Синергия

***

      Несмотря на обстоятельства этого странного вечера ее ночь прошла спокойно. Укутавшись в мягкое одеяло, Лена проспала, кажется, в несколько раз больше, чем за все последние две недели. Правда с пробуждением хватило всего нескольких секунд, чтобы тяжелые мысли вновь забрались ей в голову. Ворохом замутневших картинок: ее «прогулка» по узкому парапету, его непристойное предложение и их «совместный душ». В горле запершило от непрошенных воспоминаний, и девушка неосторожно-громко вскочила с постели. Михаил отвлекся от телефона и смерил Баранову прохладным взглядом.       — Собирайся давай шустрее. — Отголоски его вчерашнего тона неприятно царапали внутри, а от ощущения покоя не осталось и следа. — Нам ехать пора давно.       Агапов внезапно подорвался на ноги в поисках так невовремя пропавших наручных часов. Ведь и зачем-то снял их вчера спьяну-то. Она ничего не ответила, а предпочла скрыться за дверью ванной комнаты. Сердце в истерике билось о грудную клетку, а на тонкой коже проступил липкий пот. Удивительное дело: как она могла всю прошлую ночь чувствовать себя абсолютно защищённой рядом с этим типом, один взгляд, на которого уже не внушал ничего доброго и светлого. И главное: как теперь вести себя с ним дальше?       Услышав его твердые шаги и обрывки голоса за стеной, девушка немного пришла в себя. Наспех умывшись бодряще-прохладной водой, натянула одежду на еще тепло-расслабленное ото сна тело. Во всем этом пёстром многообразии ее мыслей была, пожалуй, одна здравая: бежать из этого странного номера нужно было как можно быстрее. От греха подальше.

***

      Сбежать он ей не позволил: настойчиво попросил сесть с ним в машину, за локоть даже для верности уцепился мёртвой хваткой. Лена обреченно вздохнула и послушно выполнила просьбу под его четкое заверение, что ничего непристойного предлагать больше не станет. Как ни странно: Агапов молчал подозрительно долго. По крайней мере девушке казалось, что прошла целая вечность. Он делал все что угодно: заводил мотор, настраивал климат-контроль, чистил стёкла от мокрого снега и как нарочно: прокручивал радиостанции. Говорить Михаил не торопился и это выводило из себя. Елена неосторожно дергала плечами и нервно усмехалась.       Издевательство какое-то, и угораздило же ее так вляпаться. У мужчины внутри отдавало свинцовой тяжестью, а вовсе безрадостные мысли гонялись в голове одна за другой.       Идея слить Егора из бизнеса, да и из бурной общественной жизни была не нова. План был четко структурирован, и все варианты были просчитаны до мелочей. Не хватало лишь только исполнителя. Чтобы девушка была в трудной жизненной ситуации, с финансовыми проблемами, отчаявшаяся и нуждавшаяся в рыцарской руке, но не глупая и привлекательная внешне.       И вот: она перед ним во всей красе. Сидела и волком смотрела, а от нервов и руки ходуном ходили. Семён для правого дела расстарался: все характеристики и сведения о ней поднял. Умница-разумница, золотая медалистка, примерная студентка, дочка академика.       От всех этих лестных формулировок не сильно правильного Агапова передернуло до зубного скрежета. Нечего такой как она делать с таким как он. У мужчины даже промелькнула мысль: всучить ей эти злосчастные три тысячи и отправить восвояси. А с другой стороны: почему он вообще должен думать об этой клуше, ведь если бы не его участие, она бы уже рыб в реке кормила.       — Деньги, говоришь, нужны… — Как бы между прочим обронил Михаил, встретившись с ее уже почти остервенелым от ожидания взглядом. — Могу помочь с работой.       Елена заметно напряглась всем телом и судорожно выдохнула. Все это было похоже на какой-то сюр. Бесконечно далекая от мира больших внедорожников и серьезных мужчин она чувствовала себя в абсолютной западне. Знала, что в чем-то был подвох, но не могла разобраться: где именно стоит подстелить соломку.       — Что за работа? — Настороженно-звенящим тембром, нахмурив брови.       — Познакомишься с человеком, будешь сидеть с ним рядом: бумажки перекладывать. — Решил начать с самой безобидной части ее работы, но наткнувшись на ясное недоверие в глазах напротив, продолжил сквозь сдавленную усмешку. — Ну и мне будешь докладывать обо всем, что там происходит.       — Шпионить что ли?! — От возмушения девушка буквально подпрыгнула на месте. — Вы меня явно с кем-то перепутали… — Слежка и Лена-тихоня — понятия абсолютно полярные.       — А почему сразу нет? — Не смог сдержать ни улыбки, ни сдавленного смеха. Искреннее удивление, граничащее в ее глазах с почти-ужасом, завораживало.       Обескураженная Баранова даже не смогла бы внятно объяснить то, что творилось теперь у нее в голове: о том, что к бизнесу она — студентка третьего курса медицинского университета, явно не имеет ни малейшего отношения, о том, что ему стоит подыскать другую кандидатуру и наконец: о том, что она до глубины души оскорблена этим предложением.       Теперь подгруженная его предложением Баранова даже не заметила, что машина тронулась с места и выехала на перекрёсток.       — Куда мы едем? — Почти истерически усмехнулась она, ощущая себя плюшевой игрушкой, которую от скуки таскал туда-обратно непослушный и избалованный мальчишка.       — Ты хорошенько подумаешь над тем, что я сказал. — Внимательный взгляд неотрывно следил за дорогой, а безапиляционность тона сковывала движения. — А мне домой надо. Сын ждет, а я и так с тобой всю ночь провозился. — У него сын… Удивительно.

