он как будто хотел сказать ей: «Даже не пытайся узнать что-нибудь о нём, если не хочешь потерять голову». Дэнни закатил глаза, потому что ему не дали самому представиться, а ведьма тихо усмехнулась. Она подумала, что поведение гибрида было довольно защищающим и собственническим. И её забавляла реакция этого парня по имени Дэниел.       Стефан, который стоял рядом с ними, лишь наблюдал за происходящим, не решаясь вмешиваться в этот напряжённый диалог.       — Стефан, почему бы тебе не принести нам чего-нибудь из барной стойки? — попросил Клаус.       Сальваторе сразу же дал согласие, стремясь оказаться подальше от этой напряжённой обстановки. Как только Стефан отошёл от них, Клаус повернулся к Глории.       — Очаровательно, кстати, выглядишь, — с лёгкой улыбкой сказал Клаус, сделав комплимент.       — Не стоит, — отмахнулась от комплимента Глория. — Я знаю, зачем ты здесь. Гибрид задумал создать ещё гибридов? Ходят такие слухи.       Пока Стефан отошёл, чтобы выбрать подходящий напиток, Клаус, Дэнни и Глория уже расположились за уютным столиком в баре. Напряжённая атмосфера висела в воздухе, но гибрид первым нарушил тишину.       — Так что я делаю неправильно? Я разрушил проклятье, — поинтересовался Клаус, пытаясь выяснить, почему его планы по созданию армии гибридов не увенчались успехом.       Глория слегка повела плечами, задумчиво глядя на Майклсона. — Очевидно, что-то ты сделал неверно. Послушай, в каждом заклинании есть лазейка, но в таком старом… Нам придётся связаться с ведьмой, которая наложила проклятье.       — Ну, это была бы оригинальная ведьма. Она давным-давно мертва, — ответил Клаус, вспомнив о своей матери Эстер и о том, как она ушла из жизни.       — Попробуй связаться с ней через FaceTime, возможно, она ответит, — громко усмехнулся Дэнни, скрестив руки на груди. Он прекрасно понимал, чего добивается Глория. Эта женщина хотела связаться с матерью Майклсонов, но точно не ради того, чтобы помочь Клаусу.       Эстер провела на Другой Стороне тысячу лет и могла встретить там ведьм, которые были ещё древнее её. Эти ведьмы могли поделиться с ней новыми знаниями. Эстер могла бы указать на то, что ей нужна кровь двойника, или же на Дэнни. Ведь в отличие от Клауса, кровь трибрида может создавать гибридов без необходимости использовать двойника.       Дэнни узнал об этом, когда спас от смерти оборотня по имени Томас Эгильсон. Это произошло в шестом веке. Чтобы спасти жизнь Томасу, Дэнни заставил его выпить свою кровь. После этого Томас обратился: он стал гибридом вампира и оборотня, а также потрошителем. Со временем он начал терять контроль над собой из-за своей вечной жажды крови, что привело к его безумию.       Тогда Дэнни ничего не оставалось, кроме как убить Томаса и избавить его от мучений, которые он испытывал, будучи потрошителем. Томас стал первым и последним вампиром из его родословной, которого Дэнни создал за всю свою жизнь. Именно после этого случая трибрид начал избегать оборотней. Особенно он опасался Стаи Полумесяца и, тем более, родословной Лабонэр, которая, как он думал, прервалась на нём.       Стефан тихонько усмехнулся и прикрыл смешок лёгким кашлем, но Дэнни и Клаус всё равно прекрасно его расслышали. Гибрид устало вздохнул, не удивившись тому, что услышал от своего ведьмака-оборотня. Глория пристально посмотрела на Дэнни, словно пытаясь разгадать, что скрывается за его спокойным фасадом. Однако она не стала комментировать реакцию трибрида.       — Как бы то ни было. Чтобы связаться с ней, мне потребуется помощь. Приведите мне Ребекку, — потребовала ведьма.       — Ребекка… — медленно произнёс Клаус. — Ребекка немного занята.       — У неё есть то, что мне нужно. Приведи её, — настаивала Глория.       — Что это? — внезапно раздался громкий голос Стефана. Обернувшись, Дэнни увидел, что двойник Сальваторе держал в руках старую фотографию. В это время Клаус встал со стула и подошёл к Стефану.       — Я же говорил тебе, Стефан. Чикаго — волшебное место, — усмехнулся Майклсон.       — Но здесь я. С тобой, — Стефан перевернул фотографию, и Дэнни увидел, что на ней изображены Клаус и Стефан. Сальваторе обнимал Клауса за плечи, а тот смотрел в объектив с глуповатой улыбкой на лице.       Не говоря ни слова, Дэнни осознал, почему Клаус так стремился взять с собой Стефана.       — Они были старыми друзьями, — подумал Дэнни.       — Как отвратительно, — произнёс второй, скучающий и раздражённый, голос в его голове, и Дэнни не мог не согласиться с ним.

