Каникулы Вериной и Таниной. Обыкновенные и невероятные

Как известно, наши герои покинули лагерь ни свет ни заря, когда остальные пионеры ещё спали, соблюдая режим. Но теперь и в лагере не было тихо. Маша Старцева проснулась и обнаружила у своей кровати записку, а точнее, две. Одна была от её верных друзей Петрова и Васечкина, а вторая от Таниной и Вериной, с которыми наша отличница уже успела подружиться. Обе записки были подозрительно схожего содержания: Дорогая Маша, мы уехали совершать подвиги - написано угловатым почерком, видно, что человек торопился. Вернёмся к обеду - написано ниже мягким округлым почерком и почему-то, зачёркнуто. Вернёмся, когда прославимся - ещё ниже приписано, тем же угловатым почерком. И подписи. Четыре знакомые подписи на двух записках. Две округлые, и две угловатые. Четыре подписи, от которых на глаза наворачиваются слёзы. Маша сейчас же вскочила и оглядела женскую спальню - девочек и в правду не было. Тогда она побежала в изолятор. Из трёх кроватей занята была только одна, в ней безмятежно храпел Гусь. Маша немедленно подбежала к нему, разбудила и начала расспрашивать, не видел ли он мальчиков. Гусь, который совершенно не был рад такому пробуждению, закричал: – Не знаю я! Я тут сплю спокойно, никого не трогаю! Маша только вздохнула: – Эх, ты, спящий хулиган! - и выбежала за дверь. А тем временем пробудилась совершенно не выспавшаяся Инна Андреевна. Всю ночь её преследовало дурное предчувствие, которое не давало ей спокойно спать... И вот, оно оправдалось! Пропали пионеры - целых четыре человека. Две девочки, два мальчика... Какой ужас! А самое ужасное, что двух пропавших ребят Инна Андреевна видела этой ночью, и своей собственной рукой посвящала их в рыцари, зонтом. Тогда это казалось бедной начальнице лагеря только безумным сном, но сейчас она отчётливо помнила, что всё это было на самом деле. С Васечкиным она знакома уже давно, и с тех пор этот фантазёр и искатель приключений принёс ей не мало проблем. Вот и сейчас, решил, что он взаправду рыцарь, который может совершать подвиги, а сам пропускает обед. А Танина... Ох, эта девчонка не так давно в лагере, а уже натворила порядком. Видимо, появился у Васечкина последователь. С этими мыслями Инна Андреевна тоже побежала в изолятор. Гусь уже снова заснул, но ему вновь пришлось просыпаться и отвечать на вопросы о пропавших ребятах. – Да вы что, сговорились? Не знаю, сплю спокойно, никого не трогаю! - раздражённо ответил он. – Эх, ты... - начала Инна Андреевна, но Гусь её перебил: – А я перевоспитываюсь! Женщина вздохнула и пошла проверить ещё и женские спальни, где девочек она, понятное дело, не нашла. А Маша Старцева тем временем вбежала в зал для заседаний совета отряда. – Это я, я во всём виновата! Я подарила им эту книгу! - твердила она. Антон удивлённо посмотрел на неё и спросил: – Что же случилось? Давай, говори. Маша только вздохнула: – Эх, чтобы рассказать, никаких слов не хватит... Не в силах сдержать горя и отчаяния, она запела: – Что же делать, скажите на милость?! Это я во всём виновата! Антон схватился руками за голову - не было беды, опять запели. А поют обычно в самых чрезвычайных ситуациях. – Объясни, наконец, что случилось? - спросил он Машу. Не успела Маша открыть и рта, чтобы сказать хоть слово, в зал влетели местные сплетницы - Оля Бобкина и Оля Добкина. – Просто ужас! - закричала Бобкина. – Сбежали ребята! - закричала Добкина. Маша, уже в который раз, вздохнула и запела: – Это всё из-за меня! Я над ними издевалась. Что ещё им оставалось?! Убежать, как от огня, Не дождавшись света дня, Мчаться прочь, судьбу кляня! Антон снова схватился за волосы и тоже вздохнул: – Да, ребят, вот это жалость! Тем временем в изоляторе, в соседней с Гусем комнате, происходила загадочная картина. Инна Андреевна, в