Симфония Равновесия: Хаос и Порядок

      Джеймс, насвистывая знакомую мелодию, медленно шёл домой после утомительного дня, проведённого за барной стойкой. Он работал один, потому что его коллега Мэтт Донован неожиданно получил приглашение на бал, организованный семьёй Майклсонов.       Семья Майклсонов недавно приехала в город, и Ребекка Майклсон лично пригласила Мэтта на бал в качестве своего партнёра. Джеймс был рад, что его коллега сможет посетить такой замечательный вечер в столь юном возрасте.       Однако у Джеймса были опасения относительно того, какие события могут произойти в доме, где живёт целая семья первородных вампиров. Он сразу понял, что в город прибыли первородные, услышав фамилию Майклсон.       В сверхъестественном мире ходили слухи о том, что в Мистик-Фоллс появился новый двойник Петровой, и это привлекло сюда Никлауса Майклсона, который хотел снять своё гибридное проклятье после тысячи лет жизни. До этого в городе также находился Элайджа Майклсон.       Когда слухи о двойнике подтвердились, Джеймс решил приехать в город, чтобы убедиться в этом лично. Но было уже поздно: Гибрид снял своё проклятие, убив двойника, и вскоре покинул Мистик Фоллс. Доходили слухи, что с ним были вампир-потрошитель и ведьма, но это его мало интересовало.       Поняв, что ему больше незачем ехать в город, Джеймс вернулся обратно в Новый Орлеан, который на сегодняшний день просто кишит кровососами.       Спустя некоторое время до него дошли слухи, что Клаус вернулся в Мистик Фоллс. Джеймс решил вернуться туда, чтобы узнать, что собирается делать гибрид, потому что, по слухам, у первородного не получилось создать гибридов, и это его очень разозлило. Однако было неясно, зачем Клаусу возвращаться в город, который он покинул?       Джеймс получил ответ на свой вопрос, когда встретил в местном баре города живого двойника Петровой и вампира-двойника Сальваторе. Каким-то неизвестным образом девушка сумела спастись от смерти и продолжила жить. Однако парень, по всей видимости, не сумел, и, умерев с кровью вампира в организме, сам стал вампиром, потеряв свою мистическую силу.       Откуда Джеймсу известно о двойниках и первородных? Возможно, кто-то спросит его. Ответ прост: Джеймс гораздо старше, чем кто-либо из них. Он — существо, о котором известно лишь в древних легендах прошлого и сегодняшних сказках. Он — мифологическая птица, способная возрождаться из пепла, что является истинным символом бессмертия.       Феникс.       Джеймс — одно из самых древних существ на земле, по крайней мере, он так считает. В этом году ему исполнилось 1613 лет, и это довольно значительная цифра. Несмотря на свой почтенный возраст, он выглядит всего лишь на двадцать четыре года, что по-прежнему остаётся для него загадкой.       Джеймс даже не заметил, как в его жизни произошло то, что изменило её навсегда.       В самом начале своего пути он родился в 397 году в семье деревенских фермеров. Он рос счастливым и беззаботным, учился охотиться на животных и вести хозяйство, попутно обучая этому своего младшего брата. Всё было замечательно, и спустя несколько лет он стал взрослым юношей, который вскоре должен был создать свою собственную семью и продолжить свой род.       В его деревне жила одна очень красивая девушка, которая ему очень нравилась. И, кажется, это было взаимно, по крайней мере, он тогда в это верил. Джеймс старался ухаживать за ней, дарил цветы и всё то, что обычно делают обычные парни, чтобы понравиться девушке. Но он был слишком слеп, чтобы заметить, что у девушки уже есть любящий мужчина. Узнав об этом, его сердце разбилось.       После этого Джеймс перестал верить в любовь, начал вести одиночный образ жизни, заботясь только о своих родителях и брате. Но затем, в возрасте двадцати четырёх лет, когда наступил 421 год, он понял, что с ним произошло нечто необъяснимое. Среди ведьм его деревни ходили слухи о рождении монстра, который одним своим существованием нарушал все законы природы. Джеймс не особо интересовался этим, но, возможно, ему всё же стоило это сделать.       Сначала всё было как обычно, но потом Джеймс начал замечать за собой странные вещи. Он стал чувствовать свои эмоции сильнее, чем раньше. Вещи словно подплывали к нему в тот момент, когда он в них нуждался. И самое странное было в том, что он мог начать слышать мысли своих соседей. Это было пугающе, и он не мог найти этому нормальный ответ.       Затем всё стало по-настоящему ужасно, когда он понял, что просто не стареет. Его лицо было идеально, и на нём не было даже намёка на морщинку. Его регенерация усилилась до необъяснимых пределов, и все шрамы, которые он имел на своём теле, зажили за минуту, словно их никогда и не было. Ради эксперимента Джеймс сделал на своей руке царапину и с ужасом наблюдал, как рана заживала у него на глазах.       