***

      — Это не имеет никакого смысла. Почему я не помню тебя? — нетерпеливо спросил Стефан, пытаясь догнать Клауса, который шёл заметно быстрее.       Тем временем Дэнни медленно шёл позади них, решив не вмешиваться и дать им возможность разобраться в запутанных отношениях самостоятельно. Единственное, что его беспокоило в данный момент, — это предстоящая встреча с Ребеккой.       — Ты же сам сказал, что тогда у тебя были провалы в памяти, — лишь ответил Клаус.       Теперь Дэнни был уверен, что именно Майклсон причастен к потере памяти Стефана. Это стало ясно из уклончивого ответа гибрида.       — Нет, если ты меня знал, то почему ничего не сказал? — спросил Сальваторе.       — Я сейчас немного занят. Проблемы с памятью подождут, — ответил Клаус немного грубо. Стефана не удовлетворил такой ответ, поэтому он схватил гибрида за локоть и повернул его к себе.       — Что за чертовщина здесь происходит? Ответь мне.       Клаус посмотрел в глаза Стефану, который ждал его ответа, и другой рукой убрал руку Сальваторе со своего плеча. — Можно сказать, что сначала наши отношения не задались. По правде сказать, я тебя ненавидел.       — Судя по этой фотографии, я бы так не сказал, — произнёс Дэнни, держа в правой руке то самое фото.       Он взглянул на него ещё раз и снова увидел глупую улыбку Клауса. Невозможно представить, чтобы человек мог так улыбаться, испытывая ненависть к другому и в то же время находясь так близко и дружески обнимая его.       — Вы скорее похожи на лучших друзей, — заметил трибрид, внимательно наблюдая за этой странной сценой.       Клаус усмехнулся, наблюдая за тщетными попытками Стефана понять, что их связывает.       — Как бы то ни было, Ребекка. Твоя сестра. Это значит, что я знал другого первородного вампира, — произнес Стефан, осознавая, что ему «посчастливилось» встретить в своей жизни несколько первородных существ, что удавалось немногим.       Если учитывать Элайджу, то Стефан повстречал троих первородных. А если добавить Дэнни, то и вовсе четверых. Не каждый может похвастаться тем, что видел так много первородных вампиров вживую и остался в живых после этих встреч.       — Если не можешь с этим смириться, не спрашивай, — резко произнес Клаус, направляясь на склад, где стояли несколько массивных гробов. За ним последовали Дэнни и Стефан.       Дэнни внимательно осматривал каждый гроб, пытаясь определить с помощью магии, кто в них покоится. Слева от него лежали Элайджа и Кол, а вот правый гроб скрывал в себе, возможно, Финна. Однако содержимое последнего гроба было тщательно замаскировано несколькими защитными заклинаниями.       Клаус подошел к центральному гробу и открыл его. Дэнни заглянул внутрь и увидел молодую девушку лет семнадцати, одетую в изящное белое платье в стиле 1920-х годов. На ее шее красовалось длинное жемчужное ожерелье. Но эту умиротворяющую картину нарушал серебряный клинок, вонзенный в грудь несчастной.       — Ребекка… — прошептал Дэнни, всматриваясь в такие знакомые черты лица девушки. Клаус провёл ладонью по лицу сестры, а Стефан подошёл к ним и тоже заглянул внутрь гроба.       — Я не помню её, — произнёс Стефан, глядя на незнакомую девушку, лицо которой, по словам Клауса, он должен был помнить.       — Только не говори ей этого. Темперамент у Ребекки ещё хуже, чем у меня, — предупредил Клаус. Дэнни тихо рассмеялся, вспомнив все проделки Ребекки и Кола, когда они были детьми. После этого Майклсон взялся за рукоять кинжала и быстро вытащил его из груди Ребекки. — Пора вставать, сестренка.       Прошло несколько минут, а Ребекка всё не просыпалась. Дэнни терпеливо ждал, понимая, что первородные не могут мгновенно прийти в себя после вытаскивания серебряного кинжала. Ему пришлось ждать, пока очнулся Элайджа, а Ребекка явно пробыла в этом состоянии дольше своего старшего брата.       Однако Клаус не отличался таким терпением, как Дэнни.       — Ну давай уже, Ребекка. Любит всё драматизировать, — сказал Клаус, в то время как Стефан рядом с ним тревожно ходил туда-сюда.       — Послушай, почему бы тебе просто не сказать, что здесь происходит? Очевидно же, что я тебе здесь нужен не просто так, да?       — Ну, у тебя много полезных талантов, — сказал Клаус, не отрывая взгляда от лица своей сестры. — На самом деле, своему любимому трюку я научился у тебя. Я был практически твоим поклонником.       — С чего мне во всё это верить? — спросил Стефан.       Поняв, что Ребекка может проснуться не скоро, Клаус быстро направился к выходу. Он мягко взял за руку Дэнни, который не хотел уходить и хотел дождаться пробуждения Ребекки. Стефан следовал за ними.       — Когда она проснется, скажи ей, чтобы нашла нас в баре у Глории. Потом предоставь ей свою сонную артерию и позволь ей пить, пока ты не умрёшь, — Клаус использовал вампирское принуждение на охраннике склада, а затем направился к выходу. — Ты думаешь, что я лгу, Стефан. Мы с тобой были знакомы. Ты доверил мне свой секрет, и я докажу тебе это.       — Как? — спросил Сальваторе.       — Мы пойдём в твою старую квартиру, — ответил Клаус, уверенный, что это поможет ему восстановить утраченные воспоминания Стефана.       Дэнни молча последовал за ними, внимательно наблюдая за развитием событий. Трибрид всё ещё не доверял Сальваторе и подозревал, что тот что-то скрывает. Но он решил пока не вмешиваться и посмотреть, что будет дальше.

***

      — Я уже чувствую пыль, а мы даже не вошли в дом, — громко пожаловался Дэнни, когда они приближались к бывшей квартире Стефана Сальваторе.       Было непонятно, какой секрет хранил Стефан и почему он решил поделиться им именно с Клаусом. И почему он выбрал для этого старую квартиру? Разве двойник не мог найти более подходящее место? Дэнни недоумевал, зачем Майклсон настолько заинтересован в восстановлении памяти Сальваторе.       — Дом, милый дом… — произнёс Клаус, подходя к двери квартиры. Он взялся за ручку и с силой открыл дверь, чтобы Дэнни мог увидеть квартиру и огромное количество пыли, которой было покрыто всё вокруг. — Чувствуешь? — настороженно спросил Майклсон, пытаясь понять, что происходит. — Здесь кто-то есть?       — Здесь пусто уже много десятилетий. Должно быть, люди постоянно заходят, — ответил Стефан, осматривая свои бывшие апартаменты. — Зачем ты привёл меня сюда?       — Твой друг, Лиэм Грант, тот, что пил кровь своей жены… Я никак не мог понять, зачем тебе было нужно его имя. И тогда ты рассказал мне свой маленький секрет. Это было частью твоего особого ритуала, — сказал Клаус, вспоминая мужчину, которого Стефан принудил пить кровь его жены.       — Чтобы записать…       — И пережить это убийство… Снова и снова.       — Ты писал имена своих жертв, чтобы никогда не забывать о них? — спросил Дэнни с лёгким отвращением в голосе, повернувшись к Стефану. Лицо трибрида сильно исказилось, и Сальваторе отвёл взгляд, чтобы не видеть реакцию Дэнни. — У тебя странный фетиш, Стефан, — сказал Дэнни и, закатив глаза, тихо вздохнул, желая поскорее покинуть эту квартиру.       Услышав это, Клаус усмехнулся и подошёл к шкафу, который стоял рядом. Он взялся за основание шкафа и потянул его на себя. За шкафом обнаружилась потайная комната, где был спрятан неплохой запас алкоголя разного возраста.       Повернувшись к Стефану, Клаус с ухмылкой спросил:       — Теперь ты мне веришь?       Сальваторе, не говоря ни слова, ушёл в комнату, оставив Дэнни и Клауса вдвоём.       — Это ужасная квартира. Можно, я уйду отсюда? — сказал Дэнни, глядя на толстый слой пыли на кухонном столе.       — Могло быть и хуже. И нет, нельзя, — усмехнулся Клаус, давая понять, что они никуда не уйдут, пока Стефан не вспомнит.       Дэнни краем глаза заметил, что Стефан стоит неподвижно, уставившись в одну точку. Это насторожило трибрида, хотя он и не подал виду. Он внимательно наблюдал за Сальваторе, пытаясь понять, что могло вызвать такую реакцию.       Спустя некоторое время Стефан, как будто выйдя из транса, схватил первую попавшуюся бутылку алкоголя.       — Посмотрите, что я нашёл, — Сальваторе обратился к первородным, чтобы привлечь их внимание. Подойдя к двойнику, Клаус взглянул на бутылку и прочитал дату изготовления алкоголя.       — Односолодовый виски, — сказал Стефан.       — Мой любимый, — ответил Клаус, взяв бутылку из рук Сальваторе. — Пошли, найдём себе компанию.       Когда Клаус и Стефан покинули квартиру, Дэнни внимательно осмотрел помещение. На его лице играла скрытая улыбка, ведь он был уверен, что слышал биение человеческого сердца, доносившееся из секретной комнаты. Клаус, по всей видимости, не услышал этого, потому что, возможно, снова прислушивался к биению сердца Дэнни.       Трибрид уже достаточно повидал на свои века, чтобы не попасться на удочку, как доверчивый ребёнок. Поэтому ему не составило труда понять, чьё сердце бьётся рядом. Это была Елена Гилберт, пятый двойник Петровой. Вспомнив всё, что он знал о гибридах, Дэнни вспомнил и о словах Элайджи. Тот рассказывал ему о зелье, которое может спасти жизнь двойника Петровой после обряда жертвоприношения и снятия гибридное проклятье.       В крайнем случае она могла стать вампиром.       Если Елена здесь, то, скорее всего, она вместе с Деймоном. А Кэтрин, вероятно, где-то рядом и наблюдает за Стефаном. Эти двойники, Петрова и Сальваторе, как будто магнитом притягиваются друг к другу.       «Двойники. Вечная боль в моей заднице», — с раздражением вздохнул Дэнни.       Трибрид в последний раз посмотрел на деревянный шкаф, за которым, возможно, скрывалась Елена, и направился к выходу из квартиры, не забыв закрыть за собой входную дверь.

