На разных языках

Удача

14 ноября 1994 год Фламинго Лас-Вегас, Невада.                     Возле отеля-казино на Лас-Вегас-Стрип остановилась черная лакированная Chevrolet Impala. Окна были открыты, за одним из них сидел молодой юноша с аккуратными чертами лица. Не стыдно было признать, что он был поистине обворожителен: на пышные мягкие губы невольно заглядывался всякий собеседник, гладкости волос завидовали не то чтобы девушки, но порой и мужчины. Известной модели Vogue Эрену Йегеру никогда не нужно было считать себя красивым. За него это делали остальные.       Эрен скучающе уперся подбородком в кулак и глядел на красный спорткар BMW впереди. По белой шелковой рубашке гуляли блики от ярких неоновых вывесок. С еле слышным вздохом Йегер провел взглядом по огромному зданию с панорамными окнами, по высоким пальмам и по народу, проходящему через вестибюльные двери. На лицах пришедших — ничем неприкрытое счастье, улыбки. Но это только сейчас. А что будет потом — нетрудно предсказать. Ведь сейчас они стояли возле всемирно известного казино Фламинго.       Приезжать сюда каждые выходные Эрену, по правде сказать, уже осточертело. Хотя у сегодняшней вылазки была определенная цель. Цель, которую он старался выудить из нудного монолога такого же нудного мужа.       — Только за месяц у этого сраного очкарика взяли пять интервью в разных газетах. Она сказала, что этот чертов Аккерман сегодня будет здесь, — продолжал говорить Форстер. Кто она? Эрен пропустил мимо себя даже эти подробности. — Я должен узнать, как ему удалось заработать полмиллиона сраных долларов за одну ночь…       Флок Форстер — состоятельный бизнесмен, имеющий все и одновременно ничего. Роскошная одежда; вычурные, исключительно золотые украшения и стильная прическа, цвет волос которых он менял тогда, когда личный стилист говорил, что было в моде. Сейчас же почему-то «свежим» цветом стал — пепельно-красный. Йегер решил промолчать о том, что это была ложь.       Когда-то Форстер не был таким, а был обычным: не зазнавшимся и вежливым. В первый год отношений даже цветы дарил: приносил огромные букеты с наипышнейшими розовыми пионами, — но, кажется, об этом он и вовсе никогда не вспомнил бы. Именно поэтому сейчас Йегеру тошно от того, с кем он сидит. И Флок это знал. Знал, что Эрен перестал носить обручальное кольцо с блестящим зеленым бриллиантом год назад.       Форстер же перестал его носить два года назад.       — …я ведь прав? — спросил Флок и посмотрел на отстраненного Эрена.       И тот совсем не вовремя забыл про то, что Флок до взбухших вен на лбу ненавидел, когда его не слушали.       — Эй! Я тебя спрашиваю, — выпалил Форстер и грубо дернул Эрена за руку, отводя ее от его лица.       На это Йегер тут же поморщился и вытянул руку из хватки, наглядно поглаживая запястье. Или же не наглядно. В злости Форстер всегда не контролировал силу. Всегда оставались синяки, которые приходилось замазывать тональным кремом.       — Слушаю, — не без раздражения бросил Эрен и нахмурился. — Я не виноват, что у тебя не хватает яиц для того, чтобы лично спросить Аккермана обо всем. Думаешь, что стоя в стороне, на тебя снизойдет озарение? Или по мановению чего-то сверхъестественного откроется замысел божий?       Это был самый едкий сарказм, на который в данной ситуации Эрен был способен.       — Ты… — Флок сжал руку на руле и посмотрел на мужа, который изо всех сил старался подавить желание выкрутить ему яйца, — хочешь сказать, что у меня ничего не выйдет?       От ответа спасло движение машины впереди. Она уехала и позволила занять место Chevrolet Impala. В салоне повисло молчание, и Флок вышел из авто, не забыв при этом хлопнуть дверью. Со звучным бряцанием он по хамски кинул ключи Валету и пошел впереди Эрена, который решил вежливо извиниться перед рабочим. И ему часто приходилось извиняться за выходки этого придурка.       Минуя ресепшен, они сразу же направились в игорный зал. Огромное просторное помещение с тусклым светом встретило замужнюю пару. Шум улиц сменился на стук, щелканье игровых автоматов и тараторящий гул клиентов. По залу витал странный запах. Запах денег. Да, тех самых купюр, которые трогали тысячи людей и еще тысячи людей успеют потрогать. Вот он — вечный финансовый оборот, запертый, крутящийся словно в рулетке.       