Каникулы Вериной и Таниной. Обыкновенные и невероятные

Старый грузин подошёл к своей сумке, достал из неё чистую белую тряпку и расстелил её на большом плоском камне. – Идите сюда, кушайте на здоровье! - сказал он. Наши голодные путешественники с огромной охотой согласились, заняли места вокруг камня, как вокруг стола, и с аппетитом начали есть. Мимо них по расчищенной дороге время от времени проносились телеги, машины, мотоциклы... – А всё-таки, хорошо, что мы дорогу расчистили! - сказала Танина с набитым ртом. Верина показала ей кулак. – Мало того, что вовсе не работала, сидишь ешь спокойно, да ещё и хвалишься! - возмутилась Верина - дать бы тебе разок по шее! – Не надо мне по шее, я между прочим, тоже устала и проголодалась - пыталась оправдаться Танина. – Вы, девчонки, такие забавные, ссоритесь по пустякам! - со смехом сказал Васечкин. – А мы не ссоримся! - хором ответили Танина и Верина. – Просто она рассердилась на меня, а если она сердитая, то ещё не такое может произойти... - тихо сказала Танина мальчикам, чтобы сама Верина не услышала. Петров и Васечкин переглянулись и тихо засмеялись, а потом стали отбирать друг у друга последний кусок. Старый грузин засмеялся, взял этот кусок из рук мальчишек и разломил на две части. – Точно! Как же я сам не догадался! - воскликнул Васечкин и потянулся за своей частью. Но старик усмехнулся и отдал одну часть Петрову, а вторую - Вериной. – Они работали, им больше полагается. А вам с этого урок будет, в другой раз тоже помогать будете - сказал он. Васечкин и Танина переглянулись и вздохнули. – Но они же подвиги совершали! - сказала с набитым ртом Верина, потылась усмехнуться, но поперхнулась и закашлялась. – А вот и тебе урок. Не смейся над другими, а то и над тобой будут смеяться - сказал старый грузин. Васечкин и Танина и вправду смеялись, но вскоре замолчали, потому что старик запел: Только тот по-настоящему герой, Кто о славе слова не проронит, Не гонись за нею, мой родной, Слава всё равно тебя обгонит. И, победно в рог большой трубя, Прогремит от края и до края, Но зависит только от тебя, Добрая она или дурная. Помни, к славе выбирая путь, К ней ведёт не всякая дорога! Чтоб с пути прямого не свернуть, Сил тебе понадобится много! Нет, скажу вам, только тот герой, Кто о славе слова не проронит, Не гонись за славой, мой родной! Всё равно она тебя обгонит! – А я? Я же не ради славы! Я за права сражаюсь и признание - сказала Танина, собирая растрёпанные волосы в хвост. – И за какие же права? За чьё признание? - серьёзно спросил старый грузин. Танина задумчиво вздохнула и сказала: – Да так, ерунда. Просто кое-кто, то есть, совсем никто, в меня не верит! Я говорю, что и женщина имеет право на подвиг, может быть рыцарем, а он, то есть все, смеются надо мной, что я девчонка! Ну вот очень нужно доказать ему, то есть всем, что я настоящий Рыцарь! – А, ну тогда мой тебе совет: не ищи подвига, моя милая, подвиг сам тебя найдёт, и все поймут, что ты очень хороший человек, настоящий Рыцарь - с понимающей улыбкой сказал старый грузин. Танина улыбнулась в ответ, сдерживая нахлынувшие от переизбытка чувств слёзы и метнула взгляд в сторону мальчишек - они болтали о чём-то своём, и этот разговор пропустили мимо ушей. Может, это и к лучшему. Танина глубоко вздохнула, окончательно избавившись от нежелательных слёз и сказала: – Спасибо, дедушка, и за обед, и за совет, а нам уже, наверное, надо дальше идти. – Ну, раз надо, значит надо! - с улыбкой сказал старик. Ребята обняли его на прощание, подхватили свою поклажу - зонты и книгу и пошли дальше. Верина схватила Танину за руку и заставила остановиться. – Ты чего?! - возмутилась Танина. – Это ты чего?! - спросила в ответ Верина. – А чего я-то? - искренне не понимала Танина. – А того - объясняла Верина - это что за слова? Что за взгляды? Что за беганье хвостиком? Влюбилась, что ли? – А тебе-то какое дело? - тихо спросила Танина. – А такое, что ты опять. Говорила, ошибка молодости. Ага-ага! - сказала Верина. Танина задумалась - и в правду ведь, был такой случай... ...Было дело года два назад, ещё когда десять лет было Таниной. Звали того мальчика Женя Зайцев, он был круглый хорошист, а Танина - двоечница и хулиганка. Она ж всегда была такой неугомонной - то на дерево полезет, упадёт, чуть не расшибётся. То в воду полезет, а плавать не умеет, чуть не утонет. Это всё её старший брат, ему на тот момент было уже четырнадцать, он учился в седьмом классе. Он был самым настоящим хулиганом, не то что этот Гусь. Олегом его звали. Он и Веру учил хулиганству. Вот, значит Женечка Зайцев учился в параллельном классе, ну он конечно, и сейчас там учится. Был он весь чистенький, светленький, с большими зелёными глазами и светлыми волосами, аккуратно зачёсанными назад. С большим портфелем, который еле-еле тащил, но никогда не