***

      — Где Ребекка? — спросила Глория, ставя на стол перед Клаусом и Стефаном по бутылке виски.       Дэнни, сидевший рядом с ними, спокойно потягивал свой клубничный молочный коктейль. Сначала он тоже хотел заказать что-нибудь алкогольное, но, видимо, Клаус решил стать для него заботливой матерью, поэтому ему пришлось довольствоваться молочным коктейлем. Ну подумаешь, один раз немного переборщил с алкоголем. Это был первый подобный случай за последние триста лет для Дэнни.       Трибрид бросал на Клауса раздражённые взгляды, но Майклсон не обращал на это внимания и продолжал потягивать пиво. Дэнни недоумевал, почему Клаус так настойчиво оберегает его от спиртного. Неужели первородный вампир действительно беспокоится о его благополучии или преследует какие-то свои скрытые цели?       — Она будет здесь. Я не могу просто вызывать её по своему требованию, — ответил Клаус, сохраняя спокойствие.       Глория усмехнулась и направилась к соседнему столику, чтобы обслужить других посетителей. Трибрид внимательно наблюдал за ведьмой, пытаясь понять, какую роль она играет во всём происходящем. Дэнни чувствовал, что Глория тоже что-то замышляет, и ему не терпелось раскрыть её планы.       — Что с тобой? Мне казалось, что Чикаго — твоё место развлечений? — спросил Клаус, оборачиваясь к Стефану, когда заметил его уныние.       — Так вот почему ты выбрал меня? Потому что тебе нравилось, как я мучал невинных людей? — раздражённо спросил Сальваторе.       — Ну, с одной стороны, из-за этого.       — А с другой стороны?       — С другой стороны, Стефан, раньше ты хотел быть со мной, — загадочно ответил Клаус, мысленно возвращаясь в двадцатые годы. Дэнни внимательно наблюдал за реакцией Майклсона, пытаясь понять, о чём тот вспомнил. Судя по всему, воспоминания были приятными. Подняв рюмку, Клаус произнёс тост:       — За дружбу!       Вампиры чокнулись рюмками, а Дэнни с лёгкой скукой наблюдал за ними. Он размышлял о том, как скоро Стефан раскроет свою тайну. Ведь Дэнни не собирался ничего предпринимать. Ему было любопытно узнать, как поведёт себя Ник, когда узнает, что Елена всё ещё жива. Поймёт ли он, что именно её кровь нужна ему для завершения превращения гибридов?       — Я немного в замешательстве. Если мы были такими хорошими друзьями, почему я помню только гибридного засранца, который принес в жертву мою девушку? А? — с интересом спросил Стефан, отпив виски.       — Все хорошее когда-то заканчивается, — загадочно ответил Клаус, не дав Стефану никаких точных подсказок. Дэнни не упускал ни одной детали в их разговоре, пытаясь понять, что именно связывало этих двоих в прошлом.       — Ты внушил мне забыть, — догадался Сальваторе.       — Это было время для Ребекки и меня двигаться дальше. И начать с чистого листа, — пояснил Клаус, но его ответ лишь вызвал больше вопросов у Стефана.       — Но почему? — спросил двойник Сальваторе. — Тебе ведь не нужно заметать следы… Если только ты от кого-то не скрываешься.       «Майкл», — подумал про себя Дэнни, сразу догадавшись, о ком идёт речь.       Майкл — первородный вампир, который также является самым сильным охотником на вампиров среди всех существующих. Дэнни часто слышал о нём разные истории. Куда бы ни приходил Майкл, за ним всегда оставался след из тел вампиров, которым не посчастливилось встретиться с патриархом семьи Майклсонов.       Но главной целью Майкла была его семья, а именно Клаус. Майкл сильнее всех своих детей, даже сильнее гибрида Клауса. Это делает его самым опасным и смертельным врагом для всех Майклсонов.       Однако, к счастью для Майкла, ему никогда не доводилось сталкиваться с Дэнни, который мог бы легко справиться с Майклом. И дело не в том, что Дэнни хотел бы похвастаться своей невероятной силой и могуществом. Просто он обладает опытом, знаниями и силой, которых нет у Майкла. Разница в возрасте почти в 600 лет часто даёт о себе знать.       — Время историй закончено, — хмуро сказал Клаус, не желая даже упоминать своего отчима, особенно когда рядом находится его возлюбленный. Майклсон явно не хотел, чтобы Стефан узнал о Майкле и начал задавать лишние вопросы. Он предпочёл сменить тему разговора.       Стефан оглянулся и увидел вампира, которого он уже встречал. Клаус был погружён в свои мысли и не заметил этого.       — Мне нужно ещё выпить. Кое-чего получше, — сказал Сальваторе, допивая виски из своей рюмки. Он поднялся со стула, оставив Клауса наедине с его мыслями.       Дэнни, заметив, что Стефан исчез из виду, придвинулся на стуле ближе к Клаусу, который как раз наливал себе новую порцию виски. Трибрид внимательно наблюдал за первородным вампиром, пытаясь понять, что так сильно тревожит Клауса. — Клаус? Ты в порядке?       — Лучше не бывает, — ответил Клаус с усмешкой и отпил из своего бокала. Однако Дэнни заметил, что в глазах Майклсона мелькнула тень беспокойства.       — Ты ведь знаешь, что я могу определять, когда мне лгут, по биению сердца, не так ли? — спросил Дэнни, скрестив руки на груди и пристально глядя на Никлауса. Трибрид прекрасно понимал, что Клаус что-то скрывает, и был намерен докопаться до истины.       Клаус усмехнулся и повернулся к Дэнни, держа в руке рюмку. — Элайджа ведь рассказывал тебе о Майкле?       Трибрид кивнул, вспоминая рассказ Элайджи. — Человек, который не получит премии отец года? Да, он рассказал. Стефан предположил, что в 20-е годы вы с Ребеккой от кого-то скрывались. Это был Майкл, верно?       — Да. Он сумел выследить нас, и нам пришлось в панике покидать город. Но Ребекка, как всегда, успела влюбиться. И… — сказал Клаус с некоторой досадой.       — Она влюбилась в Стефана, я так полагаю? — Дэнни не подал виду, но в этот момент ему стало плохо. Ему нужно будет серьёзно поговорить с Ребеккой о её предпочтениях в мужчинах. Ведь влюбляться в двойника — это уже слишком.       — Ребекка хотела быть с ним, и мне пришлось её заколоть, — честно рассказал всю историю Клаус, хмуро глядя в рюмку.       — Значит, ты положил свою сестру в гроб на девяносто лет просто потому, что она хотела любви? Ты ведь понимаешь, что она не будет особо счастлива, когда тебя увидит? — Дэнни покачал головой, осуждая поступок Клауса.       — Ребекка, кто угодно, но только не чертов двойник. Не иди путем Элайджи, который любил в своей жизни двух двойников. Ты сама потом пожалеешь об этом. — подумал Дэнни, и он ощутил, как его второе, тёмное «я» согласно кивнуло в ответ на его мысли.       — Знаю. Поэтому я полагаюсь на тебя, дорогуша. Я уверен, что, когда она увидит тебя, она отойдет от своей жажды мести ко мне, — сказал Клаус, хитро улыбаясь и подмигивая Дэнни. Трибрид слегка закатил глаза.       — Значит, я что-то типа твоего спасательного круга? — с сомнением спросил Дэнни. И по хитрой улыбке на лице Клауса он понял, что так оно и есть. — Раз так, я требую немедленно предоставить мне бутылку виски.       Клаус бросил на своего ведьмака суровый взгляд, предупреждая, чтобы тот даже не пытался провоцировать его на сопротивление. Однако Дэнни лишь лукаво улыбнулся, показывая, что не боится Клауса. Гибриду это не понравилось, но он понимал, что Дэнни не воспримет его угрозу всерьёз, зная, что Клаус не причинит ему вреда.       В этот момент Клаус осознал, что будет проклинать день, когда Дэнни и Кол снова встретятся. Ведь они вдвоём могут свести его с ума! Гибрид прекрасно знал, что эти двое, объединившись, станут для него настоящей головной болью.       Когда Клаус услышал за своей спиной знакомый голос вампира, его взгляд внезапно стал очень серьёзным. Дэнни, взглянув на гостя, отпил молочный коктейль, понимая, что скоро может начаться драка. Трибрид был настороже, готовый в любой момент вмешаться, если ситуация выйдет из-под контроля.       — Похоже, сюда теперь даже таких отбросов пускают, — проворчал Клаус, не глядя на собеседника. Его голос звучал раздражённо, что не предвещало ничего хорошего для Деймона.       — О, милая. Меня называли и похуже, — ответил Деймон, пытаясь подразнить Майклсона.       — И как именно? — спросил Дэнни, не впечатлившись ответом Деймона. Трибрид прекрасно понимал, что провоцировать Клауса сейчас было бы крайне неразумно.       Клаус усмехнулся, услышав слова своего ведьмака, а Деймон недовольно закатил глаза. Стоило догадаться, что этот надоедливый ведьмак, который так неожиданно сблизился с Кэтрин, окажется здесь.       — Ты все никак не сдаешься? — перебил Клаус начинающуюся ссору, желая узнать, почему старший Сальваторе находится рядом с ними.       — Верни мне моего брата. И никогда больше меня не увидишь, — игриво подняв левую бровь, произнёс Деймон и озвучил свои требования. Он явно пытался вывести Клауса из себя.       — У меня связаны руки… Видишь ли, я обещал Стефану, что не дам тебе умереть, но сколько поблажек я должен тебе давать? К тому же ты точно хочешь умереть, раз пришел сюда, так что… — Клаус был раздражён присутствием Деймона и явно сдерживал себя из последних сил.       Дэнни ясно видел, что Деймон раздражает Клауса. Если так будет продолжаться, то через пять минут здесь будет лежать бездыханное тело Деймона. Трибрид внимательно следил за развитием событий, готовый в любой момент вмешаться.       — Ну что я могу сказать? Я экстремал, — ответил Деймон, продолжая провоцировать Клауса.       Клаус хитро улыбнулся, услышав реплику Деймона, после чего схватил его за шею и поднял с земли. Деймон начал хрипеть от нехватки кислорода, и Дэнни отчётливо слышал, как ломаются его кости.       — Ох, боже, что это было? — с напускным любопытством спросил Клаус. Он взял со стола зубочистку, которая лежала в его стакане, и поводил ею перед глазами Сальваторе. — Я немного пьян, так что прости, если не попаду в сердце с первого раза.       Деймон нервно рассмеялся, а затем застонал от боли, когда Клаус воткнул в него зубочистку. Дэнни понимал, что Майклсон находится на грани срыва и может убить Деймона, если тот не прекратит провоцировать его.       — Нет, это не то. Хм… — зубочистка снова вошла в тело Деймона, но уже ближе к сердцу. — Ох. Почти, — Клаус продолжал издеваться над Сальваторе, явно получая удовольствие от происходящего.       — Тебе нужен помощник? Забудь о Стефане. Я намного веселее, — прохрипел Деймон, пытаясь спасти свою жизнь.       Клаус на секунду отвёл взгляд, словно обдумывая предложение Сальваторе. Однако его лицо оставалось непроницаемым, и Дэнни понимал, что Майклсон не поддастся на эту уловку. Затем Клаус оттолкнул от себя вампира, и тот упал на стол, разбив его в щепки.       Клаус подошёл к сломанному столу и отломал от него ножку. Из ножки он сделал кол. — Вряд ли ты будешь веселым после своей смерти, — сказал Майклсон, нависая над Деймоном и занося кол над его сердцем. В глазах Клауса читалась решимость покончить с Сальваторе раз и навсегда.       Но прежде чем Клаус успел пронзить сердце Деймона, кол внезапно вспыхнул пламенем. От неожиданности Майклсон с рычанием отбросил его в сторону и посмотрел на Глорию.       — Серьёзно? — спросил Клаус, раздражённый тем, что Глория вмешалась в его планы.       — Не в моём баре. Разбирайтесь на улице, — Глория указала на дверь, не желая после терпеть в своём заведении такие сцены насилия, что могут испортить её имидж и репутацию.       — Не стоит тебе выпрашивать свободу брата, — предупредил Клаус, прижимая Деймона к полу. — Когда я с ним закончу, он не захочет возвращаться.       Дэнни, наблюдая за этой сценой, сделал глоток своего молочного коктейля. Трибрид был впечатлён силой и решительностью Клауса, но в то же время понимал, что Майклсон может зайти слишком далеко в своём стремлении избавиться разлучить двух братьев друг от друга.       — Ну, это было нечто, — поделился своими впечатлениями Дэнни, ловя на себе недовольный взгляд Глории.