Мимо Йегера сновали люди в самых разных нарядах: от обыденной классики, меховых аксессуаров, цветастых шелковых шарфов до ярких перистых боа на тонких шеях. Некоторые из них игриво улыбались Эрену, другие останавливались, чтобы поздороваться и перекинуться парой-тройкой фраз или же вопросов. И ему приходилось отвечать на них, искусственно улыбаться и мысленно отсчитывать минуты до конца бессмысленного разговора. Флок же… Ох, Форстер просто не мог не быть в хоть каком-то центре внимания. Ему это нравилось.       Йегеру же от всего этого было тошно.       Именно поэтому краем уха слушая о том, как Форстер разговаривает по поводу бизнеса с каким-то тучным мужчиной, Эрен стал окидывать зал взглядом. Незнакомцы расхаживали вокруг покерных, карточных столов и выбирали нужный, так сказать, счастливый. Некоторые из них, окруженные позади двумя-тремя «друзьями» на сегодняшний вечер, стояли возле игровых автоматов, с замершим дыханием нажимали на «Spin» и смотрели-смотрели, будто гипнотизировали взглядом экран, пока в глазах быстро перелистывались нарисованные овощи, фрукты, да что угодно. Ходящие туда-сюда официанты с подносами только и успевали, что подходить то к одному игровому столику, то к другому, а это был еще не самый разгар ночи. Все было только впереди.       Переведя взгляд обратно, Эрен с облегченным вздохом увидел, что тучный мужчина исчез.       — Я буду за тем столиком, — оповестил Флок и взял Эрена под локоть, заставляя наклониться к себе. — Когда заметишь этого придурка, то тут же подойти ко мне. А лучше сразу пригласи сыграть за мой столик.       — Хочешь, чтобы я выставил себя проституткой? — скептично вскинул бровью Йегер.       — А это разве не так?       Эрен тут же одернул руку от мужа. Тот лишь спокойно развернулся и пошел к «своему» столику.       — Урод, — выплюнул ему в спину Эрен.       И они разошлись по сторонам: Форстер расправил черный пиджак от Hugo Boss и сел за столик, тут же подзывая официанта к себе в немой просьбе дать прикурить. Йегер отправился к барной стойке, занимающей почти несколько десятков квадратных метров. Да и, казалось, самого алкогольного ассортимента выставленного на полках — было не меньше.       От увиденного настроение Эрена стало чуть лучше.       Из висящих под потолком колонок разливалась приятная, не отягощающая мелодия песни «Whole Lotta Love» от знакомой рок-группы Led Zeppelin. Правда, иногда она нагло перебивалась громкими возгласами со стороны покерных столов. И, кажется, кто-то прямо сейчас проиграл несколько тысяч долларов. Казалось бы, обидно, но нет. Йегеру не было до этого никакого дела. К счастью, особого азарта к таким играм он не питал.       В помещении пахло сигаретным дымом, что Эрену опять же не нравилось. Этот запах напоминал ему о Форстере, о том человеке, которого хотелось забыть. Навсегда. Йегер уже устал спрашивать самого себя: «Какого черта я шастаю за Форстером, как верная псина?» Эти мысли преследовали уже год. И весь год он никак не мог набраться решительности, чтобы положить конец бессмысленным отношениям. У него не было никакой любви к собственному мужу, который, по всей видимости, отчаянно думал про то, что о его двухгодовых походах налево — Эрен не знал.       Но Эрен знал обо всем. Просто отчаянно наделся на лучшее. Раньше надеялся на лучшее. Сейчас же он был готов полагаться только на решение собственной судьбы, на удачу, которая когда-нибудь все же предоставит ему прекрасный шанс покончить с Форстером.       Глухой стук раздался сбоку. Бармен одним ловким движением положил зубочистку с нанизанными на нее двумя оливками в бокал с мартини, тем самым дополняя прекрасную алкогольную картину.       — Сэр, ваше мартини, — оповестил бармен и уже хотел было оттолкнуться от стойки, как его остановил ничего не непонимающий Эрен.       — Но я не заказывал.       — Подарок от того мужчины, — головой он указал в сторону и отошел к другим клиентам.       Эрен же задумчиво посмотрел на мартини, а уже потом — в сторону.       