Без последствий

Сэм замечал за Гейбом привычку… быть слишком открытым? Не совсем верно подобранный термин, но Винчестер имел ввиду что-то около того. Габриэль никогда не скрывал скелетов в шкафу, но и не то чтобы выставлял их на всеобщее обозрение. Он не любил, когда лезут в его прошлое без спросу, интересуясь тем, о чем он и думать не желал, но зачастую сам рассказывал немало историй о своих похождениях как Локи, или например, о том, что было на небесах до того, как Отец соизволил снизойти с пьедестала. Кастиэль в такие моменты завороженно слушал, не взирая на то, что Небеса от него давно отказались. Дин порой на рассказы экс-фокусника фыркал, выражая своё личное мнение в неясных никому кроме него звуках. Сэму нравилось слушать о жизни Габриэля, о том, через какие трудности он прошёл, о тех вещах, что сделали из него нынешнего Гейба. Архангел говорил не только о прошедших временах — он любил разговаривать и о нынешнем, и именно это Винчестера больше всего смущало. Он совсем не стеснялся их личной жизни! Их, а не только Габриэля. Сэм не особо любил распространяться о том, что у него в постели даже с братом, а тут заходишь на свою кухню, в своём доме и слышишь от своего парня-архангела комментарии о прошлой ночи! Обращённые к твоей матери! Для Винчестера это было слишком — угрожать архангелу дело неблагодарное, но Сэм отлично с этим справлялся. — Серьезно, Гейб? — он шипел словно змея, пока Габриэль смазливо улыбался покачиваясь на носках. Огромный лось преградил ему дорогу, нагло прижав к стене, дабы выбить из него, такого маленького, все плохие словечки и мысли. Умора, да и только. — Ты говоришь о нашем сексе с моей мамой? Боже, Габриэль, ты невыносим! — А ты часом не отца моего зовешь во время нашего секса? — архангел закатил глаза, вновь услышав упоминание Чака всуе. — Избавься уже от богохульственных слов-паразитов, Сэмми, да и с Мэри мы обсуждали не это! — Гейб посмеивается, наблюдая за медленной, но уверенно идущей реакцией Винчестера. Сэм помялся с ноги на ногу, в очередной раз проклял себя за «боже» и «господи» в лексиконе, почесал затылок и обреченно выдохнув спросил: — А о чем же? — Гейб загадочно поиграл бровями, крайне похабно улыбнулся, ткнул языком в щеку и внезапно захохотал, внимательно глядя на лицо Винчестера. Тот, в свою очередь, сначала побелел, потом позеленел и в конце концов, побагровел. Пока Габриэль пытался успокоиться, Сэм решил допросить второго подозреваемого, и неловко заглянул на кухню к Мэри. Старшая Винчестер сидела с недоуменным выражением лица, со всей своей выдержкой скрывая улыбку. — Эм, мам? — неловко окликнул Сэм, все еще грозя Гейбу кулаком, от которого тому было только смешнее. — О чем вы с Гейбом только что разговаривали? — слегка замямлив произнёс Винчестер. Ему все еще было неловко, что жители бункера в курсе их отношений с архангелом, и уж тем более, когда об этом в курсе мама. — О, милый, мы обсуждали мотоциклы, — абсолютно невинно отозвалась Мэри, приподнимаясь из-за стола. Бобби попросил помочь её разобраться с гнездом вампиров в Сиэтле, которое он недавно выследил, и Винчестер уже была собрана на охоту. — Знаешь, Габриэль отлично разбирается в мотоциклах, в отличие от вас двоих, — слегка осуждающе ответила Мэри, проходя мимо сына и чмокая его в щеку на прощание. — Позвоню как буду в Сиэтле, не скучайте, мальчики! — крикнула она уходя. Сэм сконфуженно повернулся к Габриэлю, все еще молча требуя ответов на незаданные вопросы. Гейб, уже успокоившись от истерического припадка, всего лишь задорно улыбался и кивал, подтверждая слова Винчестер. — Мотоциклы, серьезно? — совсем обреченно пробормотал Сэм. — Не выдавай желаемое за действительное, Сэмюэль, если я однажды сказал Касу, что ты любишь когда тебя целуют в шею, это не значит, что теперь я буду устраивать лекции и экскурсии по нашей постели! — слегка обиженно вторил ему Гейб. — Извини, — смутно понимая, что сам надумал себе нечто, Винчестер подошёл ближе, обнимая своего бойфренда. Бойфренд завозмущался поначалу, но медвежьи объятия Сэма быстро сбивали с него напускную спесь. — Не извиню, — внезапно пробормотал Габриэль, и охотник вопросительно вскинул брови, сверху вниз глядя на экс-фокусника. — Теперь ты