***

      Время шло, но Ребекка так и не появилась в баре. Клаус, нахмурив брови, решил вернуться на склад, чтобы выяснить, почему его сестра задерживается. Дэнни, изящным движением взмахнув рукой, использовал свою магию и стал невидимым и неслышным, после чего отправился вместе с Клаусом к Ребекке, оставив Стефана ждать снаружи.       Когда Клаус, сжав кулаки, приблизился к гробу, он обнаружил, что человек, который был в нём, исчез. Вместо него перед ним предстало мёртвое тело охранника с разорванной и окровавленной шеей, на которой были видны отчетливые следы от острых клыков.       Дэнни, сосредоточенно нахмурившись, мог почувствовать, что Ребекка находится на складе, и она была довольно близко от них.       — Ребекка… — позвал свою сестру Клаус, медленно оглядываясь по сторонам и пытаясь понять, где может быть Ребекка. Его голос звучал твердо, но в глубине глаз читалось беспокойство. — Это твой старший брат. Выходи-выходи, где бы ты ни была…       Внезапно перед гибридом появилась разъярённая девушка с серебряным кинжалом в руке. Ребекка, сжав челюсти, схватила своего сводного брата за шею и с силой вонзила серебряный клинок ему в сердце. От неожиданной боли Клаус задохнулся и поморщился.       — Иди к черту, Ник! — прошипела Ребекка, и в её глазах вспыхнула ярость, словно два полыхающих огня.       Клаус тяжело вздохнул и, взявшись за рукоятку, вытащил из своего тела кинжал, демонстрируя, что на нём он не работает. Под раздражённым взглядом сестры Клаус выпустил кинжал из рук, позволив ему упасть на пол. — Не дуй губки. Ты знала, что это меня не убьет.       — Да, но надеялась, что будет очень больно, — сказала первородная, отходя от брата с презрением на лице. Ей почему-то казалось, что за ней наблюдают, и это было неприятно ощущение.       — Я понимаю, что ты злишься на меня, Ребекка, — сказал Клаус, положив свою широкую ладонь на хрупкое плечо сестры, останавливая её порывистое движение. Его голос был мягким, но в то же время в нем чувствовалась твердость. — Так что я прощу тебе это. На первый раз. В качестве извинений, — затем Клаус перевел задумчивый взгляд в сторону входа на склад. — Ты можешь войти.       Ребекка с тревогой всматривалась вдаль, не зная, кого сейчас увидит. Но когда в поле её зрения медленно появился Стефан, Дэнни заметил, как в глазах первородной вспыхнула радость.       Сальваторе остановился на месте, смущенно переводя взгляд с Клауса на Ребекку, не понимая, как себя вести в этой ситуации, особенно когда оба первородных так пристально смотрят на него.       Клаус уверенным шагом приблизился к двойнику Сальваторе и посмотрел ему прямо в глаза, словно пытаясь заглянуть в самую душу.       — Теперь вспомни.       Дэнни заметил, как Клаус снял внушение со Стефана. Несколько секунд Стефан стоял неподвижно, пока к нему возвращались все забытые воспоминания. Его лицо сначала отразило замешательство, а затем на нем проступило понимание.       Когда всё закончилось, Стефан с удивлением посмотрел на Ребекку, которая радостно улыбалась ему. Затем он обернулся и взглянул на Клауса.       — Я помню тебя, — удивленно произнес Стефан. — Мы были друзьями.       — Мы и сейчас друзья.       Дэнни был уверен, что это перемирие между ними не продлится долго. Тем временем, Клаус перевел свой пронизывающий взгляд со Стефана на Ребекку и посмотрел на нее более серьезно. — Как бы то ни было, это был не самый главный сюрприз.       Майклсоны встретились взглядами. В глазах Ребекки читался немой вопрос, на который Клаус ответил своим выразительным взглядом. Затем гибрид громко произнес:       — Можешь показаться, Дэнни.       Ребекка широко распахнула глаза, услышав, кого зовет ее брат. Она начала быстро осматривать каждый уголок склада, пытаясь понять, где может находиться трибрид. Часть ее сознания подсказывала, что Клаус, возможно, снова обманывает ее. Но другая часть прекрасно знала, что когда речь заходит о Дэнни, Клаус всегда говорит серьезно.       Дэнни тихо вздохнул, а затем грациозным движением снял с себя заклинание невидимости и пристально посмотрел на Клауса.       Как только Ребекка наконец увидела Дэнни, он показался ей таким живым и настоящим! Она почти полностью забыла о своем раздражении из-за Клауса и его любимого наказания для нее и ее братьев. Дэнни совершенно не изменился с тех пор, как Ребекка видела его в последний раз. У него все те же прекрасные длинные темно-русые волосы, которые когда-то Ребекка даже смогла заплести в косу, и яркие зеленые глаза, излучающие тепло и доброту.       Дэнни одарил Клауса снисходительной улыбкой, а затем обернулся и взглянул на первородную.       — Ребекка…       Не успел Дэнни договорить, как Ребекка стремительно приблизилась к нему. Она сделала это с невероятной скоростью, характерной для вампиров. Обвив его шею тонкими руками, Ребекка заключила его в крепкие объятия. Но даже в таком проявлении чувств она была осторожна, учитывая свою нечеловеческую силу. Дэнни подумал, что если бы не его собственные способности вампира, то Ребекка могла бы случайно сломать ему позвоночник.       Ребекка крепко обнимала Дэнни, словно боясь, что он вот-вот исчезнет. Она уткнулась носом в его шею и не обращала внимания на Стефана, который находился между ними. Ребекка не испытывала ни малейшего сожаления из-за этого. Она ждала Дэнни почти тысячу лет, и теперь он наконец-то был рядом с ней. Слушая знакомое биение его сердца, Ребекка положила голову на широкое плечо трибрида и тихо прошептала:       — Это ты. Ты правда здесь…       Клаус с лёгкой улыбкой на лице наблюдал за воссоединением своей семьи. Лицо его младшей сестры светилось от счастья — такое выражение он видел на нём только в их человеческие годы. В этот момент между его возлюбленным и сестрой был личный момент, который Клаус не хотел прерывать, хотя у него и было важное дело к Ребекке.       Стефан смотрел на сцену с нескрываемым удивлением. Впервые встретив Ребекку в двадцатые годы, он увидел в ней хитрую и опасную женщину, которую не стоит недооценивать. И вот теперь он наблюдал, как эта «опасная» женщина тесно связана с тем, кто одновременно близок с Клаусом. Дэниел Аллен остаётся для Стефана загадкой, которую он пока не может разгадать.       Несколько минут Ребекка крепко держала Дэнни в своих тёплых объятиях, а затем медленно отпустила его. Ей не терпелось поговорить с трибридом наедине, без лишних ушей. Но сейчас ей нужно было разобраться с одним вопросом, и она обратила свой пронзительный взгляд на Клауса.       — Какова причина, из-за которой ты вытащил клинок из моего сердца, Ник? Неужели тебе снова стало скучно? — спросила она, нахмурив тонкие брови.       — Глория сказала мне, что ты знаешь, как связаться с первородной ведьмой, — ответил Клаус, приблизившись к Ребекке и Дэнни.       — Первородная ведьма? — с сомнением спросила вампирша, удивлённая тем, что Клаус вспомнил об их матери.       — Что у тебя есть, что нужно Глории? — спросил Клаус, устремив на сестру свой пронизывающий взгляд.       Ребекка провела рукой по шее, чтобы показать ожерелье, с помощью которого можно было связаться с Эстер. Но тут она с ужасом обнаружила, что ожерелья нет на месте.       — Где моё ожерелье? Что ты с ним сделал! Я никогда его не снимаю! — мгновенно обвинила своего брата Ребекка, её глаза сверкали гневом.       — Я не знаю. Я к нему не прикасался, — спокойно ответил Клаус.       — Мы должны найти его, Ник. Я хочу вернуть его! — настаивала Ребекка, сжав кулаки.       — Скажи мне, что ей нужно не ожерелье, Ребекка! — громко произнёс Клаус, крепко сжав плечи сестры. Ребекка оттолкнула руки брата, быстро подошла к своему персональному гробу и начала рыться на дне. Не найдя ожерелья, она в гневе отбросила гроб в сторону.       В комнате витало напряжение, и Дэнни, опасаясь, что оно может перерасти в драку, решил разрядить обстановку. — Прежде чем вы попытаетесь поубивать друг друга, может быть, нам стоит попытаться найти это самое ожерелье? — предложил он, стараясь говорить спокойным и рассудительным тоном.