В полутьме, облокотившись о край барной стойки, стоял невысокий мужчина в черной водолазке и брюках клеш, брендов которых Эрен либо не смог разглядеть, либо их и вовсе не было. Зато вместо этого на пальцах поблескивала пара увесистых серебристых колец, а в одной из рук мужчина держал граненый стакан. Йегер ни за что не вспомнил бы этого незнакомца, если бы не посмотрел на его лицо. Очки-авиаторы с темными стеклами… Да, однозначно это был — он.       Тот самый везунчик — Леви Аккерман, заработавший за одну ночь в казино Фламинго полмиллиона долларов.       И вправду… Какое же везение. Эрену прямо сейчас выпал чертов Флеш рояль.       Именно поэтому Йегер, решив не задерживаться, с бокалом в руке направился к незнакомцу. И подходя все ближе и ближе Эрен понимал каким же Аккерман выглядел странно-молчаливым, странно-отстраненным. Эрен не видел его взгляда, но что-то подсказывало, что взгляд Леви был направлен на игровые столы.       Да, самый обычный игрок, который желал прямо сейчас заработать еще полмиллиона. Именно желал. Ведь второй раз за один месяц у него это явно бы не получилось.       Встав сбоку от Аккермана, Эрен положил руку на барную стойку и произнес:       — Спасибо за мартини.       Леви повернул голову в его сторону, и тогда в отражении стекол очков Эрен увидел собственную улыбку. Это было так странно, так… завораживающе. Что на секунду у него из головы и вовсе вылетело словосочетание «самый обычный игрок».       — Пожалуйста, — произнес он.       В голосе проскользнула легкая тонкая нотка равнодушия и тут же испарилась из-за звучного музыкального аккорда.       И Аккерман продолжил:       — Ты здесь один?       Да. Он уже как два года один.       Но вместо этого Эрен ответил:       — Я подошел к тебе, чтобы отблагодарить за мартини и по прежнему здесь. Разве этого не достаточно?       По губам напротив разлилась слабая усмешка.       — Ты забавный, — отметил он. — Не думал, что модели Vogue отличаются саркастическим чувством юмора.       Йегер усмехнулся и отпил мартини. Его узнали, что было не особо удивительно. Больше удивило то, с какими эмоциями Аккерман об этом сказал: абсолютно без интереса, озвучил скорее как факт. А Эрен, привыкший к восторженным речам и последующим вопросам, словно от самих интервьюеров, не мог собраться с мыслями. В голову стучалась лишь одна мысль: Аккерман его зацепил. Совсем чуть-чуть, так говорил сам себе Эрен.       — А я не думал, что азартные игроки азартны не только на рулетку, но и на новые, — он тихо усмехнулся, — знакомства.       Леви точно хотел провести с ним сегодняшний вечер, стать тем самым «другом» на восемь часов. А Эрену это было неинтересно: не такого отношения к себе он питал. Именно поэтому он уже приготовился опустить руку в карман, чтобы отдать деньги за мартини, как Аккерман вдруг оттолкнулся от барной стойки и залпом осушил стакан. Не теряя лишней секунды, тот с громким стуком вернулся обратно на стойку.       — Не хочешь сыграть? — спросил он.       Ах, да… Сыграть. Эрен уже и забыл про «договор» с Форстером. Черт бы его побрал. Что же, придется «погулять» еще пару минут.       — Да, можно, — ответил он.       Йегеру думалось, что это будет очередной скучный аттракцион, вот только его мысли в миг изменились, как только Аккерман галантно предоставил ему локоть.       Возможно, все было не так уж и плохо.       Благодарно кивнув, Эрен взялся за его руку, которая оказалась намного крепче, чем Йегер мог себе представить. Он буквально чувствовал через пиджак твердые, рельефные мускулы и… Жар тела. Щеки Эрена стало покалывать от проступившего румянца, который он тут же сослал на один бокал мартини. Один недопитый стакан мартини.       Еще немного. Йегеру нужно было всего немного времени, чтобы привести Аккермана ко столу Флока и распрощаться с этими двумя, а потом одному отправиться в отель, окунуться в ванну, рассчитанную на минимум троих человек, и попасть в нежные объятия душистой, ароматной пены. Да… это было бы просто замечательно. Если бы не звучало так одиноко.       Эрен и заметить не успел, как Аккерман провел его до круглого столика, который выбрал сам. Вокруг собралось мало народу, но притом достаточно для того, чтобы сыграть хорошую партию. Рядом с чьим-то наполненным бокалом стояла бумажная табличка-домик с надписями:              