В страхе за свою жизнь Джеймс без каких-либо прощаний со своей семьёй сбежал из деревни, чувствуя на себе недоверчивые взгляды ведьм. Несколько лет он провёл, бродя по миру, желая узнать, кто он такой. Для этого ему пришлось медленно учиться контролировать свои новообретённые способности к пирокинезу и исцелению ран.       И что самое прекрасное, так это полёт. Две версии. Используя телекинез и огненные крылья.       Когда он впервые пробудил свои крылья, тогда-то Джеймс и понял, кем он является. Феникс. Но, получив ответ на свой вопрос, возникли и другие. Почему и как Джеймс стал фениксом? С чем это было связано? И какова его конечная цель этого подаренного или, скорее, проклятого вечного существования от порядка?       Джеймс вздохнул, погружённый в свои мысли, и поднял голову, внимательно глядя на дорогу. Его внимание привлёк мужчина в дорогом смокинге, который шёл в сторону жилого дома, накинув на себя чёрное пальто. Мужчина двигался агрессивно, и Джеймс почувствовал что-то неладное.       Он сделал несколько шагов в сторону, чтобы увидеть, что собирается делать этот странный человек. Но мужчина не обратил на него внимания, и Джеймс решил последовать за ним.       Финн получил сообщение от своей матери о том, что яд подействовал на трибрида. Он без промедления отправился на место, где находился Дэниел. Мать предупредила его о сильных защитных чарах, наложенных на дом, но благодаря тому, что душа Дэниела находилась на другой стороне, все заклинания были отменены.       Подойдя к дому, Финн взялся за дверную ручку и резко потянул её на себя. Дверь слетела с петель, и Майклсон увидел на полу лежащего без сознания Дэниела. Цвет его кожи был похож на состояние вампиров, которых закалывают или высушивают.       Фыркнув от увиденного, Финн медленно вошёл в дом. Оказавшись возле тела Дэниела, он небрежно схватил его и перекинул через плечо, намереваясь покинуть дом. Обернувшись, Майклсон сделал несколько шагов к двери, как перед ним неожиданно возник незнакомый парень.              — Знаешь, это может быть всё что угодно, но я более чем уверен, что это незаконное проникновение на чужую территорию и похищение человека. — произнёс Джеймс, преграждая мужчине путь к отступлению. Он бросил взгляд на человека, которого держал на плече, и сразу узнал его. — Дэнни… — прошептал Джеймс, не ожидая увидеть парня из своих мыслей так скоро. И уж точно не в такой ситуации.       — Мы в полном порядке. Иди продолжать заниматься своими делами, человек. — оскалился Финн, почувствовав раздражение от того, что ему посмели помешать. Он сделал шаг вперёд, чтобы напугать парня, но Джеймс не двинулся с места, а лишь посмотрел на него холодным взглядом.       — Отпусти его сейчас же, вампир. — прорычал Эванс, чувствуя энергетическую ауру Майклсона, которая выдавала его сущность. Этому трюку он научился тысячу лет назад. От Дэнни исходило нечто похожее, но сейчас у Джеймса не было времени размышлять об этом.       Финн усмехнулся, забавляясь храбростью незнакомца, который стоял перед ним. — Или что же ты сделаешь? Человек против первородного вампира? — спросил Майклсон, демонстрируя своё вампирское лицо.       — Например, это. — усмехнулся Джеймс, забавляясь попыткой вампира напугать его. На секунду его глаза засветились золотым светом и моргнув, он одним лишь усилием мысли свернул Финну шею и вампир безжизненно упал на пол. Не теряя ни секунды, Джеймс одним взмахом ладони притянул к себе безжизненное тело Дэниела. Когда он почувствовал в своих руках трибрида, то крепко сжал его. — Я держу тебя, милашка. Ты в безопасности.       Проведя ладонью по лицу Дэнни, он убрал волосы и почувствовал, насколько холодным было тело Аллена. Кожа трибрида была ужасающе бледной, словно безжизненно-белой, а на лице виднелись чёрные вены. Ему не нужно было долго размышлять, чтобы понять, что это значит: его недавний друг — вампир.       Приложив ухо к груди Дэнни, Джеймс услышал, что его сердце почти не бьётся, а с губ слетают очень тихие вздохи.       Осмотревшись по сторонам и убедившись, что поблизости никого нет, Джеймс медленно отпустил тело парня, удерживая его в воздухе с помощью телекинеза. Затем он расстегнул кожаную куртку и остался только в футболке, что было не страшно, потому что он не чувствует холода. Джеймс накинул куртку на Дэнни, плотно укутывая его в свою вещь в слабой попытке согреть.       — Не думай, что тебе удастся избежать ответов на вопросы, Дэнни. — прошептал Джеймс, глядя на умиротворённое лицо трибрида, на котором, казалось, появилась улыбка.       Улыбнувшись, Феникс крепко обнял парня и, оглядевшись по сторонам, убедился, что никого нет, после чего направился к своему дому, оставив первородного вампира лежать на пороге дома Дэнни.