***

      — А как насчет этого?       Ребекка повернулась на месте, демонстрируя Дэнни очередной наряд, и затем остановилась, положив руку на бедро в модельной позе. Она уже в который раз примеряла одежду, пытаясь найти что-то подходящее.       Дэнни спокойно сидел на мягком стуле, наблюдая за экспериментами Ребекки с новым гардеробом. В руках у него была уже третья чашка кофе за последние два часа. Трибрид терпеливо ждал, пока Майклсон определится с выбором.       Клаус был недоволен тем, что Дэнни пьёт так много кофе, но Аллен поставил ему ультиматум: либо Дэнни будет пить столько кофе, сколько захочет, либо Клаус и Стефан присоединятся к нему в поисках одежды для Ребекки. Стиснув зубы, Клаус согласился и предложил Дэнни несколько чашек превосходного кофе, который он сам лично продегустировал.       — Я точно помню, что платья были длиннее… — пробормотала Ребекка достаточно громко, чтобы Дэнни услышал, и попыталась натянуть платье пониже, чтобы прикрыть ноги. В воспоминаниях Майклсон о 21 веке, когда она была ребёнком, она видела много девушек в красивых платьях разных фасонов. Но ни одно из них не могло сравниться с тем, что было на ней сейчас.       — Ты взяла платье, которое обычно надевают на вечеринки в ночных клубах. Поэтому неудивительно, что оно такое короткое, — спокойно произнёс Дэнни и сделал глоток кофе. Ребекка в это время с недовольным видом рассматривала своё тело в коротком платье. — Может, тебе стоит выбрать модель чуть более длинного фасона и другого цвета?       Ребекка ещё раз взглянула на платье и согласно кивнула. Затем она вернулась в примерочную, чтобы примерить другой вариант.       Дэнни терпеливо ждал, когда Ребекка выйдет в новом наряде.       — А как насчет этого? — спросила Майклсон, выходя из примерочной и, развернувшись, демонстрируя Дэнни стильную белую рубашку и чёрные обтягивающие джинсы.       Трибрид окинул Ребекку оценивающим взглядом. — Это выглядит более непринужденно, — улыбнулся Дэнни. — Тебе идёт, ты выглядишь так, словно ты в старшей школе.       — Прекрасно! Теперь твоя очередь, Дэнни, — ярко улыбнулась Ребекка, явно довольная тем, что смогла подобрать для себя подходящий наряд. Дэнни удивлённо отодвинул от себя чашку с кофе. — Неужели ты действительно считал, что я упущу возможность лично купить тебе новый наряд?       Дэнни пристально посмотрел на Ребекку. Ему не очень хотелось сейчас покупать новые вещи, но Ребекку это не смутило. — Прежде чем ты начнёшь выражать недовольство, взгляни, что я тебе принесла.       Осознав, что у него нет выбора в этом вопросе, Дэнни тяжело вздохнул и, встав со стула, направился в другую примерочную кабинку. Он закрыл за собой занавеску и внимательно осмотрел вещи, которые Ребекка для него подобрала. Всё это произошло потому, что он на секунду отвлёкся.       Осмотрев одежду, Дэнни выбрал длинную чёрную майку и белые широкие штаны. Быстро переодевшись, трибрид вышел из примерочной. Его место заняла Ребекка, которая внимательно наблюдала за ним. К счастью, она хотя бы не стала пить его кофе.       Повернувшись, Дэнни продемонстрировал Ребекке свой новый наряд. Его широкие белые брюки и свободная чёрная майка подчёркивали его стройную фигуру и элегантно смотрелись вместе.       — Кажется, мне стоит надеть что-нибудь сверху, — сказал он, глядя на своё отражение в зеркале и обращая внимание на открытые плечи.       — Возможно. Но как по мне, выглядит просто отлично, — поделилась своим мнением Ребекка, решив не озвучивать мысль, что на трибриде любой наряд будет смотреться превосходно. Дэнни ещё раз осмотрел свой образ и направился обратно в примерочную.       Ребекка посмотрела на спину Дэнни и случайно заметила на его правом плече необычную родинку. — Что это за родинка у тебя на спине? — спросила она, заинтригованная этой деталью.       Дэнни остановился, а затем повернулся к Ребекке. — Это родимое пятно у меня с самого рождения. Оно указывает на мою принадлежность к отцовской родословной, — ответил он, не вдаваясь в подробности.       — Оно похоже на… Полумесяц? — неуверенно произнесла Ребекка, внимательно разглядывая странное родимое пятно. Ей казалось, что когда-то очень давно она видела нечто похожее, но она не была в этом абсолютно уверена. Возможно, Клаус что-то знает об этом, но она не хотела его спрашивать.       Услышав это, Дэнни усмехнулся и, не ответив Ребекке, ушёл в примерочную. Он не рассказывал никому о своей связи со стаей Полумесяца и о своём происхождении Лабонэр. Даже Клаус и Элайджа, которые знали, что он оборотень, не были в курсе, к какой стае он принадлежит.       Несмотря на все попытки, которые Дэнни предпринимал на протяжении веков, чтобы избежать сверхъестественного мира, он всегда понимал, что его связь со стаей Полумесяца неразрывна. Это была его особая связь с отцом. Ему всё ещё было очень интересно узнать, как род Лабонэр мог продолжиться, если его отец мёртв, а у Дэнни никогда не было детей. Возможно, он чего-то не знает о прошлом своего отца, или же сам Андреас не рассказал сыну всей правды.       Возможно, однажды в будущем Дэнни посетит Новый Орлеан, чтобы найти ответы на свои вопросы.

***

      — Ну разве вы не выглядите чудесно! — с широкой улыбкой сказал Клаус, окидывая взглядом свою младшую сестру и трибрида, которые только что вошли в бар «Глория».       Дэнни в новой модной одежде казался уставшим, словно прошёл долгий путь. Он шёл рядом с Ребеккой и не притрагивался к стоящей перед ним чашке кофе. А вот радостное сияние первородной вампирши в новом современном наряде сменилось горькой и злой усмешкой, когда она увидела довольного Клауса.       — Гори в адском огне, Ник, — фыркнула блондинка, её голос был полон раздражения.       Дэнни оставил свои пакеты с покупками и подошёл к барной стойке, чтобы немного отдохнуть после нескольких часов, проведённых за шопингом.       На мгновение в баре воцарилось напряжённое молчание. Дэнни сидел и наблюдал за происходящим с отстранённым видом. Ребекка и Клаус перешёптывались, а Глория продолжала расставлять свечи по всему помещению.       Дэнни заметил, что Стефан отсутствует в баре. Это начинало немного раздражать трибрида. Интересно, сколько ещё потребуется времени, чтобы Клаус наконец понял, что Стефан не разделяет его взгляды и планы?       — Где ты был?       Голос Ребекки отвлёк Дэнни от его размышлений. Он обернулся и увидел, что в комнату вошёл Стефан. Как говорится, помяни чёрта — он и появится.       — Извини, — Стефан пожал плечами, не чувствуя за собой вины. — Просто должен был проветрить голову.       Клаус кивнул, бросив быстрый взгляд на Ребекку, а затем снова перевёл внимательный взгляд на младшего вампира. — И не говори…       — Что она делает? — спросил Стефан, приближаясь к Глории, которая продолжала игнорировать его, склонившись над большим фолиантом.       — У неё ничего не получается, — хмуро ответил Клаус, наблюдая за бесплодными попытками ведьмы.       От услышанного, Глория фыркнула и закатила глаза. — Сложно что-то найти, когда даже и начать-то не с чего.       — Так используй меня, — предложила Ребекка. Она спрыгнула со стула и решительно направилась к столу со свечами. — Я носила его около тысячу лет.       — Видишь? Она уже предлагает решение. Хорошо, дай мне свою руку, милая, — Глория жестом пригласила Ребекку занять место за столом, её глаза горели жаждой познания.       — Она, эм, она ищет ожерелье, да? — спросил Стефан немного взволнованно, и Дэнни внимательно посмотрел на него. Сальваторе скрестил руки на груди, что обычно является признаком нервозности или готовности к защите на языке тела. Кроме того, он немного запинался, когда говорил. Клаус, Ребекка и Глория, казалось, не заметили его волнения, потому что были больше заняты поисками ожерелья, чем Стефаном.       Однако Дэнни прекрасно всё замечал. Иногда двойники Сальваторе раздражали его гораздо больше, чем двойники Петровой.       — Я нашла его, — голос Глории, резкий и жёсткий, как лезвие ножа, вывел Дэнни из задумчивости.       — Так, где оно? — потребовала Ребекка, желая как можно скорее вернуть свою собственность, её глаза сверкали нетерпением.       Дэнни не знал, что означает ожерелье, но, должно быть, оно имело для Ребекки какую-то особую ценность, раз она носила его так долго.       — Это так не работает, куколка. Я вижу изображения. Там девушка со своими друзьями… — уклончиво ответила Глория.       — Да, мёртвая девушка с мёртвыми друзьями, если я не получу обратно своё ожерелье, — раздражённо перебила её Ребекка, явно расстроенная тем, что её ценная вещь оказалась в чужих руках.       — Ну, мне придётся попытаться снова, чтобы увидеть детали, — снова ушла от прямого ответа Глория. Дэнни внимательно наблюдал за ведьмой, чувствуя, что она что-то скрывает.       — Так пытайся, — почти потребовал Клаус, его голос был полон нетерпения.       — Мне нужно больше времени, — ответила Глория, не отрывая взгляда от Клауса.       Ведьма снова взглянула на гибрида. Дэнни заметил, как глаза Клауса сузились ещё больше, а затем он угрожающе приблизился к Глории. Клаус выглядел настолько пугающим, насколько это было возможно. Он склонился над её столом и пристально посмотрел на неё, словно пытаясь пробраться в самые глубины её сознания.       Старая ведьма только усмехнулась. — И пространство. Ты мешаешь моему джу-джу, — она отмахнулась от него, как от назойливого ребёнка.       — Мы можем подождать, — возразил Клаус, не двигаясь с места.       — Я уверена, что вы можете, — она кивнула головой в знак согласия. — Но это не то, о чём я спрашивала.       — Эй, — Стефан прервал Клауса, пытаясь предотвратить его вспышку гнева. — Эй, знаешь, почему бы нам просто не вернуться позже? Я всё равно голоден. Я позволю тебе выбрать, кого мы съедим.       Стефан одарил всех обаятельной улыбкой, и Клаусу потребовалось некоторое время, чтобы молча согласиться. Затем младший вампир направился к двери, а трое первородных последовали за ним.       — Я, пожалуй, прогуляюсь. Не хочу смотреть, как вы пьёте кровь, — Дэнни попытался уйти, не желая видеть, как остальные пьют кровь, а он не может. Возможно, по дороге он сможет найти способ подкрепиться.       — Главное, потом возвращайся на склад, — попросил его Клаус.       Дэнни кивнул и, выйдя из бара, пошёл в противоположную от остальных сторону, надеясь найти способ утолить свой голод.