$5 минимальная внутренняя ставка

$5 внешняя ставка

$1000 максимальная внешняя ставка

$1000 максимальная внутренняя ставка

                    Самые обычные, приземленные ставки. Играл Эрен точно так же, как и большинство здесь — просто полагался на удачу. Поэтому и решил приглядеться к другой табличке ранее выпавших номеров: 3, 5, 10, 17, 21.       Крупье была обычная молодая девушка с распущенными завитыми волосами и в черном костюме. На груди виднелся именной бейдж: «Изабель Магнолия». Она приметила новеньких за столом и тут же на ее лице расцвела приветливая и, что немаловажно, искренняя улыбка.       — На что будете ставить, gentlemen? — крупье посмотрела на Эрена. — Сэр?       — Сто долларов на стрит, — произнес Эрен первое, что пришло в голову.       Но даже так ему повезло.       Йегер решил оглянуть поле с тридцатью семью секторами и с одним зеленым полем «зеро», на которое он никогда не решился бы поставить ни доллара, просто потому, что это поле выглядело — особенным, и в итоге опустил три фишки на три числа: 22, 23, 24.       — У меня устная ставка, Miss, — следом произнес Аккерман. — Тысяча долларов на два черные.       Другого Эрен и не ожидал от человека, который поднял за ночь полмиллиона долларов. И, если честно, это малость подразнивало скрытый азарт. Совсем немного.       Мужчины, которые сидели за столом, проговорили свои ставки и с приятным стучащим звуком поставили фишки на нужные сектора. Только зеленое поле до сих пор пустовало. Оно было будто несчастливым, видимо, именно с такими мыслями игроки предпочли его сегодня пропускать.       — Bets accepted, — произнесла крупье. — No more bets.       Эти слова пробуждали какое-то странное чувство азарта, казалось, в каждом человеке. Люди, что поставили деньги на фишки в миг сжали кулаки, замолчали и стали наблюдать за крупье, предоставляя ей все свое внимание, словно самой прекрасной, никем и ничем незаменимой жене.       И волей чего-то мистического, невольно Эрен и сам стал уподобляться толпе.       По крови поднялся адреналин, он ударил в голову и будто бы обогрел щеки Эрена своими теплыми прикосновениями. Он молча стоял рядом с Аккерманом и задумчиво прикусывал губу, смотря за тем, как крупье опустила железный шарик в рулетку. А Аккерман же…       Йегер искоса посмотрел на него: никого волнения, предвкушения. Ничего. Аккерман был холоден, будто лед в бокале с дорогим виски Glenfarclas. И только тогда, когда шарик с приятным шумом упал в рулетку и стал кружиться по оси, он снял очки и стал их беззаботно протирать салфеткой, внимательно смотря за собственным везением.       И вдруг спросил:       — Что будет, если выпадет твоя ставка?       Пока шарик медленно крутился и вот-вот готовился замереть на месте, Эрен стал придумывать самые различные фразы. А в голову приходили только острые речи. Острые, как Кровавая Мэри с табаско.       — В твоих мыслях я буду сверху.       На это Аккерман решил промолчать, что весьма раззадорило Эрена. Просто промолчал? Да, давно он не видел такой реакции.       Позвякивание шарика наконец прекратилось. Смотря на рулетку, Эрен прикусил внутреннюю сторону щеки от невозможности без этого сдержать улыбку. По груди разлился приятный жар, он слился с мартини и окутал желанием выпить еще и еще. Ведь, кажется, крохотная удача сегодня была на его стороне, но…       Словно по дуновению непонятно откуда взявшегося ветра шарик плавно перекатился с двадцати одной красных на следующий сектор.       — Два черные, — объявила крупье и посмотрела на победителя. Она посмотрела на Аккермана.       — Вот ведь незадача, — без жалости в голосе произнес Аккерман и повернулся в сторону Йегера.       Эрен хотел было сказать обыденное: «С кем не бывает», — вот только из головы все вылетело при виде Аккермана без очков. Нет… Он точно не был обычным игроком. Обычных игроков с такими необычайно выразительными светло-серыми глазами попросту не бывает. В них отражалось все: красота, искрящееся желание побеждать и в то же время ничем неприкрытый азарт.       