***

      Элайджа задумчиво расхаживал по комнате, пока его младшие братья были заняты своими делами. Он внимательно осматривал помещение, в котором его мать провела почти весь вечер вместо того, чтобы присутствовать на балу. Это показалось ему очень подозрительным.       Особенно подозрительным стало то, что Элайджа узнал о желании его матери провести аудиенцию наедине с Еленой Гилберт. Все эти события вызывали у него сомнения, особенно когда двойник Петровой, казалось, сильно нервничала, отвечая на его вопросы о намерениях Эстер.       Спросить старшего брата Финна о матери было совершенно бесполезно. Финн не стал бы ему ничего рассказывать, не желая раскрывать секреты их матери, что только усиливало подозрения Элайджи. Он не видел Финна со вчерашнего вечера, после того как ему пришлось выслушать возмущение Эстер и провести небольшую поучительную беседу с Колом, так как Ребекки уже не было дома.       Проведя рукой по столу, Элайджа заметил полынь, лежащую в пепельнице. Взяв растение в руки, он увидел, что полынь была использована, так как её концы были подожжены. Это только усилило подозрения Элайджи. Пусть он не так хорошо разбирается в магии, как Кол, но ему известно, что полынь используется для заклинаний секретности, не позволяющих другим существам слышать разговоры. Но зачем матери понадобилось поджигать полынь во время разговора с Еленой?              — Так, так, так… А вот и наша девочка! — произнёс младший брат Элайджи, Кол, и это вывело его из задумчивости.       Подняв голову, Элайджа увидел, как в комнату входит их младшая сестра. Она недовольно смотрела на Кола и держала в правой руке свой небольшой клатч.       — Уйди с дороги, Кол. — потребовала Ребекка, пытаясь обойти старшего брата. Но тот продолжал стоять на пути.       — Не ночевала дома, какой скандал. Надеюсь, это не тот простолюдин… Мэтт, кажется?       — Если не закроешь свой рот, вместо слов, из него полетят зубы. — процедила Ребекка сквозь зубы, но Кол лишь усмехнулся в ответ на угрозу сестры. Клаус улыбался, наблюдая за перепалкой между родственниками, и параллельно рисовал новую картину. Ребекка заметила улыбку на лице брата. — Даже не начинай, Ник. — предупредила Ребекка и оттолкнула от себя Кола. Затем она направилась к Никлаусу.       — Я ничего не говорил. — ухмыльнулся Клаус, увидев, как его младшая сестра склонилась над ним.       — Мне скучно. — недовольно простонал Кол, плюхнувшись в кресло напротив Клауса. — Наша сестра — шлюха… — Ребекка недовольно посмотрела на него в ответ на его комментарий. — Но она хотя бы веселится. Мне надо развлечься.       — Что же ты ждешь? Иди, развлекайся. — Никлаус пожал плечами и вернулся к своему рисунку.       — Одному не интересно. Пойдем со мной, Ник. — пытается уговорить своего брата, самый младший из мужчин Майклсонов, сидя прямо напротив первородного гибрида. Заметив, что на лице Ника не отразилось ни одной эмоции, Кол решил использовать свой главный аргумент. — Ты вонзил мне кол в сердце. За тобой должок. — с лёгкой обидой в голосе сказал Кол.       Клаус на мгновение задумался и, посмотрев на своего брата, усмехнулся. — Хорошо. Почему нет? Я вчера слишком мало выпил. Потому что ты вчера чуть не убил кавалера Ребекки.       Отложив альбом для рисования и карандаш в сторону, Клаус встал с дивана и направился к двери. Кол, улыбаясь, последовал за ним.       — Да, уходите! В этом доме слишком много мужчин. — недовольно прокричала Ребекка, услышав слова брата. Кол обернулся и с озорной ухмылкой посмотрел на неё.       — Как и у тебя, Бекка! — усмехнулся Кол, указав в сторону первородной.       — Удачно повеселиться! — Ребекка бросила в брата левую туфлю, зная, что он легко увернётся. Так и случилось. Вздохнув, она хотела пойти в свою комнату, но тут перед ней появился Элайджа с чем-то в руке. — И ты туда же, Элайджа…       — Я волнуюсь за маму. Ты не заметила странностей в ее поведении? — спросил Элайджа, приблизившись к своей сестре.       — Она была мертва тысячу лет. Ничего удивительного. — невозмутимо ответила Ребекка, недоумевая, почему её брат так обеспокоен.       Элайджа протянул ей растение, которое держал в руке.       — Горелая полынь. Заклинание секретности. — пояснил Элайджа, а Ребекка, внимательно рассмотрев полынь, выхватила её у него из рук.              — Ты же знаешь, ей такое нравится. Спроси Финна. Он ходит за ней по пятам. — пожала плечами Ребекка, а Элайджа только нахмурился.       — Я не могу доверять Финну. Он ненавидит нас. — ответил Майклсон, и Ребекка лишь устало вздохнула.       — И ты должен понимать, что у него есть на то очень веские причины. Из нас всех он лежал в гробу больше, чем кто-либо, Элайджа. Никто из нас ни разу не вытаскивал из него клинок, оставив его в гробу на 900 лет. Если он ненавидит нас, то он имеет полное право. — сказала Ребекка, чувствуя вину перед братом за свои слова.       В этот момент она осознала, что даже не попросила прощения у Финна за то, что произошло.       Элайджа закрыл глаза, понимая, что его сестра абсолютно права. Они не сделали ничего, чтобы выразить своё раскаяние за то, как поступили с Финном. И то, что их старший брат их ненавидит, вполне оправданно. Тяжело вздохнув, Элайджа посмотрел сестре в глаза.       — Я не видел Финна со вчерашнего вечера, после разговора с мамой.       — Что значит, ты его не видел, Элайджа? — возмутилась Ребекка.       Она хотела выразить своё возмущение словами, и уже готова была это сделать, как вдруг почувствовала ужасную боль в районе шеи. Боль становилась всё сильнее с каждой секундой. Её тело резко ослабело, ноги подкосились, и она упала на колени, тяжело дыша. — Элайджа…       — Что случилось? — обеспокоенно спросил Элайджа, стараясь понять, что случилось с его сестрой.       — Это… так, черт возьми, больно. У меня словно крадут все силы… — прошептала Ребекка и, бросив взгляд на свою шею, попыталась понять, почему ей стало так нехорошо. Она распахнула глаза и увидела, что колье, подаренное ей Дэнни, стало абсолютно чёрным, хотя раньше оно всегда было алого цвета. На её ключицах появились красные линии, которые тянулись к чёрному колье, словно заряжая его.       Элайджа, не задумываясь, схватил колье и, сорвав его с шеи сестры, отшвырнул в сторону.       Ребекка с облегчением вздохнула, когда ужасное ощущение в шее исчезло. Странные линии на ключице пропали в тот момент, когда колье не оказалось на её шее. Приняв помощь своего старшего брата, Ребекка поднялась на ноги и подошла к тому месту, куда Элайджа бросил колье. — Что за черт?.. — прошептала Ребекка, заметив, что колье снова стало алым.       Даже не будучи ведьмой, она чувствовала мощную тёмную магию, исходящую от этого украшения.       — Ребекка, ты имеешь хоть какое-то представление, что это значит? — обеспокоенно спросил Элиджа, стоя рядом со своей сестрой. Она не отрывала взгляда от колье.       Услышав голос брата, Ребекка вздрогнула и посмотрела на Элайджу встревоженным взглядом, который не предвещал ничего хорошего.       — Когда Дэнни подарил мне это колье, он рассказал, что когда-то оно принадлежало его матери. Колье было очень тёплым и нагревалось каждый раз, когда рядом оказывался Дэнни. Со временем я поняла, что это колье особенное, и каким-то образом связано с Дэнни. — Ребекка покачала головой, заметив беспокойство в глазах брата. — Элайджа, в этом ожерелье есть частичка магии хаоса. Оно реагирует только на Алых Ведьм, чья сила связана с ним. И сейчас связь с ведьмой прервалась.       — Что ты имеешь виду? — спросил Майклсон, догадавшись, к чему ведёт Ребекка.       — Магия в колье иссякла, и ему нужна была подзарядка. Но поскольку колье не могло получить энергию извне, оно взяло её у меня… — прошептала Ребекка. На её глазах выступили слёзы. — Элайджа, с Дэнни случилась беда…       — Пожалуйста, успокойся, Ребекка. — произнёс Элайджа успокаивающе, пытаясь ладонью вытереть слёзы с лица своей младшей сестры и не показывая, как сильно в этот момент сжалось его сердце от страха. — Сейчас тебе нужно успокоиться и привести себя в порядок, а потом мы всё обсудим.

***

      Дэнни шёл по незнакомой дороге, в глубине души надеясь найти что-то в этом пугающем месте.       Он не знал, сколько времени прошло с тех пор, как он отправился в путь, и куда ведут его ноги. Может быть, прошёл час, два или даже целый день, но он продолжал идти и надеялся на лучшее. В этом месте время словно остановилось, и Дэнни чувствовал, как колотится его собственное почти остановившееся сердце.       Проснувшись на Другой стороне после того, как его отравили, Дэнни не знал, как действовать в этой ситуации. Особенно трудно было осознать, что он не может колдовать — ни одно из его заклинаний не действовало в этом месте. Это сильно ослабило его, сделав временно похожим на Клауса.       Дэнни должен был быть очень осторожным, потому что он даже не знал, кто может ждать его на Другой стороне. Эстер, вероятно, не отправила его сюда только для того, чтобы он осмотрел место, где она прожила тысячу лет. В этом чистилище для сверхъестественных существ обитают сотни или даже тысячи существ, которые хотят разорвать его на части после всего, что он сделал в своей жизни.       Большинство из этих существ — ведьмы, которые веками желали ему смерти. Удивительно, но спустя столько времени они всё-таки смогли добиться своего. Хотя технически Дэнни ещё не мёртв. Он может чувствовать невидимую связь со своим физическим телом, которая требует, чтобы душа вернулась обратно. И он бы с радостью вернулся обратно в мир живых, но есть проблема: он не представляет, где находится его тело, а магией воспользоваться не может.       Всё, что ему оставалось, — это продолжать свой путь, надеясь лишь на то, что он сможет выбраться отсюда раньше, чем Эстер сделает то, о чём предупреждала его мама.       Он не мог поверить, насколько неразумным было решение братьев Сальваторе и двойника Петровой помочь этой ведьме убить первородную семью. Они даже не понимают, что, убив всех Майклсонов, они уничтожат весь вид вампиров, включая себя.       Поэтому ему нужно было как можно скорее найти способ выбраться отсюда, чтобы предотвратить вымирание десятков тысяч существ по всему миру. Но проблема заключалась в том, что он, чёрт возьми, не мог выбраться отсюда! Духи природы пытались удержать его в этом месте, что мешало ему найти своё физическое тело с помощью невидимой связи. Но Дэнни всё ещё не мог понять, почему он не мог использовать магию в этом месте.       Остановившись на опушке леса, Дэнни прислонился к ближайшему дереву, чтобы немного отдохнуть после долгой ходьбы. Прикрыв глаза, он попытался прислушаться к звукам вокруг, но услышал лишь тишину, которая вызвала дрожь по спине.       Теперь он мог понять всех призраков, которые хотели выбраться из этого ужасного места. Здесь совершенно нездорово.       Внезапно вокруг него резко подул сильный ветер. Это заставило трибрида открыть глаза, чтобы понять, что происходит. Ветер стал намного сильнее, и в следующий момент Дэнни почувствовал, как его тело насильно прижало к дереву, приподняв над землёй. Из-за сильной нехватки воздуха Дэнни на мгновение закрыл глаза, а когда открыл их, увидел, что из других деревьев вышли около десятка разных женщин и мужчин. Они смотрели на него либо с ненавистью.       — Фрида… — прохрипел Дэнни, увидев в толпе знакомую ведьму, которая находилась в самом центре.       — С момента нашей последней встречи прошло много времени. Ты совсем не изменился, Дэниел. — усмехнулась женщина, наслаждаясь моментом и осознанием того, насколько беспомощным стало существо, которое когда-то уничтожило её и всех её друзей около тысячи лет назад.       Несмотря на боль, охватившую всё его тело, Дэнни ухмыльнулся. Он повернул голову и увидел несколько знакомых лиц, которых он так презирал. — Адела, Джерард. Как прекрасно увидеть ваши столь оригинальные лица спустя такое долгое время. — ухмыльнулся трибрид, заметив, как в глазах двойников вспыхнула ненависть.       Пытаясь задеть за живое, Дэнни продолжил разговор. — Как поживает ваш малыш? Ох, точно, его же нет с вами. Я сделал ему одолжение, избавив от участи быть с вами в мире мертвых.       Двойник Петровой решительно направилась к нему, сжимая кулаки. Двойник Сальваторе, стоя позади неё, смотрел на Дэнни с неприкрытым презрением. — Как ты смеешь говорить что-то подобное, чертов монстр! Ты убил нашего с Джерардом ребенка, когда он даже родиться не успел! Что он тебе сделал?!              Дэнни почувствовал, как его глаза наполнились золотым светом, что указывало на его сущность оборотня и на гнев, вызванный словами двойника, которая попыталась представить себя жертвой.       — Ого, пытаешься выставить себя белой и пушистой, Адела? Интересно, ты спрашивала себя что-то похожее, когда помогала убить моих родителей, двойник? — прошипел Дэнни. Он чувствовал, как его клыки жаждут вонзиться в шею Аделы и разорвать её на части, как это уже было однажды. — Они не сделали тебе ничего плохого, как и я. Но ты все равно сделала это вместе со своим мужем. Ваш ребенок стал вынужденной жертвой. Если бы он успел родиться до этого момента, я бы его не тронул.       Адела отступила на шаг, поджав губы, и ощутила тот же страх, что и тогда, много лет назад, за мгновения до своей трагической гибели от рук трибрида.       — Довольно болтать, Адела. У нас есть более важные дела. — устало произнесла Фрида, стремясь восстановить природный баланс и избавиться от монстра, стоявшего перед ней. Она обернулась и сжала руку, из-за чего Дэнни начал задыхаться от нехватки кислорода. — Мы все долго ждали этого момента, Дэниел. Настало время положить конец твоему существованию, чтобы восстановить природный баланс, который был нарушен твоими родителями, создавшими тебя как трибрида.              — Ну же, Фрида, чего ты ждёшь? Сделай то, о чём ты и твои друзья так давно мечтали — убей Трибрида. — простонал Дэнни. Он не хотел показывать свою боль перед теми, кто желал ему смерти.       — Ты не представляешь, с какой радостью я это сделаю. — ухмыльнулась Фрида и достала из-за спины светлый камень, на котором были выгравированы светящиеся золотые руны. — Знаешь, что это? Это камень, света, пропитанный магией порядка, который дарует темным существам судьбу хуже смерти. Мы украли это у мудрецов порядка. Оставить тебя на Другой Стороне слишком опасно, так как ты можешь вернуться, поэтому я лучше просто разорву твою душу, чтобы ты не смог обрести покой даже после смерти.       Трибрид был в замешательстве от услышанного. Послышалось знакомое название Мудрецов Порядка, но он понятия не имел, кто это. Он попытался снова использовать магию, но как и в прошлый раз ничего не вышло, что отразилось на его лице. Фрида тем временем могла наблюдать, как лицо трибрида побледнело, когда он осознал своё беспомощное положение.       — Что-ж, самое время начинать. Приступим же. — крепко сжимая камень обеими руками, Фрида начала читать древнее заклинание, которое должно было уничтожить душу. Дэнни закричал от нестерпимой боли, почувствовав, как на его лбу начали появляться кровавые руны, повторяющие руны на камне.       Закрыв глаза, он ожидал своей кончины, понимая, что, как только руна будет завершена, это будет означать его гибель, из которой уже не будет спасения.       — Conversus ad pulverem.       Когда Дэнни услышал знакомый женский голос, он открыл глаза в недоумении. С удивлением он увидел, как тело Фриды внезапно покрылось красными линиями, а затем рассыпалось в пыль, которую унесло ветром. Все, кто находился рядом с Фридой, застыли в ужасе, не в силах понять, что произошло.       Затем послышалось громкое волчье рычание. Один из людей закричал от ужаса, когда в его тело вцепился волк и начал разрывать его на части.       Неизвестные ему ведьма и оборотень действовали слаженно, как единая команда. Через две минуты все, кто желал увидеть смерть Дэнни, были уничтожены. Как только последняя ведьма из толпы пала, магия, удерживающая Дэнни на дереве, исчезла. Его тело с грохотом рухнуло на твёрдую землю.       Дэнни услышал, как ломаются кости, а затем кто-то побежал к нему. В этот момент он почувствовал невероятную слабость во всём теле. Ему нужно было как можно скорее восстановить свою магию, чтобы избежать повторения этой ситуации.       Закрыв глаза, Дэнни начал погружаться в мир сновидений. Он знал, что короткий сон поможет ему восстановить силы и не обращать внимания на шум вокруг.              — Дэнни! Мой маленький волчонок! Не закрывай глаза! Оставайся рядом с нами! Мы поможем тебе! — кричал ему в ухо мужчина. Дэнни хотелось закрыть уши, чтобы ничего не слышать. Он вздохнул и хотел вернуться к тому, чтобы заснуть, но вдруг его мозг вспомнил, как мужчина назвал его. «Мой маленький волчонок».       Так его называл только один человек в его жизни.       Дэнни открыл глаза и сел, хотя всё его тело просило его остаться в лежачем положении и как следует выспаться. Повернув голову и посмотрев на мужчину, он потерял все слова, которые хотел сказать. Черноволосый мужчина по имени Андреас ласково улыбнулся, когда увидел, что его сын наконец понял, кто перед ним.       Калиса, которая стояла позади них, с облегчением вздохнула, увидев, что Дэнни смог справиться с попыткой камня жизни взять над ним верх.       — Папа? Мама?