***

      Через полчаса тонированный внедорожник остановился в пригородном посёлке, куда нога простых смертных ступала явно нечасто. Высокие, глухие ворота отворились по первому сигналу автомобиля. Лена украдкой засмотрелась ухоженным ландшафтом и громадным домом, больше походившим на парадный дворец из благородного камня. Она натянулась гитарной струной, когда поняла, что по двору вальяжно бродили несколько собак бойцовской породы. Их вид наводил оцепенелое недоумение бледным отблески на лице. Реакция девушки на такие: уже привычные для него самого вещи Агапова явно позабавила, но выказывать себя не стал, чтобы не смущать беднюжку. Хозяин вышел из машины, будто бы совсем забыв о ней, и направился в сторону отдельно расположенного строения. Два бравых бойца выскочили навстречу и что-то доложили.       — Собак закройте пока! — Обронил мужчина, мельком взглянув на Елену. — У нас гости.       Сама она выйти из машины так и не решилась несмотря на то, что всего через несколько минут все псы сидели по вольерам. Подошедший Михаил был как нельзя кстати.       В дом она вошла с чётким ощущением посещения музея, не меньше. Мраморные полы, дорогие картины и парадные люстры — это скорее экспонаты из выставочных залов, чем интерьер уютного дома. От всего этого баснословного великолепия за версту перло вечной занятостью и сквозящим одиночеством.       — Михаил Дмитриевич, завтрак подан в гостиной. — В просторном холле скоро появилась невысокая женщина в форменном фартуке. — Вот только Лёша…       — Доброе утро, Галина. — Мужчина не дал горничной договорить, жестом обращая внимание на рядом стоящую Елену. — Проводите гостью, а с Лешкой я сам поговорю.       Набрав в лёгкие побольше воздуха, он прошёл по лестнице вверх и заглянул в дальнюю комнату на втором этаже. Наткнулся на ворох разбросанных игрушек и притворно-спящего сына.       — Лёха… — Протянул Агапов сквозь искренне мягкую улыбку и подошёл к кровати. Одеяло резко дернулось, и мальчик судорожно выдохнул. — Не претворяйся: я же знаю, что ты проснулся уже. — Присел на постель и осторожно откинул одеяло, открывая доступ кислорода. Мальчик смешно сморщил нос и угрюмо насупил брови.       — Ты только сейчас приехал? — Полувопрос и полу-утверждение, от которого у Агапова затянуло под под рёбрами. — Я приходил к тебе ночью, и тебя не было.       — Сын, я работал. — Уже привычно отозвался мужчина, со всей серьёзностью глядя на мальчика. — Пойдем позавтракаем вместе, и ты мне все расскажешь.       Лёша вышел на первый этаж и, не обращая внимания на гостью, плюхнулся на своё обычное место: по правую руку от главы стола. На незнакомку мальчик отреагировал без особого интереса, только брови нахмурил.       Лена засмотрелась на ребёнка сквозь едва заметную улыбку. На отца был очень похож. Форма носа, разрез глаз и цвет волос: абсолютно всё у них было словно под копирку. Он даже злился также как и его отец: сверкал холодно карими во все стороны.       Михаила всегда тяготила реакция сына на происходящее в их семье. Семьёй-то назвать весь этот балаган язык не поворачивался. В отношениях с женой Агапов не питал никаких иллюзий. Знал все чётко и без розовой чепухи. Кристина залетела специально. И если бы он не признал сына — собственно, сына и не было бы вовсе. Надежд на то, что в его новоиспеченной жёнушке проснётся материнский инстинкт, тоже особо и не было. Ведь успел же изучить все её желания и ценности. Все что ей было нужно: деньги, шмотки и побрякушки. Ребёнок в сферу Кристининых интересов не входил никогда.       — Лёша, поздаровайся, с гостьей.— Нужно же было хоть как-то отвлечь сына от его тяжёлых мыслей. Хотя вряд ли стоило надеяться на то, что ребенок обрадуется появлению нового человека в доме.       Мальчик отвлекся от тарелки с кашей, скользнул взглядом по девушке, но ничего так и не ответил, подернув плечами.       Михаил шумно выдохнул: атмосфера — хоть топор вещай. И Лена и Лешка смотрят на него волком.       — Сын, а поедем сегодня на конюшню, или куда хочешь, признавайся. — Последний шанс для вечно занятого отца вернуть свои позиции.       — Нет, папа. — Нарочито серьёзно заявил мальчик с ложкой каши во рту. — У меня сегодня английский и тренировка. — почище, чем любой занятой бизнесмен.       — А потом? — Слегка нетерпеливо отдёрнул Агапов.       — Потом мы с Кирей гуляем. — Шах и мат Вам, Михаил Дмитриевич. Как в зеркало посмотрелся.       — Какой ты занятой у меня! — Ладонь мягко скользнула по голове сына.       Наблюдая их пикировку, Лена не смогла сдержать искренней улыбки. Лёша был очаровательным мальчиков даже несмотря на свое сегодняшнее настроение. Да и в Михаиле проскользнуло теперь что-то домашнее, расслабленное.       Ей все ещё было боязно ввязываться в эту сомнительную историю, но между заботливым отцом и парочкой отбитых наркоманов, которые вот уже который день вымогали у нее деньги, Михаил был уже меньшим из зол.