***

      Дэнни неторопливо шёл по оживлённым улицам Чикаго, наблюдая за жизнью большого города. Трибрид уже успел побывать в нескольких пиццериях и кафе, но не стал в них заходить, потому что выпил слишком много кофе несколько часов назад. Если бы он был обычным человеком, то, наверное, уже устал бы от всего этого и захотел бы отдохнуть.       Внезапно краем глаза Дэнни заметил какое-то быстрое движение неподалёку. Он решил не придавать этому значения и продолжил прогулку. Но с каждым шагом ощущение, что за ним следят, усиливалось. Это начинало раздражать трибрида.       Когда Дэнни ощутил, что головная боль словно находится прямо за ним, он обернулся и увидел перед собой двойника Петровой. Дэнни не был удивлён появлением Кэтрин — это был лишь вопрос времени, когда она решит напомнить о себе.       — Ну привет, Кэтрин. Давно не виделись, — поприветствовал девушку Дэнни спокойным тоном. Несмотря на то, что Кэтрин была одной из самых коварных и опасных вампиров, которых он знал, Дэнни сохранял хладнокровие.       Улыбка Кэтрин, обнажившая её белоснежные зубы, была полна хищного восторга. — Рада видеть, что ты все ещё жив, малыш Дэн.       Дэнни с трудом сдержал желание закатить глаза. Его начало раздражать, что некоторые вампиры ведут себя с ним как с подростком.       «Пусть я и выгляжу молодо, но мне, чёрт возьми, 1610 лет. Уважайте старших, ублюдки», — подумал про себя трибрид.       — Чего ты хочешь, Кэтрин? — поинтересовался Дэнни, скрестив руки на груди и нахмурившись, глядя на девушку.       — Мне было безумно любопытно узнать у тебя кое-что, но я всё не могла подобраться к тебе из-за того, что Клаус постоянно находится возле тебя, словно сторожевой пёс, — с хитрым блеском в глазах сказала Кэтрин, посмотрев на Дэнни. — Почему ты продолжаешь находиться рядом с Клаусом? Тебе определенно с ним что-то связывает.       — И зачем мне тебе рассказывать это? — спросил Дэнни, приподняв правую бровь. Он не собирался делиться с Кэтрин какой-либо информацией.       — Я немного любопытная, — ответила Кэтрин, слегка улыбнувшись и наклонив голову. Она явно пыталась очаровать Дэнни.       Дэнни лишь усмехнулся, заметив попытки Кэтрин заигрывать с ним. — Встречный вопрос. Ты ведь находишься в Чикаго из-за Стефана, не так ли? Даже несмотря на то, что здесь Клаус, которого ты боишься и ненавидишь одновременно.       Услышав вопрос трибрида, Кэтрин поджала губы, но всё же кивнула. Она уже успела забыть, насколько проницателен этот ведьмак. С такими людьми довольно сложно манипулировать.       — Я могу сказать лишь одно: я сам решил отправиться в это путешествие вместе с Клаусом, — ответил Дэнни.       Кэтрин поняла, что не услышит от парня подробностей, и закатила глаза. Отойдя от девушки, Дэнни пошёл дальше, но затем обернулся и посмотрел на Петрову. — Не пытайся преследовать меня в поисках ответов, Китти-Кэт. У тебя ничего не выйдет, — предупредил Дэнни серьёзным голосом, когда на его пальцах появилась небольшая электрическая искра, которая была первым и последним предупреждением.       Наблюдая за тем, как медленно уходит вдаль ведьмак Дэнни, Кэтрин мысленно выругалась. Она чувствовала одновременно раздражение и уважение к нему, но не могла понять, почему так происходит. Ей казалось, что он знает о ней больше, чем она сама. Это одновременно пугало и интриговало вампиршу.