***

      Чёрный блестящий внедорожник с тонированными стёклами остановился в глубине леса, прямо у развилки дороги. Элайджа открыл дверь и вышел из машины, с интересом оглядываясь по сторонам. Это место почти не изменилось с тех пор, как он был здесь в детстве.       Елена Гилберт, которую он пригласил на прогулку, вышла из машины следом за ним. Она не понимала, зачем Первородный привёз их сюда, в этот лес.       — Я соскучился по этому месту. — произнёс Элайджа, вдыхая свежий лесной воздух.       — Боюсь представить, что здесь было тысячу лет назад. — сказала Елена, пряча руки в карманы пальто, потому что на улице было очень холодно. Ей стоило взять тёплые перчатки, прежде чем соглашаться составить Элайдже компанию. Елена доверчиво шла рядом с Элайджей почти вплотную к его плечу, рассматривая знакомую Элайдже лесную местность.       — Ваша школа построена на месте деревни индейцев, где я впервые увидел оборотня. На городской площади местные собирались на богослужения. Кстати, рядом было поле, где паслись дикие лошади. — рассказал Элайджа, показывая рукой на те места, о которых он говорил.       Порой трудно представить, что они со своей семьёй живут на этой планете уже более тысячи лет. Елена не могла сдержать восхищения, представляя всё это в своей голове после подробного описания Элайджи.       — Пойдём. — поторопил двойника первородный, приближаясь к очень старым камням.       — Ты знаешь это место? — спросила ничего не подозревавшая Елена, наблюдая, как Элайджа задумчиво положил ладонь на огромный камень.       — Знаю. — ответил Майклсон, по-прежнему стоя спиной к двойнику. — Под нами пещера, в которой я играл в детстве. Целая система туннелей, которая тянется на целые километры. Мне кажется, она предназначена защищать нас от хищников полной луны. — поделился своими давними предположениями Элайджа, припоминая историю этой пещеры, которую ему рассказали их соседи-оборотни. — Мама говорила, что всегда должен быть баланс. — Элайджа перешёл к главному в разговоре, услышав, как участилось сердцебиение Елены, и это не ускользнуло от его вампирского слуха.       — Элайджа, мне наверное надо домой. — тихо пробормотала двойник, желая вернуться в безопасное место. Она понимала, что только что попала в ловушку Элайджи, согласившись поговорить с ним.       — Я восхищаюсь тобой, Елена. — начал свою подготовленную речь Майклсон, внимательно вглядываясь в лицо, что носило невиданное ему количество женщин. — Ты напоминаешь мне о качествах, которые я ценил до превращения. Ты не умеешь лгать, но, когда я спросил тебя о разговоре с матерью, ты врала мне в лицо. — говорил первородный, не скрывая досады в голосе. Он наблюдал за тем, как эмоции отражаются на лице двойника.       — Это не так… — попыталась оправдаться Елена, понимая, что ей не удалось скрыть правду от Элайджи. — Я сказала, что твоя мама хочет начать все с начала…       — Я слышу твое сердце. — перебил её Элайджа, устав от всей этой лжи, которой он сегодня наслушался. — Когда ты врешь, оно ускоряется. Ты врала мне на балу и врешь сейчас. Скажи мне правду. — потребовал первородный, приближаясь к Елене.              — Я этого не хотела… — прошептала Гилберт, не зная, чего ожидать от благородного вампира. Она не хотела так поступать с Элайджей. Её главной целью был Клаус, и не более того.       — Чего, Елена? — строго спросил Элайджа, пристально глядя на девушку.       — Нам сказали, что тот, кто окажется в гробу, убьет Клауса. Когда мы узнали, что это твоя мать… Мы не знали, что думать. — объяснила Елена, желая, чтобы Элайджа понял, почему она так поступила.       — Она говорила, что хочет воссоединить семью…       — Когда она пригласила меня, я подумала, вдруг она может помочь, найдет способ убить Клауса. Но она хочет убить не только Клауса.       — Она хочет убить нас всех. Исправить причиненное зло. — догадался Элайджа с мрачным видом.       Было больно осознавать, что его опасения подтвердились и что их родная мать не просто хотела воссоединить семью. Теперь их семья оказалась в опасности из-за собственного родителя.       Окинув взглядом двойника, Элайджа посмотрел ей в глаза, пытаясь увидеть в них правду. — Что она намерена делать с Дэниелем? Ведь он не был вампиром, рожденным от ее руки.       — Она была очень многословна по поводу него. Я никогда не слышала столько ненависти по отношению к другому человеку. Она назвала Дэнни самым опасным из вас всех. Сказала, что его ведьмовские предки являются врагами природы и что ее долг как слуги природы — это уничтожить трибрида. — прошептала Елена, видя, как суровеют глаза Элайджи от её слов.       — Что она сделала с ним? — прошипел Элайджа, с трудом сдерживая себя, чтобы не разорвать двойника на части из-за того, что она так долго не отвечает.       — Эстер сказала, что она не в силах убить его, но духи на Другой стороне помогли ей найти решение. Она сотворила заклинание, которое отправило душу Дэнни на Другую сторону, после того как он выпил то шампанское, где с ним покончат духи природы, уничтожив его. — произнесла Елена, пересказывая то, что ей поведала Эстер в ту ночь.       Её начало мучить чувство вины, когда она осознала, что помогла в убийстве человека, который дважды спасал жизни ей и её близким. — Элайджа, мне так жаль. Я бы очень хотела тебе помочь.       — Знаешь, чему я научился за свою жизнь? — риторически спросил Элайджа, не глядя в лицо двойника. — Будь осторожен со своими желаниями. — ответил Элайджа сам себе с невозмутимым видом.       Затем Элайджа резко ударил ногой по земле, на которой они стояли. Земля провалилась, и образовалась глубокая яма. Елена не успела ничего сделать, как Элайджа схватил её за талию и потянул за собой в эту чёрную бездну.