Все размышления о проигрыше невольно сменились на быструю, ничем неконтролируемую мысль о том, как же Аккерман красив даже с этими легкими залегшими морщинами от нахмуренных бровей и легкими тенями под глазами. Давно Йегер такого не чувствовал. Давно у него не возникало искреннего желания…       — Будешь брать реванш? — спросил Аккерман, прерывая внутренние размышления Эрена.       — Ты такой самоуверенный, — произнес Эрен и легко потряс бокал, для себя подмечая то, что он совсем опустел. — Неужели думаешь, что сможешь выиграть еще несколько раз?       — Хочешь сказать, — спокойно начал он, оглядывая Йегера, — что моя удача на сегодня исчерпана?       Да, Эрен действительно так думал, потому что не верил в то, что кому-то может везти настолько много и настолько часто. Он хотел успокоить проснувшийся азарт Аккермана, но ему по-прежнему нужно было довести его до столика Флока. Что же, кошелек Леви и вправду не был его заботой.       Наверное.       — Хорошо, — вдруг произнес Аккерман, не слыша ответа на свой вопрос. — Заключим сделку.       — Какую же? — что же, Эрена это предложение заинтересовало.       — Если я сегодня выйду из этого казино с обналиченной суммой в полмиллиона долларов, то ты оставишь мне свой настоящий номер. Если же нет, то…       — То ты больше не ступишь за порог Фламинго, — подытожил Эрен. — Учти, что у меня здесь есть знакомые, которые тут же доложат о том, если ты попадешь в их поле зрения.       И Аккерман задумался: такая эмоция отразилась в его серебристых, ровно под стать кольцам, глазах.       — По рукам, — легко произнес он.       — Тогда идем к тому столику, — и Йегер указал головой в сторону того самого столика.       И они пошли дальше по залу прямо туда, где незнакомцы окружили массивный круглый стол, над которым струился дым от сигарет. Женщины в цветастых платьях с глубоким декольте игриво посмеивались над шутками рядом сидящих мужчин и курили тонкие сигареты. И в их окружении Эрен приметил то самое лицо. Лицо Флока Форстера, искривившего губы в открой усмешке над Йегером и его новым кавалером.       — Mister Аккерман! — воскликнула молодая девушка-крупье в костюме и в очках с тонкой оправой. — Как ваше здравие? Не желаете сыграть партеечку? — она с блистательной улыбкой на лице потрясла фишками.       — Ты задаешь слишком тупые вопросы для умной женщины, Зоэ, — спокойно произнес Аккерман и учтиво отодвинул стул для Эрена, дождался пока он сядет и сам сел за стол.       — Тогда ставлю пять долларов на то, что первый выигрыш будет твой, — подмигнула она. И следом обратилась не только к нему, но и к остальным за столом. — Bets are open.       Аккерман вновь промолчал. Однако все-таки положил пять долларов на угол стола.       — Mister Аккерман? — спросил Форстер, обращая на себя взгляд не только Аккермана, но и всех сидящих рядом. — Наслышан о тебе, но скорее о твоем везении, — он поджег кончик новой сигареты и протянул открытую пачку через стол.       — Не курю, — отрезал Аккерман и, вежливо остановив официанта, попросил у него повторить свой заказ.       — Что же, правильное решение, — усмехнулся Форстер, — будет на чем сэкономить после того, как твоя ставка не сыграет.       От этих мерзких слов по коже Эрена пробежались колючие мурашки. Ему было противно смотреть за тем, как Флок вновь зазнавался: решил, что может поставить себя выше остальных за этим столом, показал свое «я». Никому ненужное «я».       — Конечно, — произнес Аккерман и поднес обновленный стакан к губам, продолжая смотреть Флоку в глаза, — а еще не буду покупать пиджак Hugo Boss. Надеюсь, с этим как-нибудь справлюсь, — и отпил виски.       Эрен же не смог сдержать усмешки от остроумной и броской фразы Аккермана, однако эмоции все же предпочел спрятать в стакане с новым мартини. Наблюдать за тем, как Форстер в миг помрачнел и стал молча выкладывать деньги на стол. В голове он явно стал перебирать весь словарный запас, словно карты в колоде, для какой-нибудь мерзкой шутки. Невольная мысль о том, что Аккерман смог поставить Флока на место — невероятно грела.       Потому что судя по его тону, который стал в сравнение с натянутой струной, он начинал раздражаться:       — Разве игра в рулетку — это не везение? Или ты настолько полон уверенности в себе, что не замечаешь такой очевидности?       