***

      Он чувствовал себя здесь как дома. Высокий широкоплечий мужчина с приятной улыбкой и звучным голосом поздоровался с охраной, почесал ротвейлеров за ухом и вошёл в дом через чёрный вход. Увидев Елену, он, как будто бы даже и не удивился, смерил её коротким профессиональным взглядом и подошёл познакомиться.       — Лена? Меня Семён зовут, добрый день! — Девушка приветливо кивнула: «нормальный человек сразу поздоровался и представился, не то что этот.»       «Этот» был неподалёку и прекрасно слышал даже то, о чем Баранова говорить не хотела. Михаил вышёл в гостиную и жестом позвал обоих в свой кабинет. Семён уже явно привычным движением плюхнулся на мягкий диван, передав другу чёрную папку.       — Ты подумала? — Без предесловий: с места в карьер начал Агапов, присев в кожанное кресло. — Кстати, ознакомься, мне кажется: тебе будет интересно.       Лена непонимающе сверкнула глазами, но папку все-таки взяла. Открыла. Сердце глухо застучало о грудную клетку, а напечатаны текст поплыл перед глазами. Здесь всё о ней. Абсолютно всё. И о семье, и об образовании и даже характеристики какие-то.       — Вы рылись в моих вещах? — Самый очевидный ответ на вопрос: откуда Михаил узнал ее имя.       — Тебя с утра не добудиться было. — Он пытался говорить серьёзно, но столкнувшись с живым удивлением Семёна, не смог сдержать улыбки. — А я очень хотел познакомиться.       — Так сильно хотели, что сами даже не представился… — возмущённо цыкнула девушка, закатив глаза.       — Если только в этом дело, я могу предоставить тебе свою биографию.       — Избавьте меня от подробностей. — Фыркнула она, скривив губы в усмешке. — Мне достаточно имени.       — Михаил… — Низко прохрипел мужчина, уже явно теряя терпение. — И ты…       — Согласна. — На выдохе с неприкрытым раздражением.       Оба чувствовали звенящее напряжение: натянутой струной: что-то надорвалось. В диком ожидании чего-то нового. Шальные мысли пёстрым веером крутились в голове. Эта затея могла кончиться крахом, а могла и выгореть. Лично им хотелось верить в последнее.       — Встретились два одиночества. — Пробормотал Сёма сквозь сдавленную усмешку как можно тише.

***

      — Да, брат… — Задумчиво протянул Семён, проводив Лену взглядом, стоя у своей машины. — Нестандартный случай. А где ты снял её? На путану она явно не тянет, да и биография…       — Я с моста ее снял, Сёма! Скинуться хотела, надо было отвлечь. — вот с языка и сорвалось. — С пугающим остервенением выдал Михаил, затушив сигарету. — И оставь ты уже фантазии эти. С утра мне покоя не даёшь.       Заслышав про мост, Сёма понимающе кивнул и заткнул за пояс все свои бурные размышления. Да и реакция друга вовсе не располагала к продолжению диалога.

***

      Он нашёл её на веранде. В сгущающихся сумерках девушка уселась на широкий диван, поджав ноги под себя, и тихо о чем-то думала. Машинально вздрогнула, когда мужская фигура оказалась рядом. Сидели в тишине. Думали каждый о своём, но было почему-то приятно просто молчать.       — Всё будет хорошо…– Он уверял то ли себя, то ли её. Ещё и сам не определился. — Ты поможешь мне, а я обещаю уладить твои проблемы.       Елена сдавленно кивнула, съежившись от холодного ветра, гуляющего под пальто. Мужчина едва заметно усмехнулся, накидывая явно большую по размеру куртку на хрупкие плечи. Вздрогнула. Внутри затрясло неясным трепетом. От мужчины тянуло приятно-древесным послевкусием одеколона. Она даже зажмурилась от удивления. Сердце зашлось, словно подорванное.       — И не трясись ты так. — Коротко отрезал Михаил, очевидно расценив дрожь в ее теле как очередной приступ паники. — Сказал же: не обижу я тебя.       А Елене теперь самой бы понять: почему близость этого человека вызвала в ней столько противоречивых эмоций.

***