***

      — Куда мы идем? — поинтересовался Дэнни, следуя за своими родителями, которые направлялись в неизвестном ему направлении.       По мере того как они приближались к таинственному месту, Дэнни всё сильнее ощущал мощную магическую энергию. Она была очень похожа на его собственную и энергию его матери.       Это пробудило в нём интерес и надежду на то, что эта энергия поможет ему восстановить свои ведьмовские способности, которые в данный момент были заблокированы.       — В безопасное место. Туда, где духи природы не смогут тебя достать. — ответил Андреас, не сбавляя шага. Он шёл рядом со своей женой, плечом к плечу.       После того как они спасли своего сына от смертельной опасности, исходящей от проклятого камня и мёртвых ведьм, они не стали медлить ни секунды. У них было совсем мало времени до того, как атака повторится. Они сразу же направились к безопасному месту, ведя за собой Дэнни, который пытался добиться от них ответов.       — Как вы вообще узнали, что я оказался на Другой стороне? Или что, эта новость настолько поразительная, что уже разлетелась по всему этому месту? — поинтересовался Дэнни, нахмурившись и посмотрев на родителей. Он хотел, чтобы они рассказали ему, откуда узнали эту информацию, а не молчали.       — Это почти так. Новости о том, что «неубиваемый» первородный трибрид удивительным образом оказался на другой стороне, были настолько удивительными, что я была поражена, почему в тот момент тебя пыталось убить так мало людей. Честно говоря, я ожидала увидеть не менее сотни человек. — сказала Калиса, обернувшись к своему сыну. На её лице играла ухмылка, и Дэнни это заметил. — Но я бы все равно убила их всех, чтобы спасти тебя.       — И я тоже это сделал бы, Дэнни. — сказал Андреас, бросив хитрый взгляд в сторону своей семьи.       — Но это не отменяет вопроса о том, как вы смогли так быстро найти меня здесь? — спросил Дэнни, подходя к родителям. Он заметил, что они замедлили шаг. Парень почувствовал, как его интуиция подсказывает ему, что они приближаются к источнику мощной магической энергии. От этого ощущения магия, казалось, покалывала кончики его пальцев, желая вырваться на свободу.              Андреас и Калиса не ответили и продолжили идти. Но вскоре Калиса остановилась и, обернувшись к сыну, посмотрела на него. Её алые глаза сверкали, и это немного удивило Дэнни. Хотя он и знал, что другие Алые Ведьмы тоже могут использовать магию хаоса, он не ожидал увидеть это своими глазами. Видимо, алые глаза — отличительная черта Алых Ведьм. — Ты чувствуешь это, Дэнни? Это сила, которая зовет тебя к себе? Сила, которая хочет, чтобы ты присоединился к ней?       — Калиса, любовь моя. Пожалуйста, прекрати эти свои ведьмовские загадки, и скажу уже нашему сыну прямо, что он чувствует. Из нас троих тут не все являются ведьмами, если ты не забыла. — Андреас устало вздохнул, не оценив попыток своей жены заинтриговать их сына. Трибрид переводил взгляд с отца на Калису, пытаясь понять, что происходит.       — Ладно, ладно. Каким ты порой можешь быть скучным, Андреас. — Калиса обиженно поджала губы, взглянув на своего мужа. Она неловко кашлянула и перевела серьёзный взгляд на сына, почувствовав, что он заинтересован в происходящем.       — Теперь серьезно, дорогой. Я уверена, что ты можешь чувствовать огромную магическую силу, которая становится все сильнее, когда мы приближаемся к ней. Не так ли? — Дэнни неуверенно кивнул. Он понимал, что его мама, возможно, догадывалась о том, что с ним происходит. На лице Калисы появилась улыбка. Она знала, через что сейчас проходит Дэнни, потому что сама когда-то была в подобной ситуации. Это было так давно… — Это магия хаоса, дорогой. Она зовет тебя как своего последнего носителя, чтобы ты мог воссоединиться с другими ведьмами, владеющими магией хаоса.       — Магия хаоса… Зовет меня? Что ты имеешь ввиду? — спросил трибрид, не понимая, что имеет в виду его мать.       Калиса усмехнулась и, повернувшись, сделала несколько шагов вперёд, словно что-то проверяя. Дэнни сжал губы, чувствуя себя обиженным из-за того, что его так явно проигнорировали. Андреас устало вздохнул и скрестил руки на груди, ожидая, когда его жена закончит со своей привычной драматичностью, которая появилась у неё за годы, проведённые на Другой Стороне.       Полторы тысячи лет, проведённые в этом месте, немного изменили их характеры, что даже немного грустно.       Не обращая внимания на реакцию своего мужа, Калиса медленно провела рукой по воздуху, чувствуя невидимую преграду. Усмехнувшись осторожности их семейки, она сосредоточилась и провела ладонью по невидимой стене, которая светилась магической энергией алого цвета.       Стена, казалось, почувствовала энергию Калисы и начала светиться, что немного встревожило Дэнни, который не сразу смог её разглядеть.       Повернув голову в разные стороны, Дэнни понял, что перед ним не просто стена, а целый барьер, который охватывает неизвестное количество территории. Барьер, который раньше был невидимым, стал ярко-алым, и теперь Дэнни мог по-настоящему чувствовать, как всё его существо желает пройти туда, чтобы узнать, что находится внутри этого барьера. Возможно, это было связано с ним и его мамой.       