Йегер перевел взгляд на Аккермана и медленно отпил коктейль. Эрен не был азартен к играм, но сейчас ему хотелось продолжать играть как можно дольше, чтобы слушать то, как Аккерман одним предложением выводит Форстера из себя.       — Не знаю, что ты несешь, но единственные вещи, в которых я сегодня уверен — так это то, что я заберу полмиллиона и мой хер будет стоять всю ночь.       Он восхитителен. Вот, о чем в первую очередь подумал Эрен. А остальное было как-то не важно. Да, второй бокал мартини играл ему явно не на руку.       Наверное.       — Ваши ставки, gentlemen, — произнесла Зоэ и в ожидании опустила руки на стол.       — Пять тысяч на сплит. Двадцать девять и двадцать шесть черные, — произнес Флок.       Крупье обменяла купюры на фишки и произнесла:       — Bets accepted.       — Две тысячи на каре, — произнес Эрен. — Тридцать шесть, тридцать два красные и тридцать пять, тридцать три черные.       Пока остальные мужчины и женщины, сидящие за столом, озвучивали свои ставки и клали купюры в общий банк, Аккерман смотрел на Флока, не сводил с него взгляда. И только незнакомцы замолчали, как он опустил стакан на стол.       — Тысяча на сикслайн, — наконец произнес он и стал перечислять шесть чисел.       Флок громко усмехнулся и показательно затянулся. И Эрен прекрасно знал почему у него была такая реакция. Потому что Йегер и сам испытал искреннее удивление из-за того, что: во-первых, Аккерман поставил на четыре тысячи меньше, чем Форстер. А во-вторых, выбрал самую маленькую ставку 6:1. И это было… Очень странно.       — Bets accepted. No more bets.              Зоэ опустила шарик в рулетку и он стал быстро-быстро вращаться по игровому полю. Эрен медленно пил мартини и думал о том, что в любом случае это была его последняя ставка на сегодня. Конечно, он не предсказывал собственный проигрыш, но и не надеялся на него. Это было ни к чему.       — Двадцать шесть черные, — объявила крупье и посмотрела на довольствующегося Флока. А после перевела молчаливый, но едва опечаленный взгляд на Аккермана, который взял с края столешницы пять долларов и отдал какому-то мужчине, сидящему рядом.       — Какая жалость, — усмехнулся Форстер и сгреб себе все фишки. — Так много говорил, а в итоге выставил себя полнейшим идиотом. Я понял, что тебе тогда просто повезло и ничего более. Ах, жаль-жаль-жаль.       — Bets are open.       Только Эрен приготовился встать, чтобы наконец покинуть заведение, как его остановила одна-единственная фраза.       — Десять тысяч на один красные, — уверенно произнес Аккерман и поставил новую партию фишек на игровое поле.       Десять тысяч.       Йегер не мог поверить в то, что услышал собственными ушами, поэтому поверить он смог в это тогда, когда увидел, как Аккерман выложил полную сумму приятно шелестящих купюр на стол и посмотрел на крупье в ожидании фишек.       По лицу Зоэ разлилась улыбка. По лицам сидящих за столом мужчин и дам — тоже, только азартная, в глазах горело желание обойти Аккермана. Увидев, что сегодня он не такой везучий, как раньше, они решили взять над ним вверх, обобрать до последнего доллара. Но среди них всех, Йегер зацепил взглядом Флока, который сказал официанту принести еще виски да побыстрей и сделал свою ставку.       — Десять тысяч на двадцать черные.       И после этих слов началась настоящая игра. Начался настоящий турнир. Металлический шарик стал со звучным бряцаньем кружиться в рулетке. Выигрыш Аккермана. И вновь повтор ставок. Выигрыш Аккермана. Флок сжимал зубы и брал очередной реванш.       На четвертую ставку подряд женщины стали переглядываться между собой: некоторые вставали из-за стола в надежде найти себе другого кавалера; верные супруги нежно клали ладони на плечи мужей и старались отвести их в сторону. Эрен же с замершим дыханием смотрел за каждым вдохом, выдохом, каждым изменением на лице… Аккермана.       И в эту же секунду его уголки губ вздрогнули в легкой усмешке. Снова выигрыш и снова он забрал себе все фишки, оставляя Флока почти ни с чем. Почти. Ведь Форстер, вдруг поверив в удачу, действительно хотел сейчас отыграться.       — Ты так радуешься своей шестой победе или тому, что твой член встанет хотя бы сегодня? — спросил Флок.       — А тебя так интересует мой член? — ответил вопросом на вопрос Аккерман.       — Нет, — Флок провел скользким взглядом от него к Эрену и заглянул тому в глаза, — но, видимо, твой член интересует моего мужа. Правда, Эрен?       — Заткни свой рот, Форстер, — медленно проговорил Йегер и, осушив бокал, следом попросил еще один у официанта.       В горле пересохло. Йегер был готов прямо сейчас собственными руками придушить Форстера, но не мог. Потому что все уже было сказано.       — Херовый из тебя супруг, раз твой муж сидит рядом со мной весь вечер, — спокойно произнес Аккерман. — И болеет за мои деньги.       — Что ты несешь? — сквозь зубы спросил Форстер.       Но ответа на вопрос не последовало. Крупье подоспела вовремя:       — Ваши ставки, gentlemen.       — Эрен, на что ты боишься поставить? — вдруг спросил Аккерман.       На что он боялся поставить? У Эрена застыла кровь. Он не хотел верить в то, о чем подумал в эту секунду.       — Зеро, — ответил он.       Но, кажется, Аккерман даже не собирался обдумывать озвученный ответ.       — Все фишки на зеро, — проговорил Леви.       У Флока, его законного мужа, оставалось всего ничего. У Аккермана же почти все. К чему эти глупости? Эрен надеялся на то, что Форстер сможет хоть один вечер не пробыть глупцом и не поставить…       — Все фишки на тридцать два красные, — твердо заявил Флок и криво усмехнулся, смотря в глаза Леви. — Готовься к самому обидному поражению, Аккерман.       Аккерман лишь спокойно кивнул и поднес стакан к губам.       — Bets accepted. No more bets.       Крупье замолчала, ровно так же, как и остальные за столом. Шарик с громким стуком упал в рулетку и стал быстро-быстро крутиться по оси. Под чужими взглядами он казался таким маленьким, что будто хотел сбежать от глазеющих незнакомцев. Он бегал по кругу и с каждой пройденной секундой его бег становился все медленней и медленней. А дыхание собравшихся людей все утихало, утихало и утихало…       Когда шарик сделал свой последний круг и повис внизу, став ковылять из стороны в сторону по двум секторам: зеро и тридцать два красные, — все сжали кулаки. Эрен то и дело переводил взгляд со сосредоточенного лица Аккермана на хмурое, но не теряющее надежды лицо Форстера. Но надежда сегодня была явно не на его стороне. Ровно так же, как и…       Судьба.       Удача.       Судьба и удача Эрена.       — Зеро! — выпалила Зоэ и посмотрела на Леви. — Поздравляю! Обналичиваем?       Мужчины шумными хлопками стали выражать свои поздравления Аккерману, который молча кивал на их краткие речи и возгласы. На лице не отобразилось ни одной-единственной эмоции. Только вот его глаза блестели. Блестели победой, когда пальцы нащупывали шероховатость купюр и впитывали в себя запах тысячи тысяч людей.       Поблагодарив всех за игру, Аккерман поднялся с места.       Эрен же остался сидеть на месте, словно без возможности сдвинуться с места. Сбоку стали прибывать новые клиенты, с которыми крупье вежливо здоровалась и стала принимать ставки. А впереди — понурое лицо Флока, который проиграл все. Видеть его больше не хотелось, поэтому Йегер встал и направился к барной стойке в желании взять с собой бутылку вина. И отправиться…       Домой?       Домой туда, куда рано или, что больше вероятно, поздно приедет Форстер? Нет, спасибо.       Подойдя к барной стойке, Эрен заказал бутылку Sauvignon blanc и уже точно знал, что этот вечер он сегодня проведет в гордом одиночестве.       — Ты проиграл, — раздалось сбоку от Эрена.       Наверное.       Йегер повернулся в сторону Аккермана, положившего шариковую ручку на стол, и невольно прикусил губу от быстрой мысли в голове: бутылку вина на одного он точно не осилит.       — Да, — произнес Йегер и взял салфетку с барной стойки, принимаясь на ней писать свой номер. Настоящий номер.       — А твой муж не будет против, если я позвоню посреди ночи?       Эрен протянул салфетку Аккерману и улыбнулся.       — А ты проверь.       Что же, возможно, сегодня Эрену действительно стоит попытать одну-единственную удачу.       Удачу на собственное счастье.