должен мне желание, — упрямо заявил архангел. — С какой такой радости? — крайне возмущенно отозвался Винчестер, пока из недр памяти не всплыл их последний разговор о нетактичности Гейба и надумываний Сэма. Тогда они заключили пари, что первый, кто ошибется, — а в этой ситуации именно Винчестер надумал себе сверх меры, — выполняет желание другого. Когда они заключали это пари, Сэм абсолютно не думал о том, что может проиграть. Проиграть желание экс-фокуснику, архангелу и просто Габриэлю! Это же смертельный приговор, ей-богу. Еще раз мысленно отругав себя за слова-паразиты, Винчестер обреченно вздохнул и кивнул, ожидая своей кары небесной, в лице небольшого такого, но угрожающего до жути, желания архангела. — Хочу твое согласие, — уверено заявил Гейб. Сэма перекорежило, от сочетания «согласия» и архангела в одной комнате. В голову невольно нагрянули воспоминания о Люцифере, и он поморщился, выразительно глядя на Габриэля. Тот, осознав, что его не так поняли, замотал головой. — Да не такое согласие, Сэмми! Мне нужно согласие на мои действия, — еще более уверенно заявил экс-фокусник. — Какие к черту действия, Гейб? Говори конкретнее, ты меня пугаешь, — Винчестеру с самого начала не понравилась эта затея, но деваться было некуда, поэтому проще было прийти на плаху со своей гильотиной, чтобы знать, насколько остро она заточена. — Так будет неинтересно! Просто скажи мне, что разрешаешь, а потом узнаешь на что дал разрешение, — совсем путанно заявил архангел и Сэма еще больше перекосило. — Клянусь тебе, еще одно подобное предложение, и я точно буду уверен, что ты не Габриэль, а Люцифер, — фыркнув при упоминании почившего некогда брата, Гейб еще раз закатил глаза и развел руками. — Просто скажи, что я могу, и всё, — Винчестер, понимая, что от него в любом случае не отстанут, решил, что если вдруг это Люцифер и он захотел завладеть его телом, то настоящий Габриэль лично сотрет старшего братика за такое отношение. Тяжело вздохнув, Сэм кивнул и совсем невесело произнёс: — Хорошо, ты можешь, разрешаю. *** Главной ошибкой Сэма было не забыть про то, что произошло в коридоре у кухни. Если бы он не был так напряжен, и все время не думал о том, что у Габриэля есть разрешение на «какие-то действия», он бы справлялся со своими жизненными задачи лучше. Винчестер провёл в томном ожидании расправы, — а он был уверен, что это будет именно месть, — чуть меньше недели, когда она пришла в самый несчастный для него момент. Они с Дином сидели в гостиной, пили пиво и разговаривали о прошедшей охоте. Давно им не попадались вендиго — вспомнились добрые времена, и вот, бутылка за бутылкой, и Дин скачет по бункеру изображая то ли какого-то демона, то ли самого Сэма. Младшего Винчестера это не особо волновало, он был приятно пьян и наконец-то расслаблен, ведь последние дни состоял из чистой тревоги. Он рассказал брату о пари, но тот лишь махнул рукой, мол, Гейб устроит ему какой-нибудь жуткий розыгрыш с переставлением конечностей и не более. Кас, слышавший их разговор тогда, внезапно хихикнул, — он все больше «очеловечивался» и наконец стал понимать хоть какие-то тонкости сарказма. Единственным обеспокоенным оказался Джек — но у него был иной повод, Сэндвич отравился и они с Мэри повезли его в ветеринарную клинику. Дин ругался и рвался поехать с ними, на что Сэм посмеялся, ведь: «Дин, а как же слова о том, что ты ненавидишь котов и лично вышвырнешь этого лопоухого из бункера?». Охотник тогда погрозил ему кулаком, прикрикнув, что младший брат будет первым на очередь «вышвыривания из бункера». Именно в расслабленно-пьяном состоянии Габриэль настиг его. Он сидел неподалёку — в кресле напротив, пил какой-то коктейль, угрожающий ввести человека в инсулиновую кому, и о чем-то перешептывался с Касом. Кастиэль, не особо понимающий тонкостей приватности, порой слишком громко отвечал ему, из-за чего архангел шикал на него и говорил быть тише. Но излишняя конфиденциальность была ни к чему — на них итак никто не обращал внимания. В какой-то момент Кас все-таки поднялся, чтобы успокоить бушующего Дина, и как раз в этот момент Сэм ощутил странный кульбит внутри себя. Именно внутри, в конкретном таком месте. Знакомое ему чувство, которое в данный