просил о помощи. А ещё он не выговаривал букву «Р», это выглядело так смешно и мило. Был этот Женя детской любовью у Таниной. Она всё смотрела, по каким дорожкам он ходит, и сама там ходила. Заводила разговор, а Женя молчал. Только изредка кивал головой и тихо просил «Толапиться» - торопиться, то есть, пока не опоздали. И вот он вечно ей говорил, чтобы перестала ерундой заниматься и за ум взялась, потому что двоечников никуда не берут, а она ему, что после школы в армию пойдёт, там оценки не нужны, главное физическая подготовка. Волосы обрежет и будет сражаться с братом бок о бок, страну защищать. Женя глаза круглые делает от удивления, а Танина смеётся и убегает. Не решила она, чем после школы займётся, наслаждалась, так сказать, детским возрастом... – Э-эй! Земля вызывает Танину Веру! Чего задумалась? - закричала Верина и замахала руками перед лицом Таниной. – А ты что, лучше, что ли? - обиженно спросила Танина - тоже ведь старалась. – Но я-то... - начала Верина. – Ты бы вообще молчала! За моим братом старшим бегала! Это уже ни в какие рамки! - возмущалась Танина. – Ну, знаешь ли - Верина разозлилась - я тогда с тобой вообще разговаривать не стану! – Ну и пожалуйста! - гордо задрав голову и опустив забрало шлема сказала Танина и пошла дальше. А Верина за ней. Молча. Стоял жаркий день, солнце палило вовсю, поэтому Танина наскоро избавилась от металлического шлема, достала из кармана панамку и нахлобучила себе на голову. У Вериной была шляпа, она тоже хорошо защищала от солнца. Путешественники от усталости еле передвигали ноги, поэтому очень обрадовались, когда впереди появился дом. А ещё больше обрадовались, когда заметили возле того дома Петрова и Васечкина, которые говорили с маленькой девочкой. Танина и Верина остановились чуть подальше от дома и стали наблюдать... *** Васечкин снял с головы панамку в приветствии, и снова нахлобучил её на голову. – Не соизволит ли сообщить прекрасная донья - начал он, соблюдая все красоты стиля - в чьи владения занесла злосчастная судьба храбрейшего из рыцарей и его оруженосца? Не вы ли достославная хозяйка сего замка, и если это так, то не соблаговолите ли вы сообщить своё благородное имя? – Я не хозяйка - испуганно пролепетала девочка - я с бабущкой живу... – Брось, Васечкин! Совсем ребёнка запугал - прошептал Петров. – Не мешай - отвечал Васечкин - так надо! Девочка, месившая ногами глину, уже почти выбралась из ямы и смотрела на Васечкина огромными испуганными глазами. А Васечкин закричал на неё ещё громче: – В таком случае, Вы должны признать, что в мире нет прекраснее доньи Дульсинеи Тобосской, которая также известна повсюду под именем Маши Старцевой! - Васечкин сделал эффектный жест рукой. - Согласны ли вы признать это?! - Его указательный палец, описав дугу, уткнулся в перепуганную "донью". – Согласна, согласна - закивала девочка. Васечкин довольно улыбнулся. – Ну, как? - спросил он у Петрова. – Здорово! - восхитился тот - точно по книжке шпаришь! Девочка, наконец выбралась из ямы и с криками «Бабущка, бабущка!» побежала к дому. Петров и Васечкин недоуменно посмотрели ей вслед. Внезапно их лица вытянулись. Из дымохода большой печи, стоящей посреди двора, высунулось перемазанное сажей лицо. Высунулось и тут же исчезло. Зато из самой печи показались ноги в кроссовках и джинсах, а затем и их владелица. – Манана, деточка, кито тебя обидел? - спросила бабушка. – Слушай, Петров! - засуетился Васечкин - пошли отсюда? – Пошли - согласился Петров - Баба-Яга какая-то, очень надо! – Бабущка! - закричала осмелевшая девочка - тут к нам рыцари пришли, как в сказке! – Рыцари? - спросила Баба-Яга - я люблю рыцарей! – Съест! - испугался Васечкин. – Точно, съест! - подтвердил Петров. *** Девочки тоже перепугались и напрочь позабыв о своей ссоре бросились на помощь. – Не ешьте их! - закричала Танина, становясь между Бабой-Ягой и мальчишками. – А ты кто? - полюбопытствовала Манана, хватая Танину за футболку. – Я тоже рыцарь! - гордо воскликнула Танина, высвобождая край одежды из цепкой детской ручки - будете обижать ребят, будете иметь дело со мной! - она воинственно выставила перед собой зонт. – Ты не рыцар! - засмеялась Манана - Ты девочка. А девочка - не рыцар! Танина обиделась, а Верина засмеялась. – Чего смешного? - возмутилась Танина - я тоже рыцарь! – Конечно-конечно! - согласилась Верина, не сдерживая улыбки - ты рыцарь, совершаешь подвиги и всё такое. Но малышка права, ты девочка. – Я не малышка! - обиделась Манана - я взрослая и красивая! Тут уже засмеялись мальчики. – Ладно, рыцари, поможете мне этот замок достроить - сказала Баба-Яга - муж мой, её дедушка, уже пятьдесят лет никак его не достроит! – Ну мы и влипли - прошептала Танина, сжимая руку Васечкина. – Ну, это лучше, чем если бы она нас съела - прошептал в ответ Васечкин, тоже сжимая её руку...