Убрав руку с барьера, Калиса повернулась к своему мужу с извиняющимся видом. — Прости, Андреас. Ты ведь знаешь правила. Войти сюда могут только Алые ведьмы. Любой другой, кто попытается проникнуть сюда, будет уничтожен мгновенно. — Калиса печально улыбнулась, осознавая, что её Андреас не сможет быть рядом с ними в этот момент.       — Не беспокойтесь, дорогая. Я, пожалуй, пойду проверю, как там моя стая. Они, наверное, беспокоятся, куда я пропал так быстро. — Андреас кивнул головой и мягко улыбнулся своей семье.       Андреас улыбнулся, подошёл к своему сыну и, прежде чем тот успел что-то сказать, наклонился и поцеловал его на прощание в лоб. С теплотой и нежностью в глазах Альфа стаи полумесяца посмотрел на своего сына. — Каким бы могущественным трибридом с магией хаоса ты ни был, для нас ты всегда останешься нашим дорогим Дэниелом, нашим маленьким волчонком-ведьмой. Я хочу, чтобы ты помнил об этом, когда тебе будет грустно. Знай, что мы с твоей мамой всегда будем любить тебя, что бы ни случилось. Мы всегда будем рядом и будем наблюдать за тобой.       Дэнни радостно улыбнулся, услышав такие добрые слова поддержки от своего отца.       Трибрид быстро подбежал к Андреасу и крепко обнял его. Он не мог и мечтать об этом за последние полторы тысячи лет. Андреас улыбнулся и обнял своего сына в ответ. Он чувствовал, как его внутренний волк переполняется счастьем от того, что его сын рядом с ним.       Ему было очень грустно расставаться с Дэнни, но он понимал, что его сыну не место на Другой Стороне.       Наконец, Андреас медленно отстранился от Дэнни и опустил руки трибрида со своих плеч. Мягко улыбнувшись сыну, Андреас посмотрел на свою прекрасную жену, кивнул головой и направился в чащу леса, чтобы сообщить своей стае, что он видел своего сына.       Дэнни смотрел, как спина его отца медленно исчезает за деревьями. Обернувшись, он увидел, что к нему подошла мама и протянула руку. — Идем, Дэнни. Пора тебе узнать правду про свою ведьмовскую родословную. — произнесла Калиса.       Дэнни крепко сжал руку своей матери, и они подошли ближе к барьеру. Казалось, он заискрился, почувствовав их присутствие.       Тяжело вздохнув, Дэнни посмотрел в глаза Калисы и увидел в них лишь уверенность и спокойствие.       Крепче сжав ладонь матери, Дэнни собрался с духом, и вместе с Калисой они зашли внутрь барьера.

***

      В это время по направлению к дому, где недавно сгорели около сотни ведьм, шли две девушки. Они были очень похожи друг на друга, и у них была одинаковая магическая аура.       Одна из девушек была Бонни Беннет. На её шее был завязан белый шарф. Рядом с ней шла её недавно найденная, по её собственному желанию, мать — Эбби Беннет. Эбби заметила, как из дома, в который они направлялись, вышли две фигуры.       Женщину-блондинку Эбби сразу узнала, потому что её дочь успела рассказать о ней. А вот о втором человеке она ничего не знала.       — Кто тот угрюмый парень? — спросила Эбби у дочери, заметив недовольство на лице незнакомого ей парня, который выглядел напряжённым.       — Сын Эстер, Финн. Он вампир, так что… — ответила Бонни и указала пальцем на своё ухо, объясняя матери, что ей лучше не говорить лишнего.       Эбби взглянула на дочь, и они продолжили свой путь. В этот момент они заметили, что в их сторону приближается Эстер.       — Интересно, что думает твоя бабушка о нашем участии в восстановлении баланса? — спросила Эбби. Она понимала, что сказала бы ей мама, узнав о её участии в таком мероприятии, особенно вместе с её единственной внучкой.       — Она по ту сторону наверняка кричит, чтобы мы не лезли в дела вампиров. — пошутила Бонни. Она бы не удивилась, если бы дух Шейлы сейчас летал вокруг них и требовал немедленно уйти.       Эбби усмехнулась, услышав ответ дочери. Она понимала, что так бы всё и было. Вместе они подошли к дому. Там их уже ждала ведьма Майклсонов, а её сын наблюдал за ней издалека.       — Ведьмы Беннет. Спасибо, что пришли. Не могу представить лучших союзников, чем женщина, отправившая Майкла в спячку. И девушка, противостоявшая Клаусу. — ответила Эстер с улыбкой. Она чувствовала, как её связь с родом Беннет становится крепче и надёжнее, когда рядом с ней находятся две живые представительницы этого рода.              — Почему ты пригласила нас именно сюда? — спросила Эбби, пытаясь понять, почему из всех возможных мест древняя ведьма выбрала именно это.       — Вы потомки ведьмы Аяны. Она была моим наставником, видимо, поэтому я черпаю силы из вашей родословной. — ответила Эстер, пристально глядя на двух девушек.       Бонни поинтересовалась, использует ли Эстер энергию их предков. На это мать семейства Майклсон ответила незамедлительно. — Я черпаю силу из энергии всего рода Беннетов — как живых, так и ушедших. Эта связь даёт мне огромную силу, хотя её бывает непросто контролировать. Именно поэтому мне так важны вы — дочь и мать, потомки ведьмы Аяны. — Эстер приблизилась к двум ведьмам Беннет и, взяв каждую за руку, привлекла их в круг.       — Сегодня, мои сестры, мы принесем мир духам природы, которым мы служим. Спасибо вам.