***

      Ребекка наконец решила поговорить со Стефаном после их долгого разрыва, который длился девяносто лет. Пробудившись ото сна, она встретила Дэнни и с радостью провела с ним время, словно стремясь наверстать упущенное. Они прекрасно провели время, учитывая, сколько одежды они купили за пару часов шопинга. Ребекка уже смогла простить Клауса, хотя и только в своих мыслях. Она не могла долго ненавидеть своего брата. Также ей помогло то, что он помог ей встретиться с Дэнни.       Оставался только Стефан, с которым у неё всё не было возможности поговорить наедине. Но когда её брат ушёл к Глории в попытке найти ответы на свои вопросы, а Дэнни решил прогуляться, Ребекка поняла: это её шанс наконец прояснить отношения со Стефаном.       Ребекка, следуя за Сальваторе на склад, увидела, как вампир-потрошитель пытается открыть гроб, в котором находился её старший брат Элайджа. — Ты вернулся. Наконец-то, — произнесла Ребекка и остановилась перед Сальваторе. Первородная вампирша слегка улыбнулась, глядя на него.       Стефан смутился и бросил короткий взгляд на гроб. Ребекка это заметила. — Ник ушел проведать ведьму. А Дэнни всё ещё не вернулся, — объяснила Ребекка, медленно приближаясь к Сальваторе, который чувствовал себя здесь неуютно. — Мрачно тут, не так ли? Семейный саркофаг.       — Почему ты не оживишь их? — поинтересовался Стефан, нервно переводя взгляд с гроба на Ребекку.       — Потому что он выследит меня и убьет, — с горькой ухмылкой на лице ответила Ребекка. — Он мстительный маленький ублюдок, мой братец.       — Но ты всё ещё заботишься о нём. Почему? — спросил Стефан, нахмурив брови.       — Ну, я слишком долго его ненавидела. Это было утомительно, — произнесла первородная, медленно обходя двойника-вампира и присаживаясь на гроб Элайджи. Стефан взглянул на неё и сел рядом.       — Меня давно интересовал один вопрос, — сказал Стефан, возбуждая любопытство Ребекки. — Почему обычный ведьмак, такой как Дэнни, так важен для первородной семьи?       Ребекка громко усмехнулась, услышав вопрос. Она понимала, что кто-нибудь обязательно задаст его рано или поздно.       — Это очень длинная и запутанная история, в которую сложно поверить, если не пережить это самому. Если говорить кратко, то Дэнни был одним из немногих людей в нашей жизни, кто заботился о нас и любил нас больше, чем кто-либо другой, — объяснила Ребекка. На её лице появилась лёгкая улыбка, когда она вспомнила, как счастлива была рядом с Алленом. Этот период был одним из лучших в её долгой тысячелетней жизни.       — Я понимаю, что это может показаться странным, но я скажу тебе честно, Стефан. Мне и моим братьям совершенно безразлично, что люди могут подумать о наших отношениях с Дэнни. Если кто-то попытается причинить ему вред, мы не задумываясь убьём их, — сказала Ребекка и посмотрела на Стефана холодным, пронизывающим взглядом, даже не пытаясь скрыть предупреждение в своих словах.              Ребекка понимала, что вопросы Стефана о Дэнни не праздное любопытство, и это её очень беспокоило.       Стефан сглотнул, уловив в словах первородной вампирши явную угрозу. Возможно, ему не стоило задавать вопрос о его отношениях с Дэнни так прямо, но из двух первородных вампиров именно Ребекка могла бы рассказать ему больше, чем вечно подозрительный Клаус, который после таких вопросов не сводил бы с него глаз, а в худшем случае просто убил бы за излишнюю любознательность.       Поняв, что он больше ничего не узнает о Дэниеле, Стефан решил спросить о другом. Он вспомнил, что обсуждал это с Кэтрин, которая спасла его от Глории. — Ты знаешь, когда я встретил вас двоих, вы оба от кого-то бежали.       — Это тоже утомительно, — ответила Ребекка, мгновенно напрягаясь, когда Стефан вспомнил о её биологическом отце — Майкле. Её взгляд стал жёстким, а плечи напряглись, словно она готовилась к нападению.       — От кого вы бежали? — спросил Стефан, заметив её реакцию.       — О чём ты? — Ребекка изобразила невинное непонимание, но Стефан видел, что она пытается уйти от этой темы.       — В последний вечер, что я видел тебя, вас искал какой-то человек. Вы оба выглядели испуганными. Я просто… не думал, что Клаус может кого-то бояться, — ответил Стефан, вспомнив лицо мужчины, который разыскивал двух первородных вампиров.       — Никто в этом мире не бесстрашен, Стефан. Даже Никлаус, — с измученной улыбкой ответила Ребекка, вспоминая Майкла. При одном только упоминании о нём она не могла скрыть страха. Особенно сильно этот страх ощущал Клаус, который больше всех пострадал от Майкла.       — Кто был этот мужчина? — спрашивал Стефан, пытаясь получить ответы на эти вопросы.       Ребекка пристально посмотрела в лицо Стефану, и её глаза сузились. Она поспешно встала с гроба, не желая продолжать этот разговор. Её интуиция подсказывала, что вопросы Стефана не случайны, и это раздражало и тревожило её. — Я не могу. Пожалуйста. Если Ник узнает, что мы об этом говорили, он…       — Нет-нет-нет, прости, — Сальваторе встал с гроба и произнёс, извиняясь. — Просто забудь, что я спрашивал. Ладно?       — Он рассказал мне о девушке, которую ты любил. Та, которая погибла, — Ребекка искусно скрыла раздражение, когда упомянула о двойнике Петровой. — А ещё он сказал, что ты с ним лишь потому, что он спас твоего брата.       На мгновение двойник заколебался, не зная, что ответить. Затем он взглянул в лицо первородной и произнёс: — Это правда.       — Я думаю, что он втайне восхищается этим в тебе. Он пожертвовал бы всем ради семьи, — на её лице появилась лёгкая улыбка, и она прошептала ему: — Только ему этого не говори.       — Твой секрет… В безопасности со мной, — пообещал ей Стефан. Сальваторе повернулся к Ребекке спиной, собираясь покинуть склад. Однако в следующий момент Ребекка резким движением схватила его за руку и притянула к себе. Их губы слились в страстном поцелуе. Стефан, следуя своей роли, начал целовать девушку, хотя и не испытывал к ней тех же чувств, что и в двадцатых годах.       На самом деле, Ребекка не целовала его, чтобы выразить свои чувства. Это был её проверенный веками способ узнать, лжёт ли мужчина, который ей нравится. Она внимательно следила за реакцией Сальваторе, пытаясь уловить малейшие признаки фальши в его действиях.       С некоторой досадой она отстранилась от губ Стефана и поняла, что он не был искренен в своих попытках выразить свои чувства. — Думаешь, ты когда-нибудь полюбишь кого-нибудь так, как любил ту девушку?       — Однажды, может быть, — ответил Стефан, избегая её пристального взгляда.       Ребекка улыбнулась и провела ладонью по гладкому лицу Стефана, словно пытаясь разгадать его тайны. Затем она холодно произнесла: — Я всегда могу сказать, когда ты лжешь, Стефан. — Сальваторе в изумлении взглянул на неё, пытаясь доказать свою правоту. Но Ребекке не нужны были его оправдания. — Не пытайся. Твой поцелуй уже выдал тебя.       В этот момент на склад вошёл Клаус, его лицо было серьёзным и озабоченным. Ребекка отметила, что её старший брат появился очень вовремя.       — Глория пропала. Она уехала. Ребекка, звони скорее Дэнни. Пусть он попробует отследить ожерелье, — сказал Клаус, быстро приближаясь к ним. Когда гибрид подошёл ближе, он заметил, что Стефан пристально смотрит на него, а Ребекка не отводит взгляда. Их серьёзность и напряжённость заинтриговали его. — Что происходит?       Стефан хотел ответить, но Ребекка не дала ему и слова сказать. — Что-то не так. Он расспрашивал о Дэнни и Майкле, — взгляд Клауса мгновенно стал холодным и жёстким. Он посмотрел на вампира-потрошителя с сильным гневом, который возник при упоминании этих двух имён в одном предложении. От этого пронизывающего взгляда Стефана невольно пробрала дрожь. — Он не с нами, Ник. Я это чувствую.       — Она ошибается, — попытался возразить Ребекке Стефан. Но Клаус продолжал пристально смотреть на него, и это заставляло Сальваторе нервничать. — Клаус…       Стефан не успел отреагировать, как Клаус оказался рядом и мгновенно свернул ему шею. Первородный гибрид равнодушно смотрел, как Стефан упал на пол без движения. Затем он перевёл взгляд на свою младшую сестру, которая наблюдала за происходящим со спокойствием. — Позвони Дэнни, Ребекка. Сейчас же, — тихо прорычал Клаус. Он схватил безжизненную руку Стефана и потащил его мёртвое тело по полу к выходу со склада.       Ребекка молча достала из кармана недавно купленный телефон и нашла в нём номер Дэнни. Нажав кнопку вызова, Майклсон стала терпеливо ждать ответа. К счастью, ей не пришлось разбираться, как работает современная техника, ведь она уже путешествовала во времени.       Наконец, после, казалось, бесконечного ожидания, музыка стихла, и она услышала голос Дэнни.       — Я знаю, знаю, — поспешил оправдаться Дэнни. — Я уже иду в сторону склада. Буду там минут через тридцать.       Ребекка слегка улыбнулась от услышанного. Но сейчас ей нужно было сосредоточиться на важной задаче.       — Советую поторопиться. У нас тут небольшая проблема, и сейчас ты нам нужен, как никогда скорее.       — Что случилось? — спросил Дэнни, желая узнать, что произошло за время его отсутствия.              Ребекка тяжело вздохнула и начала подробно рассказывать о том, что произошло. Дэнни внимательно слушал её, понимая, что двойник Сальваторе наконец-то раскрыл свою истинную сущность. Теперь ему оставалось только притвориться, что Елена смогла как-то выжить, а дальше Клаус сам поймёт, как создавать гибридов.