момент никак не могло быть реальностью. Он почувствовал прикосновение пальцев к своей простате. Не смотря на хмельное состояние, мозг быстро проснулся от такого импульса, и глаза зарыскали в пространстве, отыскивая Габриэля. Архангел довольно развалился на кресле, раздвинув ноги, а пальцы его правой руки… Да быть не может! Гейб делает движение вверх двумя пальцами, и Сэм вцепляется пальцами в подлокотник дивана, потому что очень четко ощущает внутри себя толчок двух пальцев. Винчестер закусывает губу, слипающимися глазами глядя на архангела. Габриэль довольно улыбается, не отрывая взгляда от него, и делает ещё более размашистое движение пальцами по воздуху. Сэма потряхивает от яркости ощущений, он чувствует, как внутри него шевелятся пальцы и это… поражает сознание. Нет, телекинез, телепортация, все это знаем, проходили, но это… Это что-то новое, не поддающееся пока что объяснению, но очень интригующее. Винчестер смахивает каплю пота со лба, и Габриэль облизывается, похлопывая себя по бедру. Сэму тут же захотелось опуститься перед ним на колени, но здравый смысл напомнил, что в комнате они все еще не одни. Кас продолжал успокаивать Дина, но тот, видимо, сильно перепил, поэтому что-то нечленораздельно пытался доказать Кастиэлю. В тот момент, когда пальцы Гейба прошлись по воздуху, задевая простату Сэма, старший Винчестер плюхнулся на диван, тут же жалея об этом и потирая кружащуюся голову. Кас несколько секунд смотрит на Сэма, и кажется, все понимает, потому что он укоризненно смотрит на Габриэля и крайне сочувственно — на Сэма. Дин ворчит, пока Кастиэль пытается поднять его с дивана, чтобы отвести в комнату, и охотник поворачивается, невнятно спрашивая у младшего Винчестера: — Ты в порядке? Ты какой-то… красный, — Сэм делает тяжёлый вдох, пытаясь взглядом усмирить архангела, что абсолютно бесполезно, и вымученно кивает, пытаясь выговорить, что: «Мне просто не очень хорошо, собираюсь пойти лечь спать», вместо чего выходит что-то не ясное и вряд ли понятное. Тем не менее, он все равно поднимается с дивана, ойкает, — что не скрывается от слуха Кастиэля, — и не твёрдой походкой идет в свою комнату. Габриэль мигом проскакивает за ним, оставляя пьяного Дина на грешную голову Каса. Сэм доходит до комнаты без внезапных происшествий — но только до неё. Как только дверь открывается, к стене у кровати его тут же прижимает Гейб, ластится, жмется ближе и руками лапает его за все доступные и недоступные места. Винчестер делает тяжёлый вдох, ногой стукнув по двери, чтобы та захлопнулась, и отдаётся всецело на растерзание наглого архангела. Габриэль закусывает губу, делает шаг назад, демонстрирует свою пустую руку и совершает шевеление средним и безымянным пальцем. Винчестер задыхается, ощущая это движение в себе. — Черт возьми, как ты вообще. — Гейб прикладывает палец к его губам, вновь совершая это «чудо» пальцами и Сэм скулит, потому что они проезжаются прямо по простите. — Тсс, Сэмми, не порти малину, — Габриэль приникает к его губам, укладывая одну руку ему на шею, а пальцами другой продолжая творить магию. Винчестер кусает его за нижнюю губу, ерзает по стене и хнычет от сильных толчков. Это ощущалось одновременно так знакомо, но вообще не понятно. Будто что-то невесомое касается его изнутри, заставляя вспышки взрываться в его крошечном мирке. Гейб углубляется поцелуй и кладёт свободную от движений руку ему на пах, проводит ею всего несколько мгновений, и Сэм затихает, получая самый странный оргазм в его жизни. Он некоторое время тяжело дышит, потом цепляется за плечо Габриэля, и в конечном итоге, без сил падает на кровать, ощущая как влажное пятно на штанах и трусах неприятно засыхает. Гейб цыкает, удовлетворённо глядя на Винчестера: — Будем считать мое желание исполненным, — без грамма совести он падает на постель рядом с Сэмом и мечтательно глядит в пустой потолок с некоторое время. Через несколько минут Винчестер таки очухивается, кашляет, прежде чем выговорить: — Никогда, никогда так больше не делай, если мы не одни и не занимаемся сексом в этот момент, — Габриэль растягивается в ухмылке, но прежде чем Сэм решает пресечь его язвительный комментарий, архангел довольно произносит: — Так значит тебе понравилось…