Протяни свою руку, а я попробую поймать

Смотреть сериалы по России-1 - любимое занятие Сынмина, когда он находился в деревне. Хёнджин, к слову, тоже любил подобного рода развлечения. Конечно, никто не относился к ним серьезно, и смотрели они их больше по приколу. Хёнджин лежал на Сынмине и уже пятнадцать минут не отпускал его попить воды. Объяснял он это тем, что снова так удобно лечь у него не получится. И Сынмин терпел. Прошло ещё двадцать пять минут. Телефон Хёнджина загорелся, уведомляя о входящем звонке. Младший бросил взгляд на экран и прочитал: «мать». Он видел, что Хёнджин не хочет брать трубку. Видел, как тот сомневается. — Пойду на улице поговорю. Хёнджин уходит, и у Сынмина наконец-то появляется возможность выпить воды. Он наливает воду в стакан и смотрит в окно. Хёнджин стоит и кусает губы. По его выражению лица видно, что разговор малоприятный. Собственно ничего другого он и не ожидал. Младший возвращается в комнату и продолжает смотреть сериал. Хёнджин приходит спустя пятнадцать минут с покрасневшим носом и глазами. Он ничего не говорит и снова ложится поверх Сынмина. Младший кладёт руку на голову Хёнджина и начинает поглаживать. — Хочешь поговорить? Хёнджин мотает головой, и Сынмин оставляет его в покое. Они продолжают смотреть телевизор, но младший перестаёт следить за сюжетом. Теперь все мысли занимает его парень. Никакими словами не передать насколько мать старшего его раздражает. По его же рассказам становится понятно, что ничего кроме критики и обвинений Хёнджин никогда не получал. — Спросила когда домой вернусь. Я сказал, что только в конце лета, и она назвала меня нахлебником. Сказала, что я должен был идти работать. Потом спросила, когда я перестану маяться ерундой и найду девушку. Сынмин не знает что ответить. Хочется Хёнджина поддержать, но нужные слова не находятся. Мать Хёнджина регулярно спрашивала сына про девушку и постоянно пыталась его с кем-то познакомить. Старший, вообще-то не собирался ей рассказывать про Сынмина. Вот только его планы нарушила соседка, которая очень любила смотреть в глазок. Словами не передать, какой скандал женщина тогда устроила. На улице начинается дождь, и в голову Сынмина приходит замечательная идея. — Джинни, пошли целоваться под дождем. На лице старшего тут же появляется улыбка, и он соглашается. Парни выходят из дома и сразу же попадают под ливень. Сынмин медлить не собирается и тут же Хёнджина целует. Тот довольно мычит и прижимается к младшему. Одежда мгновенно намокает и неприятно липнет к коже, но это сейчас никого не волнует. Единственное, что Сынмина сейчас волнует - это тёплые губы старшего. Они стоят под дождем, пока тот не заканчивается. После нескольких дней жары такая прохлада кажется райским наслаждением. Но в дом все равно приходится вернуться, потому что заболеть не хочется. — Выйдешь? Я переоденусь. — Конечно. Сейчас только вещи сухие возьму. Сынмин хватает с полки первые попавшиеся футболку с шортами и выходит из комнаты. Он переодевается на кухне и в это же время ставит чайник. Чай с мятой это то, что сейчас нужно. Хёнджин кричит из комнаты, что он всё, и Сынмин возвращается. Старший сидит в его серой толстовке и в своих коротких шортах. — Я украл твою толстовку. — Я вижу. — Ты ведь не против? — Конечно нет, солнце. Я чайник поставил, чай будешь? — Да. — Заваришь тогда? — Ага. Бутерброд сделать? — Два. — Будет исполнено! От плохого настроения Хёнджина ничего не осталось, чему младший очень рад. Ему хочется заблокировать номер этой женщины, но он себя останавливает. Это не его дело. К тому же может стать только хуже. Хёнджин приносит бутерброды и чай. Сынмин уже собирается откусить кусок, но в эту секунду на улице раздаётся гром. Сынмин очень любит дождь. Серьезно, он готов гулять под ним часами, и смотреть на пасмурное небо ему только в радость. Но вот грозы он боится до чёртиков. С тех пор, как отец оставил его одного на ночь в грозу и ушёл пить с друзьями. — Иди ко мне. Хёнджин знает его слишком хорошо. Он прижимает младшего к своей груди и накрывает одеялом до самого носа. Сынмин зажмуривается и вздрагивает при каждом ударе грома. Со временем гроза становится лишь сильнее. Признаться, даже Хёнджину становится немного страшно. Небо чернеет и раз в несколько секунд освещается молнией. Гремит настолько громко, словно кто-то бьет палкой по железному ведру у самого уха. Сынмин пытается не плакать, но у него не получается. Ему настолько страшно, что кажется, ещё чуть-чуть и сердце остановится. Он и сам не понимает, чего именно боится. Он давным-давно не ребёнок, пора бы забыть о детских страхах. — Я любил дождь ещё когда был ребёнком. Мама никогда не выпускала меня на улицу в такую погоду. Но когда она выпивала и становилась добрее, то её было легко уговорить. Однажды мы шли из садика домой и я увидел на витрине красные резиновые сапожки. Они были настолько красивыми, что я не мог ни сказать об этом маме. Я надеялся, что она мне их купит, потому что мои как раз стали малы. Но она только накричала на меня, потому что это были сапоги для девочек. С тех пор она не пускала меня на улицу в дождь, даже если была пьяная. И хоть у меня нет красных сапожек, но ты исполнил мою маленькую мечту. Я всегда хотел поцеловать тебя под дождем. — Я найду для тебя самые лучшие красные сапоги и подарю их. — Мой герой. Сынмин чувствует поцелуй в лоб и вздрагивает от снова раздавшегося грома. — Когда же это закончится? — Скоро. Уже стихать начинает. Старший оказывается прав, и вскоре на улице слышится лишь шум дождя. Сынмин скидывает с себя одеяло и тянется к бутерброду. Хёнджин смеется, а Сынмин ворчит, не пропадать же добру. В эту ночь они наконец-то не умирают от жары.