свою очередь не сдержав нахлынувших на неё эмоций, тоже перешла на пение, каясь в содеянном перед медперсоналом лагеря: – Удалось им загадочно скрыться! Это я во всём виновата! Ведь и в правду решили, что рыцари! Медсёстры переглянулись, и хором спросили: – Что случилось? Инна Андреевна продолжала: – Сбежали ребята! Это всё из-за меня! Это я не доглядела, Я им лишь помочь хотела, Все сомнения гоня, Не дождалась света дня, Впопыхах не оценя Всю - увы! - серьёзность дела! Это всё из-за меня! И вот по лагерю двигались, параллельно друг другу, две энергичные процессии: Первую, в которую входил весь совет отряда, и ещё больше, то есть Антон, Артём, Алик, Лёша, Анка, Дашенька, Бобкина, Добкина, Гусь и маленький Филя, вела за собой Маша. А вторую, состоящую из пионервожатых и обслуживающего персонала лагеря, практически тащила за собой Инна Андреевна. – Я должна вернуть их обратно! - пела Маша. – Я должна вернуть их обратно! - пела Инна Андреевна. – Это я во всём виновата! - продолжала Маша. – Это я во всём виновата! - повторяла Инна Андреевна. – Это просто невероятно! - воскликнул целый хор голосов из обеих процессий. – Далеко не ушли, вероятно! - вставил своё слово и Гусь. – Вот она, за насмешки расплата! - всё пела Маша. – Вот она, за беспечность расплата! - пела Инна Андреевна. – Это всё из-за меня! - заключила Маша. – Я побег проспал, к несчастью. В поисках приму участье. Это всё из-за меня! - пел Гусь. – Это всё из-за меня! - повторила Инна Андреевна. – Это всё из-за меня! - пропели все трое, и скрылись в лагерном гараже. Немного позже из этого самого гаража выехал уже не новый открытый автомобиль. За его рулём сидела Инна Андреевна, рядом с ней - Маша, а на заднем сидении разместился довольный Гусь. Весь лагерь вышел проводить поисковую экспедицию в путь, после чего машина сорвалась с места и вылетела за ворота. Участники этой экспедиции, вновь запели, уже в пути: – Неужто, нам их не вернуть? Неужто не найти? - спрашивала Инна Андреевна. – За славою пустились в путь! С пути такого не свернуть! - отвечала Маша. – От Гуся не уйти! - предупредил Гусь. – Хоть всем лишь по двенадцать лет Умны не по годам! - снова запела Инна Андреевна. – И у меня сомнений нет, Они оставят в жизни след! - продолжала Маша. – Разыщем по следам! - предположил Гусь. – Но как же нам найти тот путь, Что к славе их ведёт? - вновь спросила Инна Андреевна. – Тревога мне сжимает грудь! - переживала Маша, и не зря. – Не дрейфь, разыщем где-нибудь! - пытался успокоить её Гусь. – Вперёд! - пела Инна Андреевна. – Вперёд! - пела Маша. – Вперёд! - басил Гусь. – Вперёд! - вдруг раздался тоненький голосок откуда-то снизу. От неожиданности все замолчали, а этот детский голосок продолжал распевать: – Вперёд! Вперёд! Вперёд! Наконец, Гусь догадался приподнять заднее сиденье, из-под которого сразу же выглянула довольная Филькина рожица. Первое, что он сделал, это чихнул, так как под сиденьем, наверное, было очень пыльно. А второе - это спросил Инну Андреевну, проглатывая окончания слов: – А с какой скоростью мы едем? Кстати, здрасте, Инн Андрейна! Инна Андреевна, и так перетерпевшая кучу невероятных событий, думала, что ничему больше не удивится. По крайней мере, пока они не найдут ребят. Но это было не так - маленький Филя, неведомо как оказавшийся в машине очень её удивил. Так удивил, что женщина не нашла слов, чтобы ответить на его вопрос. Зато, слова нашёл Гусь: – Вот я тебе как дам по ушам! Будешь знать! Но Филя, хоть и маленький, но не испугался. Он замахнулся на Гуся, да так, что последний отскачил к противоположной двери в машине. – Но-но! Войдёшь без стука, вылетишь без звука! - угрожающе сказал Филя и так уже напуганному Гусю. А автомобиль всё продолжал катить по дорогам, надеясь наткнуться на следы славных рыцарей...